Стихотворения. Баллады. Сказки
Издательство:
Эксмо
Серия:
Классика в школе (Эксмо)Метки:
русские писатели,сборник рассказов,лирическая поэзия,романтизм,баллады,7 класс,поэзия XIX векаЖанры:
сказки,стихи и поэзия,литература 19 века,русские писатели,сборник рассказов,лирическая поэзия,поэзия XIX века,баллады,романтизм,7 класс,серьезное чтение,cтихи, поэзияКниги этой серии:
- -
- 100%
- +
Воины
Речет пришлец: «Врагов я зрел;И мнил: земли им мало;И взор их гибелью горел;Протек – врагов не стало!»Певец
Но светлых облаков грядаУж утро возвещает;Уже восточная звездаНад холмами играет;Редеет сумрак; сквозь туманПроглянули равнины,И дальний лес, и тихий стан,И спящие дружины.О други, скоро!.. день грядет…Недвижны рати бурны…Но… Рок уж жребии беретИз та́инственной урны.О новый день, когда твой светИсчезнет за холмами,Сколь многих взор наш не найдетМеж нашими рядами!..И он блеснул… Чу!.. вестовойПерун по хо́лмам грянул;Внимайте: в поле шум глухой!Смотрите: стан воспрянул!И кони ржут, грызя бразды;И строй сомкнулся с строем;И вождь летит перед ряды;И пышет ратник боем.Друзья, прощанью кубок сей!И смело в бой кровавыйПод вихорь стрел, на ряд мечей,За смертью иль за славой…О вы, которых и вдалиБоготворим сердцами,Вам, вам все блага на земли!Щит промысла над вами!..Всевышний царь, благослови!А вы, друзья, лобзаньеВ завет: здесь верныя любви,Там сладкого свиданья!Воины
Всевышний царь, благослови!А вы, друзья, лобзаньеВ завет: здесь верныя любви,Там сладкого свиданья!Сентябрь – начало октября 1812Песня матери над колыбелью сына
Засни, дитя! спи, ангел мой!Мне душу рвет твое стенанье!Ужель страдать и над тобой?Ах, тяжко и одно страданье!Когда отец твой обольстилМеня любви своей мечтою,Как ты, пленял он красотою,Как ты, он прост, невинен был!Вверялось сердце без защиты,Но он неверен; мы забыты.Засни, дитя! спи, ангел мой!Мне душу рвет твое стенанье!Ужель страдать и над тобой?Ах, тяжко и одно страданье!Когда покинет легкий сон,Утешь меня улыбкой милой;Увы, такой же сладкой силойПовелевал душе и он.Но сколь он знал, к моей напасти,Что все его покорно власти!Засни, дитя! спи, ангел мой!Мне душу рвет твое стенанье!Ужель страдать и над тобой?Ах, тяжко и одно страданье!Мое он сердце распалил,Чтобы сразить его изменой;Почто с своею переменойОн и его не изменил?Моя тоска неутолима;Люблю, хотя и нелюбима.Засни, дитя! спи, ангел мой!Мне душу рвет твое стенанье!Ужель страдать и над тобой?Ах, тяжко и одно страданье!Его краса в твоих чертах:Открытый вид, живые взоры;Его услышу разговорыЯ скоро на твоих устах!Но, ах, красой очарователь,Мой сын, не будь, как он, предатель!Засни, дитя! спи, ангел мой!Мне душу рвет твое стенанье!Ужель страдать и над тобой?Ах, тяжко и одно страданье!В слезах у люльки я твоей —А ты с улыбкой почиваешь!О дай, Творец, да не узнаешьПечаль, подобную моей!От милых горе нестерпимо!Да пройдет страшный жребий мимо!Засни, дитя! спи, ангел мой!Мне душу рвет твое стенанье!Ужель страдать и над тобой?Ах, тяжко и одно страданье!Навек для нас пустыня свет,К надежде нам пути закрыты,Когда единственным забыты,Нам сердца здесь родного нет,Не нам веселие земное;Во всей природе мы лишь двое!Засни, дитя! спи, ангел мой!Мне душу рвет твое стенанье!Ужель страдать и над тобой?Ах, тяжко и одно страданье!Пойдем, мой сын, путем одним,Две жертвы рока злополучны.О, будем в мире неразлучны,Сносней страдание двоим!Я нежных лет твоих хранитель.Ты мне на старость утешитель!Засни, дитя! спи, ангел мой!Мне душу рвет твое стенанье!Ужель страдать и над тобой?Ах, тяжко и одно страданье!Сентябрь 1813«Вспомни, вспомни, друг мой милый…»
Вспомни, вспомни, друг мой милый,Как сей день приятен был!Небо радостно светило!Мнилось, целый мир делилНаслаждение со мною!Год минувший – тяжкий сон!Смутной, горестной мечтоюБез возврата скрылся он.Снова день сей возвратился,Снова в сердце тишина!Вид природы обновился —И душа обновлена!Что прошло – тому забвенье!Верный друг души моей,Нас хранило Провиденье!Тот же с нами круг друзей!О сопутник мой бесценный!Мысль, что в мире ты со мной,Неразлучный, неизменный, —Будь хранитель в жизни мой!В ней тобою все мне мило!В самой скорби страха нет!Небо нас соединило!Мы вдвоем покинем свет!1 июня 1813Светлане
Хочешь видеть жребий свойВ зеркале, Светлана?Ты спросись с своей душой!Скажет без обмана.Что тебе здесь суждено!Нам душа – зерцало!Всё в ней, всё заключено,Что нам обещалоПровиденье в жизни сей!Милый друг, в душе твоей,Непорочной, ясной,С восхищеньем вижу я,Что сходна судьба твояС сей душой прекрасной!Непорочность – спутник твойИ веселость – генийВсюду будут пред тобойС чашей наслаждений.Лишь тому, в ком чувства нет,Путь земной ужасен!Счастье в нас, и Божий светНами лишь прекрасен.Милый друг, спокойна будь,Безопасен твой здесь путь:Сердце твой хранитель!Всё судьбою в нем дано:Будет здесь тебе оноК счастью предводитель!1813Рай
Есть старинное преданье,Что навеки рай земнойЗагражден нам в наказаньеНепреклонною судьбой;Что дверей его хранитель —Ангел с пламенным мечом;Что путей в сию обительНикогда мы не найдем.Нет, друзья! вы в заблужденье!Есть на свете Божий рай!Есть! и любит ПровиденьеСей подобный небу край!Там невидим грозный мститель —Ангел с пламенным мечом, —Там трех ангелов обитель,Данных миру Божеством!Не страшит, но привлекаетИх понятный сердцу взор!Сколь улыбка их пылает!Сколь их сладок разговор!В их приюте неизвестно —Что порок, что суета!Непорочностью небеснойИх прекрасна красота!1813Библия
Кто сердца не питал, кто не был восхищенСей книгой, от небес евреем вдохновенной!Ее божественным огнем воспламенен,Полночный наш Давид на лире обновленнойПророческую песнь псалтыри пробуждал, —И север дивному певцу рукоплескал.Так, там, где цвел Эдем, на бреге Иордана,На гордых высотах сенистого ЛиванаЖивет восторг; туда, туда спеши, певец;Там мир в младенчестве предстанет пред тобоюИ мощный, мыслию сопутствуем одною,В чудесном торжестве творения Творец…И слова дивного прекрасное рожденье,Се первый человек; вкусил минутный сон —Подругу сладкое дарует пробужденье.Уже с невинностью блаженство тратит он.Повержен праведник – о грозный Бог! о мщенье!Потоки хлынули… земли преступной нет;Один, путеводим предвечного очами,Возносится ковчег над бурными валами,И в нем с Надеждою таится юный свет.Вы, пастыри, вожди племен благословенных,Иаков, Авраам, восторженный мой взглядВас любит обретать, могущих и смиренных,В родительских шатрах, среди шумящих стад;Сколь вашей простоты величие пленяет!Сколь на востоке нам ваш славный след сияет!..Не ты ли, тихий гроб Рахили, предо мной?..Но сын ее зовет меня ко брегу Нила;Напрасно злобы сеть невинному грозила;Жив Бог – и он спасен. О! сладкие с тобой,Прекрасный юноша, мы слезы проливали.И нет тебя… увы! на чуждых берегахСыны Израиля в гонении, в цепяхСкорбят… Но небеса склонились к их печали:Кто ты, спокойное дитя средь шумных волн?Он, он, евреев щит, их плена разрушитель!Спеши, о дочь царей, спасай чудесный челн;Да не дерзнет к нему приблизиться губитель —В сей колыбели скрыт Израиля предел.Раздвинься, море… пой, Израиль, искупленье!Синай, не ты ли день завета в страхе зрел?Не на твою ль главу, дрожащую в смятенье,Гремящим облаком Егова низлетел?Скажу ль – и дивный столп в день мрачный, в ночь горящий,И изумленную пустыню от чудес,И солнце, ставшее внезапно средь небес,И Руфь, и от руки Самсона храм дрожащий,И деву юную, которая в слезах,Среди младых подруг, на отческих горах,О жизни сетуя, два месяца бродила?..Но что? рука судей Израиль утомила;Неблагодарным в казнь, царей послал Творец;Саул помазан, пал – и пастырю венец;От племени его народов Искупитель;И воину-царю наследник царь-мудрец.Где вы, левиты? Ждет божественный строитель;Стеклись… о, торжество! храм вечный заложен.Но что? уж десяти во граде нет колен!..Падите, идолы! Рассыпьтесь в прах, божницы!В блистанье Илия на небо воспарил!..Иду под вашу сень, Товия, Рагуил…Се мужи Промысла, предвечного зеницы;Грядущие лета как прошлые для них —И в час показанный народы исчезают.Увы! Сидон, навек под пеплом ты утих!..Какие вопли ток Евфрата возмущают?Ты, плакавший в плену, на вражеских брегах,Иуда, ободрись; восходит день спасенья!Смотри: сия рука, разитель преступленья,Тирану пишет казнь, другим тиранам в страх.Сион, восторжествуй свиданье с племенами;Се Эздра, Маккавей с могучими сынами;И се младенец-Бог Мессия в пеленах.4–5 октября 1814Моту
Здесь Лакомкин лежит – он вечно жил по моде!Зато и вечно должен был!А заплатилОдин лишь долг – природе!..Хромому
Дамон покинул свет:На гроб ему два слова:Был хром и ковылял сто лет!Довольно для хромова.Грамотею
Здесь Буквин-грамотей. Но что ж об нем сказать?Был сердцем добр; имел смиренные желанья…И чести правила старался соблюдать,Как правила правописанья!8 октября 1814Песня
Где фиалка, мой цветок?Прошлою весноюЗдесь поил ее потокСвежею струею?..Нет ее; весна прошла,И фиалка отцвела.Розы были там в сениРощицы тенистой;Оживляли дол ониКрасотой душистой…Лето быстрое прошло,Лето розы унесло.Где фиалку я видал,Там поток игривыйСердце в думу погружалСтруйкой говорливой…Пламень лета был жесток;Истощенный, смолк поток.Где видал я розы, тамРощица, бывало,В зной приют давала нам…Что с приютом стало?Ветр осенний бушевал,И приютный лист опал.Здесь нередко по утрамМне певец встречался,И живым его струнамОтзыв откликался…Нет его; певец увял;С ним и отзыв замолчал.1815Славянка[1]
ЭЛЕГИЯСлавянка тихая, сколь ток приятен твой,Когда, в осенний день, в твои глядятся водыХолмы, одетые последнею красойПолуотцветшия природы.Спешу к твоим брегам… свод неба тих и чист;При свете солнечном прохлада повевает;Последний запах свой осыпавшийся листС осенней свежестью сливает.Иду под рощею излучистой тропой;Что шаг, то новая в глазах моих картина;То вдруг сквозь чащу древ мелькает предо мной,Как в дыме, светлая долина;То вдруг исчезло все… окрест сгустился лес;Все дико вкруг меня, и сумрак и молчанье;Лишь изредка, струей сквозь темный свод древесПрокравшись, дневное сияньеВерхи поблеклые и корни золотит;Лишь, сорван ветерка минутным дуновеньем,На сумраке листок трепещущий блестит,Смущая тишину паденьем…И вдруг пустынный храм в дичи передо мной;Заглохшая тропа; кругом кусты седые;Между багряных лип чернеет дуб густойИ дремлют ели гробовые.Воспоминанье здесь унылое живет;Здесь, к урне преклонясь задумчивой главою,Оно беседует о том, чего уж нет,С неизменяющей Мечтою.Все к размышленью здесь влечет невольно нас;Все в душу томное уныние вселяет;Как будто здесь она из гроба важный гласДавно минувшего внимает.Сей храм, сей темный свод, сей тихий мавзолей,Сей факел гаснущий и долу обращенный,Все здесь свидетель нам, сколь блага наших дней,Сколь все величия мгновенны.И нечувствительно с превратности мечтойДружится здесь мечта бессмертия и славы:Сей витязь, на руку склонившийся главой;Сей громоносец двоеглавый,Под шуйцей твердою сидящий на щите;Сия печальная семья кругом царицы;Сии небесные друзья на высоте,Младые спутники денницы…О! сколь они, ввиду сей урны гробовой,Для унывающей души красноречивы:Тоскуя ль полетит она за край земной —Там все утраченные живы;К земле ль наклонит взор – великий ряд чудес;Борьба за честь; народ, покрытый блеском славным;И мир, воскреснувший по манию небес,Спокойный под щитом державным.Но вкруг меня опять светлеет частый лес;Опять река вдали мелькает средь долины,То в свете, то в тени, то в ней лазурь небес,То обращенных древ вершины.И вдруг открытая равнина предо мной;Там мыза, блеском дня под рощей озаренна;Спокойное село над ясною рекой,Гумно и нива обнаженна.Все здесь оживлено: с овинов дым седой,Клубяся, по браздам ложится и редеет,И нива под его прозрачной пеленойТо померкает, то светлеет.Там слышен на току согласный стук цепов;Там песня пастуха и шум от стад бегущих;Там медленно, скрыпя, тащится ряд возов,Тяжелый груз снопов везущих.Но солнце катится беззнойное с небес;Окрест него закат спокойно пламенеет;Завесой огненной подернут дальний лес;Восток безоблачный синеет.Спускаюсь в дол к реке: брег темен надо мной,И на воды легли дерев кудрявых тени;Противный брег горит, осыпанный зарей;В волнах блестят прибрежны сени;То отраженный в них сияет мавзолей;То холм муравчатый, увенчанный древами;То ива дряхлая, до свившихся корнейСклонившись гибкими ветвями,Сенистую главу купает в их струях;Здесь храм между берез и яворов мелькает;Там лебедь, притаясь у берега в кустах,Недвижим в сумраке сияет.Вдруг гладким озером является река;Сколь здесь ее брегов пленительна картина;В лазоревый кристалл слиясь вкруг челнока,Яснеет вод ее равнина.Но гаснет день… в тени склонился лес к водам;Древа облечены вечерней темнотою;Лишь простирается по тихим их верхамЗаря багряной полосою;Лишь ярко заревом восточный брег облит,И пышный дом царей на скате озлащенном,Как исполин, глядясь в зерцало вод, блеститВ величии уединенном.Но вечер на него покров накинул свой,И рощи и брега, смешавшись, побледнели;Последни облака, блиставшие зарей,С небес, потухнув, улетели.И воцарилася повсюду тишина;Все спит… лишь изредка в далекой тьме промчитсяНевнятный глас… или колыхнется волна…Иль сонный лист зашевелится.Я на брегу один… окрестность вся молчит…Как привидение, в тумане предо мноюСемья младых берез недвижимо стоитНад усыпленною водою.Вхожу с волнением под их священный кров;Мой слух в сей тишине приветный голос слышит;Как бы эфирное там веет меж листов,Как бы невидимое дышит;Как бы сокрытая под юных древ корой,С сей очарованной мешаясь тишиною,Душа незримая подъемлет голос свойС моей беседовать душою.И некто урне сей безмолвный приседит;И, мнится, на меня вперил он темны очи;Без образа лицо, и зрак туманный слитС туманным мраком полуночи.Смотрю… и, мнится, все, что было жертвой лет,Опять в видении прекрасном воскресает;И все, что жизнь сулит, и все, чего в ней нет,С надеждой к сердцу прилетает.Но где он?.. Скрылось все… лишь только в тишинеКак бы знакомое мне слышится призванье,Как будто Гений путь указывает мнеНа неизвестное свиданье.О! кто ты, тайный вождь? душа тебе вослед!Скажи: бессмертный ли пределов сих хранительИль гость минутный их? Скажи: земной ли светИль небеса твоя обитель?..И ангел от земли в сиянье предо мнойВзлетает; на лице величие смиренья;Взор к небу устремлен; над юною главойГорит звезда преображенья.Помедли улетать, прекрасный сын небес;Младая Жизнь в слезах простерта пред тобою…Но где я?.. Все вокруг молчит… призрак исчез,И небеса покрыты мглою.Одна лишь смутная мечта в душе моей:Как будто мир земной в ничто преобратился;Как будто та страна знакомей стала ей,Куда сей чистый ангел скрылся.Сентябрь – октябрь 1815Песня
Кольцо души-девицыЯ в море уронил;С моим кольцом я счастьеЗемное погубил.Мне, дав его, сказала:«Носи! не забывай!Пока твое колечко,Меня своей считай!»Не в добрый час я неводСтал в море полоскать;Кольцо юркнуло в воду;Искал… но где сыскать!..С тех пор мы как чужие!Приду к ней – не глядит!С тех пор мое весельеНа дне морском лежит!О ветер полуночный,Проснися! будь мне друг!Схвати со дна колечкоИ выкати на луг.Вчера ей жалко стало:Нашла меня в слезах!И что-то, как бывало,Зажглось у ней в глазах!Ко мне подсела с лаской,Мне руку подала,И что-то ей хотелосьСказать, но не могла!На что твоя мне ласка!На что мне твой привет!Любви, любви хочу я…Любви-то мне и нет!Ищи, кто хочет, в мореБогатых янтарей…А мне мое колечкоС надеждою моей.1816«Там небеса и воды ясны!..»
Там небеса и воды ясны!Там песни птичек сладкогласны!О родина! все дни твои прекрасны!Где б ни был я, но все с тобойДушой.Ты помнишь ли, как под горою,Осеребряемый росою,Белелся луч вечернею пороюИ тишина слетала в лесС небес?Ты помнишь ли наш пруд спокойный,И тень от ив в час полдня знойный,И над водой от стада гул нестройный,И в лоне вод, как сквозь стекло,Село?Там на заре пичужка пела;Даль озарялась и светлела;Туда, туда душа моя летела:Казалось сердцу и очам —Все там!..1816Песня бедняка
Куда мне голову склонить?Покинут я и сир;Хотел бы весело хоть разВзглянуть на Божий мир.И я в семье моих родныхКогда-то счастлив был;Но горе спутник мой с тех пор,Как я их схоронил.Я вижу замки богачейИ их сады кругом…Моя ж дорога мимо ихС заботой и трудом.Но я счастливых не дичусь;Моя печаль в тиши;Я всем веселым рад сказать:Бог помочь! от души.О щедрый Бог, не вовсе ж яТобою позабыт;Источник милости ТвоейДля всех равно открыт.В селенье каждом есть Твой храмС сияющим крестом,С молитвой сладкой и с ТвоимДоступным алтарем.Мне светит солнце и луна;Любуюсь на зарю;И, слыша благовест, с Тобой,Создатель, говорю.И знаю: будет добрым пирВ небесной стороне;Там буду праздновать и я;Там место есть и мне.1816Мщение
Изменой слуга паладина убил:Убийце завиден сан рыцаря был.Свершилось убийство ночною порой —И труп поглощен был глубокой рекой.И шпоры и латы убийца наделИ в них на коня паладинова сел.И мост на коне проскакать он спешит:Но конь поднялся на дыбы и храпит.Он шпоры вонзает в крутые бока:Конь бешеный сбросил в реку седока.Он выплыть из всех напрягается сил:Но панцирь тяжелый его утопил.1816Утешение
Светит месяц; на кладбищеДева в черной власяницеОдинокая стоит,И слеза любви дрожитНа густой ее реснице.«Нет его; на том он свете;Сердцу смерть его утешна:Он достался небесам,Будет чистый ангел там —И любовь моя безгрешна».Скорбь ее к святому ликуБогоматери подводит:Он стоит в огне лучей,И на деву из очейМилость тихая нисходит.Пала дева пред иконойИ безмолвно упованьяОт Пречистыя ждала…И душою перешлаНеприметно в мир свиданья.1818Песня
Минувших дней очарованье,Зачем опять воскресло ты?Кто разбудил воспоминаньеИ замолчавшие мечты?Шепнул душе привет бывалый;Душе блеснул знакомый взор;И зримо ей минуту сталоНезримое с давнишних пор.О милый гость, святое Прежде,Зачем в мою теснишься грудь?Могу ль сказать: живи надежде?Скажу ль тому, что было: будь?Могу ль узреть во блеске новомМечты увядшей красоту?Могу ль опять одеть покровомЗнакомой жизни наготу?Зачем душа в тот край стремится,Где были дни, каких уж нет?Пустынный край не населится,Не узрит он минувших лет;Там есть один жилец безгласный,Свидетель милой старины;Там вместе с ним все дни прекрасныВ единый гроб положены.Июль – ноябрь 1818<В альбом Е. Н. Карамзиной>
Будь, милая, с тобой любовь небес святая;Иди без трепета, в тебе – открытый свет!Прекрасная душа! цвети, не увядая;Для светлыя души в сей жизни мрака нет!Все для души, сказал отец твой несравненный;В сих двух словах открыл нам ясно онИ тайну бытия и наших дел закон…Они тебе – на жизнь завет священный.24 ноября 1818Жизнь
Отуманенным потокомЖизнь унылая плыла;Берег в сумраке глубоком;На холодном небе мгла;Тьмою звезды обложило;Бури нет – один туман;И вдали ревет унылоСкрытый мглою океан.Было время – был день ясный,Были пышны берега.Были рощи сладкогласны,Были зелены луга.И за ней вились толпоюСветлокрылые друзья:Юность легкая с МечтоюИ живых Надежд семья.К ней теснились, услаждалиМирный путь ее игройИ над нею расстилалиБлагодатный парус свой.К ней Фантазия леталаВ блеске радужных лучейИ с небес к ней прикликалаОчарованных гостей:Вдохновение с звездоюНад возвышенной главойИ Хариту с молодоюМузой, Гения сестрой;И она, их внемля пенье,Засыпала в тишинеИ ловила привиденьеСчастья милого во сне!..Все пропало, изменило;Разлетелися друзья;В бездне брошена унылойОдинокая ладья;Року странница послушна,Не желает и не ждетИ прискорбно-равнодушнаВ беспредельное плывет.Что же вдруг затрепеталоНад поверхностью зыбей?Что же прелестью бывалойВдруг повеяло над ней?Легкой птичкой встрепенулсяПробужденный ветерок;Сонный парус развернулся;Дрогнул руль; быстрей челнок.Смотрит… ангелом прекраснымКто-то светлый прилетел,Улыбнулся, взором яснымПодарил и в лодку сел;И запел он песнь надежды;Жизнь очнулась, ожилаИ с волненьем робки веждыНа красавца подняла.Видит… мрачность разлетелась;Снова зеркальна вода;И приветно загореласьВ небе яркая звезда;И в нее проникла радость,Прежней веры тишина,И как будто снова младостьС упованьем отдана.О хранитель, небом данный!Пой, небесный, и ладьейПравь ко пристани желаннойЗа попутною звездой.Будь сиянье, будь ненастье;Будь, что надобно судьбе;Все для Жизни будет счастье,Добрый спутник, при тебе.10 августа 1819К портрету батюшкова
С ним дружен бог войны, с ним дружен Аполлон!Певец любви, отважный воин,По дарованиям достоин славы он,По сердцу счастия достоин.<Август 1819>К портрету гёте
Свободу смелую приняв себе в закон,Всезрящей мыслию над миром он носился.И в мире все постигнул он —И ничему не покорился.Между 7 и 10 августа 1819Невыразимое
ОТРЫВОКЧто наш язык земной пред дивною природой?С какой небрежною и легкою свободойОна рассыпала повсюду красотуИ разновидное с единством согласила!Но где, какая кисть ее изобразила?Едва-едва одну ее чертуС усилием поймать удастся вдохновенью…Но льзя ли в мертвое живое передать?Кто мог создание в словах пересоздать?Невыразимое подвластно ль выраженью?..Святые таинства, лишь сердце знает вас.Не часто ли в величественный часВечернего земли преображенья,Когда душа смятенная полнаПророчеством великого виденьяИ в беспредельное унесена, —Спирается в груди болезненное чувство,Хотим прекрасное в полете удержать,Ненареченному хотим названье дать —И обессиленно безмолвствует искусство?Что видимо очам – сей пламень облаков,По небу тихому летящих,Сие дрожанье вод блестящих,Сии картины береговВ пожаре пышного заката —Сии столь яркие черты —Легко их ловит мысль крылата,И есть слова для их блестящей красоты.Но то, что слито с сей блестящей красотою —Сие столь смутное, волнующее нас,Сей внемлемый одной душоюОбворожающего глас,Сие к далекому стремленье,Сей миновавшего привет(Как прилетевшее внезапно дуновеньеОт луга родины, где был когда-то цвет,Святая молодость, где жило упованье),Сие шепнувшее душе воспоминаньеО милом радостном и скорбном старины,Сия сходящая святыня с вышины,Сие присутствие создателя в созданье —Какой для них язык?.. Горе душа летит,Все необъятное в единый вздох теснится,И лишь молчание понятно говорит.Вторая половина августа 1819«О дивной розе без шипов…»
О дивной розе без шиповДавно твердят в стихах и прозе;Издревле молим мы боговОткрыть нам путь к чудесной розе:Ее в далекой сторонеЦветущею воображаем;На грозной мыслим вышине,К которой доступ охраняемТолпой драконов и духов,Средь ужасов уединенья —Таится роза без шипов;Но то обман воображенья —Очаровательный цветокК нам близко! В райский уголок,Где он в тиши благоухает,Дракон путей не заграждает:Его святилище хранитБогиня-благость с ясным взором,Приветливость – сестра харит —С приятным, сладким разговором,С обворожающим лицом —И скромное благотвореньеС тем очарованным жезлом,Которого прикосновеньеВелит сквозь слез сиять очамИ сжатым горестью устамУлыбку счастья возвращает.Там невидимкой расцветаетСозданье лучшее богов —Святая Роза без шипов.14 сентября 1819«Взошла заря. Дыханием приятным…»
Взошла заря. Дыханием приятнымСманила сон с моих она очей;Из хижины за гостем благодатнымЯ восходил на верх горы моей;Жемчуг росы по травкам ароматнымУже блистал младым огнем лучей,И день взлетел, как гений светлокрылый!И жизнью все живому сердцу было.Я восходил; вдруг тихо закурилсяТуманный дым в долине над рекой;Густел, редел, тянулся, и клубился,И вдруг взлетел, крылатый, надо мной,И яркий день с ним в бледный сумрак слился,Задернулась окрестность пеленой,И, влажною пустыней окруженный,Я в облаках исчез, уединенный…27 ноября 1819Песня
Отымает наши радостиБез замены хладный свет;Вдохновенье пылкой младостиГаснет с чувством жертвой лет;Не одно ланит пыланиеТратим с юностью живой —Видим сердца увяданиеПрежде юности самой.Наше счастие разбитоеВидим мы игрушкой волн,И в далекий мрак сердитоеМоре мчит наш бедный челн;Стрелки нет путеводительной,Иль вотще ее магнитВ бурю к пристани спасительнойЧелн беспарусный манит.Хлад, как будто ускореннаяСмерть, заходит в душу к нам;К наслажденью охлажденная,Охладев к самим бедам,Без стремленья, без желания,В нас душа заглушенаИ навек очарованияСлез отрадных лишена.На минуту ли улыбкоюМертвый лик наш оживет,Или прежнее ошибкоюВ сердце сонное зайдет —То обман; то плющ, играющийПо развалинам седым;Сверху лист благоухающий, —Прах и тление под ним.Оживите сердце вялое;Дайте быть по старине;Иль оплакивать бывалоеСлез бывалых дайте мне.Сладко, сладко появлениеРучейка в пустой глуши;Так и слезы – освежениеЗапустевшия души.1820Море
ЭЛЕГИЯБезмолвное море, лазурное море,Стою очарован над бездной твоей.Ты живо; ты дышишь; смятенной любовью,Тревожною думой наполнено ты.Безмолвное море, лазурное море,Открой мне глубокую тайну твою:Что движет твое необъятное лоно?Чем дышит твоя напряженная грудь?Иль тянет тебя из земныя неволиДалекое светлое небо к себе?..Таинственной, сладостной полное жизни,Ты чисто в присутствии чистом его:Ты льешься его светозарной лазурью,Вечерним и утренним светом горишь,Ласкаешь его облака золотыеИ радостно блещешь звездами его.Когда же сбираются темные тучи,Чтоб ясное небо отнять у тебя —Ты бьешься, ты воешь, ты волны подъемлешь,Ты рвешь и терзаешь враждебную мглу…И мгла исчезает, и тучи уходят,Но, полное прошлой тревоги своей,Ты долго вздымаешь испуганны волны,И сладостный блеск возвращенных небесНе вовсе тебе тишину возвращает;Обманчив твоей неподвижности вид:Ты в бездне покойной скрываешь смятенье,Ты, небом любуясь, дрожишь за него.1822