Леночка, или Анна Каренина наших дней

  Они договорились переписываться по электронной почте и обменялись друг с другом адресами. Он проводил ее до гостиничного лифта, поцеловав на прощание руку. Дверцы лифта закрылись, оставив за собой графа Воронцова – Хрусталева, потомка славного дворянства России, о существовании которого Лена узнала всего лишь чуть больше недели назад, но почему-то была твердо уверена, что эта встреча изменит ее жизнь, уже изменила…

Глава 48 Ожидание встречи

  И все же, какое это чудо – интернет! Он связывает в мгновение ока людей по всему миру. Это настоящая революция 21 века! И у Леночки благодаря интернету установилась тесная связь с Дмитрием. Они ежедневно писали друг другу письма обо всем, даже о погоде. День начинался с обмена письмами с пожеланиями:  – Доброго утра -, а заканчивался пожеланиями: – Спокойной ночи -.

  Они делились друг с другом всем самым сокровенным, Леночке казалось, что она знает о Дмитрии все: как учится его дочь, ее интересы, увлечения. Она, в свою очередь, писала о своей семье, о сыне Коленьке. Из переписки Лена узнала, что жена Дмитрия умерла от скоротечного рака, когда дочери было чуть больше восьми лет. Дмитрий старался всего себя посвятить работе, очень увлекся садоводством и, как он шутит:

– Именно садоводство и любовь покопаться в земле с кустами роз, делает меня похожим на англичанина, во всем остальном, я чисто русский человек.

  Леночка много ему рассказывала о своем отце, о его исследовании русского Севера, который и для Дмитрия был родным. Писали поочередно и на русском, и на английском языках, благодаря чему Лена здорово подтянула свой английский, а Дмитрий – русский язык.

  А еще они ждут встречи. Дмитрий обещал, что обязательно приедет летом на Родину предков в Вологжанск. У него созрел план благоустройства Дома-музея, он высылал Лене по интернету фото образцов антикварной мебели, которой предлагал обставить музей-усадьбу, согласовывал с ней каждую мелочь, вплоть до дверных ручек. Они и не заметили, как стали по-настоящему близкими по духу и целям людьми и очень хотели увидеть друг друга вновь.

  И вот, наступил конец мая, а вначале июня обещал приехать Дмитрий, приедет по меньшей мере на месяц. И еще новость; с ним приедет Олег, который тоже вызвался помочь и выслал чек на крупную сумму, на которую можно начать ремонт, а тут еще и местная администрация решила поддержать восстановление музея-усадьбы в рамках программы «Культурное наследие края.» Но самое приятное от администрации города Леночка решила сохранить пока в секрете от потомков графа Воронцова-Хрусталева. Поступило предложение от местных властей присвоить городской гимназии №2 имена ее основателей Воронцовых-Хрусталевых.

  Лишь один неприятный инцидент омрачил подготовку и ожидание встречи с Дмитрием и Олегом. В администрации Вологжанска один из чиновников, приближенных к отцам города, как бы между прочим сказал ей:

– Крылова, и что ты так радуешься их приезду и, вообще, не верю я в их бескорыстную помощь. Ты что-нибудь слышала о реституции в странах Прибалтики? Советую поинтересоваться, а то глядишь и дождешься, как на твой музей-усадьбу повесят табличку «Частная собственность». —

Лена была настолько ошеломлена, что просто не сразу нашлась, что ответить. И лишь усилием воли, взяв себя в руки, уверенно сказала:

– Вот здесь Вы ошибаетесь, это совсем не моя усадьба и я очень надеюсь, что этого никогда не произойдет. —

  Она вышла из кабинета чинуши вся пунцовая. Молоденькая секретарша внимательно посмотрела на нее и Лена поспешно вышла в коридор. Позже она случайно узнала, что тот чинуша тесно связан с Широковым Дмитрием Степановичем, отцом Вероники и тестем Алекса, у них были общие дела в бизнесе. Дмитрию Степановичу перевалило за семьдесят, но сдавать свои позиции он не собирался и хоть отошел от официальных постов в администрации их города, но оставался «теневым министром», если выразится предельно кратко. Лену по жизни много раз подводило ее упорное нежелание участвовать или быть в курсе «дворцовых интриг», с самой ранней юности она стремилась сохранять свою независимость и даже автономию в любом коллективе, избегая сплетен и разборок. Но хождение по высоким кабинетам с целью помочь делу, которому она себя посвятила, продолжить то, чем занимался ее отец, а именно, сохранением культурного наследия края, случалось натыкалось на такие «откровения», а иногда и плохо скрытые угрозы. Ведь земля стала объектом купли-продажи, а усадьба-объектом недвижимости. Лену даже затрясло:

– Им дай волю, они все распродадут. А если и продать, то уж лучше потомкам графа. Хотя Дмитрий ни разу даже не заикался о том, чтобы купить усадьбу. А этим только продавать и перепродавать, чтобы потом действительно все обнести трехметровым забором и на нем вывесить табличку: «Частная собственность, проход посторонним воспрещен!  В случаи нарушения границ будем стрелять!», ну или типа того. —

  Настоящей помощницей и сподвижницей Лены в деле возрождения усадьбы была Люба, ее кропотливую работу было трудно переоценить. Лена намерено снизила свою ставку в пользу Любы, разумеется, в тайне от нее. Люба систематизировала всю работу, все привела в порядок. А теперь еще и мечтает освоить как следует компьютер, чтобы перевести все на цифровые носители. Главное сейчас закончить ремонт, который Лена запустила еще в начале осени. После возвращения из Англии пришел внушительный денежный перевод на ее имя от Олега и Дмитрия, очень хочется, чтобы к их приезду дом-усадьба не внушил им чувство «родного пепелища» или что-то похожее на это. Зимой были внутренние отделки, наладили электропроводку, отопление и дом, прогретый теплом, благодарно ожил, отозвался на заботу. Оказалось, что у него крепкий фундамент, сделанный добротно на века, еще при крепостном праве. Театр, находящийся в доме, тоже привели в порядок. В принципе все готово, осталось меблировать комнаты и можно открывать музей для посещения. А с парком быстро не получится, может потом, когда музей «встанет на ноги».

  Лена вспомнила, как в гостях у четы Уинстонов сэр Джон рассказывал, что у них в Англии и не только в Англии, а в Европе, где замки находятся, в основном, в частной собственности и государство не тратит на них бюджетные средства за редкими исключениями, когда владельцы уступают часть своих прав государству. В основном, сами владельцы несут все тяготы расходов по поддержанию, ремонту, а также уплате налогов, которые весьма высоки. Часто хозяева вынуждены сдавать свои владения или какую-то их часть, в аренду. Весьма доходным является проведение свадеб, частных вечеринок или торжеств, а также прием посетителей за отдельную плату. То есть, все то, что для Лены было неприемлемо по своей сути, в Европе дело обычное. Но для России это вряд ли подойдет, во всяком случае пока музей-усадьба находится в руках государства. Надо искать какие-то другие пути, находить спонсоров и меценатов, но здесь, в основном, и возникают конфликты интересов, так как под маской благотворительности частенько проглядывает хищническая морда какого-нибудь хапуги, мечтающего все прибрать к своим рукам. Лена чувствовала себя идущей по минному полю. И вот только благодаря прямой помощи потомков, она ощутила реальную поддержку. Но сразу нашлись «доброхоты», которые угадали в этом некий подвох. Не зря есть такое выражение – Каждый судит по себе. – Лена много раз убеждалась в этом мудром изречении.

  Дома у Лены все хорошо и спокойно. Леша, а теперь Алексей Михайлович (Лена иногда, как историк, проводила сравнение с «Тишайшим») заведует кафедрой, которую раньше возглавлял Матвей Львович. Алексей давно и успешно защитил докторскую, автор многочисленных трудов и учебников. Его ценят и уважают в коллективе. В ноябре ему минуло сорок лет, по этому поводу ходили слухи о присуждении ему государственной награды к юбилею. Но Алексей эти слухи упорно и решительно пресекал, каждый раз говоря, что ему не надо никаких наград, главное, чтобы не мешали работать.

– Каким был, таким и остался,– с нежной грустью думала о муже Леночка. – милый, честный человек и труженик науки, а все же мне приятно, что я – жена профессора. —

  Об успехах жены, ее книгах, Леша говорит гораздо охотнее, чем о своих трудах. Они с сыном Колей искренне гордятся Леной и были самыми первыми читателями ее книг.

  Мама Надежда Борисовна, разменявшая шестой десяток, все еще крепка на радость дочери и зятю с внуком. Она увлеклась цветоводством и научилась выращивать потрясающие цветы, которые раздаривает всем. В квартире Лены, во всех комнатах с самой ранней весны, с ее первоцветами, до глубокой осени, с ее астрами и хризантемами, всегда стоят вазы полные цветов. Особенно хороши гладиолусы, которые вырастают больше метра в высоту. Мама создала целую коллекцию махровых: от белых до темно-лиловых, почти черных, поражающих своим великолепием.

– Если честно, то я их раньше не особенно любила, но с годами прикипела к ним душой за их несгибаемость и способность распускать бутоны все до одного, до самого последнего на стебле. – каждый раз говорит Надежда Борисовна, когда в конце лета вручает Лене с Лешей огромную охапку метровых гладиолусов. В охапке: белые, сиреневые, оранжевые, алые, ярко-желтые и темно-лиловые гладиолусы элитных сортов. Часть цветов Надежда Борисовна передавала внуку Коле, чтобы он отнес их учителям в школу, где она работала завучем перед выходом на пенсию и где теперь учится ее внук.

  Лена тоже сажает цветы рядом с усадьбой. Несколько лет назад она посадила под окнами дома-музея кусты своей любимой сирени, которые разрослись и к приезду дорогих гостей обещают порадовать пышными и ароматными соцветиями. Ветви покрыты готовыми вот-вот распуститься белыми, светло и темно-лиловыми гроздями цветов. У Лены возникла идея сделать тематический праздник «Цветение сирени», приуроченный ко дню рождения Пушкина 6 июня. Эта дата совпадает с массовым цветением сирени, которое в их краях происходит позднее чем в центральной России, там она уже отцветает к этому дню.

  От Дмитрия пришло письмо, что 1 июня они, а именно; он и Олег с женой Мариной прилетают в Москву, где пробудут несколько дней, а затем утром 5 июня прибудут поездом в Вологжанск. В администрации хоть и со скрипом, но прореагировали на приезд потомков графа. Даже наметили встречу на перроне с отцами города и местными СМИ, а из особого уважения к заслугам приезжающих, решено прикрепить к ним автомобиль с шофером. От встречи с оркестром на вокзале Лена категорически отказалась, как от пережитка советского прошлого, это совсем не в духе гостей и даже будет неуместным. Спорить не стали, меньше затрат и хлопот.

  А вот с Любой Лена решила посоветоваться. Может и вправду впервые устроить 6 июня тематический день «Цветение сирени» с чаепитием из русского самовара в беседке посреди кустов. Напечь пирогов, блинов, позвать музыкантов из местного театра, актеров для чтения стихов русских поэтов. Без помпы, главное, искренняя задушевность и теплая хорошая погода. Люба по-настоящему прониклась и зажглась этой идеей, и обещала помочь разработать план мероприятия.

  А тут нагрянула проверка отчетности по средствам, выделенным на ремонтно-восстановительные работы усадьбы. Все договора-подряды у Лены были в порядке. Она еще в БРИПе кое-чему научилась у их бухгалтера и дела вела аккуратно, ревизорам не к чему было придраться. Они пытались влезть с проверкой средств, выделенных частными лицами, а основные средства были получены от потомков графа Воронцова-Хрусталева, Дмитрия и Олега, но Лена спокойно и уверено ответила, что отчитываться она будет только перед самими спонсорами, на что проверяющим возразить было нечего.

  И все же БРИП закалил Лену морально, она уже не та девочка-учительница, которую можно было сломить всякими слухами, этот этап жизни уже позади, Лена научилась отвечать и давать сдачи если это необходимо.

  И вот пришло письмо от Дмитрия о том, что завтра он встречается с Олегом и Мариной в Москве, где остановится в их московской квартире. Они планируют посетить Большой театр,  музеи Кремля, а он так хочет, чтобы и она была с ними… Лена ответила, что тоже хотела бы быть с ними в Москве, но будет дожидаться их в Вологжанске. И что осталось совсем немного до их встречи.

Глава 49 Приезд

  Встречать меценатов и благотворителей пришел сам мэр города Вологжанска Петров Василий Семенович, по слухам друг и соратник Широкова Дмитрия Степановича, тестя Алекса, а также заместитель мэра Валентина Ивановна Самсонова и главный редактор местной краевой газеты, а теперь и совладелец холдинга « Северный экспресс новостей» Синегоров Владимир Яковлевич.

  И Лена сразу вспомнила о Павле, его сыне. С отцом она встречается время от времени на различных мероприятиях, но близкого контакта между ними нет, скорее, наоборот, ощущается какая-то преграда и даже неприятие. Но Лена отогнала от себя все мешающие ей мысли:

– Сейчас они приедут… радовался Разум. – Сейчас Он приедет! – вторила Душа.

  И вот, фирменный поезд, идущий из Москвы, прибыл в их город. Она увидела его издалека, она сразу узнала его, а он ее. Все происходящее вокруг отошло на второй план. Леночке захотелось, как в юности, побежать к нему навстречу сквозь потоки людей, рассекая толпу, но она с трудом сдержала себя.

– Почему он остановился? – и только тогда Леночка вспомнила, что Дмитрий не один, с ним Олег и Марина. – Вот и они идут. —

Дмитрий первым подошел к Лене, взял обе ее руки своим руками и заглянув ей в глаза, заметно волнуясь произнес:

– Я так рад, так рад! Я так долго ждал! – успел вымолвить он. Лена смотрела на него и как будто видела впервые… Его голубые глаза улыбались, а черные брови с ресницами контрастировали со светлыми чуть волнистыми волосами. Редковстречающееся сочетание. Губы Дмитрия улыбались, обнажая ровные, белые зубы. Лена поймала себя на мысли, что ей хочется поцеловать его в губы. Давно не было у нее такого яркого и настойчивого желания. Отношения с мужем были спокойными и годами устоявшимися. Лена не могла даже вспомнить, когда они с Алексеем целовались в последний раз. Нет, ее он целовал постоянно: в щечку, в шею, в руку, везде, но страстного обоюдного поцелуя у них не было, наверное, со времен сватовства и первых месяцев свадьбы. Причем, целовал ее всегда Алексей, а Лена только «подставляла щеку», лишь позволяла любить себя.

  Олег заметно постарел, но стройная фигура, густые, пусть и поседевшие волосы, великолепно сохранившиеся зубы, делали его по-прежнему удивительно привлекательным мужчиной.

  Марина поразила своим сходством с матерью, просто ее молодая копия, та же грация, глаза, волосы. С Олегом они смотрелись вполне гармонично, несмотря на очевидную разницу в возрасте, четырнадцать лет срок немалый… Одеты они все были просто, дорого и со вкусом, чувствовался в них добротный заграничный лоск, несмотря на кажущуюся простоту одежды.

  Далее последовали рукопожатия и приветствия с прибытием на родную землю от администрации города, фотосъемки для СМИ. Прошло все как-то быстро и формально, словно поставив галочку в проведении мероприятия, можно распрощавшись сесть по машинам и уехать, что собственно и произошло. Короткая официальная часть встречи была закончена, в распоряжение гостей был прикреплен автомобиль с водителем и все разъехались по своим делам.

  Лена села в машину рядом с водителем, а на заднем сидении расположились Марина с Олегом и Дмитрием. Олег попросил водителя отвести их по адресу в его квартиру.

  В квартире Олега, в которой она была когда-то много лет назад, Лене было приятно увидеть чистоту и порядок, – дело рук бессменной Лидии Сергеевны. В гостиной был накрыт стол, подавала блюда сама домохозяйка Лидия Сергеевна, приятная женщина лет за шестьдесят. Обед был в лучших русских традициях: щи со сметаной и зеленью, сельдь по-русски, свиные ребрышки со сложным гарниром, масса закусок и салатов и, конечно, блины с икрой, сметаной, медом, а также большой пирог с яблоками и курагой. Напитки самые разные: от водки и шампанского до виски и кваса. Все было по-семейному просто и без церемоний. В усадьбу было решено поехать на следующий день, там встречать гостей будет Люба, об этом попросила ее Леночка. Завтра, в день рождения Пушкина – 6 июня, будет положено начало ежегодного традиционного праздника поэзии и начала лета – «Цветение сирени». Лена, конечно, была в курсе утвержденного с ней плана празднования, но была уверена, что Люба приготовит им какой-то сюрприз, неожиданный для нее, но на то он и сюрприз, чтобы быть неожиданным.

  После обеда мужчины выразили желание проехаться по городу на автомобиле. Олег тоже давно не был в родном городе и ему самому не терпелось посмотреть, как он изменился и что нового появилось в нем. А Марина с Леночкой остались дома. Они уселись в гостиной на том самом диване, обитом темно-синим бархатом, на котором сидела Леночка с Олегом в тот несчастливый Новый год. Все было без изменений: и гардины, и подушки с золотым теснением. Взгляд Леночки упал на портрет, висящий на стене, где была изображена восемнадцатилетняя Зоя с белой лилией в руке. Разговор плавно перетек на эту тему.

– Ты так похожа на свою маму, я ее встретила в Лондоне прошлой осенью. – сказала Леночка, глядя на портрет.

Марина, отведя глаза в сторону, тихо произнесла:

– Она никогда не простит меня за Олега. Ведь это я увела его у нее. Признаю, я поступила подло, но у меня тогда все внутри клокотало из-за папы. Я была еще слишком молода, многое не понимала, но мне ужасно хотелось досадить ей, мною руководила месть, я считала, что она не достойна Олега. И дело даже не в том, что она на пять лет старше его, а в том, что уж очень быстро она нашла отцу замену, хотя признаю, что я сломала им обоим жизнь. —

– И как же тебе удалось увести Олега? – поинтересовалась Леночка, удивленная своим же прямолинейным и несколько бестактным вопросом, заданным в стиле самой Марины, которую это совсем не шокировало и она, ничуть не смутившись, ответила:

– Да очень просто…-

На красивом Маринином лице появилась недобрая ухмылка:

– Я подмешала Олегу в бокал с вином снотворное, он уснул, я разделась и легла рядом. Когда домой пришла мать, она увидела нас спящих. Ну, а дальше все так быстро завертелось, – мать уехала, ничего не сказав… Короче, мы сошлись с Олегом, а когда я узнала, что беременна, мы поженились. Но, как говорят, нельзя построить счастье на чужом несчастье, может поэтому мы и потеряли нашего ребенка. Олег до сих пор мечтает о наследнике, но мне аукнулись ошибки моей юности. Я не жалею, что связала с ним свою жизнь. Он умница, светило медицины, у нас прекрасные отношения. Сейчас открываем филиалы его клиники по всему миру. Я его правая рука, приходится вникать во все дела. Я действительно много работаю. —

Лена молча слушала, когда Марина закончила говорить, произнесла:

– Мне кажется ты должна первая пойти навстречу своей маме. Прошли годы, твоя мама вышла в Англии замуж, она вполне счастлива и довольна жизнью. Уверенна, вам надо объясниться, поговорить и простить друг друга. Вот ее адрес и телефон, – Леночка достала из сумочки и протянула Марине визитку Зои и Джона. Марина взяла визитку и тихо сказала:

– Спасибо. —

Лена засобиралась домой, она была без машины, поэтому вызвала такси, на котором и уехала.

  На следующее утро была прекрасная солнечная и по-летнему теплая погода. Как и договаривались, они приехали в усадьбу к 12 часам дня. Люба встречала гостей по-русски, с хлебом – солью. Лена смотрела на реакцию Дмитрия, на выражение его лица, как он гладил рукой родные стены, как ходил по комнатам… Оказывается, скоро должен прийти железнодорожный контейнер с мебелью и предметами быта. Дмитрий лично собирал коллекцию и организовывал доставку, он обещал, что не уедет пока сам не убедится, что груз благополучно доставлен и дом приобретет интерьер конца 18, начала 19 веков, как было при последнем владельце – Александре Михайловиче, прадеде Дмитрия, которому пришлось покинуть Родину после революции и эмигрировать в 1917 году в Париж с женой и семилетним сыном, Петром Александровичем, дедушкой Дмитрия. На улицах, приютивших их городов Европы; в магазинах, театрах и кино господствовали иноземные языки, но семье удалось сохранить русский язык, в их доме говорили, читали, пели на русском. В раннем детстве Дмитрий понимал и говорил по-французски, после переезда семьи в Лондон французский сменился английским, но приходя домой, все говорили только по-русски и Дмитрий глубоко благодарен своим родителям, что они сделали все, для того, чтобы он свободно владел русским языком, хоть и учился он в чисто английских учебных заведениях и закончил Кембридж.

  Накрыли небольшой стол в беседке на открытом воздухе, среди цветущих кустов сирени. По середине круглого стола стоял большой, кипящий самовар, на нем фарфоровый чайник с ароматной заваркой по рецепту Любы, на столе все просто – пироги, Любино варенье; земляничное, черносмородиновое, вишневое, мед, блины. Никаких артистов и тем более балалаек не было. Хоть и нет ничего в этом плохого и все бы с удовольствием послушали любимые песни, но решили, что для первого раза обойдется, артистам надо платить за их работу, а деньги пошли на ремонт и их надо экономить. А вот детей из своего класса Люба пригласила, всего несколько человек. Люба так и сказала, что дети должны первыми принять в этом участие, тем более лето, солнце, и сирень цветет…

  Ребята читали Пушкина, ведь в этот день, 6 июня у великого поэта России день рождения, 211 лет – хоть и не громкий юбилей, но что-то в этих цифрах есть, как заметил сам Дмитрий.

– Я ничего не смыслю в нумерологии, но скажу по секрету, я – фаталист и верю в судьбу, ничего просто так не происходит в нашей жизни. – добавил он тихо. Лена посмотрела ему в глаза и тоже тихо спросила, чтобы кроме него никто не слышал:

– Дмитрий, а Вы верите в Бога? —

Дмитрий задумался и взяв ее руку, так же глядя ей в глаза сказал:

– Да. – после небольшой паузы продолжил, – Особенно сейчас, когда Вы рядом. —

  Они услышали голос Любы, она звала всех к столу. Беседка была большая и всем хватило места за круглым столом, который подарил водитель Саша. Он самолично привез его и поставил в беседку. Стол 50-х годов принадлежал семье Саши, он был добротно сделан по еще советским ГОСТам. Люба была очень обрадована такому столь необходимому для случая подарку. Александр привез и несколько стульев, крепких, хоть и с немного потертой обивкой, а Люба сшила на них чехлы из белой бязи, которые подошли и к белой вышитой гладью скатерти, принесенной Любой из своего дома. Леночка погладила рукой вышивку, конечно, это Ирочкина работа, жаль, что ее нет, она не смогла приехать из Москвы, у них с мужем родился первенец Максимка. Ему всего около двух месяцев и Любе не терпится увидеть малыша. Они обещали в скором времени приехать, чтобы показать его бабушке и тете с племянником.

  После совместного чаепития, Саша повез ребят по домам, они все из одной с Любой деревни, из ее класса, которым она руководит. Школу бросать Люба не захотела, она считает, что воспитание детей – ее главная задача, а в музее работает по совместительству в свободном режиме, а когда им провели интернет, стало еще проще работать. После того, как ребята уехали, Люба и Лена с гостями решили пройтись по парку усадьбы. Начало лета, свежая зелень и пение птиц, все располагало к прогулкам на природе. Постепенно и как-то незаметно Люба с Мариной и Олегом ушли вперед, а Лена с Дмитрием отстали, их внимание привлек старейший дуб парка, на вид никак не меньше трехсот лет, может и больше. Вспомнили Толстого и его описание дуба в «Войне и мир». А этот, усадебный, который видел всех предков Дмитрия, уже успел покрыться листьями, последнее время ночи были теплыми и этот «старый ворчун» и долгожитель среди молодых деревьев тоже поддался весеннему росту и обновлению. Лена и Дмитрий стояли под его высокой раскидистой кроной с могучими ветками над их головами, стояли подняв вверх свои лица, разглядывая сквозь листву голубое небо и золотистые лучи солнца. Чудесный день! Прекрасная пора начала лета… Стоя под этим могучим деревом, они вдруг осознали, что обязательно вернуться сюда под этот живой шатер из дубовых веток, что здесь останется что-то такое, что их будет связывать всегда, память об этом дне не покинет их никогда.

  Олег с Мариной уехали на следующий день, они люди деловые, бизнесмены. На прощание Марина подарила музею картину отца, с его любимым сюжетом – «Вид на вологжанский Кремль с речного берега.» А Дмитрий остался, хоть и не бизнес, но все же дела, нужно помочь получить контейнер, который должен прийти маршрутом: Лондон – Москва – Вологжанск. Когда он был в Москве, то ему пришлось похлопотать, чтобы груз вовремя прибыл в Вологжанск. Они с Леной ездили в управление железной дороги и вот, наконец, контейнер прибыл по месту назначения. Доставка фурой, а также грузчики, все было оплачено заранее самим Дмитрием.