Ее проклятье. Его истинная

– Я сжег твою деревню, – сообщил Арвер сыну. – Ты, видно, заснул на «Тактике ведения боя». Или учителя из рук вон плохо делают свою работу.

– Может быть, я пожертвовал деревушкой, которую и так все покинули, чтобы не портить дипломатических отношений с самолюбивым тираном, – прищурился Дитмор. – Или второй вариант… пока тот упивается победой, я зайду с левого фланга и отрежу передовой отряд. И главнокомандующий останется с неприкрытым задом.

– Какое коварство! – восхитился король. Он хотел добавить еще что-то, но тут двери в кабинет распахнулись.

Почтительный страж сообщил:

– К вам звездочет Хорез, желает на личный визит.

– Запускай, – махнул рукой король, – может, он к нам присоединится.

В «Сражение» можно играть втроем и даже вчетвером: сколько сторон у поля, столько и армий допускается в эту войну.

Кроме фигур воинов и мирных жителей есть еще фишки магии, которые даются за определенное число удачных ходов.

Игра сложная и очень увлекательная.

Арвер Второй и Дитмор бились уже почти три часа, с самого завтрака, и не собирались покидать поле сражения до обеда. А может, и перенести трапезу прямо сюда бы велели.

Так что и приход звездочета их не заставит прерваться.

Старик выглядел взволнованным.

– Сияния вам, великие, – сказал он положенное приветствие. – Важную весть я вам принес.

– Присядь и рассказывай все обстоятельно, – король указал на стул с высокой спинкой и вздохнул. Видать, придется сделать паузу. Пока звездочет делает свой доклад, разве можно сосредоточиться на боевой тактике? Ушлый сын тут же воспользуется отцовской рассеянностью.

– Сегодня всю ночь я беседовал со звездами, пока Лоритал не окрасил своими лучами небесную гладь, – начал Хорез, – и мои скрижали заговорили со мной.

– Конечно, если не спать постоянно, с тобой и сапоги беседовать начнут, – придрался к словам мудреца король, который все еще был недоволен появлением служителя магии звезд так невовремя.

– Я понимаю, мой король, что обряды со звездами кажутся вам порою нелепыми, – серьезно сказал Хорез, – но прошу вас поверить в пророчество.

– Пророчество? – кронпринц отвел глаза от доски с фигурами. Во взгляде его читалась мыслительная работа, которую он никак не желал или не мог прекратить. Молодой стратег в уме уже разбил королевскую армию и поработил мирное население.

– Оно касается вас, Дитмор, – звездочет многозначительно посмотрел на кронпринца. – Вы уже пришли в себя после сердечного приступа в полной мере?

– Сердечный приступ? – король изумленно уставился на сына. – И как ты с ним справлялся? С помощью надушенного платочка?

Дитмор скрипнул зубами. Надо было старику сейчас вспоминать о его позоре! Теперь отцовских насмешек не оберешься.

Это на людях Арвер Второй – сама сдержанность. Он может полдня простоять в своей ложе, наблюдая праздник, и ни один мускул на лице не дрогнет. А в общении с семьей и близкими Его Величество совсем другой.

Тигриная сущность, что живет в каждом Меелинге мужеского пола, помимо отваги и полного бесстрашия привносит в человеческую ипостась еще и кошачьи замашки. К ним относятся любовь к играм и желание подзадорить собеседника, порой и поглумиться над ним. Как кошке с мышкой.

– Кронпринц вчера на закате Лоритала ощутил укол в сердце. И это было связано с рождением его истинной.

– Что? – король выглядел разочарованным. – Моя будущая сноха только родилась? Это ж сколько мне ждать теперь внуков? Да и что станет с Дитом, пока девица вырастет и сможет за него выйти!

– Не волнуйтесь, повелитель, – сделал успокаивающий жест звездочет. – Рождение истинной не означает, что девушка только-только появилась на свет. Это Искра спустилась с небес и оставила на ней метку, чтобы Единственный смог узнать свою истинную возлюбленную. Но кроме этого знака боги дадут и другие.

– Событие, конечно, торжественное, – Арвер Меелинг склонил голову набок. – Но почему ты настолько встревожен, друг мой? Женитьба на истинной – обычное для оборотня дело. Не всегда желанное, но необходимое.

– Звезды сказали мне, что этот союз будет непростым, но он благословлен Небесами, – лицо Хореза стало вдохновенным. – Когда тела и души этих двух юных влюбленных соединятся, Меелинга вновь расцветет, как многие годы назад.

– Меелинга? Мертвое дерево или королевство? – король подобрался, как тигр перед прыжком.

– И то и другое, повелитель, – Хорез уже сиял изнутри. – Но есть у звезд одно условие.

– Вот так и знал, что просто так истинную на золотом скакуне нам не доставят, – хмыкнул Арвер Второй. – Что же за условие?

– Кронпринц должен найти и узнать свою избранную. Преодолевая все препятствия, которые возникнут на их пути.

– Ну, с этим Дит справится, в нем я вполне уверен, – Арвер похлопал сына по плечу. – Дерзай, наследник!

«Сражение» отложили до лучших времен. Трое слуг со всей аккуратностью переместили доску на специальную полку, где две вражеских армии терпеливо будут дожидаться возвращения главнокомандующих.

Дитмор вернулся к себе и мерил комнату своими длинными ногами, как хищник в клетке.

Впрочем, хищником он и был.

Великолепный, породистый. Он унаследовал от отца лучшее: ум, стать и счастливый нрав, которые позволяли ему разделять своих и чужих и вести себя соответственно статусу.

Дитмору Меелингу несколько месяцев назад исполнилось двадцать семь. Прекрасный возраст, когда ты уже не котенок, но еще далеко не старый тигр. На тебя смотрят с уважением и интересом, пытаясь понять, что выросло и каким ты будешь королем.

Чуть взъерошив короткие русые волосы, Дитмор наконец притормозил, прекратив бестолковую беготню.

Его истинная.

Какая она? Девушка, которую он не может выбрать, но должен узнать и полюбить всей душой.

Конечно, Дитмору в его годы уже известно было, что такое женская любовь и девичья увлеченность.

Он пользовался большим успехом у прекрасных дам и простых девиц. А тот факт, что великие оборотни потомков могут иметь лишь с истинными, избавлял от внебрачных детишек. Очень мудро придумали Небеса. Никаких бастардов, претендующих на трон. Королям как лицам, имеющим особое значение для государства, дозволялось создавать семьи лишь с истинными, поскольку продолжение рода – священная их обязанность. При этом любовниц иметь не возбранялось. Но редко когда хотелось. Это очень уж должно было с парой не повезти.

Отец Дитмора встретил свою единственную, когда его возраст уже приближался к сорока. Мать кронпринца, Арлана, по счастью, оказалась моложе своей половинки. И, что еще ценнее, тоже принадлежала к высшей расе оборотней и относилась к знатному сословию. Родиться ей довелось в графской семье. Познакомились родители Дитмора на балу невест, который ежегодно устраивали во дворце с тех пор, как Арверу исполнилось тридцать. С этого возраста у оборотней уже хвостик-то дергается, если истинную не нашел.

Кронпринц также готовился к первому своему балу через три года. Но получается, что искать уготованную ему Небом девицу нужно уже сейчас.

В дверь постучали и тут же вошли.

– Матушка! – ее шаги Дитмор узнал, даже стоя к входу спиной.

– Ты взволнован, сынок! – заметила Арлана.

– Да, – не стал он скрывать, – более всего тем, что смогу своей женитьбой принести пользу Меелинге. С детских лет я постоянно слышу о том, что магия может уйти из королевства совсем, если найти способ ее удержать. И, оказывается, это решается так просто. Браком с неизвестной мне пока девушкой.

– Дитмор, кажется, ты не до конца понял пророчество! – мать положила руку на его предплечье. – Не просто браком. Любовью!

– Мама, ты такая романтичная! – рассмеялся Дитмор.

– Зря ты настолько несерьезно относишься к моим словам, – упрекнула сына Арлана. – Сильная сердечная привязанность сама по себе магия. Вы не сможете пробудить древние силы, которые должны питать наше королевство, если просто вступите в брак по договоренности.

– Мама! – Дитмор приобнял Арлану. – Эта девочка поможет разбудить древо Меелинги, которое умерло почти сто лет назад, и вернуть в наш мир процветание. Да я уже ее за это люблю.

Мать погладила кронпринца по спине, но ничего не сказала, так как женщиной была мудрой и весьма сдержанной. А еще она знала, что сейчас сыну бесполезно что-либо доказывать. Он понятия не имеет, что такое сильное чувство. То, что дарит и боль, и неземное наслаждение. Возносит к Небесам и тут же свергает на Аржимея из-за одного неосторожного слова или неприветливого взгляда. Но Дитмор должен все это познать сам.

– Как же мы будем искать мою истинную? – спросил кронпринц. – Созовем бал раньше срока, или мне нужно самому оседлать коня, который устанет раньше, чем я, и выдвинуться в неизвестные дали?

– Отец уже распорядился кинуть клич в благородные дома наших и дальних земель, – ответила Арлана. – Если Хорез прав и ее искра уже зажглась, прямо сейчас какая-то барышня, очень надеюсь, что юная, гадает, что за метка внезапно у нее появилась.

– Клич? – Дитмор слегка отстранился.

– Не бойся, глашатай не станут вопить с базарных площадей. Все будет тихо и лишь в высших кругах. Нам вовсе не хочется встречать безродных девиц с наскоро нарисованными углем метками. Мы даже не откроем, как именно выглядит метка Меелингов, чтобы исключить вероятность подделки. А факт это не такой уж общедоступный.

– Но ведь я должен найти ее и узнать, так сказано в пророчестве!

– И найдешь, – кивнула Арлана. – Но немного упростить задачу и хотя бы определить тебе направление не возбраняется.

– Что мне делать пока, матушка? – Дитмор испытующе взглянул в глаза Арлане. Они у них были одинаковые. Светло-серые, с зелеными крапинками по ободку радужки. И только во время оборота становились ярко-изумрудными.

– Прислушаться к себе, Дит. Искра уже зажглась. И отблеск ее тепла живет в твоем сердце. Пока очень глубоко. Но это неизбежно.

Золиданна Реентари лениво потянулась в своей кровати, думая о том, что не хватало бы еще пары новых перин. Уж очень они уплотняются по мере использования. Нет, сон у Золиданны был спокойный и благопристойный. Но она очень ценила удобство спального места и негу.

Так за ночь удавалось восстановиться полностью, даже после самого сложного дня. И течение магии оживлялось к утру.

Золиданна была наследницей магов Ветра, единственной дочерью властителя угодий Реентаров – его называли царьком. Земли небольшие, но урожайные, ведь духи Ветра всегда были на их стороне, помогая справиться с непогодой и нагнать тучи в засуху. Но увы, не все так гладко складывалось, как хотелось бы.

Реентария располагалась внутри горного кольца, населения в ней было – городок да две деревушки мелких. Жило местечко тем, что само выращивало. Но почва в последние пять лет истощилась, а в прошлом году на скотину напал странный мор. Потому жизнь стала поскучнее обычного, реентарцам приходилось во многом себя ограничивать, даже магия не помогала особо.

– Неесса Реентари, – в опочивальню осторожно просунулась голова Дери, служанки Золиданны, – ваш батюшка хотят вас видеть. Прямо сейчас.

– В ночной рубашке? – усмехнулась наследница. – Значит, дело туго. Что ж стряслось, интересно?

Золи поднялась, неторопливо приводя себя в порядок.

– Свиной мор начался или куриная чахотка? Или на люд звериные хвори перекинулись?

– Скажете тоже! – Дери округлила глаза. – Где ж видано такое? Давайте собраться помогу вам, неесса.

Золи приняла предложение служанки. Действительно, чтобы ее густые почти черные волосы заколоть в высокую прическу, да тесемки платья завязать тройным плетением, как положено, нужно время и сноровка. И желательно еще две-три пары рук. Ходила легенда, что раньше в Реентарии жили многорукие люди-пауки, которых знать охотно брала в обслугу. Вот тогда и появились эти традиции в одежде и прическах.

Золи была склонна мифам верить, очень уж сложная у них традиционная мода, за пределами обычных человеческих возможностей.

Умывшись и приведя себя в приятный глазу вид, наследница явилась под очи своего батюшки, несса, а проще говоря – царька Огудала.

– Как долго тебя ждать пришлось, дочь! – недовольно сказал он. Несс сидел за столом, нервно теребя пальцами правой руки виноградную гроздь. Глаза его возбужденно блестели.

– Я не могла себе позволить явиться к властителю в неприбранном виде, – спокойно ответила Золи.

– Это правильно, – Огудал выдохнул и немного успокоился. – Присядь, Золи. Сейчас тебе принесут завтрак.

– Для чего вы меня хотели видеть, отец? – Золиданна почтительно склонила голову.

– Важные вести пришли к нам из-за гор. – Царек кинул в рот измятую виноградину, сдавил ее, пустив сок себе на язык. Прикрыл глаза от удовольствия. Дочь терпеливо ждала, пока закончится дегустация.

– Кажется, новости неплохие, – позволила она себе заметить.

– Верно, Золи. – Отец оторвал еще одну ягодку, но повременил с отправкой ее в рот. – Есть такое королевство – Меелинга. Сильное, богатое. Но свет магии его постепенно покидает. С каждым десятилетием его мощь тускнеет.

– Я знаю, что такое Меелинга, – кивнула Золиданна, снимая с принесенного ей золотого подноса тарелочки и блюдца с завтраком. – Государство на западе, в пяти днях ходу по морю от нас.

– Сотни лет им правят оборотни, – продолжал Огудал, – и в жены они берут только истинных. И вот сейчас звезды спустили им пророчество.

Золи внимательно посмотрела на отца, размешивая мед в нежном твороге.

– Дескать, где-то на Аржимея загорелась искра истинности. И теперь младший Меелинг, кронпринц Дитмор, должен отыскать свою единственную пару, превозмогая препятствия.

– И чем интересна для нас эта красивая романтическая история? – спросила Золи, отпивая чудесный травяной чай.

– Тем, что нам нужны богатые покровители, а им – магия, – отец торжествующе улыбнулся, будто нашел ответ на загадку века.

– Но Меелинг ищет свою истинную, – напомнила Золиданна.

– А надо сделать, чтобы нашел он тебя, – сказал Огудал так, словно это само собой подразумевалось.

– Прекрасная идея, отец. Но у меня никакой искры не загорелось. Нигде, – уточнила Золи.

– Хватит метки избранной, – Огудал наклонился к дочке через стол. – Я пока не знаю, как она выглядит. Но постараюсь это установить как можно быстрее. Мне есть кому предъявить старый должок в Меелинге.

– Ты хочешь подделать магический знак? – ужаснулась Золи, поняв, к чему клонит отец.

– Именно! – Огудал кинул в рот сразу три ягоды и хлопнул ладонью по столу. Так, что кувшин с кисломолочным напитком, который пила по утрам Золиданна, подскочил.

– У нас с магией все в порядке, в отличие от Меелинги. Они там даже толком не смогут проверить подлинность твоей печати. Но надо будет сделать все чисто. Ты не представляешь, милая, как нужен нам этот союз!

«И никто не представляет», – добавил он про себя.