Хроника миров Багрониума. Книга 1. Скитальцы. Возвращение

– Постараюсь. Ну а ты веди себя прилежно. Помогай отцу да матери. Будь им всегда надёжной опорой. Он посмотрел на Молоха и, махнув рукой, пробухтел:

– Давай потопали. У нас куча дел. Тот подошёл к Шуне, и они отправились к воротам, через которые попали в эту дивную деревушку. Оказавшись возле них, ребята увидели сторожа, который, сидя на лавке, громко храпел. Молох покачал головой и крикнул:

– Просыпайся, батя. Открывай ворота. Услышав дикий ор, дедок вскочил как ошпаренный и, схватившись за топор, встал в грозную позу. Моргая сонными глазами, он разглядел тех, кто посмел его разбудить.

– Да чтоб вас черти задрали, супостаты этакие. Чего орёте? Разве можно вытворять такое? Я же старый, сердце больное.

– Прости, отец. Не серчай. Мы ведь не со зла. – Извинился Молох. Мужик злобно сплюнул и обиженно махнул рукой.

– Ладно, валите отсюда. Вынув засов, тот распахнул ворота. Ребята молча отвесили поклон и вышли.

Решив не идти тем же путём, они свернули вправо и побрели вдоль высокого забора, который окружал это поселение. Протопав метров сто, Шуня вдруг пихнул Молоха, привлекая к себе внимание. Тот остановился и посмотрев на братишку, увидел, как он, вытянув руку, на что-то указывал.

– Чего толкаешься? Голос, что ли, пропал? Куда тычешь своими карявками? Я хоть и высокий, но всё равно не вижу то, что тебя тревожит.

– Да смотри левее. Ты чё, идёшь с закрытыми глазами? Такой здоровый, а ни хрена не видишь.

Молох внимательно посмотрел в сторону, куда показывал Шуня. Заметив предмет беспокойства маленького брата, тот, затаив дыхание, быстренько присел. Там, на высоком валуне сидел огромный дракон. Широко растопырив крылья, он смотрел в сторону деревни, откуда недавно ушли ребята.

– Молох. Чуешь, чего задумала эта бестия? Наверняка мечтает о сладкой наживе. Смотри, как горят глазищи. Зубищами щёлкает, точно как чёрт голодный. Что будем делать? Тот, задумавшись, почесал затылок.

– Жалко убивать такого красавца, но в деревне остались Иван, Дуся и много хорошего люда. Может, спугнём с насеста? Глядишь, улетит восвояси.

– Да брось! Вот скажи, Молох. Если ты хочешь жрякать и видишь харчевню, то же будешь бежать от неё прочь? Очень в этом сомневаюсь! Мой прожорливый братишка. Но в одном ты прав —убивать такую животину негоже. Вот что надо сделать. Я постараюсь замутить ему взор и внушить мыслишку о том, что эта деревня пуста и вкуснятины для него там нет. Так мы и народ спасём, и живность не покалечим.

– Молодчина, Шуня! Правильное решение. Да ты и сам знаешь, не до ратных подвигов сейчас. Нужно спешить в пещеру, звать наших. Так что давай, начинай магию творить. И вообще, мне нравится, когда ты ладишь всякие волшебные штучки.

– Отстань, верзила! Нравится ему! Сам-то что будешь делать? Наблюдать и в ладошки хлопать? Сиди здесь и не шевелись. Я подойду поближе.

Тихо ступая по тропинке, Шуня развязал свой волшебный кисет, висящий на поясе. Поковырявшись, он достал оттуда блестящий камень и, зажав его между ладоней, произнёс заклинание. Молох, не отводя глаз, следил за огромной зверюгой боясь, что тот учует неладное и тут же нападёт.

Вдруг дракон замотал головой и полыхнул огнём. Молоху стало понятно: Шуня затуманил ему взор, и тот перестал видеть деревню, в которой собрался поужинать. Дракон мощно замахал крыльями, поднимая свою тушу вверх. Зависнув над валуном, он резко развернулся и, набрав высоту, полетел в сторону «Одинокой» горы.

Молох долго смотрел ему вслед, пока тот не скрылся из виду. Убедившись, что опасность, угрожающая деревне, миновала, он с облегчением выдохнул. Немного погодя из-за высоких кустов появился Шуня. Он шёл, ворча и ругаясь. Молох не мог понять, чем недоволен его братишка, и поэтому поспешил спросить:

– Шуня, ты чего такой сердитый? Всё же получилось. Как говорится, «и овцы целы, и волки сыты». Все счастливы и довольны. Тот подошёл к Молоху и, смахнув пот со лба, недовольно воскликнул:

– Вот тупая живность! Представляешь, этот паразит вздумал со мной спорить! Говорю ему: «Нет здесь никакой деревни», а тот на полном серьёзе талдычит: «Но ведь была?» Да сколько раз повторять: «Нет тут ничего!» А этот неугомонный спрашивает: «А где есть?» Ну, думаю, щас подскажу. Взял да и послал его к большой воде. Пусть летит подальше, пока чары не развеются. Я вообще удивляюсь. Здесь живность какая-то странная. Вроде магия на них действует в полном объёме, а всё равно упрямятся. Что за мир! Ладно, Молох, пошли вон к тому лесочку. Мне позарез нужно отдохнуть и съесть пару сочных яблок. Чую необходимость восполнить силёнки, а то, пока спорил с упрямой живностью, потерял их целую кучу.

Пробираясь сквозь густой кустарник, Шуня, идущий позади Молоха, то и дело получал ветками по харе. В конце концов ему это надоело, и тот сердитым голосом крикнул:

– Братан, у меня вся рожа в синяках! Ты можешь ломиться через кусты, придерживая за собой ветки, а то после твоей огромной туши они летят со всех сторон и хлыщут меня по морде.

Молох, недовольный жалобным бурчанием Шуни, резко остановился. Повернувшись к нему, тот молча схватил его за шкирку и, усадив на плечо, пошёл дальше. Дойдя до опушки леса, Молох, не церемонясь, опустил Шуню на землю и, сняв с плеча котомку, поставил её возле него. Посмотрев по сторонам, он сказал:

– Так, Шуня. Вот тебе котомка, садись прямо здесь и жрякай свои яблоки. Набивай пузо до отвала и перестань ворчать. Можешь не волноваться, врагов нигде не видно, и если ваше Величество позволит, я ненадолго зайду вглубь леса, поищу там укромное местечко. Молох сделал паузу и, определив для себя направление, зашёл в непроходимую чащу.

Шуня обернулся, чтобы сказать какую-нибудь гадость, но Молоха уже не было. Бурча себе под нос, он уселся на небольшой пригорок и залез рукой в котомку. Достав оттуда спелое яблоко, он покрутил его перед носом и, откусив, принялся жевать с невозмутимым видом. Одно, второе, третье. Тот уплетал их за обе щеки, при этом о чём-то задумавшись. Сколько просидел Шуня, можно было догадаться по количеству съеденных фруктов, так как в котомке их изрядно поубавилось.

Внезапно из лесной чащи показался Молох. Он подошёл к Шуне, который сидел в раздумьях и не замечал, что вернулся его друг. Тот, осторожно заглянув в котомку, увидел, что оттуда исчезла половина фруктов. Ткнув пальцем в лысую черепушку брата, он сказал:

– Может, хватит пожирать наши запасы.

Шуня от неожиданности вскочил и выхватил из ножен меч. Подняв его над головой, тот приготовился порубать всех на мелкие кусочки, но увидев, что перед ним Молох, Шуня от злости бросил меч на землю и заорал:

– Да чего ты творишь, верзила! Когда выходил из лесу, не мог, что ли, предупредить? Напугал меня до смерти! А если бы полоснул тебя, вражина? Видел же, что сижу в раздумьях и мечтах. Молох присел и, схватив его за плечи, легонько потряс.

– А что я всегда говорю, Шуня? Нельзя предаваться мечтам, они отвлекают. Ты, как никто другой, знаешь, сколько в этом мире угроз. Так что будь всегда начеку.

– Ты прав. Этот мир – одна сплошная нервотрёпка. Прости, дружище. Дом родной вспомнил. Ребят наших. Былые времена. И тут Шуня заметил кучу огрызков, лежащих на земле.

– Моя работа? Я что, сожрал все яблоки?

– Да ладно, чёрт с ними! Зато в тебе силушки прибавилось. Смотри, щёки румянцем налились. Давай, шустренько поднимай оружие и двигай за мной. Недалеко есть отличное местечко.

Хоть сейчас и была ночь, но свет, исходивший от огромной ночной звезды, ярко освещал дорогу нашим путникам. Зайдя вглубь леса, Шуня ахнул, видя красоту этого мистического места. Холодный свет, пробиваясь сквозь пышные кроны древесных исполинов, проникал в лесную чащу, и темнота, словно боясь его, расползалась в разные стороны. Внизу под ногами что-то шуршало, наполняя пространство таинственными звуками. В воздухе летали маленькие огоньки, похожие на крохотные звёздочки. Они сновали туда-сюда освещая огромные стволы лесных великанов. Молох остановился и, обернувшись, сказал:

– Шуня, хватит любоваться красотами. Пошли, осталось немного. У нас нет времени, помнишь?

– Да полно его. Забыл, что мы долгожители? Молох прошёл ещё немного вперёд и раздвинул кустарник.

– Пролазь, мелкий. Шуня быстренько прошмыгнул в эту брешь и очутился на небольшой полянке, освещённой ночным светилом. Покрутив головой, он взглянул на Молоха, стоящего рядом.

– Уютненько. Как нашёл сие местечко?

– По запаху!

– Остряк! Давно такой умный стал? Великан угрожающе наклонился и ручищей толкнул его в спину. Шуня, не удержавшись на ногах, свалился на землю.

– Давай, начинай перемещать, умник! Дел невпроворот. – Сердито проворчал Молох.

– Ладно, не злись. Сейчас всё сделаю. Шуня поднялся на ноги и достал из кармана штанов блестящий амулет. Зажав его в ладони, тот подошёл к Молоху.

– Готов, мой друг?

– Конечно! Трогаем! Шуня одной рукой обнял ногу Молоха, чтоб не потерять его в портале, а вторую поднёс к губам и прочитал заклинание. Раздался резкий хлопок, и эта развесёлая парочка исчезла.

Высокая горная гряда тянулась далеко вдаль. У самого подножья этих каменных исполинов протекала река, которая несла свои бурные потоки по всему ущелью. Густой лес, росший на каменистых склонах, скрывал от посторонних глаз ту самую пещеру, где когда-то собирались наши герои.

Внутри было достаточно просторно. В середине находился круглый очаг, сложенный из гладких камней. Очень давно в нём полыхал жаркий огонь, согревая теплом своих хозяев. Но прошла уйма времени, и там остался только пепел, да жалкая куча окаменевших углей.

Вдруг в пещере вспыхнул яркий свет. Паутина, висящая плотными комками, резко колыхнулась и разлетелась в разные стороны. Пепел, что покоился в очаге, взметнулся вверх серым облаком, а когда оно рассеялось, там появились ребята.

Молох стоял, зажмурившись, ну а Шуня всё так же крепко сжимал его ногу. Приоткрыв сначала один, а затем и второй глаз, великан посмотрел, куда же занёс их, «великий маг». Увидев до боли знакомое место, у того защемило сердце. И тут Молох стал вспоминать, как в уютной дружеской обстановке они сидели возле огня, пили чай, заваренный из душистых трав, спорили, делились знаниями, шутили и смеялись. Да, это были хорошие дни, которые оставались в памяти навечно. Молох тряхнул головой и, глянув на Шуню, крикнул:

– Эй! Маг-чародей! Чего присосался, как пиявка? Может, отпустишь ногу? А то в неё кровушка не поступает! Синеть начала. Мелкий открыл глаза и, посмотрев по сторонам, радостно воскликнул:

– Эх, да молодец я! Не промахнулся! Вот оно, тайное укрытие. Наша пещерка. Отпустив ногу Молоха, Шуня быстро побежал к выходу и, забравшись на уступ, вдохнул полной грудью свежий воздух.

– Посмотри, какая красотища! Ты глянь! Всё та же речка, лес, горы. Ничего не поменялось. Молох терпеливо слушал его восторженные речи, но время поджимало. Вдруг из глубины пещеры до Шуни долетели слова братца.

– Хватит радоваться, не до веселья сейчас. Тащи сюда свою мелкую задницу, будем весточки друзьям-товарищам рассылать. Надо прибраться здесь, развести огонь. Дел невпроворот. А ты природой любуешься.

– Да иду, иду! И кто из нас ворчун? Что, сначала весточки, а потом уборка или наоборот?

– А ты как мыслишь, глупая башка? Конечно, весточки!

– Как пожелаешь, предводитель. Ты же тут главный.

Зайдя в пещеру, Шуня присел на корточки возле входа. Достав из своей кисета маленькую палочку, на конце которой крепился прозрачный камень. Он потёр его пальцем и стал выводить на пыльном полу закорючки, похожие на неведомые Молоху руны. Закончив свои художества, он прошептал заклинание. Магические знаки засияли ярким светом и, поднявшись в воздух, закружились вокруг Шуни. Немного погодя он встал и, махнув рукой, отправил послания ребятам.

– Всё, Молох, дело сделано. Весточки улетели. Теперь будем ждать ответа на них. А сейчас давай пойдём нарубим дровишек, смастерим метёлку, наберём воды, будем убираться и заваривать чаёк. Надеюсь, что все ребята скоро сюда прибудут. Молох похлопал по плечу своего мелкого братишку, благодаря его за работу.

– Пойдём, мой старый друг. Первым из пещеры выперся Шуня. Встав возле каменных ступеней, ведущих вниз, он обернулся и махнул рукой идущему следом Молоху.

– Хватит ковыряться в носопырке! Топай сюда быстрей. Шуня уже собрался спускаться, как вдруг сзади подошедший Молох схватил его за шкирку и быстро оттащил назад.

– Да что стряслось! Ты что, с дуба рухнул? Дундук сумасшедший! – Завопил от возмущения Шуня. Молох, недовольно хмыкнув, слегка толкнул его вперёд.

– Посмотри по шустрому вниз и быстренько беги обратно. Шуня недоверчиво бросил взгляд на Молоха и, пригнувшись, пробрался к краю скалы. Мельком глянув на дно ущелья, он осторожно отодвинулся и, обернувшись, прошептал:

– Ну ни хрена себе! Сколько мордоворотов. Таких уродцев мы ещё не встречали. Братишка, спасибо, что одёрнул.

– Да брось, дружище. Разве я мог допустить, чтобы ты стал сытным ужином для тупых монстров? Давай, иди сюда. Надо решить, что будем делать с этим зверинцем. Шуня подошёл к Молоху и, погладив свою лысую башку, с серьёзным видом заявил:

– Послушай, надеюсь, что скоро здесь появятся ребята, и нам ни к чему эта свора чудовищ, которая шарится в ущелье. Скажу тебе больше, Молох. Даже если мы, стоя на этой вершине, будем орать, как оголтелые, они вряд ли испугаются и уберутся восвояси. А посему у нас только один выход – надо спуститься и порубить их на мелкие кусочки. Что скажешь, здоровяк? Молох зловеще улыбнулся и медленно достал огромную секиру.

– Давненько наше оружие не вкушало свежей кровушки. Пойдём, разомнёмся маленько. Шуня одобрительно кивнул и, вытащив свой меч, направился вместе с Молохом в ущелье.

Спускаясь по ступеням, ребята вовсе не боялись. Они просто спокойно шли и с любопытством наблюдали за монстрами, которые прыжками мчались по каменистому склону. Эти громадные звери, пробиваясь через лес, то и дело таранили мощными баками стволы древесных великанов. При каждом толчке с пышных крон осыпались листья и мелкие ветки. Чудовища явно спешили к реке, чтобы утолить свою жажду. Ребята, видя эту мощь, понимали, насколько они свирепы и опасны.

Гигантское туловище с широкой грудиной и мощными лапами придавало этому существу смертоносный вид. Под грубой кожей, покрытой серой чешуёй и костяными пластинами, выступали огромные бугры сильных мышц. На здоровенной башке в разные стороны торчали тонкие иглы и росли два витых рога, а в середине широкого лба «красовался» один крупный глаз с узким зрачком. Из открытой пасти виднелись внушительного размера клыки, способные разрывать в клочья любую добычу. Но главным оружием этого чудовища были два длинных и прямых бивня, которые росли из нижней челюсти.

Идя уверенной походкой, ребята подошли к одиноко стоящему монстру и стали молча разглядывать эту громадину. Они были настолько бесстрашны, что даже не пытались скрывать своего присутствия. Вдруг Молох наклонился и, подобрав небольшой камень, швырнул его в чудовище.

Послышался глухой удар. Тот резко повернул башку и уставился своим единственным глазом на стоящих неподалёку странных существ. Из широко открывшейся пасти, усеянной огромными клыками, раздался пронзительный рёв. Зверь медленно стал разворачиваться, готовясь молниеносно кинуться на непрошеных гостей. Его собратья, которые жадно пили воду из горной речки, услышав зов опасности, мгновенно бросились на помощь.

Всё бы ничего, да только Молох не собирался ждать, когда прибудет эта грозная подмога. Держа в одной руке секиру, а в другой свой громадный нож, ринулся вперёд. Подлетев к монстру, он с размаху полоснул тесаком по передней лапе.

Чудовище, разинув пасть, мотнуло башкой, стараясь насадить Молоха на огромные бивни. Увернувшись от смертоносного выпада, он на полном ходу проскочил под его брюхом и нанёс секирой сокрушительный удар в бочину. Кожа мгновенно лопнула, оголяя раздробленные рёбра. Из открывшейся раны фонтаном хлынула кровища. Зверь дёрнулся и, поджав лапы, завалился набок. Молох взмахнул секирой и со всей дури рубанул его по шее. Удар был таким мощным, что почти напрочь отделил башку от тела.

Шуня видел, как Молох расправился с чудовищем и решил не отставать от большого брата в этой битве. Вытянув перед собой меч, он с диким воплем бросился в самую гущу монстров. Проворно махая своим рубаловом, Шуня, как одержимый носился под ними, оставляя страшные раны. Повсюду летали куски окровавленной плоти, а из распоротых брюх, жутко воняя, вываливались кишки. Сбившись в кучу, разъярённые звери всем скопом набросились на него, пытаясь растоптать надоедливую проныру.

В пылу смертельной пляски, сквозь топот и рёв, Шуня едва расслышал Молоха, который звал его к себе. Он, в очередной раз ловко увернувшись от огромной пасти, нависшей над лысой башкой, мигом ринулся к нему.

Подбежав, Шуня встал рядом с Молохом, готовясь отражать очередную атаку монстров. Заляпанные с ног до головы липкой кровью, они наблюдали, как чудовища окружают их со всех сторон. Вдруг Шуня крикнул Молоху:

– А ну-ка братишка, закинь меня на того, что прётся впереди. Он явно их вожак.

Зверь, пригнув голову, хищно крался вдоль берега реки, раскрыв здоровенную пасть. Молох схватил Шуню двумя руками и, раскачав, бросил его в сторону гигантского монстра. Оказавшись у него на спине, Шуня со всего размаху воткнул меч прямо в черепушку.

Чудовище взревело от ужасной боли и, топчась на месте, замотало башкой. Схватившись руками за рога, Шуня со всей силы дёрнул их на себя, а когда раздался хруст сломанных костей, зверь испустил предсмертный хрип и, дёргаясь в конвульсиях, повалился на землю.

Шуня соскочил с него и, выдернув из башки меч, прямиком побежал к Молоху. Монстры, увидев, что предводитель племени валяется мёртвым, кинулись на ребят всей стаей. Толкнув Молоха, Шуня, задыхаясь, прокричал:

– Нетушки. Так дело не пойдёт. Их слишком много. Ну, зверюги, сейчас я вам устрою кузькину мать! Подбрось-ка ещё разок, братан. Молох, не раздумывая, поднял Шуню над головой и швырнул его в толпу монстров.

Очутившись на громадной туше одного из чудовищ, он не стал рубить мечом, а схватив его за рога, произнёс заклинание «Дыхание дракона». Руки Шуни сразу вспыхнули ярким пламенем и в туже секунду тело монстра поглотил пожирающий плоть огонь. Не дожидаясь, что с ним будет дальше, тот подпрыгнул и очутился на спине рядом бегущего зверя.

Проделав то же самое, он, как оголтелый, стал перескакивать с одного чудовища на другого, сжигая их тела, от которых оставались только груды пепла. Когда Шуня закончил с последней зверюгой, он, пыхтя от усталости, подошёл к ошарашенному Молоху и, вздохнув, спросил:

– Чё пыришься? Понравилось? Тот присел на корточки и, восхищаясь проделками Шуни, ответил:

– Братишка, да твоя магия просто загляденье! Ты где этому научился?

– Всё там же, в светлом мире. Когда ты днями сидел и точил свою секиру, я читал умные манускрипты, изучая секреты магии света. Да и Тур приложил к этому руку, помог освоить пару приёмчиков по сжиганию недругов.

– Молодец! Красавчик! Ну а теперь, раз со всеми чудовищами покончено, пойдём к реке и смоем с себя кровищу, а то негоже встречать ребят в таком виде.