Целитель магических животных

– Это не для тебя, – я увернулась от махины размером с новорожденного теленка, спасая гречку с тушенкой. – Вот, кушай на здоровье.

Ветчина с сыром шмякнулись в миску, здоровое и задорное чавканье раздалось сразу, а после – металлический лязг и скулеж. Я обернулась, неужели опять? И точно: железная миска висела на клыках, снять ее у цербера не получалось. Пришлось отставить гречку и помочь зверю. Еще одна чашка на выброс. Впрочем, железные, которые Церя прокусывал на раз, держались дольше керамических, те вообще шли в расход в моем доме.

– Вот, – наконец дошла я до Ксавьера, ставя на стол миску с подостывшей гречкой с тушенкой.

– Хорошо, а то, признаться, я начал присматриваться к василиску. Говорят, змеиное мясо по вкусу напоминает цыпленка…

– Даже не думайте! Дао неприкосновенен!

– Жаль. Но спасибо за долгожданный обед.

Мужчина взял миску и принюхался, потом попробовал.

– Да, местресс, вынужден признать, лечите вы лучше, чем готовите.

– Ну, знаете! В кухарки не нанималась! Можете не есть, если не нравится.

– Нравится-нравится! Давно не ел гречку. Недоваренную.

Я попыталась отнять миску, но Ксавьер прижал ее к себе, как величайшую драгоценность. Дао, видя происходящее, тут же зашипел.

– Все хорошо, – успокоила я василиска. – Лорд изволит шутить.

На самом деле я знала, что с готовкой у меня все плохо. Но зачем говорить об этом вслух?

– Он, смотрю, за хозяйку горой стоит, – улыбнулся Ксавьер.

– Еще бы! Мы с ним больше двадцати лет вместе.

Я протянула руку, и василиск, распушив воротник, тут же потерся об нее головой.

– Не боитесь? Пусть не окаменеть, но укусить такой вполне способен.

– Что вы, это же Дао. Он меня мамой считает, у них привязка при рождении. А он у меня на руках вылупился. – Я еще раз погладила любимца.

– Серьезно? Вы его выкормили и вырастили? – Не знаю, было ли лорду и впрямь интересно или это лишь светская беседа, к которым он, безусловно, привык за время службы при дворе, но я не видела причины не отвечать.

– Да, нашла его яйцом. Как-то сбежала из дома, я такое часто в детстве проворачивала, особенно отлынивая от занятий, – я улыбнулась, вспоминая, как меня всегда потом ругали и наказывали. Ничего, в общем-то, страшного, сладкое никогда особо не любила и вполне могла провести день-другой в одиночестве. – И бродила по лесу. Сама не знаю, как наткнулась на кладку под корягой, заросшей мхом, просто потянуло именно в то место. Тогда я еще не очень хорошо понимала природу магии, которую, видимо, и почувствовала. Там лежало пять крупных яиц, четыре разбиты и одно целое. Я даже не знала, чьих именно. Честно говоря, надеялась, что это дракон. Не спрашивайте почему, – отмахнулась я, видя поднятые брови пациента.

– Я прекрасно вас понимаю, – Ксавьер улыбнулся тепло и сыто, откладывая пустую миску. – Какой ребенок не мечтает в детстве о ручном драконе? Всем нам читают сказки о прекрасных летающих существах.

– И вы?

– И я. Все время думал: каково это – иметь собственного дракона, на котором можно подняться в небо и улететь далеко-далеко.

– А еще спалить целые города…

– Об этом я не думал. Мне читали добрые сказки о крылатых огромных ящерах. Только потом я узнал, какими недобрыми они могут быть…

– Их сделали такими люди. На самом деле ни одно животное не нападет на человека без причины. – Какой-то странный и грустный разговор у нас выходит.

– Согласен. Люди вообще плохо влияют на окружающий мир. Так что с Дао? Как вы заставили его вылупиться из яйца?

– Да, – тут уже улыбнулась я. – Принесла домой и начала создавать для него условия. Конечно, спрятала на чердаке. Думаю, узнай родители о яйце сразу – выкинули бы не задумываясь. Так что я за ним ухаживала, завернула в свой полушубок, но никто так и не вылуплялся. Тогда я поняла, что нужно что-то еще, и пошла искать книги в библиотеке. Перерыла все, целую неделю искала, но нашла. Это была история драконов. И там как раз говорилось, что ящеры не вылупляются, пока не накопят достаточно магии. Основы магического искусства к тому моменту я знала, так что, не придумав ничего лучшего, начала делиться с яйцом магией. И он вылупился.

Этот момент я помню особенно хорошо. Как в очередной раз гладила яйцо, передавая силу, и на скорлупе появилась трещина, а внутри почувствовала отчетливое шевеление. Наверное, другой нормальный ребенок испугался бы. Я же стояла на коленях и сгорала от нетерпения увидеть своего дракона. А вылезла змея. Точнее – маленькая змейка. Крохотная такая, смешная, с воротником. И сразу заползла мне на руку.

Я с нежностью посмотрела на Дао: полкровати сейчас занимает в свернутом виде, а когда-то практически умещался в ладони семилетней девочки.

Именно в то время, когда заботилась сначала о яйце, потом о змее, еще не зная, что это на самом деле василиск, я осознала свое призвание: хочу лечить животных! Тогда я как-то не думала, что к ним, как правило, прилагаются хозяева, и это уже совсем другой коленкор.

– Скрывала я его почти год, пока не затеяли большую уборку на чердаке, – продолжила я, вынырнув из приятных воспоминаний. – Тогда-то Дао и нашли…

Какой сразу начался переполох! К тому моменту я уже знала, что это василиск. Спасибо папе, купившему по просьбе дочери большой справочник существ. Сначала обычных, а затем магических, в котором я и обнаружила рисунок точь-в-точь моего Дао. И дико обрадовалась, что это не простая змеюшка, а настоящий василиск! Заодно по характерным признакам воротника и окраса узнала, что у меня живет самец. Почему-то я решила, что это девочка, наверное, потому что хотела сестренку. Но с сестрой не сложилось, в тот год у меня появился вредный и вечно орущий младший брат.

– И как, позволили оставить? – вопрос Ксавьера нарушил затянувшуюся паузу в рассказе.

– С трудом. Родители были в ужасе от нашего жильца. Ругались, кричали, что кто-то мог пострадать. Я доказывала, что Дао безобиден. А в конце сказала, что если они посмеют его выбросить – я тоже уйду из дома.

– Сработало?

– Да. Отец велел соорудить террариум, а заодно присмотреться ко мне и к моим способностям.

В отличие от матери, мечтавшей сделать из меня светскую леди, блистающую при дворе, отец всегда разумнее и практичнее подходил к моему воспитанию и образованию. Именно он разглядел во мне эмпатический дар, а заодно и неплохой магический резерв. Правда, в его планы на меня зооцелительство не входило. Применение моим талантам можно было найти и получше, с его точки зрения. И пожалуй, это был первый раз, когда наши с ним взгляды кардинально разошлись.

– Значит, вы остались дома, – подвел итог Дагье.

– Типа того, – кивнула я, снова утекая по реке памяти в свое детство.

На самом деле это лишь отсрочило мой побег. К четырнадцати, поняв, что светской дивы из меня не выйдет, а мои увлечения стали совершенно неподобающими, мама все чаще начала заговаривать о жречестве. Моего эмпатического дара как раз хватало для прохода в послушницы храма. Видимо, матушка считала, что иметь дочь-жрицу (а она отчего-то полагала, что я непременно добьюсь высот на этом поприще, пусть эмпатия моя едва дотягивала до нужного там минимума) лучше, чем иметь дочь-зооцелителя. На обычного целителя она бы еще согласилась. Как же, благородное дело, лечение людей и спасение жизней. Тратить время и дар на животных казалось ей ниже моего достоинства. Или ее достоинства, ведь я же ее дочь.

Решив не дожидаться, пока меня отвезут в ближайший храм ушедших богов, я собрала вещи и в ночи покинула дом. Сложнее всего оказалось с Дао, к тому моменту он вымахал до двух метров, и скрыть его присутствие где-либо было проблематично. Пришлось временно пристроить его в террариум академии, куда я поступила, немного подделав документы – до поступления мне не хватало одного года, даже меньше. Людей младше пятнадцати в академию не брали даже самых одаренных, считается, что дар еще не окончательно стабилизировался, чтобы постигать магию высшего порядка. Так что теперь с момента поступления дата моего рождения сдвинулась на девять месяцев – я затерла ноль и сделала из десятки единицу. Получалось, что не хватало всего-то месяца до нужных пятнадцати лет, на это приемная комиссия посмотрела сквозь пальцы, благо способности к магии у меня оказались почти самые высокие на потоке. Сильнее меня поступил лишь один человек. Тогда я, как и все девчонки, вытягивала шею, чтобы лучше разглядеть самого сильного студента-первокурсника, обладавшего в придачу смазливой внешностью. И помню его пристальный, очень внимательный взгляд, когда меня следом за ним второй вызвали получать студенческий жетон.

Эх, где вы, мои юные годы? Остались где-то далеко, вместе с загубленной этим смазливым гадом молодостью.

– Местресс, все хорошо? – Ксавьер вывел меня из задумчивости. Как-то одна история потянула за собой совсем другие, ненужные воспоминания.

– Да, извините, отвлеклась. – Я уж было хотела забирать тарелки и уходить, но лорд не собирался меня так просто отпускать.

– Кстати, тут у вас довольно пыльно, – пациент обвел глазами небогатую обстановку.

– Дао не жаловался, – отрезала я.

Работа тряпкой точно не входила в мои ближайшие планы. Внизу-то чистота поддерживалась артефактами, делающими воздух стерильным, но ставить их по всему дому выходило слишком накладно.

– Ладно, сам протру, – ошарашил меня Дагье. Хотела бы я на это посмотреть: лорд Тайны занимается уборкой. В самом прямом смысле слова, а не как обычно. – Местресс, это не все мои просьбы, – начал издалека мужчина, я с самым скептическим видом скрестила руки на груди. Что еще он попросит? – Мне нужна нормальная сменная одежда: та, что есть, испорчена.

– И где я вам, не привлекая внимание, раздобуду мужскую одежду? – Вопрос «На что?» решила пока не задавать. У меня и на нормальную зимнюю куртку для себя денег пока не набиралось.

– В моем поместье, – просто ответил лорд.

– Чего? Вы предлагаете мне отправиться в поместье? Может, еще и проникнуть туда незаметно?

– Не надо проникать, – поспешно начал пациент, видя, что я развернулась и собираюсь уходить. – Вы же лечите Фарго, вот и проверите, как он. А я заодно записку передам, чтобы вам аванс выписали. Тысячу марок.

– Пишите записку на полторы. И сотню за поездку туда-обратно.

Да, я знаю цену себе и своим услугам.

Но вообще, надо было сразу требовать стопроцентную предоплату. Вот что значит отсутствие опыта общения с людьми. Уверена, Рози бы не растерялась.

Записку мне высокий лорд передал, и я с трудом удержалась от усмешки – письмо зачаровано, и развернуть сложенный лист мог только адресат сообщения. Какая секретность, право слово! Небось количество подштанников указал и постеснялся, что прочту. Или визит мой не столь прост и стоит потребовать доплату за молчание?

Примечания