Муравей в стеклянной банке. Чеченские дневники 1994–2004
- -
- 100%
- +
А сок я сама продаю. Деньги отдаю маме. Мало бывает. Можно только хлеба купить и чуть картошки, но я стараюсь.
Сегодня я ходила в ряду, где продают батарейки, часы, кассеты и шоколад, и встретила незнакомую женщину. Она купила у меня стакан сока и заплакала. Потом спросила:
– Как тебя зовут?
– Поля.
– А мою дочку звали Фатима.
И плачет.
– Сколько тебе лет? – говорит.
– Десять, – говорю.
– И ей было десять, – сказала женщина. – Она похожа на тебя как две капли воды. Ее зимой убило в селе. Снарядом. Одна была у меня дочка!
Потом женщина подбежала к столу и купила большую коробку с шоколадом. Отдала мне и ушла.
21.06.
Я люблю учительницу географии. Она живет на остановке «Березка», где базар. Худенькая чеченка. Мы иногда вместе ходим домой.
Не люблю математику. Люблю литературу. А учитель один говорит все время в школе:
– Русских будем убивать! Все русские – свиньи!
После его урока меня бьют дети. Никто не дружит со мной. Кричат, обзываются.
В одного мальчика из первого класса кидали камнями. Мальчик русский. Русских детей мало.
Еще в нашем районе убили бабушку и одну семью зарезали. Других избили. Ой что творится!
Храни нас Бог! Поля
01.07.
Читаю книжки. Мало стала играть. Раньше мы строили города из камней и цветов. Сейчас просто играем в историю. История о том, как что-то случилось. Потом об этом забыли, и оно случилось снова. Мама купила куклу.
Мы ели пирожки на рынке. Мама сказала, что мы не будем уезжать из Грозного.
– Пусть, кто хочет, едет! А мы не поедем. Тут наш дом! – сказала мама.
11.07.
Хорошо, придумали занятия в школе – не придется пропускать год.
Я в пятом классе. Плохо, что английского теперь нет.
Стреляют мало. Война закончилась? Теперь будет мир, и мы будем жить?
В классе дерутся. Я не умею драться и не хочу уметь. Очень обидно, когда ударят за то, что у меня русское имя.
Я люблю читать книги. Другие не любят. И я стала рассказывать истории. Они слушают. Потом не дерутся.
На ночь я читаю молитву Святой Деве Марии, чтобы она защитила меня. И ангелу-хранителю.
15.07.
На первом этаже только две квартиры: наша и тети Марьям. А других квартир нет, потому что рядом овощной магазин. Там тетя Амина торгует. Сахар продает.
Тетя Марьям меня любит. Она – ингушка. У нее много братьев и сестер. Когда на Ингушетию напали, они еле спаслись. Старенькая мама тети Марьям шла с другими людьми через тропу у пропасти. А сверху летал вертолет и бросал бомбы. Много людей убило, детей.
У тети Марьям два сына: Юсуф и Акбар. Оба старше меня.
Тетя Марьям часто говорит легенды. Она рассказала, что однажды приключилось так. Человек пошел ночью через лес. Видит костер. Все селяне ликуют – праздник. Пир горой! Он стал танцевать вокруг костра. А потом вспомнил, что у него пистолет, и по обычаю давай палить в воздух. И стало темно-темно. Он оглянулся, а никого нет!
Это духи леса над ним пошутили. Джинны. Злые духи боятся выстрелов. Поэтому на Кавказе, когда рождался младенец, его отец всегда стрелял в воздух из ружья. Чтобы злые духи убежали!
23.07.
Видели учительницу Елену Александровну! Она пригласила нас в гости!
А тетя Марьям сказала, что видела гномов. Это злые духи шутят. Джинны. Надо молитвы читать. Тетя Марьям мусульманские молитвы читает – «БисмиЛляхи».
Патошка, девочка с третьего этажа, сказала, надо читать Коран.
05.08.
Много соседей уезжают. Квартиры дешево стоят.
Мама говорит, нашу никто не купит. Бабушка Катя с Верой уезжают. И соседка Аня. И тетя Наташа.
Мне некогда. Я с утра до ночи на рынке. Торгую. Поля
08.08.
На тетю Валю нападают. Хотят ее квартиру отнять. Угрожал дядя Адам из нашего подъезда. Адам и Айшат приехали недавно. Они тут раньше не жили. У них трое детей. Адам на тетю Валю говорит, что та – русская.
Мы были в гостях у тети Вали, а он бил дверь ногами. Аленка испугалась, залезла под кресло. Я выскочила на балкон. У тети Вали второй этаж. Лето – все балконы открыты, но никто не заступается. А дядя Адам ногами двери бьет, но они крепкие. Не ломаются. Я стала кричать:
– Помогите! Помогите! Нас убивать пришли!
Орала пять минут. Никто не вышел. Аленка ревела. Потом тетя Амина, у которой шесть детей и которая недавно заняла квартиру над тетей Валей, вышла в подъезд. Она уговорила дядю Адама уйти. Сказала, ее детям не нравится, как мы орем.
13.08.
Учительница Елена Александровна сказала, что уедет из Грозного. Она полюбила одного русского солдата. Он тут приехал воевать. Она нас с ним познакомила. Он купил мне шоколадку! Мы видели их на базаре «Березка».
15.08.
Мы ночуем у тети Вали. Сторожим, чтобы ее не убили. Тетя Фатима тайно нам помогает, чтобы никто не знал. А то ей попадет! Она вечером дверь подъезда запирает. Она живет в одном подъезде с тетей Валей.
Тетю Валю мучает домовой. Он душит ее во сне. И наяву балуется. Она рукой провела по себе, когда задыхалась, и почувствовала что-то шерстяное. Стала молиться – прошло. Поставили домовому блюдце с хлебом и водой.
19.08.
Дядя Адам хотел маму и тетю Валю зарезать. Они шли на базар «Березка», а я и Аленка стояли на балконе и все видели! Дядя Адам взял нож и побежал по нашему двору. Кричал:
– Зарежу русскую тварь! Как барана зарежу!
Солнечно было. И много людей, соседей. Еще рабочие были. Они стекла в рамы вставляли, потому что стекла от взрывов выпали. И никто не заступился.
Аленка плакать сразу. А в зале у Аленки есть икона: Дева Мария и Иисус Христос маленький. Аленка плакала:
– Что делать?
– Надо просить! – сказала я.
Мы стали на колени и просили: «Пожалуйста, Дева Мария, сделай так, чтобы наших мам не убил дядя Адам. Пожалуйста!»
Потом слышим – дядя Адам идет. Он пришел в подъезд и стал бить ногами дверь. Бил ногами и кричал, что нас убьет. Что мы русские, а всех русских надо зарезать и квартиры забрать себе.
Мы в шкаф спрятались и там сидели. Мама и тетя Валя потом пришли. Нашли нас в шкафу. На нас полка упала, но мы не вылезали – боялись. Вдруг мамы мертвые лежат во дворе? Как посмотреть? Но оказалось, когда дядя Адам побежал за ними, моя мама не стала убегать. Она сказала ему громко:
– Ты трус! Ты не чеченец! Чеченец не будет за женщинами бежать, чтобы ударить ножом со спины. Ты не мужчина. Я сниму свою юбку и одену ее на тебя!!!
Все во дворе стали смеяться. Ведь это позор – ударить со спины! Позор мужчине – надеть юбку! Какие-то люди подбежали и дядю Адама, с ножом в руке, отогнали, а мама и тетя Валя ушли. Тогда дядя Адам подождал, пока они уйдут подальше, и пришел нас пугать. Двери бить. Поля
29.08.
Дядя Адам подговорил алкашей и воров. Они тете Вале угрожают. Тетю Валю защищают дядя Валера, мы и тетя Фатима.
Вчера вечером дядя Адам все-таки сломал замок в квартире тети Вали и ворвался туда. Пьяный. С пистолетом. А мы по телевизору сериал смотрели: я, мама, Аленка и тетя Валя. Мама схватила топор, взяла дядю Адама под руку и вывела из квартиры тети Вали. Сказала:
– Еще раз придешь, я постучу по тебе, как по бревну! И пистолет тебе не поможет!
Адам, пошатываясь, убежал.
10.09.
Я пошла в шестой класс.
Мама хочет квартиру продать за пять тысяч рублей. Тетя Марьям помогает продать. Но никто не покупает. Дают одну или две тысячи. На это нельзя уехать.
Солнечно.
Я уроки делаю. В школе всякое. Раньше дружили, теперь все враги.
10.11.
Некогда было писать. Мы путешествовали: я, мама, Аленка и тетя Валя. Ехали на автобусе и видели горы! И осла!
Мы были в городе Моздоке. Побывали в двух деревнях Ставропольского края. Там живут русские добрые люди. Мама и тетя Валя хотели купить маленький домик, чтобы мы вместе жили. Мама свою квартиру продаст, а тетя Валя свою. Так решили. И купим один дом! Мы с Аленкой будем всегда как сестры.
Люди в русских деревнях, как только узнавали, что мы из Грозного, сразу звали в гости, кормили, чай давали. Нам игрушки тетя Лизавета подарила и бабушка Ольга.
Обнимали. Говорили, мы можем жить у них какое-то время. Местные люди беженцам помогают. С огородов еду приносят. Вещи собирают. Нам мешки надавали! Мы даже забрать все не смогли.
Мы нашли дом у реки, за семь тысяч. Рыба в реке и грибы в лесу. Нас там в школу берут. Директор добрая. Мне все очень понравилось!
Потом мы вернулись, хотели квартиры продать. Но никто не купил. Тетя Валя подумала и решила, что тут ее муж похоронен, родные. Что, наверное, не нужно уезжать. Может быть, будет мир?
Мама любит Грозный. И мы остались.
21.11.
Приходили в гости дед Шамиль и два его сына. Сказали, что в городе опасно. Много людей хотят воевать. Мама дала им чай и шутила.
Дед Шамиль благородный. У него длинная борода. Он любит книги. Мама много ему книг подарила из библиотеки дедушки Анатолия. Некоторые книги не сгорели. Дед Шамиль полную машину собрал.
Его сыновья взрослые, но когда он говорит – они молчат. Только если он им разрешит, они говорят. Это обычай такой. Мне они принесли халвы и конфет.
Мама красивая в новом халате и зеленом платке.
04.12.
День рождения был вчера у Аленки. Теперь ей десять лет. Но мне одиннадцать скоро! Я главнее!
Опять свет отключили. Сидим в темноте. Пишу при свечке.
Соседи тетю Валю достали. Хотели влезть через балкон, чтобы убить. А моя мама взяла гвозди и вбила изнутри балкона. И вот сосед Джим из дома напротив и сосед Бауд полезли ночью. Они лестницу с огородов принесли. Приставили к балкону и полезли. Потом как закричат! Все руки порезали гвоздями. Орали! На крик мама проснулась. Мы у Аленки ночевали. Пошла на балкон и пнула их. Они с лестницей улетели вниз. Кричали на весь двор:
– Русские сволочи! Твари! Зарежем!
А мама сказала:
– Хрен вам, а не русская квартира! Подлые гады, не троньте Валю!
Другие соседи говорили маме, чтобы она тетю Валю не защищала. Маму все любят. Зовут ее Лейла. Но мама сказала, что не уступит. Маму Лейла называет мой отчим Руслан. Он – чеченец, друг сердца мамы. Мама его спасла. На рынок приехали бэтээры, и мужчин хватали. Потом пытают и убивают. Везут в такое место, называется – фильтрационный лагерь, и там убивают. Руслан продавал запчасти от машин. Всех в его ряду на рынке схватили: и парней, и дедушек. Мама дала Руслану пустую бутылку для воды и стала кричать:
– С сердцем плохо! Воды! Воды!
Солдатам сказала, что Руслан – ее сосед и ей воды принесет и лекарства. И его отпустили.
Всех, кого забрали, больше никто не видел.
10.12.
Мы делаем ремонт. Побелили потолки. Я красила и белила, как и мама.
Руслан торгует старыми деталями для машин. Хватает на еду.
Не хожу в школу. Бросила. Мама сказала, что я могу год пропустить. Потому что дети пропали из школы. И еще были мины-игрушки. Мы их не тронули, а одному мальчику оторвало руку. Он хотел посмотреть, что там за коробочка.
На Аленку и на меня напал маньяк. Голый мужик из кустов. Аленка стала кричать, а я в него камень бросила. Он целый квартал нас преследовал, а потом убежал куда-то. Вероятно, опять в кусты.
Я дома читаю учебники и рисую сказку: Русалочка стала человеком и попала в наш мир. Ее ждут приключения на войне. Ей будет помогать маленький дракон.
16.12.
Мы иногда ночуем дома, иногда у тети Вали.
Мама придумала так сделать: взяли старое радио, отрезали провода. Провода зачистили ножом. Я и Аленка помогали. За окнами дождик шел. Варили макароны. А ночью, когда мы с мамой домой идем, провода на подоконник тетя Валя кладет. Заземление называется. А вилку в розетку. Если кто-то через окно пойдет убивать тетю Валю, попадет под электрический ток. Днем провода убираем. Так живем.
Злые люди с гор приехали. Все себе забирают. Много уехало соседей: кого избили, кого прогнали.
Мы остались. У мамы Руслан есть. Ему в России тяжело жить – там чеченцев не любят. Тетя Валя осталась с Аленкой, сосед дядя Валера и старики остались. Им ехать некуда. Родных нигде нет.
23.12.
Скоро Новый год. Мы решили с Аленкой загадать, чтоб больше никогда не было войны. Надо так: написать на бумажке, зажечь ее и бросить в шампанское. Нам шампанское никто не даст, поэтому мы в чай бросим.
Соседи, которые поселились в домах вокруг, кидают мусор в окна. Огрызки, шкорки[2]. Кричат, дерутся. Недавно во дворе была драка. Старые соседи дрались с новыми. И те, и те – чеченцы. Они били друг друга каким-то пнем, который лежал неподалеку. Мы с Аленкой с балкона смотрели.
У Аленки своя комната, еще зал и комната тети Вали. У них много мебели, как и у нас. Разные вазы, посуда. Я люблю огромное кресло в зале. Мы на нем всегда вдвоем сидим. Я и Аленка.
Еще у моей мамы есть дар. Это когда человек знает то, что никто не знает. Мама пришла вчера к тете Вале и говорит:
– У тебя смерть в доме!
Мы очень испугались. Тетя Валя сказала, что неправда все. Это глупость! Но потом под кровать полезла, а там дохлая мышь.
1996
12.01.
Холодно. Подарков не подарили. Нет света и воды.
Хава приходила, моя подруга. Хава стащила карты у старшего брата. Я ей сказала, что брат пожалуется родителям, а Хава говорит:
– Не пожалуется!
Я удивилась. Как – не пожалуется?!
– Это вот какие карты! – показала Хава.
А там, на картах, все женщины голые, без одежды.
– Я их стащила! Теперь – мое! – И Хава хотела подарить мне одну, где тетя без трусов. Но мама меня прибьет. Я не взяла.
Хава ушла.
20.01.
Мама торгует пирожками на Центральном рынке. Я торгую товаром: расчески, иголки, ножницы. Мы берем товар под реализацию у азербайджанцев. Они из города Баку. Торгуют тут. У них свои торговые ряды.
Холодно. Но я целый день стою на морозе. Надо работать. Сказку не дорисовала.
Ухает. Опять где-то стрельба.
01.02.
В городе стреляли. Я напугалась. Была на рынке. А машина взорвалась у памятника. Сидела под столом, пока стреляли. Все испугались. Дышала по йоге. Хорошо. Потом затихло, и я продолжила торговать.
Дома боюсь быть одна. Дети новых соседей начали бить окна палками и стучать в дверь. Кричат оскорбления. На двери написали «русская сука». Мама дверь мыла. Руслан ругался. Тетя Марьям сказала, что не знает, кто из детей написал.
Дети новые. По-русски не говорят.
В собак стреляют. Убили собак во дворе. Поля
09.02.
Торговала. Ужасно стреляли со стороны, где президентский дворец. Все с рынка бежали.
Мама ходила искать бабушку Элизабет в районе Минутки. Но многоэтажный дом, где жила моя бабушка по отцу, разбит бомбами. Сказали, что все погибли. Никто не выжил. Поля
07.03.
Идут бои. Пулеметы, автоматы. Самолеты летают, стреляют.
Мы прибежали с нашей остановки «Нефтянка» на остановку «Березка». Там живет подруга мамы Иля. Они вместе работали когда-то.
Война проснулась. Тетя Иля по радио слышала, что командир Гелаев и его люди пришли в Грозный, а российские солдаты их не пускали.
13.03.
Убило ребенка. А его маму не убило. Снаряд разорвался во дворе.
Мы стараемся не выходить на улицу. Много убитых.
Видели бабу Стасю с ведром воды. Эта старая бабушка дружит с бабой Ниной. Живет в нашем дворе.
07.04.
Тетя Амина сказала, что в селе Самашки убито военными много жителей. У нее там брата убило и всю его семью: жену и детей.
Мама сидит и курит сигарету. Как я терпеть не могу сигареты! Она меня бьет полотенцем, если я их ломаю. И тетя Амина сидит и курит. И обе плачут.
А дядя-армянин по имени Эдик исчез. Просто пропал. В его доме поселились какие-то люди. Нерусские.
24.04.
Опять я на рынке торгую. А что делать? Надо жить дальше! С утра наторговала немного. Купила пирожок с картошкой.
Учу чеченский язык. По-русски теперь мало кто говорит. Книжку мне тетя Марьям дала. Там есть слова: «Ха це ху ю?» (Как тебя зовут?) «Хо ху дешь ю?» (Что ты делаешь?) И другие.
16.05.
Мамин день рождения! Купила ей бусы. Она обрадовалась.
Хава в гости зашла. Аленка была. Я им рассказала сон. Мне приснилось, будто я хожу по базару «Березка». Зима. Снег. А навстречу мне идет Дудаев-президент. Он одет в длинный красный плащ и военную зеленую форму. Дудаев меня увидел, засмеялся. Сказал: «Мы еще повоюем!»
23.05.
За домом в садах бывает странное. Вечером туда никто не ходит. Не из-за стрельбы. Ислам и сын Умара видели там призраков. Не знаю, врут или нет.
Еще на садах сгорели папа Аленки и мальчик Вадик.
А чуть раньше у Аленки умер кот. Черный такой. Мурик звали. Он долго мучился. Отравился. И умер в тазу. Тетя Валя его закопала под черешней. И все.
А потом мы смотрели у тети Вали телевизор. Я, мама, тетя Валя, Аленка, дядя Валера, баба Надя и тетя Фатима. И еще тетя Амина. Вдруг свет отключился, гроза. И кот как мяукнет. Страх, аж пот полился. Это его голос! Больше нет котов у тети Вали. Он, невидимый, ходил и орал по квартире. Все замерли от страха. Никто не знал, как быть. Я плакала и уши закрывала. Кот-призрак ходил по комнатам и орал. Баба Надя стала читать молитву «Отче наш». Но он не ушел! Тогда моя мама говорит:
– Мурик! Мы тебя любим. Но ты умер. Мы тебя под черешней закопали. Иди туда. Иди! Ты кричишь – дети боятся, плачут. Иди, милый. Мы тебя не видим!
И мяуканье тихо-тихо ушло. И пропало. Все еще полчаса сидели и пошевелиться не могли. Но, слава богу, Мурик нас больше не пугал. Ушел.
03.06.
Попали под обстрел! На базаре «Березка». Кто-то танк взорвал. Потом военные хватали людей и тащили в машины. Женщины дрались. Не давали забирать. Мама предупредила Варю из дома напротив, чтобы она Башира и Мансура из дома не выпускала.
Башир такой злой стал. Камни в меня кидал, обзывал русской тварью. А у самого мама русская. Но он гордится, что у него фамилия папы!
Аленка пришла. Пока!
14.06.
Воды нет. Ходили за водой на огороды. Там колодцы. Я ключи от квартиры уронила.
Не миновать мне тумаков от мамы! Спасибо, Хава и Аленка помогли проволокой ключи достать. Полдня возились. Но достали.
Я до сих пор в косынке хожу. Еще волосы не отросли.
19.06.
Как надоели коровы и козы! Появились стада коз и коров во дворе. Утром люди из частного сектора выпускают их на улицу. Они ходят всюду и срут. Козы сожрали все кусты, маленькие деревья. Коровы все топчут. Их сотни!
Мама поругалась с одной теткой, что ее козы все пожрали. А эта тетка стала угрожать, кричать, что всех русских надо убивать. Дура какая! Никого не надо убивать!
Живет эта крыса за Красным садом, по дороге на базар «Березка». Тетя Валя сказала, что русским житья нет – всех гонят, квартиры отбирают. Но дядя Адам тихо сидел и уехал даже на время.
А бабушку Вовки избили и тетю Клару. Они уехали из Грозного. Теперь в их квартире другие живут. Поля
23.06.
Мы семечки продаем. Приходил Васька. Его мама Дуся и папа Петя живут на третьем этаже в другом подъезде.
Они не хотят из Грозного уезжать!
Васька принес печенье. Мы проигрыватель слушали. Он старый, и там пластинка вертится. Это проигрыватель дедушки Анатолия.
Мансура нет. Говорят, он в тюрьме. Забрали для разбирательства.
Сосед, дядя Иса, сказал, что русские солдаты друг в друга стреляют иногда. Друг друга ненавидят. Поля
27.06.
Стрельба! Лежали на траве. А на остановке «Березка» убило тетю и девочку. Прямо у подъезда. Они воду несли в ведрах, а снаряд разорвался.
01.08.
Выходных у меня нет. Торгую. Просыпаюсь в шесть утра, ем и собираюсь торговать. На рынке до шести вечера. Ем пирожок, если наторгую, если нет – ничего не ем. Потом иду домой и убираю, стираю. Воду приношу с огородов. Потому что в доме воды нет. Аленку не вижу. Мама орет, ругается. Тетя Марьям защищает. Поля
06.08.
Сегодня около четырех утра стали стрелять в нашем Старопромысловском районе. На остановке «Нефтянка». Сначала далеко, потом близко. Именно – автоматы.
Соседи сначала тихо сидели. Я подушку на голову положила и лежала. Потом соседи стали стучать к нам и в квартиру тети Марьям. Мама поставила табуретки. Все дети сели. Патошка пришла, ее сестра Ася и их бабушка Зина. Они – аварцы. Живут на третьем этаже, в нашем подъезде. За ними пришли к нам соседи со второго этажа, а к тете Марьям с четвертого этажа пришла тетя Тамара, ее дети и племянники.
И так сидим. Опять говорят – война. О, бухнули за окном из пушки!
07.08.
Прибегала Румиса, чеченка, что живет в доме рядом. Боится, чтобы соседи боевикам не сказали – ее брат спас русского солдата, летчика. Они в армии вместе служили. Теперь его дома прячут. Он сильно ранен. Его зовут Иван. Они называют его Рамзан – врут, что он немой брат мужа. Ведь он по-чеченски ни гугу!
Мама дала ей валерьянки.
08.08.
Пришла война. Всюду боевики. Они русских военных прогоняют из Чечни. В нашем районе боевиков где-то сто человек. У них есть командир. Маленький такой дядька, шустрый. Все зовут его Батя. Это прозвище. Еще у них есть один боевик лет двадцати. Нахальный. Пошел и где-то мыло украл. А люди пожаловались Бате. Ох и досталось умнику!
Батя перед всеми во дворе его поставил и давай орать:
– Мы воюем с русскими захватчиками! – Потом по-чеченски чего-то, а потом: – Аллах, как мне стыдно за тебя! Харам! Ты не воин, ты – вор!
(Харам – это грех.)
А боевик молодой руки в боки и отвечает:
– Я двоюродный племянник Дудаева. Не смей на меня орать! Пошел!
Вот Батя разозлился! Как стал орать на русском и чеченском вперемешку. Но смысл такой: если еще чего тот украдет, Батя не посмотрит, чей он племянник, а выгонит его из отряда с позором. Все соседи обрадовались. Батю благодарили. Остальные боевики тише воды сидят. Никуда не лазают.
А еще боевики в основном поселились в квартиры. Люди их принимают у себя! Кормят.
В первом подъезде живут на первом этаже. Хава прибегала, радовалась. Они с мамой уедут в Ингушетию – там мир, а папа Султан останется вещи сторожить. Ее папа мне нравится. Он никогда не ругает Хаву, все ей прощает. Очень любит!
У тети Марьям в квартире девушка спит. Ее Лайла зовут. У нее длинная коса, а сама она худая-худая. Без платка. Мама и тетя Марьям давали ей еды. Она отказалась. Только кофе выпила чашку. Лайла – боевик. Ей девятнадцать лет. Русские солдаты пытали ее мужа и убили. Они бросили его и других людей на заводе в известь. Мама говорит, кошмар! Сожгли заживо.
И Лайла все узнала. Она оставила ребенка двух лет с бабушкой и дедушкой и взяла автомат. Никогда не держала в руках оружия, а когда убили ее мужа ни за что, она взяла. И теперь воюет.
Еще есть два боевика в отряде шестнадцати лет. Они надели шляпы, как пираты. Перед ними вертятся дворовые девчонки по пятнадцать лет. Одна из них дочка Тамары, из нашего подъезда. Ее прозвище Пушинка. Она ходит легко, как танцует. А другая девчонка из дома напротив. Ее зовут Рита. У нее волосы кудряшками. Они прибегают к этим боевикам, шутят с ними. Хохочут. Вареньем угощают. Варенье на хлеб мажут и дают бутерброд.
А мама сказала боевикам в шляпах:
– Вы – дети! Чего вы шляпы надели и перья на них прицепили? Домой идите!
А боевики в ответ пищат:
– Тетенька, нас все равно убьют. Мы специально оделись красиво. Мы хотим, чтобы нас красивыми запомнили!
Мама моя покачала головой и ушла, а я сижу записываю. Солнечно! Стрельба всюду, пули летают, а девчонки хохочут с боевиками в шляпах. Варенье едят. Очень нравится Пушинке синеглазый. Его зовут Ратмир. П.
09.08.
Ночью пошли за водой взрослые. А меня не взяли. Я очень боялась. В квартире тети Марьям сидела с Лайлой. Все боевики куда-то ушли, а Лайла осталась почему-то.
Во дворе много жителей. Детей! А стреляют снарядами прямо по двору. Дети маленькие, не понимают, что нельзя выходить.
Я выходила днем и видела Ваську. Он на год младше меня. Играл на улице. Тут стали стрелять, и мы в их подъезде сидели. Дедушка Идрис сказал, что война скоро закончится, и дал нам пряник. Мы пряник поделили.
Видела мальчика Ислама из переулка. Он был с мамой. Они, пригибаясь, бежали под обстрелом мимо забора.
Я взяла мамины духи и побрызгалась. Мама унюхала и так меня избила! Руками и полотенцем. Больно. Сказала, чтобы я ничего у нее не брала. За меня папа Васьки вступился. Но она и на него кричала. Мама кричит и дерется. Почему? Поля