Приключения Муна и Короля призраков

Глава 7

Необычное знакомство

Очнувшись, Мун сразу понял, что находится не в Лесу. Ему было тепло. Спустя несколько мгновений мальчик почувствовал, как ему вдобавок уютно. Виной тому были мягкая кровать, одеяло, подушка. Когда глаза могли уже нормально видеть, Мун осознал, что лежит в доме.

Дом, точнее, маленькая изба, освещалась достаточно тускло. От полного мрака, пробиравшегося снаружи, ее спасал только камин. Стены то тут, то там были покрыты заплатками, из небольших дырок небрежно торчали щепки. В избе было не слишком убрано: на ковре валялись патроны, одежда и нечто с первого взгляда непонятное. Добротный деревянный стол перед окном беспорядочно облепили листки бумаги (приглядевшись, Мун увидел, что это были куски умело нарисованной от руки карты). На стенах красовались книжные полки, но они пустовали, а одна и вовсе висела на гвозде, которому не нашлось пары.

Мун продолжал обследовать взглядом дом и дошел до темного неосвещенного угла. Присмотревшись, он вздрогнул от неожиданности: в углу стояло раскидистое кресло, в котором сидел, очевидно, хозяин дома. Он внимательно рассматривал содержимое сумки мальчика, точнее, тот кусок ткани и палки из сундука.

– Здравствуйте, – робко подал голос мальчик. Хозяин тут же перевел на него взгляд.

Это был небритый мужчина лет сорока в грязно-золотом потасканном свитере и с безразлично-холодным лицом.

– Я нашел тебя утром возле фонаря и никак не мог разбудить, – сказал незнакомец низким хрипловатым голосом. – Пришлось перенести в дом, чтобы ты не умер от переохлаждения.

– Спасибо Вам большое… Я, наверное, доставил много неудобств…

– Не доставил, – отрезал незнакомец, снова начав рассматривать ткань.

Мун растерялся, не зная, как продолжать разговор и стоит ли вообще это делать. Однако хозяин сам помог в этой сложной ситуации.

– Чай? – сказал он, указывая на жестяную коробочку. Мун кивнул, правда, не понимая, что делать дальше: где набирать и кипятить воду, или все уже готово… Хозяин и здесь проявил гостеприимство. Он, наконец, встал из кресла, поправил дрова в морщинистом от трещин камине и поставил греться полуржавый чайник.

– Меня зовут Пятый.

– Я Мун…

Мальчик решил не спрашивать историю такого странного имени хозяина.

– Давно не встречал людей в Лесу. Ты откуда?

– Из деревни Вердо, это недалеко отсюда.

– С выступа?

– Да.

– Странно. Не думал что там еще кто-то живет, – задумчиво произнес хозяин и слегка заинтересованно посмотрел на мальчика. Заверещал противный свисток чайника. Хозяин пошел за кружками, через минуту они с Муном пили удивительно ароматный чай.

– Скажите, пожалуйста, где я нахожусь? – спросил мальчик, глядя в непроглядную мглу за окном.

– На другой стороне холма с фонарём.

– Так это Вы заправляете его маслом?! – воскликнул Мун.

– Кто еще. Я.

– Я каждую ночь смотрел на него, и… мне становилось лучше. Как будто тьма внутри чуть отступает. На душе становилось легче. Спасибо!

Мун так искренно благодарил хозяина, что тот не удержался и ухмыльнулся.

– Не за что. Я, правда, зверей так отпугивал, но раз он и тебе пригодился, будем считать, приносил двойную пользу.

Услышав столь долгую речь хозяина, Мун решил воспользоваться моментом и завязать диалог.

– Извините, пожалуйста, мне нужно у Вас кое-что узнать… Я ищу свою маму. Она пропала вчера, оставив эту записку, – Мун протянул хозяину листок, тот взял и быстро пробежался по нему глазами. – Я не так много брожу по лесу, но уже понял, что долго так не протяну. У Вас много карт, к тому же Вы явно тут давно… может быть, дадите какой-нибудь совет?

Мун с надеждой смотрел в мутно-зеленые глаза Пятого. Тот оторвался от записки и, не меняя хмурого выражения лица, прохрипел:

– Да, конечно, помогу. Давай только поспим. В ночь выходить в Лес чистое сумасшествие.

Мун не верил своим ушам. Пятый поможет ему! От радости мальчик хотел обнять хозяина, но не решился. Мун допил уже немного остывший чай, укутался плотнее в кровати и приготовился заснуть.

– Спасибо Вам!..

Хозяин кивнул, обустраивая лежбище на полу.

– Скажите, а я хотя бы в правильном направлении шел? – Муну на радости захотелось подольше поговорить с Пятым.

– О направлении сложно сказать. Может быть, и в правильном.

Мун обрадовался еще больше, что не зря терпел такой жуткий переход.

– Ты допустил другую ошибку, – неожиданно продолжил хозяин.

Мун слегка напрягся.

– Извините, какую?

– Что ты шел.

Мун ничего не понял.

– Простите, я не понимаю Вас…

– Что ты куда-то ушел с выступа. Ты спятил, парень. Завтра я верну тебя обратно.

Мун сначала похолодел, а затем по телу выскочили капли пота. Лицо загорелось. Хозяин подошел к камину и стал тушить огонь. Мальчик выскочил из кровати.

– Нет! Ни в коем случае! Мне нельзя обратно!

Хозяин повернулся с ледяным лицом.

– Тогда сам пойдешь подальше от этого дома утром. Так меньше шансов, что привлечешь к моему дому зверей. Если уже не привлек.

– Простите, я не хотел!..

Пятый не ответил. Мун понял, что извинения хозяину совсем не нужны.

– А Вы не могли дать мне каких-нибудь карт Леса? У Вас на столе их очень много, они могут пригодиться.

– Не могут, – отрубил хозяин. – Ты еще не заметил, что Лес каждое мгновение меняется?

– Как это?

– Ты ничего не понимаешь. Куда ты собрался? – сказал хозяин. – Тропы завтра зарастут стволами. Из-под снега, где плыли дельфины, через секунду выскочит змея. Это самое страшное место на земле, а ты собрался идти в его глубь.

Хозяин говорил убедительно, и Мун уже было оценил всё безумство своей идеи, но тут же вспомнил маму и еще раз понял, что выбора всё равно нет.

– Вы понимаете, я не могу там жить, в этой деревне! Там для меня остались только тоска и боль.

– Ты думаешь, в Лесу тебя ждет что-то другое?

– Не знаю. Но мне нужно найти маму!

Хозяин вдруг замер, кинул взгляд в сторону окна, затем ринулся к столу, достал ружье из тумбы и тут же выстрелил в стену. Во все стороны разлетелись щепки. От оглушительного грохота у Муна заложило уши. За домом послышалось страшное въедливое шипение, которое, к счастью, быстро кончилось. Хозяин бросился собирать щепки и затыкать ими пробоину. Теперь Муну стало понятно, чем это так «украшены» все стены. Хозяин по-прежнему стоял с ружьем, замерев и вслушиваясь. Спустя минуту он положил ружье на стол и обессиленно упал в кресло. Мун сначала не решался что-либо спрашивать, однако, в конце концов, любопытство мальчика преодолело страх.

– Извините… Что произошло?

– Ты не слышал, как к нам в стену начали скрести звери?..

– Нет…

– Как когти въедались в дерево?

– Нет… Я слышал только шипение после выстрела, которое быстро затихло.

– К великому счастью, выстрелы их все еще отпугивают. Но думаю, это ненадолго. – в голосе Пятого зазвучали ноты обреченности, от которых Муну стало еще тяжелее на сердце.

– Разве ружье их только отпугивает? Не убивает?

Хозяин открыл глаза, и Мун вновь испытал на себе давящий взгляд.

– Парень, ты, видимо, совершенно не понимаешь, куда попал?

– Да, наверное, так и есть… Там, на выступе, никто между собой не общается…

– Понятно. Ты, видимо, не знаешь, кто такие призраки?

– Призраки? Мне мама что-то говорила… Что от них надо бежать.

– Неплохой совет. Теперь слушай. Здесь их полным-полно. Я думаю, ты успел их встретить.

– Я?! Когда?!

– Перед тем, как добраться до фонаря, ты встречал зверей?

– Да…

– Значит, я прав.

– То есть?

– Все звери этого проклятого Леса – призраки.

Мун похолодел.

– П-призраки? – запнулся Мун. – Я встретил волка. Он пел мелодию, которая терзала меня… Это был призрак?!

– Да. – спокойно ответил Пятый и сел в кресло.

– А что нужно призракам? Они убивают людей?

Хозяин вновь принялся рассматривать ткань и палки, которые принес Мун.

– Добра они не желают. – наконец, ответил Пятый.

– Я видел огромных рыб. Не знаю, как они называются… Они плыли через сугробы. И точно не хотели нанести вреда.

– Послушай, парень, я не энциклопедия. Я не знаю всего, что происходит в этом Лесу, – несмотря на резкость слов, тона хозяин не повышал. – Я просто знаю, что каждое отверстие в моих стенах спасло меня от мучений. В этот дом пытаются прорваться звери, и мне пока удается обороняться. То, что они призраки, можешь не сомневаться. Хочешь проверить – отправляйся дальше путешествовать. Только не надейся на свои ноги. Если от какого-нибудь зверя в обыкновенном лесу ты убежать еще сможешь, то призрак вопьется в тебя, не дав сделать и пару шагов. То, что тот волк тебя не стер с лица земли, можешь считать чудом.

Мун ослабевал с каждым словом Пятого. Порыв нестись в Лес на поиски мамы угасал с каждой секундой. Оставалось только думать, как жить на безмолвном треугольном выступе под серым небом-полотном, когда даже фонарь в окне уже не будет давать надежды.

Громко, но лениво били часы. Сердце Муна билось гораздо живее. Он боялся, что хозяин сейчас погасит камин, и прикажет спать. Хотелось отложить этот момент как можно дальше.

– А Вы почему не хотите жить там, на выступе? – спросил Мун, чтобы хоть что-то спросить.

– Некому будет следить за фонарем.

Мун понял: Пятого не разговорить. Стало ясно, что одинокая бессонница до рассвета уже неизбежна. Тут вдруг хозяин еще немного помял в руках ткань и произнес:

– Почему ты не выбросил это? Зачем было идти с такой тяжестью?

Мун растерялся.

– Я… честно говоря… не знаю… Я нашел его в драгоценном сундуке, мне даже пришлось нажимать какие-то кнопки, чтобы открыть его. Я думаю, это какая-то драгоценная вещь. Было жалко выбросить.

– Нет ничего дороже жизни. Запомни это. Ты, конечно же, не понимаешь, что это?

Мун кивнул.

– Где был сундук?

– В подвале…

Пятый задумался.

– Прямо-таки драгоценный?

– Да. Вроде бы.

– Ты говоришь, нажимал какие-то кнопки?

– Да, у каждой была своя буква. По-моему, «П», «А», «Р», «У», «С».

Хозяин вскочил. Он вновь понесся к столу, достал патроны, зарядил ружье. Мун начал испуганно прислушиваться, не доносятся ли какие-либо звуки из-за стен. Но в этот раз причиной подобного поведения Пятого были не призраки. Он протянул ружье Муну.

– Умеешь стрелять? – спросил он у ничего не понимающего мальчика.

– Никогда не пробовал…

– Все просто. Это прицел. Наводишь на зверя, т. е. призрака. Он должен быть между этими двумя выступами на стволе, видишь? Отлично. Затем выдыхаешь и перед вдохом мягко спускаешь курок. Все понял? Единственная проблема – у тебя на все это меньше секунды.

Мун во все глаза смотрел на Пятого. Хозяин, судя по всему, расценил этот взгляд, как большую заинтересованность, и продолжил:

– Так. Теперь тебе нужно понять, как перезаряжаться. Я дам тебе много патронов. Думаю, не меньше пятидесяти. Когда выстрелишь, резко сгибай ружье так, чтобы приклад остался в одной части, ствол в другой. – Пятый тут же ловким движением показал, о чем говорил. – Теперь в ствол, в каждое отверстие, запихиваешь по патрону. Понял? И обратно сгибаешь ружье. На это все у тебя полторы секунды. Ружье я тебе дам хорошее, мое любимое. Стреляет без осечек. Так что не подведи. Скоро сможешь потренироваться.

Пятый передал в дрожащие руки Муна заряженное ружье. Мальчик ничего не понимал. Хозяин отошел от окна. Мун собирался уже задать вопрос, но Пятый опередил его, прижав палец к губам. В доме воцарилась тишина. Мальчика она страшно пугала. Он нелепо поднял ружье, и в этот момент окно разлетелось вдребезги. Через отверстие вместе со снегом ворвалась отвратительная гиена. Подобных зверей Мун никогда не видел. У нее была изодранная шерсть, слюни стекали ручьем. Спина изогнулась так, что живот почти касался пола – с таким изгибом гиена явно могла допрыгнуть в любую точку дома и впиться в жертву кривыми острыми клыками, которые уже не помещались в пасти и, видимо, были причиной ее изрезанности. Но самое страшное в гиене были не пасть и не пронзающее уши шипение. Глаза. Глаза у призрака были человечьи. Человеческий взгляд не могли замаскировать ни шкура, ни четыре лапы, ни клыки. Он впивался в душу и наводил настоящий ужас. Мун окаменел.

– Чего ты ждешь?! – крикнул Пятый.

Гиена на мгновение перевела взгляд на хозяина, и это позволило мальчику выйти из столбняка. Он направил ружье на гиену, за мгновение вспомнил все указания Пятого. Осталось нажать курок. Это оказалось самым сложным. Курок почему-то не поддался с первого раза, и этого замешательства хватило зверю, чтобы взмыть вверх и полететь, раскрыв пасть к Пятому. Мун вновь окаменел. Стрелять было уже поздно: велика вероятность попасть в хозяина. Но тот остановил зверя, не дав на себя приземлиться. Пять пуль из револьвера, который Пятый хранил за поясом, практически одновременно пробили гиену насквозь. Первая попала прямо в пасть, и зверь вдруг начал терять очертания реального существа. Остальные пули прошибали уже плотный серый туман, который быстро выплывал из дома, сквозь щели между бревнами.

– Помоги заделать окно, а то замерзнем к чертям! – крикнул Пятый, и Мун вместе с хозяином быстро заделали досками то отверстие, где раньше было стекло.

После этого оба сели на пол и долго еще пытались отдышаться.

Глава 8

Первый полёт

Когда силы вернулись, Пятый облазил всю стену, посмотрел в каждую щель и, не найдя опасности произнес:

– Будем считать, обучение ты прошел. Призрака увидел, ружье подержал, как с ним управляться знаешь.

– Извините, почему Вы мне дарите Ваше ружье? – наконец, смог спросить Мун, еще не до конца оправившись от недавних событий.

– Кто сказал, что я тебе его дарю? Тебе придется отбиваться от зверей, пока я управляю парусом.

– Каким парусом?..

– Который ты приволок. Парус, – Пятый говорил быстро, от его ленивой манеры не осталось и следа. Он смотрел и разбирался, как состыковывать между собой палки и ткань. Последняя была за мгновение почти полностью разложена и занимала весь пол.

– Очень удобная вещь. Ты даже не представляешь насколько. Все, что нам нужно – ветер. Он позволит нам развить такую скорость, которая призракам не по зубам. Точно не могу быть уверен, но гнить тут в избе, теряя такой шанс выбраться, не хочу. Так что готовься к поездке. Я буду управлять нашим парусом (точнее, парусом-лодкой) – это намного сложнее, чем стрелять по призракам – а ты стрелять по призракам.

У Муна в голове завертелась тысяча мыслей, он не знал, какую выловить, чтобы высказать. В конце концов, определился.

– Поездке… куда? – робко произнес мальчик.

– На Ярмарку.

Этого не могло быть. Неужели палки и кусок ткани так резко поменяли решение Пятого? Впрочем, обдумывать это Мун не хотел из-за нахлынувшей волны радости.

– Спасибо огромное! – воскликнул мальчик.

Хозяин вдруг отложил палку, посмотрел на Муна, и захохотал.

– Парень, если бы ты знал, на что я нас обрекаю… – выдал он, давясь от смеха. – Это все равно, что приставить к твоей голове пистолет, а ты бы так благодарил…

Муну стало жутковато от этого сравнения, но вскоре он подумал, что пусть хозяин лучше смеется, чем говорит своим отрешенно-холодным тоном.

– Скажите, а я могу Вам чем-нибудь помочь в сборке этой штуки?

Спустя минуту Пятый и Мун под руководством хозяина уже вдвоем собирали парус. Конструкция и, как это должно работать, уже очень скоро стали понятны мальчику. Состоял парус (который хозяин попеременно называл то лодкой, то кораблем) из самого паруса, т. е. куска материи, который натягивался благодаря палкам, и складной доски, на которую Мун и Пятый помещались, к счастью, без труда. Также к конструкции прилагалась длинная веревка.

Мальчик стал складывать друг с другом палки, создавая каркас. Пятый в это время разбирался с самой материей. Это была легкая и при этом прочная ткань, стоившая, по всей видимости, немалых денег. Пока Пятый думал, как она должна крепиться к каркасу, Мун уже успел соединить все палки и нижнюю доску.

– Ты быстро работаешь, – похвалил Пятый. – Давай теперь установим сам парус.

Это оказалось сложнее, чем оба предполагали. Ткань никак не хотела натягиваться и постоянно провисала то в одном, то в другом месте. Хозяину и Муну пришлось попотеть, но усилия не пропали даром: через пять минут парус был установлен.

Работники с восхищением смотрели на всю конструкцию, упиравшуюся аж в самый потолок. Однако предстоял еще один сложный этап. На полу оставалась лежать длинная веревка.

– Я думаю, это руль, – задумчиво произнес Пятый. – Только непонятно, как он работает и как его крепить.

– У меня есть идея!

Мун взял веревку и начал просовывать ее в щели между каркасом, а затем обвязывать вокруг паруса. Иногда он запутывался и начинал снова. Так методом проб и ошибок, в конце концов, мальчик закончил работу.

Веревка сложным образом оплетала парус и части каркаса. Мун держался одной рукой за палку, выполнявшую роль поручня, а в другой зажимал свободный конец веревки. Он потянул ее вправо, и парус повернулся вправо. Затем влево – парус повернулся обратно.

– Вроде всё! – произнес мальчик.

Работники с удовольствием рассматривали готовое к поездке транспортное средство. Пятый взялся за веревку, чтобы порулить. Парус вдруг резко развернулся направо, и вся конструкция чуть не свалилась, если бы Мун ее не поддержал.

– Не так резко, более плавно, – посоветовал мальчик.

Хозяин попробовал снова, но теперь парус совсем не хотел поворачиваться. Он приложил чуть больше усилий, получился рывок, и история повторилась – конструкция начала падать. Мун был уже наготове.

– Не так просто им управлять, – сказал Пятый, слезая с доски.

– Вы привыкнете. Плохо, что нет времени на тренировку.

– Может, нам поменяться? Тебе вести, а мне стрелять?

– Я же не знаю дороги!..

– Думаешь, я знаю? Предлагаю ехать прямо и объезжать деревья. А там уж как получится. Всё равно Лес меняется.

Мун был озадачен, но вскоре понял, что в предложении Пятого есть здравое зерно. Мальчик согласился.

– Выезжаем через пятнадцать минут, – своим суховатым тоном произнес хозяин.

– Но ведь еще не рассвело.

– Думаешь, днем будет легче? Меньше зверей или теплее? Собирайся.

Мун хотел сказать, что еще недавно Пятый говорил про сумасшествие и путешествия по ночам, но решил, что не стоит. Хозяин вытащил сумку из шкафа, затем стал доставать из нее патроны и оружие. Хватило бы его запасов на небольшую армию. Мун лишних вопросов задавать не рискнул. Ему брать с собой было нечего. Он решил просто полежать, чтобы собраться с силами.

Пятнадцать минут прошли очень быстро. Хозяин застывшим взглядом смотрел на портрет, висевший над камином. На портрете была изображена девушка, каких Мун прежде не видел. Ярко-зеленые глаза, темные пышные волосы и взгляд, полный чистейшей, кристальной нежности. Мун в этот момент почувствовал мечту, закравшуюся в его душу: чтобы на него когда-нибудь смотрели подобным взглядом.

– Извините, эта девушка прекрасна. Кто это?

– Это причина, почему я еще не направил ружье себе в голову, – последовал ответ. По тону Пятого Мун понял, что более развернутую фразу мальчик не получит.

Хозяин полез в погреб. Вскоре появился со здоровой бутылкой масла.

– Пойду, как следует, заправлю фонарь. Возможно, его свет поможет кому-нибудь, как тебе. И мне. Когда же вернусь, будь готов к выходу. В шкафу есть разные теплые шмотки, могут тебе пригодиться.

Хозяин в мгновение ока собрался, вышел во тьму и мороз и направился по сугробам к обратной стороне холма, чтобы попрощаться с фонарем. Мун вскочил, оделся и подбежал к заветному шкафу, где приглядел свитер, который на мальчике сел, как пальто, и несколько шарфов, чтобы мороз не нашел ни единой щели. К возвращению Пятого Мун был собран.

– Молодец, – произнес хозяин усталым голосом и стал медленно осматривать избу.

– Потушить камин? – тихо спросил Мун.

– Что-то остановить, например, биение сердца или горение камина, очень просто. Разжечь намного сложнее. Оставь как есть. Я же говорил: вдруг это всё кому-то пригодится. После мороза теплый дом куда приятнее. А если он будет еще и светлый… Давай вытаскивать наш корабль.

Как только Мун вышел на улицу, то сразу понял, какое же счастье, что избежал обморожения. Холод бесцеремонно пытался пробиться в мало-мальски заметную щель в одежде; лицо покрылось снегом моментально. В таких условиях хотелось просто свернуться клубком, но надо было вытаскивать парус, который с огромным трудом пролезал в дверной проем. Мальчик представил, какой же холод предстоит путешественникам преодолевать, когда они будут мчаться на своем транспорте. Однако от таких мыслей толку не было, они только ослабляли. Мун отогнал их и продолжил работать. Вскоре лодка-парус стояла на холме, только ткань была пока в сложенном состоянии, иначе её бы тут же унесло в темный призрачный Лес.

– Ну что, готов? – крикнул Пятый, стараясь перекричать назойливую вьюгу.

– Да!

– Встаем на доску, ты спереди я сзади.

Путешественники встали, обмотались веревкой, чтобы не упасть во время движения. Ткань по-прежнему валялась на снегу.

– Запомни три правила! – Пятый достал из рюкзака ружье. – Первое: прежде, чем поворачивать, предупреждай! А то зверь может сойти у меня с крючка. Второе: если кто-то из нас падает с доски и мешает движению паруса, он должен отцепиться от веревки, даже если останется наедине со стаей призраков. Ему все равно не выжить, пусть хоть у второго останутся шансы. И третье: если произойдет чудо, и мы доедем до Ярмарки, то по приезду разойдемся, и никому друг о друге ни слова. Ты все понял?!

Мун кивнул, хотя как всегда после фраз Пятого, у мальчика возникло много вопросов.

– Тогда поднимай парус!

Мун выдохнул, начал тянуть за веревку, и не успела ткань полностью «облепить» каркас, как корабль рванул с бешеной скоростью, буквально слетая с холма. Мальчик закричал от неожиданности, Пятый же ткнул его в спину прикладом.

– Тихо, парень! Не ори, а веди корабль! Кричать надо будет потом, когда нас облепят звери!

Холм закончился быстро. Впереди высились ровные необъятные стволы. Один из них был прямо по курсу, и это было первое испытание.

– Влево! – крикнул Мун, потянул веревку, но корабль ушел вправо.

– Что с тобой?! – заорал Пятый.

– Мы, видимо, слишком перекрутили веревки… Теперь, когда поворачиваешь в одну сторону, корабль уходит в другую!

– Да, ты прав, – ответил хозяин, издав до этого тираду из нечленораздельных ругательных слов. – Главное, теперь запомни это.

– Да, конечно!

Первый ствол корабль миновал, но дальше стоял частокол из таких же деревьев. Мун сжал веревку покрепче.

– Приготовьтесь, сейчас нас будет трясти!

– Ты тоже приготовься. За нами началась охота.

Мун оглянулся и похолодел, хотя и так продрог насквозь. За кораблем неслась стая змей. Они выныривали из-под снега, спрыгивали с верхушек деревьев, ползли с огромной скоростью по сугробам, едва ли не впиваясь в доску корабля. Над лесом раздался ружейный залп. Пятый начал отстреливаться. То тут, то там змеи превращались в серый туман и улетали вверх. Пятый перезаряжался мгновенно, стрелял безошибочно, но всего этого было недостаточно: тварей было слишком много.

– Влево! – закричал Мун, корабль резко обогнул ствол, оставив позади несколько нерасторопных змей. Остальные же продолжили погоню.

Мальчик только и успевал огибать деревья, а Пятый отстреливаться. Трудно было подсчитать, сколько призраков отправилось к куполу, но охотящихся на корабль змей меньше не становилось. Когда дело дошло до того, что Пятому пришлось ногой пинать забравшуюся на доску кобру, уже готовую его укусить, стало понятно, что надо менять тактику.

– Нам от них не убежать! – закричал Мун.

– Нагибай парус! – последовал тут же ответ после оглушительного выстрела.

– Что?!

– Сгибай каркас в мою сторону после следующего ствола!

– Он же может сломаться!

– Уже нет разницы! Делай, что говорю!

Мун из-за разговора чуть не влетел в дерево. Чтобы избежать столкновения, пришлось очень резко поворачивать, так что Пятый слетел с доски и остался с кораблем только благодаря веревке, которой был обвязан. В полете он успел прострелить еще пару змей.

Мун начал тянуть веревку вниз, но каркас поддавался с трудом. Благо, Пятый это заметил и стал помогать мальчику. Парус сгибался. Скорость заметно спала. Орда змей приближалась с удвоенной скоростью, готовая вплеснуть яд в жилы Муна и Пятого. Мальчик не понимал, чего добивается Пятый, но спорить было поздно. В конце концов, парус был сложен почти параллельно земле. На доску вползли четыре змеи, которые тут же превратились в туман после выстрелов. Пока Пятый перезаряжался, на доске оказалось уже шесть тварей, но тут случилось невероятное: корабль начал взлетать.