- -
- 100%
- +
© Анна Беглар, 2021
ISBN 978-5-4474-0778-0
Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero
Пролог
Много веков назад во Вселенной существовал мир атлантов и титанов. Титаны были могучими воинами, а атланты – воплощением мудрости и Силы. Гармония сохранялась до тех пор, пока честолюбие одного из атлантов не подняло послушных титанов против силы Света, подарившей им жизнь и наделившей мудростью. Народ атлантов раскололся надвое. Одни дрались за абсолютную власть над всем сущим, другие защищали гармонию своего мира от собратьев, предавшихся тьме, и от своих рабов титанов, которые стремились к свободе, не зная впрочем, для чего она им нужна, и как они станут жить в новом мире. В этой битве, которую люди потом назовут битвой богов и титанов, пало много воинов и мудрецов. Сотворение жестоко покарала тех, кто дерзнул покуситься на устои мира. Они были брошены глубоко в четвертое измерение под Тартаром. Врата в ад атлантов хранил Круг Силы. Уцелевшие победители тяжело переживали смерть братьев и сестер от собственных рук, а также заключение оставшихся в живых туда, откуда не было возврата. Многие попросили позволения вернуться к Истоку, и Свет Истины позволил им это. Но были и те, кто решил остаться, и, повинуясь законам Света и Правды, основать новый мир. Им был доверен маленький голубой шарик – планета Земля, где Свет Истины поселил горстку смертных людей. Из них атланты надеялись взрастить себе подобных и восполнить нанесенные войной потери. Но история внесла в план свои коррективы. Сила атлантов, многократно превышающая человеческие возможности, подняла их на невообразимую высоту. Вместо мудрых учителей они стали богами. Смертные дали им новые имена, придумали небеса и жизнь небожителей. Они строили для них храмы и приносили кровавые жертвы. Их именем начинались и прекращались войны, избирались цари и разрушались царства. Атланты так и не сумели внушить людям, что кровь и смерть им ни к чему. Смертные видели в них отражение себя. Они сочиняли новые и новые легенды. Миры небожителей менялись в зависимости от условий, в которых жили усердно поклонявшиеся им люди и обрастали новыми и новыми сказаниями. Время шло, века сменяли века. Культы древних богов были преданы забвению. Но случилось так, что в христианской Франции девушка-ведьма, благодаря силе и воле сумела подняться до верхнего мира. Ее необычный дар и божественная сила одного из атлантов, полюбившего смертную, соединились в их дочери. Она родилась в мире смертных и была вынуждена в нем остаться. Судьба лишила ее матери, а отец даже не подозревал о ее существовании. Богиня, запертая в человеческом теле, была обречена воплощаться снова и снова, пока атланты не появятся рядом и не освободят ее дух.
Глава первая. Свиток венеры
Фотосъемка шла полным ходом. Брюнетка в белоснежном платье счастливо смеялась в объектив, прижимаясь щекой к плечу своего мужественного спутника жизни. Спутник нежно держал ее за руку и ласково обнимал за талию.
– Так, неплохо. Поменяли позу. Каролина, сядь в кресло. Дим, стань на одно колено и поцелуй ей руку. Кар, не улыбайся, просто смотри на него. Это любовь всей твоей жизни. Больше блеска в глазах! Дима, легче. Не тяни ее на себя.
Кира Лазарева тихонько, стараясь никому не мешать, просочилась на площадку и пристроилась в уголке, помахав Каре рукой. Двоюродная сестра, по понятным причинам, не ответила. Она старательно изображала тепло и ласку во взоре.
– Неплохо, неплохо. Перерыв —пятнадцать минут. Потом снимаем медовый месяц. – Пелагея оторвалась от фотоаппарата и улыбнулась: – Привет, Кирка.
– Привет, – Кира кивнула.
– Здравствуй, Кирюшка, – Каролина, приподняв пышные юбки, спустилась с подиума и подошла к девушке. – Как дела в институте?
– Кирка, приветствую, – с другого конца к Кире подлетел Дмитрий. Дежурно чмокнул в щеку и снова испарился.
– Привет, – уже вслед модельному джентльмену ответила Кира. – В институте все замечательно. Сессия закрыта. Я свободна, как птица. Собственно, я зашла попрощаться, Кар. У меня самолет через два часа.
– Куда ты собралась?
– На Ладогу. У меня контракт с ролевиками на месяц.
– Что? – Кара по цвету лица сравнялась с белоснежным жилетом фотографа Пелагеи. – Вы все-таки едете? Кира, нет! Там пропадают люди.
– Знаю, – Кира кивнула. – Собственно поэтому я и получила эту работу. Не было никакой конкуренции. Мне нужны деньги.
– Давай я тебе одолжу.
– Спасибо, но нет. Уверена, беспокоиться не о чем. Это всего лишь ролевые игры на самой Ладоге, а не на том крохотном озере, где пропали ребята. Все. Целоваться не будем, – Кира похлопала кузину по плечу. – Люблю! Чао!
– Все! По местам. Продолжаем! – раздался громогласный голос Симы.
– Вот полоумная! – выругалась Каролина вслед убегавшей Лазаревой и отправилась изображать счастливую новобрачную. Но теперь получалось это из рук вон плохо. Потому что вместо приятного партнера, перед глазами Кары упрямо вставала затянутая туманом гладь того самого озера.
*****
– Озеро как озеро, ничего особенного в нем нет! – в доказательство своих слов, представитель современной молодежи, ролевик, девушка по имени Катя, подняла с земли булыжник и бросила в воду. Озеро булькнуло, и по воде пошли круги.
– Озеро, как озеро, – согласились все.
Ролевики прилетели вечером, отыграли один эпизод и сразу с площадки, не снимая с себя реквизита, поехали посмотреть на загадочное место. Хоть все и тряслись от страха, показывать этот самый страх на людях никто бы не решился.
– А давайте искупаемся? – предложил один из парней и тут же расстегнул кожаный панцирь. – Я первый.
– Сема, ну ты как всегда! Вода хоть теплая?
– А то! – из озера отозвался Семен. —Тамарка, присоединяйся!
– Иду! – Тамара сунула Кире свою лиру и стянула через голову тунику. – А вы чего стоите? Слабо?
Ролевики загалдели, что никому не слабо и в результате на берегу остались только Вася Смирнов и Кира. Тихий Смирнов сел сторожить сброшенный реквизит, а Лазарева побрела обозревать окрестности на предмет определения лучших точек для съемки. Место ей откровенно не нравилось. И дело было даже не в ландшафте. Голубая чаша озера, пологие берега с трех сторон поросшие лесом, серое небо, которое пронзали вершины сосен – композиция была безусловно красива, но эта красота была не радостной, а скорее грозной. Теперь слухи о пропавших здесь мальчиках из предыдущей группы ролевиков не казались ей преувеличенными. Ребята ушли утром погулять по лесу, а вечером того же дня забеспокоившиеся товарищи подняли тревогу. Их искали неделю, но не нашли никаких следов. Два человека словно растворились в воздухе. Реалисты их круга сочли, что парни глупо пошутили и сбежали, оптимисты продолжали надеяться, что те просто заблудились и вышли к какому-нибудь затерянному в лесах поселку без связи с внешним миром, а пессимисты, склонные к мистике, утверждали, что ребят забрало озеро. Кира сделала несколько снимков и повернула к лагерю. Ни с того, ни с сего спину между лопатками засвербило от чужого внимательного взгляда. Девушка не выдержала и обернулась. Никого. Тишина. Кира передернула плечами и начала спускаться с холма.
А совсем рядом велся весьма интересный разговор, который не могли слышать смертные:
– Значит кого угодно?
– Кого угодно.
– Спорим?
– Спорим.
– Тебе не надоело?
– Тебе же не надоедает?
– Хорошо. Первый встречный.
– Первый встреченный. Нечего делать. Ф-фу, как же мне лень туда спускаться. Да..забыла. Ты, разумеется, не вмешиваешься.
– Конечно, любимая.
– Тогда приготовься к проигрышу.
И снова ощущение чужого присутствия наполнило воздух.
– Кто здесь? – даже на собственный взгляд, голос Киры прозвучал так жалко, что ей стало стыдно. – Кто здесь? – стараясь говорить твердо, снова спросила она.
– Кир,
– Тьфу! – Кира перевела дух и отпустила камеру, которая чуть не полетела в голову неслышно подошедшему Виктору Соколову. – Ты меня напугал.
– Прости, – он пожал плечами, – тебя долго не было. Мы начали беспокоиться.
– Долго? – девушка бросила взгляд на часы. – Двадцать минут – это долго?
– Для этого места, долго, Кира. Ты и сама знаешь.
– Пойдем отсюда, – Кира поежилась. – Мне как-то не по себе.
– Может быть нам вернуться на Ладогу? – уже на подходе к палаткам спросила девушка.
– Через две недели вернемся. Нам Олимпийские игры надо отыграть. Здесь идеальные условия. Просто будем более внимательны, чем обычно.
– Ясно, – Кира скользнула взглядом по лицам ролевиков. С опасного купания все вернулись успокоенные, и на девяносто процентов уверенные в общей безопасности. Одной Кире было не по себе. Она забралась в палатку. В ответ на приглашение к ужину крикнула, что у нее зверски болит голова, и она хочет выспаться перед завтрашней съемкой
*****
Вместо того, чтобы лечь спать, Кира включила нетбук и погрузилась в работу. Почти год она упорно собирала малоизвестные факты из мифологии Древнего мира, развивая свою теорию о том, как и почему был создан мир Олимпа. В своей дипломной работе, ей хотелось не пересказывать общеизвестное, а представить альтернативную точку зрения на культы личностей, которых придумали, а затем обожествили люди. Иногда Кира настолько погружалась в свои рассуждения, что всерьез допускала возможность реального существования древнегреческих небожителей. Ее занятие не вызывало одобрения ни у однокурсников, ни у друзей, ни у родных. Все считали, что она завалит защиту, если начнет переписывать историю, давным-давно запротоколированную уважаемыми учеными. Даже ролевики утверждали, что Кира слишком много значения придает давно ушедшей эпохе. Бросив взгляд на часы, Кира подумала, что время еще детское, и связалась по скайпу со своей давней знакомой, так же сильно сдвинутой в древнегреческую сторону.
– Здравствуйте, Рада. Я вам не помешала? Это Кира Лазарева.
– Добрый вечер, – на экране появилось, как всегда чуть задумчивое, лицо Рады. – Вы уже на месте?
– Да. Приехали днем. Предупреждая следующий ваш вопрос, скажу озеро, как озеро. Ничего особенного.
– Это хорошо, Кира. Значит, беспокоиться не о чем, – улыбнулась женщина. – Ты посмотрела последние материалы?
– Мельком. В теме вы указали, что это касается Венеры. Но я уже собрала все, что только можно об Афродите.
– Я…. подумала, что тебе не мешало бы познакомиться… – на этом месте изображение повело в сторону, из динамика доносился искаженный голос Рады. – Я уверена… то что тебе нужно… —
Связь прервалась. Кира выругалась про себя и захлопнула крышку нетбука. «Вот выбрали место! Интересно, хоть спутниковый телефон здесь работать будет? А то случись что, и „Скорую“ не вызовешь. Ладно, не получилось поговорить, значит, будем читать.»
– Ну и что тут у нас? Ничего себе! – Кира фыркнула.
Документ, присланный Радой, содержал подробные инструкции по призыву богини любви и красоты в храм пред ее жрицей. Будущей Венерой. Девушка пробежала взглядом по строчкам заклинания и усмехнулась. Ладно. Почему бы и нет? В то, что ей явится Афродита, Кира не верила ни минуты. В Древнем мире может это заклятье и срабатывало, но в двадцать первом веке? Кира потерла переносицу и пожала плечами. Что изменится -то? Потом набрала воздуху в грудь и выразительно прочитала:
– Венера – единственная звезда, которую не может затмить даже восходящее солнце. Сегодня и до положенного предела моего существования, я открываю дверь в своем сердце и призываю к себе воплощение Любви и Красоты. Да будет так!
– Кира, что ты делаешь?
Девушка вздрогнула и обернулась. Большей дурой, чем сейчас, она не чувствовала себя уже давно. Насмешливый взгляд Виктора откровенно раздражал. Сосчитав про себя до десяти и обратно, Кира почти спокойно ответила:
– Читаю письмо от Рады.
– От Рады? Тогда понятно, – Виктор улыбнулся. – Я заглянул узнать, прошла ли твоя головная боль. Может быть, немного посидим у костра?
– Спасибо, не сегодня. – Кира покачала головой. – Я лучше прогуляюсь. Подышу воздухом.
Она выбралась из палатки и быстро пошла по берегу озера, стараясь, как можно скорее оставить за спиной и лагерь, и тихо ругавшегося себе под нос Виктора. Когда-то давно Кира прочла, что ненужные органы в человеческом организме всегда атрофируются. По закону природы. И поняла, что у нее атрофировалось сердце. Сколько Кира себя помнила, ей никогда не хотелось гоняться за тонкой и нежной субстанцией, именуемой в народе любовью. Подруги называли девушку эгоисткой, которая просто боится расстаться с привычным образом жизни, а ей было хорошо и спокойно одной. Мужчин она сторонилась с тех пор, как перед ее глазами проходила череда отчимов, которых приводила в дом мать. Кира любила своих дядю и тетю, которые помогали ей, как могли, после того, как родительница испарилась в неизвестном направлении. Любила своих двоюродных брата и сестру -Каролину и Кирилла. Любила археологию и мифологию. Гармонию нарушил появившийся в кругу ролевиков Виктор. После первого неудачного свидания он почему-то не оставил девушку в покое, как все предыдущие парни, а вбил себе в голову, что она страдает от тяжелой, психологической травмы и неспособна выпустить наружу свои эмоции. Вот уже полгода он активно ее спасал и, признаться, иногда у него что-то получалось. Кира остановилась почти у самой воды, и мысли моментально свернули к пропавшим мальчикам.
«Ну что в тебе не так, озеро? Почему всем, кроме меня ты кажешься мирным и уютным? Как я выдержу здесь две недели? Ведь просто так уехать я не смогу.»
– Добрый вечер.
Кира вздрогнула, поскользнулась на илистом берегу и съехала по колено в воду.
– Извините, – неслышно подкравшийся тип вежливо протянул ей руку, – я не хотел вас напугать. Давайте помогу.
– Вы кто такой? – Кира невольно отступила на шаг назад. Озеро, на данный момент, было куда предпочтительнее странного мужика спортивного телосложения, возникшего ниоткуда с непонятными намерениями.
– Вам там удобно? – все так же вежливо осведомился он. – Может, выйдете на берег?
– Я спросила, кто вы такой? – повторила Кира, прикидывая, кто быстрее доберется до лагеря. Она – вплавь, или он – бегом.
– Я журналист. Приехал освещать пятый ежегодный фестиваль ролевых игр на олимпийскую тематику.
– Обычно приезжает Настя…
– А в этот раз приехал я.
Господину журналисту, очевидно, надоело Кирино торчание в воде, так как он спустился к ней и, не обращая внимания на протестующее бубнение, переставил на берег,
– Простите мою вольность, но интуиция подсказывает, что вы собираетесь мокнуть в озере до утра. Я искал ваш лагерь на Ладоге. Почему вы не согласовали с журналом, внесенные в план поправки?
– По этому поводу вам лучше поговорить с Виктором Соколовым. Он наш организатор. Я всего лишь фотограф.
Кира проводила визитера к палатке Виктора и направилась к себе. Шагая по лагерю, она размечталась, что столичному журналисту вдруг да и удастся заставить Соколова объяснить, почему ролевики застряли на этом треклятом озере, а потом свернуть лагерь и отправиться на Ладогу. Помимо этого Кира мечтала о восьми—десяти часах спокойного сна. Однако эта ночь побивала все рекорды по количеству нежданных визитеров. У входа в палатку обнаружились два препятствия на пути к спальному мешку. Первым была художница – Татьяна Коренева, вторым – незнакомая девушка модельной внешности. Обе увлеченно разглядывали Танины наброски. Непонятно, что им там было видно, но вид у обеих был одинаково очумелый.
– Ну наконец-то. – Таня ударила ладонью по колену. – Явилось наше солнышко! Алиса, это наша Кира. Кира, это Алиса Райс. Она художница. Ей очень понравилось твое лицо.
– Добрый вечер. – Кира послушно кивнула. – Чем могу быть полезна? – в голове мелькнула надежда на возможный заработок. Вдруг Алисе Райс нужен фотограф.
– Здравствуйте, Кира, – у приезжей художницы был завораживающе красивый голос. Кире подумалось, что будь та певицей, от поклонников отбою бы не было бы. – Я ищу модель для своих картин. Мне понравилось ваше лицо.
– Мое лицо? – удивилась Лазарева. – По-моему, во мне нет ничего оригинального.
– Пока нет, – поправила Алиса. – Вы станете известны далеко за пределами своего мира, благодаря моему искусству. Мои работы очень ценятся. Я не часто делаю такие предложения.
– Простите, нет. – Кира покачала головой. – У меня есть определенные обязанности перед участниками фестиваля. Я фотограф. У меня нет времени позировать вам.
– Это не важно, – Алиса махнула рукой, – если согласитесь, я буду рядом с вами и нарисую вас за работой. Это будет куда интереснее, чем простой портрет.
– Если так, то, пожалуйста, – Кира пожала плечами.
– Благодарю вас, – художница поднялась и направилась прочь.
– У нас сегодня просто день открытых дверей, – Кира присела на коврик-пенку рядом с Татьяной. – Представляешь, вместо Настеньки приехал какой-то мужик. Он на меня у озера наткнулся. Так я с перепугу в воду свалилась, как идиотка. Думала – маньяк-убийца.
– Лазарева, ты в своем репертуаре, – засмеялась Татьяна. – Без приключений никак, да?
– Откуда эта Алиса Райс взялась?
– Я ж тебе сказала, она пишет портреты людей разных профессий. У нее такая идея для новой выставки.
– На этом озере? Дичь какая-то. И потом, что-то не припоминаю я такой художницы.
– Да ну тебя, Кирка, – фыркнула Таня, – порой, ты такой параноик. Можно подумать, ты – великий ценитель искусства, и знаешь всех известных художников в лицо. Не приставай к девушке. Хочет она тебя рисовать, пусть рисует. Может, и сама известной станешь.
– Лучше бы денег дали. Я бы себе сапоги на зиму купила, – Кира полезла в палатку. – Доброй ночи.
– Дикая ты, Кирюшка. Приласкала бы Соколова, давно бы жила в профессорском доме, на всем готовом, – добродушно засмеялась Татьяна. – Сладких снов, недотрога.
Кира влезла в спальный мешок, застегнула молнию и попыталась уснуть. Обычно перед сном она успевала проанализировать прошедший день и составить примерный план на завтрашний, но сегодня провалилась в объятия Морфея почти сразу. Сон был сказочный. Она гуляла по набережной под руку с Виктором, ела мороженое, пила молочный коктейль. Было так хорошо. Хорошо и спокойно. Внезапный порыв пронизывающего ветра поднял в воздух тучи пыли. Небо почернело, спокойное море вздыбилось огромной волной, Соколов куда-то исчез, и Кира осталась одна. Лицом к лицу с разразившимся хаосом. Гребень волны уже закручивался над ее головой, когда рядом возник некто. Кира не видела его лица, не знала, кто он. Но перед ее невидимым защитником спасовала волна – медленно скатилась обратно в море, улегся ветер, снова засияло солнышко. Только вот Виктор почему-то не вернулся. Кира шла по набережной одна. Только теперь вечное одиночество впервые стало ей в тягость. На этой трагической ноте сон прервал деликатный стук
*****
– Кто там? – сонная Кира наполовину расстегнула мешок и села.
– Это ваш вчерашний маньяк.
– Кто? – девушка мысленно дала в глаз болтливой Татьяне и, пригладив волосы, высунулась из палатки.
Розовый солнечный диск только-только показался из-за горизонта. По голубому небу бродили легкие облака. Против солнца висел едва заметный лунный диск. А у палатки стоял ее вчерашний знакомец и улыбался.
– Простите, что разбудил вас. Я думал, вы уже готовы. Ролевики ушли полчаса назад. Если не поторопитесь, то пропустите самое интересное.
– Ох ты елки-палки! Спасибо. Я сейчас, – кляня про себя не прозвонивший будильник, и Виктора пожалевшего ее предрассветный сон, Кира снова нырнула в палатку. В пожарном порядке привела себя в порядок, нашла камеру, поменяла пленки и выпрыгнула наружу.
– Семь минут сорок три секунды, – журналист отпустил манжету и снова сунул руки в карманы, – для женщины – просто рекорд. Пойдемте? Между прочим, мы вчера так и не успели познакомиться. Артур Март.
– Кира Лазарева, – девушка поправила висящий через плечо штатив.
– Милое озеро, верно? – журналист окинул взглядом панораму. – Господин Соколов сделал странный выбор, поместив ваш лагерь здесь, но люди любят рисковать.
– Если вы о таинственном исчезновении мальчиков, то я не склонна вдаваться в мистику. Все это может иметь и реальное объяснение.
– Да? Какое? – на какой-то момент карий и стальной взгляды встретились. Кира невольно поежилась, но глаз не отвела. Так, что журналист был вынужден отвернуться первым. Почему-то Март выглядел очень удивленным. «Я что первый человек, который победил его в игре „кто кого пересмотрит“?» подумала Кира. Нет, все-таки этот журналист очень странный тип. Люди так не выглядят. Одежда, как с иголочки, не помята, ни запачкана. Сам он свеженький, как огурчик, словно и не провел за рулем почти десять часов, и не беседовал вчера с Соколовым полночи, и не вставал на рассвете. Девушка подавила желание зевнуть, как крокодил и завалиться под ближайший куст. Как же спать хочется. Кира остановилась у края поля и принялась устанавливать штатив и крепить фотоаппарат. Журналист зачем-то начал ей помогать, хотя она, собственно, ни о чем не просила. Сумка с фотооборудованием прекрасно и на земле бы постояла. Незачем ее так услужливо придерживать и подавать все необходимое. «Дикарь ты, Лазарева» поставила себе диагноз Кира. «Нормальная женщина бы радовалась, что такой мужчина обратил на нее внимание, а я только и жду когда он куда-нибудь удалится». Когда с приготовлениями к фотосъемке было покончено, Кира прильнула к видоискателю и посоветовала себе сосредоточиться на работе. Сегодняшняя сцена посвящалась первому дню Олимпийских игр. По древним традициям, Игры начинались в первое полнолуние после летнего солнцестоянии и длились ровно пять дней. Последующие пять ролевики планировали посвятить проведению древних религиозных обрядов, а после принести традиционные жертвы и собраться на прощальный пир. В дальнем углу поля на возвышении сколотили трибуну для судей – элланодиков. По традиции их было десять. Все облачены в пурпурные одежды. На всеобщее обозрение уже была выставлена белая вывеска, на которой прописали всех участников сегодняшних состязаний. Кира снимала кадр за кадром и про себя надеялась, что на ее голову сейчас не свалится известная художница Алиса Райс. Однако ее надежды не сбылись. Художница обнаружилась рядом с герольдом. Тихий Ваня Смирнов, начисто позабыв о своих прямых обязанностях, умиленно смотрел на Алису. Кира отметила, что с залетной барышни не сводили глаз почти все мужчины, присутствующие на празднике. Только взгляды были разные. Ролевики явно были восхищены красотой художницы, а столичный журналист едва не смеялся.
– Афины против Спарты? – вдруг поинтересовался он. Кира невольно вздрогнула и кивнула:
– Да. А вы любите мифологию?
– Нет, – он почему-то усмехнулся.
– Почему?
Март оставил вопрос без ответа и отошел в сторону. Кира пожала плечами и вернулась к работе.
Отсняв две пленки, девушка решила сделать небольшую передышку, полезла в сумку за водой и едва не поперхнулась, услышав крик:
– Кира!
Алиса Райс, не запыхавшись, спешила к ней. Тяжелый вздох Киры, художница предпочла проигнорировать, так что девушке пришлось спешно сменить угрюмый оскал на теплую улыбку и вежливо поздороваться.
– Здравствуйте, Алиса.
– Я наблюдала за вами, – она улыбнулась. – Вы сегодня почему-то очень напряжены. Неудобно рисовать.
Кира пожала плечами, но такая прозорливость показалась странной. Раньше ей удавалось неплохо скрывать свои эмоции.
– Простите, Алиса. Кажется я вчера предупреждала вас. Я работаю. Значит, мое настроение не обязано оставаться праздничным.
– Женщина не должна жить только работой, – ее бархатный голос обволакивал. – Время летит незаметно. Красота увянет, молодость пройдет впустую, – это было похоже на гипноз. Хуже всего было то, что частью себя Кира понимала – эта залетная художница права. О красоте девушка вспоминала раз в четыре месяца в парикмахерской, а про впустую прошедшую молодость уже было сказано. «Но ей-то до этого, какое дело?» вдруг проснулась Кира. И как выяснилось вовремя. Рядом снова оказался журналист.
– Ты! – на какой-то миг Кире показалось, что воздух вокруг этих двоих наэлектризовался до такой степени, что в Марта сейчас влепится молния.
– Я, – согласился он, – и что?
Девушка перевела взгляд с взбешенной художницы на спокойного, как танк журналиста и поинтересовалась:
– А в чем дело?
– Ни в чем, – с Алисы, словно ветром сдуло гнев и раздражение. – Только этот господин, кажется, что-то напутал. С каких это пор он стал гостем ролевых игр?
– С тех пор как вы, уважаемая ценительница искусства, стали злоупотреблять своими способностями.