- -
- 100%
- +
– Это ты мне про честность говоришь? – взвилась Зима. – А не ты ли проспала в этом году половину своего сезона? Весна до июля работала, а уже с августа Осень в права вступила!
Лето потупилась, признавая правоту Зимы.
– Девочки, не ссорьтесь, пожалуйста, – попыталась урезонить сестриц младшенькая. – Давайте будем добрее друг к другу. Лето нужно было отдохнуть! Она год назад и за меня, и за Осень отрабатывала, помнишь, с апреля по октябрь +30 держала. Знаешь, как утомительно?
Осень вздохнула.
– Душеньки, нам что-то нужно делать с нашим графиком. Это, конечно, прекрасно, что мы готовы войти в положение друг друга, но люди очень просят стабильности, – она взглянула на сестриц. Весна виновато заламывала руки, Лето кивала и лишь Зима поджала губы, не желая признавать правоту Осени.
– Помните, изначально мы договаривались, что правим по три месяца. Давайте попробуем вернуться к этому? – предложила Лето.
– Идея, конечно, прекрасная, вот только я уже перерабатываю два с половиной месяца, напоминаю вам про август, – возмутилась Осень, глядя на Лето. – И очень хотела бы передохнуть в следующем сезоне. Мне кажется, это будет честно! Сейчас очередь Зимы!
Она посмотрела на вредную брюнетку.
– Ты работать вообще собираешься?
Зима задрала подбородок и отвернулась. Неожиданно плечи девицы задрожали, и она негромко всхлипнула. Сёстры кинулись утешать черноволосую красавицу.
– Зимушка, ну чего ты, – Весна нежно гладила Зиму по плечам. – У каждой из нас есть свои недовольные. Меня за лужи ругают и грязь под ногами…
– …и меня за лужи и грязь, да ещё и дожди с ветрами, – вторила Осень.
– А меня как ругают – ужас просто! – вступила Лето. – Рано придёшь – плохо, поздно – тоже. Жару нашлёшь – «Достала своим зноем», прохладой дыхнёшь – «Стыдоба, а не лето».
– Вот именно! Всегда найдутся те, кому что-то не нравится! – поддакивала Весна.
– Но будут и довольные, правда? Те, кто строит снеговиков из пушистого снега и делает снежных ангелов на свежей пороше, – добавила Лето.
– Кто спешит с коньками к ближайшей замёрзшей речке и радуется морозцу, щиплющему щёки, – уверяла Осень.
– Вы правда так думаете? – Зима с надеждой посмотрела на сестёр.
– Знаем! – хором ответили они.
– Приходи, а? – с надеждой попросила Осень.
Зима в последний раз хлюпнула носом, расправила плечи и ответила:
– Ладно, убедили.
* * *На дворе стояло 28 декабря. Улицы были серы и мокры. Новогоднего настроения не создавали даже гирлянды, мигающие в окнах. И вдруг пошёл снег. Он сыпался крупными перьями, будто кто-то в небесной канцелярии порвал перину. Всё вокруг белело на глазах.
– Мама, смотри, там снег, – раздался радостный детский голосок.
– И правда снег, – ответил мама. – Опять всё заметёт, ни пройти, ни проехать.
– Но красиво же! – продолжал радоваться малыш.
– Очень, – признала мама, любуясь в окно ставшим совсем уже зимним пейзажем.
Верь в чудеса
Город за одну ночь завалило снегом. Только вчера улицы были серы и замерзали под холодным декабрьским ветром, а сегодня уже отогрелись, обзавелись пушистыми снежными шубами. Только Яну снег не радовал. Дело в том, что вместе с красотой снег принёс целую тонну проблем. На дорогах образовался транспортный коллапс, автомобили грустно ползли за снегоуборочной техникой, и именно в этой нестройной шеренге сейчас ехала Яна.
Ей было жизненно необходимо попасть на новогоднюю ярмарку в центре города. Именно там она планировала найти для дочки вожделенный подарок. Мила обожала кукол ручной работы и заказала Деду Морозу вполне конкретный вариант – красотку с фиолетовыми волосами и зелёными глазами.
Прочитав письмо, Яна обалдела.
– Мил, а ты уверена, что Дед Мороз такую найдёт? – аккуратно поинтересовалась мать.
– Конечно, он же волшебник! – уверенно заявила дочь.
Волшебником Яна, исполняющим обязанности Деда Мороза на все праздники, к сожалению, не была, но сейчас ей очень требовалось чудо.
«Сама виновата! Надо было заранее просить Милу письмо написать. Успела бы ещё на заказ куклу сделать, – гнобила себя Яна, – но нет, дождалась 29-го числа, теперь решай проблему».
Ярмарка была её последней надеждой. До этого Яна обошла все супермаркеты города и облазила вдоль и поперёк каждый маркетплейс. На них, к слову, нашлась пара вариантов, но доставить посылку в срок не было никакой возможности.
И Яна, помолясь всем известным ей богам, выползла на заснеженную дорогу и медленно поехала в центр.
Ярмарка встретила новогодними песнями, яркими огнями и ароматами свежей выпечки. Палатки с красными крышами образовывали затейливый лабиринт, по которому змейкой тянулись покупатели, зависая то у одного, то у другого прилавка.
Яна тяжко вздохнула, предвкушая долгий шоппинг, и шагнула в толпу.
Глаза разбегались от обилия товаров. Чего здесь только не было: стильные ёлочные игрушки ручной работы, печатные и расписные пряники, варенье из шишек и мандаринов, пряные настойки и даже сомнительного качества ширпотреб с AliExpress. Но, увы, не было здесь главного – куклы с фиолетовыми волосами и зелёными глазами.
Нет, в целом кукол было полно. Рыжих, блондинок, брюнеток, даже зеленоволосых русалок и хрупких снегурочек в синих расшитых кафтанах. Но именно той, которая так необходима Яне, не было. Женщина порядком замёрзла и изрядно задолбалась, наматывая километры между рядами лавок.
Вдруг нос уловил ароматы корицы, гвоздики и кардамона. Оглядевшись, Яна увидела прилавок, на котором стоял большой чугунный котёл. Он и исходил ароматным паром. Над прилавком красовалась надпись «Глинтвейн». Ноги сами понесли Яну в ту сторону.
Продавщица напитка выглядела ну очень колоритно. Крупная, с копной седых волос, спрятанных под платком, крючковатым носом, на котором сидела бородавка, – чисто ведьма.
– Чего хочешь, красавица? – вопросила дама.
«Странный вопрос», – подумалось Яне. Ничего, кроме глинтвейна на прилавке женщины, не было. Неожиданно для себя Яна выдала:
– Куклу.
– Куклу? – удивилась женщина.
– Да. Дочь Деду Морозу заказала, а я найти не могу. Хочет необычную куклу – ручной работы, с фиолетовыми волосами и зелёными глазами. А я найти её не могу нигде. Не подарю – очень расстроится и в чудо верить перестанет, – тараторила Яна, сама не понимая, с чего вдруг так разоткровенничалась перед этой дамой. – А я, понимаете, очень хочу, чтобы она в него верила.
– Понимаю, – улыбнулась женщина. – Желание твоё похвально, я его исполню. Пей.
И она протянула Яне стаканчик с дымящим глинтвейном. На стаканчике было написано «Верь в чудеса».
Яна отрицательно помотала головой:
– Не могу, я же за рулём!
– Так он безалкогольный, – улыбнулась дама, сверкая золотым зубом. – Зато волшебный. Исполнит любое твоё желание. Но только одно и загаданное от чистого сердца.
– А что делать-то надо? – растерялась Яна. Ей очень нужно было чудо, и если глинтвейн давал хоть какую-то надежду, она была согласна его выпить.
– Так пей. Мысленно произнеси желание и скажи: «Глинтвейн выпиваю, желание исполняю!», и всё непременно сбудется.
Яна была взрослая, рассудительная женщина, которая не верила в сказки. Но сегодня, в этот заснеженный день накануне Нового года, отчаявшись найти заветный подарок для любимой дочери, согласилась бы даже съесть лягушку, если бы это помогло.
Она обхватила стаканчик двумя руками, мысленно произнесла ритуальную фразу и сделала глоток. Тепло мгновенно разлилось по телу, согревая до самых кончиков пальцев.
– Ну всё, магия свершилась, – подмигнула торговка. – Иди, будет тебе кукла.
Яна поблагодарила женщину и продолжила хождение по ярмарке. С каждым часом надежда таяла. Заветная кукла не находилась.
– Блин, ты же взрослая женщина, а всё в сказки веришь. Ну какой волшебный глинтвейн, – сокрушалась Яна, бредя к авто. Ей было горько. Дочь утратит веру в чудо, не увидев под ёлкой подарка от Деда Мороза. Её материнская миссия провалена.
Вдруг позади раздался голос:
– Женщина, это не вы обронили?
Яна обернулась и увидела пожилого мужчину в красном пальто, с седой окладистой бородой. Он стоял и протягивал ей… куклу. На голове куклы красовалась копна фиолетовых волос из пряжи, а глаза были вышиты изумрудными нитями.
– Возьмите, – дедушка буквально впихнул в руки обалдевшей Яны вожделенную находку.
– Верьте, чудеса случаются, – подмигнул колоритный дед и, уже уходя, обернулся. – Не переставайте верить! С наступающим!
– Спасибо! И вас, – обалдевшая Яна улыбалась и прижимала к груди подарок для дочки.
Принцесса
Однажды на Новый год мама сделала мне костюм принцессы. Мне было лет шесть или около того, точно не помню. Меня ждал новогодний утренник, который организовывали коллеги с маминой работы. Я хотела произвести вау-эффект, хоть и не знала тогда таких слов, а потому очень просила маму сделать мне какой-то потрясающий костюм.
И мама смогла. Времена были дефицитные, 90-е годы. Это сейчас пункты проката карнавальных костюмов есть, пожалуй, в каждом городе и любой маркетплейс предлагает множество вариантов. Но тогда приходилось креативить самостоятельно, создавая нечто уникальное из подручных средств.
На мой костюм мама не пожалела фаты от своего свадебного платья. Сейчас я уже не помню точно, как выглядел тот наряд, но в голове моей рисуется образ невыносимо прекрасного платья с пышным подъюбником и эффектной сеточкой фаты поверх самой юбки. Чтобы окончательно сразить всех, мама раздобыла мне где-то блондинистый парик, а из картона и серебристой бумаги сделала корону.
На том утреннике я была настоящей принцессой со светлыми локонами, уникальный платьем design by mama, сверкающей короной и даже личными поддаными. В роли одного из них выступил сын маминой коллеги.
Я уже не помню, как его звали, зато отлично помню, как он обомлел, увидев меня. А потом спросил у моей мамы:
– А Катя где?
– Так вот же она! – улыбнулась мама, показывая на меня. И он, не веря своим глазам, уставился на меня в удивлении.
– Не может быть! Это не Катя, – заспорил мальчик.
Я хохотала, крутилась возле мамы и ощущала себя почти золушкой на балу-маскараде.
Сандалики на ремешках я, к счастью, не потеряла, зато сохранила навсегда это тёплое воспоминание и благодарность маме за то, что не пожалела мне свою фату и подарила такие эмоции.
Познакомиться с творчеством автора можно,
набрав ник в соцсетях:
Телеграм: https://t.me/slovoavtora_katbutenko
Вахова Вера
Зимние мгновения счастья
Нарядная большая ёлка на треть гостиной. Старые игрушки вперемешку с новыми. На столе поблёскивают хрустальные бокалы, отражая огоньки ёлочных гирлянд. Их загадочный свет, мигая, окрашивает комнату в разные цвета: то зелёный, то красный, то синий. Женщины быстро накрывают на стол. До встречи Нового года остался час и двадцать минут. Четыре поколения собрались вместе: бабушка, прабабушка, мама и дочь, она же внучка и правнучка. Мы с Ириной приглашены в эту семью её подругой, женой военнослужащего и сотрудницей по работе в доме культуры. Мужчины нет, он на службе. Оставил распоряжение солдатам выборгского гарнизона принести в дом большую ёлку.
Садимся за стол, наливаем в бокалы советское шампанское. Моё внимание привлекает курица почти шоколадного цвета, приготовленная с грецкими орехами. М-м-м, как необычно! Луковый салат с кальмарами по-французски и всяческий разносол. Хозяина в доме явно не хватает. Но вот часы приблизились к двенадцати… Ура! Магический миг…
– С Новым годом! – кричим все вместе, подняв бокалы.
– Ваня, с новым счастьем! – кричит Ксения в телефон своему мужу.
– Бабушка, с Новым годом! – женщины обнимаются с дочерью и внучкой, милые, словно Феи Моргане, приехали из далёкой Украины, чтобы подбодрить дочку.
Под ёлкой лежат разноцветные коробки. И пока родственницы делятся щедрыми подарками, я мыслями уплываю в моё далёкое детство на Урал в деревню Малый Буртым.
Стоит такая же живая и большая ёлка в гостиной, и любимый новогодний огонёк по ещё черно-белому телевизору до утра в соревновании с отцом, кто досидит до конца.
– Вера, ты уже спишь? – кричит отец из своей комнаты.
– Пап, как можно уснуть под эти песни, – отвечаю я, устроившись уютно на полу под ёлкой в зале. А по телевизору Эдуард Хиль разухабисто распевает популярный зимний шлягер 1960-х годов:
«У леса на опушке жила зима в избушке.
Она снежки солила в берёзовой кадушке.
Она сучила пряжу, она ткала холсты,
Ковала ледяные да над реками мосты».
Сколько было игр и вокруг этой ёлки: «найди игрушку, которую я загадала», «какой игрушки здесь не хватает». Вот так развивали зрительную память. Пахло свежей хвоей и мандаринами из профсоюзных подарков нашей мамы. На накрытом столе стояли пироги с капустой и шаньги с картошкой, испечённые в деревенской печи.
– Мам, подстриги меня! Надоели мне эти белобрысые косички, – и она на удивление согласилась, сделала мне длинное каре.
– Вера, какая ты у меня красивая! – проговорила мама, глядя в зеркало, в котором отражались её пятнадцатилетняя дочь и новогодняя ёлка. Первый и последний раз услышала я от неё комплимент.
Спустя два месяца мама трагически погибла. «А на хрупкие плечи Верочки, как старшей дочери, свалились все женские хлопоты по дому, младшие брат и сестра и моральная поддержка безутешного отца. Но Вера не сломалась и не отказалась от своей мечты стать артисткой. Отец дочери ни в чём не отказывал, уж очень на Тамару, жену покойную, была похожа, такая же белокурая, стройная, смешливая и независимая. Такой попробуй покомандуй!
Вера поскиталась по театральным училищам страны, вернулась на родину, поступила в университет на филологический факультет на вечернее отделение. Как и обещала отцу, сидеть на его иждивении не стала. Работала сначала на заводе в Перми, потом перешла в школу, да так там и осталась. А празднование Нового года продолжалось в кругу подруг и друзей, сослуживцев по работе, приходилось и в Снегурочку переодеваться, и новогодний сценарий написать, чтобы развлечь коллектив рыболовного траулера в Беринговом море».
Где только ни приходилось мне праздновать Новый год, скитаясь по белому свету… и всегда любое географическое и социальное место празднования вносило свои коррективы.
Новый год в семье моей сестры в Петербурге, новый год в моей семье в Италии. Уже не Дед Мороз и Снегурочка под украшенной искусственной белой ёлкой, а итальянское presepe, изображающее новорождённого Христа и его родителей – Джузеппе и Марию. Да, конечно, это на католическое Рождество, но ёлка с presepe стояли до нашего православного Рождества 7 января. И по итальянской традиции Рождество празднуют в семье, а Новый год – где и с кем хочется. Молодёжь бежит на городские площади, где в многотысячной толпе кажется теплее, веселее и счастливее.
Ну а мне в Италии на Новый год всегда не хватало снега. Когда уж очень скучали по снегу, поднимались с сестрой в горы, благо, что рядом. И устраивали почти ритуальные пляски на снегу босиком, чтобы ощутить жгучий холод и проникнуться зимним праздником по-русски.
А вам доводилось купаться в снегу?..
То ли сказка, то ли быль…
Я мечтала о морях и кораллах.
Я поесть хотела суп черепаший.
Я шагнула на корабль, а кораблик
Оказался из газеты вчерашней.
(Роберт Рождественский«Солнечный зайчик», 1968)– Мишка, ты почему не спишь? Я тебе спокойной ночи зашёл сказать, золотых снов пожелать, – укладывал шестилетнего внука Василий Дмитриевич.
– Деда, не спится! Расскажи свою байку про море, – канючил белобрысый мальчонка, зная, что у деда много таких баек в запасе. – А как тебя называли на корабле?
– На судне я был боцманом, но иногда по-флотски меня называли Драконом, всех драконил. Вот и тебя сейчас задраконю, если спать не будешь!
– Деда, а на корабль к вам приходил Дед Мороз?
– Не только Дед Мороз, но и Снегурочка была, – Дмитрич начал рассказывать свою обычную байку для внука, гостившего у него, пока родители были в командировке по своим профессиональным делам журналистов.
* * *Давно это было, кажись, в 1985 году в Беринговом море. Перед Новым годом море по-зимнему очень волновалось. А тут передают по рации, что надо принять шлюпку с учительницей на борту с соседнего траулера.
Я к капитану:
– Товарищ капитан, сильно штормит. Учительница может и подождать, да и зачем ещё одна женщина на судне, не к добру это!
– Ишь, какой суеверный, Джека Лондона, что ли, начитался! Сказали принять и всё, распоряжение от начальника экспедиции.
– Ну как женщина по трапу поднимется, волна высокая, судно качает, она что, русалка морская?!
– Ну я тоже не морской волк, а капитан Орёл. Сказано принять, будем выполнять.
Швартовая команда вышла на борт, вдалеке стоял траулер «Високосный», от него отделилась шлюпка и, прыгая по волнам, пошла к нашему судну. Приблизившись к борту, мы увидели, что женщину сопровождали трое матросов. Ей предстояла задача ухватиться за трап на высокой волне и удержаться. Все наблюдали за этим действом. Три попытки были неудачные, шлюпка быстро уходила вниз. Потом, видимо, старший уговаривал её вернуться, наконец, на высокой волне она всё-таки поймала трап и медленно начала подниматься. Ребята подцепили на трос её дорожную сумку, затащили трап, и, оля-ля, учительница перешла на наш борт. Это была молодая симпатичная дивчина лет тридцати.
– Добро пожаловать на борт судна «Кормчий», сударыня. «И чему ты нас учить будешь?» – подумал я, не скрывая разочарования.
– Деда, это была Снегурочка? – не унимался внук.
– Да, Мишка, как оказалось, именно она стала нашей Снегурочкой!
* * *Снова Берингово море, радиорубка рыболовного траулера «Кормчий».
Радист Костя принимает радиосообщения. Обычные поздравления с Новым годом членам экипажа летят морзянкой со всех концов нашей необъятной страны.
Костя расшифровывает и превращает их в простые письма. Но одно сообщение показалось необычным. Это был SOS о помощи заблудившегося в океане судна, и подпись «Дед Мороз».
Надо срочно сообщить капитану, но подпись очень смутила молодого радиста: «Шутка, что ли, чья-то? Но как можно так шутить?»
Костя позвонил капитану, известному в экспедиции как Орёл, фамилия у него была такая, славился удачей в рыболовном деле.
– Товарищ капитан, здесь странное сообщение от Деда Мороза поступило, просит о помощи, заблудился в океане.
– Дед Мороз, говоришь! Это ж по сценарию нашей учительницы Ольги Михайловны! Команда в актовом зале ждёт встречи с Дедом Морозом, а он заблудился! А ну свистать всех наверх! Леонид Иваныч, объявите, чтобы швартовая команда приготовилась принять шлюпку с Дедом Морозом.
– Внимание, внимание, швартовой команде выйти на борт и приготовиться принять шлюпку с Дедом Морозом! – раздалась команда по судну.
Собравшиеся в актовом зале матросы-добытчики, готовые по любому зову выйти на палубу, чтобы тащить трал, полный рыбы, дрогнули и даже поднялись с места. Но услышав про Деда Мороза, рассмеялись и снова уселись на свои места.
Из камбуза доносились обворожительные запахи праздничного ужина, наши поварихи суетились во всю.
Наконец-то в зале появился долгожданный Дед Мороз, но без Снегурочки, которую тоже стали искать по всей экспедиции в Беринговом море, да ещё выторговывать. Какое-то судно Снегурку перехватило.
А матрос Василий, переодетый в Деда Мороза, продолжал развлекать команду своими эпиграммами, он по ним был мастер.
«Дверь открылась, ждёт народ.Появляется живот.Знать минутки через триБоцман должен подойти!»– А про старпома, можешь?!
Шутки летели экспромтом от Василия. Веселил команду от души и ждал Снегурочку. Поговаривали, что запал Василий на учительницу, даже в Деда Мороза нарядился, чтобы с ней рядом быть. Но как-то странно холодна была Ольга. Мила, но бледна, и глаза были огромными, синими, что утонуть можно. Неожиданно появилась Снегурочка, вернее, учительница Ольга Михайловна в нарядном костюме. Поздравила рыбаков с Новым годом, прочитала поздравления команде от родных и близких. Ну и, как водится, потушили свет, чтобы ёлочку зажечь. Ёлочка-то зажглась, красавица, а Снегурочка исчезла.
Через какое-то время раздалась тревожная команда «Внимание! Внимание! Человек за бортом! Швартовой команде приготовиться к спасательным операциям!»
Время было уже к ночи, море штормило не по-детски. И вдруг в луче прожектора корабля мелькнула льдина, на которой увидели силуэт женщины, похожей на Снегурочку. Василий в отчаянии готов был прыгнуть в бурлящую воду, благо ребята удержали. Спустили шлюпку, всю ночь искали, но безуспешно…
* * *
– Деда, а Снегурочка погибла?!
– Ну что ты, она попрощалась с нами до следующей зимы и Нового года и удалилась в свою волшебную холодную страну.
А учительница с нами ещё целый месяц была, приняла зачёты от заочников и на другое судно перешла.
Мама, я и ёлка
– Мама, сшей мне костюм снежинки на Новый год!
– Вера, снежинкой ты уже была в прошлом году. Давай мы тебе сошьём костюм звёздочки.
И вот мама покупает белую марлю, красит её в голубой цвет, шьёт пышную балетную пачку,
творит корону, к которой прикрепляет звёздочку. Костюм для школьного карнавала в начальной школе готов.
– А Юра, кем будет Юра на карнавале?
– А твоему брату мы сошьём костюм карандаша-художника.
И опять домашнее творчество: синий блузон, остроконечная чёрная шляпа, палитра с красками и кисти. Мой младший брат на карнавал тоже одет.
Мама работала сутки через трое в отряде ВОХР на полигоне, где испытывали пушки с одного из заводов города Перми. Работа была выбрана, чтобы было достаточно свободного времени для дома и семьи.
А работы в деревенском доме всегда хватало, плюс трое детей. После школьных новогодних карнавалов устраивали домашние утренники на Рождество, обязательно в костюмах и с выступлениями около ёлки.
– Вера, ты выучила стихотворение для нашего утренника?
– Я буду читать стихотворение «Зоя».
Мама не возражала, что на Рождество дочь прочитает отрывок из самой патриотичной поэмы Маргариты Алигер о Зое Космодемьянской.
Помню новогодние подарки от профсоюза с работы мамы и запах мандаринов в доме. Новогодняя ёлка во дворце культуры имени Свердлова в Перми, куда мама нас возила с братом. Ёлка была высокая до потолка, нарядно украшенная. И хоровод детишек вокруг ёлки огромный, но места хватало всем. Дед Мороз, Снегурочка и другие сказочные персонажи были очень хороши, больше всех впечатлила вездесущая Баба-яга, такая страшная и характерная.
Хотя домашняя ёлка была всё-таки роднее со своими игрушками, каждую из которых знали наизусть.
Новогодние мамины пироги с капустой, с рыбой и шаньги с ароматным картофельным пюре. Неприхотливое деревенское угощение. Один раз мама попыталась испечь модный торт «Наполеон» в деревенской печи. Коржи не допеклись, крем был чистейшей сгущёнкой. Уж очень отец подшучивал над модным «Наполеоном», а мы с братом торт заценили, особенно сгущёнку, чтобы матушку поддержать, слопали весь.
В этот день перед праздником заскочила в дом погреться наша собака Шарик и сожрала всё шоколадное масло, которым любила лакомиться семья. В собаку тут же полетел стул, что попало под руки, но Шарик-то выскочил и убежал, а вот стул пострадал и лишился одной ножки. Долго стоял напоминанием, что не надо было столько масла покупать. Ну а пёс своё новогоднее лакомство тоже получил.
– Мама, что за крем ты мажешь на лицо, что становишься такой красивой и молодой?!
– Правда? Это «Снежинка», – улыбалась мама перед зеркалом, заплетая русую косу и делая красивую корону из волос на голове, которую носила бессменно. Вот этот свой образ она оставила нам навсегда. Красивая женщина, добрая любящая мать, прекрасная хозяйка и жена.
Хочется сказать, мама, спасибо, что была с нами, и прости, что тебя не сберегли.
Ей было всего 39 лет, когда погибла. Не дошла до работы, была сбита поездом. Несчастный случай унёс её от нас. В это было невозможно поверить. Жизнь разделилась на «до» и «после».
Но мы выросли, окрепли, возмужали. Нет давно с нами отца, и брат Юра рано покинул нас. Спасибо, мама, за мою сестру, с которой мы неразлучны.
Подарок для Арины!
Эти патлатые и рогатые монстры с козьими мордами опять обступили вокруг, блеяли, гавкали, свирепо рычали и махали кто вилами, кто топором, кто кольями. Самый страшный и лохматый размахивал факелом, угрожая всё поджечь.