- -
- 100%
- +
Юноша явно скучал. Зато Полина была в ударе. Она затеяла разговор об Акунине, которого я не читал и едва выворачивался, поддакивая, потому как обнаружить невежество было невозможно. В сущности, надо было встать и откланяться, зачем ломать эту комедию. Но мне было любопытно – куда ведет этот новый поворот моей порядком изломанной биографии.
Роль Наины была ясна. Она оттеняла великолепие быта несколько анемичными, стертыми от долгого употребления восторгами.
Когда прощались с Кириллом, который по приказу Полины проводил меня вниз к двери, где уже ждал охранник, он сказал мне вдруг:
– Вы же Акунина не читали.
– Не читал, – признался я.
– А зачем врать?
– Я привык соответствовать ситуации. Когда она лжива, я тоже лгу.
Ответ ему, судя по глазам, понравился.
donnickoff28 июня 20… года
ИНСТРУКЦИЯ № 4
Участникам Системы из Москвы.
Локальная московская акция начнётся по специальному сигналу оповещения, после которого НЕМЕДЛЕННО надлежит выполнить эту Инструкцию.
А именно: одеться бомжом – в грязные, поношенные рваные одежды и обувь – захватить с собою любую рухлядь и мусор, либо добыть их из мусорного бака, и явиться таким образом на место дислокации, которое будет указано в спецсигнале.
Там следует составлять композиции (инсталляции) из принесенной рухляди и водить вокруг хороводы (перфомансы).
Ждите спецсигнала!
ЦЕНТР
donnickoff28 июня 20… года
Всю эту затею со спецсигналом пришлось придумать потому, что до меня все чаще доходили слухи о готовящемся противодействии милиции и упреждающих мероприятиях.
Говорить заранее о месте и времени было нельзя, потому что наверняка это место в нужный час будет блокировано. А мне нужно было строго определённое место.
donnickoff30 июня 20… года
ИНСТРУКЦИЯ № 5
Спецсигнал.
Выдвигаться немедленно ко входу в Выставочный зал Союза художников у Крымского моста. Снабдить инсталляции рукописными плакатами «Неизвестная Россия».
ЦЕНТР
donnickoff1июля 20… года
Послав спецсигнал, я оделся в старые кирзовые сапоги, галифе и толстый, рваный местами свитер. На голову надел облезлую барашковую шапку, найденную на чердаке. Все эти вещи принадлежали бывшему сторожу, который был разжалован ещё прошлой зимой.
Рухлядь для инсталляции я решил найти где-нибудь по пути.
Затем я сел за руль «форда» и выехал с участка. У ворот своего коттеджа меня поджидал Гена Блинов. По его виду я понял, что он никуда не собирается.
– Решил ехать, Данилыч? – спросил он. – А я пас. Ну его на хер. Какие-то непонятные приказы у этого Центра. Вот что ты там будешь делать?
– Песни петь и оттягиваться, – сказал я.
– Пе-есни… – протянул он. – Ну, расскажешь. Успеха.
Я доехал до Садового кольца и припарковался неподалеку от выставочного зала, в одном из переулков. Заглянул в ближайший двор в поисках мусорного бака. Мне повезло, бак нашелся быстро и был полон всяческого хлама. Видно, где-то рядом делали ремонт, поэтому в баке навален был строительный мусор, в котором я нашел забрызганную известью доску и вдобавок выудил сломанные ходики времен моего детства – жестяные, крашеные, с котом, двигающим глазами влево-вправо.
Снарядившись таким образом, я направился к месту сбора, примечая таких же ряженых, как и я, тащивших на себе всякий хлам: ломаные стулья, картонные коробки, корпус телевизора, разбитый унитаз, мешки с какой-то мелочью…
Этих «старьевщиков» было много, и все они стекались ко входу в зал, на просторный участок за чугунной оградой.
Там уже кипело строительство. Интересно, что в толпе ряженых под бомжей участников Системы я заметил и самых натуральных бомжей, с недельной щетиной, немытых, волосатых. То ли они имели доступ в Интернет и тоже были вассалами, то ли примкнули за компанию.
Тут и там возникали мусорные композиции из принесённой рухляди, временами они были весьма живописны.
Ржавый холодильник, неизвестно как сюда доставленный, служил постаментом портрету Брежнева, с которого свисали женские застиранные трусы и лифчик. Барышня в ватнике и суконных брюках пририсовывала к портрету краской дополнительные Звезды Героя.
Работа кипела.
Я прошел в центр строительства и увидел натянутый сверху большой транспарант с надписью синей краской на белом фоне: «НЕИЗВЕСТНАЯ РОССИЯ». Кто мог изготовить этот транспарант за тот час, что я добирался досюда на машине – ума не приложу.
Здесь же суетились фотокорреспонденты, мигая вспышками. В центре этой группы, прямо под транспарантом, стоял человек в синем затасканном халате уборщика и в валенках. На голове его была матросская бескозырка. Примечательно, что халат был надет сверху на вполне добротный дорогой костюм с белой сорочкой и галстуком «бабочка».
Было ему на вид где-то около сорока, плотный, приятный, с небольшой бородкой, в золоченых очках тонкой оправы.
Он явно был здесь начальником, давал указания, как и что строить, одновременно беседуя с журналистами.
Милиции пока было немного и вела она себя на удивление равнодушно. Но вот к месту действия подъехали два автобуса и из них спешно принялись высаживаться омоновцы с резиновыми дубинками.
– Пр-рекратить! – рявкнул в мегафон автобуса чейто начальственный голос. – Р-разойдись!
Человек в бескозырке всплеснул руками и с возгласом «Что же они делают?!» – бегом помчался к автобусу, сопровождаемый журналистами.
Он нырнул туда и через минуту из мегафона раздалась уже более спокойная команда: «Разрешается продолжить инсталляцию выставки. Бойцам омона вернуться в автобусы».
Бойцы нехотя поплелись обратно. Поиграть мускулами не удалось.
Надо сказать, фраза эта меня удивила несказанно. Мой флешмоб пользовался поддержкой местной администрации! Я стоял со своею забрызганной мелом доской в полном недоумении.
Человек в бескозырке, оказавшийся внезапно главным на моем мероприятии, вышел из автобуса и направился обратно к транспаранту. Тут я его узнал по юзерпику. Это был тот самый Фельдман.
Взгляд его упал на меня. Он вдруг сощурился, как бы припоминая, а потом направился ко мне.
– Донников? Алексей Данилович? – приветливо и даже как-то участливо сказал Фельдман.
– Д-да… Откуда вы меня знаете? – я растерялся.
– Давид Фельдман, – он выкинул вперед руку.
Рукопожатие оказалось крепким, мужским.
– Мне бы с вами поговорить, – сказал он. – Пойдемте в мою машину, если вы не возражаете?
Я отбросил доску и жестяные ходики. Они упали на газон, причем ходики улеглись так, что крашеные глаза кота буквально вылезли из орбит, глядя мне вслед диким косым взглядом. Мы направились к машине, на которую Фельдман указал жестом. Журналисты покорной стайкой поплелись за нами. Фельдман оглянулся.
– Потом, потом! Я занят! Снимайте работы, интервьюируйте участников, – отмахнулся он от них.
Мы подошли к «мерседесу». За рулем дремал водитель. Увидев хозяина, встрепенулся и выскочил открыть дверцу.
– Витя, погуляй неподалеку, – сказал ему Фельдман.
Мы расположились в «мерседесе». Фельдман на переднем сиденье вполоборота назад, я на заднем по диагонали.
– Вы, наверное, удивлены? – спросил он. – Просто моя служба безопасности работает лучше МВД. Я вам хотел сказать спасибо за помощь…
– Что вы имеете в виду?
– Ваш флешмоб. Гениально придумано… А что вы имели в виду? Ваш расчет?
Он говорил весело, доброжелательно и явно располагал к себе.
– Акция имела целью показать, что современное искусство произрастает из помойки и само имеет эту природу. И делать его может любой, кто не брезгует рыться в мусорных баках, – сухо сказал я.
– Правильно. Трэш, – кивнул Фельдман. – Одно из главных направлений сейчас. Но продаётся хорошо.
– А по-моему, это обман публики.
Фельдман засмеялся.
– Публика мечтает, чтобы ее обманули! Она именно за это платит деньги. Но из этого не следует, что это легко сделать. Для этого тоже нужен талант.
– Но это другой талант, – не сдавался я. – Талант манипулятора, обманщика…
Фельдман благодушно кивал.
– …которому каждый мальчик может бросить в лицо «А король-то голый!»
– Обожаю таких мальчиков! – Фельдман почти взвизгнул в восторге. – Нет, я не педик, – поспешил добавить он, заметив мой настороженный взгляд. – Эти мальчики всегда и создают лучшую рекламу продукту. Они приходят и бубнят свое – «король-то гол, король-то гол». А потом прихожу я и говорю публике: «Взгляните на эти линии, краски, формы. Какая свобода и вместе с тем железная заданность концепта! Обратите внимание на контрапункт, который создает этот кирпич, поставленный на голову Цезарю, эти куры, клюющие рассыпанные по полу гайки… Не правда ли, в инсталляции есть абсолютно новая красота!»
– Но красоты-то нет, – вяло возразил я.
– Кто это знает? Вы? Я? Господь Бог это знает. И только! – Фельдман посерьезнел. – Ваши мальчики и вы вместе с ними – рабы привычки, вам лень представить себе, что короли могут одеваться не только в парчу, а на голове у них не корона, а кирпич… Впрочем, я вас пригласил сюда совсем не для искусствоведческих дискуссий. Меня интересует ваше изобретение.
– Какое изобретение?
– Ваша информационная пирамида. Я хотел бы её купить.
– Откуда вы об этом знаете?
– Дорогой мой, я сам ваш вассал четвертого уровня. У меня штат айтишников. Они вас вычислили по логам уже после ваших воздушных шариков. Кстати, было красиво, отдаю дань вашему чувству прекрасного… А дальше моя служба безопасности без особого труда разыскала все данные об Алексее Даниловиче Донникове, бывшем заведующем лабораторией, докторе физматнаук, ныне жителе поселка N. Имейте в виду, что то, что сделал я, завтра сделает ФСБ. Как только вы выйдете за рамки чисто художественных акций. А вы за них выйдете, потому что иначе – неинтересно. Поэтому для начала вас нужно спрятать понадежнее. Я имею в виду – спрятать в Интернете. Есть методы работы через прокси-сервера, зарубежные каналы – концов не найдешь. Я это сделаю, чтобы сохранить инкогнито. Такую игрушку я мог бы создать всего за каких-нибудь десяток тысяч. Но вы автор идеи, а я исповедую строгие правила копирайта. Я хочу заплатить вам за сегодняшнюю рекламную акцию моей выставки, хотя вы и не планировали рекламы, а также приобрести авторские права на информационную систему. Я оцениваю ее в сто тысяч.
Фельдман откинулся на сиденье, внимательно наблюдая за мной.
– И что вы собираетесь с нею делать? – спросил я.
– Не я, а вы, дорогой мой! Вы останетесь Центром, Верховным Модератором, однако будете объявлять акции по моему заказу. Только и всего.
– То есть, вы меня тоже покупаете?
– А как же! Ну зачем мне искать человека, учить его, сажать на ваше место…
Он развел руками, улыбаясь. Очень приятный человек, душевный бизнесмен.
И тут где-то вдалеке грохнуло, будто выстрелили из пушки. Фельдман встрепенулся.
– Что такое?
Он выглянул из машины и крикнул прогуливавшемуся невдалеке водителю:
– Витя, поди узнай у омона – что за шум.
Витя бегом направился к автобусу. Фельдман вышел из авто. Осмотрелся. Я последовал за ним. Где-то вдалеке, над Москвой-рекой поднималось к небу облачко черного дыма.
Витя вернулся, доложил, запыхавшись:
– По рации говорят – взрыв где-то возле Христа Спасителя.
– Едем! – приказал Фельдман. – Садитесь! – скорее, приказал, чем предложил он мне. – Это не могут быть ваши орлы?
– Какие орлы? Помилуйте! – сказал я.
Машина выехала на проспект и взлетела на Крымский мост. Отсюда было видно скопление людей и машин на берегу напротив скульптуры Петра Великого работы Церетели. В самом памятнике было что-то непривычное. Я сначала не понял.
– Смотрите, мачте-то шею свернули! – Фельдман указал на памятник.
Верхние две реи бронзового корабля были сильно наклонены вбок, будто их согнула какая-то нечеловеческая сила.
Фельдман повернулся ко мне с переднего сиденья и спросил в упор:
– Ваша работа?
– Да Господь с вами! При чем тут я!
– Но свалят именно на вас! – сказал он.
Мы подъехали к месту происшествия и Фельдман мигом выяснил у майора милиции, что скульптура была обстреляна из гранатомёта, но неудачно. Взрыв лишь согнул верхнюю часть мачты. Гранатомёт милиция обнаружила на месте преступления, преступники скрылись.
Фельдман пошел смотреть гранатомёт. Из чистого любопытства.
Мне не нужно было смотреть на него. Я его уже видел.
Вернувшись, он сказал:
– Мое коммерческое предложение приостановлено. Посмотрим на последствия этого теракта.
– Я вовсе не думал принимать ваше предложение, – сказал я.
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «ЛитРес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.