Спасти заколдованного короля

Глава 6

Окно было в пол – у нас такие называют французскими – и за ним лежала открытая терраса на три комнаты. Я вышла из той, что в центре.

Второй этаж. Прыгать высоко. Внизу кусты, но какие-то чахлые, ветвистые – не мягкая перина, способная смягчить падение. Прежде чем заниматься акробатикой, я решила изучить соседние помещения, проникнув в них с общей террасы.

А вдруг там шкаф, а в шкафу женские наряды? Переоденусь, выйду в коридор в новом образе и покину дом, никем не замеченная. Хороший же план!

В общем, я начала осторожно красться к ближайшему окну.

Из комнаты слева доносились приглушенные голоса, звуки поцелуев и шорох ткани. Туда лучше было не заглядывать, и я уже повернула в другую сторону, но неожиданно поняла, что голоса-то мне знакомы!

Тихо, как мышка, я припала к стеклу.

– А ты правда… Правда после этого на мне женишься? – тяжело дышала Анита, прижатая Паулем к стене рядом с кроватью.

– Разумеется, моя дорогая, – простонал он ей в декольте. Руки младшего Понте орудовали под юбкой моей сестры. – За кого ты меня принимаешь? Я честный и благородный мужчина и не стану портить девушку просто так. Завтра же попрошу у твоего отца благословения. Нет, послезавтра. На этой неделе точно.

Довольная Анита задрала платье повыше, чтобы любовнику было удобнее под ним копошиться. Но вот счастливое выражение на ее лице сменилось тревожным.

– А охранники в коридоре точно никому не проболтаются о нас?

– Точно. Будут молчать как покойники.

На губы сестрицы вернулась безмятежная улыбка. Пока любовник пыхтел, ее взгляд равнодушно скользил по комнате.

Рискуя быть замеченной, я спряталась за стеной.

Ну дуреха! Сама себя наказала. И поделом. Бумеранг в действии. Столько лет мамаша и сестры измывались над бедняжкой Лиеной, но теперь, похоже, настанет их черед лить горькие слезы.

Сделает этот ловелас ей предложение, как же! Благородный и честный мужчина, ага-ага. Джентльмены сначала под венец ведут любимую, а уже потом в койку. По крайней мере, так происходит в мирах, где невинность невесты ценится превыше красоты и доброго нрава.

Занимались сумерки.

Забыв об Аните, я подошла к другому окну. Раздвинув створки без единого звука, я ступила в пустую комнату. Судя по обстановке, это был чей-то рабочий кабинет.

Массивный письменный стол, шкаф…

Шкаф!

Радостная, я бросилась к вожделенному предмету мебели в надежде сменить свадебное платье на одежду, которая не душит и не путается под ногами, но нашла на полках только кипы документов.

Вот досада!

Придется все же выбираться на свободу через окно, тем более у самой террасы растет раскидистое дерево – чем не лестница для спуска?

Сердце колотилось, как ненормальное. Его бешеный стук отдавался в разных частях тела – в горле, в висках, в кончиках пальцев. Я вся, целиком, превратилась в одно грохочущее сердце и почти ничего не слышала за шумом собственной крови.

Неудобные туфли пришлось снять. С платьем было сложнее. Самостоятельно корсет не расшнуруешь, но я нашла выход. Стену за столом украшали два скрещенных охотничьих кинжала, и один из них я использовала, чтобы превратить пышную юбку макси в короткое рваное мини. Да, повозилась, даже порезалась, но лазить по деревьям в бальном наряде – идея сомнительная.

Всё, готово!

Босиком, в корсете, в белых кружевных панталонах и остатках юбки я перебралась через балюстраду и ухватилась за толстый древесный сук, а на другой поставила ногу. Потом попыталась дотянуться до ствола, как вдруг…

Что это? Что происходит? Я сплю?

Ветки дуба, росшего возле дома, внезапно пришли в движение, напоминая руки великана, пробудившегося ото сна, или щупальца морского чудовища, схватившего жертву. Крона закачалась без всякого ветра. Дерево пыталось стряхнуть меня с себя, словно было живым существом!

От ужаса душа ушла в пятки. Этаж был всего лишь второй, но и с небольшой высоты можно упасть неудачно, сломав ногу, а то и шею.

Я бы вернулась на террасу, но та неожиданно оказалась слишком далеко. Осталось только вцепиться покрепче в единственную опору.

Это напоминало какой-то экстремальный аттракцион без страховочных ремней. Ветка, на которой я стояла, и другая – за которую держалась, тряслись и скрипели. На голову дождем сыпались зеленые листья. Сквозь древесную кору на стволе проступили очертания человеческого лица с распахнутым ртом, словно дуб кричал на меня в гневе.

Тут раздался громкий треск.

И сук под моими ногами сломался.

* * *

Темнота рассеялась. Я обнаружила, что стою на крыльце мрачного замка, а передо мной двойные двери, украшенные мордой дракона с железным кольцом в зубах. Промежуток времени между падением с дерева и этим моментом просто стерся из памяти.

Как я здесь оказалась?

Что было после того, как ветка подо мной хрустнула?

Что это за странное место?

Место в самом деле выглядело необычно и… немного пугающе. Я словно попала в сцену из фильма ужасов в антураже викторианской эпохи – в самое начало, когда еще ничего страшного не случилось, но режиссер уже вовсю нагоняет жути.

Заброшенный дом на пустыре. От земли поднимается призрачный туман. Ветер скребет по черепице и дышит в лицо могильной сыростью. За спиной сквозь белесую дымку мглы проступают очертания высокой ограды. Ворота распахнуты и чуть поскрипывают. То ли сумерки. То ли раннее туманное утро.

На мне все еще были кружевные панталоны и корсет свадебного платья, но волосы, лежащие на груди…

С удивлением, я покрутила в пальцах ярко-малиновую прядь.

Что за чертовщина?

Глава 7

В детстве я смотрела сериал. В каждой серии герои перемещались в новый мир. Это называлось «скольжение».

Может быть, я тоже «скольжу»? «Поскользнулась» на ветке дуба, когда пыталась сбежать от престарелого мужа, и снова поменяла тело и местожительство? Уже во второй раз.

Оставив в покое свои новые малиновые волосы, я поднесла руки к лицу и принялась внимательно их рассматривать.

Вот тонкий белый шрам между большим и указательным пальцем – в детстве тяпнула дворовая кошка. А эти следы на внешней стороне ладони от вилки – о чем-то поспорила за столом с Анитой и получила. Помню, как рыдала от ужаса, истекая кровью, а маменька ругала меня за язык без костей и нежно гладила по голове мою обидчицу.

«Сама виновата. Будешь знать, как повышать голос на сестру!»

«Но она первая начала меня оскорблять!» – плакала я, баюкая покалеченную кисть.

«Ты старше и должна быть умнее. Живо в чулан. Проведешь ночь с пауками – подумаешь о своем поведении».

Я тряхнула головой, прогоняя воспоминания из детства Лиены.

Руки – мои, тело – прежнее, просто волосы чудесным образом изменили цвет, да и кожа стала приятного персикового оттенка, утратив былую бледность.

Я все еще Лиена Войс, только больше не альбиноска.

И все еще стою на крыльце незнакомого мрачного замка в корсете и нижнем белье.

Надо что-то делать.

Рука нерешительно потянулась к дверному молоточку в виде драконьей морды.

Постучать?

Или лучше уйти и не соваться в этот пугающий дом с темными окнами?

Я оглянулась на скрипящие в тумане ворота. Что там, за ними? Лес? Город? Все тонуло в белой призрачной пелене. Представив, как бреду в ней одна, я зябко поежилась и все-таки постучала в дверь.

В напряженной тишине звук удара получился громовым. Я аж сама испугалась, что подняла такой шум. Зато хозяева наверняка услышали его, в какой бы части замка ни находились.

Я погрузилась в тревожное ожидание.

Скоро мне кто-нибудь откроет. Вот-вот на пороге появится мужчина в униформе дворецкого и спросит, что мне угодно, а я отвечу…

А что, собственно, я отвечу? Лезла по дереву, упала, очнулась на крыльце вашего дома, пустите меня, пожалуйста, погреться?

О! Придумала! Я скажу, что на мою карету напали разбойники, меня ограбили, и попрошу доставить меня экипажем в ближайший город. Все лучше, чем идти пешком по этому зловещему туману.

Часов у меня не было, но по моим внутренним – прошло не меньше пяти минут, а я все еще стояла снаружи и мерзла на стылом холоде. Никто не спешил навстречу незваному гостю. Может, этот замок заброшен и живут в нем одни пауки да привидения?

Я снова взялась за дверной молоточек, но на этот раз была готова к оглушительному звуку удара, который последовал. Однако вместе с громовым «Бух» раздалось пронзительное воронье карканье. Шум спугнул птиц, прятавшихся под крышей замка, – кричащая стая пронеслась над моей головой и исчезла в тумане. Я даже присела, так низко они летели. Почти задевали меня крыльями!

Жуть!

Когда крики ворон затихли вдали, одна из деревянных створок, в которые я стучалась, со скрипом отворилась на ширину ладони. Может быть, дверь приоткрыл сквозняк?

– Кто-нибудь? – я осторожно заглянула внутрь дома.

Огромный, наполненный мраком, холл. Из темноты выступали очертания двух полукруглых лестниц, соединенных на втором этаже площадкой с ограждением.

И ни одной живой души.

– Ау?

Ответом мне стало эхо.

«Ау, ау, ау…» – передразнило оно меня.

Делать было нечего. Я перешагнула порог загадочного замка и окунулась в прохладный сумрак его утробы, на всякий случай оставив дверь распахнутой настежь. И тут же, как в фильмах ужасов, ветер принялся раскачивать открытую створку, поскрипывая ржавыми петлями.

Звук действовал на нервы. Я шла и постоянно оглядывалась. Почему-то казалось, что дверь вот-вот захлопнется сама собой, как часто бывает во всяких мистических триллерах, но она лишь противно скрипела на сквозняке и позволяла уличному холоду свободно сочиться в холл.

Внутри было не менее зябко, чем снаружи. Дыхание срывалось с губ облачками пара. Открытая кожа – руки, плечи, ноги ниже колен – покрылись мурашками.

Глаза привыкли к темноте, и я различила паутину на стенах, клубы пыли на полу, разбросанные повсюду сухие ветки и листья.

– Есть здесь кто? – В это раз я не надеялась на ответ, но он последовал.

В тишине замка раздался громкий крик, полный боли.

От неожиданности я подпрыгнула на месте.

Несколько секунд царило гнетущее безмолвие, затем эхо снова принесло из темноты мучительный стон.

Первым желанием было сбежать.

Под грохот сердца я оглянулась на открытую дверь. Та скрипела и покачивалась. За ней клубился рваный туман.

Крик раздался опять. Кричал мужчина. Кричал так, словно его тело раз за разом пронзали мечом.

«Надо отсюда проваливать, – потребовал голос здравого смысла. – Здесь может быть опасно».

«А кричащий мужчина? – не к месту проснулась совесть. – Что, если он ранен или болен?»

«Кто-нибудь ему поможет».

«Но тут никого нет!»

Из глубины темного холла я опять покосилась в сторону выхода.

Вдруг в густом тумане промелькнула тень.

Сердце екнуло. Меня прошил ледяной озноб.

Кто это? Что это? Почему оно прячется в тумане? Человек это или…

Теперь внутри казалось безопаснее, чем снаружи, и, поколебавшись, я решила найти хозяина замка.

Я помогу ему, а он мне.

Крики доносились со второго этажа. Шарахаясь от каждой тени, я поднялась по лестнице. Стараясь не шуметь, пересекла длинный сумрачный коридор в клочьях паутины и замерла рядом с дверью, за которой незнакомец стонал от боли.

Затаив дыхание, я медленно-медленно, осторожно-осторожно отворила створку. На сантиметр, не больше. Ровно настолько, чтобы заглянуть в получившуюся щель.

То, что я увидела, заставило меня ахнуть.

Глава 8

Я замерла на месте ни жива ни мертва. В горле у меня застрял крик ужаса, ладонь метнулась к лицу и зажала рот, чтобы ни один звук не вырвался наружу.

Если бы могла, я бы немедленно начала отползать назад – подальше от приоткрытой двери, за которой развернулся настоящий кошмар, прочь из этого проклятого дома, наружу, хотя и там не было безопасно. Если бы могла, я бы бежала отсюда без оглядки, и даже холодный, призрачный туман на улице меня бы не остановил.

Но вот какая досада: от страха мое тело превратилось в камень. При всем желании не получалось не то что попятиться – даже шевельнуть рукой. Так что я застыла в коридоре у двери, зажав рот ладонью, и смотрела на происходящее не в силах ни зажмуриться, ни отвести взгляд.

Зал за дверью купался в чаде шипящих факелов. Освещен был только центр, пятачок пола с узорчатой плиткой, потускневшей от времени. Стены и потолок тонули во мраке, отчего комната казалась бесконечной, лишенной границ. Из темноты выступали готические колонны и трон – огромное каменное кресло на возвышении. И у этого возвышения, у трех ступеней, расходящихся от трона концентрическими кругами, в островке света стонал и извивался от боли красивый мужчина.

Его волосы, светлые и необычайно длинные, рассыпались по мраморным плитам, на которых он лежал. Полы черно-бордового халата разъехались в стороны, обнажив торс. Лицо, искаженное страданиями, блестело от пота. Мужчина кричал, кусал губы, потому что со всех сторон из темноты к нему тянулись сухие древесные корни и держали его распятым на полу, змеиными кольцами оплетая запястья и щиколотки. Жуткие ползучие растения, явно обладающие разумом, не только обездвижили несчастного блондина, но и мечами пронзали его тело. На гладкой мускулистой груди, на рельефном животе, куда они его жалили, распускались все новые и новые цветы ран.

В какой-то момент мужчина затих, прекратив дергаться и стонать. Его лицо разгладилось, глаза закрылись. Мертв?

Покончив со своей жертвой, серые узловатые корни отпустили ее безвольные руки и ноги и начали медленно, с легким шорохом отползать во мрак, а мужчина так и лежал на полу в луже собственной крови.

Я все еще не могла пошевелиться. Все еще стояла в коридоре, прильнув к узкой щели между дверью и косяком, и смогла выдохнуть, только когда чудовищные растения полностью исчезли из вида.

Что это были за твари?

А кто обитал в тумане, окутавшем замок? Чью мимолетную тень я разглядела в густой молочной пелене за крыльцом? Успею ли я добежать до тех распахнутых, скрипящих на ветру ворот, прежде чем…

Оцепенение прошло, но обмякшие ноги не хотели меня держать. Я тяжело оперлась рукой на стену коридора и почувствовала под ладонью шероховатость и холод каменной кладки. Испуганная, я уже собиралась развернуться и кинуться прочь, но в последний момент заметила, что мужчина на полу возле трона дышит. Его окровавленная грудь между полами распахнутого халата едва заметно вздымалась и опадала.

Жив!

И нуждается в помощи?

Но как ему помочь?

Моих знаний хватило бы лишь на то, чтобы перевязать раны бинтом и набрать скорую, а учитывая обстоятельства, я и на это была не способна. Ни аптечки поблизости, ни телефона, ни врачей, способных выехать на вызов.

Страх и здравый смысл приказывали уходить, совесть требовала остаться и сделать для этого бедняги хотя бы что-нибудь. Я колебалась. Открыть дверь и ступить в тревожное мерцание факелов, в этот мрачный готический зал с колоннами было страшно.

А вдруг корни-убийцы по-прежнему там, притаились во тьме в ожидании новой жертвы? Что, если они, как змеи, свернулись кольцами в темных углах и спят, а звук моих шагов заставит их пробудиться?

После недолгих раздумий я все-таки направилась к мужчине, распростертому на полу. Его дыхание с каждым моим шагом становилось все более глубоким и размеренным, опущенные веки подрагивали, на щеках лежали тени от длинных золотистых ресниц. Помимо халата, на незнакомце были черные штаны из той же мягкой ткани, похожей на бархат. На запястьях и щиколотках наливались широкие багровые следы, оставленные древесными кольцами.

Я успела подивиться красоте этого человека, рослой крепкой фигуре, благородным чертам лица, роскошным волосам, таким длинным, что они, должно быть, спадали ниже ягодиц, когда неожиданно заметила среди спутанных белых прядей кончик острого удлиненного уха.

Эльф!

Не человек!

Тревожно всмотревшись во тьму за островком света – не шевельнется ли там что-нибудь, готовясь к нападению, я опустилась на корточки рядом с раненым, и тут кровавые дыры в его теле начали затягиваться прямо на моих глазах. Одна за другой. На груди, на животе, на шее. Даже самые страшные повреждения стремительно зарастали, не оставляя после себя ни шрама, ни царапины – только чистую гладкую кожу.

Как такое возможно?

Пара секунд – и о жуткой сцене, развернувшейся передо мной, ничего больше не напоминало, словно все эти ужасы мне померещились.

Мужчина снова застонал.

Его глаза распахнулись, а рука дернулась и поймала мое запястье.

– Кто ты такая, Бездна тебя поглоти? – прохрипел эльф, до боли сжав мою руку. – Что ты здесь делаешь?

Глава 9

Сначала я растерялась, даже испугалась: хватка у эльфа была крепкой, а взгляд —сердитым, но потом вспомнила, что всего минуту назад бедняга валялся на полу овощем и истекал кровью – и в ту же секунду страх сменился жалостью.

Я рассказала хозяину замка свою легенду, которую придумала, когда стояла на крыльце, окутанная туманом. Про разбойников и ограбление. Это объясняло мой плачевный внешний вид – порванную юбку и растрепанные волосы.

Эльф слушал меня молча. Под конец моей истории его взгляд скользнул по моему декольте и ногам в кружевных панталонах. Как всякая приличная девушка, я, наверное, должна была ужасно смутиться: сижу перед незнакомым мужчиной в одном нижнем белье. Но белье это вообще-то выглядело скромнее тех джинсовых шортиков, в которых я щеголяла летом по улицам своего мира. Да и вся моя летняя одежда была на двадцать сантиметров короче местных трусов.

Словом, стесняться мне было нечего, но внезапно я подумала, а не решил ли хозяин замка, что разбойники из моего рассказа пытались меня обесчестить. Юбка-то легким взмахом кинжала превратилась в пояс из бахромы.

Однако следующие слова эльфа застигли меня врасплох.

– Ваше платье… свадебное? – произнес он, запахнув на себе халат и поднявшись на ноги.

Ого, какие ловкость и изящество! И не скажешь, что эта лужа крови на полу – его.

– Просто белое, – спохватилась я.

Эльф хмыкнул и завязал пояс на талии узлом.

– И где же ваша разграбленная карета?

– Так угнали.

– А слуги, кучер?

– Так убили.

Я напустила на себя страдальческий вид, изображая скорбь по своим несуществующим спутникам, павшим жертвами дорожных бандитов.

Мужчина метнул в меня подозрительный взгляд и поджал губы.

Вел он себя так, будто ничего не случилось, словно никакие древесные щупальца не выползали из темноты и не пытались превратить его тело в решето. Это напрягало. Настораживало. На языке крутились вопросы.

– А можно спросить? – я подняла руку, как в детстве на школьном уроке, когда просилась к доске.

Эльф закатил глаза. Ну и чванливый у него был видок. Сразу понятно, какого высокого мнения этот мужчина о себе и какого низкого – об окружающих. Явно мизантроп, а может, даже социопат – недаром поселился в такой глуши, подальше от презренных людишек.

– А что это были за твари? – я с опаской покосилась на густую завесу мрака, что клубилась за колоннами. Тьма за границей света показалась мне живым, разумным существом, притаившимся в засаде. – Ну… те самые… которые вас…

Громкий скрежет чужих зубов заставил меня проглотить окончание фразы.

Зеленые глаза эльфа сверкали яростью.

«Ты испытываешь мое терпение, женщина», – читалось на красивом лице.

– Ладно, не отвечайте. Просто скажите, сейчас мы в безопасности?

И снова нетерпеливое фырканье и раздраженный взгляд. Какой нерадушный хозяин мне, однако, попался – хоть вешай на грудь медаль за антигостеприимство.

– Пока в безопасности, – процедил мистер Высокомерие, всем своим видом показывая, что снисходит до разговора со мной, жалкой приставучей холопкой.

Преисполненный чувства собственного достоинства, эльф небрежным жестом смахнул с рукава невидимую пылинку. Смотрелось это воистину комично, ибо халат его был заляпан кровью, да и в целом требовал стирки.

– Пока в безопасности? Что значит «пока»?

– Завтра они придут опять. – На секунду мужчина растерял всю свою важность. И хотя он упорно притворялся равнодушным, я заметила, как напряглись его плечи, и уловила дрожь в голосе.

Тьма, подступающая к островку света, внутри которого мы находились, теперь казалась еще более угрожающей.

– Можно мне тогда одолжить ваш экипаж? – я зябко поежилась: не только, кстати, от страха – холод в просторном зале был собачий. – Мне надо в ближайший город.

Несколько секунд хозяин замка смотрел на меня, скептически выгнув бровь, а потом расхохотался – горько и зло. Эхо голодным зверем подхватило его смех, сделав еще более громким и каким-то даже зловещим.

Я не понимала, что развеселило этого ушастого сноба, но от тех звуков, что издавал его рот, мне стало очень и очень не по себе.

Смех оборвался резко, словно его рассекли мечом.

Отсмеявшись, эльф стиснул зубы.

– Ты врешь, – сказал он, нависнув надо мной грозной тенью. Только теперь я в полной мере осознала, насколько он высокий. Настоящий великан. На его фоне я почувствовала себя хрупкой Дюймовочкой. – Не было ни кареты, ни грабителей. Все твои слова – ложь от и до. Угадай, как я это понял?

Я замерла. Внутри все похолодело. Теперь этот мужчина меня пугал. Было в блеске его глаз и выражении лица что-то жуткое, да и мерцание факелов за спиной создавало вокруг фигуры эльфа таинственный ореол.

Растерянная, я ждала, когда хозяин замка продолжит свою обличительную речь, но он вдруг развернулся – резко, так, что взметнулись полы халата – и двинулся прочь из зала размашистым шагом.

Эй! Куда это он?

Недолго думая, я засеменила следом. Ни за что не хотелось оставаться одной в этой мрачной комнате, где кровожадные корни деревьев едва не растерзали на моих глазах человека. Вернее, эльфа.

Мужчина быстро удалялся по темному коридору с крестовым сводом и небрежно смахивал со своего пути клочья паутины. Для того, кто едва не помер, он выглядел чересчур резвым. Я с трудом поспевала за ним.

– Так что насчет экипажа?

У поворота хозяин замка неожиданно остановился, и я с разбега влетела ему в спину.

Ушастый сноб обернулся, и при виде меня его лицо искривила брезгливая гримаса.

– Экипаж? – усмехнулся он. – Разве ты еще не поняла, что это место особенное. Его нельзя покинуть просто так. Как и нельзя просто так сюда попасть.

Эльф замолчал, дожидаясь, когда до меня дойдет смысл его слов, затем продолжил:

– Не знаю, кто ты и откуда взялась, но теперь мы заперты в этом доме вдвоем на веки вечные. Или до тех пор, пока не найдем способ разрушить заклятье, которое удерживает нас здесь.

Пока я переваривала услышанное, мужчина скептически оглядывал меня с головы до ног.

– Н-да, – заключил он. – Я молил богов о спутнице, которая скрасила бы мое одиночество, но боги посмеялись и послали мне тебя.

– А что со мной не так?

Гордец не ответил и продолжил свой путь.

– О каком заклятье идет речь? – поспешила я за ним. – Это не твой замок? Тебя в нем заточили? Мы здесь одни? Больше никого нет? А кто снабжает замок провизией? Кто готовит еду? А водопровод здесь имеется? А канализация? Ты давно в этом месте? Несколько недель? Месяцев? Лет?

Вопросы вылетали из моего рта со скоростью пулеметной очереди и разбивались об удаляющуюся спину эльфа.

– Фу, как грязно. А убираться ты не пробовал? А снять проклятье пытался? А корни, что напали на тебя в тронном зале, – часть наказания? Кстати, а чей это трон?

Мужчина ускорил шаг, видимо, устав от моей болтовни, но сбежать от меня было непросто. Я села ему на хвост и не затыкалась ни на секунду.

– А я, получается, тоже проклята, раз оказалась здесь вместе с тобой? Но кто мог навести на меня чары? Никаким ведьмам я не грубила и не переходила дорогу. А ты знаешь, кому насолил?

Мрачный коридор закончился двойной дверью. По бокам от нее на стенах мерцали факелы. Железные прихваты были все в паутине.