Простушка. Роман

Бракс: В прошлом семестре мое эго прекрасно размещалось в Уинстоне. И это круто! Рад слышать, что ты не струсила. Что на тебе надето?

Я:Я думаю, твое эго растет ежедневно. Я – кто угодно, только не трусливая курица. И вообще-то только маньяки и придурки в час ночи спрашивают у едва знакомых девушек, что на них надето.

Бракс: Твой ученый ковбойский ум с чертовыми грешными мыслишками мне очень нравится. Я вообще-то имел в виду, что ты оденешь завтра. Говоришь, не курица? Это дает мне пищу для размышлений.

Чертовы грешные мыслишки. Его акцент даже в смс прозвучал так, как будто он стоял рядом со мной. Как это ни странно, я улыбнулась.

Я: Прости. Я постараюсь держать свои мысли подальше от греха. Я надену джинсы и блузку. Пожалуйста, никогда не думай, что я курица. Никогда.

Бракс: Ты потешаешься над моим южным акцентом, Грейси? Мне это нравится. Блузку? Ты кто вообще? Героиня сериала «Я люблю Люси»?

С моих губ сорвался смешок, свободной рукой я прикрыла рот, чтобы приглушить звук. Глянула в сторону Тессы, прислушалась – все хорошо, она спала.

Я: Да, я ношу блузки. А что здесь такого, там разве дресс-код?

Бракс: Нет никакого дресс-кода, мне просто интересно. Последний раз я слышал слово «блузка» в 1940 году. Вместе со словом «отличненько». А теперь ложись спасть и ради Бога, Грейси, прекрати мне писать смс посреди ночи! Мне завтра еще играть.

Я: Точнее, сегодня. Счастливой игры и спокойной ночи.

Бракс: Я впечатлен. Счастливой игры, да еще и удачи! Но ведь это вовсе не удача, это все мое впечатляющее мастерство. Спокойной ночи, Грейси.

Я: Эго. Просто грандиозных размеров. Спокойной.

Я закрыла телефон, отложила его в сторону и молча пялилась на потолок в темноте. Улыбка не сходила с моих губ. Боже, он грубиян, но такой смешной. У меня просто нет слов, как быстро я с ним поладила, прямо как с Тессой. У меня складывается впечатление, что мы знакомы с ним не один день, а гораздо дольше. Мне бы задуматься над тем, скольким еще девушкам он написал смс, прежде чем добраться до моего имени в списке контактов. Черт, ладно, он обаятельный. А его обещания поцелуев – и не только – вызывают дрожь.

Возьми себя в руки, Бомонт. Не забывай, что он игрок. Игра для него – это жизнь. Скорее всего, он вообще полночи не спит, а пишет смс разным девушкам, флиртуя с ними, чтобы снять с них трусики. Очнись и спустись на землю. Или тебе нужно напомнить, какой вред может парень нанести девушке?

После этой тщательной головомойки от моего внутреннего голоса, я вздохнула, скинула с себя одеяло, потому что стало жарко, и закрыла глаза. Мой внутренний голос и Тесса были правы. Господи, не дай Браксу Дженкинсу залезть мне под кожу. Просто прими его таким, какой он есть – бабник, но ведь это не делает его плохим человеком. Просто не позволяй вмешиваться сердцу. Ты не особенная, Оливия. Ты просто очередная трудность, которую нужно преодолеть. Оставайтесь с ним просто друзьями, и все будет в порядке. У тебя ведь есть планы, помнишь? Планы, в которые не входит лечение ран разбитого сердца.

После того, как я дала себе этот внутренний совет, – немного жестокий, на мой взгляд – я почувствовала, как мои веки тяжелеют, и я погружаюсь в сон.

Мне кажется, я проспала всего десять минут, когда у Тессы на айфоне запищал будильник. Я слышала в темноте, как Тесса неуклюже пыталась найти телефон, затем она скинула его на пол и наконец взяла в руку и выключила будильник.

– Боже мой! – проворчала она.– Прости, Лив.

Мои глаза были как будто засыпаны песком, но я привыкла вставать рано. Для меня в новинку не спать до трех утра.

– Все нормально, я не сплю.

– Почему ты не спишь? Сейчас же всего шесть-закрой-чертов-клюв-петух-утра! – она зевнула и включила свою настольную лампу. Сощурившись, я увидела, что ее волосы былив полнейшем беспорядке.

– У тебя есть дела с утра? – спросила она.

Я потянулась и села на кровати:

– Нет, никаких дел. Я хочу взять свой телескоп, подняться на крышу и посмотреть на предрассветное небо.

Тесса как раз распутала свой пучок, затем встряхнула волосами и глянула на меня:

– Это самая фантастическая фраза, которую я когда-либо слышала.

Я засмеялась:

– Все нормально, Тесса, я гик и горжусь этим.

– Никакой ты не гик, ты просто чудо природы. Ложись обратно в постель.

Я надела через голову тенниску с длинным рукавом, клетчатые шорты, носки и сапоги, затем взяла сумку с телескопом, улыбнулась и сказала:

– Увидимся…

Я зажмурилась от внезапно щелкнувшей вспышке у Тессы на айфоне.

– Ты что делаешь?

Тесса улыбнулась:

– Это что, вид классического ботаника: клетчатые шорты и ковбойские сапоги? Я покажу эту фотку Браксу, и тогда ты уж точно будешь в безопасности.

– Ореходробилка! – закричала я.

Тесса захохотала.

Я взяла разводной ключ из ящика с инструментами, оставила Тессу одну и, выскользнув во все еще тихий коридор, направилась к лестнице. Поднялась на крышу. Снаружи был тяжелый, влажный воздух, словно насквозь промокшее одеяло. Из моего прошлого опыта лазанья по крышам я знала, что нужно подпереть чем-нибудь дверь, чтобы она не закрылась. Просунув разводной ключ между дверным косяком и стеной, я нашла хорошее место недалеко от входа. Так как темнота быстро рассеивалась, поставила треногу и установила на нее свой телескоп. Предрассветное небо просто дух захватывало. Звезды были разбросаны по всему небу, и я даже рассмотрела некоторые поближе. Внезапно мне пришла в голову мысль: а что, если бы Бракс подумал об этом?

Я отвела глаза от телескопа, покачала головой, втянула побольше воздуха и затем сфокусировалась. Как только мой глаз коснулся окуляра телескопа, я увидела, как падает звезда, оставляя за собой блестящую полоску, а затем пропадает. Мой рот тут же растянулся в улыбке. Я никогда не устану от метеоров. Может быть, именно эта падающая звезда с горящим хвостом – знак? Что будет дальше? Не знаю. Но за последние двадцать четыре часа я ощущала спокойствие и уверенность, которые не испытывала уже целый год. Может, это связано с Тессой, с нашей смешной, но тем не менее беззаботной дружбой? Или, может, я спокойна от того, что нахожусь далеко от Джаспера и от Келси?

Или это все-таки из-за наглости Бракса и его непонятного интереса ко мне? Из-за его обещания близости между нами? Кажется, что он знает какой-то способ, как заставить меня чувствовать себя спокойно, и нашел он этот способ меньше, чем за день. Несмотря на попытки Браса ухаживать за мной и флирт, я не чувствую себя запуганной. Ни капельки. Даже больше… Мне нравится это странное чувство. Оно напоминает о моей жизни ДО Келси, и мне ее реально не хватает.

День тянулся как резиновый, поэтому я делала что угодно, лишь бы убить время до того, как Бракс заедет за мной. У меня даже пропал аппетит после того, как я съела в местной кофейне мафинн с яблоком и корицей и выпила тыквенный латте. Я пошла на пробежку, во время бега остановилась возле огромной библиотеки и просмотрела всю секцию по астрономии. Затем я отправилась в обсерваторию на очередную экскурсию, забралась на платформу, чтобы проверить вид и поболтала пару минут со Стивом. Мне он нравился, и я прямо сейчас могла сказать, что с ним мне будет легко работать. Но ничего из вышеперечисленного не могло отвлечь меня от мысли о том, что будет вечером, а еще о том, что я в здравом уме и твердой памяти согласилась пойти на свидание с бабником, который пообещал поцеловать меня еще раз. Сумасшедшая. Я совершенно определенно потеряла рассудок.

Мысли не давали мне покоя. Это было ну совсем на меня не похоже – так отвлекаться. Даже несмотря на то, что я постоянно себе повторяла, что ужин с Браксом – всего лишь ужин, у меня все равно порхали бабочки в животе. Меня просто охватил мандраж, я хотела, чтобы он прошел. Мандраж, иди к черту. Сомнения переплетались с уверенностью. Может быть, все это было ошибкой, и Тесса была права, предупреждая меня. Возможно, мне стоило все отменить.

К пяти часам я позвонила домой, поговорила с мамой и дедушкой Джилли, рассказала им про свою новую работу. Во время нашего разговора я не упоминала Бракса и предстоящий ужин-свидание. О Господи, конечно же, я не упоминала об этом. Рассказать обо всем означало бы ткнуть палкой в осиное гнездо. Сразу последуют тысячи тысяч вопросов, на которые я не была готова отвечать. Пройдя через ад последнего года в школе, видя, как переживала моя мама, я знаю точно, что не хочу опять огорчать ее. После первого дня вдали от дома? Да ни за что на свете. А что если мои братья узнают? Тогда они просто приедут и устроят здесь разбор полетов. Я могу справиться со всем сама, и я практически уверена, что смогу справиться с Браксом. Более того, я должна! Потому что семейная сцена Бомонтов мне определенно не нужна. И вообще, иметь такого друга как Бракс может оказаться очень даже полезным. Я уверена, что парни не будут за мной ухаживать, а если вдруг так случится, Бракс быстро отправит их восвояси. Мысль об этом заставила меня почувствовать себя немного уютнее. Ну, то есть не совсем, конечно, но определенно чуть-чуть лучше, чем обычно.

В конце концов, я как обычно заплела волосы в косу, натянула относительно целые штаны с низкой посадкой, цветастую кукольную блузку без рукавов и коричневые кожаные сандалии. Как только я закончила чистить зубы, мой телефон зазвенел. Я нашла его на своей кровати. «ЮЖАНИН». Помимо воли, внутри у меня все сжалось. Было всего 18.15. Я щелкнула крышкой телефона, открывая его.

Бракс: Возьми с собой куртку или рубашку с длинными рукавами, а то отморозишь задницу. И еще очки, чтобы мошки в глаза не попали, запасной шлем у меня есть. Ну что, ты думала обо мне целый день?

Я: Очки и куртку я возьму из грузовика. Запасной шлем – это хорошо, я дорожу своими мозгами. И да, я думала о тебе, но только когда надевала блузку. Как игра? Вы победили?

В ту самую минуту, когда сообщение было отправлено, я тут же пожалела об этом.

Бракс: Так вот ты какая, девочка-ковбой. Ты уже готова? И да, мы выиграли.

Я: Отличненько. Я не то имела ввиду. И да, я готова.

Бракс: Супер. Тащи свою задницу вниз. Я умираю с голоду.

Умираю с голоду. Я улыбнулась и покачала головой. Почему он так рано приехал? Я быстро схватила свою лоскутную фетровую сумку-кошелек, закинула внутрь телефон, взяла ключ-карту и тоже закинула в сумочку. Со стола взяла ключи от комнаты и от грузовика, вышла в коридор и заперла за собой дверь. Бабочки порхали в моем животе всю дорогу вниз, что несомненно меня раздражало. Это была не просто взволнованность от встречи с Браксом, это была взволнованность от самого факта, что я иду на свидание с парнем. И чем ближе я приближалась к парковке, тем сильнее нервничала, мне хотелось развернуться, убежать и спрятаться. То, что это был просто дружеский ужин, не имело никакого значения, как и то, что я теперь первокурсница, а не тупой подросток выпускного класса. Почему я не могу быть просто спокойной и собранной? Я хочу, чтобы эти качества внедрились в мое ДНК и вселили в меня уверенность. Сделав несколько глубоких вдохов, я собрала себя в кучу и, пройдя через общий холл к двери, открыла ее и вышла наружу. И как только я посмотрела на него, все эти ужасные ощущения внезапно исчезли.

Бракс Дженкинс припарковал свой байк прямо возле тротуара. Он был без шлема, но в очках. В выцветших джинсах, подвернутых снизу, в черных сапогах, белой майке и черной кожаной куртке. За очками было не видно его глаз, но я точно знала, когда он меня увидел. Как только это случилось, широкая улыбка тут же появилась на его лице и разделила его на две части.

Бабочки тут же вернулись, в полную силу с бешеной скоростью они залетали внутри меня, я сжала зубы.

Господи Боже. Я не смогу.

Бомонт! Дыши, детка, дыши! Ореходробилка! Ореходробилка!

Внезапно в моей голове пронёсся весь наш глупый разговор с Тессой, и я тут же успокоилась. Просто мысль о кодовом слове заставила меня улыбнуться. Я не смогла сдержаться. Это было чертовски смешно. Как бы то ни было, это успокоило мои нервы. Я подошла к Браксу, спокойная и крутая. Друзья. Ничего больше.

– Привет, – сказала я. – Так вы выиграли. Как прошла игра в целом?

Неизвестно, что выражали его глаза, они все еще были скрыты очками:

– Офигенно, как всегда. Мы надрали им задницу. Милая блузка, Грейси.

Я улыбнулась, и его лицо тут же выдало еще одну улыбку, и мое сердце пропустило удар. Я наклонила голову в сторону моего грузовика:

– Спасибо. Я пойду возьму очки и куртку.

Бракс ничего не сказал, я только почувствовала, как он сверлит взглядом мою спину, пока я шла к грузовику. Это меня немного раздражало, но я не обращала на это внимания. Я открыла дверцу, перегнулась через сиденье и взяла свою выцветшую джинсовую куртку и очки. Закрыла машину, нажав на ключ, и пошла обратно к Браксу. Его глаза все еще были скрыты за очками, но я прекрасно знала, что он наблюдает за мной. Натянула куртку, сильно сомневаясь, что в это время в августе, смогу отморозить себе задницубез куртки.

– Я готова.

Я повесила сумочку через плечо и забросила туда ключи.

– Иди сюда, Грейси, – сказал Бракс.

Мое сердце забилось быстрее. Я подошла ближе.

Бракс протянул руку, взял шлем. Надел его мне на голову, сильно потянул вниз, пряча под ним мою косу. Я была рада, что он все еще в очках, ведь его лицо было очень близко, когда парень затягивал ремешок от шлема у меня под подбородком. Эти глаза, в нескольких сантиметрах от моих, вызвали только смущение. Я посмотрела на свое отражение в очках и на его пальцы, которые ловко справлялись с черным нейлоновым ремешком. Я заметила еще несколько шрамов, которых не видела раньше, тоненькие полосочки, которые со временем стали серебристо-белыми. У него было определенно грубое лицо, я с трудом отвела взгляд. Он приятно пах, недавно принятым душем и легким одеколоном. Я глубоко вдохнула. Затем еще раз. Это едва помогло мне успокоиться. С каждым вдохом мои легкие наполнялись… Наполнялись им. Неминуемо мои глаза опустились к этимгубам. Еще вдох…

– Волнуешься? – спросил он. Его губы чуть приподнялись, и я снова заметила, какие красивые они у него были. Идеальные губы на неидеальном лице в шрамах. Улыбка растягивала шрам возле глаза под очками. Это был один из многих шрамов, мне было интересно узнать, как он получил каждый из них.

Я надела очки. Конечно же, я волнуюсь! Я тебя совсем не знаю, но собираюсь сесть к тебе на мотоцикл и уехать с территории университета! Теперь мы оба могли играть в игру со спрятанными глазами.

– Ты видно забыл о моем колене? То, как оно познакомилось с твоим пахом. Просто я привыкла ездить на живых лошадях, Бракс. А не на лошадиных силах. Насколько ты безопасный водитель?

Он улыбнулся мне в полный рот, так что показались его ровные белые зубы:

– Чертовски безопасный. Садись, Солнышко, – сказал он, надевая шлем.

Я зашла сзади, мускулистые ноги Бракса держали мотоцикл в равновесии. Я положила руку ему на плечо и перекинула ногу через сиденье. Нащупав подножки, уселась, отодвинувшись как можно дальше от его задницы. Ребячливые слова Тессы о его магическом порнографическом радаре и моей девственности тут же всплыли у меня в голове, и я крепко сжала губы, чтобы не засмеяться в голос. Почему она засунула это видение в мою голову? Сумасшедшая идиотка. И в этот момент я внезапно поняла, что я уже взрослая, а веду себя как подросток, раз это меня так смешит. Физика и астрономия? Оооо, да. Просто скажи мне «какашка», и я буду хохотать как шестилетка. Супер.

Какого хрена мне делать со своими руками? Я стала щупать позади себя в поисках поручня, но нащупала только кожаное сиденье. Держаться было не за что. Совершенно.

Бракс усмехнулся, взял мою руку и положил к себе на талию. Затем повторил тот же финт со второй рукой. Он зафиксировал мои руки возле своего живота, положив сверху свою. Мои руки оказались в ловушке под его тяжелой рукой. Меня охватил жар. Через его тонкую белую майку я чувствовала твердые кубики пресса. Все мои внутренности сжались, я зажмурила глаза, от напряжения меня передернуло. На секунду мне захотелось уйти. И тут вдруг его рука еще крепче сажала мои руки, и я уже не могла никуда уйти.

Я сглотнула. Когда он так сделал, мой подбородок внезапно уперся в его спину.

– Держись крепко, Грейси. Держись и не отпускай, – рассмеялся Бракс.