- -
- 100%
- +
– Есть идеи, где это? – спорить с ней Лазарь не собирался, понимал, что она пойдет все равно.
– Нет, – мотнула она головой. – Похожу, поищу. Тебе будет спокойней. Я вполне сойду за свою, – она указала на нашивки на рукаве, – все-таки не зря мы запаслись американской формой. А ты еще спрашивал, зачем… – она улыбнулась.
– В четыре утра за периметром, где условились, – сказал командир. – Павлович что-то долго идет.
– Горан, прием, – вызвала его Сенка, пряча свою только что появившуюся неприязнь как можно глубже.
– Я почти на месте, сто метров, и с вами. Прием.
– Поняли тебя. Ждем.
Спустя три минуты Горан нырнул в старый окоп.
– А вот и я! – улыбнулся он. – С ключами. – Он потряс связкой автомобильных ключей в воздухе. – Что тут у нас?
– Почему Стеван не отвечает? – поинтересовалась Сенка.
– …Стеван… – Павлович сделал многозначительную паузу, привлекая внимание. – Он предал нас, – услышала группа.
– Что ты такое городишь? – переспросила девушка.
– Когда я вошел в дом, он говорил по телефону по громкой связи с каким-то албанцем. Он обсуждал с ним нас, куда мы идем. Тот обещал ему денег за твою голову. – Он указал пальцем на Милоша.
– Что за албанец? Имя слышал, может быть? Голос не узнал?
– Знакомый, но не узнал, – с готовностью ответил мужчина. – Думаю, кто-то из Османи.
– Странно, что ты не узнал, – сквозь зубы заметил Савко. – Ты же их всех знаешь.
– Не Тачи, точно, – улыбнулся тот.
– Что со Стеваном? – спросила Сенка.
– …Мертв.
– Убивать-то зачем было? – возмутилась она. – Он мог бы рассказать что-то полезное…
– Все полезное у него в компьютере и в телефоне. Вернемся – проштудируем его переписку. Может, там и Тачи с Рашимом у него найдутся в друзьях. – Горан посмотрел на часы. – Пора бы начинать.
– Да, – согласился Милош. – Только план немного изменился.
– В смысле? – все трое заметили, как спал с лица Павлович, но все сделали вид, что не заметили.
– Ты, Сава и я пойдем к тому вертолету. У нас появились подозрения, что твой контакт ведет нас в ловушку.
– Да, Горан, – ухмыльнулся Савко, – кажется, теперь тебе будем припоминать нового албанца.
– Сенка пойдет отдельно от нас. У нее новое поручение.
– Я чего-то не знаю? – удивленно посмотрел на друзей Павлович.
– Одной вылазкой убьем двух зайцев, – пожал плечами Лазарь. – Больше материала для твоих Викиликс, разве нет?
– Так-то да, – согласился он, почесывая в затылке. Издалека донесся шум вертолета.
– Начинаем, – скомандовал Лазарь. Группа разошлась по своим маршрутам.
Горан посмотрел на первоначальный объект и тихо выругался. Настроение было на нуле, и он все перебирал в голове возможности вернуть все на круги своя. Его внимание привлек тающий вдалеке силуэт Сенки. Она двигалась быстро и практически незаметно. В голове Павловича стал постепенно вырисовываться новый план.
Часы показывали ровно 3.43, когда грузовой вертолет приземлился на базе «Бондстил». Как и было задумано, пилот и четыре человека охраны с одной собакой покинули судно и направились к группе «скучающих грузчиков». Охранники все поглядывали на поле, ожидая увидеть там обещанную цель, но пока все было тихо. В 3.50 пилот отправил короткое сообщение кому-то. В 3.51 Горан почувствовал вибрацию во внутреннем кармане – пришло СМС. Он наполовину вытащил телефон из кармана и глянул на текст: «У тебя девять минут». Павлович выругался про себя и посмотрел вперед. Милош и Сава уже подобрались к вертолету. Погрузка была почти завершена, из ангара везли последнюю партию. Милош тенью проскользнул внутрь машины. Пилот ничего не заметил, да и охраны не было. На борту было два вида контейнеров. Вокруг первых было много песка, и на деревянных ящиках были надписи на турецком. Вторые загружали прямо здесь. Лазарь вскрыл один маленький контейнер из старого груза. Внутри аккуратными рядами были сложены целлофановые пакетики с белым порошком. Милош поморщился от того, сколь велико было количество опиума в этом чертовом вертолете. Вскрыл он ящик из нового груза – боеприпасы.
– Ну, это нормально, – прошептал он. – Осталось выяснить, для кого все это…
Он быстрыми движениями начал прикреплять маячки слежения – миниатюрные прозрачные пластиковые круги с микросхемой внутри – на некоторые ящики. Заметить все их сразу мало кому удастся. Началась погрузка последней партии груза, Лазарь осторожно выбрался наружу через боковую приоткрытую дверь. К вертолету направлялись два человека – один в форме, другой гражданский. Благо, вокруг было много разных ящиков и коробок, за которыми можно было спрятаться. Сава, согласно приказу, отошел на безопасное расстояние и проверил работу маячков. Затем подал короткий синий сигнал лазерной указкой Милошу, что все в порядке. Двое мужчин подошли к вертолету. Гражданский был явно не американцем, он плохо говорил по-английски. Его голос показался командиру знакомым, но разглядеть лицо не представлялось возможным. Он вслушивался в диалог, но понимал немного.
– В Турции все прошло без происшествий, будем надеяться, что отгрузка пройдет в штатном режиме, – с деловым видом сказал гражданский, явно албанец.
– Наше дело доставить груз, обеспечение безопасности груза – ваша задача. Я отвечаю только за вертолет и своего напарника.
– Понял-понял.
– За остальное мне не платят. – Американец плюнул в сторону.
– И что, даже неинтересно, что там внутри и зачем?
– Я похож на идиота? – Он достал из кармана брюк пачку жвачки и забросил в рот две синие подушечки. – Думаешь, мы все тут такие тупые и не знаем, что возим? Наркоту мы возим. А знаешь зачем? Из-за денег. 2400 баксов за месяц службы мне ой как не хватает. Нашему правительству плевать на нас, отправили и забыли, а у нас каждый тут по уши в кредитах.
– Расслабься, – примирительно поднял руки албанец. – Я нисколько не осуждаю. Я, как и ты, делаю деньги.
– Вся эта база как огромный денежный насос, я тебе скажу. Правда, на каждом уровне по-своему доят людей. Высшие чины на стадии бюджета, средние на перепродажах оружия и боеприпасов, а остальные как умеют. И скажу тебе честно – внизу мы имеем больше денег, чем те наверху. – Он указал пальцем в небо.
– Риск оправдан, – кивнул мужчина, – не спорю.
В это время погрузка последней партии завершилась.
– Меня просили передать твоему боссу, что вариант с химическим оружием обсуждается, но ответа пока не дадут. Разработка только ведется, не было тестирования.
– Передай им, что мы всегда готовы помочь протестировать. Благо подопытных хватает. – Он улыбнулся.
– Нам пора, – посмотрел на часы военный. – Бывай!
– Хорошего полета.
Американец сел в вертолет на место второго пилота. Люк судна стал медленно закрываться. Пока винт не спеша раскручивался, Милош отошел дальше, скрылся в высокой траве и направился по-пластунски к Савко.
– Где Горан?
– Потерял его из виду, когда ты был в кабине.
– Плохо. От Сенки есть что-то?
Сава мотнул головой.
– Вызови Павловича, и двигаемся к нашему выходу.
– Горан, мать твою, где тебя черти носят? Прием, – раздраженно спросил Савко, пригибаясь и следуя за Милошем.
– Я у первого вертолета, проверяю, что за груз, – с готовностью ответил Павлович.
– Мы уходим, давай к выходу.
– Я догоню. Конец связи.
– Догонит он, – фыркнул Сава. – Как бы я тебя не догнал.
Спустя десять минут двое покинули территорию лагеря и спустились в пролесок, туда, где и должны были встретиться с Сенкой и Гораном. Сава сел на землю, покопавшись в рюкзаке, отыскал пачку сигарет и закурил.
Тем временем Сенка под покровом ночи, огибая фонари и столбы с камерами слежения, обходила лагерь в поисках нулевого уровня. Долго ей искать не пришлось, дойдя до жилых бараков, она увидела небольшую группу солдат, шедших в нужную сторону. Судя по их обсуждению – они шли смотреть какое-то шоу. Девушка, оставаясь незамеченной, следовала за ними. Сенка обратила внимание, что местами на земле были заметны бетонные блоки, служившие явно не фундаментом, а стенами чему-то внизу, под землей. Группа прошла мимо турецких жилых бараков и поднялась в один из следующих. Флага никакого рядом не было, но внутри виднелась лестница, ведущая вниз. Дождавшись, когда военные спустятся, девушка осторожно проследовала за ними. Внизу горел свет, и доносились голоса людей явно навеселе. В подземном бункере, который строился как бомбоубежище, было прохладно и сыро. Запахи пота и табака уже давно смешались воедино. Правда, был тут и еще один запах с привкусом железа. Сенка ступила на бетонный пол и прошла за спины веселящихся солдат. Люди сидели на пластиковых стульях, некоторые стояли. Все их взоры были устремлены на нечто напоминавшее сцену. На ней шутил и забавлял толпу какой-то молодой парень. Девушка замерла на месте, разглядывая происходящее на сцене. На ней была полуобнаженная девушка, явно местная, на вид лет двадцати, с изрезанными руками и ногами. На ее лице не было никаких эмоций, глаза молили лишь о быстрой смерти. От ее ноги к бетонному столбу-опоре тянулась веревка. Парни из зала выкрикивали какие-то цифры. Будто на аукционе. На лицах этих солдат на скамейке запасных была только звериная жестокость и озлобленность. Среди этих зверей были и женщины. Тут не пахло алкоголем, разве что безалкогольным пивом. Сенка отступила к стене, пытаясь взять себя в руки. Желание перебить всех зверей было слишком сильно, и рука сама тянулась к оружию. Внезапно торги закончились, и один из американских солдат направился за трофеем на сцену. Отвязав от столба, он буквально потащил девушку за сцену. За ними захлопнулась дверь.
– Что ж, дамы и господа, больше нам наши друзья из числа местного населения не предоставили живого товара для увеселений. – Зал взорвался негодованием, толпа требовала крови, их айфоны были наготове – такой кадр наберет сотни лайков на любом сайте на просторах дипвеб[5]. – Ну что вы, что вы, мы помним, что обещали вам! – По залу снова прошелся довольный гул.
– Вытаскивай преступников! Тащи их! – раздалось из толпы. Только сейчас Сенка разглядела всю колоритную публику, среди которой были и гражданские. Верней, новые местные жители, испытывающие острую неприязнь к людям другой веры и другой культуры.
– Для самых терпеливых наша еженедельная рубрика, – представлял новую часть шоу ведущий, – правосудие в своей истинной форме! Мы готовы вынести свой вердикт? – срывал голос военный.
– Да-а! – вторила ему толпа обезумевших обезьян. Именно такими они виделись Сенке.
– Тогда встречайте наших обвиняемых!
Трое гражданских вывели на сцену двух мужчин. Одного пленного вывели под руки – он не мог уже идти сам. Второй еще держался на ногах. Их подвели к бетонным колоннам и привязали к ним. «Обвиняемые» были в сознании, несмотря на сильные побои, они все еще понимали, где и среди кого находятся.
Сенка посмотрела по сторонам в поисках хоть чего-нибудь, чтобы прекратить это подпольное безумие. Внимание привлекли лишь датчики дыма. Пожарных красных кнопок она не заметила. Оставался пустяк – устроить в бункере небольшой пожар. Девушка протиснулась поближе к сцене. Окинув взглядом собравшихся, она выбрала молодого парня лет двадцати пяти. На его лице было столько ненависти к заключенным, что Обилич не могла пройти мимо. Она встала рядом с ним, он даже улыбнулся ей, осмотрев с ног до головы.
– Эй! Привет! – почти крикнул он ей на ухо. – Новенькая, да?
Сенка кивнула.
– Поначалу тут непривычно, но тебе понравится. Смотри, сейчас самое интересное будет! – он указал пальцем на сцену.
– Итак, давайте же узнаем, с кем имеем дело! – восклицал ведущий шоу. – Объект под номером один… – Он подошел к мужчине, который не мог стоять на ногах. Его привязали так, что он с трудом мог дышать, голова была опущена.
Ведущий взял его за волосы и поднял голову так, чтобы все могли видеть изуродованное лицо человека. Только сейчас все присутствующие увидели, что у мужчины выколоты глаза.
– Да-да, мои дорогие, его уже неплохо наказали. За что, вы спрашиваете? Читаем. – Он посмотрел на листок бумаги, приколотый к телу несчастного. – Да у нас тут лазутчик! Перед вами Безим Андони, его к нам перевели из Приштины. Этот человек готовил бунт против Республики Косово! Подговаривал жителей города… да что там! Он готовил покушение на Хашима Тачи! И при всем этом – он албанец! Хотел предать свой народ! Каков подлец!
– Убить его надо! – крикнул кто-то из толпы.
– Но тут написано: «перед смертью помучить». Глаза его вырвали, дабы не мог больше вести своих убийц, а что сделаем мы? Как всегда, голосуем за три варианта.
По залу пошло шушуканье, и все стали передавать какие-то бумажки на сцену.
– Тут все просто, – обратился к Сенке военный, – на бумажке ставишь цифру и передаешь.
– А разница?
– За каждой цифрой какая-то пытка. – Лицо парня озарила улыбка прирожденного садиста.
– Я – пас, – мотнула головой девушка.
Наконец голосование было закончено. Ведущий честно пересчитал все бумажки.
– Да у нас тут абсолютное единодушие! – воскликнул он. – Все выбрали цифру один! А это значит – белая смерть. Раз он ничего не видит, то сыграем на его чувствах – он ощутит свои глаза всем телом!
Толпа снова зашепталась в предвкушении. Сенка достала из кармана штанов зажигалку. И пока сжала ее в кулаке.
Ведущий же откуда-то достал мешок с каким-то белым порошком.
– О да… – причмокивая, сказал американец, стоявший рядом с Сенкой. Девушка, с трудом скрывая эмоции, посмотрела на сцену. – …Соль, да, детка! – люди свистели и искренне радовались.
Ведущий снова подошел к несчастному, схватил его за волосы и задрал его голову. Он загреб горсть соли из мешка и начал сыпать ему в зияющие свежие раны. Безим начал дергаться, изо всех сил пытался вырваться из его рук, но сил почти не оставалось. Все, что он мог, – это хрипеть и стонать, голос давно сел. Засыпав солью и вторую глазницу, ведущий отпустил голову албанца. Тот тряс головой, пытаясь вытряхнуть соль из ран, но все было тщетно. Толпа животных в форме смаковала каждый момент, от вспышек можно было ослепнуть.
Ведущий достал из нагрудного кармана мобильный телефон и показал его публике – та засвистела, они знали, что будет дальше. С режима фото они переключились в видео. Садист на сцене присел на одно колено рядом с Безимом.
– Ну-ка, скажи-ка нам номер твоего домашнего телефона. Позвоним твоей женушке… – Сенка не понимала почему, но албанец прошептал ему несколько цифр. Тот сразу же их набрал. Дальше включил громкую связь.
– Не бери трубку… – прошептала Сенка. – Не бери…
Спустя несколько гудков к телефону подошла женщина, в ее голосе была тревога. Дальше та женщина слышала лишь хрип и тяжелое дыхание своего мужа. Непостижимым образом она узнала его, Сенка даже отсюда могла слышать, как слезы катятся по щекам женщины. Он прошептал что-то короткое и бессвязное, на что она ответила ему: «Всегда». Ведущему, видимо, стало скучно, и он приставил к голове албанца пистолет. Не убирая телефона, он выстрелил ему в голову.
– Вот и все, дорогуша, – сказал он в телефон, – ты официально вдова.
Зал взорвался хохотом.
Ведущий под одобрительные возгласы направился ко второму мужчине. Сенка присела на одно колено, будто завязывая шнурки. Никому до нее не было дела, никто даже не смотрел вниз. Она чиркала зажигалкой, а та все не хотела работать. Тем временем на сцене продолжились издевательства над вторым мужчиной. Сенка слышала лишь глухие удары какого-то предмета по телу человека.
– И вот это, дамы и господа, и есть настоящий бейсбол! – веселился мужчина. – Покажем отцу повстанца, что такое хорошее воспитание!
Тем временем на поверхности
Горан подкрался к первоначальному объекту – к группе у ящиков. В этот момент в кармане завибрировал телефон – пришло сообщение. Поморщившись, он вытащил мобильник и посмотрел на экран: «Терпение не будет бесконечным». Павлович закрыл глаза на миг и потом набрал номер отправителя.
– Все пошло не по плану, – прошептал Горан.
– А у тебя не было запасного плана? – с усмешкой спросил на албанском мужчина.
– Появился.
– Слушаю.
– У него есть слабость, на которой можно сыграть.
– И что за слабость? Неужели женщина?
– …Да, – поразмыслив с пару секунд, ответил Горан. – И она пошла на это задание с ним.
– Хех, хорошо же он скрывал свою личную жизнь, что мы этого не знали. Может, тебе стоит пожить подольше, и мы узнаем что-нибудь еще. Что за план?
– Милош покинул базу, но она все еще где-то тут. Уходить она будет так же, как и пришла. Там вы ее сможете взять, а я вернусь к группе, чтобы у него не было подозрений.
– Ты глупый, Горан, но за наводку спасибо.
– Если оставить людей у вертолета, то не пропустите.
– Хорошо.
– Не убивай Дару…
– Я подумаю. – Мужчина повесил трубку.
Спустя несколько секунд на один из телефонов группы поступил звонок. После недолгого разговора люди начали рассредотачиваться по территории. Один с собакой направился в сторону выхода.
Горан трусцой направился к аккуратно вырезанной в заборе дырке. Он быстро выбрался за периметр базы. За деревьями стояла припрятанная машина, но ни Милоша, ни Савы рядом не было. Павлович направился ко второму месту встречи. Он с трудом нашел нужную тропинку.
– Где тебя черти носили?! – тихо спросил Савко, спрыгивая с дерева.
– Я проверял второй вертолет.
– И как прошла проверка? – поинтересовался появившийся будто из ниоткуда Милош. – Что-то интересное?
– Нет, пусто, – мотнул головой Горан. – Почему вы не ждали у машины?
– Потому что кое-кто с ключами делал бесполезную работу, – фыркнул Сава.
– Где Сенка? – огляделся по сторонам Павлович.
– Скоро придет, – ответил Лазарь.
– Вдруг что-то случилось, – с наигранным беспокойством заметил Горан.
– До того, как мы начнем волноваться, остается пятнадцать минут, – сказал Сава, садясь на землю и вытягивая ноги.
– Ну, ясно… – Горан сел рядом.
Снова в бункере
Наконец Сенке удалось поджечь одежду парочки зевак. Незаметно для всех она быстро перешла на противоположную сторону зала, встала у стены. Не прошло и минуты, как одежда троих гостей загорелась. Сработали датчики дыма, затем сирена, но это все было лишнее – паника брала свое. От неожиданности люди начали кричать и ломиться к узкой лестнице наверх. Ведущий пытался как-то успокоить людей, но катающийся по полу солдат не добавлял оптимизма. Сенка не без удовольствия смотрела на то, как никто ему не помогает. Садист спрыгнул со сцены и направился к парню, начал пытаться руками тушить огонь. Обилич подошла к сцене и взяла с пола пистолет ведущего. Перезарядила. На глаза попалась окровавленная бейсбольная бита, девушка посмотрела на избитого мужчину, истекающего кровью. Убрав пистолет за пояс, она взяла биту и направилась к ведущему. Крутанув ее в руках, она остановилась в метре от него.
– Вот что такое бейсбол, – сказала она ему по-английски и, прежде чем он успел обернуться, со всего размаху ударила его по голове. Ведущий отлетел на добрых три метра. В черепе была весьма заметная вмятина. Его тело стали бить конвульсии. Сенка перевела взгляд на обгоревшего, в шоке смотрящего на нее. – Поставишь лайк? – она хмыкнула и достала из-за пояса чужой пистолет, наставила его на солдата. В его глазах был только ужас и страх, не было места раскаянию. Обилич не глядя выпустила в него две пули и бросила пистолет на пол.
Сенка забралась на сцену, подошла к захлебывающемуся кровью мужчине и помогла ему сесть. По беглому осмотру она поняла, что жить ему осталось считаные минуты. Она быстро его развязала. Будь он лет на двадцать моложе, возможно бы, и выжил, но не сегодня.
– Как тебя зовут? – спросила девушка, держа голову мужчины двумя руками и смотря в его заплывшие глаза.
– …Никола Йованович… – прошептал он, и Сенка вздрогнула.
– Я из «Фери»[6]. У тебя есть семья? Мы сможем о ней позаботиться.
– «Фери»… мой сын Стеван – он у вас…
– Да, – кивнула девушка.
– Хорошо… у меня есть дочка, осталась одна совсем. Позаботьтесь о ней.
– Обязательно.
– А Стеван, Стеван все делает правильно ли?
– Да, – сквозь слезы улыбнулась Сенка. – Таких умных программистов у нас больше нет, он настоящий гений.
– А я его всегда так ругал за сидение перед компьютером… спасибо. Передай ему, что горжусь им, а то я ему этого так никогда и не сказал.
Но мужчина не дождался ответа, он сделал свой последний вдох и умер. Обилич положила погибшего на пол и осмотрела зал. Выходить через главный вход было не лучшей идеей. Тут она вспомнила, как кто-то утащил девушку за сцену. Сенка направилась туда. Железная сейфовая дверь была не закрыта изнутри. Девушка открыла ее и вошла внутрь. В слабом свете фонаря она разглядела в одном из углов камеры того самого мужчину, что уволок пленницу со сцены. Он стоял, голый по пояс, над своей жертвой, которая жалобно плакала и просила ее отпустить. Сенка поморщилась и достала свой пистолет из кобуры. Сняла его с предохранителя и без каких-либо слов напутствий выстрелила в спину очередному помешанному. Девушка, прикованная к полу, вскрикнула, когда бугай завалился на спину с застывшими в удивлении глазами. Сенка подошла к убитому, пнула его тело и, наклонившись, пошарила по его карманам в поисках ключа.
– Кто ты? – прошептала напуганная девушка.
Обилич посмотрела на нее. «Господи, да ей лет шестнадцать», – подумала она.
– Готова к бегу по пересеченной местности? – спросила Сенка, сняв чуть ли не средневековые оковы с девушки. – Идти сможешь? Как тебя зовут?
– Милена. Мы не пройдем поверху, – потирая ноги и ежась от холода, сказала Милена.
– Есть другие идеи?
– Этот коридор, – Милена кивнула в сторону длинного темного коридора, – ведет куда-то на улицу. Меня провели через него.
– Ну пойдем. Опирайся на меня, дотащу как-нибудь.
Сенка помогла ей подняться, и Милена буквально повисла на ней. Ноги девушки едва слушались. Обилич слышала нарастающий наверху шум, вот-вот в бункер придут проверяющие или еще кто-нибудь. Как-никак, преступники всегда возвращаются на место преступления. Только в этот раз их ждет большой и кровавый сюрприз.
Освещения в коридоре практически не было, слабый свет просачивался через плотные решетки. Сенка посмотрела далеко вперед – до самого конца идти не стоило. В трехстах метрах была какая-то лестница, которая вела наверх.
– Давай-ка поторопимся, – предложила Обилич.
– Оставь меня, – прошептала Милена, – не могу больше идти…
– А мне плевать, что ты не можешь, – огрызнулась девушка, продолжая тащить бывшую пленницу.
– Я не смогу подняться по лестнице, как ты не понимаешь?..
– И на это мне плевать. – Сенка глянула через плечо назад – пока тихо, только ветер доносил отдельные фразы с чертыханиями из зала с «сюрпризом». Добравшись до лестницы, Обилич глянула вверх: карабкаться невысоко, но будет тяжело.
– Ты посиди тут, открою люк и проверю обстановку. – Она помогла Милене сесть поудобней.
Дальше она ловко взобралась наверх и как можно тише прокрутила вентиль – люк открылся. Подняв крышку, она глянула по сторонам – никого вокруг. Да и выход идеально расположен – до забора рукой подать. Только начавшийся сильный дождь не улучшал обстановки. Сенка спустилась вниз и подняла Милену на ноги.
– Сейчас я тебя подтолкну, а ты заберешься настолько высоко, насколько сможешь. Потом я тебя вытяну.
– Ничего не получится, – мотнула головой девушка. – У меня сил не хватит удержаться.
– Потерпишь, – нахмурилась Обилич. – Полезла.
Она подсадила Милену, и та, кое-как цепляясь, стала карабкаться наверх.
– Замри так, – скомандовала она и сама полезла следом.
После хитрых телодвижений Сенке удалось выбраться наверх, и она стала вытягивать наружу Милену. Та сопела и то и дело ойкала не то от страха, не то от боли. Выбравшись на поверхность, Обилич закрыла люк и осмотрелась по сторонам. Все было чисто. Какие-то люди суетились у вертолетных площадок. До выхода нужно было пройти всего триста-четыреста метров.
– Так, пошли дальше, моя хорошая. Приключение еще не окончилось.
Сенка помогла ей подняться и, придерживая рукой, потащила девушку дальше. Ее ноги чуть ли не волочились по земле, силы Милены были на исходе. Вдруг Сенке показалось, что она слышит что-то недалеко за спиной, будто собачье дыхание.
– Только этого еще не хватало… – прошептала девушка. – Знаю, ты не можешь, но бежим…
– Что там? – Милена стала пытаться оглянуться. – О нет… за нами идет кто-то.
– Бежим, – сквозь зубы процедила Сенка, доставая из кобуры пистолет.
– У меня тут две женщины! – передавал по рации преследователь. – Сюда, быстро!!!
Они кое-как пересекли дорогу, добежали до дырки в заборе и перелезли через нее. Теперь оставалось добежать до места встречи с группой, а вот это было сложнее. Тем более по размытой тропинке и по колено в грязи. Погоня стала очевидной – за ними гнался человек, а впереди него бежала его собака, явно не настроенная на поиграть.