Смертельные иллюзии

Глава 1

Нью-Йорк

Вторник, 22 апреля 1902 года, 17:00

Сцена преступления была поистине отвратительна.

Поежившись, Франческа Кэхил принялась рассматривать женщину. Жертва, одетая лишь в корсет, тонкую сорочку и панталоны, лежала в луже крови такого же темного цвета, как и ее разметавшиеся волосы. По спине Франчески побежала струйка пота, причиной которой была вовсе не теплая погода солнечного весеннего дня.

Интерьер квартиры, сдаваемой внаем, не давал никаких подсказок. Апартаменты, в которые вошла Франческа, походили на вагон и состояли из единственной узкой комнаты. В небольшие окна едва проникал свет, основной поток которого сдерживали стены большого кирпичного здания, отстоящего всего на несколько футов. В дальнем конце комнаты располагалась кровать, на которой и лежала убитая. Франческа остановилась в дверях, оставив за спиной темный коридор, разглядывая явленные взору неопровержимые доказательства губительной нищеты. Крошечный диван с потертой и местами порванной обивкой, ведро воды, оставленное на линялом ветхом коврике у кровати. Вероятно, перед тем, как лечь спать, жертва парила ноги. Небольшое пространство столовой зоны занимали расшатанный стол и два разномастных стула, ножка одного была подвязана. В части комнаты, отведенной под кухню, громоздились деревянный буфет с несколькими тарелками и всевозможной утварью, печка и раковина, в которой виднелись чайник и кое-какая посуда. В стороне, за спиной Франчески, стояли ограничивающие проход стойки, на которые офицер прицепил полицейскую ленту.

Склонившись, мужчина внимательно рассматривал тело. Дородный, среднего роста, в поношенном твидовом костюме, он сразу показался Франческе знакомым. Она кашлянула, чтобы обозначить свое присутствие, и шагнула вперед. Узкая темно-синяя юбка обтянула ногу, из-под элегантной шляпки того же оттенка выбился белокурый локон. Пальцы в перчатках плотно сжали ридикюль.

Офицер резко повернулся.

– Мисс Кэхил! – воскликнул он, удивленный ее появлением в столь неожиданном месте.

Она приветливо улыбнулась в ответ, твердо уверенная, что не позволит удалить ее с места преступления, несмотря на то что в данный момент у нее не было клиента, требовавшего заняться этим делом.

– Добрый день, инспектор Ньюман. Впрочем, судя по положению вещей, для жертвы он был вовсе не добрым. – Франческа бросила взгляд на убитую, определив на более близком расстоянии, что той чуть за двадцать и внешне она вполне миловидна.

Ньюман закрыл девушке глаза. Утерев со лба пот, инспектор заговорил с Франческой на равных:

– Вы занимаетесь этим делом, мисс Кэхил? Комиссар с вами?

Сердце Франчески слегка дрогнуло. Она не виделась с комиссаром полиции уже несколько недель, не считая встречи в больнице Бельвью, где навещала его жену.

– Нет, я приехала одна. Вам не кажется, что это похоже на работу Резальщика? – спросила она, переведя взгляд на мотылька, кружившего над пламенем свечи.

Ньюман заморгал:

– Ей перерезали горло, как и тем двоим. Но эта, она… хм… мертва. На мой взгляд, есть сходство с предыдущими жертвами. Разумеется, с уверенностью можно будет сказать лишь после заключения эксперта.

Франческа сокрушенно кивнула, мельком посмотрев на Ньюмана. Если верить газетам – а она знала, что не всегда стоит принимать всерьез то, что пишут в ежедневных изданиях, – то они столкнулись с серией. По словам «Трибюн», предыдущие жертвы были молодые красивые ирландки. Обеих оставили в живых, им лишь порезали горло и нанесли сопутствующие травмы. Второе преступление послужило толчком к небезосновательным тревожным заголовкам. В третьем случае девушка была мертва, что позволяло надеяться на отсутствие связи между всеми тремя преступлениями. Однако Франческа в это не верила.

С тех пор как профессионально занялась расследованиями, она не раз убеждалась, что чутье ее никогда не обманывает. Сейчас внутренний голос кричал, что здесь поработал Резальщик, однако условия игры изменились внезапно.

Только имя этой игре – смерть.

Еще один тревожный факт – люди, чья судьба была ей небезразлична, жили в двух домах отсюда.

– Уже известно ее имя? – спросила Франческа, отмечая про себя позу жертвы. Руки согнуты, голова повернута. Девушка, несомненно, пыталась сопротивляться. Франческа была почти уверена, что она тоже ирландка.

– Да. Маргарет Купер, – ответил инспектор.

Имя было ирландским не более чем ее собственное.

Удивленная услышанным и тем, что ее предположения не подтвердились, Франческа попыталась подойти ближе к жертве, но ее остановил Ньюман.

– Мисс Кэхил, вы обязаны быть здесь? Я хотел сказать… – он покраснел, – это дело полиции, и, если с вами нет комиссара, не думаю, что вам следует здесь оставаться.

Франческу было не так просто сбить с толку.

– Я официально занимаюсь этим делом, инспектор, и мы оба знаем, что комиссар окажет мне поддержку. – Она улыбнулась тепло и вполне дружелюбно, хотя еще не предполагала, насколько важна будет для нее поддержка Рика Брэга в предстоящем расследовании.

– Что ж, по крайней мере, это не мне решать! – воскликнул Ньюман, с облегчением повернувшись в сторону коридора, откуда доносились шаги.

Франческе несложно было догадаться, кому они принадлежат. Она спиной чувствовала, как комиссар полиции поднял ограничительную ленту и вошел в комнату.

Это был весьма привлекательный мужчина, обладающий ярко выраженной харизмой. Было время, когда он казался ей самым красивым мужчиной на свете, но это было до того, как она узнала о его разногласиях с женой, их расставании и внезапном воссоединении. Рик Брэг имел рост выше шести футов, обладал стремительной и решительной походкой, отчего полы легкого плаща разлетались в стороны. Кожа на лице была смуглой, волосы при этом золотистые. Каждому, кто взглянул на него даже мельком, сразу становилось понятно, что этот человек наделен властью и полномочиями. В день их знакомства на балу, состоявшемся в доме ее семьи, Франческа видела в толпе только его одного. Сейчас это казалось воспоминанием из другой жизни, да и она была тогда совершенно другой женщиной, о да.

Их взгляды встретились.

Сама того не замечая, она закусила губу и сжала руки. Сердце забилось сильнее.

– Здравствуй, – произнесла Франческа, стараясь не выказать волнения. Это давалось ей с трудом. В прошлом она была в него влюблена. В настоящем она помолвлена с его злейшим соперником – сводным братом, имеющим дурную славу и огромное состояние, – Колдером Хартом.

Если Рик и был удивлен ее присутствием, то успешно это скрыл.

– Франческа, – кивнул он, останавливаясь напротив нее. Взгляд оставался неподвижным, он даже мельком не взглянул на жертву, не оглядел место преступления. – Какой сюрприз.

Она неотрывно смотрела в его янтарные глаза и видела, как он устал, морально и физически. Душа заныла от сострадания. Она знала, как он переживает за здоровье жены. Внезапно у нее пропало желание обсуждать с ним Маргарет Купер – хотелось говорить о нем самом, его жене и двоих детях, которых они растили. Франческа мечтала взять его за руку и облегчить боль.

Вместо этого она произнесла:

– Я столкнулась с Исааксоном из «Трибюн». – Она попыталась улыбнуться, но вместо этого на лице появилась странная гримаса. Рик смотрел на нее и молчал. Франческа чувствовала, что не может больше справляться с волнением, и вцепилась в сумочку обеими руками. – Он был в управлении, когда поступил звонок. От него я узнала, что появилась еще одна жертва Резальщика на пересечении Десятой улицы и авеню А. Я немедленно приехала. Мэгги и дети живут всего в двух домах отсюда, Брэг, – многозначительно добавила она.

– Я знаю, – сказал Рик. Выражение его лица смягчилось. – Я тоже беспокоился. – Он смотрел напряженно, впившись взглядом в ее пальцы, сжимавшие ридикюль.

Франческа слегка улыбнулась. Он даже не попытался улыбнуться в ответ. Ей стало неловко находиться рядом с ним. Что сейчас говорить? Как себя вести? Они по-прежнему друзья? Или он ее ненавидит? Простил ли он ей помолвку с человеком, которого презирает? Смирился ли с тем, что однажды она выйдет замуж за Харта? Как она когда-то с большим трудом приняла тот факт, что Брэг принадлежит своей жене.

У Франчески возникло желание добиться от него ответа на все эти вопросы, но она не посмела их задать. Это было бы слишком эгоистично. Но боже, в ее жизни не было человека, которым бы она так восхищалась, столь благородного, решительного, достойного уважения, как Рик Брэг. Он был назначен комиссаром полиции и получил задание реформировать бесславно известный уровнем коррупции департамент, но это было все равно что плевать против ветра. Он уволил нескольких офицеров и нанял новых, перераспределил функции целых подразделений, но каждый следующий шаг давался ему болезненно тяжело. Пресса травила его за каждый проступок. Духовенство и реформаторское движение настаивали на более активных действиях, политики требовали сбавить темп. Таммани-холл проиграл последние выборы, но все же управлял большей частью города. Брэг выступал против политических взглядов Платта, и мэр, избранный на платформе реформы, не всегда старался поддерживать его, боясь потерять голоса представителей рабочего класса. Приближались выборы, которые мэр Лоу не намерен был проиграть. Брэг воевал со всеми в одиночку.

Франческа знала, он никогда не сдастся.

И ко всему прочему, его жена пострадала в результате несчастного случая и сейчас находилась в больнице.

– Я слышала, Ли Анна скоро будет дома, – внезапно произнесла она, касаясь его руки.

Брэг опустил голову и посмотрел на ее пальцы, сжавшие его запястье. Испугавшись своей смелости, она отдернула руку.

– Да. Ее выписывают завтра. – Рик отвел взгляд.

Франческа хорошо его знает – вернее, знала когда-то.

Но сейчас она не смогла понять, глубокое горе или чувство вины заставило его вздрогнуть и отвести взгляд.

– Слава богу, она всего несколько дней была без сознания, – прошептала Франческа, ощущая в груди давящую боль. Почему она не может просто обнять его? Ему необходимо сейчас успокоиться. Она может быть помолвлена с другим, но всегда будет любить только Рика.

Он еще больше помрачнел и не ответил.

– Прогнозы врачей остаются прежними? – Она несколько раз была в больнице, но заставала там лишь родственников Брэга, пришедших навестить Ли Анну. Франческа боялась встречи с ней – не стоит причинять боль еще одной женщине.

– Она никогда не сможет ходить. – В голосе Рика была трагедия и фатальность. Он оглядел жертву. – Если это дело рук так называемого Резальщика, значит, у нас на свободе разгуливает серийный убийца. – Он подошел к кровати.

Франческа последовала за ним и остановилась рядом, всего в нескольких футах от убитой.

– Но предыдущие две девушки выжили, если верны те отчеты, что я читала.

Брэг с суровым лицом разглядывал тело и кровать. Белье из дешевого грубого хлопка чисто выстирано, если не считать пятен крови. Волосы женщины разметались, несколько прядей лежали на шее.

– Они выжили. Нападения произошли с разницей в неделю, точно в понедельник.

– Боже мой, – пробормотала Франческа, но, несмотря на страшную трагедию, на месте которой она сейчас присутствовала, в глубине ее души возникли любопытство и азарт. – Бедняжку убили вчера?

– Тело обнаружили сегодня днем. Возьму смелость предположить, что убили ее вчера вечером. – Рик многозначительно посмотрел на нее.

Пожалуй, вчера. Если женщина лежит в постели в нижнем белье, значит, преступление совершено ранним утром или поздним вечером.

– Рик, я читала, что те две девушки были ирландками лет двадцати. Это правда?

Он склонился над телом и аккуратно убрал с шеи прядь темно-рыжих волос. Горло было перерезано. Франческа едва сдержалась, чтобы не зажать рот рукой, но вместо этого закрыла глаза и несколько раз глубоко вздохнула. Сколько бы ни было в ее жизни расследований, она никогда не привыкнет к насилию и смерти. Впрочем, опыт Франчески ограничивался шестью случаями. Ее карьера сыщика началась в прошлом январе, когда похитили сына ее соседей. Она просто старалась помочь, не представляя тогда, насколько судьбоносным станет это событие.

Брэг выпрямился:

– Да, те девушки были ирландками лет двадцати, верно. Обе жили отдельно от супругов. По характеру ранения я бы предположил, что здесь поработал Резальщик, и на этот раз исход стал смертельным.

Франческа смотрела прямо перед собой, забыв на время обо всем и усиленно борясь с подступавшей тошнотой.

– Эта женщина не ирландка. Фамилия Купер американская, как и яблочный пирог.

– Картина от этого не меняется. Три молодые привлекательные женщины, нападение на которых было совершено в понедельник.

Франческа согласно кивнула:

– Не думаешь, что ее могли убить случайно? Или Резальщик теперь решил добивать жертвы?

– Представления не имею. Но если ее убили в понедельник и если Резальщик останется верен себе, то через шесть дней у нас будет еще одна жертва. – Рик повернулся к Франческе, их взгляды встретились.

– Мы найдем убийцу, Брэг. Я в этом не сомневаюсь.

Несколько мгновений он смотрел на нее не мигая и затем улыбнулся:

– Если кто-то и способен его найти, так это ты.

От некоторой интимности сказанного по телу Франчески пробежала дрожь, и она улыбнулась в ответ.

– Полагаю, Резальщик – мужчина, но женщин тоже не стоит исключать. Помнишь, убийца Крест оказался Лиззи О’Брайан. – Франческа вспомнила случай из практики.

– Разумеется, помню, – кивнул Рик, и выражение его лица резко изменилось. Она решила, что он вспомнил о том, что когда-то было между ними. Брэг кашлянул. – Пострадавших ранее звали Кейт Салливан и Фрэнсис О’Лири. Женщины не видели преступника, напавшего сзади. Но это был мужчина.

Франческа кивнула.

– Кто вызвал полицию?

– Ее обнаружила миссис О’Нил. Она проживает в соседней квартире.

– Брэг! Неужели Гвен О’Нил? – В голове возник образ рыжеволосой женщины.

Брови комиссара поползли вверх.

– Да, так ее зовут. Она в управлении. Очень переживает, – добавил он. – Ты с ней знакома?

Франческа схватила его за руку:

– Не только я, но и ты с ней знаком!

Проведя на месте преступления более часа, Франческа рассталась с Брэгом и направилась вниз по улице, где в двух кварталах жила швея Мэгги Кеннеди, ставшая ей доброй подругой. Франческа в задумчивости поднималась по узкой лестнице к квартире. Убийца изменил своим привычкам, если только третья жертва не была убита случайно. Тем не менее у всех трех женщин есть схожие черты: они молоды, красивы, принадлежали к рабочему классу и проживали в квадрате ближайших двух кварталов. Первые две девушки, Кейт Салливан и Фрэнсис О’Лири, тоже жили одни. Муж бросил Фрэнсис О’Лири два года назад, скорее всего, в то же время исчез и супруг Кейт Салливан. Маргарет Купер не была связана узами брака, и присутствия мужчины в ее квартире не угадывалось – очевидно, что и она была не замужем, хотя это стоило проверить. На всех троих напали в понедельник с интервалом в неделю. Не остается никаких сомнений, что в следующий понедельник произойдет новое убийство, и с большой долей вероятности жертвой станет молодая девушка, проживающая в этом районе, красивая, из среды рабочих и незамужняя.

По счастью, первые две жертвы живы, и это означает, что их можно допросить, возможно, даже сегодня днем. Несмотря на то что полицейские их, несомненно, уже допрашивали, Франческа подозревала, что они упустили важные улики. В то время Брэг еще не подключился к делу. В следующую секунду она вспомнила о праздничном ужине у мамы и вздохнула. Она обязана присутствовать, в противном случае ей придется заплатить за беспечность непомерно высокую цену – Джулии Ван Вик Кэхил не так просто перечить. Встреча с пострадавшими подождет, стрелка часов уже значительно отклонилась от шести. А еще не стоит забывать о Гвен О’Нил. Франческе хотелось переговорить с ней лично. Ее беспокоило, что Гвен и ее дочь Бридж жили по соседству с последней жертвой, так же ее беспокоила Мэгги и дети. Впрочем, в этом районе немало доведенных до нищеты молодых женщин.

Остановившись перед дверью квартиры Мэгги, Франческа думала о пропасти, разделяющей теперь ее и Брэга. Возможно, глупо было надеяться на то, что Рик помирится с женой, она сама выйдет замуж за другого человека, и при этом они с Брэгом останутся друзьями. Подобные мысли очень ее печалили. Вместе с тем ей было ясно, что Рик любит свою жену, а она без ума от Харта. Почти две недели назад он уехал в Чикаго по делам, и Франческа постоянно думала о нем.

К счастью, Ли Анна выходит из больницы и завтра возвращается домой. Интересно, удобно ли будет навестить ее? Послышался детский смех и пронзительный визг. Франческа улыбнулась и постучала. Мэгги была вдовой и одна растила четверых детей.

Одиннадцатилетний Джоэл Кеннеди, некогда карманник, а сейчас любимый друг Франчески, мгновенно открыл дверь. Темноволосый и светлокожий, он стоял перед ней в рубашке с закатанными до локтей рукавами. Он знал город как свои пять пальцев и столько раз помогал ей в опасные моменты, что она уже сбилась со счета. Лицо его было красным, и выглядел он весьма раздраженным. Увидев Франческу, мальчик вспыхнул от радости:

– Мисс Кэхил!

Она заглянула ему через плечо в комнату небольшой квартирки с одной-единственной спальней, всегда чистой и аккуратной. Сейчас же по всей гостиной летали гусиные перья. Два младших брата Джоэла, Мэт и Пэдди, вели подушечный бой. Мальчики сидели на полу, сжимая полупустые подушки, и заливисто хохотали. Франческа отметила, что дети сыты, на кухонном столе громоздились тарелки с хлебными крошками. Джоэл проследил за взглядом Франчески и нахмурился:

– Мама будет злиться, когда увидит, что они натворили.

– Похоже, вам сегодня не задавали ничего на дом? – спросила Франческа. Она знала, что Мэгги определила Мэта в школу, что было нетипично для семей рабочего класса. Они не могли позволить себе лишиться еще одного работника. Существовала также проблема перегруженности и недостаточного финансирования государственных школ. К сожалению.

Джоэл, умевший читать и не посещавший больше школу, пожал плечами:

– Ему задали написать какие-то буквы, но он не хочет делать домашнее задание, а хочет играть. Нашел более приятное занятие.

Франческа закрыла за собой дверь и увидела выходящую из спальни трехлетнюю сестру Джоэла. Девочка покачивалась, вероятно, недавно проснулась.

– Джоэл, если все поели, Мэт должен сесть за стол и начать делать домашнее задание. Ты ведь умеешь читать, неужели не хочешь, чтобы брат знал то же, что и ты? Привет, Лиззи! – Она погладила сонную девочку по шелковистым темным волосам.

Джоэл нахмурился:

– Вы пришли по делу, мисс Кэхил? Что-то очень долго все было тихо.

Франческа положила ридикюль на диван:

– Да, по делу. И я с тобой согласна – затишье было слишком долгим для нас. Скоро ли придет твоя мать?

– Думаю, очень скоро. Так что за дело на этот раз? – спросил Джоэл с хитрой улыбкой. Темные глаза заблестели.

Франческа похлопала его по плечу.

– Мы с тобой одной крови, ты и я, – с нежностью произнесла она. Улыбка сползла с ее лица, и она продолжила: – В двух домах отсюда убита молодая женщина, Джоэл. Она была соседкой Гвен О’Нил. Мальчик побледнел:

– А миссис О’Нил и Бридж?

– С ними все в порядке, – поспешила успокоить его Франческа. – Ты можешь начать расспрашивать соседей? Не заметил ли кто подозрительного типа, наблюдавшего за квартирой или домом Маргарет Купер? Была ли она чем-то напугана? Знала ли, что ей грозит опасность? С кем дружила? Кто приходил к ней последнее время? Мы подозреваем, что убийца – мужчина. Возможно, это и есть Резальщик, – добавила она.

Глаза мальчика стали круглыми, он согласно закивал:

– Я начну сразу, как вернется мама.

– Что начнешь? – спросила Мэгги Кеннеди, входя в квартиру. В руках она держала бумажный пакет с продуктами. – Франческа! – Женщина широко улыбнулась. – Как приятно тебя видеть!

– У нас новое дело, – сообщил Джоэл обнимавшей его матери. – В районе убийство!

Мэгги побледнела.

– Джоэл, – остановила мальчика Франческа, прошу тебя, дай мне самой все объяснить.

Мэгги по очереди поцеловала всех детей. Было видно, что она расстроена.

– Что за беспорядок? – спросила она у младших сыновей. – Собирайте весь пух, каждую пушинку. Вам должно быть стыдно, мальчики. – Голос ее дрожал.

Франческа понимала, что больше всего ее расстроил Джоэл. Она подошла и провела рукой по спине Мэгги. Та выпрямилась и улыбнулась с надеждой в глазах.

– Можно присесть? – спросила Франческа.

– Конечно, что же я! – Мэгги покраснела, бросилась к обеденному столу, стоящему рядом с плитой и раковиной, и взяла один стул. – Сейчас поставлю воду для чая.

Франческа подошла и взяла ее за руку:

– Прошу тебя, Мэгги, не начинай церемоний. Мне правда надо обсудить с тобой произошедшее. – Она многозначительно посмотрела на женщину.

Мэгги поймала ее взгляд и медленно кивнула. Когда они сели, Джоэл уже выскользнул за дверь.

– Такое счастье, что ты платишь ему зарплату, но… Я так волнуюсь!

Франческа достаточно быстро убедилась в бесценных качествах Джоэла и предложила стать ее помощником. Разумеется, мальчик был согласен.

– Ты знаешь, я никогда не подвергну его опасности, – ответила Франческа.

– Знаю. Ты спасла мне жизнь – и спасла жизнь Джоэла, заставив покончить с воровством. – Она обхватила ладонями лицо и закрыла глаза. – Я рада, что Джоэл работает на тебя. Правда, очень рада…

Франческа знала, что Мэгги очень устает на швейной фабрике.

– Если не хочешь, чтобы твой сын дальше со мной работал, я могу все отменить.

Мэгги покачала головой:

– Он боготворит тебя. И больше не болтается по улицам, воруя сумки. Просто я сегодня не в себе.

Франческа чувствовала это и задавалась вопросом, в чем причина.

– Гвен О’Нил обнаружила тело убитой соседки, – произнесла она после небольшой паузы.

Мэгги сдавлено вскрикнула:

– С ней все нормально?

– Я не знаю. Брэг сказал, она очень переживает. Уверена, Гвен скоро будет дома, днем ее вызывали в управлении полиции. Мы подозреваем, что Резальщик опять пошел на дело, Мэгги. Но, в отличие от двух девушек, Маргарет Купер не выжила.

Мэгги опять вскрикнула:

– Я их всех знала! Они живут… жили по соседству.

Франческа решительно наклонилась к ней:

– Так ты знакома со всеми жертвами?

– Не очень близко. – Женщина заплакала. – Фрэнсис и я, мы покупали продукты в одном магазине в одно и то же время – она такая милая девушка, – я всегда сталкивалась в ней в магазине Шмидта. Она выглядела такой счастливой, – добавила Мэгги шепотом. – Недавно сказала, что встречается с очень важным для нее человеком.

Франческа выпрямилась:

– Эта та, чей муж пропал несколько лет назад? Если это так, то она все еще замужем.

– Я знаю, она была замужем. Вообще-то я считала ее вдовой. – Мэгги удивленно подняла глаза.

Брэг просматривал досье в ее присутствии, и Франческа знала точно – Фрэнис О’Лири не была вдовой.

– Она называла имя человека, с которым встречается?

– Нет. Не называла. Она живет в двух домах отсюда.

– Да, на Двадцатой улице. – Франческа решила для себя, что завтра должна непременно поговорить с Фрэнсис О’Лири. – Где она работает?

– Продавщицей в магазине «Лорд и Тейлор». Вчера я встретила ее в церкви, она выглядела ужасно. Мне показалось, что под рукавом платья я заметила бинт, а под глазом – синяк.

Франческа внимательно слушала. Если завтра она придет пораньше, сможет застать Фрэнсис О’Лири дома.

– Ты знала Кейт Салливан и Маргарет Купер?

– Не скажу, что знала Кейт, но мы здороваемся в церкви по воскресеньям. Она казалась мне приятной девушкой, разве что очень застенчивой. Ты знаешь, мы дружим с Гвен, однажды я застала у нее Маргарет, когда заходила одолжить сахар. Она тоже очень мне понравилась! – Мэгги опять заплакала.

«Круг подруг», – подумала Франческа и принялась вновь обдумывать сложившуюся ситуацию. Это был круг знакомых между собой женщин, занятых тяжелым трудом, живущих рядом друг с другом и встречающихся если не каждый день, то каждую неделю.

– Прошу тебя, будь осторожней, – наконец произнесла Франческа.

Мэгги подняла на нее испуганный взгляд и покосилась на детей.

– Маргарет Купер жила в двух кварталах отсюда, Франческа, а Кейт Салливан за углом. Даже не через дом. – Она резко выдохнула. – Мне угрожает опасность?

– Ни у одной из жертв не было детей, – сказала Франческа, хотя отлично понимала, что и Мэгги не может быть уверена в своей безопасности. – Но будь начеку. Я чувствую, что с детьми все будет хорошо. Хочется верить, что и с тобой тоже. Будем проявлять бдительность. А в следующий понедельник ты с детьми останешься у меня.