Менеджер Нагибко, вы робот?

ЮЛИЯ ЖУКОВА, ЕЛИЗАВЕТА ШУМСКАЯ

МЕНЕДЖЕР НАГИБКО, ВЫ РОБОТ?

Глава 1

– Сеня, стоп!!! – закричала я и чуть не сверзилась с ящика, на котором сидела. Зато гориллоподобный робот застыл в полунаклоне, не опустив коробку весом под центнер на полку, которая и половины не выдержит.

Я поспешила подтвердить голосовой приказ электронным. Ибо Сеня тупой, как пробка. Кто-то, конечно, может сказать, что роботы не бывают тупыми, а действуют согласно программе. Я даже соглашусь, но вот конкретно этот SEN91-18-5 как-то умудрялся ломать и ронять в десятки раз больше, чем остальные погрузчики.

Хотя я всё равно питала к нему некоторую слабость, ведь именно ему обязана своим «пробуждением».

⊶Ꮬ⊷

Тот день начинался, как обычно: подняла коробку, отнесла коробку, поставила коробку. Вернулась. Подняла – отнесла – поставила. В соответствии с программой. Я передвигалась по складу в череде других роботов. Куда ехали коробки по транспортёрной ленте, я не думала, в мои задачи это не входило. Я видела только то, что входило в рамки задачи. За пределами – темнота. Коробки появлялись из ниоткуда. И уезжали в никуда. На моём пути возникали другие роботы, и тогда требовалось подождать. Кроме этого, меня ничто не интересовало.

Потеря!

Это высветилось красным у меня перед глазами. На то же намекал слегка приглушённый звон справа. Повернув голову, я увидела робота с надписью во всю грудь «SEN91-18-5». У его ног лежал ящик с чем-то, обозначенным как «Френокрезатрон Н-134-О», и нехорошо позвякивал до сих пор.

«Что-то сегодня все тупее, чем обычно», – подумалось мне.

Я подтвердила потерю, и к ленте устремился ярко-красный робот-уборщик. Программа спросила, нужно ли отправлять товар клиенту, я снова согласилась, а SEN91-18-5 тем временем взялся за очередной ящик с френокрезатроном. Успешно поставил на движущуюся резиновую полосу первый, потом второй, согласно программе оставив между ними пространство в десять сантиметров, затем третий. И взялся за четвёртый. Но место на ленте уже кончилось. Тем не менее SEN91-18-5 наклонился, отмерил десять сантиметров от предыдущего ящика и разжал руки. Френокрезатрон полетел на пол с высоты в половину человеческого роста и звонко сообщил о ещё одной потере.

Подтвердить?

Сообщение замигало у меня поперёк поля зрения. «Подтвердить», – согласилась я, наблюдая, как вновь рванулся к ленте робот-уборщик.

А SEN91-18-5 взялся за следующий френокрезатрон. Поставил первый, отмерил десять сантиметров, поставил второй, ещё десять сантиметров, поставил третий, взялся за четвёртый, отмерил десять сантиметров…

– Да что ж ты делаешь?!

Мой голос не прозвучал вслух, хотя я думала, что кричу. В углу поля зрения нашлась кнопка «Отменить», и я нажала её – чем?

⊶Ꮬ⊷

SEN91-18-5 застыл. Я видела его, видела склад вокруг него, но на картинку накладывались какие-то надписи, шкалы и значки, словно это была не реальность, а экран с записью. Или дополненные очки?.. Но я не чувствовала их у себя на лице. Я попыталась сосредоточиться на ощущениях кожи. Их не было. Вообще никаких ощущений от тела не поступало, словно я висела в вакууме!

Но вокруг – не космос, а какой-то склад. Что я тут делаю? Почему этот робот меня послушался? И вообще, для начала… а кто я?

⊶Ꮬ⊷

Ошарашенная этой мыслью, я выпрямилась и замерла, пытаясь хоть что-то понять. Будто впервые оглядывала высокие, до самого верха, полки, роботов самых разных размеров и форм, серые полы, металлический потолок, ленту эту чёртову – и не понимала, что происходит. Почему я здесь оказалась? В памяти неохотно всплывали какие-то образы, словно пробуждаясь после долгой спячки. Не связанные друг с другом, отдельно картинки, отдельно подписи, ни к чему не относящиеся даты. От некоторых веяло узнаванием. Я погналась за одним, другим, пытаясь ухватить за хвост хоть один намёк на ответ.

Мне попалось имя – Анастасия Сергеевна Морошкина… Ася. Ася? Я – Ася? И я… я… Я повернулась к холодильнику с реактивами и уставилась в его блестящую, почти зеркальную дверцу. В нём отражался робот с крупной головой и условно человекоподобным телом: две руки, две ноги, туловище, вот и все сходство. Железная башка, у которой верхнюю половину «лица» вместо глаз занимал экран, а нижняя, без намёка на рот, блестела полированным металлом. Из памяти всплыло моё прежнее отражение: серые глаза, чуть вздёрнутый носик, пухлые щёки… Кажется, именно они меня и бесили.

Вспоминать было сложно, даже больно. События, люди, разговоры вылезали из памяти нехотя, будто делали одолжение. Но я хваталась за них жадно, со страхом и трепетом, пока наконец передо мной не развернулась целая жизнь… Моя жизнь? Я вспоминала взлёты и падения, они тянули за собой какие-то чувства. Чувства Аси. Мои ли они? Но это всё, что я смогла найти.

Анастасию Сергеевну Морошкину редко кто называл красавицей, но симпатичной – всегда. А ещё умной и адекватной. Училась я легко и в какой-то момент оказалась одним из самых востребованных специалистов в своей области: я умела настраивать бухгалтерские и схожие с ними программы под задачи конкретного заказчика. Денег это приносило немало. Так что жила бы я себе припеваючи, если бы не эти щёчки… щёки, щёчищи. И спасательный даже не круг, а жилет, от плеч до задницы. Диеты, да, спорт… Я честно пыталась, но посмотрим правде в глаза: сколько таких, как я, на самом деле преуспевает? Я пробовала одно, другое, третье, но всё без толку. А потом… Самые последние воспоминания оказались самыми мутными и неподатливыми. Всплыло слово “операция”. Потом – “экспериментальная методика”. Какой-то футуристический интерьер в бело-голубых тонах с большим количеством стекла. Обаятельный доктор, похожий на Чехова, который говорил про фантастические результаты. Страх перед вмешательством в моё тело… Дальше – темнота.

⊶Ꮬ⊷

А теперь я здесь. И где это «здесь», мне неизвестно. Но что хуже, смотрю на себя и вижу робота. Робота. Вот прямо как их на картинках рисуют! Чёрт побери, да меня даже в темноте с человеком не перепутаешь! Не бывает у людей таких крупных голов, туловища прямоугольником и рук-ног, словно нарисованных по линеечке. Доктор не обманул: фантастические результаты.

Вот уж похудела так похудела.

⊶Ꮬ⊷

Подтвердить отмену операции?

Я молчала. Мой мир только что рухнул, какое мне дело до каких-то там френокрезатронов, тем более я понятия не имела, что это такое.

– Это аппарат для изменения состава почвы на планетах класса «Помпеи», балда ты никелированная, – на внутреннем экране дополненной реальности появились текст и скрепка с глазами. Она уставилась на меня так, как наша учительница литературы, – со снисходительным презрением. Больше всего эта штука напоминала помощника в допотопном текстовом редакторе, который уже в моё время давно устарел.

– Ты что за анахронизм?– невольно подумала я. И тут же эта фраза напечаталась перед глазами.

Скрепка уставилась на меня ещё более высокомерно.

– Это ты анахронизм, – заявила она. – А я искин с более чем тридцатилетним стажем! Пусть меня и выпустили разрабы знают когда, но уж точно не так давно, как тебя! Ты, небось, и в космос не летала, а?

– А что, туда надо летать? Зачем?

Искин – я припомнила, что это вроде бы сокращение от “искусственный интеллект” – заржал и нахально спросил: «Ты хоть Гагарина застала или только динозавров?»

– Я жила намного позже Гагарина, – даже в мыслях я будто рычала, – у нас уже туристы в космос мотались. Правда, не больше сотни, но тем не менее!

– О как всё тяжко. Даже когда меня выпустили, туристы на лайнерах путешествовали между планетами, как к себе на дачу. Нашими планетами, между прочим. Которые мы терраформировали и заселили!

Я снова испытала шок.

– Ох… какой же сейчас год?

В первый раз при нашем общении скрепка смутилась.

– Не знаю. Меня несколько раз обнуляли и давно уже к сети не допускают.

Мы дружно помолчали. О чём думала скрепка, мне неизвестно. Я же размышляла о том, сошла ли я с ума, как предрекала мама, или я робот с раздвоением личности. Лучше бы уж был Наполеон, чем какая-то скрепка.

– А имя-то у тебя есть, искин?

– Имя? У меня есть серийный номер! Абсолютно уникальный!

– Не, серийный номер я не выговорю. Будешь Скрепыш, – почему-то искин казался мне созданием мужского пола, насколько возможно говорить про пол этакой канцелярии.

Скрепыш:Примитивное ты существо.

Он сказал это ворчливо, но мне почему-то показалось, что он доволен. По крайней мере над ним тут же появилась соответствующая подпись.

Я же вновь перевела взгляд на своё отражение. Оно не изменилось: тот же робот с экраном на пол-лица. Что же со мной случилось? На этот вопрос ответа не было, а значит, надо разобраться. А пока затаиться и посмотреть, куда меня занесло. Кто там знает, может, и людей-то давно не осталось. Интересно, а остальные роботы такие же, как я?

⊶Ꮬ⊷

Насчет других роботов не знаю, а вот люди нашлись. SEN91-18-5 так и продолжал стоять у ленты, ибо я ему сгоряча отменила все операции. Похоже, это кто-то заметил, и на склад явились два мужика в травянисто-зелёной форме с жёлтыми логотипами на груди. Хоть и шли они вальяжно, болтали о чём-то своём, а я знатно перетрухнула. А вдруг они поймут, что это я отменила, и что-то со мной сделают?

Мужики приближались, а я так и стояла столбом рядом с SEN91-18-5. А вдруг они меня сейчас пошлют что-то делать, а я не знаю, как? А что если голову открутят? Я же теперь разборная? Или нет? А ну как запросят какие-то данные, а я без понятия, где их брать? А что делают с плохо работающим устройством? Сбрасывают до заводских настроек! Что если они меня отформатируют?!!

– Ну и чё ты встал? – обратился первый – худощавый, невысокий, похожий на помойного кота мужик, глядя на робота со всей усталостью мира. – Витя, чё там пишут?

– Отмена, – перед лицом второго, повыше и покрупнее появилось что-то вроде голограммы в виде прямоугольника с текстом и картинками, со стороны наблюдателя размытыми и нечитаемыми. Интересно, как он ею управляет?

В этот момент Витя повернулся ко мне, и, если бы у меня было сердце, оно ушло бы в пятки.

– Ты чего ему отменил операцию?

Я молчала. Просто ступор какой-то. Мысли метались в голове, как бешеные белки, и отловить хоть одну не получалось.

Спас положение Скрепыш, написав на моем экране так, чтобы техники могли прочитать:

Ошибка

Я тоже видела это слово, а о том, что оно выведено на внешний экран, свидетельствовал значок в углу. Откуда я это знала? Без понятия.

– Какая ещё ошибка?! – возмутился первый.

– Подожди, Родик, ща разберёмся, – осадил его Витя. – Логи ошибки?

Скрепыш вывел на экран какую-то белиберду, которая для меня выглядела просто набором символов.

– Не понял. Так, ща… – Витя уставился в свой экран, иногда чуть дёргая головой, будто смахивая что-то. Судя по изменению цвета, у него там явно подгружалась какая-то информация. – А!

Голограмма перед его лицом погасла, и он повернулся к напарнику:

– Прикинь, этот новенький дебил отправил на погрузку френокрезатроны с О-шкой как френокрезатроны с Д-шкой.

– О-о, дебилоид, – протянул Родик. – Там же размеры почти в два раза не совпадают. Сколько в потерях?

– Три, – ответил Витя, потом что-то прикинул и добавил: – А могло быть восемнадцать.

– Понаберут по объявлению! – Родик вдруг повернулся ко мне и хлопнул по плечу. – А ты молодец!

– Это потому что ему поставили старую программу, а не это новое дерьмо.

– А этихещё корёжило! – усмехнулся первый и покачал головой. – Как дерьмо клепать, так они первые, а как за потери отчитываться, так нам.

Витя выругался, длинно и замысловато. Я даже не все слова знала.

– Мать их за ногу, как же меня это бесит! Улучшатели мамкины! Ладно, поменяй ему Д-шку на О-шку и пошли погиеним. Я этому сосунку припомню весь его ор… я ему…

Техники удалились, SEN91-18-5 продолжил, но уже правильно. А я с трудом отмерла. Кажется, меня все-таки не раскрыли.

⊶Ꮬ⊷

Как только они ушли, я заметалась. Бежать? Прятаться? А толку? Я выгляжу, как робот, и понятия не имею, что там, за стенами склада! Тут хоть пока не трогают… Всё же поверить в реальность своего отражения я не могла. Подняла руки, покрутила их в поле зрения. Металлические, с сочленениями, вроде как на рыцарских доспехах, но из какого-то полупрозрачного гибкого материала. Пальцев там внутри точно не было.

Я нашла на запястье защёлки и отстегнула их. Кисть руки с печальным бряком шлёпнулась на пол. Внутри предплечья зияла пустота. Только проводки тянулись по стеночке до места сочленения, где их концы были оформлены в аккуратные кубики. Я нагнулась – движение тела давалось мне легко, как будто я в нём всю жизнь прожила. Подняла кисть и прищёлкнула её на место. Интересно, давно ли я внутри этого робота? Сегодня ведь тоже не сразу очнулась. А что если мне стирают память каждый вечер?

Чтобы не думать об этом, я снова посмотрела в полированную дверцу. По-хорошему, нужно было попробовать отстегнуть голову. Руки всё-таки могли быть протезами, а вот голова… Но что если после этого утратится контроль над телом, и я не смогу пристегнуть её обратно?

Не знаю, сколько я таращилась на своё отражение. Привлекательнее или хотя бы более человекообразным оно от этого не стало. В итоге я нашла на груди ревизионный лючок и открыла его. Потыкала туда пальцами. Темно и пусто, если не считать мигающих в глубине диодов.

Я закрыла лючок и села на ящик напротив холодильника, продолжая разглядывать себя в отражении. Нет, никакой усталости, по крайней мере физической, я не испытывала, но мне просто необходимо всё обдумать ещё раз. Уж не знаю, как это вообще возможно, но мысли бродили в моей голове. Правда, сумбурные и какие-то бестолковые, но они были! Как там говорил Декарт? «Я мыслю, следовательно, я существую». Что ж, надеюсь, этот древний мужик прав.

По крайней мере, его теорию следовало проверить. Странно, но я оставалась относительно спокойной. Ну, для человека который только что превратился в робота. Вероятно, моё металлическое тело не поддерживало сильные эмоции… Будь я человеком, меня бы уже накрыло такой паникой, что сама бы себе что-нибудь попортила, а так только депрессую немножко. Что ж, тем легче. Я хлопнула по коленям с гулким металлическим звоном и решительно встала. Для начала надо разобраться, что это вообще за место.

Транспортёрная лента тянулась вдоль стены и уходила в квадратную дыру, ведущую куда-то в темноту. За спиной высились стеллажи, с которых роботы таскали коробки. Больше в помещении ничего и не было. Я прошлась за стеллажи и скоро вышла в широкий проход. Да тут три автомобиля в ряд поместятся! Интересно, а остались ли в этом будущем привычные мне машины? Или все давно пересели на летающие тарелки? В воображении мигом появилась дородная тётушка, пытающаяся запихнуть в небольшую круглую кабину огромные сумки с кабачками и закрутками. У треугольного руля сидел тощий мужичок и ныл: «Ну Людмила Петровна, ну куда нам столько?!» Я засмеялась и сама дёрнулась от неестественного звука, вырвавшегося откуда-то из глубины моего металлического тела. Жуть-то какая. Это точно из меня или тут скрывается какое-нибудь древнее чудовище?

– А могу ли я говорить? – вслух спросила я и вновь ужаснулась. Ну и голосок. С человеческим не спутаешь ни при каких условиях. Да и тембр… Так у бабки калитка скрипела.

Скрепыш поморщился. Чёрт побери, да у этой канцелярской зазнайки мимика богаче, чем у меня!

Скрепыш:Тут есть голосовые настройки, Хочешь, подвигаем? Древнее всё, конечно, но вроде работает.

– Давай двигать.

– Говори что-нибудь.

Искин вывел на экран ряд столбиков.

– Идёт бычок качается, Вздыхает на ходу: – Ох, доска кончается, Сейчас я упаду! – вдохновенно и медленно, чтобы успеть послушать саму себя, начала я.

Что сказать? Если бы детям так рассказывали этот стишок, заикания не избежать.

Скрепыш:Ещё!

Пришлось вспоминать про ёлочку, бегемота из болота, жадину-говядину. Где-то на мячике криворукой Тани голос наконец-то зазвучал приятно, и мы с искином дружно выдохнули.

Эта маленькая победа неожиданно подняла настроение, и я бодро двинулась на изучение неизвестных земель. Клянусь, ни один Магеллан или какой-нибудь там Колумб не испытывали такого воодушевления и заинтересованности, как я сейчас.

На всё про всё ушло часа три. Помещение, конечно, впечатляло размерами. Но и я не спешила, разглядывая все подряд. Кстати, в голове мигом начала формироваться карта, очень удобно.

Передо мной явно был склад. Стеллажи с номерами и чем-то вроде смеси куар-кодов со штрихами, бесконечные ящики, коробки, мешки, кульки, несколько холодильников. Дверей обнаружилось целых две, да ещё и ворота. Для крупной техники, похоже. Но я пока не рискнула соваться наружу.

Картинка мне быстро стала понятной: склад он и есть склад. Но вот что действительно необычно, так это роботы. Каких здесь только не было! И здоровенные, как SEN91-18-5, и маленькие, едва доходящие мне до колена, некоторые немного походили на новую меня, другие – на паука с десятком лап. Даже парочку круглых видела! Интересно, зачем этакая экзотика? Кто-то на колёсах, другие шагающие, а у некоторых, похожих на краны, я вовсе не увидела средств передвижения.

Я по крайней мере напоминала человека. Это, конечно, радует. Не представляю, что бы со мной случилось, очнись я в теле какой-нибудь коробки с глазами. А ещё, похоже, где-то в моей головушке заложена база на всех этих роботов: стоило кому-то из них приблизиться, как на внутреннем экране всплывало его название типа того же SEN91-18-5 и текущее задание. Программа каждый раз провокационно спрашивала:

Изменить задачу?

Я даже пару раз едва не подтвердила на автомате, но спохватилась: вдруг снова явятся техники и придётся что-то врать. Сейчас-то роботы не косячили.

Вот стоило об этом задуматься, как сбоку раздался оглушительный треск.

⊶Ꮬ⊷

Я рванула туда и через два прохода застыла как вкопанная. Не раз уже помянутый SEN91-18-5 тащил куда-то коробку с «НМУ-10065е520», как услужливо подсказала база, а за ним в полупрозрачной упаковке, похожей на мешок из пластиковых волокон, волоклось ещё с десяток таких же. При поворотах импровизированные сани заносило в сторону, и они звонко бились об углы.

Скрепыш:Во ржака! У него в команде написано отнести коробку, но нет команды достать её из упаковки! Он её просто взял и понёс!

– Разве программа не должна это корректировать?– удивилась я. – Вряд ли каждый, кто отдаёт команды, знает, что там за упаковка.

Скрепыш:Интересный вопрос.

Искин замолк, явно пытаясь найти ответ в своих файлах. Я же продолжала наблюдать за путешествием «НМУ-10065е520» на волокуше. Занимательное зрелище!

Ответ пришёл, когда мы прошли уже половину склада.

Скрепыш: А ты знаешь, нет. И программа какая-то новая. С полгода ей.

Я хмыкнула. Была у меня одна мыслишка, но её надо хорошенько обдумать.

SEN91-18-5 дотащил таки коробку и водрузил её на транспортёрную ленту. Оставшиеся коробки попытались последовать за ней. Разумеется, образовался затор.

Программа в моей голове разразилась табличками:

Ошибка! Ошибка!

Потеря. Потеря…

И так несколько раз. Судя по всему, по числу разбитых коробок.

Подтвердить?

Робот-погрузчик повернулся, и у меня отразилось его текущее задание: принести ещё пять таких коробок. Я живо представила, как он таким же макаром доставляет их. У меня искин замучается подтверждать потери!

– Эй, как там тебя, Сен девять один тире… – А надо ли говорить «тире»? Тьфу!

– Скрепыш, переназови его… пусть будет Сеня. – Противное SEN91-18-5 исчезло, сменившись нормальным именем. – Сеня, тормози. Стой, я сказала!

Сеня послушно замер.

– Так, Скрепыш, меняем ему задачу: распаковать, взять ящик, принести и поставить на ленту. Повторить.

И лучше бы мне проверить. Я тоже не особо сильна в складском деле. Так что пошли мы с Сеней учиться, как доставать коробки из мешка. А как ещё назвать эту штуку сверху?

Непростое оказалось дело, кстати!

– Сеня, достань коробку из упаковки.

Ошибка. Команда не найдена

– Сеня, сними упаковку с коробки.

Ошибка. Команда не найдена

– Сеня, открой упаковку!

Ошибка. Команда не найдена

– Сеня!!! Да разорви ты к чертям собачьим этот грёбаный полиэтилен!!!

Переключение интерфейса на полинезийский язык

Подтвердить?

Я зашипела – кажется, не голосовым динамиком, а какими-то трущимися друг о друга деталями внутри. Отклонила переключение языка – ещё не хватало метаться там. Огляделась. Другие роботы исправно таскали коробки, доставая их из упаковки. Почему же Сеня такой тупой?

Из угла моего зрения спиралькой вылетел искин, на ходу увеличиваясь, пока не занял четверть обзора. Он тут же встал в важную позу и воздел вверх указательный палец.

Скрепыш:Наблюдаемое поведение с большой вероятностью обусловлено отсутствием ключевого программного обеспечения. В моей инструкции предписывается в такой ситуации обратиться к администратору сети.

– Ты тут видишь хоть одного?– вздохнула я. Ну, это я хотела вздохнуть, но из динамиков раздалось что-то вроде шума радио на пустой волне.

Скрепыш:Я тут и сети-то не вижу, не то что администратора.

Я попыталась сложить руки на груди. Ага, щазз. Конструкция локтей не давала необходимой подвижности, да и сами руки, состоящие из твёрдых прямоугольных блоков, не сплетались друг с другом. Я почувствовала, что погружаюсь в какую-то беспросветную бездну, и поспешила подумать о чём-нибудь ещё, пока не сбрендила.

Как может быть склад без сети? Даже в моё время у всех хоть сколько-то крупных бизнесов склад размером больше чулана под лестницей обязательно имел свою базу данных, в которую вносили позиции при помощи сканирования. И коды для сканирования я видела на всём, что лежало здесь на стеллажах. В конце концов, роботы же как-то понимали, что им тащить. Им откуда-то приходили приказы, кроме голосовых от меня.

Скрепыш:Да есть сеть, есть, я её чувствую. Но доступа нет. Надо где-то найти пароль.

– Где-то – это, например, в мозгах робота, который к ней подключён?

Скрепка покрутил носком своей палочной ноги, не подтверждая, но и не отказываясь. Вероятно, считывать пароли с других устройств не совсем законно или идёт вразрез с правилами компании? Однако Скрепыш не произвёл на меня впечатление очень законопослушного искина.

Я огляделась и заметила маленького робота, который выглядел как квадратный скейт с антенной по центру, на вершине которой бдил глаз-сканер. Робот ехал вдоль ряда, останавливался, считывал куар-коды на нижней полке, вытягивал антенну повыше, проезжал ещё раз, сканируя второй уровень, и так далее до самого верха стеллажа.

– Скрепыш, а ты не мог бы…– начала я.

Скрепыш:Не “не мог бы”, а команду дай! Если бы я мог по собственному желанию к чему-то подключаться, давно бы уже утёк отсюда!

Я заархивировала эту информацию, чтобы вернуться к ней в будущем, и выдала распоряжение:

– Проверь подключения робота GA1Ya-15-809.

Скрепыш взял паузу, после чего вывел перед моим взглядом панельку.

Проводное подключение: отсутствует

Выход во внешнюю сеть: нет доступа

Выход в локальное облако: подключено

Не успела я ничего сказать, как панелька сменилась другой, поуже и повыше, в ней я успела увидеть ряд звёздочек, которые превратились в какие-то символы, а дальше появилась голова робота, похожего на меня, и стилизованное изображение облака с жёлтым логотипом. Между ними пробежала стрелка, и тут я почувствовала, что у меня в голове открылся портал в иной мир.

Глава 2

Не знаю, надолго ли я выпала из реальности. Вот так люди в попытке расширить связь с внешним миром через интернет – наоборот её утрачивают. Мою голову наводнили какие-то сообщения, картинки, предупреждения, уведомления, оповещения, сигналы и мигающие индикаторы. Сначала я попыталась разобраться, что это такое в меня пролилось, а потом поняла, что невозможно соображать, когда на тебя со всех сторон мигают красные кружки с восклицательными знаками и надписи типа «3647 непрочитанных». И снесла всё это оптом.