Академия магического права. Брюнетка в защите

– С такими друзьями и враги не нужны, – процедил Старший следователь. – Они выздороветь не успеют, как вы опять найдете куда влипнуть. Вы, конечно, выберетесь, госпожа Торн, поскольку находитесь под защитой весьма сильной родовой магии. Как и мальчишка – потенциальный альфа с большим жизненным ресурсом. А вот двум вашим подружкам, которые имели глупость ввязаться в опасные игры, в следующий раз может не повезти. И вместо больничной палаты они отправятся на семейное кладбище. Так что никаких посещений. Если это все – свободна, – рыкнул он.

Я отшатнулась, как от удара. На глаза навернулись обидные, злые слезы.

– Вы несправедливы, господин Травесси, – сдавленно прошептала я. – Мы бы с Саем никогда не стали ввязываться в это дело, если бы знали, чем все закончится. И уж тем более не посмели бы подвергать опасности жизни Ники и Лил. Мы просто хотели узнать о крови и нивергатах.

Услышав последнее слово, мужчина скривился точно от зубной боли.

– Как вы вообще вышли на эту информацию?

Отчаянно захотелось соврать, но я понимала, что даже в таком состоянии Андре без труда определит ложь.

– Я услышала ваш разговор с Верховным судьей, – опустив голову, призналась я.

– Каким образом? – удивился Андре. – На помещении стояло два защитных блока. Хотя, дай угадаю, ты применила силу Видящей?

– Да ничего я не применяла! Оно само так получилось!

– Ну конечно! – В его голосе зазвучала злая ирония. – У тебя вообще все само получается. Значит, я храню твой секрет, полагая, что бедной девочке ни к чему проблемы. А ты без зазрения совести используешь дар, чтобы сунуть любопытный нос в чужие дела.

– Я еще раз говорю, специально я ничего не делала, оно само получилось, – выдохнула я. – От двери я отошла, а тут в голове зазвучал разговор и…

– И ты, конечно, стала его слушать! – завершил Андре. – А потом еще и разболтала всем приятелям, даже не помыслив о том, что это чужая тайна! О, мне стоило сразу же запереть тебя подальше где-нибудь в землях клана, во избежание! Да и твои подруги были бы здоровы, а не лежали без сознания на больничных койках.

Чувствовалось, что, говоря все это, Андре намеренно стремился задеть меня, словно желая передать часть боли, которая в этот момент терзала его самого. Но даже несмотря на то, что я это понимала, терпение закончилось.

– Знаете что! – воскликнула я, облокотившись на гладкую поверхность стола и наклоняясь вперед. – Я своей вины не отрицаю, но это не я позволяла убийце разгуливать на свободе и убивать ваших друзей! А вы общались с Гратасом! Зная, что он помогает хаоситам! И…

– Я подбирался к нему ближе, идиотка! – рявкнул Травесси в ответ так, что я едва не присела. – Знал, что он интересуется мной, и давал ему возможность узнать себя, чтобы вычислить тех, кто стоит за ним! И я ясно сказал тебе – не лезь! А ты вместо этого уничтожила всю мою работу! Всю!

Андре рывком поднялся со своего места и в два шага оказался рядом. Подойдя вплотную, мужчина поставил руки на стол по обе стороны от меня, обдав крепким запахом квискира. А я со страхом прижалась до боли к краю стола.

– В этот момент я сильно сожалею, что должен защищать тебя, – с тихим бешенством процедил Андре. – И что одна из первейших заповедей моего ордена состоит в сохранении вашей неприкосновенности. Только это мешает мне отходить тебя ремнем, как нашкодившего щенка. Так, чтобы неделю с кровати встать не могла! Почему, во имя Справедливости, Видящей стала такая глупая, вздорная, избалованная девчонка, у которой в голове кроме модных туфель и шляпок ничего нет?!

И от этих обидных слов стало так больно, так стыдно…

– Я занимаюсь, – только и смогла выдавить я и всхлипнула.

– Занимаешься! Не тем, чем надо!

– Простите!

Я всхлипнула снова, и это его чуть отрезвило. Не сильно, но давить на меня Андре перестал. Лишь процедил:

– Учись, Кара. Просто учись. Для тебя это сейчас самое важное. Именно поэтому я, хоть и рискую, но до сих пор позволяю тебе оставаться в академии. У Видящей должно быть образование.

– Я стараюсь! Правда, стараюсь! – заверила я, а потом тихо спросила: – А как вы узнали, что я Видящая?

На ответ в его состоянии, правда, не сильно рассчитывала, однако Андре все же сказал:

– Кровь. Я пробовал ее, когда на тебя напал цифар. Помнишь?

Я помнила. И кивнула, смущенно потупившись.

– Почувствовал, что что-то не так. Шевельнулась сила. А потом пришел Гратас с вопросом, что может означать аномалия твоей крови. В тот момент я сильно пожалел, что именно он оказался рядом тогда, на пустоши.

Сердце сжалось в страхе.

– Он узнал, кто я?

– Нет, – успокоил Андре. – Гратас занимался нивергатами, а об особенностях Видящих не знал. Да и я направил его поиски в другое русло, сказав, что твоя кровь якобы очень похожа на кровь судьи Торна. И, видимо, этой аномалией объясняется его впечатляющий магический резерв. Так что Гратас считал, что ищет разгадку силы судей, и не думал ни о чем другом.

– Спасибо, – прошептала я.

– Нам очень повезло, что твоя кровь не попала к хаоситам, которые разыскивают потомков Видящих. Иначе ты бы уже была мертва, как твой однокурсник.

Однокурсник?

Мигом вспомнился убитый в Главном Атриуме Виктор, и я в ужасе уставилась на Старшего следователя:

– Так Багровые зеркала сработали не случайно?!

– Да, – мрачно подтвердил Андре. – Хаоситы уничтожают всех потомков Видящих, даже дальние ветви, чтобы не оставить и следа их генотипов.

– Виктор мог стать Видящим?!

– Не знаю, Кара. Вряд ли. Но кто-то из его предков был Видящим. И парня вычислили. Доступ в Атриум у хаоситов был, именно там они брали нашу кровь. Так что твоего приятеля просто умело подтолкнули и направили в смертельно опасный коридор.

Я сглотнула подкативший к горлу комок тошноты.

– Значит, тот мужчина, который погиб… ваш сотрудник… именно поэтому он не пошел к вам, а сразу побежал в Атриум?

– Видимо, узнал о ловушке в последний момент и хотел предотвратить ее. – Во взгляде Андре промелькнула боль. – Но за Атриумом следили, и при попытке помешать моего парня сразу же ликвидировали. У хаоситов, увы, уже много приспешников, и сорвать их планы удается далеко не всегда. Так что, если станет известно о тебе…

Он не договорил, но я и так поняла. Если уж дальних, неактивных потомков так старательно уничтожают, то что говорить о настоящей Видящей? Да хаоситы все силы на меня бросят! И будет как в той книге! Пытки и… и…

По спине прошла волна липкого животного ужаса.

– Я должна сказать отцу! – в панике выдохнула я.

– Нет! – Сильные пальцы тотчас ухватили меня за подбородок и вздернули голову вверх, заставляя смотреть прямо в горящие золотом глаза. – Торн хоть и сильный судья, но не защитник. И слишком тебя любит. К тому же он одиночка и не даст нам быть рядом. Торн все возьмет на себя и, тем самым, своими действиями выдаст тебя хаоситам. А в одиночку постоянные нападения хаоситов и их приспешников не отбить никому. Да и у Щита он находиться не сможет, переживая за тебя. А Торн там нужен, очень нужен. Именно поэтому нам, нивергатам, запрещены близкие связи. Запрещено заводить семью. Чтобы мы не разрывались между работой и личной жизнью. Чтобы выполняли свой долг. Ты поняла, Кара? Или до сих пор считаешь, что твой отец в такой ситуации будет принимать более верные решения, чем я?

Доводы Андре Травесси были сухими, жесткими, расчетливыми, но не признать их справедливость я не могла. Отец действительно слишком меня любит. И для защиты либо запрет где-нибудь до конца дней моих, либо постоянно будет находиться рядом.

Хочу ли я провести всю жизнь в бункере? Имею ли право ради собственной безопасности лишить других помощи одного из сильнейших судей у Щита?

Едва вспомнив о раздираемых Тенями людях, я однозначно поняла, что так жить не смогу. И сдавленно произнесла:

– Вы правы.

Андре удовлетворенно прищурился.

– Надеюсь, ты это запомнишь и больше не станешь действовать мне наперекор. Я обязан защищать тебя. Даже от твоего отца.

Прозвучало это настолько непреклонно, что стало жутко. Вспомнилось прочитанное в книге об ордене «Лунной стражи» и том, как они сражались. И как умирали.

Неужели удерживающий меня сейчас мужчина тоже готов вот так… умереть? Защищая?

Я вновь посмотрела в его глаза и со страхом осознала: да. Андре Травесси говорил абсолютно серьезно. Но неужели я могу это допустить? Должна же быть от меня хоть какая-то польза!

– Я хочу помочь, – вырвалось само собой.

– Чем? Ты одна и не обучена, – горько произнес он. – А учить тебя некому. Нет у нас больше Видящих. Никого. Знания за эти столетия тоже практически утрачены. Даже я, как глава ордена, имеющий доступ ко всем архивам, и то сразу не смог определить, кто ты. Только всплеск силы заставил задуматься и предположить. Хотя выглядело такое предположение чистейшим безумием.

– Но я могу увидеть их! И…

– И сразу же выдать себя. Кара, сохранить твои способности намного важнее чего бы то ни было другого. Ты и твои будущие дети с активным даром Видящих нужны нам живыми. Понимаешь?

Дети? Я смущенно прикусила губу. Как-то я раньше о детях не задумывалась…

Впрочем, и теперь эта мысль надолго не задержалась. Ибо дверь кабинета неожиданно распахнулась, и на пороге появился Себастьян Брок.

Застав нас в весьма двусмысленном положении, Верховный судья на мгновение застыл. На секунду даже показалось, что на лице мужчины промелькнуло неудовольствие, однако через мгновение на меня смотрели привычно безэмоциональные льдистые глаза.

– Что здесь происходит? – поинтересовался он.

Андре тотчас выпустил меня из захвата и отступил на несколько шагов, с раздражением бросив:

– Ничего. Выясняем некоторые личные вопросы.

– В таком случае, может, мне прийти позже? – В голосе Себастьяна зазвучали металлические нотки, заставляя Андре с некоторым удивлением изогнуть бровь.

– Это лишнее, Ян, – ответил он. – Кара уже уходит.

Быстро кивнув в подтверждение, я дернулась было к двери, но была тут же остановлена приказом Андре:

– Стой.

Он вновь оказался рядом и, вытащив из кармана сферу портала, вложил ее в мою руку. После чего разрешил:

– Иди. Теперь все.

Кабинет я покидала, почти физически ощущая на себе взгляды мужчин. Лишь когда за мной закрылась дверь, а потом осталась позади и приемная, облегченно вздохнула. Все-таки общение со Старшим следователем прошло весьма напряженно.

«И допуска мне так и не дали», – мрачно заключила я.

А потом едва не подпрыгнула от неожиданного, раздавшегося буквально из ниоткуда холодного голоса Себастьяна Брока:

– Ты так и не объяснил мне, что это было. Для чего приходила Кара?

Разговор настиг меня почти в самом конце коридора, перед выходом на лестницу. Нервно ухватившись за перила, я замерла. И вот даже подслушивать не хотелось, но прекратить это не получалось!

– Нечего объяснять, Ян. Это наши с ней дела. И больше никого не касаются, – тем временем раздраженно ответил Андре.

– Дела? Какие дела со студенткой? И зачем ты в третий раз дал ей сферу портала?

– Создатель! – рыкнул Андре, и до меня донеслось тихое звяканье, а затем звук льющейся жидкости. – Тебе бы следователем работать, Ян, а не судьей. Хватит допрашивать меня.

– Допрашивать? Я думал, мы друзья и доверяем друг другу.

– Доверяем… Считай, что я забочусь о невесте.

Я аж закашлялась: ну ничего себе у Андре заявочки! Нет, понятно, конечно, что он хочет скрыть от Верховного судьи истинную причину помощи, но таким-то образом?

– Невесте? – Вот и Себастьян изумился. – В устав нивергатов внесли изменения, а я не в курсе?

– Устав прежний, поэтому и невеста бывшая! – огрызнулся Андре. – Хватит, Ян! Что с тобой? За все десять лет со дня инициации ты не проявил столько эмоций, сколько я увидел с момента, когда на горизонте появилась эта девчонка! Может, объяснишь, что тебя так выбивает из колеи?

Я насторожилась. Ведь и впрямь, все вокруг столько говорили о ледяном характере Себастьяна Брока, а на деле…

– Не могу, – глухо ответил тот.

– Странно, а я думал, что мы друзья и доверяем друг другу, – передразнил Андре.

– Твою ж… – Себастьян ругнулся. – Я себе не могу этого объяснить!

– Даже так? Ян, поверь, то, что ты теряешь спокойствие в ее присутствии, замечаю не только я. И объяснение…

– Вот только не надо мне сейчас глупых предположений из сентиментальных дамских романов выдавать, ладно? – холодно перебил оборотня Себастьян. – Вроде бы ты в курсе, что я не из тех людей, которые теряют голову при виде красивого женского тела.

– Но?

– Это странное ощущение, Андре, – теперь слова давались Верховному судье с явным трудом. – С первого же мгновения, как я ее увидел, сила буквально взбунтовалась, требуя запереть девчонку в убежище в Аландорских горах. И, поверь, это желание до сих пор настолько давит, что в любом другом случае я так и поступил бы, а потом уже разбирался, что именно так дестабилизировало контроль. Если бы речь шла не о дочери Торна.

– Ничего себе! – оборотень присвистнул.

А я забыла, как дышать, слушая шокирующее признание. В Аландорских горах добывали руду для судейских клинков. Там стоял такой магический фон, что любого хаосита сожгло бы на подлете!

В разговоре Андре упомянул, что опознал во мне Видящую по всплеску силы. Неужели Себастьян Брок чувствовал нечто подобное? Только, судя по словам, во много раз более мощное? Но если так, почему тогда Андре до сих пор не сказал ему правды? Да, опасения насчет отца я приняла, но это ведь Верховный судья! Зачем скрывать мои способности от него?

– Я понимаю, что каждый день жизни тех, кто отражает нападки Хаоса на этот мир, может стать последним, – тем временем глухо продолжал Себастьян. – И в момент очередного вызова на прорыв Щита готов проститься даже с теми людьми, которых считаю друзьями. Но никогда я так боялся не успеть, когда спасал ее из приюта Туманного Ужаса. Знаешь, я ведь в момент активации обратного портала из грота рефлекторно его на Аландорские горы настроил. Только потом сообразил, что делаю, и по пути точку выхода скорректировал.

– Нонгат корректировал? В момент перехода?! Ты совсем сдурел, Ян?! – возмущенно воскликнул Андре.

И я его реакцию понимала. Более того, вспомнив, что находилась в том же портале, перепуганно сглотнула. Нонгат ведь хоть и самый быстрый, но при этом самый нестабильный портал! Его в принципе использовать могут только сильнейшие маги, а уж чтобы так…

– Я уже делал это раньше, и не один раз, не волнуйся…

– Не волнуйся?! С тобой Кара Торн находилась, идиот самоуверенный! – рявкнул Травесси.

– Не ори на меня! – Себастьян тоже сорвался. – Именно что находилась! А то ты не знаешь, что рядом с Аландорскими горами блокируются любые связи, даже родовые! Заверши я переход там, Торн мигом ощутил бы разрыв с единственной дочерью! Думаешь, мне мало того, что он и десятка сильнейших судей даже спустя столько лет все еще смотрят на меня с подозрением? Надо было перевести наши и без того натянутые отношения в открытую конфронтацию? Воевать с Торном, Тунгормами и остальными?

– Ты преувеличиваешь, Ян. Они тебе подчиняются, – напомнил Андре.

– Между «подчиняются» и «идут за мной» – огромная разница. Ты объединял кланы, тебе ли не знать, как важно доверие. А чтобы я ни делал, судьи из круга Торна все равно мне не доверяют. Не знаю почему.

– Ты сильнее их всех вместе взятых! Чего тебе опасаться?

– Я не воевать с ними собираюсь, Андре. Необходимо, чтобы судьи были единым целым, особенно те, кто обладает наибольшей силой и ведет за собой остальных. Но как добиться этого – не знаю, – в голосе Себастьяна послышалась горечь.

Вот это да! Я и представить себе не могла, что отец, оказывается, так относится к Верховному судье. Хотя, кажется, и впрямь замечала холодность при их общении. Например, когда отец вернулся раненый и Себастьян предлагал ему помочь с перемещением. Или когда зашла речь об оплате ущерба…

И в том и в другом случае Верховный судья первым шел навстречу, а отец вежливо, но непреклонно отрезал любые намеки на неделовые отношения.

Интересно. В чем же причина такого недоверия? Отец никогда не обсуждал Себастьяна, я не слышала даже намека на возможные проблемы между ними.

– Тогда вариант только один: сведи ваше общение до минимума, – предложил Андре. – Держись от девчонки подальше, и проблем не будет. Это наилучший выход для всех. Не обострятся и без того проблемные отношения с Торном. Сам посуди – ты бываешь в академии гораздо чаще, чем требуется для проведения занятий.

– Не могу. Постоянно ловлю себя на необходимости держать ее в поле зрения, и если долго не вижу, давление силы увеличивается. Не могу сосредоточиться.

– Хм. Возможно…

– Хватит об этом, – с нажимом произнес Себастьян. – Лучше скажи мне вот что…

И мужчины перешли к обсуждению каких-то расследований. Честно пообещав себе не вмешиваться ни в одно из них, я отправилась к выходу из здания.

В холле голоса наконец-то пропали. Облегченно вздохнув, я вежливо простилась с охранниками и вызвала наемную машину.