Йога-сутры Патанджали. Прояснение

Источником непосредственного восприятия может стать личный опыт, собственные умозаключения, внимательное прочтение священных книг и высказывания авторитетных мастеров. Чтобы стать истинным и ясным, непосредственное восприятие должно быть реальным и самоочевидным. Верное восприятие должно выдерживать логику и обоснованное сомнение и подтверждаться рефлексией. В конце концов, оно должно соответствовать духовным доктринам и наставлениям и раскрытой в них священной истине.

Ложное знание ведет к ошибочным представлениям.

Воображение осуществляет свою работу на вербальном и визуальном уровнях. Само по себе оно может содержать представления, не имеющие реального основания. Когда представления доказанно становятся фактами, они превращаются в реальное восприятие.

Сон – это состояние бездеятельности, в котором органы действия, чувства восприятия, ум и разум пассивны. Память – это способность сохранять и воссоздавать полученные в прошлом впечатления и испытанные переживания, которые могут относиться к верному восприятию, неверному восприятию, заблуждению и даже ко сну.

Эти пять средств формирования следов создают различные типы и модальности поведения, которые либо способствуют умственному, культурному и духовному развитию человека, либо препятствуют ему.

Культура сознания

Культура сознания подразумевает наблюдение за сознанием, его возделывание и последовательное очищение, осуществляемые путем йогических дисциплин. Рассказав о причинах колебаний сознания, Патанджали разъясняет, что их можно преодолеть посредством практики, абхьясы, и беспристрастного отношения, отрешенности, вайрагьи.

Кого-то может озадачить, почему Патанджали уже в начальных сутрах связывает понятие беспристрастности и отрешенности с практикой. Поэтому необходимо сразу прояснить их символическую связь. Сутры начинаются с атха йоганушасанам. Йоганушасанам означает следование тщательно продуманным правилам йогического поведения и соблюдение этических предписаний, составленных предыдущими поколениями и передающихся в виде традиции. Привнесение этических принципов в свои поступки и есть практика. Теперь рассмотрим понятие «отрешенность» в контексте сутры I.4: «В остальное время созерцатель отождествляется с колеблющимся сознанием». Очевидно, что колеблющееся сознание, суля созерцателю океаны удовольствия и боли, искушает его обратиться вовне. И естественно, искушение неизбежно рождает привязанность. Когда ум, словно стальным канатом, начинает тянуть созерцателя из сердцевины человеческого существа вовне к удовлетворению своих аппетитов, только отрешенность может помочь не свернуть с пути и спасти садхаку, разрубив канат. Итак, из сутр I.1 и I.4 мы видим, что абхьяса и вайрагья изначально зависят друг от друга. Если не осуществлять их вместе, соблюдение йогических дисциплин не принесет никаких плодов.

Абхьяса – это преданное, неуклонное, непрерывное и неустанное проникновение в выбранный предмет, которое не прекращается несмотря ни на что и продолжается в течение бесконечно длительного периода времени. Вайрагья суть возделывание свободы от страсти, воздержание от мирских желаний и соблазнов и способность отличать реальное от нереального. Вайрагья – это акт отказа от всех чувственных удовольствий. В процессе возделывания сознания абхьяса укрепляет веру и способствует очищению, в то время как вайрагья устраняет любое препятствие на пути развития. Становясь мастерами вайрагьи, мы постепенно освобождаемся от плодов действий.

Патанджали говорит о привязанности, непривязанности и беспристрастности. Беспристрастность можно сравнить с отношением доктора к пациенту. Врач подходит к больному с огромной заботой и ответственностью, применяет все свое мастерство, но эмоционально остается в стороне от проблем своего подопечного, понимая, что в противном случае пострадает его профессионализм и способность делать правильные заключения.

Птица не может лететь с одним крылом. Так же и нам, чтобы воспарить, необходимы два крыла – крыло практики и крыло отрешенности.

Практика предполагает определенную методологию вкупе с усилием. С неослабевающей решимостью, рвением, вниманием и преданностью она должна непрерывно осуществляться в течение длительного времени. Только в этом случае создается прочный фундамент для развития ума, разума, эго и сознания.

Отрешенность – это способность к различению. Это искусство постижения свободы от стремлений, будь то стремление к земным наслаждениям или к духовным вершинам. Отрешенность подразумевает воспитание ума и сознания с тем, чтобы под натиском желаний и страстей они оставались непоколебимы. Тот, кто следует путем йоги, должен научиться отрешаться от объектов и представлений, которые беспокоят ум и мешают ежедневным йогическим упражнениям. Овладев этим мастерством, мы можем культивировать в себе непривязанность к плодам своих трудов.

Если прилежно следовать принципам абхьясы и вайрагьи, усмирить ум можно гораздо быстрее. Усмиренный ум дает возможность исследовать то, что находится за его пределами, и, достигнув Самореализации, вкусить нектар бессмертия. Того, кто усердно осуществляет практику и искренне воспитывает в себе отрешенность, не устрашают и не преследуют искушения. Если мы застынем в практике, движение к Самореализации затруднится, и мы станем заложниками кругооборота времени.

Для чего нужны практика и отрешенность

Авидью (невежество) можно назвать матерью неустойчивости и страданий. В сутрах самадхи пады Патанджали проясняет, как путем непосредственного и верного восприятия, собственных умозаключений и откровений мастеров можно приобрести знание. Он также добавляет, что правильное понимание приходит тогда, когда метод проб и ошибок утрачивает свой смысл. Не последнюю роль в обретении духовного знания играют практика и отрешенность.

Привязанность – это отношение человека к материи. Та или иная привязанность может быть как унаследована, так и приобретена в течение жизни.

Непривязанность предполагает тщательно продуманный и организованный процесс, при котором человек, избавляясь от привязанности, освобождается от страданий. Здесь неважно, связывает садхака себя долгом или нет – он с радостью помогает каждому – близкому и чужому, другу и врагу. Непривязанность не означает строгое обращение человека внутрь себя или самоизоляцию, но подразумевает исполнение им своих обязанностей безо всяких ожиданий и не по принуждению. Непривязанность – это шаг от привязанности к беспристрастности. Не воспитав в себе непривязанность, невозможно прийти к отрешенности.

Из беспристрастности рождается различение – способность видеть всех и вся такими, какие они есть, в их чистоте, без предубеждений и заинтересованности. Это способ постижения природы и ее могущества. Осознав функции природы, садхака должен научиться отделять себя от них, дабы достичь абсолютного необусловленного существования, в котором душа излучает свой собственный свет.

Ум, разум и эго, вращаясь в колесе желания (кама), гнева (кродха), алчности (лобха), безрассудной страсти (моха), гордыни (мада) и злобы (матсарья), привязывают садхаку к следам этих пороков. Преодолеть смятение и провести различие между умом и душой часто оказывается нелегко. Практика йоги и отрешенность от чувственных наслаждений приближают садхаку к духовному знанию.

Чтобы практика была полной, ученик должен обладать четырьмя качествами: преданностью, рвением, постоянной осознанностью и готовностью к длительному осуществлению практики. Воспитание отрешенности также предполагает четыре условия: отвлечение чувств от действия, избегание желаний, успокоение ума и освобождение от стремлений.

По степени интенсивности практики учеников можно разделить на четыре типа: слабые, средние, сильные и очень сильные. Можно выделить также четыре стадии развития ученика: стадию новичка; стадию тех, кто понимает внутреннюю работу организма; тех, кто может распространить разум на все части тела; и, наконец, тех, чье тело, ум и душа обрели единство. (См. таблицу 1.)

Воздействие практики и отрешенности

Практика и отрешенность преобразуют невозделанное, «разбросанное» сознание, читту, в возделанное сознание, способное сосредотачиваться на четырех типах осознанности. Ищущий развивает философскую любознательность, начинает анализировать и подключает к этому процессу чувствительность, учится правильному постижению сути и назначения материальных объектов (витарка). Затем, чтобы познать и полностью постичь тонкие грани природы, он размышляет о них (вичара). Отсюда он двигается к познанию рождаемого в медитации духовного восторга и чистого блаженства (ананда) и в итоге обнаруживает свое Высшее «Я». Все вместе эти четыре типа осознанности называются сампраджнята самадхи или сампраджнята самапатти. Самапатти – это преобразование мысли, созерцание, встреча лицом к лицу с самим собой.

От этих четырех состояний осознанности ищущий подходит к новому состоянию – бдительному, но пассивному спокойствию, известному как манолайя. Манолайя – это лишь перекресток на духовном пути, поэтому Патанджали предостерегает садхаку, дабы тот не попал в ее ловушку. Чтобы оставить манолайю и двинуться к высшему состоянию, известному как нирбиджа самадхи или дхарма мегха самадхи, необходимо усилить свою садхану. Однако, оказавшись на перепутье, садхака может не знать, какой дорогой следовать дальше, и застрять в манолайе навсегда. В этом неподвижном состоянии пустоты скрытые тенденции остаются пассивными. Когда же бдительно-пассивное состояние нарушается, они активизируются и всплывают на поверхность. Поэтому очень важно не принять манолайю за высшую цель йоги.

Безусловно, на пути духовного развития это состояние спокойствия – большое достижение, но важно понимать, что это еще не конец духовного пути. В манолайе человек перестает ощущать свое тело и избавляется от воздействия природы – это значит, что он подчинил себе материю. Благоразумный садхака понимает, что это не конец, а лишь начало пути и цель еще не достигнута. Поэтому он только с верой и решимостью умножает свои усилия (упайя пратьяйя) и использует свой предыдущий опыт в качестве проводника, ведущего от состояния пустоты и одиночества к состоянию полноты и единственности – туда, где свобода абсолютна.

Чем глубже практика, тем ближе цель. Если садхака уменьшает свои усилия, сила воли и интенсивность практики ослабевают, и цель отдаляется.

Универсальная Душа, или Господь (Ишвара, Пуруша Вишешан, Параматман)

К осуществлению йоги можно приступить по-разному. В первую очередь Патанджали говорит о капитуляции перед Господом (Ишвара), которая предполагает отрешенность от мира и связывание себя с Всевышним. Этот путь открыт лишь тем, кто родился йогином. Патанджали определяет Господа как Высшее Существо, абсолютно свободное от страданий и последствий действия. Господь скрывает в себе семя любого знания. Он Первый и Непревзойденный среди всех мастеров и учителей. Он не обусловлен ни временем, ни местом, ни внешними обстоятельствами.

Символ Господа – это божественный слог АУМ, который является восхвалением божественного осуществления. АУМ – это универсальный звук (шабда брахман). Каждое слово произносится с символическим звучанием трех букв – а, у и м, поэтому символически АУМ – это источник любого слова. АУМ начинается со звука а, произнося который мы размыкаем губы. Поэтому а выражает начало. Движение языка и губ, которые необходимы для того, чтобы говорить, символизируются буквой у. Заканчивая произнесение этого слога, мы смыкаем губы, что образует звук м. АУМ обозначает соединение с Господом, Душой и Вселенной.

АУМ называют пранавой – восторженной хвалой Господа. Звуковая вибрация – это высшее и самое тонкое проявление природы. Поэтому Господа чтят, повторяя и воспевая АУМ. К этому уровню принадлежит махат. Даже самые сокровенные, невысказанные мысли создают волны звуковых вибраций. Поэтому АУМ символизирует простейшее движение звука, что, в свою очередь, является первичной формой энергии. Таким образом, АУМ – изначальная форма поклонения Господу. Этот возвышенный уровень феноменальной эволюции еще не знает деления. АУМ – это абсолютное целостное восхваление, нет ничего выше него. Эта молитва производит в уме садхаки чистоту и помогает достичь цели йоги. АУМ, повторяемый с чувством и пониманием, устраняет препятствия на пути к Самореализации.

Препятствия

Препятствием для обретения здоровой жизни и достижения Самореализации может стать болезнь, вялость тела и ума, сомнение и скептицизм, небрежность, лень, неспособность избегать желаний и их осуществления, заблуждения и непонимание сути, неспособность сосредоточиться на поставленной задаче и продвигаться вперед, неспособность сохранить достигнутый уровень концентрации и устойчивости в практике. Эти препятствия усугубляются печалями, тревогой, фрустрацией, неустойчивостью тела, а также затрудненным и неравномерным дыханием.

Способы преодоления препятствий и достижения цели

Ослабить и устранить препятствия помогают следующие средства: сохранение и поддержание целеустремленного усилия в процессе садханы, дружелюбие и доброжелательность по отношению ко всем созданиям, сострадание, радость, равнодушие и непривязанность к удовольствию и боли, к добродетели и пороку. При помощи этих средств ум обретает спокойствие и равномерно распределяется как внутри, так и снаружи.

Дабы ослабить колебания ума, каждый ученик может использовать следующие предложенные Патанджали методы.

Задерживать дыхание после каждого выдоха (изучение вдоха учит замечать, как самость постепенно привязывается к телу; изучение выдоха учит непривязанности по мере того, как самость уходит от контакта с телом; задержка после выдоха способствуют воспитанию беспристрастности).

Углубляться в интересующую тему или объект.

Созерцать яркий лучезарный свет, не ведающий печали и страданий.

Следовать путем, проложенным великими мастерами.

Изучать природу бодрствования, сна и сновидения и поддерживать в каждом из них единое состояние осознанности.

Размышлять об объекте. Этот процесс должен быть всепоглощающим и вести к умиротворению ума.

Воздействие практики

К каждому из этих способов можно прибегать в отдельности. Если же использовать их все вместе, ум подобно ветру, который перемещается и заполняет собой пространство, равномерно распределится по своему вместилищу – телу. Благоразумное, целеустремленное, добросовестное следование этим предписаниям помогает обрести контроль над своими желаниями и страстями и развить целенаправленность ума. Благодаря им садхака наделяется высокой чувствительностью и обретает безупречность и прозрачность кристалла. Он начинает осознавать, что созерцатель, ищущий и инструмент, используемый для созерцания и поиска, суть он сам и стирает все различия внутри себя.

Такая ясность приводит в гармонию слова и их значение и позволяет забрезжить свету мудрости. Память об опыте уравновешивает ум, и в результате и ум, и память растворяются в космическом разуме.

Это сабиджа самадхи – самадхи с семенем, с опорой, – первый из двух типов самадхи. Достигнув его, садхака усиливает свою садхану с тем, чтобы обрести истинную мудрость, равновесие и блаженство. Истинная мудрость не обуславливается чем-либо услышанным, прочитанным или заученным. Садхака не позволяет себе остановиться в своем развитии. Наоборот, он стремится к познанию более высокого состояния бытия – аманаскатвы.

Если манолайя – это пассивное, почти отрицательное состояние покоя, то аманаскатва – положительное активное состояние, непосредственно связанное с глубинным уровнем человеческого существа и свободное от воздействия ума. Здесь садхака полностью отрешается от внешних вещей и пребывает в гармонии со своим внутренним существом, позволяя созерцателю сиять всем великолепием своей славы.