И после смерти. Начнётся приключение

Со скрипом створки окна отворились, впуская свежий утренний ветерок в небольшую комнату. Зашуршали страницы разбросанных по столу книг и тетрадей, исписанных смазанным почерком. В зеркалах массивного шкафа отражалось, как и тень нависает над спящим хозяином комнаты, теребя его рыжие кудри, лаская веснушчатые щёки рукой. Парень поёжившись от холода и натянул на голову сбившуюся простынь, прячась в кокон. По комнате разнёсся весёлый смех и приглушённый звон будильника откуда-то из недр подушек. Простынь медленно поползла вниз, но рывком сильной руки была возвращена обратно. Телефон затих, лицо спящего расслабилось и озарилось сонной улыбкой. Блаженство продлилась недолго, резкий крик включившегося телевизора заставил парня сесть на кровати сонно моргая, глаза слепила рябящая картинку, а по ушам бил нарастающий шум. По стене вибрируя прошлись сильные удары, из соседней комнаты донеслись ругательства едва слышные за воплем ведущего. Парень подскочил путаясь в простыне, спеша выдернуть шнур телевизора из розетки, вокруг неё лохмотьями весел скотч. Наступившую тишину заполнил звонкий смех, скривившись парень сел на край кровать, хмуро буравя стену немигающем взглядом.

– Ты чудовище, -произнёс он.

Виктор

– Ты на часы смотрел соня, -в воздухе вырисовывался силуэт девушки с весело прищуренными белёсыми глазами, когда-то они были, как и мои голубыми, – Экзамены у меня за тебя не примут.

Я перевёл сонный взгляд на часы весящие над кроватью, 7:42.

– Не могла раньше разбудить? -Подскочил я хватая вешалку с костюмом, преготовленную мамой с вечера.

– В следующий раз подмену в 4:20, -ухмыльнулась Мария

– Изгоню, -Пригрозил я кинув в сестру грязные носки.

Пролетев сквозь неё они упали на пол исчезая в бардаке.

– Не посмеешь, -Хмыкнула Мария, сложив руки на груди. -Как экзамены сдавать будешь?

– Сильно много от тебя пользы, – буркнул я, застёгивая рубашку, небрежно отбрасывая галстук. -И вообще благодаря кому мне пришлось учить всё в последний момент?

Ещё раз глянув на часы я побежал в ванную на ходу натягивая пиджак.

– Чайник включи, -крикнул я захлопывая белую деревянную дверь исписанной рунами.

– Я тебе не служанка, – донеслось недовольное бурчание из-за двери, -буди его, чайник ему ставь, а он бесполезной называет.

– Я тоже тебя люблю, -крикнул я разглядывая в отражении мешки под глазами, больше походившие на фингалы.

Умывшись я пошёл на кухню, там меня уже ждал чай и тарелка бутербродов.

– Спасибо, -тепло улыбнулся я.

В коридоре скрипнули половицы, и в проходе появился отец сонно почёсывая живот.

– С кем болтаешь, – спросил он сквозь зевок. Я не определёно пожал плечами, -странный ты, -уселся он напротив буравя меня взглядом.

Вздохнув он перевёл взгляд на бутерброды и налив себе чай, взял один медленно жуя.

– Доброе утро, -опомнился я.

Он посмотрел на меня как на ежа зимой и хмыкнув покачал головой.

– Каму как. Вот ты скажи, какого хрена у тебя телевизор в такую рань орёт? – устало спросил папа.

– Сломался наверное, – смущённо соврал я не поднимая взгляда от чашки.

– Мастер говорит всё с ним в порядке, ещё лет сто послужит.

– Я наверное пойду, от то опоздаю, -поднялся я.

– Иди уже, -махнул отец, -и сынок, -окликнул он меня, -удачи, -улыбнулся папа.

– Я постараюсь -улыбнулся я в ответ.

– Я знаю.

Быстро сбегая по лестнице перепрыгивая ступеньки, я отчитывал сестру.

– Почему нельзя будить так, чтобы не просыпался весь дом? – Возмущался я.

– Как? Холодным душам? – Она летела следом.

– Ничего более гуманного в голову не приходит? -Сморщился я

– Для тебя нет, -улыбнулась Мария.

– Чудовище, отца хоть пожалей, -прикрикнул я выбегая из подъезда.

– Ему тоже вставать пора было, на роботу.

Я промолчал, не спорить же на улице, люди вокруг.

Мария

Виктор уже минут 10 сидел перед исписанным двойным листом, перечеркивая записи на черновике, отбивая замысловатый ритм ручкой об изрисованную парту.

– Хорошо ты выиграла, -со вздохом прошептал он, -помоги.

На его стенания от своих бумаг оторвалась Ольга Сергеевна, надменно оглядев кабинет, она наверное решила, что кто-то из неучей уповает на молитвы и вернулась к работе.

– Ты что-то сказал? Я не расслышала, – откровенно издевалась я.

Брат сердито огляделся по сторонам.

– Кого-то ищешь? -Высунула я голову из парты.

Виктор выронив от неожиданности ручку, зашипел на меня. На шум от документов опять оторвалась седовласая мегера. Прищурившись как кобра она задержала на брате взгляд следя, как он поднимает ручку и принимается чиркать сквозь моё лицо. Я со смехом подлетела к потолку.

– Будешь должен, -крикнула я, пикируя к учительскому столу.

Учебник по химии был удачно открыт на содержании. Так мне нужны спирты, найдя нужный параграф я за, листала страницы. От внезапного шелеста бумаги дрогнула преподавательница, посмотрев на книгу она нахмурилась, перевела взгляд на окно и поднялась чтобы его закрыть. Ну а я начала громко и отчётливо диктовать текст темы.

На улице припекало солнце я весело носилась в воздухе пытаясь поймать птиц, которые перепугано замолкали пролетая сквозь мои пальцы.

– Их хватит сердечный приступ. -Скептически сказал брат, стоя в тени здания школы.

– Злой ты, -показала я ему язык.

– Реалистичный, -хмыкнул он, смотря на меня снизу в верх, -Тебе нужно быть осторожней.

– Бууу, -протянула я повисая к верх ногами, -не начинай зануда. Даже если я переверну автомобиль люди спишут на ветер, им в это легче поверить.

– Тебе мало Петровны? Старушка до сих пор лечится.

– Да она ещё кода я жива была с катушек и слетела, -возмутилась я, -вечно с собакой на руках, я думала бедное животное ходить разучилось.

– Теперь мы знаем что нет, -ухмыльнулся Виктор.

– Вик, -раздался крик от выхода из школы, в нашу сторону бежал счастливый брюнет.

Виктор

– Как сдал? -налетел на меня друг.

– Отлично – я самодовольно улыбнулся

– Не может быть, -неверяще уставился на меня Дима, -невозможно грымзе химию на 5 сдать.

– Химия 4 -ухмыльнулся я, понимая друга.

– Каму ты продал душу? Я тоже так хочу. -весельем блестели чёрные глаза.

– Заказы больше не принимаются, -сказала Мария.

– Секрет, -рассмеялся я.

– Ладно, -почесал он щёку, на которой пробивалась щетина, -К выпускному готов?

– Конечно, что за вопрос. -предвкушающие улыбнулся я.

– Брат пива накупил, весь гараж ящиками заставлен, -шёпотом поделился Дима. -главное чтобы не выпил всё раньше времени.

– Макса потом самого на самогон пустят, -сказал я

– Это точно. -рассмеялся друг, -выпускники без выпивки это страшная сила.

– Хуже могут быть только с выпивкой.

Придя домой меня первым делом заманил на кухню запах свежих блинов. За столом сгорбившись сидела мама разглядывая фото в чёрной рамке. Под ногой скрипнули половицы и она подняла на меня голубые глаза, сморгнув слезу мама поспешила вытереть мокрые дорожки рукавом.

– Какой же ты красавец, -грустно улыбнулась она, смотря как будто насквозь.

– Мам… – Я поджал губы, не зная что сказать.

Подойдя к ней и забрав фото, я отложив его на стол, обнимая её хрупкие плечи, прижимаясь губами ко лбу. Мы молчали мерно покачиваясь.

– Простите, – в порыве эмоций Мария попыталась нас обнять, пройдя руками насквозь, пряча слёзы в маминых волосах цвета блонд.

От этого пошли мурашки по коже, холодя кровь. Вздрогнув Мама поёжилась.

– Прохладно, -прошептала она.

Чмокнув её в лоб я ослабил объятья, грустно улыбаясь.

– Я закрою форточку, -отстранился я.

– Как экзамен? -Вспомнила мама.

– Две 5 и 4 по химии, -ответил я.

– Молодец, – тепло улыбнулась она с тоской в глубине глаз, -иди переодевайся, а я пока чай налью.

– Так точно, – я шутливо отдал честь.

По дороги к себе я разглядывал фото, на нём нам с сестрой 14, Это было наш последний день рождения вместе, я грустно улыбаясь оглаживал пальцем рамку. Растрёпанные, загоревшие, всей семьёй блестящие от крема, мы счастливо улыбаемся.

Мария

Машина неслась по степной дороге поднимая клубы пыли, по радио играл шансон, а картина за окном практически не менялась нагоняя уныние жухлой травой. Ещё и наушники сломались, «это официально самое худшие день рождения», со злобой я пнула сидящего рядом брата, покачивающего головой в такт музыке в наушниках. Он покосился на меня и ухмыльнувшись сделал музыку громче, так что я её услышала, сволочь. Откинувшись назад я с минуту пялилась в потолок, скучно. Опять покосившись на брата я принялась тыкать в него пальцем. Долго он не выдержал схватив меня за руку он начал выкручивать пальцы, зашипев от боли я пнула его, завязалась бойня.

– Угоманитесь, -крикнул отец, смотря на нас через зеркало, -что вы как дети малые, -мы затихли, но продолжали тыкать друг в друга, хихикая, -вот что с ними делать? -спросил он едящую рядом маму.

Женщина мягко улыбнулась поглаживая его по руке и повернулась к нам.

– Успокойтесь! -Строго сказала дочь офицера. -Или пойдёте пешком.

Мы, скривившись, расселись по разным углам, понуро опустив головы.

– Лучше бы дома остались, -Буркнула я.

– Что-то не нравится, прошу на выход, -холодно сказала женщина.

Я обижено уставилась в окно.

– Малышка, -мягко позвал отец, я не повернулась, -не обижайтесь, -со вздохом продолжил он, -вам понравится, мы всей семьёй заночуем у речки в палатках. Разве это не весело?

– Почему вы решаете, как мы будем праздновать день рождения? -сердито посмотрела я на родителей в зеркало.

Робкая улыбка сползла с лица папы и он покачав головой перевёл взгляд на дорогу, мама осуждающе смотрела на меня, как и Виктор, я отвернулась к окну.

Холмистая степь всё не кончалась, казалось бы унылый пейзаж, но вот мелькнула серая шубка и я оживилась приглядываясь. То там, то тут скакали зайцы, где-то виднелась, кажется рыжая шкурка, в небе парили ястребы. Степь жила. Я приоткрыла окно и мне в нос ударила пыль с запахам полыни, закашлявшись я поспешила его закрыть. Разглядывая голубое небо я думала как давно я не была на природе и как она обманчива. В далеке начали виднеться редкие зелёные деревья растущие у каменистого берега голубой реки. Словно гигантский змей она раскинулась под палящим солнцем. Мы остановились в тени деревьев и наконец покинули душную машину, облегчённо подтягиваясь вдыхая свежий воздух полной грудью.

Виктор

Пока отец насаживал мясо, а мама раскладывала покрывала неясного цвета с узором съеденным временем, нас отправили за дровами.

– Могли бы сейчас с друзьями гулять, -походя пинала камни Мария, и угодила кроссовкам в куст.

– Ага, -наблюдал я как она, зацепившись, согнулась пытается выпутать шнурок.

Коварно ухмыльнувшись, я не мог упустить такого шанса, подняв очередную ветку я шлёпнул сестру по выпяченной пятой точке.

– Ах!…Ты!… – яростно воскликнула она, и я дал дёру, сзади послышался хруст.

Ветки полетели прочь, создавая позади препятствие, мы петляли и скакали по камням. Я значительно оторвался, когда обернувшись подскользнулся на камнях и полетел в низ выставляя руки вперёд.

– Так тебе и надо! -Раздался над головой злорадный смех.

– Да иди ты… -шипя я оглядывал ободранные ладони.

Посмеявшись Мария присела рядом, протягивая руки, чтобы осмотреть ссадины.

– Покажи, -скомандовала она, -мелочь, а ноешь как девчонка, -фыркнула сестра.

– Девчонка говоришь, -ухмыльнулся я, в моей голове заплясали чёртики.

Схватив сестру я подскочил на ноги, направляясь к речке.

– Ты что творишь! -закричала она яростно сопротивляясь, -Нет! – поняла она мою затею -Придурок. Пусти! У меня телефон! -на последних словах она вырвалась и полетела в воду.

Меня окатили брызги, поёжившись я сделал шаг назад, но отступить не успел. Мария схватив меня за ногу повалила в воду, пытаясь утопить. Началась водная бойня. Вскоре причина боя позабылась и мы просто весело смеясь окатывали друг друга брызгами

– Перерыв, -сдалась сестрёнка.

Я согласно кивнул выходя на берег, устало растягиваясь на гальке. Лёжа на спине я следил за лениво плывущими мимо облаками.

– Твой телефон? -С ужасом вспомнил я.

– Он у мамы, -не открывая глаз сказала пакость.

– Краска с волос смоется, -в отместку поддел я.

Она, нахмурившись, взяла локон своих фиолетовых волос, придирчиво разглядывая.

– Покрашусь, -заключила Мария и расслабившись вновь прикрыла глаза.

Мария

Ленива бредя по берегу, жмурясь от солнца я довольно улыбалась, разглядывая результат своей работы. Мокрые волосы брата торчат в разные стороны, руки покрыты мелкими царапинами, на лице ссадина и такая же довольная улыбка

– Много же вы дров собрали, – Ухмыльнулся отец, подкидывая ветки в костёр.

– Ой, -за всей этой беготнёй мы совершенно забыли зачем шли.

– На кого вы похоже? -воскликнула мама нарезающая салат, -А ну, быстро переодеваться.

– Так точно, – Отдав честь мы промаршировали к машине.

– Дети малые, -донеслось нам в спину.

Переодевшись в купальник я присела на плед и потянулась к тарелке с салатом.

– Рано, -отбила мою руку мама лёгким ударом ложки.

– Ну мам, -протянула я, есть на свежем воздухе очень хотелось.

– Не мамкой, шашлык пожарим и будете есть. А пока марш плавать, -с мамой спорить бесполезно.

– Догоняй, -крикнул Виктор убегая вперёд.

– Так не честно, -побежала я следом.

Он остановился по колено в воде и я с протяжным «ИИИИ» прыгнула ему на шею, мы полетели в низ. Оказавшись в воде я поплыла отплыть как можно быстрее и дальше, пока Виктор не вынырнул. Весело смеясь я оглянула, ожидая преследования, но позади были лишь лёгкие волны. Я обеспокоенно вглядывалась в воду, где не было видно даже собственного пупка. Вдруг что-то схватило меня за ногу и потянуло вниз, с перепугу я усилено забила нечто ногами, меня отпустило и я поспешила на поверхность. Жутко кашляя и сплёвывая воду я ели держалась на плаву, рядом всплыл брат зажимая нос рукой. Из него кажется шла кровь.

– Придурок, -в сердцах крикнула я.

Обижались мы не долго. Через 10 минут мы уже переплывали речку, по началу всё шло очень даже хорошо, мы плыли на перегонки постоянно меняя стиль пока переплыв больше половины я не выдохлась, сначала перейдя на собачий стиль, а потом и вовсе растянулась звездой покачиваясь на волнах. Вода заглушала весь мир, нежно лаская, под солнечными лучами слепящими глаза, в ней хотелось раствориться.

– И что это значит? -донёсся приглушённый крик брата.

Меня окатили более сильные волны с боку, и раздался более громкий голос.

– Здесь останешься?

– Угу, -расплылась я в улыбке, -стану русалкой, буду топить симпатичных парней.

– Мне уже страшно, -судя по волнам Виктор лёг рядом.

– Я же сказала симпатичных, -ухмыльнулась я.

– Ты на что это намекаешь? -Шутливо возмутился он, я лишь шире улыбнулась. -Стерва

Я бы возможно так и уснула превратившись в кикимору, но с берега донёсся крик матери и запах мяса. Желудок счастливо заурчал отказавшийся топится голодным.

– На берег надо, -констатировал брат.

– Лень, -протянула я, начиная медленно грести не открывая глаз.

– Не в ту сторону.

– Ой, -я нехотя открыла глаз и зажмурилась.

– Ненавижу тебя, -Со вздохом Виктор поплыл к берегу толкая моё бренное тело вперёд.

– Я тебя тоже, -блаженно улыбалась я.

Мы налетели на еду так как будто месяц не ели, тарелки стремительно пустели.

– Вы хоть жуйте, -сидел с бутылкой пива отец, -акулы.

Я клацнула зубами в его сторону и взяла ещё палку шашлыка, божественная еда.

– Жуть, -рассмеялся отец.

– Пусть едят, -мягко улыбалась мама.

– Кто им не даёт? -Огляделся отец.

– Пусть только попробует, самого съедим. -коварно улыбнулся брат.

Наш хохот точно был слышен на том берегу.

Виктор

Солнце зашло за горизонт его последние отсветы окрашивали воду в розово фиолетовые цвета как кисти художника в стакане воды. По мирной глади расплывались кольца от запускаемых нами камней.

– 10! -Торжественно воскликнул отец, -10 блинчиков, ну и кто побьёт мой рекорд.

– Сейчас увидишь, -самоуверенно хмыкнул я, выбирая самый плоский камень и кидая его в воду.

– 7 салага.

Бой продлился с час за это время папа поставил новы рекорд 11 и сплясал танец победителя который Мария успела заснять на телефон.

– Всё бойцы, завтра продолжите, -объявила мама, -холодает. Пойдемте к костру.

– Время историй, -подскочила сестра, у которой метать камни получалось хуже всего.

Мама нарезала арбуз и сев у костра мы с папой принялись плевать косточки в пламя, где они забавно трещали.

– Когда вы были маленькие, мы часто выбирались так, -вспоминал отец, -два рыжих, кудрявых чертёнка, с хитрыми голубыми глазами, вас отличить было почти не возможно, -улыбался отец, -все в мать, ничего моего.

– Вредность у них точно твоя, -парировала мама.

– С чего бы это, -удивлённо вскинул бровь папа.

Мы с Марией переглянулись и рассмеялись.

– Вредность общая, -в один голос сказали мы.

Мы ещё долго рассказывали разные истории у костра от нашего купания в луже, до легенды о болотном монстре, на которого мы были тогда похожи.

Просыпаться утром совсем не хотелось, из-за папиных страшилок мы шугались каждого шороха, а Мария ещё и визжала. Кожу лица, как и рук ужасно тянуло, казалось она сейчас треснет и сползёт, а ещё хотелось в туалет, это главный повод пробуждения в выходные. Я со стоном поднялся и глянул на спящую сестру, она напоминала счастливый помидор. От представления её шока настроение поднялось, правда от мысли, что я выгляжу так же, уравновесилось. Выйдя из палатки я оглядел утренний пейзаж, направляясь в кусты, солнце уже взошло, родители плескались вдалеке, а на костре кипел чайник,. Кода я, умывшись, пошёл к костру все уже были там.

– Садись, тебя тоже намажу, -скомандывала мама выдавливая крем.

Он холодил кожу вызывая мурашки блаженства.

– А теперь фото, -мама достала из сумки селфи палку

– Ну мам, мы выглядим ужасно, -протянула Мария.

– Точно, -поддержал я сестру.

– Никаких мам, -отрезала женщина.

Мы нехотя сбились в кучу, натягивая улыбки,

– Знаете мы сейчас как поросята в лимонном соусе. -Сказал папа с секунду до вспышки.

Виктор

Лунный свет создавал причудливые узоры теней на потрескавшейся от старости дорожке, петляющей меж надгробий. Ветви высохших деревьев качались на ветру создавая пляску чёрных щупалец по могилам. Дрожь пробивала до костей, от далёкого утробного воя и резких вскриков воронов следящих за незваными гостями с потрескивающих под ними ветвей.

– Напомни что мы здесь забыли? -шёпотом спросил я летящую впереди сестру, боясь нарушить холодящий душу покой. -И как я на это согласился? – я резко оглянулся на стук осыпающего бетона с старого надгробья, на которое села чёрная птица и посмотрев мне в глаза протяжно каркнула.

– Ты мой должник, -сказала Мария не оборачиваясь, петляя над могилами, с интересом разглядывая памятники. Фотографии изображали как проживших долгую жизнь стариков, так и совсем юных людей. Старые надгробья покрытые ржавчиной и заросшие сухой травой, остались безымянны, земля под ними местами осела, а могилы были изрыты норами, как будто кто-то выбирался наружу.

– Это верный способ помереть, -сглотнул я.

– Не преувеличивай, -улетала всё дальше, -лучше ищи могилу ведьмы.

– Постой, -поспешил я за ней, -хреновая всё же идея.

Я огляделся и застыл смотря в чёрные глаза ворона, он медленно наклонил голову молча разглядывая меня. Отступив на шаг я наступил на ветку и её хруст показался громом, но чёрная птица не шелохнулась. Боковым зрением не смея оторвать взгляд от бездонных глаз, я видел как стая воронов слетается в чёрную мглу глядящую в душу.

– Мария, -из-за рта вырвалось белое облако пара, по телу бежали мурашки.

– Ну что ещё? Не трусь ты так, – сказала сестра, -Бля, -добавила она, толкая меня перёд, выводя из оцепенения, -Бежим, -крикнула она.

За нашими спинами послышалось хоровое карканье и взмахи крыльев переходящие в гул. Я

петлял между резных оградок уходя всё дальше от выхода, ледяной воздух прожигал лёгкие. Смотря только вперёд я чувствовал как приближается гул, похожий на протяжный вздох. Оградок становилось всё меньше, тропинка ведущая меж старых просевших надгробий увенчанных когда-то красными звёздами, всё чаще обрывалась у могил. Внезапно перед самым прыжком через земляной холмик, почва под моими ногами просела и я полетел вниз. Приподнявшись на руках я увидел бледно-зелёный свет идущий из-под земли, заорав я отскочи стукнувшись о соседнее надгробье, от которого шёл такой же свет, светились и многие другие могилы. Сквозь пульсацию крови в ушах я слышал крики сестры не понимая ни слова я хотел поднять на неё глаза, но тут под рукой что-то шевельнулось. Перед глазами потемнело, тело прошибло холодом.

Мария

Я кричала, умоляла и материла, но всё было четно это мешок не собирался реагировать. Герой блядь, про фосфор не слышал. Тьма подбиралась всё ближе, как разлитые случайно чернила она поглощала всё с пугающем спокойствием, пожирая мир. Вызывая внутреннею дрожь, ужас с неведанной силы, отчаянием, болью, яростью.

– Сам виноват, -сказала я и рискнула.

Я вселилась в брата, Делая вдох я ощутила бегущие по телу мурашки, неописуемое ощущения жизни. По руке что-то ползло, дёрнув рукой я с размаху запустила змейку во мрак, который с чавканьем сожрал добычу, сглотнув и чуть не подавившись я подскочила. Телом управлять получалось ужасно, даже мельчайшие действия приобретали размах и требовали громадную силу. Но страх был сильней и я бежала как зомби в ускоренной съёмке, перепрыгивая надгробья, спотыкаясь, и как то уж совсем не естественно шевеля руками обвисшими как трусы на болонке.

Последние надгробье осталось позади, мы выбежали в голую степь, на мили вокруг не было ничего лишь кладбище позади. Ужас притупился и я рискнула оглянуться, тьма клубилась на границе кладбища, один за другим из неё вылетали вороны оседая на ветвях, следя сотнями чёрных глаз. Я продолжила бежать, чувствуя как вот-вот растворюсь в эфире, осев на землю лишь когда крики птиц стихли.

«Его нельзя так оставлять» -было моей последней мыслей.

Виктор

Солнечный свет беспощадно жёг лицо, застонав я повернулся на бок почувствовав укол в бок, за ним пришла и боль во всём теле. Шипя маты сквозь зубы я медленно открыл глаза, моргая сгоняя наваждение, сел ошарашено оглядываясь. Я в степи. Я лежал посреди грёбаной степи! Быстро оглядев себя, я с облегчением выдохнул, одетый. И так два вопроса, какого хрена я здесь делаю? И почему у меня всё болит? Один вариант есть, но он хреновый.

– Что было вчера? -рассуждал я вслух заставляя мозг работать. -Чудовище захотела призвать ведьму и мы попёрлись на кладбище. Блядь и что тебе спокойно не жив… умеряется. Явно меня за собой утащить хочешь, -Мария -Крикнул я

В ответ мне раздалось лишь карканье, вздрогнув я шарахнулся от птиц. У меня теперь орнитофобия будет.

– Жуть-посмотрел я на ворона, -кыш, – кинул я в пернатого камень, -чудовище, -опять позвал я сестру, в ответ тишина, -ты и так померла, куда уж дальше, -нервно усмехнулся я.

Тишина, гнетущая и пустая тишина. Прикусив губу я стараясьне думать ни о чём, побрёл домой, ели переставляя ноющие ноги.

****

Через день я стоял у зеркала в туалете сонно чистя зубу, когда в отражении появилась наглая моська.

– Ты же не думал что от меня так просто избавится, -подмигнуло это чудовище, озорно улыбаясь.

Крепче стиснув зубную щётку, я сплюнул пасту. Чувство облегчения смешалось с яростью и негодованием. Я молча продолжил утренние процедуру, Мария вылетев из зеркал виновато опустила голову. Всё также молча я пошёл к себе, она летела следом.

– Так и будешь молчать? -не выдержала сестра.

Стараясь перебороть ярость я дрожащими руками запер дверь, и глубоко дыша пошёл к письменному столу. Взяв стакан с водой я сделал пару главков, с силой зажимая стекло.