Футарк. Второй атт

– Виктор, я глубоко вас уважаю, – начал он примирительно, и я понял, что Таусенд мне не поверил. – Вот только концы с концами не сходятся. Нет на тех землях ничего настолько ценного. Ведь нет же, так?

– Насколько мне известно, нет, – признал я нехотя.

– Ну вот! – продолжил он, приободрившись. – А значит, нет и никакого резона устраивать вот эти… – он запнулся, подбирая слова, – танцы с кактусами! Мальчишки это были, просто маленькие хулиганы. Попомните мое слово!

– Ясно. – Я с трудом заставил себя успокоиться. – Что же, Джордж, я вас понял. И все же потрудитесь принять у меня заявление о нападении на дом. А чуть позже я пришлю к вам Сирила. Думаю, его побои тоже следует зафиксировать.

– Ваш кузен попал в переделку? – заинтересовался Таусенд, кажется, проглотив прилагательное «очередную».

– Да, – подтвердил я. – На него напали вчера…

Я коротко описал инспектору вчерашние события.

– Хм, – произнес он задумчиво, выслушав мой немудреный рассказ. – Возможно, в чем-то вы и правы… Но это может быть простым совпадением!

– Может, – согласился я. – Только когда совпадений так много – это уже закономерность. А теперь, простите, мне пора!

Я поднялся, и Таусенд тоже встал.

– Не обижайтесь на меня, Виктор, – попросил он, первым протягивая мне руку. – Но поймите, все это лишь ваши догадки.

– Бездоказательные, – понимающе кивнул я, отвечая на рукопожатие.

– Увы, – подтвердил инспектор. – Конечно, я сделаю что смогу.

– Премного вам благодарен! – не удержался я и распрощался, стараясь не замечать укоризненного взгляда инспектора.

Надо думать, он действительно делал все что мог. Однако этого было мало!

Домой я ехал, кипя от негодования. Мальчишки, значит! Хулиганы!..

Мальчишки? Я притормозил на перекрестке, устроив небольшой затор и выслушав несколько нелестных эпитетов в свой адрес. У меня постепенно вырисовывался план…

Для осуществления этого плана мне кое-что требовалось, так что я прибавил газу и в считаные минуты долетел до дома (на этот раз меня обругали лихачом и сумасшедшим гонщиком, но я не обратил внимания).

– Сирил тут? – спросил я, метким броском забрасывая шляпу на крючок.

– Так точно, сэр, – ответил Ларример, несколько встревоженный моим взбудораженным видом. – Ваш кузен недавно изволил встать и позавтракать…

– Отлично! Гоните его в мой кабинет! У меня для него есть дело… И да, Ларример, принесите мне сандвич, я умираю с голоду!

– Как прикажете, сэр, – сказал он и удалился, явно проглотив слова о том, что нужно было как следует позавтракать, а не улетать с утра пораньше подобно урагану!

– Сирил! – сказал я, увидев томного спросонок кузена. Видимо, он наслаждался свободой после муштры полковника, оттого и встал так поздно. – Помнишь, ты вчера рисовал громил, которые тебя разукрасили?

– Еще бы, – хмыкнул он. Глаз у него приоткрылся, но синяк приобрел угрожающе-лиловую расцветку. Нет, такой за пару дней точно не сойдет… А я, к слову, забыл заехать в аптеку, хоть и обещал.

– Так вот, садись и рисуй еще, – велел я.

– Зачем?!

– Надо. – Посвящать Сирила в свои планы я пока не собирался.

– Ну ладно… Копии сделать?

– Да, и поточнее, будь добр. Без отсебятины. По десятку, я думаю, хватит…

– Сколько?! – подпрыгнул кузен. – Ты что, Виктор?! Я…

– Чем быстрее начнешь, тем быстрее закончишь, – обрезал я. – Тем более тебе это раз плюнуть. Ах да, и тех, кто приходил к миссис Вашингтон и тетушке, тоже изобрази. Давай, трудись, отрабатывай завтрак!

– Ну ты меня еще куском хлеба попрекни… – буркнул он, беря карандаш.

– Ларример, что Сирил изволил откушать сегодня? – поинтересовался я у вошедшего дворецкого.

– Яичницу из четырех яиц с беконом и шампиньонами, жареные сосиски, белую фасоль в томате, тосты с маслом и джемом, булочки с заварным кремом и, разумеется, кофе, – добросовестно перечислил тот и добавил с некоторой укоризной: – Ваш сандвич, сэр!

– Благодарю, – сказал я и вцепился в многослойный бутерброд.

– Во всяком случае, хлеб в перечне присутствовал, – фыркнул кузен и принялся рисовать с удвоенным усердием.

– Ларример, а что там с освещением? – спросил я, прожевав. – Мастер уже приходил?

– Да, сэр, – отозвался дворецкий. – Он сказал, что кто-то перерубил кабель, идущий к дому. Все уже исправлено, сэр.

Очень интересно! Нет, мальчишки тоже могли перерезать кабель, но… Знали ли они, как рискуют? Нет, это явно делал кто-то, прекрасно осведомленный об опасности и способный легко обесточить мой дом…

– А стекольщик будет только завтра, сэр, – добавил Ларример. – Может быть, прикажете перенести ваших питомцев в дом?

– Пожалуй, некоторых стоит, – согласился я. – Пойдемте, займемся этим, пока Сирил творит… Ну а остальные пусть остаются на местах. Немного свежего воздуха им не повредит, а если вдруг пойдет дождь… ну, там осталось достаточно стекол, чтобы защитить моих крошек от непогоды!

Того времени, что мы с Ларримером устраивали пострадавшие кактусы во внутренних помещениях, кузену вполне хватило, и теперь я располагал внушительной стопкой портретов злоумышленников. Посмотрим, получится ли что-нибудь из моей затеи…

– Не забудь приписать внизу: «Награда в тысячу фунтов за живого или мертвого»! – хихикнул Сирил.

– Ты не шути, а отправляйся в полицию, – велел я.

– Зачем еще?!

– Заявишь о нападении, – ответил я. – В кои-то веки ты пострадавший, думаю, Таусенд порадуется… Вон какое доказательство у тебя под глазом. Ну и портреты этих субчиков продемонстрируй заодно… А, и скажи про перерезанный кабель! Все, мне пора!

– Как же обед, сэр?! – донесся жалобный вопль Ларримера, когда я уже был за рулем. Ну что ж, теперь – в уже знакомые бедные кварталы!

На этот раз мне пришлось покружить по узким улочкам, прежде чем я наткнулся на мальчишек, игравших во что-то замысловатое. Я понаблюдал пару минут, но правил понять так и не смог. А уж гвалт стоял!

Видимо, игра была крайне увлекательной, поскольку даже мой автомобиль заметили не сразу. Зато уж когда заметили, живо облепили всей толпой.

– Мистер Кин! – протолкался вперед старый знакомый, Пит. – Здрасьте!

– И тебе добрый день, – сказал я.

– А вы тут так просто, ищете чего или?.. – приподнял он выгоревшие на солнце брови.

– Или, – со значением ответил я. – Есть у меня пара вопросов…

– Это мы завсегда пожалуйста! – сказал Пит и поманил к себе приятелей. – Спрашивайте, чего время тянуть?

– Скажи честно, приходилось вам окна бить?

– А как же, – ответил он, шмыгнув носом. – Бывало, мячом как засадишь – тут только ноги уноси! Потом еще мяч выручай…

– А нарочно?

– Тоже случалось, – кивнул Пит. – Как-то рыжий Сандерс, мясник, поймал Вилли и так его отлупил, что тот неделю отлеживался. А Вилли всего-то у него коровий мосол стащил для своей псины… Ну мы тогда собрались потихоньку и устроили потеху – звон стоял на всю улицу! Сандерс злющий ходил, только поди докажи, кто именно бил-то! Выпороть нас дома выпороли, ясное дело, но это ерунда, первый раз, что ли? – Тут он перевел дыхание и посмотрел на меня с интересом. – А вам зачем, сэр?

– Видишь ли, этой ночью кто-то переколотил стекла у меня в оранжерее, – ответил я.

Мальчишки переглянулись.

– В оранже… где? – нахмурился чернявый Джек.

– В застекленной мансарде, где я держу растения вроде того, что вам показывал, – пояснил я. – Ну, на чердаке, если совсем просто.

– Так это ж высоко! – удивился увалень Майк.

– Вот я потому и интересуюсь, – сказал я. – Может быть, кто-то решил устроить соревнования – кто выше камень закинет?

– Да ну, – мотнул головой Пит. – Во-первых, с чего бы это вдруг нашим пацанам в богатый квартал тащиться? Там живо загребут, если что! Во-вторых, про вас теперь все знают, так чего ж мы, дураки, у частного сыщика стекла бить? Зачем? Вы ж не Сандерс, вы с нами по-честному…

– Может, это вам преступники мстили? – вставил еще один мальчишка, рыжий, как морковка.

– Все может быть, – кивнул я. – Опять же электрический кабель той ночью перерезали…

– Точно, бандиты! – обрадовался рыжий. – Только глупо как-то…

– Что глупо? – заинтересовался я.

– Ну, именно в верхние окна камни кидать, – пояснил он. – Высоко ж, неудобно. Хотели бы попугать, так и первого этажа хватило бы. Там, поди, у вас вазы всякие дорогие, картины, чего там еще у богатых в доме есть? Вот попортили бы вам все это…

– Скажем так…

– Берти, – подсказал он.

– Скажем так, Берти, – продолжил я. – Мои растения мне куда дороже каких-то несчастных ваз. И эти люди откуда-то об этом узнали.

– Шпионили, поди, – со знанием дела вставил долговязый прыщавый паренек с неожиданно цепким взглядом темных глаз. – Ежели вы про это никому не рассказывали, то точно шпионили!

– Положим, о моем увлечении знают ближайшие родственники, слуги и старший инспектор полиции, но они вне подозрений. Кузен мог случайно кому-то проболтаться, но и то вряд ли, – покачал я головой. – Так что мне пока неясно…

– Чего тут неясного, – вмешался Пит. – Мы когда к вам в тот раз шли, так у вас наверху свет горел. И видно прекрасно, что вы там ходите. А если присмотреться, то можно разобрать, что у вас там растения какие-то, а в руке – лейка. Дураку ясно, чем вы заняты!

– Да вы готовые сыщики! – усмехнулся я. И правда, вечерами надо закрывать ставни, а я вечно ленюсь это делать.

– А много побили-то? – снова влез рыжий Берти.

– Да не особенно. Сами говорите: высоко.

– Во! Тогда точно не пацаны кидали! – обрадовался он.

– Почему ты так в этом уверен?

– Да потому что, если б мне надо было окна в этой вашей мансарде высадить, я б на соседнюю крышу залез и оттуда уж поработал бы так, что ни одного целого стеклышка бы не осталось! А взрослый не залезет. Слышно очень будет, переполошит всех, – добавил он, и я подумал, что этот маленький паренек – мечта вора-форточника.

– Версия складная, – согласился я. – Допустим, так оно и было… Но это не все, господа. Перед этим моего кузена избили. Несильно, но… хм… доходчиво. И все это имеет целью меня запугать. Зачем – не важно, долгая история… Словом, у меня есть для вас поручение.

– О! – обрадовался Пит. – Это здорово! Опять за кем-нибудь следить?

– Именно, – сказал я и позвенел в кармане мелочью. На этот раз я был предусмотрителен и разменял пару фунтов заранее. – Глядите сюда. Вот эти двое вчера напали на моего кузена. Этот – угрожал моей тетушке. А этот – нашей общей знакомой.

– Рожи кирпича просят, – высказался долговязый мальчишка.

Хм, ну, возможно, Сирил несколько перестарался с художественной достоверностью…

– У меня есть все основания полагать, что действуют эти люди не сами по себе, – продолжал я. – Их наняли.

– Да это ясно! У них самих мозгов бы не хватило! – фыркнул Джек. – А кто нанял?

– Предположительно некто Бабкок, поверенный. Адрес его я узнал. Так вот, мне нужно, чтобы вы последили за его конторой.

– В смысле не объявятся ли там эти хари? – уточнил Пит.

– И это тоже. А еще неплохо бы выяснить, к кому наведывается сам Бабкок и кто еще ходит к нему. За ними тоже надо проследить и записать адреса… Записать сумеете? – уточнил я на всякий случай.

– Вы не беспокойтесь, мистер, мы почти все грамотные, – махнул рукой Берти. – А если что, так запомним.

– А описать клиентов сумеете?

– Нарисовать, как вот этих? – кивнул он на творчество Сирила. – Не-э-эт, куда нам!

– Да нет же, словами описать! Ну, рост, внешность, приметы, если есть…

– А, это запросто, – отпихнул рыжего Пит. – Это мы легко. Когда приступать-то, мистер Кин?

– Да хоть сейчас, – ответил я и вынул из кармана горсть мелочи. – Так, держи, это вам на расходы…

– Ага, – серьезно ответил Пит. – Думается мне, надо всех звать. Ну, чтоб одни и те же не мелькали постоянно. Меняться будем. А эти картинки вы нам оставите, что ли?

– Конечно. Разглядите, запомните, как следует, остальным расскажите, в чем дело, – ответил я. – Бери.

– Мистер Кин, а докладывать вам когда? Вечером?

– Ну да. Думаю, хоть кто-то у Бабкока да появится за день. Или к нему зайдет, – кивнул я.

– Мистер Кин, – сказал Майк, – только если эти вот дядьки по ночам шастают, тут мы не подмога. Если к ужину не явимся, влетит о-го-го как!

– Хм… – Об этой проблеме я как-то не подумал. – Ну, тут уж я сам разберусь. Вы хоть о дневных посетителях позаботьтесь!

– Вы, мистер Кин, только служанку свою опять не забудьте предупредить, – ядовито сказал Джек. – А то она горазда за сковородку хвататься, я с прошлого раза помню…

– Предупрежу, – кивнул я и вдруг спохватился: – Ребята, а вы не знаете, как быстро избавиться от синяка?

– Свежего или старого? – деловито спросил Пит.

– Вчерашнего.

– Уксусом можно, – сказал он, подумав. – Отец, как подерется, так делает. Значит, по полстакана уксуса и спирта, только спирт вполовину развести надо, потом пол-ложки соли туда – и примочки делать.

– Йодом хорошо намазать! – выкрикнул Берти. – Здорово вытягивает!

Я представил, что скажет Сирил, если я предложу ему приложить к глазу подобный компресс, и заухмылялся. Народные же рецепты сыпались на меня со всех сторон.

– Капустный лист приложить!

– Пюре из белой фасоли на ночь привязать!

– Чеснок подавить, с уксусом смешать и мазать!

– Из лука с солью примочки тоже хороши!

– Достаточно, достаточно, – остановил я. Лучше я заеду в аптеку за свинцовой примочкой… – Я все запомнил.

Мы расстались, довольные друг другом, и я отправился назад.

Но ребята правы. Что если к Бабкоку заглядывают и ночью? Самому заступать на дежурство, что ли? Нет, я так долго не протяну… Нужно было что-то особенное, что-то такое…

«Эврика!» – сказал я себе и развернул машину. Это будет идеальным решением… если, конечно, все получится так, как я задумал.

Я остановил авто неподалеку от церкви. Солнце припекало, но на северной стороне кладбища, в тени церкви и старых лип, царила прохлада и какая-то неприятная сырость – вот уж точно могильная. Я уверенно направился к знакомому месту и, постучав костяшками пальцев о надгробие, позвал:

– Хоггарт, вы здесь?

– Ну чего еще? – недовольно отозвался призрак, до половины высовываясь из плиты.

Судя по некоторому беспорядку в его одежде, Хоггарт неплохо проводил время. Хм, а я и не знал, что подобные радости доступны и мертвым.

Увидев мой заинтересованный взгляд, Хоггарт засмущался и принялся торопливо приводить себя в порядок.

– Чего надо? – не слишком вежливо, хоть и значительно тише, осведомился он.

Пожалуй, нужно будет в следующий раз захватить Конно-идею, в его присутствии призрак делается значительно вежливее.

– Вы так глубоко осведомлены о делах Блумтауна, – решил польстить я и осторожно, стараясь не выпачкать брюки, присел на плиту.

– Что есть, то есть, – горделиво выпятил грудь Хоггарт. – Что, захотелось поговорить с умным человеком?

В ответ я кивнул, сдерживая улыбку. Хоггарт был хитер, однако умным я бы его не назвал.

– Ну спрашивай, так и быть, отвечу! – великодушно махнул рукой он.

– Вы знаете некоего мистера Бабкока, поверенного?

– А как же! – даже подскочил Хоггарт. – Гнилой человечишка!

В устах Хоггарта такая характеристика дорогого стоила.

– И что вы можете о нем рассказать?

Хоггарт расплылся в улыбке – поболтать он всегда любил – и принялся вываливать на меня множество сплетен. Судя по рассказу призрака, мистер Бабкок никогда не был разборчив как в средствах, так и в связях – знался со всяким отребьем и легко подряжался на сомнительные делишки.

– А еще говорили, он того… – Призрак огляделся, потом приблизился ко мне и на ухо сообщил: – Мальчиков любил!

То ли от близости призрака, то ли от сообщения меня обдало холодом. Пожалуй, приставить к такому человеку мальчишек было не лучшей идеей. Конечно, Бабкок не станет набрасываться на моих соглядатаев с неприличными предложениями, да и постоять за себя они способны, однако насмотреться они могут всякого. Завтра же их отзову!

– Хоггарт, а вы не хотите прогуляться? – перебил я словоохотливого призрака.

Тот надулся и сообщил нехотя:

– Да я бы рад, только с кладбища-то мне не уйти!

– Никак? – уточнил я. – Может, имеется какое-то средство?

– А тебе зачем? – подозрительно покосился на меня призрак.

– Хотел предложить вам немного развлечься, вот и все! – развел руками я.

– Поразвлечься?! – Взгляд Хоггарта сделался совсем уж подозрительным.

– Прогуляться! – пояснил я. Хоггарт определенно подумал о чем-то непристойном или преступном – такая уж у него натура. – Я подумал, вы могли бы проследить за этим Бабкоком…

– А что мне за это будет? – тут же начал торговаться призрак.

– Увлекательная прогулка и новые сплетни, – предложил я, усмехаясь. Призракам ни к чему деньги, а вот новости у них на вес золота.

– Ну ладно, – как бы нехотя согласился Хоггарт и воспарил над плитой. – Только, чур, и подружку мою прихватишь!

– Договорились, – кивнул я и улыбнулся, вообразив романтическую прогулку двух призраков. – Только вы не пояснили, что для этого нужно делать.

– Камень нужен, в который ты меня позовешь – с миссис Грейвс, конечно, – и вынесешь за ограду! – пояснил Хоггарт, едва не подпрыгивая от радости и предвкушения. В исполнении призрака смотрелось это странно.

– Какой камень? – деловито осведомился я, оглядываясь по сторонам в поисках небольшого обломка. Увесистый булыжник сложнее нести, да и у прохожих могут возникнуть вопросы. Еще, не дай бог, вором сочтут! Недоставало мне только слухов, что один из семейства Кин опустился до воровства с церковного кладбища! И чего – камней!

– Эй, ты чего? – даже как-то обиделся Хоггарт, проследив за моим взглядом. – Эти булыжники не пойдут, они же все освященные!

– Значит, нужен любой неосвященный камень? – уточнил я.

– Вот еще! – фыркнул Хоггарт, скрещивая на груди полупрозрачные руки. – Тут понимать надо, это тебе не… – Он покосился на мой кулак и закончил уже намного вежливее: – Тут нужен нефрит или в крайнем случае коралл… Но нефрит лучше!

– Хм. – Я всерьез задумался. Ни того ни другого в моем хозяйстве не было. Мама забрала украшения с собой, а я, как и отец, не носил ничего подобного. Можно, конечно, что-нибудь купить, однако настоящий нефрит сейчас редок, в Англию его везут неохотно… А подделки тут, само собой, не годятся.

Вспомнил! У тетушки Мейбл есть прекрасные четки, подаренные ей полковником Стивенсоном. Кажется, полковник привез их из своего путешествия в Китай, а уж там за подделку нефрита полагается смертная казнь, так что даже иностранцам фальшивые камни продавать поостерегутся.

Решено, сегодня же напишу ей. Впрочем, зачем писать? Ведь можно прямо сейчас к ней заехать! На мгновение я заколебался, вообразив, как пытаюсь объяснить тетушке, зачем мне понадобились ее четки. Хм, пожалуй, стоит сделать загадочное лицо и сослаться на некие важные дела…

Ну разумеется, я в очередной раз позабыл, что с тетушкой Мейбл подобные вещи не проходят.

Едва поздоровавшись, она набросилась на меня с расспросами о Сириле, и я замучился уверять ее, что кузен ведет себя прилично, порога моего дома не переступает и вообще занят исключительно дегустацией кулинарных шедевров Мэри. Потом меня попытались усадить обедать, и я едва отбился, уверяя, что только-только из-за стола. Есть хотелось, но, прими я приглашение, визит бы затянулся надолго, а мне нужно было многое успеть сегодня. Так что на вопрос, а что, собственно, привело меня в поместье, я честно ответил: хотел лично убедиться, что тетушка в порядке, а заодно спросить, не появлялся ли снова тот премерзкий тип.

Этот тип, как выяснилось, не появлялся, а вот другой продолжал докучать миссис Вашингтон. Тетушка Мейбл уже предлагала той погостить в нашем поместье или перебраться в город, поближе к полиции, но прекрасную вдову было не так просто запугать. Если верить рассказу (за чай меня все-таки усадили, и это было меньшим из зол), во время очередного визита негодяй вооружился хлыстом, чтобы отбиваться от собак. По моему мнению, отбиться от двух обученных доберманов он сумел бы разве что бревном, и то еще не факт, но миссис Вашингтон пришла в ярость. Отозвав своих питомцев, она вышла на крыльцо, поинтересовалась, долго ли еще незваный гость намерен топтать ее землю, выслушала наглый ответ, после чего пальнула ему под ноги из двустволки. И продолжала стрелять, пока тот зигзагами улепетывал прочь…

– Надо же, я и не знал, что миссис Вашингтон умеет стрелять, – заметил я.

– И очень недурно для женщины, – заметил полковник. – Она как-то продемонстрировала. Конечно, двустволка для нее тяжеловата, но она зарядила дробью, а там не нужна снайперская точность…

– Да уж, спасибо, что не картечью, – хмыкнул я, представив, как подосланный громила выковыривает дробинки из неудобосказуемого места. – Где же она этому научилась?

– А Сирил разве тебе не говорил? – удивилась тетушка Мейбл, подливая мне чаю. – Она ведь сама из Канады. Хорошая, старинная семья…

«Да, с воспитанием у миссис Вашингтон все в порядке», – подумал я.

– Кажется, у нее в роду имелись французы, – продолжала она. – Вот почему она такая темненькая… Но это не важно, это происходило добрых двести лет назад! Увы, со средствами у них было не очень, многое приходилось делать самим…

– Могу представить, – пробормотал я, и перед моим внутренним взором встала юная Мирабелла, только-только вставшая из-за фортепиано и отправляющаяся в лес, чтобы подстрелить оленя на ужин.

– Ну и, разумеется, едва только появилась подходящая партия – мистер Вашингтон, – родители немедленно выдали ее замуж. Ну а супруг привез ее в Англию. Дальше ты знаешь, Вик, после его смерти миссис Вашингтон не захотела возвращаться на родину…

И я ее прекрасно понимал! Тут она – независимая обеспеченная женщина, а там снова окажется под опекой семьи. Которая, кстати, непременно постарается наложить лапу на капиталы молодой вдовы!

– Какая интересная история! – сказал я и постарался сменить тему. – Тетушка, скажите, вы не могли бы одолжить мне четки?

– Четки? Зачем, Вик? – поразилась она. – Ты же в церковь заходишь, только если я подгоняю тебя розгой!

– Может быть, я решил исправиться, – пожал я плечами. – К тому же я читал, что повторение молитв с перебором четок позволяет сосредоточиться и отрешиться от суеты, а мне это сейчас необходимо.

– Но отчего ты не купил себе новые?

– В городе постоянно забываю об этом, – повинился я, – а тут вдруг вспомнил и решил спросить, вдруг вам не жаль для меня такого пустяка…

«С учетом того, что вы намерены поселиться у меня!» – мог бы я добавить, но тетушка догадалась и сама.

– Ну разумеется, не жаль! Какие тебе? Самшитовые? Или из кипариса? Есть еще из сердолика, оникса, из слоновой кости, агатовые…

– Можно из нефрита? – ласково улыбнулся я.

– Но…

– Говорят, это особенный камень, он приносит успокоение и дарует мужество, – произнес я с намеком, решив не вдаваться в подробности остальных легенд касаемо данного минерала.

– Да-да, я тоже об этом слышал, – неожиданно пришел на помощь полковник.

– Ну хорошо… только будь с ними осторожен! – неохотно согласилась тетушка Мейбл.

– Непременно!

– Виктор, вы хотя бы «Отче наш»-то знаете? – тихо спросил Стивенсон, пока она приказывала горничной принести нефритовые четки.

– Непременно освежу в памяти, – честно пообещал я.

Забрав сокровище и с трудом вырвавшись из ласковых объятий тетушки, в миллионный раз заверив ее, что Сирил жив, здоров, накормлен и обласкан, а комнаты только и ждут их с полковником приезда, я отправился в обратный путь.

Хм, а не заехать ли мне к лорду Блумберри? Если в наших краях затеваются какие-то крупные сделки с недвижимостью, кому как не ему быть в курсе? А от дома тетушки Мейбл до имения Блумберри не так уж далеко… И я решительно свернул налево на развилке.

Увы, мне не повезло. Оказалось, лорд уехал в город по делам, а когда вернется, неизвестно. Я мог бы остаться и подождать его, но кто знает, насколько он задержится? Ладно, наведаюсь к нему в другой раз…

С этой мыслью я и повел машину к Блумтауну. Можете представить себе мое удивление, когда на полдороге навстречу мне показалась запряженная парой серых в яблоках (для разнообразия) лошадей легкая коляска.

– Мистер Кин! – приподнял шляпу лорд Блумберри, когда я приветствовал его, и придержал лошадей. Я остановил машину. – Какими судьбами в наших краях?

– Заезжал к тетушке, а по пути заглянул к вам, да вот не застал, – честно ответил я.

– Ну тогда вам повезло, что мы так вот повстречались, – засмеялся он. – Вы по делу, мистер Кин?

– Да скорее с вопросом…

– Ну так пойдемте, пройдемся, – пригласил он, спокойно бросая поводья. Его послушные лошади никуда бы не ушли, а то, что мы перегородили всю дорогу, лорда ничуть не беспокоило. Впрочем, движение тут не слишком оживленное… – Поди, полдня за рулем, нужно и ноги размять!