Тьма. Красная жрица

Главное – успеть, пока отец и мать не узнали о ее побеге.

– Я справлюсь, – подбадривающе шепнула Лина сама себе. – Я должна.

Драконья Лощина встретила ее гулом голосов и суетой. Огромные тени то и дело скользили по земле. Ветер от драконьих крыльев поднимал пыль. Торговцы спорили с погонщиками о цене перевозок, а грузчики крутились вокруг телег и подвод с тюками.

Аделина натянула капюшон ниже, стараясь не привлекать внимания, и принялась высматривать лучшую «цель» для незаконного перелета. Ее внимание почти сразу привлек находившийся неподалеку крупный бронзовый дракон, около которого суетился молодой погонщик.

– Быстрее! – ругался на грузчиков он. – Через четверть часа взлетаем, иначе до ночи в Кровель не доберемся!

Кровель! Торговый город Вельского королевства!

«Туда мне и надо», – мысленно утвердила Аделина.

Выждав момент, когда погонщик отвернулся, она скользнула за спину дракона. Под его крылом уже были закреплены грузовые сети с мешками, бочками и ящиками. Аделина осторожно пролезла между ними. От волнения сердце девушки колотилось так громко, что казалось, его слышно на всю Лощину. Если погонщик еще раз перед вылетом решит проверить груз…

– Все закрепили! Можете вылетать! – раздался крик.

Аделина облегченно выдохнула. Повезло!

А спустя пару мгновений бронзовая рептилия с громким хлопком расправила крылья. Мир дернулся, пошатнулся, и земля ушла вниз. Едва не вскрикнув, когда воздух ударил в лицо, Аделина вцепилась в сеть. Холод пробрал ее до костей почти мгновенно. Волосы выбились из-под капюшона и хлестнули по лицу. На спине дракона для путешественников был раскрыт защитный купол, но здесь, на грузовых сетях, никакой магической защиты не было. Однако Аделине это было не важно. Главное – она летит! Она успела!

Аделина беззвучно засмеялась, чувствуя, как волной накрывает облегчение.

«Свободна! Свободна! Теперь только я решаю свою судьбу! Я и никто другой!»

– Мир изменился.

Шелестящий голос древней старухи эхом прокатился под сводами небольшого зала, нарушив почти мертвую тишину этого места.

В зале не было окон, но стены его светились изнутри ярким мертвенным светом – видимым проявлением множества защитных плетений, вынести который долгое время обычному человеку было бы непросто. Впрочем, старухе он не мешал, поскольку глаз у нее не было. Вместо них остались лишь выжженные провалы – след прикосновения божественного сияния к той, что некогда являлась Голосом Сульхи, а затем была обращена к Свету. Когда-то она говорила пророчества. Теперь же сама стала их частью.

Стоящая на коленях в центре круга из высеченных в белом мраморе рун Зрящая больше себе не принадлежала. Даже ее тело уже не было живым, а являлось по сути лишь сосудом для сознания, которое растворилось в Книге Судеб. Слившись с бесконечным сплетением линий возможного и неизбежного, Зрящая следила за изменениями узора мира, которые могли разрушить божественный замысел Света.

И сейчас этот узор дрогнул.

Слова Зрящей заставили дрогнуть и двенадцать человек в белых накидках с глубокими защитными капюшонами. Хранители Зрящей непрерывно находились подле нее в этом храме среди скал, которого не было ни на одной карте.

Их Орден не нуждался в признании мира. В мире вообще мало кто знал, что Орден Хранителей существует. А о том, что в его стенах до сих пор заточена пророчица Сульхи – вернее то, что от нее осталось, – не знала даже Инквизиция.

Услышав от старухи редкое, но такое страшное пророчество, один из двенадцати мужчин, с узкой серебряной пряжкой на вороте плаща, тотчас поспешил к выходу. Зал храма был полностью защищен от внешнего мира, поэтому для вызова Верховного жреца необходимо было его покинуть.

Впрочем, долго себя ждать Верховный не заставил. Не прошло и четверти часа, как в зал стремительно вошел высокий широкоплечий мужчина с резко очерченными чертами лица. Его волосы были коротко, по-военному острижены, а взгляд серых глаз тяжелым и властным, не признающим малейшего неповиновения.

Остановившись у границы рунного круга, Верховный жрец посмотрел на Зрящую сверху вниз.

– Говори. – Коротко приказал он.

Старуха медленно подняла лицо с пустыми глазницами на звук его голоса. Руны на полу тускло замерцали.

– Носительница Темного Предела более не связана, – прошелестела Зрящая. – Кровь дважды Благословенной полностью проявила себя и Сульхи уже не властна над ней. Она нарушила первый узел и узор не восстановился. Судьба должна была вернуть ее на прежнюю линию, но не вернула. Вместо этого появилась новая.

Верховный жрец с силой сжал пальцы. Это все-таки случилось!

Орден веками выслеживал тех, кого пророчества называли «носителями переломных точек», и еще ни разу не позволял им зайти так далеко. И в любом другом случае не позволил бы! Обычно Хранители уничтожали подобных носителей сразу же, как только Зрящая сообщала об их рождении. Иногда такие люди даже ненадолго избегали предсказанного, но узор неизменно исправлял отклонение, возвращая события к необходимому исходу.

Та же, что несла угрозу сейчас, находилась под слишком мощной защитой. Выстоять против сильнейшего из жрецов Мораны в прямом бою никто из Хранителей бы не смог, поэтому оставалось лишь наблюдать и выжидать подходящего момента для нападения. А заодно надеяться, что родители, обеспокоенные судьбой дочери, сами постараются избавить ее от уготованной участи.

Увы. Надежда на избавление не оправдалась. Носительница все-таки обрела свободу и вышла в мир.

– Насколько все плохо? – спросил Верховный.

Голова Зрящей дернулась.

– Пока она меняет только свою линию. Теперь каждый новый слом породит новые развилки, новые связи, которых не было в узоре судеб. Если они обретут якорь, узор начнет перестраиваться вокруг нее.

Верховный медленно сжал кулак.

– Темный Предел. А если она его достигнет?

Зрящая задрожала всем телом.

– Тогда уже не судьба будет возвращать ее на предназначенную линию. Линии сами пойдут за ней.

– Значит, пришло время очищения, – с мрачной решимостью заключил жрец. – Мы должны успеть, пока она не вошла в полную силу.

– Сложно… очень сложно… – просипела старуха, вцепляясь пальцами в мраморный пол. – Божественная кровь противится, она хочет выжить. Она будет подстраивать линии судеб под себя. Нельзя, нельзя ей было появляться на свет от той, что нарушила непреложный закон мира!

– Я это и так знаю! Скажи лучше, что нам делать? – отрывисто рыкнул жрец.

Свет в рунах стал ярче. Голова Зрящей неестественно дернулась, а провалы глазниц засочились кровью.

– Ос-слабь ее, – в шипящем голосе старухи пропали все отголоски человечности. – Не дай ее замыслу обрес-сти якорь. Уничтожь ту, что может дать нос-сительнице темную кровь, только тогда с-сможешь уничтожить и ее с-саму.

Руны вспыхнули в последний раз, а затем свет начал угасать. Старуха обмякла и рухнула на белый мрамор, тяжело дыша и окрасив его кровью.

Несколько мгновений Верховный молча смотрел на нее, а затем приказал:

– Выяснить, где находится Аделина Карминская, и установить, о ком говорила Зрящая. Обе цели должны быть устранены как можно быстрее.

– Да, Верховный.

– И поднимите старые архивы Ордена. Мне нужно знать, где сейчас находится «Венец Рассвета».

Один из Хранителей резко поднял голову.

– Верховный… вы хотите использовать его?

– Пока нет, – жрец нахмурился. – Но Зрящая сказала, что носительница способна дойти до Темного Предела. Если обычные средства перестанут работать, я хочу знать, где находится единственное оружие, которое сможет остановить ее наверняка.

Дракон заходил на посадку резко, с характерным рывком, от которого Аделину прижало к грузу. Однако сквозь ячеистую сеть она успела увидеть внизу поле, утоптанное и изрытое следами драконьих когтей и колес.

Поле… значит, все на виду. Благо, вечерние сумерки и длинные тени от окружающих посадочное поле высоких деревьев позволяли надеяться, что Лина сможет остаться незаметной. Главное действовать быстро.

Едва дракон ударил лапами о землю и остановился, Аделина ледяными пальцами рванула край сети. Ровно в тот момент, когда погонщик спрыгнул с дракона, она проскользнула между мешками и скатилась вниз с противоположной стороны.

Дракон фыркнул, хлопнул крыльями, подняв тучу пыли. Пользуясь этим, Лина отползла в тень под крылом, а затем, сгорбившись, поспешила прочь. Сумерки сгущались, стирая очертания ее фигуры. Еще несколько минут Аделина двигалась вдоль края поля, пока шум не стал глуше и драконы не остались позади. Только тогда она замедлила шаг.

Видневшийся вдали Кровель манил огнями, но мысль о том, чтобы заночевать в нем, Лина отбросила сразу. Во-первых, каждый прибывающий в город должен был пройти регистрацию, а даже с выдуманным именем это был риск. Во-вторых, Кровель – город торговцев и наемников, был слишком неспокойным. Ночью на его улицах одинокой девушке точно делать нечего, так что Аделина просто решила устроиться в зарослях кустарника неподалеку от дороги. Забравшись поглубже, принцесса села, поджав колени, и закуталась в плащ. Так и заночевала.

Спать в таком положении, да еще и в переполненном эмоциями состоянии не хотелось, и Лина дремала, лишь урывками проваливаясь в короткое забытье. А когда наконец настало утро, и Драконья Лощина ожила снова, принцесса уверенно направилась к приземистому зданию погонщиков. Быстро отыскав дракон-экспресс до Леории, Аделина оплатила перелет и с радостным предвкушением поднялась на лазурного дракона.

Теперь она летела не беглянкой, а пассажиркой. Ни холода, ни пронзительного ветра на этот раз не было. Аделина сидела на теплой циновке под защитным куполом и смотрела, как внизу проплывают поля, леса и ленты рек. А сверху раскинулось бесконечно синее небо, чистое, без единого облака.

Но вот, ближе к полудню, на горизонте показались высокие стены из серого камня. Мгновенно оживившись, Аделина всмотрелась в конечную точку своего путешествия и наконец увидела главное: золотистый шпиль магической Академии. Он возвышался над городом и ловил солнечные лучи, сияя так, будто был маяком.

– Я здесь, – прошептала Лина, глядя на шпиль. – Я действительно здесь.

Еще немного, и она на месте.

Едва дракон приземлился, Аделина быстро поблагодарила погонщика и, соскочив на землю, поспешила прочь от посадочного поля.

Время поджимало. Сегодня был первый день приема в Леорскую магическую Академию, и первая его половина уже прошла. А желающих поступить сюда всегда было очень много. Конечно, именно поэтому на поступление желающим давалось несколько дней, однако у Аделины этих дней не было. Магия маскировочного артефакта истончалась, и Лина понимала, что Мар-шаэсс вряд ли выдержит еще одну ночь. А если артефакт разрядится полностью, отец почувствует ее мгновенно и порталом вернет в Карминию. И все будет зря.

Быстро ответив Вопрошателю, регистрирующему всех пребывающих в город, что ее зовут Лина Темная и она прибыла поступать в Академию, Аделина со всех ног помчалась к золотистому шпилю. Однако приблизившись к заветной цели, принцесса увидела, что самые худшие подозрения оправдались: от ворот Академии тянулась здоровущая шумная очередь. И двигалась она медленно. Слишком медленно!

Встав в конец, Аделина мысленно застонала, чувствуя, как в душе поднимается паника. Неужели она не успеет? Неужели проиграет буквально на последнем шаге?

Взгляд Лины затравленно заскользил по толпе и вдруг зацепился за видневшуюся далеко впереди высокую фигуру с копной кудрявых снежно-белых волос. Слишком знакомых!

Лауриэль! Темная эльфийка стояла вполоборота, нервно перебирая пальцами край дорожного плаща.

Не раздумывая ни секунды, Аделина рванулась вперед, лавируя между людьми и не обращая внимания на недовольные возгласы:

– Эй!

– Куда без очереди?!

– Тебя тут не стояло!

Возмущенные голоса сливались в гул, кто-то попытался преградить ей путь, но Аделина уже выскользнула вперед и остановилась рядом с темной эльфийкой, радостно выдохнув:

– Приветик!

Лауриэль вздрогнула и резко обернулась. В уставившемся на Аделину янтарном взгляде мелькнула паника, но тотчас сменилась изумлением:

– Лина?! Фух! Ты меня напугала! Как ты так подобралась, что я тебя не почувствовала? – Она вдруг прищурилась, внимательно вглядываясь в Аделину, и с сомнением добавила: – И до сих пор не чувствую.

– Эй, вообще-то тут очередь! – не унимались сзади.

– Артефакт, – одними губами ответила Аделина и обернулась к возмущающимся: – Мне здесь место заняли. Я с ней.

Она кивнула на Лауриэль. Та мгновенно поняла и кивнула, подтверждая:

– Да. Это моя подруга, мы вместе поступаем. Проблемы?

Кто-то еще недовольно фыркнул, но спорить с темной эльфийкой у самых ворот Академии желающих не нашлось. Очередь заворчала и снова пришла в движение.

Аделина почувствовала, как с души словно камень свалился. Она успеет! Теперь – точно!

А Лауриэль наклонилась к ней ближе и, понизив голос, спросила:

– Так что это за артефакт? Это благодаря ему ты сбежала? Честно, не думала, что ты все-таки решишься.

На губах Аделины промелькнула слабая улыбка:

– Я и сама до последнего момента не думала, но твой пример оказался слишком заразителен. Да и ситуация сложилась преотвратная. В общем, потом расскажу в подробностях, как окажемся в более спокойном месте.

– Ладно. – Лауриэль кивнула. – Поступать будешь, как я понимаю, к некромантам?

– Ну да. Это ведь дежурный факультет, туда всех Проявленных темных обязаны принять, – подтвердила Аделина и криво усмехнулась. – К тому же папочке будет не так обидно, все-таки это его родной факультет.

Лауриэль фыркнула:

– Вот и я о том же подумала, поэтому пойду на ведьмачество. Мамулю порадую.

Девушки нервно рассмеялись: обе понимали, что очень скоро каждую из них ждет большой семейный скандал. Однако иного выбора не было.

А затем очередь перед ними закончилась. Последний шаг – и вот она, Академия!

Лауриэль прошла первой.

Оставшись одна, Аделина уже едва сдерживала нервную дрожь от волнения. Когда же, наконец, из-за двери с вывеской «Приемная» раздалось зычное: «Входите!», принцесса едва не подпрыгнула. Заходя в маленькое помещение и приближаясь к регистратору, Аделина с силой сжала пальцы.

– Имя, желаемый факультет? – сидевший за столом полноватый мужчина перелистнул страницу толстой тетради и хмуро уставился на нее.

– Лина Темная, – выдавила Аделина с неожиданной для самой себя робостью. – Иду к некромантам.

– Ну хоть сразу признала, что темная, – проворчал мужчина с легко уловимой неприязнью. – А то до тебя девка Светлой назвалась. Это темная эльфийка-то! Тьфу.

Он скривился, но пропуск выписал и кивком указал на выход с противоположной стороны.

Пробормотав невнятную благодарность, Аделина шмыгнула в указанную дверь и оказалась на территории Академии. На просторной площади перед главным входом суетились поступающие, пытаясь понять, куда теперь идти. Среди них оказалась и Аделина, высматривая нужный указатель, а обнаружив пылающую интенсивно-фиолетовым стрелку, уже уверенно отправилась в указанном направлении.

По рассказам брата она знала, как проводились вступительные испытания на факультет некромантии, и была вполне готова к осмотру несвежих покойников или чему-нибудь этакому. В конце концов, Аделина и дома насмотрелась подобного, когда отец ее обучал. Да, несмотря на все дела, дочь Анхайлиг учил только сам, хотя Лина от требовательности папочки часто хотела упокоиться, как те покойники.

В общем, принцесса спокойно выдержала бы любые специфические испытания, однако внезапно оказалось, что ничего подобного не предвидится. Цепочка фиолетовых стрелок привела Аделину лишь к еще одной двери с вывеской: «Приемная комиссия факультета Некромантии».

Коридор перед дверью ожидаемо пустовал.

– Ну надо же. Видимо, новый архимаг все папины развлечения упразднил, – хмыкнула Аделина.

Что ж, тем интереснее, как прием на факультет выглядит сейчас.

Постучав, Лина заглянула внутрь.

– Можно?

В просторной полупустой аудитории обнаружился одинокий, скучающий светловолосый мужчина в черной мантии с серебристой магистерской прострочкой, сидевший за единственным столом. Табличка перед ним гласила: «Магистр Савелий де ла Бритт, глава факультета Некромантии».

– Входи, – он приглашающе махнул рукой.

Одновременно с этим с пальцев мужчины сорвались несколько пульсирующих тьмой шаров и зависли ровно на пути между столом и дверью.

– Мне вам их все нести, или одним можно ограничиться? – проследив за ними, уточнила Аделина.

– Одним, – магистр хмыкнул и взглянул на Аделину уже с интересом. А затем вдруг нахмурился. – И заодно объясни, почему я тебя не чувствую.

– Это артефакт такой, маскировочный, – честно призналась Аделина.

Схватив пульсирующий шар, она подошла ближе и протянула его магистру. Тот рассеял его щелчком пальцев и потребовал:

– Покажи.

Закатав рукав, Лина продемонстрировала браслет, мимоходом отметив, что сияние Мар-шаэсс почти угасло.

– Интересно. Никогда ничего подобного не видел.

– Он… редкий, да. Вроде бы его гномы делали, – ответила Лина и принялась объяснять: – Понимаете, мои родители очень не хотят, чтобы я обучалась магии. Они хотят, чтобы я дома сидела, замуж вышла и детей рожала. А у меня сильный дар! Я хочу учиться. Вот потому я, ну-у… в общем, я из дома сбежала. Возьмите меня. Пожалуйста! Если я поступлю, родители уже ничего сделать не смогут!

Она жалостливо посмотрела на магистра.

– Н-да. – Тот цокнул языком. – Ситуация довольно типична. Впрочем, в твоем случае проблем я не вижу. Ты Проявленная темная. Некрошар ты взяла, следовательно, формально, вступительное испытание прошла. Отказать в приеме на дежурный факультет в таком случае я не имею права, так что поздравляю с поступлением.

В воздухе что-то мгновенно сверкнуло и в лежащей перед магистром тетради сама собой появилась запись: «Лина Темная – зачислена на факультет Некромантии».

– Иии! – не сдержавшись, счастливо взвизгнула Аделина. – Спасибо!

– Да не за что, – магистр усмехнулся. – Только от артефакта придется все же избавиться. На территории Академии вещи такого уровня запрещены.

– Конечно. – Лина кивнула, потянулась, было, к запястью, а затем замялась: – Только… можно мне его снять в присутствии архимага?

– Чего это вдруг?

– Я… понимаете, как только я его сниму, появится отец. А у него такой характер, что, боюсь, он может и на правила Академии наплевать, и все равно меня отсюда забрать. Силой.

– Появится здесь? Да еще и заберет отсюда силой? Твой отец, что, Грент Всемогущий? – магистр Савелий широко улыбнулся.

– Нет, – Аделина глубоко вздохнула и призналась: – Анхайлиг Террано.

Улыбка на губах Савелия застыла, превратившись в кривой оскал, а затем стекла с лица. Он затравленно посмотрел на тетрадь с записью о поступлении и обреченно уточнил:

– Ты Аделина Карминская?

– Да.

– И ты сбежала из дома вопреки воле Анхайлига.

– Да.

С губ магистра сорвалась непечатная ругань.

– Лучше бы это был Грент. С ним хотя бы кому-то однажды удалось договориться, – пробормотал он и заорал: – Ясон!!!