Драма Дель Арте

Глава 4

Поднявшись по лестнице, они укрылись за зубцами крепостной стены. Паола устало опустилась на землю, Джанни сел рядом. Ветер не утихал, периодически поднимая вверх облака пыли. К тому же сильно похолодало. Небо стало свинцовым от окутавших его тяжёлых облаков. Сверху было очень хорошо видно, что на море начался сильный шторм. Елена произнесла, глядя вниз:

– Какие сильные волны!

Она зябко поежилась:

– Холодно!

Франко, услышав ее слова, покопался в своей сумке и извлёк из нее металлическую фляжку. Он протянул ее девушке:

– Это коньяк, должно помочь.

Сергей, задумчиво глядя на небо, произнёс:

– Нам нужно найти укрытие, причём быстро. Кажется, сейчас начнется буря.

Роман, Франко и Сергей разошлись по короткой улочке в поисках прибежища, и вскоре Роман позвал товарищей. Двухэтажный дом с крохотным балконом выглядел вполне надёжным. У него не было кровли, но эту функцию выполняло частично сохранившееся деревянное перекрытие верхнего этажа. Поднявшись по ступенькам, Роман заглянул внутрь через окно – битый камень и проросшая сквозь него редкая трава. Сергей тоже заглянул в проем:

– Пойдёт!

Через несколько минут девушки разместились внутри, а мужчины пошли набрать хворост для костра. Сухие кусты, в изобилии растущие между домами и на склонах, вполне годились в качестве дров. Сергей торопил:

– Надо насобирать побольше, пока не начался дождь.

Наконец они набрали достаточно топлива и разожгли костёр внутри дома. Стало теплее и немного уютнее. Франко пустил по кругу свою фляжку. Выпив, Джанни приободрился и, размахивая зажатой в пальцах незажженной сигаретой, уверенно заявил:

– Я их засужу! Они ответят за то, что бросили нас здесь.

Роман, оставшись на улице, чтобы наблюдать за морем на случай, если появится катер, смотрел на шторм, серое небо и осознавал: никто за ними сегодня не приплывет. Рядом возник Сергей и, закурив, задумчиво сказал:

– Воистину, будь осторожен со своими желаниями, ведь они могут и исполниться! Надо же было такое придумать – ночёвка на Спиналонге!

Роман ничего не ответил и тоже закурил. Сергей, бросив взгляд на море, вполголоса произнёс, как бы отвечая на вопрос, который он, возможно, мысленно задал сам себе:

– Нет, не приплывут они сегодня…

И, обращаясь уже к Роману, добавил:

– Пошли, Ромыч! Сейчас польет.

Когда они были на середине лестницы, ведущей к их убежищу, на землю упали первые капли – крупные, тяжёлые и холодные, а через минуту начался сильный дождь. Роман, стоя на пороге, оглянулся: моря почти не было видно за пеленой воды. Очень быстро потемнело. Яркая вспышка молнии разрезала небо напополам, и через мгновение раздался удар грома такой силы, что, будь в брошенных домах острова стекла, они бы сразу вылетели. Роман вернулся к костру и сел на землю, прислонившись к стене. Все молчали, глядя на огонь. Судя по тому, как интенсивно влага проникала через дыры в ветхом перекрытии, дождь усилился. В оконных проемах мерцали вспышки молний, освещавшие стоявшую за пределами убежища пелену воды. Франко снова пустил по кругу фляжку, а Сергей подкинул сухих веток в огонь. Он расстроено пробормотал:

– Дров мало набрали. До утра не хватит.

Минут на сорок все замолчали. Роман взглянул на товарищей, которые как нахохлившиеся голуби молча сидели рядом в подавленном настроении. У него мелькнула мысль, что будет, если шторм не прекратится, и за ними не смогут прислать катер. Еды нет, воды тоже. Он не стал озвучивать это вслух, решив пока не тревожить людей своими опасениями. Скорее всего, они и сами думают о том же. Джанни, сидевший рядом с женой, вдруг встрепенулся и прошептал:

– Кажется, я только что слышал чей-то голос.

Сергей подошел к окну и долго прислушивался, но потом сказал:

– Нет, я ничего не слышу. Только дождь.

Джанни поднялся на ноги и встал рядом:

– Я точно слышал голос.

Сергей опять стал всматриваться в темноту и вдруг сказал:

– Вроде бы луч фонаря вижу…

Наталья уточнила:

– Фонаря?

Сергей не ответил и выскочил на улицу под дождь:

– Эй, эй! Мы здесь! Сюда!

Через минуту в дом вошёл очень высокий, под два метра ростом, широкоплечий мужчина. По его красной штормовке с туго затянутым вокруг лица капюшоном стекала вода, на козырьке бейсболки висели две большие капли. Лицо его заросло короткой и густой седой щетиной. Незнакомец оглядел всю компанию и произнес очень низким голосом:

– Добрый вечер! Хорошо, что я все-таки нашел вас.

Джанни спросил первым:

– Вы сейчас нас увезете?

Мужчина смерил его недовольным взглядом и ответил:

– Никуда я не собираюсь вас увозить.

Он обвел глазами присутствующих и пояснил:

– Меня зовут Горан. Я живу здесь, на острове. Материк связался со мной по рации и попросил найти забытых туристов, чтобы обеспечить им ночлег.

Джанни выкрикнул:

– Да какого черта! Почему никто не приплывает за нами?

Горан посмотрел на него с раздражением но спокойно прокомментировал:

– Никто и не приплывет за вами – на море очень сильный шторм. Поэтому вариант есть только один – ждать, пока успокоится море.

Джанни раздраженно выругался по-итальянски. Горан, не обращая на него внимания, продолжал:

– Идёмте со мной. Моя жена вас накормит, проведёте ночь в тепле, а завтра, если шторм утихнет, вернётесь в свой отель.

Он включил фонарик и подошел к дверному проему, стряхивая рукой воду со своей одежды. Люди подошли к нему, и он предупредил:

– Пожалуйста, не отставайте и внимательно смотрите под ноги. Камни скользкие – можно упасть.

Горан шёл первым, освещая дорогу. За ним шла Паола, которую поддерживали Джанни и Сергей. Следом двигались Наталья, Елена, Франко и Роман. Не обращая внимания на дождь и сполохи молний, от которых небо становилось неоново-фиолетовым, загадочный житель острова провел их по крепостной стене, затем они поднялись на один уровень выше, а потом спустились по узкой каменной лестнице и оказались на площадке, окруженной зубцами бастиона. Роман узнал по возникшему перед ними темному остроконечному силуэту тот самый цирк-шапито, замеченный с высоты. Это действительно был настоящий шатёр вроде тех, в которых раньше давали театральные представления на ярмарках. Горан приподнял полог, пропуская гостей. Внутри шатёр оказался гораздо больше, чем можно было ожидать. Освещена была лишь его центральная часть, в которой, как ни странно, горел огонь. Дым костра уходил через большое отверстие в крыше, а дождевая вода, попадавшая внутрь, падала с громким хлюпаньем в здоровенный таз, поставленный на заменявшие пол каменные плиты бастиона. Чуть поодаль от огня стояли два внушительных напольных и, вероятно, старинных канделябра с горящими в них толстыми свечами, которые освещали стоявшие позади ящики. Внутри шатра действительно было сухо и тепло.

У огня сидела женщина лет сорока пяти, в черном свитере и голубых джинсах. Увидев прибывших, она встала и, поправив собранные в тугой пучок темные волосы, с улыбкой произнесла:

– Добрый вечер! Проходите и будьте как дома. Меня зовут Драгана, а с моим мужем Гораном вы, как я понимаю, уже познакомились.

Все по очереди представились. Женщина приветливо улыбалась в ответ. Горан тем временем скинул промокшую куртку и принес из темноты шатра складные стулья. Сергей и Роман пошли с ним и принесли еще несколько, чтобы просушить на них мокрую одежду. Франко и Джанни раскрыли и расставили стулья вокруг огня и усадили девушек. Когда гости развесили мокрую одежду и заняли места, Драгана обратилась к севшим справа от нее Елене и Наталье:

– Поможете мне помыть мясо и овощи? У нас сегодня баранина.

Те, естественно, согласились, а Драгана повернулась к Паоле:

– У тебя, вижу, проблема с ногой. Ты сиди на месте и режь овощи для салата. Мы принесем.

Затем она сказала мужу:

– Дорогой, принеси, пожалуйста, дров. И побольше, чтобы не бегать постоянно.

Горан поднялся, а за ним встали Сергей и Роман. Франко и Джанни остались сидеть с Паолой. Драгана включила карманный фонарик и подвела девушек к большой бутыли воды с накрученной на нее сверху ручной помпой. Через секунду с той стороны послышался звук падающей в ведро воды – женщины начали мыть мясо и овощи. Мужчины за несколько минут сложили у огня поленицу из дров, и вскоре все снова собрались вместе. Горан с хмурым выражением на лице за все время не произнёс ни слова. Драгана передала Паоле овощи, а сама, поставив на огонь большой котел с водой, принялась с остальными девушками разделывать мясо. Елена заметила:

– У вас сербские имена.

Драгана, не отрывая глаз от мяса, которое она резала на доске, кивнула:

– Да. Я из Сербии, окончила университет в Белграде по специальности «филолог-славист». Муж – босанский серб из Мостара.

От Романа не укрылся недовольный взгляд Горана, которому, вероятно, не очень понравилась откровенность жены с чужаками. Мужчина, однако, ничего не сказав, встал и шагнул куда-то в темноту. Через минуту он вернулся с литровой бутылкой и стопкой маленьких стеклянных рюмок, которые в его огромных ладонях казались наперстками. По-прежнему молча Горан протянул каждому по рюмке и объявил своим низким голосом:

– Ракия!

Елена откликнулась первой:

– А я в Черногории пробовала ракию.

Джанни спросил:

– Это граппа?

Горан серьезно констатировал:

– Граппа – это виноградная водка, а ракия – это ракия.

Серб шагнул к Джанни с бутылкой и наполнил его рюмку. Затем он обошёл всех, наливая каждому. Роман проглотил обжигающую жидкость. В животе сразу потеплело, но затем с утроенной силой проснулось задремавшее было чувство голода. Горан предложил повторить, и никто не отказался. Роман, откинувшись на спинку стула, чувствовал, как хмель окутывает его мягким тёплым одеялом. Голоса вокруг стали тихими и глухими, словно отодвинулись за толстую портьеру. Он подумал, что поездка на Спинплонгу – всего лишь сон; сейчас он откроет глаза и окажется в своём номере, а затем пойдёт как обычно на завтрак в компании Сергея и Натальи.

Глава 5

Давид Арнольдович в своей неизменной жилетке со множеством карманов невозмутимо и сосредоточенно набивал трубку, изредка молча поглядывая на Романа. Наконец он достал спички, прикурил и, выпустив вверх облако ароматного дыма, коротко бросил:

– Рома, пора!

Роман, будто ждал только этой команды, обернулся и подошел к краю скалы. Он видел перед собой стальной трос, переброшенный через ущелье, и отвесную серую стену на другой стороне. Встав на дощатый помост, скрывавший под собой крепления троса, Роман осторожно заглянул вниз и увидел, что метрах в ста от него по дну ущелья среди камней течет быстрая горная речка. Он снова обернулся к Давиду Арнольдовичу и хотел спросить, точно ли ему нужно переходить по тросу на другую сторону, но на месте коллеги стоял Арлекин в трико из черно-красных ромбов. Бубенчики его черно-красного шутовского колпака слабо позвякивали на ветру. Черная, скрывавшая все лицо маска с длинным носом-клювом выглядела хищно и зловеще. Рядом с Арлекином стояла девушка в старинном платье. Ее лицо поверх белил было густо нарумянено, а губы накрашены таким насыщенным кармином, что казалось, будто ее рот испачкан в крови. Арлекин захихикал под маской, а его дама вдруг пронзительно крикнула:

– Давай, Рома! Хорош спать!

Роман отвернулся от странной пары и шагнул на трос, который немедленно лопнул, и он стремительно рванулся к горной речке на дне ущелья. Рывок вниз пробудил его, и он открыл глаза. Перед ним стоял Сергей и улыбался:

– Рома, еда готова! Просыпайся!

Еще пребывая в путах сна, Роман огляделся. Они все по-прежнему находились в шатре, сидя вокруг огня. Драгана попробовала из большой ложки свое блюдо, удовлетворённо кивнула и обратилась к мужу:

– Gorane, daj ploce!*

Горан снова шагнул в темноту за своей спиной. Вскоре он появился со стопкой тарелок в одной руке и ложками в другой. Драгана отправила гостей к бутыли с водой мыть тарелки и приборы. Через несколько минут все собрались у огня, нетерпеливо позвякивая ложками. Роман, попробовав то, что положила ему в тарелку хозяйка шатра, понял одно – ничего вкуснее этого рагу он не пробовал. Возможно, сказывался голод, но вкус у блюда был волшебный. Здесь смешивались пикантность розового перца и сладость томатов, острота красного перца, вкус молодой баранины и пряные ароматы трав. Гости, стуча ложками и сосредоточенно работая челюстями, наперебой показывали Драгане поднятые вверх большие пальцы. Женщина лишь улыбалась в ответ, но было заметно, что ей такая реакция очень приятна. Увидев, как быстро опустели тарелки, она предложила добавки, и не евшие весь день туристы согласно закивали головами. Наконец все насытились. Джанни, уже явно в приподнятом настроении, заулыбался и спросил у Горана:

– А как вы здесь оказались? Остров же необитаем с пятидесятых годов.

Горан вместо ответа извлёк свою бутыль с ракией. Туристы с готовностью протянули рюмки и опрокинули в себя напиток. За мужа ответила Драгана:

– Была такая страна, которой теперь больше нет, – Югославия, и многие ее жители, никогда об этом и не помышлявшие, вынуждены были однажды оставить ее.

Она посмотрела на Джанни:

– Я ответила на ваш вопрос?

Итальянец, осознав, что невольно коснулся больной темы, пробормотал:

– Извините меня, Драгана, я не хотел…

Горан подал голос:

– Ничего, все нормально.

Франко тихо заметил:

– Осколки разбитого вдребезги…

Сергей поспешил сменить тему и интересовался:

– А это цирковой шатёр?

Драгана отрицательно покачала головой:

– Это старинный ярмарочный шатер, в котором давали театральные представления.

Горан встал и поманил гостей за собой. Луч его фонаря выхватил из темноты еще несколько штабелей складных стульев и здоровенные сундуки. Драгана открыла один из них:

– В город приезжал театр и давал на городской площади представление, в котором героями были маски.

Она извлекла из сундука кожаную маску на половину лица. Некогда она была красной, но от времени стала бурой. Вокруг прорезей для глаз еще кое-где оставался декоративный золоченый узор. Гротескно длинный крючковатый нос хищным клювом свисал над серыми усами и бородой из конского волоса.

Елена воскликнула:

– Поверить не могу! Это же Панталоне – маска комедии дель арте! Старинная маска из венецианского квартета.

Она осторожно взяла маску из рук Драганы и стала ее внимательно рассматривать. Завершив, Елена пояснила:

– Я по профессии искусствовед и защищала диплом как раз по комедии дель арте. Всего существуют два квартета: северный или венецианский и южный – неаполитанский. И Панталоне является одним из основных персонажей северного квартета.

Она отложила маску на крышку соседнего сундука и спросила у Драганы:

– Можно взглянуть на остальные?

Женщина рассмеялась:

– Ну, конечно! Пожалуйста!

В руках Елены появилась большая маска из тёмной кожи с черными волосяными усами и густой бородой. Девушка шутливо представила персонажа:

– Дамы и господа, знакомьтесь! Это Бригелла – первый дзанни или слуга из того же венецианского квартета.

Про большую чёрную маску с огромным носом – клювом она сказала:

– А это Доктор, он же болонский юрист Грациано или Баландзоне.

Маску следующего персонажа она долго рассматривала и наконец воскликнула:

– Точно! Я не сразу сообразила – здесь, оказывается, есть и неаполитанские маски. Эта, например, принадлежит Пульчинелле.

Елена показала всем чёрную полумаску с большим носом, напоминающим куриный клюв.

Затем она достала из сундука похожую полумаску с длинным носом и отделанными серебряной краской линиями бровей. Девушка задумалась на секунду, но потом хлопнула себя по лбу:

– Это же Арлекино!

Паола поинтересовалась у Горана:

– В этих сундуках маски и костюмы?

Тот кивнул, подтверждая сказанное. Елена добавила:

– Вообще-то масок в комедии дель арте более ста, но в основном они дублируют друг друга с незначительными различиями. Например, неаполитанец Скарамучча – это Капитан в венецианской версии, северянин Бригелла – это южанин Ковьелло, Доктор Грациано – это судья Тарталья.

Девушка аккуратно сложила маски обратно в сундук:

– Это потрясающе! Откуда, скажите, в нашем двадцать первом веке на Спиналонге взялся театр комедии дель арте?

Хозяева шатра и гости вернулись на свои места у огня. Драгана пояснила:

– Один бельгиец, его звали Людвиг, был очень увлечён идеей возрождения такого театра. Он несколько лет по всей Европе собирал для труппы старинные маски, костюмы и прочий театральный реквизит, включая и этот старый шатер. Как в старину они перемещались из города в город, давая представления, но все же деньги закончились, и Людвиг распустил актеров. Год назад он нанял нас, чтобы мы присматривали за его имуществом, а сам уехал искать спонсоров. Вот так мы и оказались на Спиналонге.

Роман прислушался к мерному капанью воды, падающей через отверстие в крыше. Раскаты грома заглушили голос Франко, который в этот момент сказал:

– Вы оба – счастливчики! Жить здесь на острове – это великолепно!

Горан снова пустил в ход бутылку ракии, и, пока она совершала оборот вокруг костра, вытащил из темноты за спиной гитару. Гости замолчали при виде музыкального инструмента у него в руках. Трудно было поверить, что этот мужчина, больше похожий на боксера-тяжеловеса или баскетболиста, умеет играть на гитаре, которая выглядела игрушечной в его руках. Драгана пояснила:

– До войны Горан был музыкантом.

И она обратилась к мужу:

– Molim, igraj «Laku Noc». **

Горан взял несколько красивых аккордов для вступления и начал петь немного хриплым, но приятным голосом:

Sunce tone, dan se kloni

U daljini zvono zvoni

Studeni mu drhti glas

Vjetar huji i sve jače

Po obali drvlje plače

I žalosno gleda nas

Što mi «vako duša grca

Ovaj nemir i bol srca

Kad li će mi draga proć»

Vjetar huji kroz tegobu

Hoćeš li mi doći grobu

Sunce tone, laku noć***

Красивая и печальная мелодия настолько захватила всех, что никто поначалу и не обратил внимания на Наталью, которая вдруг зарыдала. Сергей бросился к жене:

– Что случилось, Наташа?

Наталья сквозь слезы ответила:

– Мне очень жалко этого человека. Я ни слова не поняла, но ему очень плохо.

Сергей обескуражено обнял супругу, стараясь ее успокоить, а Драгана пояснила:

– Стихи написал Алекса Шантич, знаменитый сербский поэт. Одна известная в Боснии группа записала эту песню, а Горан услышал ее и сделал свою аранжировку. Мне кажется, вышло очень хорошо.

Франко, Джанни и Паола в один голос закричали «Браво», а остальные принялись аплодировать. Отложив гитару, Горан снова запустил ракию по кругу, и все с улыбкой протягивали ему свои маленькие рюмочки.

* Горан, давай тарелки! (Серб.)

** Пожалуйста, сыграй «Спокойной ночи» (Серб.)

*** Солнце садится, день угасает,

Вдалеке звонит колокол,

Его холодный голос дрожит.

Ветер шумит все сильнее

Деревья на берегу плачут

И печально смотрят на нас.

Отчего так тяжко на душе?

Это от тревоги и тоски на сердце

Когда, моя дорогая, когда это пройдет?

Шум ветра слышен даже в горести.

Придешь ли ты ко мне на могилу?

Солнце садится…

Спокойной ночи… (Серб.)

Глава 6

Brubeck Meets Bach, CD1,

Points On Jazz – Prelude

Горан, улыбаясь, принёс две круглых дыни и разрезал их, положив ломтики на большой медный поднос. Роман взял себе пару кусков и попробовал. Дыни были не очень сладкие, но сочные и хорошо утоляли жажду. Сергей, похлопав себя по животу, удовлетворенно произнёс, обращаясь к хозяевам шатра:

– Как же хорошо! Спасибо вам! Вы нас спасли от голода и жажды.

Со всех сторон послышались слова благодарности. Горан и Драгана смущённо улыбались. Франко заметил:

– Остаться на Спиналонге стоило уже только из-за рагу Драганы.

Женщина засмеялась. Сытые туристы вспоминали, как сидели в развалинах у костра, ошарашенные своим положением. Джанни поднялся и откинул полог шатра, из-за чего снаружи сразу повеяло холодом. Итальянец снова закрыл проход, вернулся на свой стул и произнес:

– Чем займёмся, друзья? Спать еще рано.

Сергей с надеждой посмотрел на Горана:

– А может быть у вас есть карты?

Серб отрицательно покачал головой, и в этот момент ко всем обратилась Елена:

– Друзья, у меня идея!

Она встала, чтобы ее было лучше видно, и пояснила:

– Каждый из нас согласно жребию получит свою маску и расскажет историю, где героем будет его персонаж из комедии дель арте. Причем, даже если вы рассказываете современную историю, ее необходимо стилизовать под то время, когда такие театры были популярны. Я дам необходимые характеристики каждого персонажа. Как вам моя идея?

Роман усмехнулся и подумал, что происходящее можно будет назвать «Декамерон на Спиналонге». Присутствующим идея девушки понравилась, а Наталья спросила:

– И как же мы будем бросать жребий?

Сергей ответил:

– Это как раз несложно.

Он взял пустую бутылку из-под ракии и, положив ее на каменную плитку под ногами, закрутил по часовой стрелке. Сделав несколько оборотов, бутылка остановилась.

– На кого указывает горлышко, тот и рассказывает историю.

Елена сказала:

– Прекрасно, Сергей!

Горан помог ей принести маски, которые она разложила на нескольких стульях и объявила:

– Итак, у нас есть пять масок из северного квартета: Арлекин, Пульчинелла, Бригелла, Панталоне и Доктор. Собственно говоря, это – основной состав венецианского набора персонажей. Плюс имеется маска неаполитанца Пульчинеллы. Кроме того, в любой пьесе комедии дель арте присутствуют Влюбленные и девушки-дзанни, например, Коломбина, которые традиционно не носят масок. Таким образом, нас – девять человек и масок – пять. Добавим двух Влюбленных, Коломбину и, скажем, Капитана. Теперь все сходится: девять человек – девять персонажей. Разыгрываем маски, друзья!

Сергей начал крутить «волчок». Первым лотом стал Арлекин, доставшийся Драгане. Панталоне отошёл к Джанни, Горан получил Доктора, а Паола – Бригеллу. Пульчинеллу закрепили за Натальей. Следом разыграли персонажей без масок, и «волчок» отдал Роману Коломбину, Елене – Влюбленную, Франко – Капитана, а Сергею – Влюбленного. Елена раздала маски рассказчикам и удовлетворенно потерла руки:

– Прекрасно! Осталось определить, кто же начнёт первым.

Горлышко бутылки указало на Джанни. Елена прокомментировала:

У Джанни – Панталоне. Даю его характеристику!

Горан поднялся и принёс новую бутылку ракии, которая сейчас же была отправлена в путешествие вокруг костра. Елена спросила у Джанни, готов ли он. Тот сосредоточенно смотрел на маску в своих руках некоторое время, затем утвердительно кивнул, и девушка произнесла:

ПАНТАЛОНЕ,

ВЕЧНО НЕЗДОРОВЫЙ, ПОХОТЛИВЫЙ И СКУПОЙ СТАРИК.

ОН ИЩЕТ ЛЮБВИ ЮНЫХ ПРЕЛЕСТНИЦ, НО ВСЕГДА ТЩЕТНО.

Как только Елена умолкла, Джанни заговорил:

В одном из стоящих на венецианском Гранд-канале палаццо, которое принадлежало некоему очень влиятельному господину, назовём его синьором Ф., служил кастеляном старый Панталоне. Господин его – человек сколь влиятельный, женившийся в свое время на дочери самого Дожа, столь и благочестивый – полностью доверял старику. В ведении кастеляна находилось все хозяйство, и челядь боялась Панталоне как огня – он запросто мог любого вышвырнуть на улицу. Даже слуги самих хозяев никогда не вступали с ним в пререкания. С утра и до ночи сгорбленный Панталоне ходил по скрипучим лестницам палаццо, опираясь на свою длинную палку. Стук палки сопровождался позвякиванием громадной связки ключей от всех дверей и помещений здания. Всегда одетый в чёрный плащ, с седой узкой бородой и свисающими вниз побелевшими усами, он более всего походил на чернокнижника, который злыми чарами околдовал хозяина и теперь упивался своей преступной властью над всем дворцом. Панталоне без устали подгонял служанок, болтающих на лестнице; делал замечания уже немолодому садовнику Джузеппе, шикал на посыльных. За его спиной челядь из молодых потешалась над ним и строила ему гримасы, но в лицо никто никогда не перечил. Однако более всего от Панталоне доставалось юной сироте Лучинде, работавшей на кухне. Девушка выросла во дворце и с детства помогала своей матери Кристине, которая также была кухаркой и умерла два года назад. С тех пор будто какая муха укусила старика – он словно специально караулил Лучинду, чтобы сделать ей замечание по малейшему поводу. Если она убиралась на кухне, то Панталоне отчитывал ее за плохо вымытый пол; шла она на рынок, так он обязательно ругал ее за купленные рыбу или овощи; он придирался к любой другой мелочи вроде взгляда или улыбки. Уж сколько раз кухарка Коломбина, единственная кто решался с ним спорить, вступалась за бедняжку, доказывая, что рыба и овощи хороши, а пол на самом деле чистый. Кастелян ничего и слышать не хотел. Однако по-настоящему он впадал в ярость, увидев, как Лучинда любезничает на канале с гондольерами или Бригеллой, слугой господина Ф. Гондольеров он осыпал проклятиями, а на Бригеллу однажды бросился, размахивая своим посохом. Такое пристальное внимание старика к Лучинде не могло укрыться от слуг, и довольно скоро по дворцу поползли слухи о том, что Панталоне просто по уши влюблён в девушку. А почему бы и нет? Он овдовел пять лет назад и вполне мог бы жениться снова. Служанки, оказавшись на кухне, хихикали, заслышав звон связки ключей или стук палки: