Остров Хранителей

– Ты можешь лучше, Сет! – крикнул старик. – Если перестанешь бояться! – Эвала замерла, почувствовав, что стоит на месте великого воина и учитель смотрит прямо на нее через него. – Боишься? – возмутился старик, вставая. – …Запомни, мальчик мой, все испытывают страх, когда могут изменить свою судьбу! Этот бой, что тебе предстоит, изменит ее навсегда. Так что сначала! Дерись! – стукнул он тростью по желтому песку.

Легкий порыв соленого, теплого ветра растрепал волосы принцессы и унес прочь воспоминания арены. Повернув голову, Эваларин заметила спуск вниз. Подойдя ближе, она увидела, как исчезают следы ее одноклассников, словно песок не хочет их помнить. Девочка посмотрела вниз, в темноту, где плавали призрачные огоньки, и сделала пару шагов вперед. На двух верхних ступеньках остались ее следы, покрытые инеем, и их ветер уже не стирал. Наоборот, казалось, что они навсегда впечатались в серые камни. Не успела принцесса пройти и десяти метров вниз, как по бокам на шершавых и холодных стенах стали вспыхивать лиловые огни, освещающие путь. Тени от дергающихся языков пламени плясали на черных плитах в самом низу.

Спустившись, Эвала оказалась в небольшом зале, заполненном невероятным количеством самого разного оружия. От восторга перехватывало дыхание. Во все глаза девочка смотрела на ломящиеся полки, желая прикоснуться к ним, подержать в руках каждое произведение оружейного искусства. Сделала глубокий вдох, в нос ударил запах стали и крови, что она впитала в себя за тысячи проведенных сражений. Остановилась у первого высокого стеллажа оттого, что внимание привлек золотой шлем с высоким забралом и мелкими прорезями для глаз. Он был натерт когда-то до блеска, и в него можно было смотреться, как в зеркало. Принцесса потянулась к нему и бережно коснулась глубокой вмятины справа. На обратной его стороне было десяток царапин, оставленных когтями какого-то чудовища из Лабиринта Ночи. Расхаживая между рядами, девочка то и дело видела призраков из прошлого, надевающих броню, подбирающих себе оружие. Их речь она понимала не умом, но сердцем. Было здесь и место смеху, да еще такому задорному и заразительному. Выглянув из-за одного из стеллажей, она увидела, как синие огоньки освещают образ черноволосого маленького мальчика, заливающегося хохотом, указывая на кого-то или что-то пальцем. Секунда – и это видение сменилось другим. Знакомый мужчина застегивал на груди пояс ножен и бросил серьезный взгляд на свое отражение на золотом диске, висевшем на стене. С улицы послышалось приближение нового гостя, и огни взметнулись вверх, унося с собой воспоминания этих мест. Эваларин не обратила на это внимания, а подошла к диску. Это был солнечный лик, изрезанный символами и надписями, висевший над каменным столом. На нем, в свою очередь, лежали вложенные в ножны серповидные мечи, наконечники копий, две секиры с багровым лезвием, стрелы и несколько ножей странных форм. Только сейчас девочка заметила, что все стены здесь были завешаны плотной красной тканью, которая едва заметно колыхалась на сквозняке.

– Нашла что-то интересное? – обратился к ней Ивалиран, спустившийся вниз. Он шел мимо стеллажей, озираясь по сторонам. Внутри него появилось странное чувство и защипало глаза, как от едкого дыма. Сердце билось чаще, а вокруг помимо синих призраков он видел черные пятна, как кляксы, расползающиеся по комнате.

Ни один локатор не мог определить эту точку и найти из нее выход. Нечто блокировало любые сигналы. За этими стенами было нечто, что пульсировало в унисон с его сердцем и замирало, прислушиваясь. Однако кое-что интересное на радаре отразилось, и принц отметил это. Остановившись рядом с сестрой, он с плохо скрываемым презрением посмотрел на лежавшее на каменном столе оружие.

– Дикарские игрушки… – хмыкнул он, чувствуя, что снова теряет контроль над своим телом и разумом. Будто кто-то, движимый невероятной злобой и яростью, одерживает верх.

– Чего тебе нужно? – холодно спросила Эвала, посмотрев на брата. Что-то в его виде ее насторожило, и это что-то вынудило оживиться душу Странника. – Что ты тут ищешь?

– Хм-м… вход в обитель, возможно. Уверен, ты бы многое отдала, чтобы попасть в дом Фэро, не так ли?

– Никто туда не может войти без знания как, и ты это прекрасно знаешь.

– Никто не пробовал решить этот вопрос радикально, – развел руками Ивалиран, кивнув на стену за спиной девочки. – Ведь если они так любят подземные лабиринты, значит, и за одной из этих стен припрятали пару ходов. Думаю, в хранилище можно попасть и из дома.

– Ну, вскрой стеночку, раз такой смелый, – с вызовом посмотрела на него сестра, понимая, что и ей самой безумно хочется попасть в дом Фэро. Что-то ее звало и манило туда. Словно там было нечто, приготовленное специально для нее.

– Видишь ли… – Ран замолчал, придавая своим словам больше значимости, – мне нужна причина для использования моего оружия.

– Причина? – вскинула брови Эвала. – Заранее готовишься защищаться… Скажи, Ивали, – сделала принцесса шаг вперед, – а тебе-то какая выгода? – Эваларин перевела взгляд на грудь брата и смогла разглядеть ту тьму, что давно поселилась в нем и которая отчего-то сильней себя сейчас проявляла, она рвалась к чему-то, к воссоединению с чем-то за стеной. Девочка оскалилась, издав звук, похожий на рычание. – Ты ищешь тьму, хранитель, – прошептала она на том языке, что Ивалиран уже слышал тогда в Криджу. Этот казавшийся змеиным язык проникал в самую душу и заставлял ее переворачиваться, съеживаться и дрожать. – Думаешь стать сильнее с ее помощью… вернуть себе полную силу…

– Я не понимаю твоего языка, тварь, – процедил сквозь зубы принц слова, шедшие из самого его нутра.

– Главное, что она понимает, – ответила Эвала уже на северном наречии, указав пальцем на сердце парня. – У меня для тебя плохие новости, братик, – криво улыбнулась девочка, – даже если ты сломаешь эти стены, ты ее не освободишь и пройти к ней не сможешь.

– А с чего ты взяла, что мне это надо? Цель другая. Я хочу посмотреть, что станет с тобой, когда ты окажешься в ее объятиях.

– Ты упустил эту дивную возможность, еще когда жил жизнь Авила I. – Изумрудные глаза зло сверкнули в темноте. Она видела темную, вибрирующую ауру, исходящую от командира Защитников, и синеватую, медленно затухающую, как огонь на ветру.

– Что? О чем это ты?

– Не важно, – отмахнулась Эваларин, – говори, какую ты хочешь причину? Удиви меня, братик.

– Бой с кем-то одержимым тьмой. Кто-то схватился за оружие предателей и начал вещать о захвате Марса и тому подобное… Бой, например, с тобой. Все просто. Мы сражаемся, и по ходу я взрываю стену. Может, даже вместе с тобой. Если выживешь – уходишь к тьме в доме Фэро и не возвращаешься. Мы замуруем стену и почтим твою память, нельзя же рисковать всеми душами хранителей… – Душа хранителя явно сопротивлялась, и это уже слова человека, но никак не тьмы.

Принцесса, выслушав, громко засмеялась, отчего принц даже немного растерялся.

– Хах! И это все, что ты смог придумать?! Ты правда думаешь, что меня так легко убить?

– Я должен хотя бы попытаться, – улыбнулся он в ответ. – Ты здесь чужая, и тебе не место на острове Хранителей. Это моя святая обязанность как перводуши Марса – изгнать чужака обратно во Вселенную.

– Да-а, как и ты, – зло ответила девочка, переводя взгляд на мечи. – И на чем ты хочешь сразиться?

– Дикарке дикарское оружие, – усмехнулся Ивалиран, разводя руками. – Выбирай любое из представленного. Может, призраки подскажут тебе, как правильно с чем-либо из этого обращаться.

Эваларин подошла к камню, и руки сами потянулись к хопешам. Извлекая их из ножен, она с восхищением смотрела на сверкающие темные лезвия. Мечи были тяжелыми, но как влитые ложились в руку. Стоило ей сжать рукояти крепче и закрыть глаза, как на некоем духовном уровне она поняла, как ими сражаться. Ее душа хищно и довольно улыбалась, всем сердцем предвкушая бой.

– Ты совершаешь большую ошибку, Ивали, – проговорила принцесса, сделав несколько шагов в сторону и крутанув в руках хопеши. – Ты ведь даже не знаешь, с кем связываешься. – На его глазах сестра преобразилась. Вновь вместо девочки-подростка он видел эту уже знакомую ему душу чужака, обожающую сражения, живущую ими.

– Прежде чем я убью тебя, – бросил ей Ран, снимая с пояса купрум этах и раскрывая его, – ответь, зачем ты здесь?

– А ты до сих пор не понял? – Странник из Вселенной чуть наклонил голову, и его странные волосы, закованные в сталь, повисли, соприкасаясь, производя переливающийся звук, похожий на звон колокольчиков. Затем Эваларин встала в боевую стойку. Ту, что подсказала телу душа. – Я здесь за тобой, – ответил Странник, внимательно глядя в самое сердце души принца.

– Ты проиграешь, – ответил Ран не своим голосом, все еще пытаясь понять и осмыслить услышанное только что. Кто-то или что-то говорил за него. Он не понимал всего, перводуша не откликалась, на вопросы не отвечала, словно кто-то лишал ее дара речи.

– Это не игра, Ивалиран, это – война. А я побеждала во всех войнах, – продолжала говорить ему душа сестры. Ее слова проникали сразу в сознание, опутывая его и оставляя морозное послевкусие. Он даже почувствовал, как похолодели руки. – …Война, начатая давным-давно, война за жизнь, которая закончится многие тысячи лет спустя и конца которой ты не увидишь…

– Я увижу, ведь я стану творцом конца всего. – Больше Ран или нечто им управлявшее не собиралось говорить. Темная субстанция кружила вокруг парня, поглощая призраков и наделяя его своей силой. Вены на его руках вспухли, и по ним курсировала черная жидкость. Левый глаз принца наливался черно-алой кровью, и в нем отражалась Эваларин и душа Странника. Ивали перекинул в левую руку готовый к бою купрум этах и стремительно перешел в наступление.

Ран с немыслимой силой обрушил этах на сестру, но тонкое лезвие наткнулось на непреодолимое препятствие – поднятый вверх хопеш заблокировал удар. Принцесса хищно усмехнулась, прорычав подобно зверю, отводя руку брата в сторону и в это же мгновение замахиваясь правой рукой. Она остановила меч за сантиметр до его шеи. Затем девочка ловким движением повернула меч рукоятью к Ивалирану и с силой ткнула его ею в грудь, заставляя отступить на пару метров и начать жадно хватать воздух.

Откашлявшись, он посмотрел на девочку, закипая от гнева. Она тем временем вновь крутанула мечи и заняла позицию. Ее глаза блестели, а на лице застыла полуулыбка.

– Не знаю, что ты за тварь… – оскалившись, прошипел Ивалиран, готовясь к новой серии ударов. – Возможно, тебя создали Фэро или призвали откуда-то, но одно запомни раз и навсегда – я уничтожу тебя полностью и без остатка! – Проведя пальцами по паре символов, командир Защитников запустил питание в своем оружии, и теперь купрум этах был готов метать энергетические шары в любого врага. – Я брошу тебя на съедение тьме и буду любоваться тем, как она рвет на части твою душу…

Ивали выпустил сразу три шара, но Эвала отразила их все, заблокировав скрещенными хопешами. Затем еще два и новые три. На фаэтонской стали не осталось и царапины. Девочка двигалась так быстро и с такой легкостью крутила эти тяжелые мечи, что, казалось, она танцует с лентами, мастерски уворачиваясь от огненных атак брата.

– А потом, – продолжал Ивалиран говорить то, что диктовала тьма, – я отправлюсь на остров Творцов и творящего твой мир заставляю умирать в муках… Я дотянусь до твоего дома и уничтожу его на твоих глазах, а потом ты обратишься в прах своего мира, отродье Вселенной, пылью станешь, воспоминанием безумца… – Ран активировал сразу все три символа на этахе, готовясь к решающему удару, который отразить будет не так просто.

К его удивлению, Эваларин не стала ничего отвечать, девочка перешла в резкое наступление, обрушивая на брата каскады рубящих быстрых ударов. Они проходили в сантиметрах от тела. Парень только и успевал, что уклоняться, не помышляя даже о контратаке. Наконец девочке удалось задеть его левую руку. Из неглубокой раны полилась кровь багрово-черного цвета. Дальше все произошло с молниеносной скоростью. Принцесса видела, как капли, падая на пол, становились частью просачивающейся через трещины пока еще призрачной акхэи. Поморщившись от резкой боли, Ивали перекинул уже полностью заряженный этах в правую руку.

– Такого ты не ожидала, тварь! Наконец-то ты сдохнешь! – бросил он сестре в лицо и выпустил самый мощный из доступных для оружия хранителей энергетический залп.

Ослепляющий ало-золотой луч ударил в пол под ногами принцессы, тут же разрушая толстые камни до основания и проваливаясь в зияющую внизу пустоту. У Эвалы не было шанса выпрыгнуть из нее, и она полетела вниз, не издав ни звука. Вокруг все гремело и дрожало. Снаружи люди в панике убегали с территорий музея под открытым небом.

Ивалиран молча стоял и смотрел в темноту. На самом дне там притаилось темное нечто, прибывшее из космоса, жаждущее подношений в виде новых душ. Оно пульсировало и издавало клокочущий звук, излучая приятное тепло. Принц отступил на шаг, пнув в яму лежащий на полу камень. Края этой пропасти поблескивали золотом, и на них еще виднелись горящие угольки.

– Видимо, – улыбнулся он, убирая оружие, – твои инстинкты и познания в архитектуре Фэро не так хороши, если ты не знала о ловушке в полу… – Снизу донесся оглушительный вой неизвестного монстра. Принц цокнул языком. – Как жаль, что я этого не увижу, – покачал он головой. – Непобедимая ты наша… Не на того напала.

Командир Защитников развернулся и пошел к выходу, с удовольствием слушая, как мелкие камни продолжают падать вниз.

Амон пулей взлетел на капитанский мостик, как только услышал непонятные подземные толчки. Техника буквально сходила с ума, и все радары фиксировали невероятный выброс энергии.

– Тут! – указал пальцем на карте острова один из техников.

– Хранилище Фэро? – спросил Риджу, мужчина кивнул.

– Первым был залп этаха, и это точно…

– Да, – кивнул второй человек, – но он не вызвал таких помех, как последовавшее после. Видимо, этахом пробили стену или пол, и внутри оказалось это.

– Акхэя быть может?

– Судя по всему, до инцидента там кто-то был. Есть данные о двоих. – Техник вывел на экран пару кадров, сделанных рядом с лестницей, ведущей вниз.

– Ивалиран, – прошептал Амон, сжимая кулаки. – Второй кто?

– Скорей всего, она, – кивнул на экран мужчина. – До прихода Рана не выходила и до сих пор не вышла.

– Эвала…

– Ваше высочество!!! – закричал вдруг один из людей, отслеживавший происходящее в космическом пространстве. Парень вскочил с места и бросился к Амону. – Вспышка света зафиксирована на острове Творцов!

– Что? – хором спросили трое.

– Синий луч, господин, столп света вырвался с Земли… – заикаясь, докладывал ученый. – Но эт-то еще не все… он летит к нам.

Амон подошел к экрану ученого и своими глазами увидел, как синий луч несколько метров в диаметре стремительно приближается к Марсу.

– Творец? Может ли это быть его деяние?.. – не веря своим глазам, спросил Риджу, не понимая, что происходит.

– Но он никогда ранее не вмешивался в дела острова Хранителей…

– Когда он достигнет Марса? – Риджу устремился к выходу.

– Минут десять.

– Следи за лучом! Докладывай мне обо всем!

– Куда ты, Амон? – Но южанина уже и след простыл.

Спустившись с корабля и усевшись на свой гравицикл, он погнал его в сторону земель Фэро на максимальной скорости.

Эваларин успела воткнуть мечи в расщелины и остановить свое падение. Сейчас она изо всех сил карабкалась наверх, пользуясь хопешами как ледорубами. Вбивая лезвия и подтягиваясь. До спасения было еще далеко. Внизу нечто выло и просыпалось. Даже в кромешной темноте принцесса видела пульсирующую внизу разросшуюся акхэю, тянущую свои щупальца вверх, предвкушая сытный ужин. Морщась, Эвала продолжала лезть выше. Сил было предостаточно, а главное – желание выжить любой ценой и отомстить близкому родственнику. Вскинув голову вверх, она заметила скорый финиш пути и именно в этот момент почувствовала, как нечто теплое и склизкое схватило ее за щиколотку. Затем оно резко дернуло девочку вниз. Принцесса с трудом удержалась, вцепившись в меч. Однако такого давления оружие долго не выдержит. Глянув вниз, Эваларин увидела, как к ней устремляется акхэя и явно попытается утянуть к себе. Устав от замкнутого пространства, от ловушки, в которую угодила по воле Фэро, она жаждала вырваться наружу. Схватив девочку за вторую ногу, она сильней дернула ее вниз. Принцесса стиснула зубы и продолжала держаться, видя, как медленно выходит лезвие из расщелины и вот-вот высвободится. Эвала попыталась второй рукой вцепиться в стену, но, как назло, не было никаких выступов или впадин. Девочка почувствовала приближение чего-то и посмотрела вверх.

Мчась на всех парах к хранилищам Фэро, Амон видел, как сине-голубой луч входит в атмосферу планеты, как сужается и бьет точно в землю под складом оружия храмовников. Ему показалось, что он уже видел это когда-то. Перед глазами как в тумане пронеслись воспоминания души о своем далеком доме. Парень отмахнулся от них, решив, что это лишь всплывшие кадры какого-нибудь фильма или иллюстрации.

Ивалиран успел подняться и отойти на пару метров от лестницы, как ледяной луч ударил в землю рядом с ним, обжигая холодом и сбивая с ног сильнейшим порывом ветра. Рана на левой руке тут же покрылась инеем, и Ран взвыл от боли. Лед просачивался внутрь, сжигая на своем пути попадающуюся тьму, что обитала в теле хранителя. Командир Защитников тщетно пытался стереть лед с кожи, он был уже внутри, и Ивали видел, как почерневшие вены становились сине-голубыми. Лед поднимался выше, сковывая дыхание, и то и дело хлесткие удары сотрясали тело молодого мужчины. Когда же лед добрался до глаз, принц от сильной боли заскрипел зубами, ему казалось, что нечто пытается его убить изнутри. Спустя минуту луч погас и все прекратилось. Ивалиран обессиленно лежал на песке, приходя в себя.

Эваларин увидела, как сине-голубой луч проходит через каменные плиты в потолке и устремляется вниз, словно поток ледяной воды. Девочка успела лишь всем телом прижаться к стене, как на нее обрушился этот холодный, неведомый свет. Она успела почувствовать, как волной ветра, режущей словно бритва, с ее правого плеча буквально срезало верхнюю одежду. Девочка поморщилась от резкого укола в плечо. Небольшая рана жутко щипала. Когда принцесса посмотрела вниз, то увидела, как луч обращается льдом и заполняет собой всю эту яму до дна, сковывая акхэю. Мгновение – и щупальца, что держали ноги девочки, рассыпались на льдинки, падая вниз. Не веря своим глазам, Эвала смотрела на этот сияющий бело-синим неизвестно откуда взявшийся лед. Снова появились из ниоткуда огоньки-призраки и стали парить над ямой, отражаясь в ледяной глади. Изо рта шел пар, а сердце билось как бешеное.

– Творец… – прошептала девочка, касаясь ладонью льда и чувствуя вместо холода внутреннее тепло. Вдруг перед глазами вспыхнула картинка далекой планеты, целого мира, скованного этим же льдом, где внутри была заточена акхэя. – Спасибо… – закрыв глаза, поблагодарила кого-то девочка.

Приложив немало усилий, она смогла выдернуть мечи из необледеневших трещин и продолжила карабкаться наверх.

Амон не думая устремился вниз, не зная, чего ожидать. В лицо ему ударил морозный и даже обжигающий воздух. Внутри хранилища все было как и раньше. Стеллажи оружия повреждены не были, лишь полки покрыты тонким слоем изморози. В конце комнаты, ближе к углу, в полу зияла огромная дыра с обледеневшими краями. Странный колюще-рубящий звук доносился из нее. Подойдя ближе, Риджу увидел дочку Авила III, которой почти удалось выбраться из пропасти. Внизу же серебром светился лед, сковавший внутри себя тьму, которая тщетно пыталась вырваться наружу, но он растворял ее в себе.

– Эвала! – крикнул парень, протягивая ей руку. – Хватайся!

Через мгновение девочка была уже на поверхности. Уставшая, измотанная, но живая. Одежда ее была изодрана, на теле была масса легких, неглубоких, но кровоточащих порезов. Она села на краю обрыва, положив хопеши на колени, пытаясь отдышаться.

– Не ранена? – спросил южанин, бегло осмотрев ее со всех сторон, заметив содранную почти в кровь кожу на ладонях.

– …Нет, – мотнула она головой, смотря вниз, сжимая кулаки. Снова почувствовав, что жжет правое плечо, она потянулась к нему рукой. Не успела коснуться его, как перед глазами вспышкой пронесся странный символ, изображенный на развевающемся знамени. – Не посмотришь, что это у меня там? – попросила она Амона, указывая на свое плечо и перебрасывая волосы на другую сторону. – Как будто ссадина какая-то…

Риджу приподнялся и посмотрел. На гладкой коже под слоем застывшей изморози был впечатан в плоть рисунок. Он показался Амону до боли знакомым. Аккуратно он коснулся его рукой и в эту же секунду увидел странную картину: он стоит в ночи под усыпанным звездами небом, вокруг все сковано льдами, а впереди маячат готовые к вылету космические корабли гигантских размеров. Он смотрит вслед воину, уходящему прочь, и на его плече точно такой же рисунок.

– М-м… похоже на татуировку… – задумчиво предположил он, всячески стараясь скрыть волнение, вызванное непонятным ему воспоминанием.

– Что на ней изображено? – спросила Ран спокойно.

Молча Риджу нарисовал на пыльном полу перевернутую восьмерку, поверх которой было изображено странное двустороннее оружие, отдаленно напоминающее купрум этах. Именно такой символ принцесса и увидела на том знамени в своем видении.

– Не расскажешь, что здесь произошло? – кивнул он на яму. – Твоих рук дело?

– Нет, – мотнула головой девочка, вставая на ноги. – Это был Творец. – Остановившись у каменного стола, она вернула мечи на свое место и с любовью провела пальцами по всей длине лезвия. Ей безумно хотелось взять их с собой, но правила дома Фэро сочли бы это воровством. Чужак может получить оружие лишь в дар, но не взять сам.

– …Я так и думал, – покачал южанин головой. – И это так странно? Ведь Творец еще никогда не вмешивался в дела Марса… – Амон спешно поднялся, желая помочь принцессе, но она одним взглядом дала понять, что в помощи не нуждается. – Почему сейчас?

– Спросишь у него когда-нибудь сам, – устало ответила Эвала, направляясь к лестнице. – Спасибо, – бросила она через плечо, – что примчался сюда так быстро… Было приятно увидеть тебя вновь.

В ее голосе Амон услышал грусть и плохо скрываемую тоску по кому-то. Ему показалось, что это было признание души, а не девочки.

Переведя глаза на пол, он увидел следы принцессы, покрытые тонкой коркой льда, и на краткий миг ему показалось, что воспоминание о неизвестном воине ожило и он снова его видит…

Принцесса стерла изморозь с плеча, и рисунок на нем заиграл сине-голубыми красками. Снаружи она увидела своего брата, медленно приходившего в себя, сидя в тени обрушившейся колонны. Увидев ее, он был неприятно удивлен, кривая усмешка коснулась его лица.

– Больше так легко не будет, братик, – прошептала она ему, посмотрев на покрытую льдом рану. Отбросив упавшие вперед перепачканные, спутанные волосы, она развернулась и пошла прочь, уверенно шагая.

– Могу сказать тебе то же самое, – огрызнулся он в ответ, заметив, что следы сестры покрывает тонкая корка льда, не тающая под светом заходящего солнца.

Всех гражданских побыстрей с острова эвакуировали, отправив домой. Теперь это место было взято под контроль военных и ученых. Правда, ничего узнать об этом льде и луче у них не получится, но даже без этого тьма могла прорваться и из других мест. Было решено и Ирренси объявить новой зоной отчуждения.

Амон со своей командой некоторое время провел у ямы, беря образцы и делая все необходимые замеры для дальнейших изучений. Тот факт, что края ямы были покрыты льдом, спас Ивалирана от расследования о применении купрум этах, но южане сделали для себя определенные отметки. Оказавшись со льдом один на один, Риджу сел на краю обрыва и положил руки ладонями вниз на гладкую поверхность. Стоило ему закрыть глаза, и он видел неизвестный ему мир, слышал холодный и завывающий ветер, носящийся по пустынным равнинам. Мгновение – и над головой пролетели несколько десятков космических кораблей, поражающие воображение размерами и видом. Потом перед ним снова стоял тот воин, и ветер нещадно трепал его длинные волосы, закованные в сталь. Даже через туманную завесу Амон видел изумрудные глаза этого существа, а еще знал, что это было прощание навсегда.

Риджу не сразу услышал, как до него пытается докричаться его помощник Бинса.

– Амон?! Ау-у! Ты слышишь меня? – тряс он друга за плечи. – Что с тобой? – Когда тот посмотрел на него, Бинса нахмурил брови. – Ты будто привидение увидел.

– Может, и увидел, – тихо ответил Амон, переведя взгляд с ямы на рисунок, что нарисовал на полу. Коснувшись его указательным пальцем, он провел от начала до конца, справа налево, чувствуя, как в голове появляется бесконечное множество идей нового оружия. От удивления принц снова замер, стараясь запомнить все чертежи, проносящиеся перед глазами. Он будто листал книгу чьих-то изобретений.