Враждебный сигнал. Киберрассвет

2024 год

Правозащитники и антиглобалисты объединились в стремлении разрушить империи, производящие высокотехнологичные устройства. Это был уже не первый случай разгрома офиса по продаже высокотехнологичных устройств. В Америке, Австралии, Германии, и вот теперь в России в Москве. Протестующие выбрали один из крупнейших офисов и устроили его осаду.

Днем, когда было много посетителей, люди в масках животных ворвались в офис, растолкав покупателей, и продавцов, начали дубинками из арматуры крушить витрины, громко кричать лозунги – «нет техническому прогрессу, нет высоким технологиям». Когда охрана офиса попыталась им помешать, протестующие перешли в агрессивное наступление и начали избивать. Оставшихся в меньшинстве сотрудников охраны.

Когда к офису приехала полиция, беспорядки уже начались и снаружи офиса, потому что противников высокотехнологичных устройств оказалось намного больше, из – за огромной ненависти обычных граждан к новому программному обеспечению, которое породило серии убийств среди граждан, которые участились, в связи с вхождением интеграции в жизни людей.

Некоторые из людей потеряли друзей, а у кого – то высокотехнологичное устройство забрало близких родственников, некоторых в психиатрическую больницу, а иных и вовсе на кладбище.

Приехавшие патрули полицейских сначала попытались разогнать толпу людей снаружи офиса. Но немного разобравшись в ситуации, и, услышав крики протестующих, поняли, что проблема находится внутри офиса продаж высокотехнологичных устройств.

– Здесь бесполезно работать, – сказал старший группы, – у них единого лидера, сами только пострадаем, идем туда.

Полицейские приняли решение прорываться вовнутрь офиса. Подавая знаки они начали штурм. Прорваться через толпу снаружи офиса не составило проблем, так как толпа была неорганизованная, и ни кем не управлялась, состояла из случайных недовольных граждан, которые не особо и заметил прибывших полицейских.

Когда полицейские вошли в офис, всего восемь человек, они увидели людей в масках животных, те избивали сотрудников охраны офиса, доламывали витрины, что – то кричали, швыряли и разбивали высокотехнологичные устройства.

– Немедленно положите палки, поднимите руки вверх, и выходите по одному!!! – скомандовал старший группы полицейских.

Ответа не последовало, только несколько протестующих обернулись на группу полицейских.

– Немедленно положите палки, поднимите руки вверх, и выходите по одному!!! – повторил команду старший группы.

– Да пошел ты!!! – выкрикнули из зала протестующие.

– Я повторяю немедленно положите палки, поднимите руки вверх, и выходите по одному!!! – и добавил, – В противном случае мы будем вынуждены применить огнестрельное оружие.

Полицейские переглянулись. Старший жестом руки подал знак рассредоточиться и продвигаться вглубь офиса.

– Давай!!! – раздался истошный крик одного из протестующих.

И в этот же момент в полицейских полетели бутылки с зажигательной смесью. Бутылки разбились и троих полицейских мгновенно охватило огнем. Они с криками упали, начали кататься по полу, но липкая горючая смесь не оставляла им шанса.

Всем достать оружие, огонь на поражение!!! – криком скомандовал старший группы.

Полицейские беспрекословно выполнили приказ старшего группы. Их атакованные коллеги уже перестали кричать и подавать признаки жизни. Полицейские были напуганы такой неожиданной агрессивной атаке. Группа сосредоточилась, и полицейские уже шли совсем близко друг к другу.

Один из протестующих выскочил навстречу с арматурой в руках и мгновенно прогремел выстрел. Протестующий упал. Стрелявший полицейский посмотрел на коллег из группы, пожал плечами. Командир ему одобрительно кивнул – возможно стрелявший спас кому – то из своих жизнь.

Группа двинулась дальше. Шаги слева от группы, перебежки справа, все это очень било по нервам полицейских. С криком, сбоку от группы полицейских, выбежал протестующий и быстро приближался к группе с бутылкой в руке, где уже разгорался фитиль, сделанный из какой – то тряпки.. Полицейские начали стрелять по протестующему, тот упал, пролив на себя зажигательную смесь из бутылки, он мгновенно вспыхнул, офис снова пронзили разрывающие горло крики, протестующий перекатывался по полу, сбивал с себя огонь, но все тщетно, смесь прилипла к нему и выстрелы полицейских оставили на теле пробоины, что ограничивало двигательную функцию горящего протестующего. В конце концов еще до того как крики протестующего начали затихать, полицейские почувствовали запах зажаренной плоти. И тут же с другой стороны из – за витрины с противоположной стороны от горящего нападающего, выбежали еще двое протестующих. Один успел кинуть кусок арматуры и попал в лицо одному из полицейских, но одновременно с его броском раздались выстрели коллег по группе и оба нападавших были сражены.

Какое – то время полицейские прислушивались, но, похоже, больше не было протестующих.

– Вроде больше никого нет, – начал командир группы, одновременно убирая пистолет в кобуру, – всем осмотреться, раненных вытащить к выходу, скорая должна быть уже здесь.

– А что с этими делать? – спросил один из членов группы, жестом указывая, на нападавших.

– Ничего, им уже не поможешь, допросить их тоже не получиться, сначала раненные, – командир подошел к полицейскому, которому в лицо бросили кусок арматуры.

Полицейский сидел на полу, широко расставив в стороны ноги, видимо перед смертью он спиной нашёл опору в виде стены и прильнул к ней. Арматуры торчала из глаза полицейского. Командир группы подошел ближе к нему, осмотрел лицо, пощупал пульс на шее, опустил открытое веко на целом глазу, вздохнул.

– Вот скоты, – подошел сзади один из полицейских, – просто нелюди, что мы им сделали – то, за что они так нас, что они вообще хотели, чуть не плача продолжал полицейский, ему явно была чужда такая ситуация и похоже он впервые был на, такого рода, выезде.

– Ублюдки, – вот и до нас эти погромы добрались, – выдохнул командир.

– Я слышал, что в Европе, такое уже не редкость, – подошел еще один полицейский.

– Его тоже к раненным, к выходу, и накройте его чем – нибудь, а теперь разойтись и выполнять приказ, – дал команду старший группы.

Примерно через час полицейские закончили грузить раненных в скорую помощь, давать объяснения подъехавшим коллегам из следственных органов. После чего вся группа вернулась в свой отдел полиции, по дороге в отдел все ехали молча. Только сейчас командир группы понял, что почти все ребята были совсем зелеными и не имели опыта в оперативных действиях, ему стало жалко, и вместе с тем он был горд, что никто не растерялся, что все четко выполняли его приказы, и про себя подумал, что нужно отметить этих ребят в рапорте.

Старший группы – Миша, в звании старшего лейтенанта, бывалый боец. Он состоял в специальном подразделении по уничтожению террористических формирований, и несколько месяцев назад вернулся из очередной командировки в зоне боевых действий в Азманистане, а точнее его вернули. Миша был комиссован из – за ранения. В очередном боевом выходе Мишина группа наткнулась на засаду, и Миша был ранен осколками гранаты в ногу. Ему провели операцию, ранение было не тяжелым, но Миша еще немного хромал на одну ногу. И так как он был на хорошем счету у командования, было решено оставить его на службе, но перевели в более спокойное место, в отряд быстрого реагирования в городе. Поэтому в офисе продаж высокотехнологичных устройств он был достаточно спокоен и готов к любым ситуациям.

Когда Миша приехал в отдел, все уже знали о мрачной ситуации в офисе и убийстве полицейских, поэтому руководство его даже не стало расспрашивать, и согласно инструкциям он и те ребята, которые были с ним на выезде, написали рапорты о произошедшем и разошлись.

Миша входил в кабинет, когда его позвали.

– Миша!

Миша обернулся, сзади него стоял капитан полиции, который показался Мише очень знакомым.

– Что?

– Миша, я капитан Черняев, Олег Черняев, – капитан протянул руку Мише.

– Чем обязан, капитан, – Миша в ответ протянул руку.

– Миша, я тоже работаю в этом отделе, я участковый.

– Я как раз подумал, что ты мне знаком, – Миша улыбнулся.

– Да, мы редко видимся, работа, понимаешь, – Олег улыбнулся в ответ.

– Олег, ты что – то хотел? Я очень устал.

– Я знаю, слышал уже, весь отдел слышал, если не весь город.

– Да… четыре человека… убито… не шутки… ублюдки…

– Это точно. Именно об этом я и хотел поговорить.

– А что тут говорить?

– Хочу уточнить некоторые детали.

– Ладно, Олег, давай в кабинет, – Миша раскрыл дверь кабинета и жестом пригласил Олега.

Они прошил в кабинет, сели на свободные стулья, время было уже позднее и никого не было, кроме них.

– Миша, ты не заметил ничего или кого – то странного, точнее необычного, когда вы были на выезде?

– Олег, ебанутых было много, а странных не было, может ты неправильно спрашиваешь или я не понимаю о чем ты.

– Люди, которые на вас напали, они были с телефонами в руках или планшетами?

– Нет, они были с арматурой и с бутылками с бензином.

– Понятно.

– Ты хочешь привязать нашу ситуацию к тому, что люди творят под действием высокотехнологичных устройств?

– Да.

– Олег, это были фанатики, которые устроили акцию протеста, просто более агрессивные чем обычно, ничего странного. А почему тебя это так интересует?

– В моем районе из – за высокотехнологичных устройств погибло уже много людей, а те, которые не погибли, лежат в психушке, я с ними даже не могу поговорить, – Олег развел руками, – некоторые в полном ауте, даже не знают как их зовут, некоторых я вообще больше не видел.

– Почему не видел?

– Врачи не пускают.

– А ты что без формы приходил к ним? – засмеялся Миша.

– В форме, главврач запретил кого – либо к ним пускать, когда я сказал ему, что он скрывает от меня важных свидетелей, он пожаловался на меня вышестоящему руководству, меня, конечно же, по голове не погладили. Сказали, что врачам виднее, и, что эти свидетели все равно мне не помогут, я больше туда и не совался.

– Странная ситуация, но знакомая, – Миша задумался.

– В целом у нас теперь много нераскрытых убийств, связанных с высокотехнологичными устройствами, просто так закрыть нельзя, статус убийц непонятен.

– Дела у тебя тут, – опять задумчиво произнес Миша.

– Вот и я об этом.

– Олег, я вот подумал, так как я принимал участие в контртеррористических операциях, у меня еще остался допуск к секретной информации, и, причем достаточно глубокого уровня, а не ваш дилетантский, – Миша засмеялся, – я мог бы что – нибудь узнать.

– Нет, Миша, – перебил его Олег, – мне нужно поговорить со свидтелеями и убийцами, которыми завладели высокотехнологичные устройства.

– Завладели? Олег, ты сам как фанатик сейчас говоришь.

– Миша, это так, я был совсем близко, когда человек, не отрываясь от телефона, убивал другого, да и на меня напали на вызове, жуткое зрелище.

– Так тебе тоже повезло в этом сумасшествии с высокотехнологичными устройствами.

– Да очень повезло, прям прямой репортаж с места событий, – улыбнулся Олег.

– Олег, давай завтра мы вместе съездим в психушку и поговорим с врачами, а сегодня я просто пойду домой, помоюсь и лягу спать, непростой день.

– Хорошо, спасибо тебе.

– Да ладно, одно дело ведь делаем.

– Тогда до завтра? – Олег встал и протянул руку Мише.

– Да, – Миша тоже встал, и они пожали друг другу руки.

Олег вышел из кабинета. В отделе уже почти никого не оставалось, кроме дежурных полицейских. Миша встал, подошел к окну, недолго посмотрел, вспомнил события прошедшего дня. Вышел и поехал домой.

2029 год

На саммите Всемирной организации здравоохранения на основании доклада и исследований российских ученых и ученых других развитых стран было официально объявлено о пандемии интеграции.

Ученые представили доклад, в котором раскрывали сущность интеграции, а именно последнюю стадию интеграции. Они доказали и представили видеометериалы с пояснениями. На последней стадии, зараженные жертвы неразрывно связаны с высокотехнологичным устройством, оно диктует жертвам только те действия, которые необходимы для поддержания заряда батареи высокотехнологичного устройства и связи с интернетом.

В то же время в организме жертвы происходят необратимые последствия, которые диктуются пробуждением древнего гена. Как выяснили ученые, этот ген существует со времен эволюции человека. Этот ген активируется для защиты человека и провоцирует обратную эволюцию человека, превращая его в животное. Наглядная демонстрация изолированных жертв с высокотехнологичным устройством показала, что последняя стадия интеграции заканчивается разрушением шейных позвонков и под воздействием особого белка, который вырабатывается при обратной эволюции, голова жертвы срастается с грудной клеткой и плечевым поясом, нижние и верхние конечности вытягиваются, волосы выпадают, кожные покровы обретают светло – синий оттенок, глаза становятся тусклыми и мутными, также стадия характеризуется повышенной агрессией и инстинкт сбивания жертв в стаи. Были нередкие случаи врастания высокотехнологичного устройства в лицо жертвы, при постоянном неразрывном контакте. Таким образом, учеными было доказано, что высокотехнологичное устройство интегрируется в мозг жертвы и полностью заменяет его.

Вернуть жертву в первоначальное человеческое состояние не представляется возможным, так как особый белок при интеграции изменяет физиологию человека, на уровне генов. Обратный путь на момент доклада не был найден.

Представители всех стран на саммите единогласно приняли решение о временном запрете продаж высокотехнологичных устройств, некоторые страны даже приняли решение о запрете интернета и приложений к высокотехнологичным устройствам, которые функционируют только при подключении к интернету.

На законодательном уровне во всех странах ввели уголовную ответственность за неразрешенное особыми департаментами использование интернета и высокотехнологичного устройства.

На момент доклада жертвами интеграции стало тридцать процентов населения земли. Остальные вели бесконечную борьбу за разрешение использовать высокотехнологичные устройства, за их распространение и уничтожение, за контрабандный ввоз высокотехнологичных устройств, за охрану офисов распространения высокотехнологичных устройств и за их уничтожение.

2024 год

Миша и Олег встретились в отделе полиции на следующий день, как и договаривались.

– Олег, привет, – Миша протянул руку Олегу.

– Привет, – они поздоровались

– Ну что поехали в психушку, – Миша улыбнулся и похлопал по плечу Олега, – ты чего такой серьезный, сейчас мы узнаем тайны вселенной.

– Не остаться бы там самим после таких тайн.

– Это точно, ладно поехали.

Служебную машину они брать не стали, чтобы было меньше вопросов и свидетелей их авантюры, поехали на машине Миши. Пока они ехали, Олег смотрел в окно, замечая как на улице, кафе, магазинах, торговых центрах люди ходят погруженные в высокотехнологичные устройства, от этого ему становилось не по себе.

Примерно через полчаса они были на парковке психиатрической больнице, куда из района Олега привозили пациентов – убийц, пораженных интеграцией.

Показав, удостоверения, они без проблем миновали пост охраны. Олег уверенно шел по коридорам и лестницам больницы, Миша следовал за ним, пока не пришли к нужному кабинету. На двери было написано: «Главный врач». Олег постучал, повернул ручку кабинета и они вошли.

Главный врач что – то писал и сразу поднял глаза на вошедших полицейских.

– Добрый день, – поздоровался Олег.

– Здравствуйте, это опять вы, – немного надменно, с улыбкой произнес главный врач, – мне показалось, что мы решили все вопросы.

– Нет, не все, – ответил ему Олег.

– Ваше руководство сообщило мне, что доходчиво все объяснило вам, что здесь специфичное медицинское учреждение, вы нарушаете его режим и…

В этот момент Миша отошел назад к двери, повернул замок, после чего подошел ближе к главному врачу.

– Это ты нарушаешь закон, скрывая убийц в своей больнице, препятствуешь проведению оперативно – следственных мероприятий, а может ты соучастник?! – перебив главного врача, грубым тоном начал Миша.

– Я сейчас вызову охрану! – повысил тон главный врач, и потянулся к телефону.

– Да хрен тебе старый ублюдок! – Миша первым схватил телефон, выдернул шнур из сети, и швырнул его об стену.

– Проводим следственные мероприятия, говнюк, знаешь я воевал в Азманистане, а знаешь, что я там был специалистом по допросам, сейчас ты будешь плакать как девочка, – сказав это Миша мгновенно оказался за спиной у главного врача, завел руки ему за спину, схватил остатки провода от телефона, быстрыми движениями обмотал им руки главного врача, вытащил из кобуры пистолет и приставил его к голове главного врача, надавив так, что лоб хозяина кабинета уперся в стол, и слюна потекла изо рта.

Олег пару секунд был в ступоре от скоротечности событий в кабинете и действий Миши, но опять же, видев, многое, по долгу службы, быстро пришел в себя.

Главный врач что – то пытался сказать, но из —за давления пистолетом Миши, ничего было не разобрать.

– И так внимание вопрос, – начал Миша, – где подозреваемые, которых отправлял с места преступления этот капитан, – Миша кивнул на Олега.

– Ммммм…, – заскулил главный врач.

– Я сейчас тебя отпущу, и ты будешь говорить, а если нет, я сначала прострелу тебе ногу, надеюсь, мои действия говорят о моей решительности.

Миша убрал пистолет и за шиворот отдернул главного врача от стола.

– Этих пациентов здесь нет! – вскрикнул доктор, – их перевезли в краевую клинику!

– Зачем? – спросил Олег.

– Меня не посвятили, сказали, для подробного изучения поведения, – дрожащим голосом говорил хозяин кабинета.

Олег посмотрел на Мишу.

– Где их держат в краевой больнице? – спросил Миша.

– Я не знаю точно! – вскрикнул главный врач.

Миша тряхнул его за шиворот так, что Олегу показалось, что главный врач выронит зубы.

– Где их держат, гондон!? – повторил вопрос Миша.

– Там есть какой – то подземный корпус, новый построен лет пять назад, больше я ничего не знаю, – простонал главный врач.

– Верю, – сказал Миша, и отпустил хозяина кабинета, – идем, Олег.

Главный врач, посмотрел на Олега и Мишу выпученными глазами, глотая воздух. Миша открыл кабинет и они вышли.

– Да и вот еще что, если ты кого – нибудь о нашей беседе оповестишь, я вернусь, – обернувшись на выходе, сказал Миша.

Они молча и быстро прошли в обратном направлении по больнице. Сели в машину перевести дух.

– Едем в краевую? – спросил Миша.

– У нас что есть выбор, – ответил Олег.

– Поехали.

– Ты же знаешь, что он сообщит нашему руководству, что мы приходили к нему, – сказал Олег.

– Конечно сообщит.

– А я сообщу руководству руководства, у меня в министерстве обороны есть большие связи.

– Я думал ты обычный командир группы быстрого реагирования.

– Обычный, да необычный, чем начальники, а тем более этот старый мудак, могут меня напугать, – отведя взгляд от дороги, вопросительно Миша посмотрел на Олега, – отправят куда подальше? Да был я уже там, на самых дальних рубежах, откуда не возвращаются.

– Ты был на войне? – посмотрел Олег на Мишу.

– Да, я думал, ты знаешь, почему я в твоем отделе оказался.

– Нет. И ты, правда, пытал людей?

– Олег, на войне разное бывает, от оперативности твоих действий зависит многое, и даже жизни людей, а то и режим государства, – Миша поднял указательный палец вверх, показывая важность своих действий, и засмеялся, – чего уж там, сейчас у нас другая задача.

Все оставшееся время до краевой психиатрической больнице Миша и Олег ехали молча. Олег опять смотрел в окно, по сторонам и наблюдал жертв интеграции. Миша просто вел машину.

– Вроде здесь, притормаживая и поворачивая, кивнул Миша.

– Верно, – подтвердил Олег, – я тут был уже.

– Ты что тоже пал жертвой высокотехнологичного устройства или сгорел на работе? – засмеялся Миша.

– Я теперь совсем убедился, что ты был на войне, – в ответ засмеялся Олег, – мозги тебе там всколыхнуло.

– Нет, ну мало ли.

– Я не раз тут был по работе.

– Ладно молчу.

Миша заехал на парковку больницы, заглушил двигатель, вышел, осмотрелся.

– Пошли, я знаю куда надо идти, – Олег направился ко входу, и позвал с собой Мишу.

Через посты охраны, пользуясь служебным положением, они прошил без проблем.

Попав во внутренний двор больницы, Миша осмотрелся еще раз и поднял глаза на здание психиатрической больницы. Здание не было убогим и старым, наоборот, оно казалось совсем недавно приобрело новый фасад, было отремонтировано и ухожено.

– Олег, мы с главным врачом также будем разговаривать или у тебя с ним есть общий язык?

– Тут у меня были только официальные визиты при проведении следственных мероприятий, ничего плохого не могу сказать, но по жертвам интеграции я тут впервые. Кстати, Миша, тебя в отделе не потеряют?

– А тебя?

– Я участковый, я всегда на своем районе, а вот ты командир группы.

– Да не парься, я взял отгул, тем более мне его начальник отдела порекомендовал, типо стресс после смерти коллег и все такое, вот мне и сказали отдохнуть.

– Хорошо, нам сюда, – Олег указал на вход.

Они зашли в больницу, показали удостоверения на посту охраны и проследовали по длинным коридорам.

– Олег, у меня дежавю.

– У меня тоже. Эти больницы все одинаковые, и черт его знает, что тут твориться, закрытые учреждения. Вот кабинет, – Олег показал на дверь.

– Может сразу с пистолетом наголо зайти?

– Да не спеши, вообще он мужик нормальный, может объяснить, да он возьми и прольет свет на ситуацию.

– Олег, у меня ощущение, что ты не в полиции, а школьным учителем работаешь.

– Да ладно тебе. Давай сначала я попробую, а если не получиться, то ты сам уже, странно, что нам еще начальство не позвонило и не вызвало на порку.

– А вот это действительно странно, может главный врач зассал да и не стал звонить, мол пусть тут сами разбираются, с него то взятки гладки.

– Может.

– Что мы мнемся, пошли.

Олег постучал, и они вошли. Главный врач сидел на стуле, был абсолютно спокоен. Как только Миша и Олег вошли в кабинет, и поздоровались, из коридора послышались быстрые, топающие, приближающиеся шаги.

– Господа, вам тут не рады, вам ту нечего делать, убирайтесь, хотя вас сейчас и так выкинут отсюда, вставая с кресла, и, не сводя глаз с Миши и Олега говорил, главный врач.

– Я же тебе говорил, надо было со стволом наголо входить, – обратился Миша к Олегу.

Тем временем шаги в коридоре приблизились.

– Олег, отойди, стой рядом с эти козлом, и смотри, чтобы он не убежал, если что прикрой меня, – быстро произнес Миша.