Никакой магии, или Во всём виноват камень

Глава 8 Мольбы и бриллианты

Пока законная жена тайком утирала слезы, остальные представительницы прекрасной половины человечества стали уделять помолодевшему Чукотину повышенные знаки внимания, что вовсе не вызывало у него отторжения. Напротив, Василий Львович, как-то сам собой, превратился в просто Васю – румяного и кудрявого, первого парня в их коллективе. На посиделках вновь запел под гитару, белозубо улыбаясь окружающим. Вспомнил весь свой таежный репертуар времен студенчества, вновь захотелось пописывать стихи. На лирику потянуло… Девушки из соседних офисов наперебой захороводили вокруг него, строя глазки. Ему было и приятно, и как-то не по себе от этого. В кудрявой голове Василия родились строчки, тавтология, но все же:

– Пока мы молоды, мы молодость не ценим. Лишь потерявши, узнаем ей цену!

И такое чудо смог сотворить Чук, или Посланец небес. По сарафанному радио института стали разноситься сплетни одна фантастичнее другой, и все они доходили до Василия. Уж кем его только не объявляли: и Белым магом, и шаманом, и подзаряженным от новейшего психотропного оружия, разработанного в строго засекреченной лаборатории, тайным сотрудником которой он является. Ясно было одно – помолодел он в течении нескольких месяцев лет на двадцать пять не просто так, что является неоспоримым фактом, весьма загадочным и необъяснимым.

Любопытство и недоверие окружающих сменились просьбами помочь помолодеть, желанием выведать секрет преображения, особенно часто это исходило от женщин. Находились такие, что готовы были выложить за сеансы омоложения весьма большие деньги. Ажиотаж вокруг Василия все возрастал и совсем скоро к дверям лаборатории, где он работал, пролегла своя муравьиная тропа. Народ потянулся, а потом и повалил. На проходной не успевали выписывать пропуска, поговаривали, что ВОХРовцы наваривают на этом хорошие деньги, а паренек лет семнадцати водит посетителей группами, показывая в каком из кабинетов принимает маг Вася. Теперь Чукотин не мог просто так выйти в их институтский коридор; страждущие вернуть себе молодость атаковали его повсюду, расставив дежурные посты даже у мужского туалета. Он купил седой парик, отрастил усы, изображал хромоту, опираясь на палку. Перестал подходить к телефону, всех коллег их лаборатории умолил не выдавать его и отвечать, что маг Василий в командировке за границей. Ненадолго сработало, но, когда в туалете Василий справлял в писсуар свою малую нужду, рядом внезапно возник качок, двухметровый громила, почти квадратный.

Своей могучей спиной он перекрыл вход в туалет. В это время распахнулись двери кабинок и из них высыпали женщины; их было не меньше пяти-шести в роскошных шубах и бриллиантах. Они окружили Чукотина, едва он закончил свое маленькое дело и успел застегнуть молнию джинсов. Ничуть не смущаясь, женщины наперебой, перебивая друг друга, засыпали мага Васю просьбами, мольбами и даже требованиями, попахивающими шантажом. От дам, решившихся на подобный шаг в таком неожиданном месте, лишь бы уговорить мага Васю вернуть им молодость, можно ожидать чего угодно и Чукотину стало не по себе. Он пытался убедить их, что работает исключительно с мужчинами и, в основном, по обретению ими утраченной сексуальной функции, но женщины упорно не отставали и лишь тянули к нему руки, усыпанные бриллиантами:

– Любые деньги, только не отказывайте в помощи, маэстро!

А она из них, дама лет шестидесяти, бросив на кафельный пол туалета свою роскошную норковую шубу, грохнулась на нее коленками и воздев к Василию руки, взмолилась:

– Маэстро, не губите! От Вас отныне зависит моя участь, моя жизнь!

Она как-то, по театральному, заломила руки, но то, что предварительно не забыла бросить себе под коленки шубу, указывало на ее вменяемость и трезвый ум. Это привело в чувство самого Василия. В его голову пришла спасительная мысль:

– Хотите посмотреть фотографию моей жены? – спросил он страждущих просительниц и не дожидаясь ответа, достал из внутреннего кармана фото, где они с Марусей в молодости, и их последнюю совместную фотографию, на которой по-прежнему молод, а жена, увы, постарела.

– Как вы думаете, неужели бы я не помог своей жене помолодеть, если бы это было в моих силах?! Она прекрасный человек, мать моей взрослой дочери и мы в браке уже 25 лет!

Этот аргумент сработал. Женщины замолчали и послушно направились к выходу из мужского туалета. Качок закрыл за ними дверь и как-то особенно пристально посмотрел на Василия:

Слышь, ты и вправду можешь мужскую силу вернуть? Он двинулся на Василия, подобно горе, что «сама пошла к Магомеду». Против этого у Чукотина не было ни аргументов, ни сил. Он прижался к кафельной стене туалета и сдался.

– Понимаешь, перекачался я, с анаболиками и стероидами переусердствовал. На, попробуй! – он протянул Василию огромную ручищу с кулаком, размером с Чукотинскую голову – Крепкая?

– Крепкая, – обреченно выдохнул Василий, – так чего тебе надо, силища у тебя, как у трактора.

– Не догадываешься? А еще Маг… Везде все крепкое, только в одном месте мягкое. – Качок, покраснев, опустил голову – Дружбан, помоги! Зубила вовек не забудет! У кого хочешь спроси из братвы! Только имя мое назови – пальцем никто не тронет! Наташка у меня! Одними деньгами долго не продержусь. Маг Вася, верни мужскую силу!

Он сказал это в таком порыве отчаяния, что Василию даже показалось, что Качок вот-вот расплачется перед ним.

– Ладно! Верну! – Чукотин сказал так уверенно, что и сам поверил, что сможет помочь парню.

Василий выглянул из туалета, в коридоре – никого. Он изнутри запер дверь на шпингалет и указал на стул, одиноко стоящий у стены:

– Садись! – властно скомандовал Чукотин.

Качок повиновался. Его огромная масса тела, едва уместилась на стуле скромных габаритов. Спасла металлическая основа, добротно сваренная конструкция времен почившего СССР.

Василий стал действовать словно под гипнозом, одномоментно вспомнились Чумак с Кашпировским, которых показывают по телевизору. Он стал делать какие-то пассы вокруг головы парня. На глаза попалась пустая стеклянная банка на туалетной раковине. Василий налил в нее воды-из под крана и стал ею окроплять Качка.

– Все! Иди и будь здоров! Отныне к тебе вернулась твоя прежняя мужская сила! – и, отойдя от притихшего на стуле Качка, добавил – Нет, гораздо большая, чем прежде!

В это время в дверь туалета постучали. Василий открыл шпингалет. На пороге стояла уборщица тетя Валя с ведром в руках. Она как-то пристально посмотрела на этих двоих, а Чукотин посмотрел в ведро, что держала уборщица. На дне лежала тряпка.

– Хорошо, что не пустое. – подумал Чукотин. Он сделал знак парню на стуле. Тот, словно ото сна очнулся:

– Кажись работает! Как благодарить тебя? – парень достал из кармана увесистую пачку денег и протянул ее Чукотину.

– Нет, деньги мне нельзя брать. Дай лучше нашей уборщице тете Вале. Она за здравие в храме записку подаст.

Здоровяк вынул из пачки несколько купюр и протянул уборщице. Та сунула в карман халата:

– Как звать-то тебя? Чье имя в записке «О Здравии» упоминать?

– Пиши, тетя Валя: Зубила. Не ошибешься. Меня батюшки знают. Я на храмы с братвой жертвую. Только до сих пор, что-то не помогало. А у мага Васи, кажись, получилось! Я к Наташке, домой! – и с этими словами Качок поторопился покинуть туалет. Тетя Валя достала деньги из кармана: – Иж, пять тыщ отвалил! Куплю на ужин продуктов и на будущее до получки хватит. Ты не стесняйся, маг Вася, води сюда. Я из дома цветочки принесу, дорожку на пол!

Вернувшись на свое рабочее место в лаборатории, Василий написал заявление на увольнение, пожертвовав очередным отпуском. Его в этот же день рассчитали без проволочек и расспросов. Ставку ст. научного сотрудника Чукотина разделили на оставшихся коллег и отпустили со вздохом облегчения. Лишь девушки из соседних офисов загрустили, когда узнали, что симпатичный гитарист-песенник Вася уволился, да сотрудники ВОХРа с молоденьким курьером заметно приуныли: их бизнес на пропусках закончился, а с ним и муравьиная тропа иссякла.

Глава 9 Издержки славы

Этот случай непоправимо нарезал нервы Василия тонкой соломкой, превратив их в фарш, а его, как известно, не провернуть назад. Вася стал бояться: бояться выходить из дома, бояться толпы, улиц, переполненного транспорта, столь типичных для Москвы конца 80-х, начала 90-х годов. Чукотин вдруг понял, что ему надо срочно менять свою жизнь, уходить, исчезать, пока слухи не разнеслись по всей Москве, а там и по стране Россия с ее бывшими республиками. Иначе придется бежать из города в какую-нибудь глухомань, где его никто не знает. Но существовало серьезное препятствие – в паспорте дата рождения и фотография не соответствовали тому, как он выглядит. Исходя из документа – ему сорок девять лет, а в реальной жизни – молодой человек, недавний студент. Да, и по диплому он закончил ВУЗ двадцать семь лет назад. Так, кто ж его на работу примет? Еще заподозрят в мошенничестве и подделке документов, того гляди в милицию заявят. А что он скажет в свое оправдание? Про Чука-Посланника небес? Так и в дурдом попасть недолго.

Хуже всего, что кто-то продал фанатам его домашний телефон, чем лишил их с Марусей покоя. Достали постоянные звонки страждущих: требуют, плачут, умоляют, кое-кто пытается разжалобить личной семейной драмой и угрожает самоубийством в случае отказа. Дежурят около дома, звонят в дверь. Хоть беги!

Он старается делать вид, что у него с Марусей, по-старому, все хорошо, однако с каждым разом ему удается это все труднее. Жена, пряча заплаканные глаза, стала совсем грустной и отдаляется от него. Между ними выстраивается стена, которую он безуспешно пытается пробить. А, ведь и ему тоже, не так легко и просто пребывать в новом обличье: ладно бабки в след крестятся, это еще можно как-то перенести, вот и гардероб пришлось сменить на более соответствующий его молодежному облику и спортивной фигуре. Раньше по фигу было во что он одет, а сейчас, когда в транспорте на него глазеют молоденькие девушки, как-то стыдно стало в немодном старье ходить. Еще и парикмахера нужно посещать, его густые и быстрорастущие кудри постоянно нуждаются в стрижке, а хорошие мастера дороги. А это все деньги, деньги! Надо было видеть выражение лица жены, когда он вернулся домой в новом джинсовом костюме и с модной стрижкой! Как она, бедняжка отвернулась к стене, чтобы не выдать своего смятения и растерянности. Не зря в их доме исчезли зеркала из комнат, за исключением небольшого овала в ванной. Он сделал вид, что не заметил этого, чтобы лишний раз не ранить Марусю. И теперь на стене, с выгоревшими за пятнадцать лет обоями, на месте зеркала зияет яркое пятно их первоначального вида.

Чего Чук ему не дал, так это денег! Хотя, надо признать, в его первой молодости, во времена студенчества, денег у него и тогда было негусто. Да и откуда? Родители – бедные учителя в школе, получали всю жизнь копейки, жили в провинции, умерли один за другим несколько лет назад.

– Хорошо, что не дожили до моего преображения! – вспомнив предков, подумал Чукотин. Он поймал себя на мысли, что временами не рад приходу своей второй молодости. Что ни говори, но и много неудобств принесла она с собой. Вот, например, получил он от приятеля из своего родного города письмо с приглашением приехать и встретиться со школьными друзьями по поводу столетия школы. В ней работали его покойные родители: мать преподавала биологию, отец – химию, а до них дед с бабушкой учительствовали. Так, вот, пришлось отказаться, чтобы не шокировать своей молодостью пятидесятилетних одноклассников. А ему бы хотелось встретиться, поговорить, вспомнить былое, увидеть Милу Светозарову! Представить только, как он является весь в джинсе и кроссовках в свою старую школу, чтобы встретиться с, увы, постаревшими друзьями, а сам по виду им в сыновья годится! Так и не поехал! Отказал по надуманной причине.

Вдруг в квартире раздался телефонный звонок. На проводе был его бывший начальник Хвостокрутов Евгений Романович, собственной персоной. Голосом спокойным и уверенным, поинтересовавшись для приличия здоровьем и состоянием дел, бывший завлаб, а теперь совладелец и учредитель какого-то научного Центра магических и оккультных наук предложил ему, всего лишь ст. научному сотруднику встретиться, чтобы поговорить об одном деле. От этого предложения у Чукотина свело под диафрагмой. Они договорились, что на следующий день он приедет к Хвостокрутову в Центр, где они все обсудят в деталях.

– Прости, Чук, что усомнился в тебе! Вот и деньги показались на горизонте! Однако, рано радоваться, еще неизвестно, что за дело Жека предложит.

Глава 10 Жребий брошен

Озираясь по сторонам, в очках и надвинутой по самые брови шапке, в немыслимом пальто, купленном на толкучке по цене бутылки спирта «Рояль», Чукотин вышел из подъезда своего дома. На лавке сидели какие-то женщины, но ему удалось пройти незамеченным. Передвигаясь по окрестным дворам короткими перебежками, словно диверсант, заметающий след и постоянно оглядываясь, не ведет ли за собой хвоста, он, наконец, добрался до метро Измайловская. Только поднявшись на платформу, Чукотин перевел дух:

– Ух, кажется, пронесло. Еще немного и у меня начнется мания преследования. В каждом прохожем ищу страждущего обрести вторую молодость.

Подошел поезд, Василий зашел в вагон и сел на свободное место. Напротив него села женщина бальзаковского возраста и, как показалось Василию, уставилась на него в упор.

– Черт, неужели и в метро за мной просочилась. С виду за сорок. Самый опасный для меня возраст. Когда молоденькие пялятся, это нестрашно и даже приятно бывает, но стареющие женщины – особый подвид. Этим терять нечего, кроме морщин и седин.

Пассажирка напротив достала из сумки газету, надела очки и начала читать. У Василия отлегло от сердца:

– Ух, слава Богу! Обознался, а то уж приготовился к рывку – на последних секундах выскочить из дверей вагона, чтобы оторваться от хвоста.

Василий закрыл глаза и уютно расслабился, уткнув нос в поднятый воротник пальто. Ехать ему с пересадками до Беговой, а там, как говорил Хвостокрутов, в двух минутах ходьбы от метро, находится его Центр магии и оккультных наук.

– Ты, что ли маг Вася? – неожиданно раздался хриплый мужской голос прямо над головой Василия.

Чукотин открыл глаза и увидел нависшего над ним мужика, небрежно одетого и небритого, с виду типичного бомжа.

– Нет, не я… – у Василия пересохло в горле.

– Слушай, парень, не юли. Я за тобой от твоего дома с 1-ой Парковой следую.

– А ты кто?

– Иван. В твоем доме поселился. В подвале. Бабы меня наняли следить за тобой. Установить все твои контакты.

У Васи спина вспотела:

– Чего ты хочешь от меня?

– Дай для начала на бутылку и кати куда хочешь.

– А бабам что скажешь?

– Ну, придумаю чего-нибудь. Хочешь сам придумай, я передам.

– Скажи: уехал я на поезде. На Дальний Восток.

– Сказать-то можно. Хоть на Марс улетел и я сам лично видел. Есть и такие, что поверят. Но одной бутылкой здесь не обойтись. Заработок верный теряю. Ежедневный. Про упущенную выгоду слыхал?

Василий достал портмоне и показал его содержимое Ивану:

– Смотри: все что есть. Забирай.

– Ты, при такой славе и без денег?! В жисть не поверю!

– Обещаю, еще дам. Ты только прикрой меня, бабам не сдавай. А сейчас отпусти, куда я от тебя денусь. Ты же знаешь, где я живу…

– Конечно, 1-я Парковая дом 7 квартира 19, верно?

– Верно. Займу денег. Вечером приходи, часам к 8-ми.

– Договорились. Скажи жене, чтобы картошки побольше пожарила и пивка пусть купит. Приду к вам вечером, как и договорились, а сейчас плыви, куда плыл.

Василий встал и вышел не на своей станции, а Иван, усевшись на его место, остался в вагоне. Автоматические двери закрылись и поезд скрылся в тоннеле подземки.

Чукотин опустился на лавочку и стал дожидаться следующего поезда, а в голове крутилось:

– Все! Мой жребий брошен и судьба моя решена. Надо идти к Хвостокрутову, соглашаться на любых его условиях! Подошел поезд, Василий запрыгнул в вагон и поехал на Беговую.

Глава 11 Розыгрыш и факты

Центр магии и оккультных наук и в самом деле был в двух минутах ходьбы от метро Беговая. Да, там, где знаменитый ипподром: рысаки, скачки, ставки, касса, радость, слезы – т.е. полный набор пощекотать нервы и возможность испытать судьбу-индейку – сорвать крупный куш, что иногда случалось и обросло легендами, передающимися из поколения в поколение. Так уж повелось и до революции, и при советской власти. На верху признали сей факт, что людям нужно иногда выпускать пар, азарт никто не отменял. Казино с рулеткой уступило место карточной игре на деньги, но это нелегально и преследовалось по закону милицией с периодическими облавами на квартиры, где по наводке сексотов банковали по-крупному. А, вот, ипподром оставили, по слухам, из любви к скачкам влиятельных людей в самых высших эшелонах власти. Разумеется, не каждый из них осмеливался делать ставки открыто, для этого были специальные лица, все происходило инкогнито и элегантно шито-крыто!

Забегая вперед, напишу, что место для Центра магии и оккультных наук под руководством профессора Хвостокрутова Е. Р. рядом с ипподромом было выбрано не случайно, а в соответствии с грамотно и экономически проработанным бизнес-планом. Таким образом, за какие-то год-два, из Школы магии «Озарение» возникла Академия, а потом Центр магии и оккультных наук. И, как следствие, расширилась под это дело площадь аренды старинного особняка. Первоначально школа занимала всего две комнаты, потом под Академию было арендовано целое крыло здания. И, вот, под Центр отвели все двухэтажное сооружение конца 19 века, с правом выкупа.

Подойдя к особнячку, аккуратно выкрашенному в желтый с белым цвета, в окружении высокого металлического забора, покрытого черным лаком, Чукотин предъявил паспорт охраннику в будке со шлагбаумом. Странно, что у того не возникли сомнения в подлинности документа из-за несоответствия фотографии с внешним видом предъявителя. Охранник посмотрел в регистрационный журнал и сделав там отметку, пропустил Василия.

– Вероятно, для магов нет ничего удивительно и невозможного. Должно быть, сидя на посту и не такое видал. – подумал Чукотин, пряча паспорт во внутренний карман пальто.

На территории перед входом в Центр стояло много автомобилей: среди вишневых девяток и черных Волг выделялись новехонькие Мерседесы и BMW.

– Судя по зданию и припаркованным автомобилям, дела у Хвостокрутова идут хорошо. Где-то и его шикарный Мерседес здесь стоит. – Как в подтверждение своим мыслям, Чукотин посторонился и дал проехать переливавшемуся красным перламутром Ягуару, за рулем которого была дама в мехах. В глаза Василия посыпались искры от бриллиантовых колец на ее пальцах. Припарковавшись, дама вышла из шикарного авто. Сердце Чукотина привычно забилось от страха, но женщина, не обратив на него ни малейшего внимания, равнодушно прошла мимо и направилась ко входу в Центр. Василий впервые за долгое время почувствовал себя в безопасности и смело пошел вслед за ней в Центр магии и оккультных наук, как о том гласила вывеска.

Войдя в здание Центра, Василий снял пальто с серой кроличьей шапкой-ушанкой и отдал гардеробщику. Тот, бросив на Чукотина пренебрежительный взгляд, сунул шапку в рукав, а пальто повесил на вешалку между дубленкой и шубой из песца. На их фоне скромное пальтецо Чукотина выглядело особенно сиротливо и уныло, как бедный родственник среди богатой родни.

Подойдя к большому зеркалу, Василий вынул из внутреннего кармана расческу, вновь ставшую необходимой после чудесного обретения им волос. Кудри густые, золотистые… Василий невольно залюбовался своим отражением в зеркале: румянец во всю щеку, зубы, как из рекламы дорогой импортной пасты, что крутят по телеку.

Тут только до Чукотина дошло, что Хвостокрутов не видел его после обретения им второй молодости. Значит, у него есть возможность разыграть бывшего начальника, с которым он проработал не так уж и мало лет. Василию впервые за последнее время стало озорно-весело. В таком приподнятом настроении он поднялся на второй этаж центра, где в своем директорском кабинете его ждал бывший завлаб, а сейчас Президент Академии магии и оккультных наук, а также директор Центра паранормальных исследований г-н Хвостокрутов Е. Р.

Василий постучал и услышав:

– Входите! – открыл дверь и вошел в кабинет.

Директор Хвостокрутов, поблескивая золотой оправой очков, посмотрел на вошедшего молодого парня в джинсовом костюме:

– Что Вам угодно, молодой человек?

– Меня прислал к Вам, Чукотин Василий Львович. Он очень извиняется, что не может сам прийти.

– А почему он не позвонил? Вы, собственно, кто?

– Я санитар из больницы Боткинской. Здесь минут десять ходьбы. Вот, Василий Львович и попросил зайти к Вам, предупредить, что не сможет прийти.

– Ничего не понимаю… причем здесь больница?

– Так ему только что гипс на ногу наложили. На улице гололедица, вот и упал, ногу сломал. Хорошо, что больница рядом. Позвонить не мог, у хирурга был, а на весь этаж один телефон. Со сломанной ногой не дойти.

– Черт знает, что! У вас, что каталок нет?

– У нас стекла разбитые скотчем заклеены, а то и тряпками. Каталки старые и тех не хватает. Нет денег у государства. Не то, что у вас… евроремонт, фонтанчики с рыбками, зеркала. Я как в другой мир попал.

Очки г-на Хвостокрутова заблестели от гордости после таких слов.

– Вы проводите меня к нему?! – Евгений Романович решил не откладывать намеченную встречу с Чукотиным – С ним можно встретиться, поговорить?

– Устрою без проблем. Сам до его койки доведу. Только Вы поесть ему чего-нибудь захватите. Кормежка у нас скудная: суп, каша – одна вода. Да еще и подворовывают на кухне.

– Сейчас попрошу шофера купить продукты.

Хвостокрутов набрал номер и протянул Чукотину трубку со словами: – Диктуйте, что ему можно есть.

Василий взял телефон и стал перечислять:

– Икру, рыбу, лучше осетровую, фрукты-овощи, соки натуральные. Творог фермерский со сметаной. Хорошо бы язык говяжий заливной или холодец, – для коленных связок и голеностопного сустава полезно. Да, еще коньяк пять звезд и пива, но это лично для меня. – и Василий отдал трубку директору. Тот спросил: – Все успел записать? – и положил трубку.

Тут Чукотин не выдержал и разразился таким смехом, что Хвостокрутов снял очки, протер и снова надел.

– Да, я это! Я! Евгений Романович, неужто не признали?

Хвостокрутов, сидя за массивным столом, впечатался в кожаное кресло.

Наступила долгая пауза. Наконец, президент Академии магии и оккультных наук, опомнившись и вновь обретя дар речи, спросил:

– Кто Вы?

– Я Чукотин Василий Львович. Ваш бывший коллега по лаборатории минералов.

– Не шути так, парень! Чукотину полтинник, а тебе от силы двадцать пять!

– Нет, ну кто бы говорил! Вы – академик магии и оккультных наук, директор Центра исследований паранормальных явлений, а, следовательно, просто обязаны верить в то, что изучаете. Вам и флаг в руки. И, потом, мне пятьдесят только в конце года будет, а сейчас всего сорок девять. Ну, чем мне доказать, что я, это – Я! Жека, напомнить тебе, как ты со своей Ниночкой в отсутствие моей жены Маруси, ключи от нашей квартиры просил, где и встречался с ней во время обеденного перерыва. Твоя Нинка в ванной трусы забыла, знал бы ты какой скандал устроила мне жена! Пришлось устроить ей встречу с Ниной, иначе жена пригрозила разводом. А, что было делать? Разводиться из-за трусиков твоей любовницы? Ломать свою и Марусину жизнь? У нас ребенок еще в школу ходил.

Надо было видеть г-на Хвостокрутова после слов Василия. Он был по-настоящему жалок и потерял весь свой директорский апломб. Не помогли ни дорогой костюм, ни золотое пенсне, ни авторучка Паркер. Таких фактов не знал никто, кроме них двоих. С Ниной из соседней лаборатории отношения давно закончились и, даже расставшись, она не призналась ему. Спасибо Марусе – не донесла его Нателле, тогдашней законной жене.

– Так зачем приглашал, Евгений Романович? – Чукотин решил перейти к делу.

– Слышал я, что ты тот самый маг Вася, что возвращает мужскую силу.

Чукотин, поддавшись веселому настрою и войдя в роль мага Васи, утвердительно кивнул.

– Помоги мне. Чего только не пробовал, не подействовало!

– У тебя тут свои специалисты имеются. Целый штат.