Как приручить хозяина дракона

ГЛАВА 2

– Вот здесь, за декоративным валуном, книжная полка, – Эрик Грейм взял в руки увесистый томик “Тридцать три сказки о крылатых и огнедышащих”. На обложке был изображен дракон в ночном колпаке, немного похожий на Шорли.

– Книги? Зачем они здесь? – опешила я.

Мы с Эриком находились в пещере его дракона. Как оказалось, это его игровая комната. Есть еще спальня и едальня. Все помещения, разумеется, очень просторные.

– Понимаю ваш вопрос, – кивнул герцог, – вы, верно, подметили, что логичнее был бы книжный шкаф в спальне.

– Да, именно это я имела в виду, – догадалась подтвердить я. Хотя на самом деле вообще не понимала, зачем дракону своя библиотека.

– На самом деле, рядом с ложем Шорли тоже есть несколько полок с книгами. Самые любимые выделены красными закладками. Ну, это вы чуть позже увидите. Обычно дракон предпочитает слушать пару историй или несколько глав длинных романов на ночь. Но иногда и днем просится поваляться, особенно после обеда или слишком активной прогулки. И тогда он не против хорошей книжки.

– А по поводу прогулки, – начала я.

– Да, и это я вам покажу. Сходим вместе, и вы посмотрите, как играть с Шорли на улице.

– Мне и гулять с ним надо будет? – я ужаснулась.

– А как же? Вы ведь его компаньон. Еще и поэтому я хочу, чтобы Шорли успел к вам привыкнуть до нашего с Алианной отъезда. Тогда он будет прислушиваться к вашим командам на прогулке.

Пока мы с Эриком разговаривали, дракон вполне мирно лежал на огромном коврике и грыз косточку. Или, скорее, это был целый скелет буйвола. Но услышав слово “гулять”, ужасный питомец заурчал и поднялся на ноги, став сразу размером с гору. Кончик огромного хвоста слегка заколотил по каменному полу.

– Шорли, оча! – резко сказал Эрик. Дракоша успокоился.

– Вам нужно будет выучить несколько команд. А самое сложное – убедить Шорли, что вы имеете право их ему отдавать. Хотя он вам симпатизирует. Поэтому я на вас и остановился. Остальные кандидаты казались ему либо скучными, либо вкусными.

Я вспомнила разочарование близняшек, когда мы вчера пришли в нашу комнату. Сузанна расстраивалась, что когда она зашла, дракон демонстративно спал и отказался даже один глаз открыть. Анну же он встречал вроде как в бодрствующем состоянии, но зевнул так, что ее обратно к двери потоком горячего воздуха унесло.

– Ладно уж, – решил Эрик, – раз уж Шорли настроился на прогулку, пойдемте.

И герцог свистнул так, что у меня одно ухо заложило.

Дракон зарычал.

– Слышите, как он обрадовался? – мягко улыбнулся Грейм.

Мне любой звук, издаваемый Шорли, казался обещанием сожрать всех на месте. Но Эрик слышал особый оттенок в каждом из позывных своего любимого питомца и средства передвижения по совместительству. Я согласно кивнула, пообещав себе, что обязательно разберусь в этой сложной палитре драконьих эмоций. Наверняка ведь и эти выпученные глаза на чешуйчатой шипастой морде тоже не всегда одно и то же выражают, по мнению его хозяина.

Грейм подошел к стене, как и все здесь, отделанное под камень, и опустил вниз рычаг, больше похожий на сухую корягу. Тут же одна часть стены отъехала в сторону.

– Пойдемте, – кивнул Эрик на этот оригинальный выход.

– И нам не потребуется поводок или ошейник для прогулки? – спросила я не подумав.

Грейма и его питомца этот вопрос оскорбил. Дракон фыркнул, из его левой ноздри вырвался маленький язычок пламени. Неужели он понимает человеческую речь? Зачем тогда команды?

– Драконы – очень умные рептилии, – наставительно произнес герцог, – да и к чему Шорли улетать от меня? Конечно, могут найтись желающие украсть его. Но если они в состоянии преодолеть сопротивление чемпиона среди драконов, поводок их точно не остановит.

Мы вышли на улицу, и стена за нашими спинами встала на прежнее место.

Денек был замечательный. Снег, покрывавший ровным полотном двор у замка герцога, искрился под лучами дневного светила Акрамир.

Эрик разрешил дракону полетать. И принялся мне объяснять, как я должна вызвать доверие у его обожаемого чемпиона.

– Мы завтра вплотную этим с вами займемся, – сказал он мне внушительным тоном.

– Чем это, интересно, мой жених намеревается вплотную заняться с незнакомой юной девицей? – послышался звонкий, чуть капризный женский голос.

Невеста герцога!

– Милый, кто это?

Алианна Делми в длинной пушистой шубке ярко-красного цвета, приоткрывавшей алые сапожки на высоком каблуке, негодующе смотрела на нас с герцогом.

– Знакомься, это Эвелина. Она составит компанию Шорли на время нашего отъезда в Кулловиш.

– Драконья нянюшка? – пухлые губки Алианны слегка скривились.

– Шорли не нуждается в няньках! – строго посмотрел Эрик на невесту. – Он уже взрослый и самодостаточный.

– Конечно – конечно! – поспешно согласилась девушка. И капризности на ее миловидном личике поубавилось. Кажется, она очень ценит своего жениха и не хочет с ним ссориться из-за любимого питомца.

– Я как раз хотела обсудить наш с тобой отъезд, – увела она внимание от дракона. Шорли же беззаботно кружил в небе, похожий на большого воздушного змея.

Чтобы не выглядело, будто я подслушиваю интимную беседу своего работодателя с невестой, я задрала голову и преувеличенно внимательно принялась следить за подопечным.

Вот так, издалека, он не казался таким уж огромным и страшным. Дракон весело резвился, раздувая низко летящие облачка. А потом встретил стаю птичек и попытался там сойти за своего. Птахи переполошились, пытаясь отделаться от самозванца, но Шорли был намерен с ними дружить. Или он охотится?

Кажется, эти мелкие пичужки не особенно его боятся. Чего же я, взрослая девушка, студентка и подающий надежды молодой специалист, так трясусь?

Дракону наскучила новая компания, и он резко начал спускаться, увеличиваясь в размерах. И опять стал страшным.

Уже почти внизу он вдруг застыл. Я не сразу поняла, в чем дело. А потом заметила, что голова дружелюбного чудовища повернута в сторону Алианны. Это он на нее так реагирует, что, кажется, кулем сейчас свалится на снег?

Невеста герцога помахала Шорли, чем вызвала одобрительный взгляд Эрика. Он из тех мужчин, что считают: “Любишь меня – люби и моего дракона”. Так что Алианна далеко не дурочка, и еще вопрос, как она на самом деле относится к большому шумному питомцу своего избранника.

Но я вполне ее понимала.

Шорли мягко спланировал в сугроб. А потом совершенно по-кошачьи отряхнулся, будто сбрасывал снег с несуществующей шерсти. В нашу сторону, однако, полетели целые снежки. Один из них попал в лоб Алианне.

Она взвизгнула и недобро глянула на дракона. Но тут же улыбнулась и сладко произнесла:

– Ах ты, шалун!

Шорли же утробно зарычал на нее. От этого звука у меня холодок по спине пробежал.

– Спокойно, приятель! – с ласковой улыбкой прикрикнул на питомца Эрик. – Эвелина, поиграйте с Шорли, нужно, чтобы он к вам привыкал. Вон тот валун под сосной – на самом деле корзина с игрушками. Покидайте мячик, дракону нужно двигаться и шевелить не только крыльями.

Я послушно отправилась искать корзину. Действительно, один из здоровенных камней оказался полым и с откидной крышкой.

Внутри же – куча всякого-разного барахла. Палка с привязанной к ней веревкой с большим бантом на конце. Большая плюшевая мышь, здоровенные мячи, некоторые почему-то в виде клубков. Как я поняла, это обычные мячики, обмотанные веревкой.

И с чего начать игру?

В спину меня что-то толкнуло, так что я повалилась бы на корзину, не успей ухватиться за ее край.

Услышав фырканье и почуяв горячий воздух, я поняла, что это дракон пришел меня поторопить.

– Ш-ш-шооорли, – протянула я, стараясь не упасть в обморок. Слаба ты Эва, слаба. Это же просто питомец. Дрессированный. Он тебя не съест.

Огромная драконья голова норовила залезть мне подмышку. Что ему надо? Корзину я от него закрываю, что ли.

– Погладьте его! – крикнул герцог. Он шел к нам, и за ним еле поспевала невеста. Ее высокие каблуки увязали в снегу.

Я зажмурилась и положила руку на широченную переносицу. Шершавая, теплая.

– Хороший дракон, хороший, – деревянным голосом принялась я уверять Дракона. Он фыркнул, слегка опалив ворот моего пальто вырвавшимся из носа лепестком пламени.

– Сколько у тебя тут игрушек. Какие все красивые! – я старалась говорить жизнерадостно. – Надо же, мышка какая, будто настоящая. Наверное, хороший мастер сработал.

Я поспешно отдернула руку от чудовища и залезла в корзину и теперь стояла, потрясая плюшевым зверем.

– Не хочу вас расстраивать, Эвелина, – вежливо сказал герцог, еле сдерживая смех, – но эта крыса не игрушечная.

Что? Крыса?

Я поняла свою ошибку слишком поздно. Гадкая тварь пискнула и вырвалась у меня из рук. Видимо, она просто грелась между мячами!

Мы с Алианной завизжали в голос, а Шорли радостно прыгнул за крысой.

От его топота валун с игрушками опрокинулся, и сокровища рассыпались по снегу.

– Девочки, хватит вопить! – Эрик поморщился. – Он же вас не укусил! Это Юлиан, приятель Шорли.

– Приятель? – сдавленно спросила я.

– Да, постоянно залезает в корзинку и ждет, когда дракон выйдет на прогулку. Шорли на него охотится, но еще ни разу не поймал. Неповоротливый. Вам еще многое предстоит узнать, Эвелина. На сегодня достаточно, ждем вас в это же время, после занятий, завтра.

Я растерянно кивнула. Какие еще привычки и интересы есть у моего подопечного? И сумею ли я выдержать их?

Сузанна и Анна встретили меня так, будто весь вечер сидели возле порога, ожидая моего возвращения.

– Ну, как он? – с волнением спросила Анна.

– Огромный. Из носа пламя вырывается.

– Ого, какой горячий! А по нему и не скажешь! – с уважением протянула Сузи.

– Принял меня нормально, даже ласково, – продолжила я.

– Везет же некоторым! – сказали девочки в голос.

– Ага, и еще у него приятель – крыса, представляете! Этот здоровенный балбес за ней гоняется и никак поймать не может. Но летает он очень красиво.

– Подожди, ты нам про дракона что ли рассказываешь? – разочарованно протянула Анна.

– Разумеется! А вы о ком подумали? – не поняла я.

– Об Эрике, конечно же, – вздохнула Сузанна.

– Герцоге Грейме, – объяснила мне Анна, вдруг я забыла, кто такой Эрик.

– Нечего на него облизываться, у него невеста ревнивая, – предупредила я, – шагу ему ступить не дает.

– Он тебя с ней уже познакомил? – Анна обрадовалась так, словно я рассказала, что молодой человек представил меня своей маме.

– Она сама пришла… знакомиться.

Я слегка скривилась, вспомнив недовольное лицо Алианны.

– Алианна Делми – та еще штучка, – поведала мне Сузанна, – она победила в прошлом году в конкурсе красоты “Мирс Акорникс”. Ходили слухи, что это купленная победа. Мол, папаша ее, граф Делми, вложился, чтобы повысить стоимость Алианны на брачном рынке.

– Не знаю, выглядит она вполне как королева красоты, – задумалась я, – правда, смотря какие там были остальные участницы.

– Я тоже считаю, что Алианна сама победила, – согласилась со мной Анна, – но там не за нравственные качества звания выписывали.

– Остерегаться тебе ее надо, не вздумай с ней подружиться! – предупредила меня Сузи с такой заботой, будто я сообщила, что мы с невестой хозяина дракона идем в театр. Вместе с Шорли.

– Уверяю, она сама вряд ли этого захочет, – сообщила я.

– И не расстраивайся, – кинулась успокаивать меня Анна.

– Да с чего вы вообще взяли, что я с ней дружить собиралась? – опешила я. – У меня есть две замечательные подруги, которые даже не побоялись на собеседование пойти, чтобы выиграть его в мою пользу.

– Это так мило!

Обе близняшки бросились ко мне обниматься. Все расчувствовались. Из этого блаженного состояния нас выдернул грохот.

Мы вздрогнули и обернулись на стук. Как оказалось, это мое единственное наследство со шкафа свалилось.

Больше эту громоздкую картину в простой деревянной раме девать некуда было, комната у нас небольшая, а вещей у троих девиц немало. А нам еще праздничный кипарис куда-то приткнуть надо. Мы собирались за ним на Зимолетнюю ярмарку в ближайший выходной.

“Зимой летА сменяются, и чудо намечается”. Традиционный наш праздничный лозунг казался мне сейчас насмешкой. И уродливое наследство мне об этом вновь напомнило.

– Хорошо, что не зашибло никого, – вздохнула с облегчением Анна. Она во всем умеет находить положительное.

– А что ты будешь делать с этим чудищем? – спросила более практичная Сузи. – Может, музею какому-нибудь подаришь?

Я придирчиво посмотрела на знак последней дядиной воли.

“Утро в конюшне” представляло собой большой холст, заляпанный преимущественно коричневым. И я надеялась, что это только краска. Самое большое пятно – это, видимо, непосредственно конюшня. Серые и рыжевато-коричневые облачка, должно быть, кони. Пучки соломы, прилипшие к краске (я все же буду считать, что это она) – для натуральности.

Внизу что-то зелененькое с желтеньким. Вот, собственно, вся композиция. Мне кажется, это утренняя обстановка в конюшне глазами лошади.

– Не возьмут ее в музей, мне кажется, – вздохнула я, – да и для меня это память о дяде.

– И тебе хочется его помнить? – поразилась Сузи. – После всего, что он сделал?

– Он дал мне воспитание и безбедное детство, я ему благодарна.

– Но ведь и кровушки попортил изрядно, – не успокоилась Сузанна, – ты рассказывала, какой он придирчивый.

– Да, характер тяжелый у него, – согласилась я, – был. Но с годами привыкаешь. Да и когда я уехала в Академию, стало полегче. По-своему я его даже любила. Но очень глубоко. Так что пусть картина будет. Не на помойку же ее выбрасывать.

– А я бы выбросила! – пробурчала Сузанна.

– Не ворчи, – вмешалась Анна, – со стороны Эвы это очень благородно. Мне вот приятно, что у нас соседка такая великодушная.

– Ну, если так на это смотреть, то, конечно, – смягчилась Сузи.

На этом разговор о моем наследстве закончился. Нашлась тема поинтереснее: как будем нашу комнату наряжать к празднику Нового Круга Зимолетия. А картину мы снова на шкаф запихнули, только не поставили на этот раз, а положили. Чтоб она не свалилась и нас не напугала, когда мы спим.

А ночью мне приснился дядюшка Эрланд. Он стоял подле моей кровати, сложив руки на груди, и пристально на меня глядел. Так внимательно, что дрожь пробирает.

Вскрикнув, я проснулась.

И на том месте, где видела дядю в своем сне, была серебристая дымка в форме человеческой тени. Я тряхнула головой, ночной морок исчез. Но стало не по себе.

С утра я пошла на занятия, но мысли мои часто обращались к новому подопечному. И его хозяину, чего уж там. Перед глазами стояла красивая пара. Стройный, подтянутый герцог Грейм, в мундире, подчеркивающем его рельефные мышцы. Волосы припорошил легкий пушистый снежок.

И его невеста. Изящная, женственная. Взгляд с поволокой, богатая одежда, идеальная фигура. Очень подходят друг другу. Но почему-то я испытывала к Алианне Делми какую-то глупую и совершенно неоправданную ревность.

После учебы я поспешила на свое новое место работы. Герцог обещал выплатить половину суммы сегодня, а остальное – после того, как вернется из Кулловиша.

Это небольшой городок, в котором домики похожи на пряничные. Там живет семья Делми. Как мне поведали знатоки светской жизни Сузанна и Анна, Эрик официально просил руки Алианны у ее родителей, когда они приезжали знакомиться с ним в Акониркс. А теперь пара совершает ответный визит. Грейм хотел лететь на драконе, но невеста почему-то отказалась. С большой неохотой Эрик согласился расстаться со своим питомцем почти на три недели каникул.

Йон, встретивший меня уже как старую знакомую, радостно поздоровался и провел сразу на драконюшню.

– Его светлость в спальне у Шорли, – сообщил он, заводя меня в пещеру-гостиную, из которой были выходы в остальные помещения, обустроенные для дракона. И показал рукой, куда идти дальше.

Я кивнула и направилась к проему, отделанному как вход в другую пещеру. Неровная арка, обработанная камнем, как и все на драконюшне.

– Признавайся, кто сжег левый сапог Алианны? – услышала я строгий голос Эрика. – И сжевал рукав ее шубы.

Рычание и урчание в ответ.

– Нечего смотреть на меня своими невинными ясными глазками, – продолжал герцог.

Он меня не видел.

Стоял спиной к входу и отчитывал дракона, который лежал, поджав хвост и прикрыв морду передними лапищами. А глаза видны были между растопыренных пальцев, украшенных устрашающего вида когтями. Невинными и ясными я бы их не назвала.

Я боялась заявить о своем присутствии, потому что беседа хозяина и его любимца казалась мне очень интимной.

Спальня тоже выглядела как пещера с сокровищами, а лежанка Шорли напоминала каменный подиум, чуть приподнятый над уровнем пола. Я разглядела там что-то вроде подстилки или матрасика и много мелких подушечек. Книжные полки, о которых говорил ранее Эрик, виднелись позади дракона.

Огромный ящер повел носом, а потом вскочил на ноги. Он смотрел в мою сторону!

– Не надо использовать снова эту уловку! – сказал Эрик Грейм. – Я больше не куплюсь. Не притворяйся, будто ты увидел за моей спиной что-то интереснее меня.

Шорли возмущенно хрюкнул, кажется, побуждая поддержать его. Если не отреагирую, он того гляди, кинется, чтобы предъявить меня герцогу воочию. Поэтому я поспешно заявила о себе.

– Добрый день, ваша светлость! Я вряд ли интереснее вас, но Шорли отвлекся.

– Эвелина! – кажется, герцог был раздосадован и гадал, что именно я успела услышать. Вряд ли ему хотелось, чтобы я узнала, как дракон относится к его девушке. То есть, невесте.

Я слышала, что домашние животные часто ревнуют хозяев к их пассиям. Могут и обувь испортить, и вовсе не так, как это сделал Шорли. Алианне еще повезло. Хотя сама она вряд ли так считает.

– Проходите, – пригласил меня Эрик, – сегодня я покажу вам спальню. Драконью.

От этого уточнения я немного смутилась. Он что, решил, будто я могу подумать о какой-то другой спальни в его владениях?

– Днем Шорли предпочитает гулять или находиться в гостиной. Но иногда ему хочется и вздремнуть, особенно если утренняя прогулка была слишком подвижной.

– А когда вы ему обычно читаете книги? – вспомнила я.

– На ночь, – оживился Эрик, – и в связи с этим должен спросить, есть ли у вас возможность на время каникул переехать сюда. Я готов доплатить за это.

– В драконюшню к Шорли? – я представила, как сплю где-то с краешка драконьей подстилки, пристроив голову на хвосте рептилии.

– Нет, конечно. Я выделю уютную комнату во флигеле неподалеку от дома Шорли. Там есть все необходимое. Но если вы живете где-то поблизости и собираетесь навестить родню во время праздников, нужно продумать доставку вас сюда ранним утром и позднее возвращение домой.

– Я вполне могу ночевать на вашей территории, – поспешно подтвердила я.

– Отлично! – обрадовался Эрик. – Внакладе не останетесь. Я распоряжусь, чтобы к вашему жалованию добавили еще пятьдесят этиранов. Йон как раз сегодня выдаст вам аванс. Включая и половину от этой суммы.

Еще пятьдесят этиранов! Да я так и подарки соседкам могу себе позволить купить. Жизнь определенно налаживалась.

– Поскольку вы будете частенько оставаться в спальне Шорли, вам придется взять на себя еще одну обязанность, – сообщил Эрик, – протирать раз в три дня кубки и медали. Вот эти.

Герцог обвел рукой стену над ложем дракона.

Мое внимание уже успело привлечь исходящее от нее сияние. К каменистой поверхности было прикручено несколько длинных полок, заставленных кубками разной величины и формы, а также бархатными подушечками, на которых возлежали медали.

– Горничных Шорли к ним не подпускает, только в моем присутствии. Но так как меня не будет, этот вариант исключен.

– Вы думаете, меня подпустит? – осторожно поинтересовалась я.

– Да, – кивнул Грейм, – мой дракон к вам явно благоволит. Вы удачно выбрали себе профессию, Эвелина. По призванию. Так что отметьте у себя в календаре дни, по которым будете вооружаться тряпкой и метелкой.

Что ж, доплата в полсотни этиранов и этого стоила. Я легко согласилась на новую обязанность. Сегодня мы еще погуляем втроем. А завтра попрошу вас прийти к нам позже, когда стемнеет. Я хочу, чтобы вы почитали Шорли на ночь. Обратно вас доставят, не беспокойтесь.

– Я совсем не беспокоюсь, ваша светлость! – заверила я герцога. Но его мои чувства на самом деле не волновали, он просто был очень вежливый молодой человек, как и положено аристократам. Меня и саму воспитывали так, чтобы говорить приятное безразличным тебе людям.

Правда, дядя Эрланд всех этих приличий сам не придерживался., но от меня требовал их исполнять. “Иначе как ты замуж выйдешь? Если, конечно, у тебя это в принципе может получиться”, – говаривал этот старый ворчун.

Не верил он в меня совсем. Вот и наследства лишил. Но я уже смирялась. Прежде всего, это его деньги и недвижимость. Мог оставить кому вздумается, в самом деле. Хоть конюху, который картину намалевал. Вот герцог Грейм, я уверена, завещание написал на Шорли.

Мне бы только на ноги встать. Я и сама всего достичь могу. Вот уж дракона меньше бояться стала, а всего-то третий день как с ним знакома. Алианна Делми мне кажется куда страшнее.

Очень надеюсь, что сегодня мы не встретим ее на прогулке. Хотя ее прекрасные сапожки приказали долго жить, я уверена, что у нее больше одной пары. Да и шуб несколько.

– Шорли, гулять! – коротко и властно сказал Эрик. Дракон подобрался, готовый отправиться покорять зимнее предпраздничное небо.

Мы прошли в гостиную, где Грейм в деталях мне уже показал, как отодвигать стену, чтобы выбраться на прогулку.

Погода сегодня стояла еще лучше вчерашней. А двор украшал настоящий дворец изо льда и снега, обнесенный крепостью примерно в три человеческих роста высотой.

– Кто построил такую красоту? – вырвалось у меня.

– Мы с Шорли, конечно же, – небрежно ответил герцог. Увидев мой пораженный взгляд, он рассмеялся.

– Вы такая доверчивая, Эвелина! С утра приезжала бригада гномов-ледорубов. Они постарались, леса только час назад убрали, быстро работают. Хоть меня и не будет на каникулах, предновокружное настроение создавать надо. И вам с Шорли так приятнее, правда?