Целитель магических животных

Эх, помнится, матушка тщетно пыталась отдать меня в жрицы, что при всех нюансах казалось ей лучше, чем зооцелительство. И ведь засунула бы, не сбеги я из дома…

– Прости, дружок, – я погладила зверька по мягкой макушке с округлыми бархатными ушками и навела легкий сон. Зачем нервировать животное?

Лапу предстояло остричь, чтобы шерсть не мешала, а затем обработать противоожоговой мазью и наложить специальную повязку. Магические животные быстро регенерируют, но недельку на перевязку он ко мне походит.

Закончив, я потянулась будить тануки, как дверь распахнулась и с силой ударилась о стену. В приемную зашли люди в характерной форме тайной стражи. Тайной она являлась только по названию, на деле вполне явная, охотящаяся на государственных и особо опасных преступников организация.

И по тому, как уверенно они прошли ко мне, я осознала, что дело плохо. Видимо, переборщила я вчера с демонстрацией, сочли покушением на наследника престола…

Заламывающая руки бледная Рози несмело подошла к двери, не решаясь пройти дальше. За ней виднелись любопытные хозяева, старающиеся разглядеть, что же происходит. Народ всегда охоч до хлеба и зрелищ.

– Местресс, вы идете с нами, – ультимативно заявил один из троих мужчин.

Черная одежда с нашитыми на груди скалящимися ищейками. А ведь не простые ищейки, анаудские волкодавы – магические твари и просто твари, жестокие и беспощадные. Я невольно сглотнула. Доигралась.

– Могу я закончить прием?

– Нет.

Я дотронулась до тануки, и зверек приоткрыл сонные глазки, не до конца понимая происходящее. Везет ему.

Медицинскую карту я заполнить не успевала, как и дать рекомендации хозяину. Впрочем, не о том думаешь, Линда. Тут проблемы посерьезнее.

Я сняла халат и кивнула стражам. Три сильных боевика – других туда не берут – пока не спешили меня связывать или чего там полагается в таких случаях.

– Ваши принадлежности здесь? – Молодой мужчина, да что там, парень чуть старше вчерашних учеников подхватил мой саквояж.

– Да. – Смысл отпираться? Пусть видят, что я готова сотрудничать.

Да и ничего из запрещенки я в нем не держала. Кажется. Я нервно покосилась на саквояж, который страж и не думал мне передавать. Оставалось лишь уповать на собственную разумность, что я когда-то не сунула в него то, что может усугубить мое и без того незавидное положение. И заступничество ушедших богов, которых я как-то подозрительно часто поминаю в последнее время.

– Идемте, местресс. – Даму любезно пропустили вперед, и мне ничего не оставалось, как направиться к выходу.

– Местресс… – Помощница была растеряна и напугана.

– Рози, пожалуйста, отмени все на сегодня и закрой клинику.

Я надеялась, что тон мой получится спокойным и уверенным. Все же держать лицо меня учили с детства. Правда, с лицом и манерами у меня всегда плохо получалось. То ли дело с животными.

Перед входом стоял полностью закрытый экипаж. Окошки на дверях забраны решеткой. Даже солнце, казалось, тускнело на его фоне. Или это у меня в глазах темнеет от волнения? Собраться, дышать глубоко и не нервничать.

Внутри обнаружились вполне удобные сиденья. Я со стражем села на одну сторону, напротив расположились двое других с моим саквояжем. Экипаж резко тронулся, и мы прямо-таки понеслись вперед так, что меня вжало в кресло.

Когда я немного привыкла к скорости и к окружению (нельзя же бояться вечно!), решилась на вопрос:

– А куда меня везут? – продолжение вопроса «И за что?» – пока отложила.

– Скоро увидите, – последовал сухой ответ.

Ну что ж, сюрприз – так сюрприз.

Вид из окна через решетку навевал не лучшие мысли и ассоциации. Разглядывать своих конвоиров было некультурно и чревато, пусть я и попробовала бросать короткие взгляды. Внимания на меня не обращали, сидели молча и абсолютно безразлично. А я поймала себя на мысли, что все они используют маскирующие артефакты. Вроде смотрю на каждого, но стоит лишь перевести взгляд на другого, как забывается внешность первого и так далее. За всю дорогу я только и запомнила, что двое конвоиров светловолосые, а один темный. Одинаковая форма окончательно сливала спутников, делая их безликими.

Когда экипаж столь же резко остановился, я не удержалась и влетела во впереди сидящего мужчину.

– Вы в порядке, местресс? – участливо спросил попутчик.

– Да. – Я резко отпрянула обратно на сиденье и выдавила улыбку.

Страж с саквояжем, на которого я грохнулась, первым покинул экипаж и протянул мне руку, помогая выйти. Я отказываться не стала, вежливость – наше все. И хорошо, потому что на выходе чуть не споткнулась.

Меня привезли к какому-то особняку, совсем не похожему на тюрьму. Напротив, особняк, построенный несколько веков назад из белого и голубого камня, поражал своей красотой и воздушностью. Тонкие плавные линии, стремящиеся вверх, башенки, шпили, стрельчатые окна, – и все это украшено резьбой и узорами, будто накинутым кружевом. Нет, тайная стража здесь точно не базируется, или я ничего не понимаю в жизни.

Стоило пройти на территорию через кованые ворота, к нам тут же устремился не то дворецкий, не то управляющий.

– Почему так долго? – На немолодом лице с глубокими морщинами, густыми бровями и крупным носом читалось неудовольствие.

– Мы прибыли максимально быстро, – отрапортовал один из стражей.

Тот, кто нес мой саквояж, передал его встречающему мужчине. Он крякнул от тяжести, а я невольно протянула руки к своему сокровищу – столько там было ценных, но хрупких вещей, что доверять его неизвестно кому не собиралась. Впрочем, саквояж мне отдали с видимым облегчением.

– Я управляющий данного поместья, Адам Грид, местресс, – слегка поклонился мужчина, – можете обращаться ко мне, если что-то понадобится.

Это что-то новенькое. Ждать, пока я представлюсь, никто не собирался, управляющий круто развернулся и пошел в сторону от основного здания. И вроде бы все самое худшее позади, но меня не отпускало плохое предчувствие. Абы к кому тайная стража под конвоем не доставляет. Но оставаться в неизвестности я не хотела.

Правда, на вопрос, где я и с какой целью, внятного ответа мне не дали, опять сказав, что скоро все увижу и узнаю.

– А пока же предлагаю насладиться великолепной архитектурой эпохи падения драконов. Слева от нас основное здание, выполненное…

Я стиснула зубы. Меньше всего сейчас хотелось слушать исторический экскурс. К тому же архитектура меня никогда не привлекала, а сама эпоха падения драконов была на редкость кровавой и разрушительной. Южные государства до сих пор не оправились. А все оттого, что люди вздумали подчинить драконов и использовать их во зло. Эту историю, после которой драконов в нашем мире почти не осталось, а те, что остались, обособленно жили далеко на севере, знал каждый ребенок. Но не каждый человек догадывался, что именно целители магических животных разработали оружие против летающих богов, за которых почитали драконов наши предки.

Впереди показалась очень характерная постройка – конюшни с внутренним двором, накрытым куполом. Осенившая догадка несколько примирила с действительностью: кого держат в таких условиях, мне было отлично известно.

Меня вели в конюшни с таким видом, будто в королевский дворец, не меньше, рассказывая многовековую историю поместья и его обитателей и периодически поглядывая, проникаюсь ли я пафосной речью. Я для вида слушала, но на самом деле мне было глубоко плевать, когда, что и кем здесь построено. Тоже мне, шедевр архитектуры. Да я в королевском дворце частый гость, спасибо виверне и королевским отпрыскам.

Двери конюшен передо мной распахнули и с придыханием пригласили внутрь, сообщив, что конюшенный ансамбль был заложен три века назад тогдашним хозяином и по совместительству предком нынешнего. Пока что должного трепета, соответствующего моменту наивысшей значимости, я не испытывала. Конюшни как конюшни, ничего особенного, и запах тоже вполне обычный для таких мест. Ровно до тех пор, пока не увидела его…

А дворецкий продолжил речь:

– Перед вами Ксавьер Дагье, наследник одного из древних родов, высший маг Мильдара, лорд Тайны и третий советник его величества.

– Подумать только! Это огромная честь и несказанная удача! Никогда не думала, что встречу живую легенду! – Я не могла сдержать эмоции, ведь передо мной стоял… – Потрясающе! Настоящий черный пегас!

Не глядя ни на кого, я подошла к чуду, злобно сопящему, переступающему с ноги на ногу и бьющему длинным пышным хвостом. Нехарактерный для традиционно белых крылатых коней черный цвет отливал на солнце всеми цветами радуги. Судя по отставленному правому крылу, неестественно вывернутому с поредевшими перьями, у мальчика имелись с ним серьезные проблемы.

– Простите, не расслышала, кто его хозяин и как его зовут?

Я деловито оглядела присутствующих в поисках того, кто будет подписывать мне разрешение на лечение питомца. И оплачивать мою работу, естественно. Один неприметно одетый высокий мужчина шагнул вперед. По одежде – простой, пусть и ладно скроенной из добротной ткани, в нем сложно признать владельца старинного особняка и баснословно дорогого питомца. Но осанка, манера держаться, спокойные жесты и взгляд выдавали в нем человека непростого. В остальном облике также чувствовалась древняя и сильная кровь, почти не разбавленная и не испорченная случайными связями с низкими сословиями: давно не стриженные светлые волосы с серо-голубым оттенком, ярко-синие глаза, прямой нос и квадратный подбородок с плотно сжатыми губами.

– Ксавьер, – без лишних титулов представился хозяин. – И мне тоже очень приятно.

Судя по сухому тону, ему было не очень приятно и радостно проигрывать собственному питомцу. Но черному пегасу какой-то человек (пусть и не самый простой) не конкурент.

– Взаимно, – не стала я тратить время на расшаркивания. – Проблемы с крылом? Как давно и из-за чего начались?

– Проблемы начались неделю назад, неудачное приземление, – четко и по делу ответил Ксавьер, чем меня несказанно порадовал.

– А почему только сейчас обратились к целителю? – Параллельно я открывала саквояж и доставала необходимые для осмотра инструменты.

– Я пытался вылечить его сам, – с заминкой, но все-таки признался мужчина.

Я так выразительно закатила глаза, что управляющий кашлянул в кулак, призывая меня к порядку.

Очки для лучшего видения циркуляции магии нуждались в настройке. Большим количеством магии, чем пегасы, обладают только драконы. Ни с теми, ни с другими я еще не работала. А значит, пока длится настройка линз, у меня есть несколько минут, чтобы объяснить клиенту всю глубину его заблуждений.

– Во-первых, мы потеряли неделю, за которую изменения могут стать необратимыми или трудно восстановимыми. Во-вторых, своими действиями вы могли навредить зверю, принципы лечения людей, даже если они вам известны, не всегда подходят существам. В-третьих, могли бы просто не экономить на любимце.

– Мы были в походе, и профессиональных целителей для магических животных там, к сожалению, не нашлось, – ровно ответил хозяин пегаса. – Надеюсь, вы поставите его на крыло. Поверьте, я не собираюсь экономить на Фарго и заплачу любую цену.

Хотелось бы надеяться…

– Я сделаю все, что в моих силах.

Стандартная фраза, но я всегда говорила ее искренне, никогда не жалея себя и выкладываясь по полной.

– Выйдите все, вы искажаете мне магические потоки.

Зарождающиеся возражения Ксавьер задавил на корню и вышел первый. Все-таки он разумный хозяин, это радует.

– Ну что, красавчик, значит, тебя зовут Фарго.

Пегас переминался с ноги на ногу и недовольно сопел. Не думаю, что он легко подпустит к себе постороннего, особенно в отсутствие хозяина. Но я же не кто-то с улицы, я целитель с выраженным эмпатическим даром.

Только вот пегас, относящийся по общепризнанной классификации к полуразумным, это вам не тануки. С ним так легко не подружишься. Но подобные сложности я воспринимала как вызов.

Очки давно настроились на брюнетистого красавца, показывая, что пусть некий магический дисбаланс в крыльях присутствует, но совершенно небольшой и поправимый. Ну а с переломом костей я справлюсь. Правда, сращивать придется очень осторожно, малейшая неточность – и летные качества пегаса заметно ухудшатся. А это уже не только и не столько безопасность животного, но и безопасность наездника. Кто он там? Какой-то очередной лорд, кажется. Везет мне на лордов в последнее время. Даже слишком везет. Поменьше бы, честно говоря.

Тем временем Фарго привыкал ко мне, постепенно приближаясь и принюхиваясь. Глаза из-под густой смоляной челки блестели, как сапфиры, ноздри то и дело расширялись. Да-да, от меня пахнет множеством интересных запахов. Как минимум – другими зверушками. Я не торопилась подходить и даже руку не протягивала. Ему интересно и хочется понюхать? Пусть подходит сам. Кто из нас шикарный жеребец, в конце концов?

Так что, оперевшись о стенку денника, я наблюдала поверх очков, как Фарго шаг за шагом приближается ко мне. Затем подходит вплотную, склоняется к моим волосам и с шумом втягивает воздух. Потом за ухом, чтобы разобрать мой личный запах, без примесей чужих. Опустился к шее, щекоча своей длинной гривой, которая так и норовит залезть уже в мой нос и глаза. Но я терпела, пусть очень хотелось передернуться – с детства страшно боюсь щекотки. Никаких резких движений – главное правило зооцелителя.

Нанюхавшись вдоволь, пегас поднял голову, и наши глаза оказались на одном уровне.

– Итак, Фарго, – медленно произнесла я, зная, что на имя он среагирует точно, – ты меня изучил, теперь моя очередь.

Пегас фыркнул, как бы говоря: «Да, пожалуйста».

И получив самое главное разрешение, я, посылая обезболивающие импульсы, потянулась к крылу.

Пегас ощутимо напрягся, его недовольство я прямо-таки чувствовала всей кожей. Все-таки стояли мы почти вплотную, и эмпатическое восприятие у меня было обострено, как никогда.

Я даже умудрилась уловить не просто весь спектр эмоций Фарго от страха боли до любопытства, но и почти незримую связь с наездником.

«Все будет хорошо», – будто нашептывал ему хозяин. И пегас успокаивался.

Осторожно дотронулась до больного крыла, явно причиняющего Фарго неудобство – попробуй, подержи крыло на отлете! Рука устанет через минуту, что говорить про сложно устроенное крыло?

Перелом был. Неприятный такой, в середине крыла на плечевой кости. Видимо, оно вывернулось, а по-птичьи тонкие и полые косточки не выдержали. Местами они треснули, а ближе к суставу дошло до открытого перелома, начавшего, к нашему общему несчастью, неправильно срастаться. И сустав выбит – но это меньшая из проблем.

Наверное, пегаса следовало усыпить, только стоило мне потянуться к его лбу, как животное отпрянуло, разгадав мои намерения. Впрочем, ничего странного в подобной прозорливости: не одна я обладаю эмпатией, у кое-кого она развита получше моего, раз смог установить связь с наездником. Что-то мне подсказывало, что это заслуга именно пегаса. Тот лорд не был эмпатом, иначе я бы чувствовала и его.

– Тогда стой смирно! – приказала я Фарго.

И, не удержавшись, все-таки дотянулась и потрепала густую шелковую челку. Повезло же кому-то с шевелюрой!

Крыло я магически зафиксировала. Не то чтобы не доверяла пегасу, боль он не почувствует, да и как настоящий выдрессированный боевой конь сможет удержать себя в копытах. Но зачем ставить операцию под угрозу? Правда, фиксация требует много сил, а фиксация в подвешенном состоянии – и того больше, но я не привыкла экономить и беречь себя во время работы. Да еще при таких непростых манипуляциях.

Пегас недовольно сопел и кряхтел, но даже заржать полноценно не мог, фиксация не позволяла ему пошевелиться или открыть рот. Очень удобно, хочу заметить, особенно против кусачих. А кусаются лошади и иже с ними так, что многие хищники позавидуют.

Собирать кость пришлось, как мозаику, по маленьким кусочкам, предварительно заново разделять, сращивать, заживлять трещину. Регенерация у таких существ высокая, но порой вреда от нее больше, чем пользы. С костями закончено. Заново скрепила мышечную ткань. Затем настала очередь сустава.

Итак, крыло готово, назовем данный этап так. Да вот только циркуляция магии никак в норму не возвращается… Эх, не проходит даром самолечение.

Кто-то слишком топорно воздействовал магией, наверняка из лучших побуждений, но получилось именно так, как обычно в таких случаях и бывает. Магические животные – существа нежные, с тонкой организацией, с ними чуть баланс нарушишь – и все наперекосяк идет.

Я начала вытягивать из пегаса магию, которой хозяин щедро поделился, из-за чего магические каналы, образно говоря, забились, и циркуляция магии замедлилась. Шел процесс туго и медленно: насильный отъем – дело непростое, если речь идет не о кровавых ритуалах и некромантии. А главное, сил на это действо тратится немерено.

– Вроде все, – выдохнула я, буквально повиснув на черной бархатистой шее. Сняла наконец фиксацию, а вот с отменой обезболивания решила повременить, все же процедура сращивания костей не из приятных. – Я тут посижу немного, – предупредила Фарго, опускаясь на пол и приваливаясь к перегородке. – Три минутки, ты ведь не возражаешь?

Глаза закрылись как-то сами, веки просто опустились, а подняться уже не смогли.

Когда я открыла глаза, то не сразу поняла, где я и что произошло. Вроде последний раз была на конюшне и сидела на полу, а теперь ни пола, ни конюшни, ни сена, ни пегаса.

Я лежала на шелковых простынях шикарной кровати с балдахином. Простыни с кружевом, балдахин с вышивкой, пахнет вокруг приятно, а главное – чем-то съестным. Источник замечательного запаха нашелся прямо на тумбочке на серебряном подносе под серебряным колпаком. Там же нашлись приборы и еще цветок какой-то белый с очень пушистой головкой. Я в нелекарственных растениях не сильна, так что, сразу определив его как несъедобный и бесполезный, отодвинула в сторону. Под колпаком оказались нежнейшее мясо, сырные шарики и овощи. Только съев все, а затем собрав хлебным мякишем подливу, я начала нормально соображать.

Значит, перерасход. Странно, со мной такого курса с третьего не случалось. Видимо, пегаса и его магические способности я серьезно недооценила. Или переоценила свои. Но все равно странно, резерв у меня большой, удивительно, что не заметила, как все потратила. Наверное, нервы сыграли свою роль, притупив восприятие.

Лежала я, что примечательно, в одежде. Это обнадеживало. Не люблю, когда меня трогают без разрешения и тем паче ведома. И просто не люблю прикосновения.

Ладно, хватит отдыхать. К тому же шикарные комнаты всегда навевали на меня тоску, слишком напоминая о доме. А с домом у меня имелись самые разные ассоциации – как хорошие, так и не очень.

Стоило выйти за дверь, передо мной, будто из ниоткуда, возник управляющий. Наверняка какую-то сигналку поставили. Или маячок на меня, надо будет проверить свой магический фон, как вернусь домой. А то богатым и влиятельным только волю дай, начнут следить за всем и каждым.

– Местресс, лорд Тайны Ксавьер Дагье ожидает вас в малой столовой.

И за повтор полного имени и должности клиента я была искренне признательна. А то неловко как-то вспоминать, как там его зовут. К тому же лорд Тайны…

Высокий лорд сидел в просторном помещении, в богатых домах считающемся «малым». Окна выходили в сад, на первый взгляд кажущийся диким. Но только для неискушенной публики, ни разу в настоящих диких местах не бывавшей. Я же лишь улыбнулась чужим стараниям имитировать первозданную природу.

При моем появлении лорд поднялся и лично отодвинул для меня стул.

Памятуя о недавнем обильном перекусе, я готовилась ковыряться в тарелке, но подали только чай и десерт из небольшой горки пирожных.

– Местресс, я искренне благодарю вас за помощь. Как ваше самочувствие?

– Вполне нормальное. Со мной такое редко случается, обычно я строго контролирую расход магии. – Надеюсь, прозвучало убедительно, а то примет меня за дилетантку, не соблюдающую азы техники безопасности.

– Вы очень напугали нас, – лорд, будто назло, не спешил уходить от неприятной мне темы. – Когда Фарго начал подавать тревожные сигналы, я меньше всего ожидал увидеть вас без сознания. И лично донес до гостевых покоев.

Без знания о том, что высокий лорд таскал меня на руках, я бы точно как-нибудь прожила. А если он полагает, что подобным образом можно скостить часть оплаты – пусть даже не надеется.

– Благодарю за заботу, но не стоило так напрягаться.

– Что вы, местресс, вы совсем ничего не весите, – возразил мужчина. – Думаю, вам стоит лучше питаться. – Это намек на мою худобу? – Вы все съели, что вам оставили в комнате?

– Да. – Собеседник начинал напрягать. Вот что он ко мне, спрашивается, привязался? Или лорд пытается показать, что он лучше пегаса?

– Тогда, надеюсь, вы не откажетесь от десерта? У меня великолепный повар, а это мои любимые пирожные.

– Благодарю, лорд Дагье.

– Для вас просто Ксавьер.

Я ничего не ответила на любезность, позволять обращаться к себе по имени в ответ тем более не собиралась. Терпеть не могу, когда клиенты начинают проявлять фамильярность или пытаться нарушить мое личное пространство. И то и другое лорд Тайны делал легко и без зазрения совести.

Пирожные были и впрямь хороши, но есть под пристальным взглядом неприятно. Хотелось побыстрее закончить с глупым церемониалом и вернуться домой. Наверное, с кем другим я бы не стала столь щепетильно соблюдать приличия, а просто потребовала бы оплату и ушла. Но больно не хотелось второй раз встречаться с анаудскими волкодавами в человеческом обличье.

Дагье скорее для вида держал чашку и блюдце в руках. При этом он внимательно, на грани приличного рассматривал меня. Я почувствовала легкий магический импульс, направленный в мою сторону, и без колебаний выставила щит. И пусть зооцелители чаще всего игнорировали боевые искусства, но я-то знала, что в нашем деле и в моей жизни в частности умение защитить себя лишним точно не станет.

В глазах мужчины появился неподдельный интерес, лорд даже чашку на стол поставил, а я мысленно приготовилась отбивать новые заклинания. Но к чести Дагье, других импульсов не последовало. Пора бы переходить к главному. К счастью, пирожные не бесконечные.

– Имеются ли у вас вопросы по проделанной мной работе? – напомнила мужчине, для чего я здесь.

– Что вы, местресс, я полностью удовлетворен. Крыло уже сейчас выглядит значительно лучше, а Фарго бодрее.

– В таком случае я пришлю счет за свои услуги. Предпочитаю оплату через Миасский банк.

Вот и пришла пора отыграться за все мои утренние переживания.

– Я же обещал, что не стану экономить на Фарго, – пожал плечами лорд.

– Пятьсот за лечение и столько же за сорванный приемный день.

Чтобы всякие высокие лорды не повадились меня из клиники посреди рабочего дня вытаскивать, пользуясь служебным положением.

– Хорошо. Думаю, это справедливая цена для одного из лучших целителей, – лорд Тайны отсалютовал мне чашкой.

А он начинает мне нравиться. Первую проверку выдержал.

– Также я запишу рекомендации для скорейшего восстановления крыла и летных качеств. Их все следует неукоснительно выполнять.

Бумага и карандаш появились передо мной через минуту, Дагье клятвенно пообещал выполнять и лично следить за питомцем. А через две недели явиться на прием. В клинику.

– И запомните главное: никаких полетов!

– Это само собой, за кого вы меня принимаете? – искренне возмутился лорд.

За бестолкового хозяина, коими являются девяносто девять и девять десятых процентов владельцев магических животных. Но данное наблюдение я оставила при себе.

На этом мы с лордом Тайны расстались, как я надеялась, на две недели.