Злые и Виновные
- -
- 100%
- +
Дверь отворилась, как обычно неожиданно и резко. За ней оказались две фигуры, скрытые сумраком коридора. Хотя сумрак неверное слово – просто там не было так же ослепительно ярко, как в комнате. Фигуры не заходили, не шевелились и ничего не говорили, просто смотрели. Им и не нужно ничего делать, правила она усвоила давно и хорошо. Бросив последний раз взгляд на беспокойного мотылька, она медленно, опираясь руками о стену, поднялась и пошла к выходу. Время процедур.
Процедуры – это первое новое слово, с которым ей пришлось здесь познакомиться. К счастью, страх оказался беспочвенным, ну, по большей части. Похищенную мрайену осматривали, забирали кровь – всегда немного, но регулярно. На неё лепили странные квадратики, то ли из ткани, то ли из бумаги. Заставляли бегать, плавать, дышать, громко кричать и внимательно наблюдали, что-то записывая в своих тетрадях. Часто недовольно морщились, но не наказывали. Били редко, и почти никогда её. Только других, тех, кто разделили её участь, но не разделили её покорности. Ну и плевать. Она не чувствовала себя хуже других, лишь потому что не бросалась на охранников и не пыталась бежать. Где-то внутри она даже посмеивалась над чужими попытками, такими нелепыми, попросту абсурдными.
Среди таких же пленников были не только её братья и сёстры. Чужаков хватало тоже, с чужими языками, чужими повадками, чужими лицами… Но привыкнуть к ним оказалось легко, так же как она привыкла ко всему остальному. В конце концов это тоже были люди, такие же безвольные и бесправные.
Вот и сейчас она сидела на кушетке в просторном зале, заставленном большими металлическими коробками, усыпанными цветным стеклом, как драгоценными камнями, и нитями, такими прочными, что могли бы выдержать вес, наверное, каменной плиты. Ожидание затягивалось, за что девушка могла лишь благодарить царивших здесь богов – пока лекари ходили между дальними кушетками и проверяли состояние других несчастных, она могла наслаждаться красочными цветами, солнечным светом, пробивающимся из окон, тенями, танцующими под её ногами, букетом самых разных звуков и запахов. Девушка впитывала это, запоминала всё в мельчайших деталях, чтобы мысленно возвращаться сюда снова и снова, пока тело будет заперто в белой коробке.
– Пс-с, – тихий звук где-то из-за спины мрайены сперва не смог привлечь её внимания. Достиг ушей, но не сознания. Однако некто не сдавался и, лишь бы прекратить поток ненужных раздражающих звуков, она обернулась. На соседней кушетке, прямо за спиной девушки, сидел молодой парень. В его чертах ещё угадывались призраки прежней красоты, даже уверенный блеск глаз подсказывал, что тот привык быть в центре внимания, привык быть этим самым центром. Но пребывание здесь отложило и на нём свой отпечаток – прежде спортивная, хорошо сложенная фигура теперь истончилась, мышцы ушли, а приятный оттенок кожи потускнел, даже посерел. Девушка сглотнула, представляя, как же теперь должно быть выглядит она. Русые волосы парня тем не менее продолжали непослушно виться, создавая впечатление весёлого вихря на голове.
– Эй, красотка, одна тут отдыхаешь? – она поперхнулась. Фраза была настолько неуместной, настолько наглой и настолько… глупой, что девушка даже не сразу нашлась с ответом. Что там, даже с реакцией. Но, похоже, неожиданный собеседник именно этого и добивался. Глаза тёплого шоколадного оттенка заискрились смехом:
– Прости-прости, не смог удержаться, – парень говорил тихо, но приятный тембр всё равно пробирал до самых костей. Она неловко заёрзала на месте и оглянулась – не идёт ли кто? Но нет, лекари были всё ещё далеко, в их сторону никто даже не смотрел.
– Меня, кстати, Игорь зовут. А твоё имя? Я тебя раньше здесь не встречал, что странно, я запомнил всех местных красоток. Ты недавно здесь? Хотя по этому печальному выражению лица могу предположить, что ты повидала некоторое дерьмо здесь? Так, я прав? – он всё говорил и говорил, говорил. Ни секунды паузы, даже на вдох. Юная мрайена даже смутно предположила, что именно нехватка воздуха заставила его сейчас замолчать, а не ожидание ответа девушки. Но тишина затягивалась и почему-то именно сейчас начала казаться особенно неуютной, так что она поспешила представиться. Непонятно почему, но от названного имени парень широко распахнул глаза и хохотнул:
– Серьёзно? Нет, правда, ты не шутишь? – получив молчаливый кивок в качестве подтверждения, он присвистнул, – Вот это совпадение. Тебя зовут прямо как мой город. То есть мой город называется, прямо как ты… Ну, ты поняла, – она не поняла, но кивнула. Ей прежде не приходилось слышать о городе с таким названием, но девушка пожала плечами. В конце концов, она лишь простая ведунья, ни где не бывавшая кроме священного леса, да родной деревушки. Знакомство состоялось, и она отвернулась в дальнейшем покорном ожидании лекарей, но парень похоже не считал разговор оконченным. Не прошло и трёх секунд, как она ощутила похлопывание по спине, не сильное, но раздражающее. Уже в который раз пришлось обернуться, на лице наверняка проступило недовольство (девушка никогда не умела контролировать выражение своего лица). Но знакомый незнакомец либо не заметил, либо проигнорировал – оба варианта привели к одному результату. Новому потоку слов.
– Слу-у-ушай, я тут подумал, ты могла бы начать со мной дружить. Тебя наверняка пока держат в изоляции, мы все поначалу это проходим, без понятия, чего они этим добиваются. Может карантин, это и логично – вряд ли кто-то захотел бы в такое место притащить трояна в виде неопознанного туберкулёзника, да? Так вот, скоро тебя начнут выпускать и на общие территории: столовые, душевые, игровой зал, теплицы. Естественно, там тоже будут наблюдать, и, если сейчас ты хочешь начать думать о чём-то напоминающем Шоушенк, то не стоит. Дураков и без тебя хватит, а мне ты понравилась. Кроме того, когда начнёшь тусоваться с другими, тебе понадобится надёжное плечо. Не хочу пугать тебя, но следят за нами в основном, чтобы мы не покинули это место и не навредили персоналу. Наши межличностные отношения мало заботят руководство. А в такой обстановке, – парень, вдруг замялся и запустил всю пятёрню в волосы, отчего те встопорщились ещё сильнее, – понимаешь, ублюдков везде хватает, а если ко всему добавляется вот это… короче, к чему я веду, тебе понадобятся друзья. На меня можешь рассчитывать, – парень подмигнул и расправил плечи: то ли показывая собственную ценность для девушки, то ли гордясь собственным же великодушием. Но оценить ни то, ни другое она пока была не в состоянии. На данном этапе всё, что девушка смогла вынести из быстрой и тихой речи собеседника, так это приближение свободы. Больше никакой белой комнаты. Прежняя мрайена, которая не признавала иных стен, кроме стен горизонта, теперь была до слёз рада более просторной клетке. Но падать духом от подобного осознания она не могла себе позволить, не здесь и не теперь. Жизнь становится чуть-чуть лучше, а то, что она всё еще находится на дне – лишь частности. Из омута мыслей, в который ведунья провалилась, её вновь вытащил незатихающий голос:
– Как ты сюда попала, расскажешь? Просто интересно, это мне так повезло пострадать от собственной доброты или я не единственный лох.
– Ты единственный лох, – девушка не знала значения этого слова, но ощущала его негативный подтекст, и ей уж точно не понравилось, что посторонний человек позволяет себе подобную манеру общения. Даже самые дремучие крестьяне, среди которых она когда-то давно жила, знали, что к незнакомцам в своей жизни нужно обращаться, как к странствующим богам. Вдруг это так и окажется? На этой мысли девушка запнулась и внимательно вгляделась в собеседника. Ну не-е-ет, точно нет, не может быть. Парень, не менее увлечённо её рассматривающий, никак не мог быть странствующим богом. Скорее уж лицедеем. Неумелым. Но на всякий случай она решила вежливо задать вопрос:
– А почему ты попал сюда из-за доброты? – парень явно обрадовался проявившемуся интересу девушки и, откинувшись на локти, поделился:
– Да потому что, если бы меня так хорошо не воспитали, я бы просто проехал мимо и всё. Дом, ужин, контра и сон. Но я же, блин, новый Артур: когда леди в беде, мне следует вмешаться! – на последней фразе голос парня чуть повысился и ей пришлось шикнуть на него. Недовольство было услышано, принято к сведению и голос вновь упал до приемлемого шёпота, – В общем, проезжал на велике мимо речки, это вечер был, я как раз с занятий возвращался. Смотрю, девчонка, странная какая-то, из реки выползает. Не думай, я не ханжа, все, как хотят, так пусть и развлекаются, но она выглядела так, будто её в этой речке топили. Серьёзно тебе говорю. Ну, слез я с велика, побежал к ней, вытащил на берег. Она никакущая была, мокрая, в обносках, глаза гуляют, как у торчка со стажем, сло̀ва связать не может. В общем, она в ахере, я на панике, чё делать вообще? И только до меня дошло вызвать скорую, только потянулся в карман за мобилкой, но тут свет со всех сторон и какие-то люди начали появляться. Ну и всё, так как-то, – парень печально, и, как ей показалось, несколько наигранно выдохнул. Молодая мрайена не поняла добрую треть из того, что он только что сказал, но суть уловила. Его похитили, как и когда-то её. В память девушки ворвались образы: пепелище, оставшееся от родного леса, кровь на ноже в её руках, звёздный свет, льющийся из глаз красивого юноши. Всё, о чём она запрещала себе думать, всё, что она старательно прятала на задворках своего сознания. Похоже, больше прятаться не выйдет.
Ведунья сжала губы и немного нервно растянула их уголки в стороны. Не улыбка, лишь пародия, но сейчас и этого было достаточно, ведь ей хотелось понравиться. Она протянула чуть дрожащую ладонь парню и повеселевшим голосом произнесла:
– Будем друзьями?
Глава 47. Лера 16. Спокойствие Лазаря
Сознание возвращалось с трудом, урывками. Разорванными кадрами, из которых нужно было собрать цельную картину, при этом отделяя горькую реальность от фантазий и снов. Когда ей всё-таки удалось собраться и окончательно прийти в себя, Лера тут же об этом пожалела. Её глазам предстало слабоосвещённое дощатое помещение, сырой воздух и… качка. «Это каюта?» Но удивление быстро сменилось растерянностью, а затем и паникой, когда девушка осознала собственное положение. Её руки были крепко связаны цепями, которые в свою очередь были закреплены на потолке, отчего девушка вынужденно стояла едва ли не на носочках. Резкая боль в конечностях заявила о себе пусть с опозданием, но весьма уверенно. Так, что сфокусироваться на чём-либо ещё удалось не сразу.
«Что произошло?» Логичный вопрос, Лера даже себя немного похвалила. Так что случилось-то на самом деле? Последнее, что удавалось вспомнить – они с Осом сидели на кровати в какой-то таверне и пытались подручными средствами замаскировать наиболее спорные детали его внешности. Имнужно было место в караване, но никто не хочет проблемных попутчиков, а Ос… весь его облик кричал о проблемах. Так сказала Гермес, а Ахай с ней согласился. Он вообще всегда с ней соглашался, даже смотрел на неё с таким благоговением, что становилось неловко. Саму Леру внешность Оса ничуть не беспокоила, скорее наоборот. Она вряд ли смогла бы выразить это словами, даже просто чётко сформулировать для себя самой, уж слишком непривычными были для неё эти чувства. И неожиданными тоже. Но когда она смотрела на сидящего перед ней мужчину, она не видела ни шрамов, ни старых, местами вросших в кожу бинтов. Всё это становилось лишь частью чего-то целого и уникального. Смотря на Оса, девушка видела лишь Оса, но ничего, что заслуживало бы исправления. Он казался правильным, он казался… единственно верным… И, похоже, действительно знал её, ведь Лера при первой же встрече почувствовала то же самое. Глупо ли игнорировать внутренний голос? Определённо, главное убедиться, что это именно твой голос. Но Карин давно не посещала её сны, затаилась на задворках подсознания, а сама Лера не была дурой, чтобы специально дразнить тигра. К тому же даже без её осознанного желания прошлое понемногу возвращалось к ней, лишь отрывками, но и их хватило бы для непоправимой ошибки. Счастье, что ещё ни в одном из них не прозвучало имени девушки. «Слишком рано для этого. Пока я не пойму, как изгнать эту дрянь из своей головы нельзя давать ей ключ». Вот только как объяснить это бессознательному, что приоткрывает ей двери ко всё новым и новым воспоминаниям?
Дверь в каюту с грохотом отворилась и внутрь завалилось пятеро мужчин. Гогот, сальные выкрики и столь же сальные взгляды не давали обмануться о причинах их визита. Внутри всё похолодело, а сердце заколотилось в сумасшедшем темпе.
– Красотка очнулась! – одобрительный гогот прокатился заразной волной по прибывшим мужикам, сопровождаясь свистом и липкими возбуждёнными взглядами. Отвратительно. Мерзко. Но испуг, отчётливо читающийся во взгляде девушки лишь подстегнул энтузиазм животных. Мужчина, зашедший первым, а потому стоявший ближе всех к Лере, наклонился к самому лицу девушки и, обдав её ароматом нечищеных зубов, табака и перегара, доверительно, почти ласково сообщил:
– Тебя нам трогать не велели. Потому мы на борт затащили твою подружку, – кивок куда-то за спину, – Мы как порешали, если трахать полумёртвую девку запрещено, то мёртвую-то точно можно. И вот заходим, только к самому интересному приступить готовы, а тыглазками тут лупаешь, – на грудь девушки опустилась огромная лапища мужика с какими-то желтушными ногтями (а Лера находилась в том самом ступоре, что происходящий кошмар уходил в область фона, а всё внимание акцентировалось на чём-то отстранённом, вроде цвета ногтей или лопнувших капиллярах глаз). Рука сжалась, вызывая кроме отвращения от прикосновения ещё и резкую боль, – так что, красотка, ты нам теперь поинтереснее своей мёртвой подружки. Да и мордашка у тебя посмазливее, – на щеке Леры остался влажный след от языка этого урода. Ей бы зажмурится, отвернуть лицо, не смотреть, не видеть. Но находясь в ступоре она не могла: не могла ни закрыть глаза, ни двинуть головой, ни подать голос. В один момент девушка оказалась заперта в собственном безвольном теле, теряясь в испуге и чувстве гадливости. Где-то со стороны раздался голос одного из пришедших:
– Ярге запретил её касаться, несколько раз повторил. Может ну её, а? Ещё не заплатит, урод этот… – но говорившего тут же заткнули его же товарищи. Мужик, продолжающий неторопливо исследовать Лерино тело, отрывисто прохрипел:
– Да что ей сделается? Калечить не будем девчонку, мордашка чистенькой останется. Поразвлекаемся и сами же её в порядок приведём, Ярге нечего будет предъявить. Так что закрой хлебалку и пиздуй в конец очереди. А если в штанах не стоит, то и проваливай, щенок сопливый, – после чего вновь вернул всё своё внимание к пленнице, грубой рукой задирая её облачение меены. Внимание Леры во всём этом кошмаре вновь смогло выцепить лишь торопливые шаги и хлопнувшую дверь. Похоже, сомневающийся тип решил не рисковать. Ладонь, с каждым мгновением всё больше напоминающая раскалённую стальную перчатку, вцепилась в уже оголённую ягодицу и вжала девушку в тело мужика. «Нет!» Ещё не мысль, только внутреннее намерение. Вторая рука опустилась, подхватив девушку под бёдра. «Нет, пожалуйста!» Резко опустилась на самый центр, устремляясь пальцами вглубь. «ПОЖАЛУЙСТА, ХВАТИТ!» Его глаза с расширенными зрачками оказались прямо напротив её, и он вторгся уже в рот пленницы, настырно впихивая язык как можно глубже. «Ты просишь?» Лерины глаза расширились, и она вновь почувствовала собственное тело. «Верно, не прошу. Не стану. Нам это не нужно, да?» Холодный смешок где-то на задворках Лериного сознания. «Не знаю.Ты мне скажи». Одна из рук исчезла с её тела, а мужик отвлёкся от «поцелуя» – шнуровка на штанах никак не поддавалась, вызывая поток рваных ругательств с его стороны и насмешек со стороны его товарищей.
– Не выходит, милый? – мужик удивлённо поднял голову на неожиданно ласковый и сочувствующий голос. В его огромных зрачках отразились звёзды, а в следующее мгновение голова насильника взорвалась. Ошмётки кожи, костей и мозгового вещества, смешанные с кровью, брызнули во все стороны с невероятной скоростью. Трое мужчин, пришедшие развлечься с трупом, стояли в шоке, измазанные своим товарищем. Лера продолжала висеть, в таком же шоке и таком же виде.
Дверь резко распахнулась и внутрь практически влетело новое действующее лицо – это был высокий, худощавый мужчина лет сорока, с прилизанными волосами соломенного цвета и намечающимися залысинами. За его спиной маячила фигура того самого «сбежавшего» пятого товарища. Похоже, тот решил не просто не участвовать в нарушении приказа, но и поспособствовать его предупреждению.
– Какого чёрта вы тут устроили? – шипящий от еле сдерживаемого гнева голос принадлежал наверняка тому самому Ярге. Ворвавшийся в каюту мужчина сделал медленный шаг вперёд и тут же поморщился, когда заметил бледный кусочек, придавленный его сапогом. Измазанные кровью мужчины всё еще не могли произнести ни слова, продолжая таращиться на останки их предводителя. Не обладавший особым терпением, или не желавший его проявлять именно здесь, Ярге схватил одного из них за плечо и, с удивительной для такого телосложения силой, практически швырнул его в сторону выхода. То же самое ждало двух других. Пятый же член экипажа, убедившись, что в каюте никого кроме Ярге и пленницы не осталось, поспешно захлопнул дверь. Про валяющийся на полу труп он благоразумно «забыл».
Лера перевела затравленный взгляд на Ярге, пытаясь понять, чего от него можно ожидать. Тот уже успел успокоиться достаточно, чтобы вернуть лицу нейтральное выражение, сквозь которое всё же нет-нет, да и пробивалась брезгливость – каждый раз, когда он опускал взгляд себе под ноги.
– Мне стоит принести тебе свои искренние извинения. Произошедшее недопустимо. Надеюсь, ты не против, что мы на «ты». В последнее время мне приходится общаться с таким отребьем, что манеры начисто стираются. Во-первых, позволь мне… – он сделал шаг вперёд и, после секундных манипуляций, цепи на руках девушки ослабли, а она больно ударилась о дощатый пол – ослабленные ноги не удержали вес тела и подогнулись. Подняв лицо, она увидела трудноопределяемое красное нечто и, с вырвавшимся против воли вскриком, отползла к стене. Ярге, проигнорировавший сцену целиком, продолжил:
– Ты – моё спасение, знаешь? В этом признаваться не очень уж приятно, гордость такого не прощает, но в моём положении, – он развёл руками в стороны, – такая слабость простительна. За долгие, очень долгие годы службы я впервые подвёл своих хозяев. Не судей Ивраза, и даже не высшие чины из рядов наминов Змеиной переправы и самих островов Тик, нет. Плевать на них, если честно. Я впервые подвёл своихнастоящих хозяев. И вот я уже направлялся домой, дабы предстать перед их очами и понести заслуженное наказание, как сама судьба подарила мне возможность искупить свою ошибку. Мальчишка, Ос, такой приметный, правда? И, как оказалось, покинувший остров по поддельным бумагам. Я получил приказ на его поимку и возвращение домой ещё там, в Звёздном пике. Кто бы знал, что он прибудет в составе делегации? Но, увы, быстрая радость сменилась моим же поражением в куда более важной игре. Впрочем, тебя это никоим образом не касается. Из города мне пришлось бежать, петля на шее мне бы определённо не пошла, – Ярге подошёл ближе к сидящей девушке и медленно опустился на корточки, – заметив Оса в Зор-ат-Лисе, я не мешкал. Добавил конскую дозу сонного порошка в подготовленный вам обед и просто ждал. На пристани меня уже ждал корабль торговой компании «Сара», являющейся хорошим прикрытием для наших дел. А когда я понял, что вместе с Осом в мои сети попала не менее, а возможно и куда более ценная пташка…, – Ярге аккуратно, почти по-отечески похлопал Леру по макушке, – я исполнил свой долг и могу быть спокоен. Твой побег причинил им большую боль, девочка. После всего, что они для тебя сделали, ты оказалась способна на такую чёрную неблагодарность. Но чего ещё стоило ожидать от мрайенского отребья, – мужчина поднялся на ноги и уже не глядя на Леру, направился в сторону выхода, – Твоя беготня подошла к концу, девочка. Тик-Итра ждёт своих блудных детей. Господин Амадѝл и госпожа Сир сами решат ваши судьбы. И мою тоже, – дверь затворилась с тихим стуком.
Лера сидела на грязном полу каюты, в компании двух трупов и пыталась понять, что ей делать дальше. «Амадил, Сир, Амадил…» Повторяющиеся мысленно имена вызывали иррациональное чувство злости, зудящее где-то на подкорке. Кем бы они ей не приходились, похоже именно они стояли во главе Тик-Итра. И именно они руководили похищением людей на острова для… чего? Опытов? Её возвращающиеся воспоминания были слишком сумбурными и отрывочными, чтобы быть уверенной. Мысли девушки плавно перетекли к Осу. Где он? Наверняка где-то на этом корабле. Ярге упоминал, что усыпил его. Как же ещё избежать последствий способностей Оса, о которых тот был хорошо осведомлён? Вероятно, именно поэтому Ярге не особо шокировала взорванная голова, как шокировала она Леру. О ней и её возможностях он тоже что-то знает. Но не держит в сонном бреду и даже цепи убрал, отчего? Потому что сила проснулась лишь почувствовав непосредственную угрозу? Он поэтому приказывал не трогать Леру? Не из своей благородности и не из желания привезти «целый» товар нанимателям, а лишь потому, что не хотел давать ей возможность использовать… чтобы это ни было. Её взгляд вновь упал на красное месиво, оставшееся на месте шеи и Лера, в который раз вздрогнув, подобрала ноги и поползла в сторону второго тела.
Это действительно была Гермес. Раскрытые серые глаза смотрели в пространство, в уголке губ остались следы запёкшейся крови. В области груди, на одеянии меены зияла небольшая дыра с ореолом потемневшей крови. Подстёгиваемая чувством жалости, Лера провела ладонью по её волосам – короткий, неровно состриженный чёрный ёжик. Слабым прикосновением к лицу, они прикрыла той веки и протёрла уголок губ. «И зачем я это делаю? Вряд ли её предадут земле, как положено». Но Лера продолжала неторопливо заботится о теле той, кто попала в этот мир во многом по её вине. И по её вине так и не вернётся домой. Придав Гермес более ровное положение и протерев её ладони собственным одеянием, девушка захотела поправить окровавленную дыру на груди. Конечно, такое пятно уже не убрать, но можно хотя бы стянуть края ткани. Но, когда Лера начала поправлять верх меенской рясы, её взгляд случайно заметил странность. Она даже не сразу поняла, что именно привлекло внимание пленницы. Аккуратно, борясь с собственной брезгливостью, она оттянула ткань как раз на месте дыры и зависла. Раны не было. Проведя пальцами по коже, Лера смогла ощутить лишь бугорок рубца и только. Мозг девушки лихорадочно работал, пытаясь найти логическое объяснение: «Может рана на спине была? Неужели эти уроды уже успели добраться тело, а платье небрежно надели задом наперёд?» От этой мысли затошнило, захотелось выть от безысходности, вспоминая ожоги от рук на собственном теле. Аккуратно приподняв Гермес одной рукой, благо та была совсем лёгкой, девушка оттянула воротник платья в попытке рассмотреть спину. В какой-то момент ей даже показалось, что тело наёмницы дёрнулось само по себе, но Лера была слишком сосредоточена на поисках ранения. Из-за скудного освещения и неудобной позы, эти самые поиски затянулись. Лера натягивала ткань под разными углами, а её нос утыкался прямо в чужой затылок.
– Тебе помочь? – хриплый голос у самого уха.
– А-а-а! – Лера почти отшвырнула от себя тело и, вскочив на ноги, через мгновение оказалась около двери каюты. Между тем Гермес, та самая, мёртвая Гермес, неторопливо разминала шею, попутно поскрёбывая свою грудную клетку. «Ну да, заживающая рана обычно зудит», – отстранённо подумала Лера, пока отчаянно пыталась отпереть дверь. Оказаться запертой в одном помещении с зомби ей не хотелось, совсем, она видела соответствующие сериалы и знала, чем всё может закончиться.
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.
Примечания
1
Мадемуазель?! Вам плохо? (фр.)