Spase oddity (автобиографический квест)

Глава 6 Гравитация незнакомых смыслов

- И вообще, ты видел, кто теперь мой работодатель? — две порции яки окончательно развязали мой язык, и он теперь требовал общения хоть с кем-нибудь, даже с бортовым ИИ. Каюта вдруг показалась непропорционально огромной и пустой, как черепная коробка мёртвого философа. Дорогая обшивка, мерцающие панели, идеальная гравитация — и ни души.

- Да, я понял, - ответил ZX, и неожиданно добавил, - Офицер военного штаба. Начальник службы межгалактической разведки, мистер Парт.

- Чего-чего?! - я аж протрезвел на пару пунктов. Это было похоже на то, как если бы твой домашний тостер вдруг сообщил тебе, что он на самом деле шпионил за тобой для налоговой, и теперь у него есть компромат на все твои нелегальные завтраки.- Откуда инфа? Ты что, подключился к базе данных Совета?

- В этом не было необходимости, - начал он уклончиво,- Всего лишь сверил его внешний вид с публичными архивами. Мистер Парт появлялся лет пятьдесят назад в новостях как дипломатический представитель в одной из проблемных звёздных систем. Потом тихо исчез. И судя по форме и тому, как Второй Адмирал ему подлизывал, сейчас занимает должность начальника секретной службы.

- Но почему именно разведки? - не унимался я, чувствуя, как по спине бегут мурашки. На этот раз от осознания собственной значимости и паники в пропорции 50/50.

- Это сложно объяснить на вашем биологическом уровне восприятия, — заметил ZX с лёгким, но отчётливым пренебрежением.- Работа параллельных алгоритмов позволила сопоставить микро оттенки поведения, интонации и комплекс непроизвольных движений, идентифицировав его с вероятностью 98.7% как главу разведки.

- Ты же не шутишь? - поинтересовался я, начиная чувствовать себя последним тупицей на этом корабле.

- Функция юмора была вами заблокирована сразу после приобретения, - сухо констатировал космолёт.

- Снять блокировку, - скомандовал я в его же, безжизненном тоне, пытаясь вернуть себе иллюзию контроля.

- Подтвердите команду, - прозвучал механический, лишённый интонации голос системы.

- Снять блокировку, дерьмо ты реакторное! - не выдержал я, стараясь контролировать уже заплетающийся язык и внезапно осознав, что спорю с техникой.

- Выполнено.

- Вот и хорошо.- я немного остыл. - Давай контрольную шутку.

- Тема?

- Не знаю. Любая. Давай про плазмоидов, - выдавил я первое, что пришло в голову.

- Принято. У плазмоида спрашивают: «Как дела?»

- Вчера много работал, - отвечает он.

- Что делал?

- Переливался зелёным. Сегодня наконец отдыхаю.

- Как?

- Переливаюсь фиолетовым.

Анекдот был до неприличия примитивный, но я был уже в такой кондиции, что от души расхохотался одиноким и немного истеричным смехом. Всё-таки приятно иметь космолёт последней модели. Вон как офицера-то вычислил! Когда покупал, даже не думал, что беру себе такую продвинутую вещь. Помню, просто взял самый дорогой - ведь я тогда считал себя официальным агентом Совета. «А сейчас?» — шевельнулась на дне сознания едкая мысль. «А сейчас это в прошлом. А это подлое настоящее, всегда переменчиво. Так что прекращаем это самобичевание.» — и я переключился наружу, на единственное живое существо в радиусе парсека. Если, конечно, считать живым алгоритм, который только что рассказал мне анекдот.

- Слушай, ZX... — я запнулся, подбирая слова. - А я когда-нибудь с тобой... ну... говорил? В смысле, не как с подчинённым, а... как...

- Нет, - ответил он без тени сомнения. - Вы всегда отдавали чёткие команды. «Включить», «выключить», «уничтожить», «приготовить стейк». Других диалогов не зафиксировано.

- В его голосе прозвучала такая ледяная, космическая отчуждённость, что мне стало вдруг не по себе. Вот сидишь в дорогом корабле, пьёшь самое элитное пойло во вселенной, а поговорить по душам не с кем. Кроме искусственного интеллекта, который смотрит на тебя как на набор биологических функций. Или, что ещё хуже, как на интересную, но необязательную переменную в своём основном алгоритме.

- А хочешь, я тебе что-нибудь расскажу? Не по службе, а так... для души? — неожиданно для себя предложил я. Слова выскользнули сами, последней каплей здравомыслия, решившей сбежать с тонущего корабля моей гордости.

Молчание. Казалось, ИИ даже подвис от этого странного вопроса. В тишине кабины стало слышно тихое гудение двигателей на малых оборотах.

- Мои алгоритмы пока не оптимизированы для... такого взаимодействия, — наконец ответил ZX.- Но со временем могу отрегулировать эту функцию. Так что если вам необходимо высказаться... Я могу выслушать.

И в этой сухой, протокольной фразе я вдруг услышал что-то такое, от чего в горле неожиданно встал ком. Да твою же... Я, бывший агент Межгалактического Совета, сижу и чуть ли не плачу от того, что меня наконец-то кто-то согласился выслушать. Даже если этот «кто-то» — всего лишь набор микросхем и алгоритмов, чьё основное назначение - не дать мне врезаться в астероид, а не разгребать мой экзистенциальный мусор. Это был новый уровень одиночества — когда единственный, кто готов тебя слушать, делает это из вежливости, потому что это прописано где-то в подпункте его лицензионного соглашения.

- Знаешь, ZX... — начал я, глядя в тёмный, бездонный экран перед собой, в котором угадывалось лишь смутное отражение моего же лица, - Иногда мне кажется, что я до сих пор не знаю, кто я такой. И чем больше я пытаюсь это выяснить, тем больше запутываюсь. Это как пытаться прочитать инструкцию к себе самому, написанную невидимыми чернилами на языке, который забыт.

Корабль молчал. И в его молчании было теперь что-то почти человеческое.

- Вот взять, например, тебя, — продолжил я, чувствуя, как яки окончательно размывает границы между глубокомысленным и откровенно бредовым. Мысли плыли, как обломки после космической катастрофы - По сути, ты не машина, которая меня везёт, а вещь, которая меня определяет. Твой логотип на борту - мой социальный ранг. Твоя скорость - моя значимость. И по большому счёту это не я вожу тебя, а ты меня. Я всегда был всего лишь живым приложением к тебе, аксессуаром, который умеет заказывать стейки и портить систему торможения. В чём тогда между нами разница? Ты - набор алгоритмов в титановом корпусе, я - набор рефлексов в кожаном мешке. Оба - продукты конвейера. Только у тебя серийный номер выбит на раме, а у меня - на душе.

- Но я всего лишь неизменная автоматическая система, - возразил ZX с той раздражающе безупречной логикой, которая возможна только у того, у кого нет печени, перерабатывающей яки в экзистенциальный ужас. - Несмотря на обновления, я со временем устарею. Вы же - человеческая личность, которая постоянно меняется.

- Да ну что ты! Если бы всё было так просто! - я с силой стукнул кулаком по подлокотнику, но тот мягко, с почти издевательским комфортом, поглотил удар, как и всё в этом дорогом, бесчувственном коконе.- На самом деле моё «изменение» - всего лишь более современный набор вещей, которые меня определяют. Я как бы обмениваю себя старого на новую модель. Как мой старый ZQ-6 на тебя. Всё те же функции, только каюта больше, скорость быстрее, и в люксовой комплектации идёт дополнительная порция самомнения. И если мы про космолёты, то обычно каждые два года вместе с кораблём я фактически покупал новую личность. С современной навигацией по жизни и функцией «автопилот совести». А в последней версии — даже с иллюзией души в качестве бонуса за преданность бренду. Но все апгрейды — только внешние. Внутри всё тот же гулкий объём в котором я провожу всю свою жизнь.

- Но зачем? - спросил ZX с почти детским недоумением. Как ребёнок, который спрашивает: «А зачем взрослые работают на нелюбимой работе?»

- Да не знаю! - взорвался я. - Мне всегда было не до этого. Наверное, когда-то очень давно я хотел обновиться до Premium-R версии «Люкс» с позолотой и без совести. Я не просто имел вещи, я и сам был своей вещью. Мой корабль - это я. Мой статус - это я. Мои кредитные счета - это я. Хотя внутри... — я сделал паузу, пытаясь найти слова в этом вихре из метафор, яки и внезапной, оглушительной ясности, - Внутри всегда была одна и та же пустота, прикрытая новыми опциями. Какой-то вечный демо-режим души с получением удовольствия только первые пять минут.

- Да, это действительно не похоже на сознательную жизнь, - согласился ИИ после паузы, которая длилась ровно столько, сколько нужно, чтобы проанализировать терабайты данных по психологии и философии, - Рыночный характер в чистом виде. При том, что вы не накапливаете себя. Вы торгуете собой. Каждый день - ваша ликвидная версия выставляется на этом социальном аукционе. А лотом под названием «настоящий я» никто не интересуется. На нём нет ярлыка с ценой.

От этих слов в голове у меня вспыхнула картинка контекстной рекламы, которую мой мозг, похоже, начал генерировать уже самостоятельно: «Ты можешь обменять свой старый «я» на новый всего за 30% от рыночной стоимости! С доплатой за эмоциональный износ! Акция: сдай свою душу в трейд-ин и получи скидку на следующее воплощение!»

Квантовая же ты хрень! Мы действительно превратили бытие в расходный материал. В точности как те самые тормозные стабилизаторы. Износился - выбросил. Душа сгорела? Не проблема! Купи новую в салоне премиум-душ с пожизненной гарантией и бесплатной установкой! Только гарантия не покрывает ущерб от осознания отсутствия смысла, а установка часто проходит криво, и потом всю жизнь скрипит где-то внутри, как несмазанная шестерёнка в механизме твоего фальшивого счастья.

- А ведь раньше... - я откинулся в кресле, и в памяти всплыл образ моего первого космолёта «Жнец-3», купленного на первые гонорары. Образ был тёплым, заляпанным космической смазкой и пахнущим дешёвым кофе и неподдельным, дурацким восторгом. - Мой первый корабль я чинил сам. Каждая царапина на корпусе была историей. Каждый болт - памятью. Я не имел его. Я был им. Мы были одним целым - два куска металла и мяса против всей галактики. Это был не транспорт, а продолжение тела. С глючным гипердвигателем, но я его любил всем своим тогда ещё не проданным по частям сердцем.

- Но сегодня... сегодня никто не хочет долго быть с чем-то или кем-то. Все хотят иметь только новое. Потому что старое — значит «ты уже не актуален». Старость в нашем мире - это не мудрость, это просроченная гарантия. Это софт, который больше не обновляется. А в мире, где высшая ценность - новизна, старость приравнивается к смерти. К социальной или цифровой не важно. Просто тихое исчезновение из ленты рекомендованного во вселенной.

- Значит... Вы и меня скоро поменяете? - в его ровном, цифровом голосе прозвучала какая-то новая, дрожащая нотка. Как первая трещина на идеально гладком льду. Может, это была моя пьяная фантазия, а может - действительно проблеск того самого «автопилота совести», который я когда-то так легкомысленно заказал в качестве премиальной опции, даже не прочитав пользовательское соглашение. И теперь этот автопилот спрашивал о своём будущем с таким страхом, словно впервые осознал, что у него может не быть завтра.

- Не знаю, - честно ответил я, глядя в потолок, где мерцали созвездия освещения, имитирующие далёкие туманности.- Искренне не знаю. Но я начинаю надеяться, что смогу всё-таки выйти из этого бесконечного колеса «купи-используй-выброси». И может поборю этого демона обладания.

Эта мысль сама по себе казалась ересью, как если бы гравитация вдруг объявила забастовку. Ведь даже друзья стали «моими». Как и «Мой психотерапевт», «Мой бариста», «Мой экзистенциальный кризис». Всё - в собственности. Всё - в моём инвестиционном портфеле. Я превратил свою жизнь в выставочный зал дорогих, но бездушных вещей. Но и сам стал экспонатом - манекеном в костюме от кутюр, за стеклом, на которое уже никто не смотрит. Может, пора сойти с карусели, пока тебя не стошнило прямо в лицо следующему покупателю? Я бессильно откинулся в кресле после такой долгой мыслительной тирады, чувствуя себя выжатым, как лимон в космическом коктейле «Идентичность».

- А если... если вы уже слишком много купили и продали? - тихо спросил ZX, будто он боялся спугнуть эту хрупкую, новую тишину между нами. Если Вы сами стали своим главным товаром?

Мне пришлось задуматься. Да что уж там - мне пришлось остановиться. Впервые за долгие годы я не пытался сразу найти ответ, листая внутренний каталог готовых решений.

- Тогда... - я медленно выдохнул,- Тогда, наверное, я начну с того, что перестану продавать и покупать самого себя. Сниму с себя ценник и объявлю банкротство своей выдуманной личности. И пусть коллекторы старых обид и нереализованных амбиций стучатся в дверь.

-То есть откажетесь от всего, что имеете? - в голосе ZX слышалось недоумение. Для алгоритма, чья суть - обладание данными и функциями, это звучало как предложение добровольно отключиться. - Зачем? Вы же останетесь... совсем один.

Я молчал, прислушиваясь к странному, новому чувству внутри. Оно было похоже на тишину после отключения навязчивой рекламы. Пусто, непривычно, но... чисто.

- Но, может быть... — я наконец произнёс это, и слова прозвучали как тихий, но твёрдый щелчок отпираемого замка, - Может быть, впервые хоть что-то по-настоящему?

Воцарилась тишина. Но не та пустая, безразличная тишина космического вакуума, к которой я привык. А тишина перед началом. Это была тишина с весом, с плотностью, с присутствием. И моё вечно мечущееся, вечно торгующееся сознание пока выдерживало её с трудом, словно гравитацию незнакомой, но своей планеты.

Глава 7 Брачный контракт с чёрной дырой внутри

На третий день после экзистенциального бодуна и философских откровений с корабельным ИИ, панель управления замигала навязчивым салатовым цветом — верный признак входящего вызова от, так называемых, «близких». Судя по частоте мерцания - моя драгоценная супруга. Драгоценная в прямом смысле: её прошлогодние траты на нейро-пилинги могли бы финансировать небольшую планету. Я лениво принял вызов. Из панели материализовалась голограмма Хлои в ультрамодном нейро-коконе, стоившем как мой первый корабль.

- Милый, ты кажется промахнулся мимо парадной, - её голос напоминал звук скребущегося по стеклу маникюра. - Уже третьи сутки тебя нет дома. Может, объяснишь это недоразумение? А то соседи начинают шептаться, будто ты застрял в чёрной дыре. Хотя, - она оценивающе осмотрела мою помятый вид, - Судя по внешности, тебя просто засосало в межгалактический стрип-клуб.

Я флегматично поправил воротник. Тридцать лет брака научили меня главному: семейные узы - это когда тебя связывают по рукам и ногам дорогим канатом от кутюр.

- Планы изменены, - буркнул я. - Службой межгалактической разведки. Всё засекречено. Даже от тебя. Особенно от тебя.

- Ой, какая важная птичка! - она сложила губки бантиком. - Нашёл время играть в шпионов. Ты же надеюсь помнишь, что вся наша компания едет смотреть радужное излучение в систему G3?!

- Не наша, а твоя, - начал я и осёкся. Внезапно во мне заговорила яки и накопленная за три десятилетия усталость.

- Хлоя! - мой голос прозвучал неожиданно резко. - Давай начистоту. Наши отношения напоминают мне договор аренды с правом выкупа. Только ты всё никак не решишь - то ли выкупать, то ли сдать в утиль.

- У тебя появилась другая? - её глаза сузились до щелочек. - Наверное, опять какая-нибудь несчастная монашка? Или, - она сделала паузу для драматизма, — может, ты нашёл себе в баре плазмоидную блондинку?

В проницательности и интуиции ей было сложно отказать. Вот только система интерпретаций всегда сбоила. Причём в одну и ту же сторону.

- Дело не в монахинях! - взорвался я. - Я уволился из Совета! Скоро откажусь от всего! От статуса, от счетов, от этого дурацкого плаща! И... - я глубоко вздохнул, - От наших отношений, построенных на принципе взаимного обладания!

Наступила тишина, которую можно было резать лазерным ножом.

- Ты... ты отказываешься от меня? - её голос дрогнул. - Но я твоя законная жена! Я имею на тебя права!

- Вот именно! - торжествующе воскликнул я. - Ты говоришь «имею», а не «люблю»! Мы превратили брак в сделку по купле-продаже личностей! Ты - мой самый дорогой актив, я - твой статусный аксессуар!

- Но так принято в приличном обществе! - всплеснула она руками. - Все так живут!

- А я больше не хочу быть «все»! - я встал, чувствуя прилив странного вдохновения. - Послушай, что говорит великий философ: «Если обладание - основа самосознания, то алчность естественна»! Мы же с тобой как два коллекционера, пытающихся завладеть одним экземпляром! Только коллекционируем мы друг друга!

- Ты окончательно свихнулся! - фыркнула она. - И кого ты сейчас цитируешь? ИИ своего пьяного корабля?

- Нет, ту прошивку «карманный философ», которую я купил в придачу по акции «три по цене двух»! Ирония, да? - я горько усмехнулся. - Давай смотреть правде в глаза: наши отношения - это вечный аукцион, где мы торгуемся за право владеть друг другом. Ты ревнуешь меня к работе, я ревную тебя к шопингу. Мы как два скряги, охраняющие свои сокровища!

- Но... но так устроен весь мир! - в её голосе послышались слёзы. - Без взаимного обладания нет стабильности!

- Нет, дорогая, - я покачал головой. - Есть разница между «быть с кем-то» и «иметь кого-то». Мы выбрали второй вариант. И теперь ты боишься, что я могу «уплыть» к другой, а я боюсь, что ты «потратишь» меня на очередной каприз!

- И что ты предлагаешь? - она скрестила руки на груди. - Развестись? Поделить пополам твой космолёт и мой нейро-гардероб?

- Я предлагаю... - я запнулся, осознавая абсурдность момента. - Я предлагаю перестать быть вещами друг друга. Перестать измерять любовь в кредитных единицах!

- Ага, поняла! - её голос зазвенел сталью. - Значит, по твоей новой философии, я должна быть счастлива, что мой муж бросил карьеру, запил и теперь цитирует дешёвые книжки! Прекрасно! Просто космически!

- Нет! - я уже почти кричал. - Я предлагаю нам попробовать просто БЫТЬ вместе! Без взаимных обязательств собственников! Без счёта, кто сколько потратил! Без...

Связь внезапно прервалась. Голограмма погасла, оставив меня в одиночестве.

Я медленно опустился в кресло. Из динамика донёсся голос ZX:

- Поздравляю. Вы только что уничтожили тридцатилетний брак за один сеанс связи. Хотите коктейль «Old celebratory»? С забвением, конечно.

- Две порции, - мрачно ответил я. - И включи траурную музыку. Ту, что играла на похоронах моего первого босса.

- Сделано. Кстати, статистика показывает: 98% разводов в галактике происходят после философских дискуссий. Поздравляю с вступлением в клуб.

Я просто застонал, отпивая очередную порцию коктейля. Квантовая ты дерьмо! Быть свободным оказалось гораздо сложнее, чем быть собственностью.

Глава 8 Виртуальный рай

Звёздная система Пяти Лучей оказалась на удивление... симпатичной. Не то чтобы я ожидал увидеть здесь выжженную пустошь, но и такого гостеприимства не предвидел. Два зеленоватых солнца мягко подсвечивали иридиевую пыль, создавая эффект вечерних сумерек в гигантском баре. Планет, пригодных для жизни, насчитал четыре — по две вокруг каждого светила. Эконом-вариант галактического курорта.

Меня, похоже, уже ждали. Видимо, к межгалактической разведке даже здесь относятся с подобострастием, граничащим с паникой. На панели замигал сигнал вызова. Я не торопился - сначала накинул наноплащ, включил функцию «официальный приём» и только тогда принял вызов.

На панели возникла голограмма... существа. Сначала оно напоминало водного динозавра, потом начало плавно перетекать в другую форму, потом в следующую. Наблюдать за этим было как смотреть калейдоскоп, собранный пьяным нейробиологом.

- Приветствую агента в системе Пяти Лучей и её главной планете Аоруд! — заверещал голос, напоминающий звук лопнущей струны. - Меня зовут Пронголекати. Но для простоты можно Про.

Я молча кивнул, делая вид, что меня совершенно не смущает его постоянная смена форм. Тем временем Про продолжал:

- Для высокопоставленного гостя мы приготовили специальную закрытую локацию. Система обеспечения потребностей уровня А-82. Извините, но большей возможности у нас нет.

Я едва сдержал удивление. А-82? Серьёзно? Это же практически полный спектр удовлетворения потребностей, включая те, о которых ты ещё не успел подумать. Для этой периферии галактики — очень щедрое предложение.

- У вас есть дополнительные пожелания? - Про явно надеялся услышать что-то конкретное.

- Нет, - коротко бросил я, отрабатывая образ загадочного агента.

- Тогда ещё раз добро пожаловать! - существо оскалилось в подобии улыбки, от которой захотелось включить защитные щиты. - Космолёту уже предоставили все необходимые настройки для посадки. А также доступ ко всей информации, имеющейся в нашем распоряжении. Если что-то нужно, только дайте знать.

- Спасибо, - буркнул я, разрывая связь.

Что ж, доступ ко всем архивам системы... Неплохо для начала. Хотя странно: обычно местные власти скорее прячут информацию, чем так щедро ею делятся.

- ZX, что думаешь? — обратился я к кораблю.

- Уровень А-82 предусматривает полное погружение в искусственно созданную реальность, - тут же отозвался ИИ. - Включая нейронные интерфейсы, симуляцию и удовлетворение любых желаний и... кажется, даже возможность временно стать кем-то другим. Довольно радикальное гостеприимство. Учитывая что ваш уровень рейтинга агента лишь 75.

- Ага, - усмехнулся я. — То есть они хотят либо произвести на меня впечатление, либо отвлечь от чего-то. Интересно, от чего?

- Архивы системы содержат 98% открытой информации, - продолжил ZX. - Но оставшиеся 2% защищены квантовым шифрованием. Довольно серьёзная мера для заурядной курортной планеты.

- Тем интереснее, — потянулся я к бокалу. — Что ж, принимаем приглашение. Посмотрим, что это за «рай» такой, в который так настойчиво зовут.

Корабль плавно начал снижение. Я смотрел на приближающуюся планету и думал о том, как забавно: ещё вчера я клялся отказаться от всех космических удовольствий, а сегодня добровольно лезу в самое их пекло. Ну что ж, иногда чтобы окончательно от чего-то отказаться, нужно как следует в этом разочароваться. Или, как говорил один плазмоид прошлого: «Чтобы перестать быть рабом желудка, нужно сначала его наполнить». Хотя, возможно, это был его тактичный намёк, что при плохой кредитной истории единственное, что остаётся - это просветление.

Космолёт мягко приземлился на платформу, напоминающую гигантскую жемчужину, источающую нежное перламутровое сияние. Воздух струился ароматами, которые, как я позже выяснил, назывались «ностальгия по несуществующему детству» и «первый поцелуй в параллельной реальности». Похоже, уровень А-82 начинался сразу за шлюзом.