Нулевой мир 3. Мера Один: Примал

– Да, давай, – Фолки бежал чуть позади, – Давай, первуха сраная!

Мы неслись по темному проулку, иногда вылетая на задние перекрестки, где дома едва не лепились друг к другу. Фолки хватал меня за плечи, подтягивая в стороны, чтобы я знал, куда поворачивать.

Мы подбегали к следующему перекрестку, когда вдруг темнота разбавилась непонятными искрами, летящими в глаза. Будто я посмотрел на звезды через ресницы. Я остановился и проморгался – нет, все тот же темный переулок.

– Что такое? – Фолки нетерпеливо прошептал в ухо.

– Не знаю!

Тут зверь вздрогнул и толкнул меня плечом к стене, а сам прыжком ушел в другую сторону.

– А-а-а! Нашел! – крик застал меня врасплох.

Зазвенело железо, тень Фолки увернулась от сверкнувшего клинка. В темноте ничего нельзя было разобрать, и я только беспомощно сжал кулаки, приняв боксерскую стойку. Ни зги не видно, а земной сканер меня не слушался. Оставалось полагаться только на рукопашные знания.

Я даже не успел повернуться, как сзади мою шею уцепили стальные пальцы и бросили вниз. Затылок загудел от удара о землю, но я заметил, как прямо надо мной просвистел клинок, и он со звоном встретился с кинжалом Фолки.

А сверху, еще выше, между домами проскочила тень. Там был рыжий хвост, или мне показалось?

Глухо застучали удары, заскрипела сталь.

– Н-на!

Я попытался встать, и тут мне так сильно прилетело в бок, что я отлетел и чуть не потерял сознание от удара о стену. Мое тело безвольно сползло по кирпичной кладке.

– Тварь! – чей-то еще голос добавился.

Фолки сражался с двоими!

Пытаясь взять себя в руки, я сжал кулаки и попробовал рывком встать. Где там эти звери?

Прямо передо мной в темноте переулка копошились тени.

– О-о-оргх… – оборвался стон, один из зверей упал.

Я пытался разобрать, кто есть кто, но тут застонал и второй зверь. Через пару секунд все было кончено, и ко мне подскочил Фолки. Живой!

Тяжело дыша, он сказал:

– Все… фу-у-ух… Спика, бежать надо!

– Ты не ранен? – только и вырвалось у меня.

– Нет, – блеснувшие в темноте глаза покачались, – Я их вообще не почуял. Если бы не ты, они бы в спину ударили.

Он меня толкнул, подгоняя. Придерживаясь рукой за больной бок, в который пришелся удар, я выжимал из себя все, что мог. В таком темпе мы бежали еще минут пять.

Когда мы выскочили на одной из улиц, зверь остановил меня.

– Стоим, надо осмотреться, – он крутил головой.

Я прислонился к стене, пытаясь отдышаться. Лучше мне явно не стало, и я все не мог сообразить, что со мной происходит. Боль в боку уже давно отошла на второй план. Меня кидало то в жар, то в холод, а все мои внутренности иногда скручивало в узел.

Пока мы бежали, я еще отвлекался от этого, но теперь опять стало невмоготу.

Тени домов скрывали почти всю улицу, чуть-чуть не доставая дома напротив. Через прогалы между зданиями свет падал на темную мостовую яркими полосами. Фолки вышел на середину, стараясь не выходить из темноты. Улица хоть и не была закоулком, но тут было безлюдно.

– Не понимаю, – послышался его голос.

Я решил подойти к нему, лишь бы не стоять и не слушать капризы тела.

– Что происходит, господин зверь? – едва ли не стуча зубами, спросил я.

Фолки мельком глянул на меня.

– Не знаю, куда бежать, – он пожал плечами, – Обычно я прекрасно вижу варианты.

Я посмотрел в одну сторону, потом в другую. И на меня снова нахлынуло…

С одной стороны улицы шли какие-то непонятные волны энергии, словно излучатель включили. Я не видел ничего, но чуял воздействие каждой частицей тела.

Это какое-то новое зрение. Не земля, не вода, и даже не чувство опасности. В глаза будто искры летели.

Она не была опасной, эта энергия, но она что-то скрывала. Ощущение было такое, будто кто-то включил прожектор и направил на нас, чтобы мы не могли рассмотреть, кто за ним стоит.

Я сморгнул. Нет, обычная темная улица, порезанная редкими лунными полосами.

Фолки тронул меня:

– Что там, Спика?

– Не знаю. Что-то…

– Можешь кинуть свое земное зрение?

Я покачал головой.

– Не уверен, что смогу. Но там что-то есть, искрит как будто, – а потом я показал в другую сторону, – А вот там ничего, пустота.

Фолки заулыбался, и тоже стал всматриваться.

Мне почудилось какое-то движение на стене здания, куда падала тень соседнего дома. Будто кто-то прыгал по крышам.

Я задрал голову, но никого не увидел. В этот же момент зверь схватил меня за рукав и рванул за собой.

– Прекрасно, Спика, – прошипел Фолки, – Значит, бежим туда, где ничего нет!

Я едва не споткнулся, но все же выровнял шаг и постарался не отставать от зверя. Изредка я кидал взгляд на крыши, но больше ничего не видел.

Мы пробежали целый квартал, когда к Фолки вернулись его чувства.

– Все, теперь вижу, – обрадовался зверь и сразу же утянул меня в подворотню.

Встав там, я снова попытался отдышаться. Меня мутило, перед глазами плавали круги.

– Не полегчало?

Я покачал головой.

– Ты понимаешь, что ты там увидел? – его глаза блестели жадным огнем, будто я стоил целое состояние.

– Нет.

– Я уже трепанный жизнью, и видел множество даров Неба. Есть такие звери, которые могут закрывать чувства другим.

– Глушить, – я кивнул, вдруг поняв, куда он клонит.

– Точно. Встречался с этим?

– Да. У меня чутье на опасность так исчезало.

– Ты увидел это, Спика, – радостно прошептал Фолки, – Увидел, как закрывают дар.

Я стал рассматривать свои руки, боясь увидеть, что же со мной произошло. Я, случаем, в демона не превратился?

Тут нахлынуло чувство, будто меня лапают самым непристойным образом. Подняв взгляд, я увидел, что Фолки опять пристально рассматривает меня. Его глаза блуждали по моему телу, и все мои неприятные ощущения следовали за его взглядом.

– Так и летаешь по пятой ступени, – Фолки обеспокоенно сжал мое плечо, – Никогда такого не видел. Будто сейчас выскочишь еще и из пятой ступени. Вот только куда?

Меня забеспокоили его слова. Вспомнились легенды о том, что Небо отнимало меру у особо нерадивых зверей. Надеюсь, я ничего такого не натворил.

Фолки оторвал от меня глаза, повернувшись к выходу из закоулка, и все неприятные ощущения исчезли. У меня чуть не отвисла челюсть – я впервые почуял, как зверь смотрел мою меру!

– Все, пошли, – меня хлопнули по плечу.

Вскоре мы вышли из опасных кварталов, которые прочесывали люди Грэя. К счастью, больше мы ни на кого не натыкались. Как объяснил Фолки, Вольфград негласно поделен на сферы влияния, и в этом районе можно было практически ничего не бояться.

Я с некоторым удовлетворением понял, что узнаю улицы. Когда мы подошли к особняку Хильды, Фолки остановил меня.

– Тебя нету, ты с Хильдой в отъезде, – сказал он, – Устрица не должна тебя видеть.

Он отвел меня в сторону, приказав прижаться к стене, а потом постучал в ворота. Через полминуты скрипнуло, и послышался голос Устрицы:

– Господин Фолки, в такое позднее время? Что-нибудь случилось?

– Ты ж моя сладкая первушка, волнуешься за меня?

Фолки довольно заурчал, а девушка испуганно захихикала. Меня кольнула легкая ревность, но я быстро себя одернул.

– Господин, прошу вас, не стоит! Хозяйка узнает, мне же влетит.

– Хильды нет, как она узнает?

– Я не могу ничего скрывать от хозяйки.

– Тогда иди скорее в дом, не искушай зверя.

– А как же…

– Я закрою, иди, – послышался звонкий шлепок и вскрик служанки, – Поручение хозяйки, надо кое-чего сделать.

Голос Устрицы затих, и вскоре просвистел шепот:

– Спика!

Я проскользнул во двор, и собрался было пройти внутрь своей каморки, но Фолки остановил меня. В руку мне сунули новое копье, и я с удовольствием ощутил, как жилы наполняются силой. Без всяких перебоев. Стало намного легче.

– Нет, – он указал на дверь особняка, – Будешь сидеть там, пока не скажем выходить.

В подвал можно было попасть, не входя в дом. Я спустился в темное помещение, и Фолки закрыл меня. Я оказался благодарен судьбе – на стене теплилась маленькая свеча. Света едва хватало, но мой сканер совсем не работал, даже с копьем, и оказаться в кромешной темноте мне сейчас не хотелось бы.

Обычная квадратная комната, с массивным стулом посередине. Я прекрасно помнил, как на нем пытали Безликого, того самого убийцу, который пришел в первый же вечер после посвящения.

Почему я должен был сидеть в именно в подвале, я не знал, но перечить не видел смысла. Фолки наверняка понимал, что делает.

После погони сердце потихоньку успокаивалось, но я снова остался наедине со своим телом. Со всеми его новыми неприятными ощущениями.

Впрочем, копье в руке добавило сил, я даже смог посмотреть внутрь себя. Мне было страшно, что стихия земли не работала, но я, подойдя к стене, все же прощупал ее сканером.

– Ну же, давай, землица русская, – сморщив лоб, выдохнул я.

Подкатила тошнота, но совсем слабо. Мне явно стало лучше. Камень отвечал, но с перебоями. Есть ответ, нет, есть… До-о-олгое «есть», чувство задержалось, я снова ощущал все частицы внутри кладки. Голова затрещала, и опять чувство исчезло.

У меня даже пот выступил на лбу от усилий, но радость от того, что стихия никуда не делась, облегчила страдания. Я понял, что все чувства вернутся после того, как организм оклемается. Это было похоже на какую-то настройку.

– Что же ты со мной наделал, Белиар? – спросил я.

Если бы у меня сейчас в голове послышался его шепот, я бы не удивился.

Я снова бросил сканер, сузив луч, чтобы так не страдать. Помнится, тут весь подвал был защищен каким-то барьером, и чувство земли не пробивалось. Голова заскрипела от новых усилий, но тут пришло видение этого самого барьера.

Защита в подвале была похожа на мельтешащие искорки. Только тут другой цвет, не как там, на улице. Мириады голубых искр роились там, в камне, и не пускали луч моего сканера.

Послышался скрип. Я даже не сразу понял, что он донесся не от двери, через которую меня сюда завел Фолки, а совсем из другого угла.

В подвале выросла громадная тень и я вскочил в боевую стойку, выставив копье. Фигура заговорила насмешливым голосом Хакона:

– Ха-ха, дерзкая твоя первушья башка.

Я чуть расслабился – это был тот самый зверь-варвар, глава Лунного Света.

Блестящие в свете свечи глаза уставились на меня, и я почуял, как под волосами зашевелились сотни неприятных червячков, пытающихся пробраться в мозг. Я затряс головой, пытаясь их сбросить.

– Почуял, что ли? – удивленно спросил глава Лунного Света, – Не бойся, я просто хотел тебе уверенности добавить.

– Не надо, господин зверь, – прохрипел я, и червячки исчезли.

– Удивляешь ты меня, первуха, – и варвар отошел в сторону.

За его спиной в углу зияла черная дыра секретного лаза.

– Быстро сюда.

– Я не… – замялся я, – Фолки сказал мне, тут ждать.

Хакон взмахнул рукой, и ко мне прилетела большая тряпка. Я развернул большой плащ с капюшоном.

– Надевай. Твой Фолки не все учел, – Хакон хмыкнул, – Дом клана Лунный Свет уже прочесали, Рульф взял право у самого Альфы. Сейчас и сюда придут.

Я без лишних вопросов накинул на себя плащ и нырнул в открывшийся в углу проход. Голова легко доставала до потолка, а обе стены можно было коснуться, просто расставив локти. Почему я раньше его тут не чуял?

Впрочем, тут все искрилось голубым цветом, и я понял, что земным чутьем я бы его не нашел. Весь лаз прикрыт барьером.

Кажется, я научился видеть защитную магию. Но еще я чуял, как Фолки смотрел мою меру, и даже то, как Хакон только что пытался забраться мне в голову.

Не слишком ли много способностей после встречи с демоном? Или тут одна природа у этой магии?

Тайный лаз со скрипом закрылся, камни легко встали на те же места, где и были. В проходе появился огонек свечи, и возникла еще одна фигура в длинном балахоне. Под капюшоном я не мог ничего разглядеть.

Хакон прошептал незнакомцу:

– Проход закрой хорошо, чтоб как можно дольше не чуяли.

Потом меня толкнули в спину, и я поспешил вперед.

– Куда мы? В дом Лунного Света?

Мне прилетела легкая затрещина:

– Я так-то пятый коготь, первушник.

– Да, господин зверь, – выдавил я.

– Нет, нельзя туда. Я за город тебя выведу.

– Но…

– Тебя к Хильде уведут, я выделю зверя.

Тут была кромешная тьма, приходилось тыкаться ладонями в стены. Паутина, плесень, какая-то грязь – полный набор заброшенных подземелий. Лаз был тесным даже для меня, а Хакон так вообще согнулся в три погибели. Но он перемещался быстрее меня и все время подталкивал в спину, отчего я иногда собирал головой грубые потолочные балки.

Вскоре мы уперлись в тупик. Точнее, я чуть не влепился в него и остановился, когда копье звякнуло о камень.

Хакон протиснулся мимо меня и приложил к стене ладонь. Заструились голубые искры, разбавились еще каким-то серым цветом, и тут мне в глаза ударил лунный свет. Я зажмурился.

– Успел, Фолки?

Оказавшись снаружи, я с удивлением увидел помощника Хильды. Когда он успел тут оказаться?

– Да, – ответил зверь.

– Что там?

– Ульвар и Коли мертвы, насколько я понял. Говорят, вообще половину дома Полуночной Тени разворотило, будто из Проклятых Гор монстр какой прошелся.

– Ясно. Уводи первуху.

Впереди лежала освещенная луной степная долина. Вдали высились темные зубцы старых гор, чернело пятно Леса Правды. Свобода! После всех тесных закоулков и тайных лазов душа прямо пела.

– За нами будет погоня, мастер, я чую, – сказал Фолки.

– Выделить зверей не могу, слишком подозрительно, – покачал головой Хакон и усмехнулся, – Мне и так уже возвращаться надо, я как бы к Альфе с возмущением шел.

– Ясно.

– Бегите, как можно быстрее. Я только патруль наш поставил, они тут на дежурстве. Попробуют задержать погоню, насколько смогут. Но ты же знаешь, они только вокруг стен.

Мне по спине прилетело, словно шпалой, я аж закашлялся:

– Давай, примал Лунного Света. На сегодня задача – выжить и не попасться на глаза. Таково наше слово.

– Выжить и не попасться на глаза, – повторил я.

– Фолки, ты знаешь, если догонят, – сказал последнее слово Хакон, – Свидетелей не оставлять.

И черный проем лаза закрылся, перед нами была обычная стена.

– Легко сказать, – усмехнулся Фолки, – Не оставлять…

Он хлопнул меня по плечу и показал бежать.