Случайный отбор, или Как выйти замуж за императора
- -
- 100%
- +
Я оценила тактичность. Сделать вид, что мои вещи пропали, гораздо вежливее, чем спрашивать, а не голодранка ли эта конкретная кандидатка.
– Отлично! – я обрадовалась стилистке, как родной, и рывком распахнула дверь. – Заходите, не стесняйтесь!
Женщина растерянно кашлянула, но все же, осмелев, шагнула внутрь. Ох, она еще не подозревает, что за упертый клиент ее ждет! Однако неведение не продлилось долго. Уже через несколько минут Джоселин стенала:
– Нет, нет и еще раз нет! Я не могу позволить вам выйти из комнаты в этом убожестве!
Некоторое время назад она объявила мне, что завтра нас ждет торжественный завтрак с императором. И чтобы поразить его, меня нужно как следует принарядить. Я же пыталась отстоять свою студенческую форму синего цвета: пиджак и плиссированную юбку.
– Джоселин, а я не могу надеть то, что вы мне предлагаете, – упрямо повторила я и всунула розовое платье со стразиками обратно в ее руки. – Вы понимаете, что избранница правителя должна быть скромной? Император ни за что не женится на легкомысленной кандидатке!
– Он мужчина! – доведенная до отчаяния стилистка всплеснула руками. – И он выберет красивую девушку, а не монашку!
– О, точно, монашки, – пробормотала я и по пояс зарылась в необъятный чемодан стилистки. – У вас тут рясы не найдется?
– Нет, – Джоселин чуть ли не вырвала у меня чемодан и, раздраженно заправив волосы за ухо, кивнула на кресло: – Может, вы присядете там? А я буду предлагать вам варианты комплектов.
Я согласилась и села на предложенное место. Однако ни один из продемонстрированных нарядов мне не подошел: они были слишком короткими, слишком яркими, слишком розовыми и слишком обтягивающими. В общем, я отказывалась от всего, что могло бы сносно на мне смотреться. В конце концов доведённая до белого каления стилистка, вскочив, вдруг завопила, переходя на фальцет:
– Вам ничего не нравится, рина! Я уже два часа показываю вам платья! Я училась в Лангденской Школе Стилистики! Может, – тут она выдохнула, беря себя в руки, – может, вы доверитесь специалисту? – последние слова она прошипела, как разъяренная змея.
– Конечно-конечно, – я согласно закивала головой. – Ничуть не сомневаюсь в вашем профессионализме, рина Джоселин. Всецело вам доверяю. А вот это, – вытянув руку, я выхватила из чемодана черную бесформенную тряпку, – что? По-моему, мне это идеально подойдет!
Джоселин с минуту смотрела на меня, открывая и закрывая рот, как вынутая из воды рыба. А потом вдруг отозвалась совершенно спокойным голосом:
– Это балахон, который я надеваю на клиентов, когда крашу им волосы. Хотела вам прядочки у висков осветлить. Так что, вы хотите пойти на завтрак с его императорским величеством… в этом?
– Да, спасибо, – обрадованная ее догадливостью, я быстро закивала. – Буду очень признательна, если вы мне его одолжите.
Джоселин, наугад схватив со стола стакан, налила себе воды из кувшина и залпом выпила. Я прямо-таки видела, как вместе с жидкостью она проглатывает все нелестные эпитеты обо мне, которые просились наружу. Медленно и осторожно поставив стакан обратно, она слабо отозвалась:
– Можно. Но с одним условием: никогда и никому не говорите, что я ваш стилист!
Это я с удовольствием пообещала. В конце концов, не ее вина, что я хочу завалить конкурс и собираюсь нарядиться, как чучело. А если станет известно, что моим обликом занималась Джоселин, ее деловая репутация может действительно пострадать. Хватит с этого отбора одной загубленной карьеры – моей.
Кстати, о карьере. Нужно связаться с университетом и сообщить, что я пропущу несколько дней занятий. Надеюсь, смогу управиться за неделю!
Однако, стоило мне позвонить в родной деканат, как декан, непривычно взволнованный, отобрал трубку у секретарши и лично сообщил, что я могу не беспокоиться о пропусках. Все, что от меня требуется – это не посрамить славное имя нашего учебного заведения. И, если вдруг стану императрицей, на забыть, что нам нужен ремонт основного корпуса и новый бассейн. Пришлось наобещать, что я сделаю все возможное, и что они могут не переживать.
«Ох… А ведь родному универу стоит переживать, да еще как», – подумала я, вешая трубку. Если я приду на завтрак в балахоне для покраски волос, не испортит ли это репутацию университета? Еще решат, что у нас там все такие. С придурью. Но какой у меня есть выбор?
Тут меня отвлек внезапный резкий звонок, и я пару минут кружила по комнате, пока не нашла спрятанный за букетом с цветами стационарный магофон. Стоило поднять трубку, как незнакомый мужской голос сообщил, что мне нужно подойти к воротам, потому что там мне привезли вещи, но пускать во дворец посторонних без пропуска не положено.
«Вещи! Да это, наверное, родители приехали!» – сообразила я и, хлопнув дверью, понеслась по коридорам. Надеюсь, я правильно запомнила дорогу…
Дорогу я запомнила верно, но путь до ворот занял целую вечность. Какие же в этом дворце расстояния! Наконец я преодолела бесконечно длинную подъездную аллею и оказалась перед главными воротами, меж кованых прутьев которых уже заглядывали мои родители.
На глаза вдруг навернулись слезы, и я почувствовала себя чуть ли не заключенной, которой принесли передачу. Ситуацию усугубило то, что мама начала с надрывом причитать, как я устало выгляжу, и ругаться со стражниками, которые не пускали их внутрь.
– Да не велено… – блеял гвардеец и чесал голову под фуражкой, но запустить моих родителей внутрь отказывался.
– Ну хоть вещи пусть передадут! – возмутилась я. – Или завтра в прямом эфире я скажу, что императорским невестам не разрешают передать даже зубную щетку, и что виноват конкретно… лейтенант Копайс, – прочитала я фамилию на нашивке.
Приуныв, мужчина все-таки открыл боковую калитку, а я вышла и забрала у мамы чемодан.
– Я там пирожки положила, – свистящим шепотом сообщила родительница. – И остальное, как ты просила.
Обняв родителей на прощанье, я подождала, пока гвардеец пропустит чемодан через охранный артефакт, и, махнув все еще не уезжающим родственникам, потопала обратно во дворец. В животе вдруг заурчало, и я сообразила, что весь день не ела. А тот, между прочим, уже клонится к закату. Обед нам принесли в комнаты, но я так разнервничалась, что не могла есть.
– Позвольте помочь, – мою руку вдруг дернуло, и чемодан кто-то забрал. Обернувшись, я обнаружила рядом того самого императорского советника. Впрочем, долго нести мою ношу он не стал. Стоило мужчине повелительно щелкнуть пальцами, как тут же из-за кустов к нему бросился лакей и, подхватив мой чемодан, молниеносно уволок.
Советник воспринял все это совершенно спокойно, а я же, открыв рот от изумления, принялась озираться. Тут что, повсюду замаскированные слуги? Так и ждут того, кто щелкнет пальцем и даст поручение?
Однако парк выглядел вполне безлюдным, и, кашлянув, я обернулась к шагающему рядом мужчине. Он смотрел перед собой и не обращал на меня ровно никакого внимания, а сама я не решалась нарушить молчание, хотя с каждой секундой оно все более тяготило. Вдобавок, в его присутствии мне вдруг вспомнилась сегодняшняя провальная встреча с императором. Наверное, оттого что советник его подчиненный. Надеюсь, это не он посоветовал правителю запугать меня?
– Я говорил с его величеством, – произнес мужчина, словно прочитал мои мысли. Взгляд советника был устремлен на парковую дорожку под ногами, а руки он заложил за спину, шагая ровно и размеренно. Мне невольно пришлось подстраиваться под его неторопливый темп. – Насколько я понял, вы настроены проиграть отбор?
– Да, – я не видела смысла скрывать это. – Его величество обещал не препятствовать.
– Но только первые три тура, – ненавязчиво уточнил советник, останавливаясь и поворачиваясь ко мне. Я тоже замерла, настороженно слушая его. – Считаете, что справитесь?
Я вскинула на него слегка озадаченный взгляд. Если мне не будут подсуживать, то конечно, я смогу проиграть! Разве это сложно – продуть конкурс? Нужно просто выступить хуже всех.
– Думаю, я справлюсь, – наконец отозвалась я.
– Я бы на вашем месте не был столь уверен, – советник вдруг усмехнулся, и от его усмешки на меня словно повеяло холодом. Так, он вежливый. И, что скрывать, чрезвычайно привлекательный – одни темные волосы и ярко-зеленые глаза чего стоят… Но нельзя забывать, что он, так сказать, играет за противника. Он мне не друг. – Император умеет получать то, что ему нужно.
– А разве я ему нужна? – несмотря на вопящую об осторожности интуицию, от такого абсурдного заявления я даже рассмеялась. – Рин советник, я не подхожу на роль императрицы. Хотя вы и сами в этом скоро убедитесь. Доброй ночи, – и, кивнув на прощанье, я уже было собралась уйти, но меня остановили брошенные в спину слова:
– У меня для вас совет, рина. Не стоит больше переписываться с вашим бывшим парнем. Некоторые связи нужно обрывать без сожаления.
Что? Я резко обернулась. И он в курсе моей переписки? Да как им не стыдно! Они что, читают мои сообщения всем дворцом?
Однако мужчина уже шагал в противоположную сторону, заложив одну руку за идеально прямую спину, и мне осталось лишь бессильно скрипнуть зубами. Что за манера – бросить двусмысленный комментарий и уйти от объяснений!
Выдохнув, я поплелась во дворец, мрачно размышляя, что еще проверил император и его приближенные. Может, читали мою электронную почту? И, переписку с Касси? Однако через несколько минут, попав в комнату, я отбросила эти вопросы. Потому что пока меня не было, покои, похоже, кто-то обыскал.
4
На первый взгляд это было незаметно – все вещи вроде бы лежали на своих местах. Вот только я отлично помнила, что когда отвечала на звонок, то магофон стоял за вазой с цветами, но сейчас ваза сдвинута так, что трубку можно спокойно взять. А зарядный артефакт для магофона я всегда втыкала в розетку наклейкой вниз, потому что она уже наполовину отклеилась, клейкая полоса испачкалась и дико меня раздражала. А теперь артефакт был воткнут наклейкой вверх.
Выдернув его и вставив, как положено, я обошла комнату, отмечая все новые признаки. Да, мои покои совершенно точно обшарили – методично, аккуратно… но, похоже, они спешили, от этого и недочеты.
Может, другие невесты постарались? Решили, что раз у меня высокий балл, то я прячу где-то в комнате расписание конкурсов с подсказками, как их проходить? Или, может, тут просто так принято, и все комнаты обыскивали? Наверное, второе. Если это резиденция правителя, то она должна хорошо охраняться.
Однако неприятный холодок между лопаток все не желал пропадать. Поэтому, когда в комнату постучали, я подпрыгнула чуть ли не до потолка.
– Ужин для рины, – глухо объявили из коридора, и я с облегчением распахнула дверь. За ней обнаружилась девушка в униформе горничной с сервировочным столиком. Позади ее маячила Касси.
– Я попросила нам накрыть вместе, – объявила подруга, просачиваясь в комнату. – Ты же не против?
Я только кивнула. Конечно, нет! Как же здорово, что Касси оказалась в этом диком месте рядом со мной, потому что без нее я бы сейчас мрачно уминала еду под сериал. А так мы с ней даже умудрились на какое-то время забыть об отборе и поболтали на отвлеченные темы. Как оказалось, ее комнату тоже обшарили – и это немного успокоило меня. Значит, это просто меры безопасности, которые применяются ко всем. А не намеренное запугивание одной конкретной конкурсантки.
Я было подумала, а не пожаловаться ли на Освальда, который меня бросил. Однако сегодня я так устала, что затрагивать настолько неприятные темы не хотелось. Да и… подруга всегда недолюбливала Освальда, почему-то считая, что тот меня не ценит. Если Касси узнает, как он бросил меня, даже не дав возможности объясниться, то никогда ему не простит. А вражда лучшей подруги и парня – не совсем то, что нужно для спокойной и счастливой жизни.
Вспомнив о разрыве, я окончательно приуныла, но на расспросы Касси отговорилась усталостью. Подруга тут же созналась, что и сама засыпает на ходу, поэтому после ужина мы сразу распрощались, и я легла спать.
Сегодняшний день был слишком тяжелым, а завтра… Надеюсь, уже завтра я попаду домой, и мне не понадобится ни одежда, ни учебники, которые мама заботливо уложила в мой неподъемный чемодан. Теперь же надо уснуть и не думать о том, какой предательницей меня считает Освальд. И не вспоминать о запугавшем меня сегодня императоре.
Все же всхлипнув, я перевернулась на другой бок, и через некоторое время действительно провалилась в сон – беспокойный и состоящий из смутных видений. А на следующее утро проснулась невыспавшаяся и полная здоровой злости.
– Ну я вам покажу императорскую невесту, – мрачно прошипела я своему отражению в зеркале ванной комнаты.
Надеюсь, остальные девушки не подведут, и я буду хуже всех.
Подумав, я решила, что балахон для покраски волос – это все-таки слишком. К тому же до меня вдруг дошло, что передачу по маговизору увидят и мой декан – он вчера клятвенно обещал голосовать за меня – и Освальд. А значит, совсем пугало я из себя сделать не могу. Тогда Освальд точно меня бросит.
То есть, он уже и так бросил. Но сейчас у меня хотя бы есть надежда, что Освальд передумает и вернется. А если он увидит меня в образе страшилы, то эта надежда угаснет. Поэтому, покопавшись в чемодане, я нашла парадную форму нашего университета и тут же довольно улыбнулась. Да это же идеальный вариант!
Форма бежевая, с золотой эмблемой на пиджаке – этот цвет мне идет, и я не буду смотреться уродливо. Но в то же время, плиссированная юбка закрывает колени, рукава пиджака прячут руки до запястий. То есть, никакой игривости и простора фантазии. А судьи, которые будут оценивать конкурс, скорее всего, постараются выбрать кого-то… поярче – они же ищут жену для императора! А наш император, как вчера верно заметила стилистка, мужчина, и значит, девушку для него будут выбирать минимум красивую. Вряд ли меня, в моем наряде зубрилы, заметят на фоне остальных кандидаток с глубокими декольте и оголенными ногами, которые те, без сомнения, продемонстрируют за завтраком.
Чуть тронув ресницы тушью, я достала из чемодана свое секретное оружие – очки. Зрение у меня было нормальное, а очки принадлежали брательнику, который посадил глаза ночными зависаниями в компьютерных играх. Впрочем, плюс у него был небольшой, поэтому очки Итан предпочитал не носить – вдруг этот аксессуар отпугнет богатую невесту. А мне как раз и нужно спугнуть богатого жениха, ха-ха-ха!
Перед глазами у меня теперь все слегка расплывалось, но я все же смутно видела, куда иду. Зато в очках я сразу стала похожей на строгую училку! Наверное. Сама я теперь не могла нормально разглядеть отражение в зеркале.
Врезавшись по дороге всего пару раз, я вышла в коридор и тут же нашла служанку, которая отвела меня к малой королевской столовой.
«Ну, представление начинается!» – подумала я и, выдохнув, шагнула в распахнутые двери.
Комната была оформлена в бежевых тонах. Отлично, сольюсь с обстановкой! Золотистые шторы на окнах во всю стену, стол в центре, за которым уже сидели девушки, льющаяся откуда-то ненавязчивая музыка… И оператор в углу, тут же направивший камеру на меня. Нацепив на лицо лучезарную улыбку, я двинулась к столу, пытаясь разглядеть Касси среди цветных размытых пятен.
– Летти! – к счастью, подруга сама схватила меня за руку, и я облегченно рухнула на пустой стул рядом.
Сдвинув очки на нос, я окинула девушек взглядом. Как я и думала, те разрядились, как на бал: обнаженные плечи, драгоценности, мягко сияющие на коже, кричащие цвета… Одна я в своей бежевой форме выбивалась из общего парада райских птичек, да Касси рядом со мной была одета в брючный костюм с черно-белым узором. Точнее… вперив взгляд в плечо подруги, я медленно покрылась липким потом, потому что она была не в костюме, а пижаме! Шелковой пижаме в мелкого черного паучка!
Ох… надеюсь, за неподобающий вид тут не предусмотрены никакие штрафы?
– Все в сборе, можно начинать. Девушки, ведем себя естественно, делаем вид, что оператора с камерой тут нет, – послышалось спереди, и вчерашняя ведущая-блондинка поднялась на ноги.
Я недоуменно огляделась по сторонам. Конечно, в очках я вижу плоховато, но всё же способна разглядеть, что нас гораздо меньше, чем вчера. Что значит – все собрались?
Наверное, не мне одной в голову пришла такая мысль, потому что кандидатки зашушукались. Однако тут ведущая прокашлялась, оператор навел на нее камеру, и она начала вещать хорошо поставленным голосом:
– Дорогие жители империи Ксаледро! Меня зовут Лавиния Прю, и я приветствую вас на первом отборе, который будет транслироваться по маговизору. Вы все знаете, что отборы – это часть нашей истории и освященная веками традиция. И теперь вы сможете своими глазами увидеть, как пройдет конкурс невест! Напоминаю, что победительница станет женой императора Ксаледро, Его Величества Лиама Себастиана Кастенгера!
Тут оператор перевел камеру на кандидаток, и я вдруг подумала, что, наверное, потом на этот момент наложат торжественную музыку. Пока же приходилось довольствоваться восторженными лицами девушек, которые вовсю старались продемонстрировать свою радость от этого известия. Как будто бы до этого они не знали, зачем собрались. Ну или думали, что победительница получит холодильник, а тут, на тебе – целый император!
– И сегодня, прямо через несколько минут, начнется первый конкурс! Но сначала давайте познакомимся с невестами, – ослепительно улыбнувшись, блондинка вдруг села и заговорила вкрадчивым голосом, словно хотела поведать нам секрет: – Девушки, вы уже заметили, что сегодня за завтраком нас гораздо меньше, чем жюри отобрало для участия в отборе вчера. Да-да, вас осталось всего десять! – скорбно сообщила она, видимо, для тех, кто не мог считать.
Кстати, интересно, куда же дели пять кандидаток? Неужели кого-то успели устранить конкурентки? Я посмотрела на девушек. Некоторые выглядели напуганными, некоторые – заинтригованными. Но вроде бы никто не был похож на злодейку, судорожно вспоминающую, хорошо ли она заныкала пластиковые пакеты с соперницами.
– Дело в том, что мы были вынуждены исключить пятерых кандидаток. Они не прошли проверку дворцовой службы безопасности, – меж тем продолжала вещать ведущая Лавиния Прю. – Нет, нет, они не шпионки и не преступницы, – повысила она голос, чтобы заглушить поднявшиеся шепотки, – просто эти девушки вели себя недостойно и выкладывали в сеть некоторые слишком… э-э-э… шокирующие подробности о своей личной жизни. Например, Майя Стибрюс опубликовала в своем блоге фото того, как она танцевала на барной стойке в нетрезвом виде! Конечно же, девушка удалила их, но… – тут ведущая подняла палец и назидательно произнесла: – Но то, что попадает в сеть однажды, остается там навсегда! Помните об этом, девушки, когда захотите поделиться очередным фото!
Мы с Касси переглянулись, и я пожалела бедную Майю Стибрюс. Мало того что выгнали, так еще и ославили на всю страну… Могли бы и не рассказывать, по какой причине ее исключили. Да уж, на этом конкурсе нужно держать ухо востро!
– Кстати, публикация любых фото и информации об отборе запрещена, – продолжила ведущая и со значением посмотрела на ту самую девушку- блогера с цветными волосами, имя которой я никак не могла вспомнить. Она как раз пыталась незаметно сфотографировать стол на камеру магофона. – Вы подписывали соглашение о неразглашении.
– Но как же мои подписчики, я же популярный блогер… – попробовала было заикнуться девушка, на что Лавиния все с той же милой улыбочкой отозвалась:
– Если вас не устраивают правила, вы можете покинуть отбор прямо сейчас!
Угу. После того, как продаст почку, чтобы заплатить штраф за отказ от участия…
Популярный блогер тут же замолчала, уперев взгляд в скатерть, а ведущая продолжила:
– А теперь давайте представимся! У нас осталось совсем немного времени, его величество скоро порадует нас своим присутствием! Начнем!
– Генриетта Гирстайн, журналистка, – первой представилась светская львица. Та самая, что вчера разделила свой триумф с конем. Ну или получила триумф благодаря коню. Она сидела ближе всего к Лавинии Прю, и дальше девушки начали представляться по порядку:
– Джадин Авейро, – жгучая брюнетка, обвешанная драгоценностями с такими крупными камнями, что те казались фальшивыми, скромно подняла глаза от тарелки. – Увлекаюсь модой.
– Флора Брумвел, – произнесла рыженькая девушка справа от меня в кричаще-розовом наряде. – Рисую.
– Летиция Мэйвери, – сообразив, что теперь моя очередь, я постаралась улыбнуться. Все девушки до меня называли либо свою профессию, либо хобби, а мне что сказать? Люблю очищать водоемы? Обожаю переработку мусора? – студентка Императорского Университета Ксаледро.
– Кассандра Юсао, – подхватила Касси. – Каратистка.
Дальше «право слова» перешло на противоположную сторону стола. Там сидели Блэр Клеменси, та самая блогер с лиловыми и голубыми прядями в волосах. За ней последовала длинноносая бледнокожая брюнетка с надменным видом. Она представилась, как Игрэйн Севильи из древнего аристократического рода Севильи. Дальше шли две неуловимо похожие блондинки с голубыми глазами и неестественно пухлыми губами – Лили и Рози Хантер. Сестры?
– Мы кузины, – Рози, одна из сестричек, уверенно улыбнулась в камеру. – Я модель.
– Я тоже, – влезла Лили, пытаясь перетянуть внимание на себя.
– Только вот мне для этого не пришлось переделывать нос, – нараспев протянула Рози, и Лили тут же запыхтела, как закипающий чайник.
Наверное, она бы вывалила на нас всю подноготную Рози, но тут ведущая, среагировав, чуть ли не силой вырвала микрофон и отдала его последней девушке, Одри Коул, шатенке в открытом черном платье.
Кандидатки закончились, и когда дверь распахнулась, я уже было решила, что его величество прибыл, и мы наконец-то начнем завтракать. От блюда с вафлями, стоящего неподалеку, до меня долетал одуряющий аромат, и еще ужасно хотелось сделать глоточек горячего кофе.
Однако в дверном проеме оказалась всего лишь императорская фрейлина Амброзия Бромвис в лимонном костюме с юбкой до колена. Промаршировав до стола размашистым шагом, женщина объявила, что мы еще не готовы к встрече с императором, и сейчас она обучит нас делать реверанс. После этого нас заставили встать и битые полчаса приседать, заводя одну ногу за другую, пока я не возненавидела все на свете.
Первыми в моём списке ненависти шли желчная фрейлина, которой все не нравилось, как мы приветствуем правителя – его роль играл пустой стул во главе стола. Затем – сам император. Пусть уже появляется, и мы сможем поесть! Готова взять назад свои вчерашние размышления о том, что при правителе мне кусок в горло не полезет.
Наконец, даже не глядя на часы, рина Бромвис торжественно объявила:
– Ужасно! Но больше у нас нет времени. Император вот-вот прибудет!
И в эту же секунду стрелки часов за ее спиной указали на десять утра, двери распахнулись, и, развернувшись, фрейлина скомандовала:
– И… реверанс!
Мы, как натренированные собачки, послушно присели и замерли, в то время как зычный голос от дверей объявил:
– Его императорское величество Лиам Себастиан Кастенгер!
5
Гулкие шаги по паркету, и в упавшей на столовую тишине мы услышали правителя, с которым я вчера уже имела удовольствие встретиться:
– Рины! Добро пожаловать во дворец!
Император говорил негромко, но его голос разнесся по столовой и возымел самый неоднозначный эффект на девушек: те принялись краснеть, бледнеть и прерывисто дышать, прижимая руки к вздымающейся от волнения груди. Даже у меня что-то дрогнуло внутри, только не от волнения, а от проснувшегося в присутствии правителя страха. Ох, а ведь другие девушки не знают, какой он на самом деле бесчувственный и властный тип! Их-то он вчера не запугивал…
Тут фрейлина выпрямилась, мы последовали за ней – и увидели императора собственной персоной, стоящего перед столом. Вернее, все другие девушки увидели. Я же, дрожащей рукой надвинув очки на нос, смогла разглядеть лишь вытянутое темное пятно.
– Прошу, садитесь, – пятно-император гостеприимно указало на стол, и мы шагнули вперед, усаживаясь на отодвинутые лакеями стулья.
Ведущая и фрейлина уже успели перебраться на самый дальний конец стола и уселись там. О них тут же забыли, потому что публикой, то есть, кандидатками, всецело завладел император.
И тут я поняла, что когда правитель хочет, он может быть по-настоящему обаятельным. Его величество шутил, вел себя дружелюбно, и в какой-то момент я даже стянула очки – просто чтобы проверить, тот ли это человек, которого я видела вчера. Заметив мой жест, мужчина медленно улыбнулся одним краешком губ – и я поспешно вернула очки на место. Он. Эту холодную усмешку невозможно забыть… Жуть. Словно маска «хорошего парня» на миг треснула, обнажив скрывающегося за ней бесчувственного политикана.