Анна Александер: хозяин пустоты
- -
- 100%
- +
– Я не рассчитался с тобой с прошлой битвы и всё ещё тебе должен! – выпалил Марк с напором прорвавшейся плотины.
– Ты должен мне больше, чем твоя ничтожная жизнь! – прорычал Руварс, и его глаза вновь вспыхнули изумрудным пламенем с искрами ярости.
Марк знал, что Руварс в мгновение ока может обратить его в дым, развеять пеплом или превратить в нечто, чего никогда не отыскать. Его пугала необузданная энергия демона, его напор, но больше всего его пугал – пронизывающий взгляд, сковывающий ледяным холодом.
– Ты желаешь предложить что-то существенное?! – процедил Руварс.
Язык Марка словно примёрз к нёбу. Он не мог пошевелиться, но ответить было необходимо, ведь Руварс ждал.
– Я… у меня есть предложение, которое может спасти Анну без вашего Корня Солнца. И неизвестно, сможете ли вы его вообще отыскать, ведь он прорастает только в Былых землях, где хозяин – твой сводный брат! – выдохнул Марк и криво усмехнулся.
Руварс нахмурился, пытаясь понять, какое предложение может исходить от Марка и откуда ему известно о Корне Солнца, растущем лишь в Былых землях. Эта новость насторожила демона, ведь о ней знали единицы.
– Откуда ты знаешь о Корне Солнца и о Былых землях?! – спросил Руварс с неприкрытым удивлением.
Марк лишь усмехнулся в ответ и оглянувшись, заметил, что все трое путников Руварса погружены каждый в свои мысли и желая доказать свою полезность, решил говорить прямо, без хитрости.
– Пообещай, что, если моё предложение тебе не понравится, я отправлюсь в Былые земли вместе с вами! – потребовал Марк.
Демон был ошеломлён неожиданной помощью со стороны существа, которого он даже не считал своим врагом и приподняв бровь, он с пренебрежением ответил:
– Но если что-то пойдёт не так, я брошу тебя в пучину ада, к моим братьям, которые учинят над тобой страшный суд, которого ты, безусловно, достоин!
Марк кивнул в знак согласия. Он знал, что у него в рукаве есть козырь, о котором известно лишь Анне и Азазель. Эта мысль явно придавала ему уверенности в своих словах и действиях.
– Я жду твоего предложения! Говори скорее, или окажешься в вечных мучениях. Я попрошу своих братьев предоста… – не успел договорить Руварс.
– Моя жизнь в обмен на жизнь Анны. Если все силы нашего круга выполнят ритуал Чаши Бафо, она вернётся… Но ты должен знать, что Анна может вернуться другой! – перебил его Марк.
Руварс словно очнулся от оглушительного крика своего имени. Его глаза заметались в поисках смысла в странном заявлении Марка.
– Ты ведь не понимаешь, маг Белого Света, о чём говоришь? – с сомнением спросил Руварс, не осознавая, насколько хорошо бельчонок контролирует ситуацию.
– Я прекрасно понимаю, что говорю. Мы можем собраться за считанные минуты, и Анна будет рядом. Но выбор за тобой! – отрезал Марк.
– Чего ты хочешь от меня, злодей, чтобы я стал твоим должником? – не унимался Руварс.
Марк не мог понять истинных мотивов демона. По его мнению, это была лучшая возможность вернуть Анну быстро и без существенного вреда для её здоровья. Никто не мог обещать, что она вернётся в прежнем виде, но она вернётся живой. А вот согласится ли Руварс?
– Ты безумец, если думаешь, что я позволю тебе войти в пространство к Анне и освободить её от оков зыбучего плена! – выговорил Руварс так громко, что Азазель невольно прикрыла уши.
В то же мгновение небо омрачилось кошмарными видениями. В вышине разверзлась огромная пустошь, напоминающая зеркало. По краям этого жуткого полотна, словно связанные одной цепью, восседали неведомые ранее существа, изрыгающие странную слизь, похожую на жидкую смолу. Никто не знал, что капает у них изо рта, но все чувствовали – что всё это не к добру. Жижа, густая и чёрная, прожигала землю, оставляя после себя дымящиеся кратеры. От одного его вдоха прожигало горло, а в глазах появлялась резь.
Существа двигались медленно, неуклюже, словно игрушки, которыми управляет невесть кто. Их конечности, непропорционально длинные и тонкие, подламывались под весом тел. Кожа, если это можно было так назвать, напоминала старый, потрескавшийся камень, покрытый лишайником. Глаз не было видно, только зияющие пустоты, в которых порой вспыхивали искры, словно угольки в пепле.
Руварс с изумлением смотрел вверх. Страх сковал Азазель и Джо, а Сардо и Марк обменялись встревоженными взглядами и словно вросли в землю, обездвиженные количеством тварей в вышине.
– Что или кто это такое? С такими чудесами я ещё не сталкивался! – спросил Джо у не менее потрясённой Азазель.
– Они зловеще прекрасны, словно вернулись из самой преисподней. И если я не ошибаюсь, это Ликки! – прорычал Руварс.
Их было так много, что взгляд не сразу улавливал очертания, напоминавшие волчьи морды. Через мгновение они сменялись человеческими лицами – угрюмыми и строгими, словно их силой заставляют сидеть на своих местах.
– Что с ними происходит? Почему они меняют лица? – испуганно спросила Азазель.
– Или морды? – уточнил Марк.
Они обменялись взглядами. Марк, казалось, читал мысли Азазель – настолько хорошо он её знал.
– Смею предположить, это из-за Анны. Она человек, и её сущность пока принадлежит ей. И, как я понимаю, когда Ликки перестанут меняться, станет ясно, что с Анной – либо она исчезла, либо борется за своё существование! – объяснил Джо.
Все замолчали. Нарушил гнетущую тишину лишь Сардо, не понявший смысла последних слов своего сводного брата.
– Всё просто, Сардо, – откликнулся Джо. – Ликки покажут нам истину: пала ли Анна во тьму, превратившись в дьяволицу, или же в ней ещё теплится искра человечности!
Демон Тьмы был озадачен его ответом, и в его сердце зародилось подлинное беспокойство за девушку. Ведь в ней заключена не просто сила, а нечто большее, чем просто дьявольская сила его брата. Она несла в себе мощь, доселе неизвестную никому: сгусток сил света и тьмы, невиданное и непостижимое орудие против… а против кого Сардо пока ещё даже не догадывался!
Сардо пронзил Руварса взглядом, уловив в его глазах бушующую ярость. Он едва сдержался, чтобы не вмешаться в его терзания, но воспоминание о собственных муках, пережитых когда-то из-за этой девушки, заставило его отступить, предоставив младшему брату самому разобраться в своих чувствах.
– Ты не подойдёшь к нему? – вдруг прозвучал голос Азазель.
– Нет. Думаю, ему самому необходимо всё обдумать и смириться с мыслью, что Анна может занять место нашей матери, – ответил Сардо с усмешкой.
– Но она и мой друг, Сардо! Ведь это перевоплощение может её полностью изменить! И если она воссядет на трон вашей матери, я тоже превращусь в нечто ужасное! – возразила Азазель.
Сардо слегка улыбнулся. Его лицо, после суда предков, словно смягчилось, стало более приятным, даже человечным.
– Азазель, не стоит равняться на неё! То, что она твой друг, не означает, что ваши пути должны совпадать. Её судьба сейчас неподвластна даже Руварсу. Твоя подруга превращается в чудовище в обличье дьяволицы, и если ты последуешь за ней, мне вновь придётся надеть маску своей утраченной тёмной сущности и стать Демоном Тьмы, – предупредил Сардо.
Азазель погрузилась в молчание, обдумывая его слова. Стоит ли ей провести остаток жизни в человеческом обличье, если есть шанс обрести бессмертие?
– Что ты имеешь в виду? Я не понимаю тебя, Сардо, объясни! – взмолилась Азазель.
– Я говорю о том, что мне снова придётся вытаскивать тебя, а затем и себя, из бездны, в которую погружают мои братья и только, – ответил Сардо.
Азазель едва заметно ухмыльнулась. В глубине души она ликовала, услышав эти слова, которых так долго ждала.
Сардо тоже был доволен собой. Наконец-то он обрёл истинное счастье, а в лице Азазель – настоящую жизнь.
– Я начинаю понимать себя, Азазель. Раньше меня заботила лишь семья и мой круг. Меня окружали странные сущности, мечтавшие видеть меня сильным и полезным, каким я был раньше, – произнёс он, опустив глаза.
Азазель была удивлена этим словам. Всего несколько недель назад он был счастлив, что обрёл смертную плоть и человеческое сердце, что может жить среди людей, измениться ради себя и других, быть хоть в чём- то полезным человеческому миру!
– Сардо, я не совсем понимаю тебя! Ты так стремился стать смертным, ощутить биение сердца, измениться ради себя и других, не доставлять проблем и ощущать лёгкость походки по ветру! Что – то произошло от того, что ты сам решил измениться? – воскликнула Азазель, огорченная и растерянная.
Демон Тьмы и сам не понимал, что с ним происходит. Одна его часть жаждала добра, но другая, тёмная, не могла смириться с переменами. В нём бушевала борьба тех противоположных начал, которые он приобрел отроду и получил благодаря Азазель.
– Мы оставим этот разговор на потом. Сейчас есть более важные дела, чем наши споры и рассуждения, – отрезал Сардо.
Азазель хотела возразить, указать ему на его ошибку, но почувствовала, что Демон Тьмы не расположен к беседе, и, смирившись, замолчала.
– Я всего лишь хочу помочь, чтобы это не имело для нас всех последствий! Никто не знает, что нас ждет в Былых землях, вернёмся ли мы оттуда живыми, достанется ли нам хоть часть Корня Солнца и не уничтожит ли нас всех Анна после своего «возвращения»? – продолжил Марк.
Руварс вскинул брови и нахмурился. Он понимал, что Марк прав, но его эгоистичная привязанность к девушке не позволяла ему позволить решать этот вопрос за него.
Азазель чувствовала неискренность в словах Марка и не доверяла его помощи. Ей казалось, что он снова предаст их. Она горько усмехнулась. Ведь доверие – хрупкая вещь, и Марк однажды уже раздавил его в пыль.
– Думаю, нужно смотреть правде в глаза. Анна ждёт Руварса, а не тебя, и, полагаю, её защита не пропустит твой дух в её мир, – отрезала Азазель.
Руварс был доволен её ответом. Ему никогда не нравилась Азазель, но в этой сложной ситуации ему было приятно, что хоть кто-то оказался на его стороне.
– Нет, и это мой окончательный ответ! В любом случае я против этого шага! – вдруг вымолвил Руварс.
Сардо и Стефан молчали, обдумывая каждую возможность, который может предпринять Марк, ведь рискованно привносить Чашу Бафо в мир смертных.
«Какая кара ждёт нас от предков?» – мысленно спросил Джо у Руварса.
– Кубок Бафо – это меньшее из зол, ведь он находится не в ведении моих братьев. Главное – Нестор не согласится! – ответил Руварс, нервно выпуская серный пар из ноздрей.
Прошло немного времени, прежде чем Марк решился спросить об ответе, мучавшем братьев.
– В чём дело? Скажите нам, смертным, о чём вы говорите? – спросил Марк.
Младший из братьев переглянулся с Джо и вздохнул. Его вздох был полон безысходности, особенно когда речь заходила о Несторе и Анне.
– Руварс говорит, что Нестор не поможет по определенной причине, – ответил Джо.
Марк усмехнулся и протянул руку Джо, надеясь, что тот примет его помощь и не станет таким же угрюмым, как Руварс.
Джо пожал протянутую руку и громко заявил:
– Я верю ему. Он поможет Анне, и я считаю необходимым предоставить ему шанс исправить свои ошибки!
Азазель удивлённо распахнула глаза, но промолчала. Сардо стоял, глядя ввысь, на Ликки, которые множились, словно вредоносные сущности, и в своем зеркальном отражении почти коснулись земли.
– Нужно разобраться с Ликки! Они надвигаются на нас, значит, мы им зачем-то нужны, либо они хотят что-то от нас заполучить! Необходимо выяснить их мотивы! – резко произнёс Сардо.
Руварс тосковал по Анне с такой силой, что ему почудился лёгкий аромат её волос, принесённый ветром. Он жадно вдохнул воздух, мечтая о том, как её присутствие мгновенно обратило бы Ликки в бегство.
Сардо заметил тень перемены на лице брата, но, понимая, что надвигающаяся угроза Ликки куда серьёзнее, не стал расспрашивать его об этом. Сердце кареглазого демона жаждало положить конец кошмару, сковывавшему среду, в которой они в данный момент находились, и в мгновение ока Сардо предпринял решительный шаг к разрешению зловещей проблемы.
Глава 5.
Ликки и их предводитель
– В круг! – внезапно скомандовал Сардо, наблюдая, как Ликки безмолвной и неумолимой лавиной спускаются на них.
Трое существ мгновенно заняли свои места, словно повинуясь невидимому дирижёру. В их взглядах читалась близость существ, связь, которая объединяла их, несмотря на различие крови и предназначения.
Вокруг них, словно по взмаху волшебной палочки, взметнулось огненное кольцо, пожирающее тьму. Братья в одно мгновение преобразились в чудовищ, чьи тела пылали неистовым пламенем. В их облике был ужас, но цвет глаз и амулетов на шеях оставался неизменным. К зловещим братьям добавился еще один брат со своим амулетом и этим братом являлся Стефан.
Его амулет, напоминающий цифру «30» с небольшим завитком, был исполнен в духе знака «Ом», символизируя духовный путь к познанию себя. Простота и изящество амулета отражали сущность его владельца. Амулет, как и глаза Джо, излучал мягкий сиреневый свет всякий раз, когда он стремился помочь, совершить добрый поступок или защитить от врага.
Братья понимали, что в Джо, получеловеке, доброты больше, чем во всех них вместе взятых, и весьма тяжело переносили его присутствие. Но чтобы справиться с Ликки и их армией, требовалась грубая сила, напор и ярость, заключённые в каждом из них и в их талисманах.
Азазель была удивлена появлению Ликки. Хоть она и видела вещи куда более ужасные, нежели эти «морды», девушка чувствовала, как её корни, некогда глубоко уходящие в землю, становятся поверхностными и зябкими. Она ощущала, как теряет связь с Анной и всё больше привязывается к Сардо и его семье. И хотя Демон Тьмы никогда не нарушал семейных заветов (за исключением того, что стал получеловеком), семья всегда оставалась для него на первом месте.
Сардо не собирался любезничать с Азазель или говорить слова, о которых мог бы пожалеть в будущем, но кое-что всё же решил ей сказать.
– В скором времени ты станешь частью моей семьи, тебе нужно привыкнуть к этому! – внезапно сказал он.
Азазель была поражена резким тоном Сардо. Это было не предложение, а скорее утверждение.
– Ты предлагаешь мне то, что мне не нужно, ведь я ещё слишком молода для твоей семьи! – возразила она.
– Неужели моя семья тебя не радует? – спросил он.
– Я не знаю никого из твоей семьи! Ведь твоя семья – это не только твои братья, но и твои родители! – отрезала Азазель.
Наступило неловкое молчание, после которого Сардо смягчился. Он знал, что семя для дальнейшего разговора уже посеяно.
– Вот и прекрасно, значит, будешь готовиться к встрече и знакомству! – резко ответил он.
– Я думаю, у нас ещё будет время для этого разговора. Сейчас же нужно спасать Анну! – отрезала Азазель.
Сардо улыбнулся своей прекрасной подруге, ведь она в этот момент показалась ему еще более таинственной и яркой.
Все оставались в тех же позах, что и минуту назад, кроме Азазель. Она чувствовала присутствие огромных сил вокруг себя и не знала, как поступить. Её бросало из стороны в сторону, и она, словно птица с подрезанными крыльями, не знала, куда направить свою неуёмную энергию.
– Держись крепче, Азазель, сейчас ты увидишь нечто большее, чем дьявольский суд! – крикнул Джо и издал странный смех, который совсем не понравился Сардо.
Через мгновение окрестности, где собралась эта странная братия существ и полулюдей, погрузились в гнетущую тишину. Было так тихо, что слышался стук сердец, и можно было сосчитать каждый удар.
Азазель забыла о цели своего пребывания в этом проклятом месте. Сардо был уверен, что попал сюда не случайно, а Джо был полон решимости вытащить Анну из плена времени.
Тем временем Руварс, не отрываясь, следил за Марком, застывшим в неподвижности. Казалось, бельчонок готовится к решающему броску, желает сделать последний свой шаг, но и тут Руварс ошибся в своих предположениях.
– Я считаю, Марку нужно остаться и сделать выбор… От его решения зависит судьба многих, в том числе и Анны, которая, быть может, однажды вернётся, если мы успеем, и за её возвращение я продолжу сражаться! – вдруг произнёс Руварс.
Молчание рассеялось, и гул, подобный раскатам далекого грома, пробудил ото сна Азазель, Сардо и Джо.
– Я прошу всех оставаться на своих местах и не совершать хаотичных шагов. Сейчас происходит нечто необычайное, странное событие, которое должно избавить нас от Ликки. Но если мы проявим неосторожность, беды не миновать! – возвестил Руварс.
Пространство вокруг злодеев, восседавших в своём причудливом зеркале, начало искажаться. Их безумный танец был не просто развлечением – чудовища черпали в нём разрушительную силу, и их становилось всё больше!
Ликки нависали над ними, словно зловещие тучи асператус, исполненные ярости. Их волчьи морды давно перестали принимать человеческий облик, а зловещие клыки стали придавать им отталкивающий, мрачный вид.
– Санавар! Санавар! – закричали Ликки, увидев своего предводителя.
Санавар выступил вперёд. Его кривые ноги напоминали колеса старой телеги. Он двигался, как комодский варан, выбирающийся из засады в ожидании добычи. Его странный взгляд блуждал по огромному зеркальному пространстве в вышине, и казалось, что эта высота вот-вот обрушится – ведь в этом тёмном месте не было ничего постоянного!
Ликки оживились. Они приветствовали своего вожака, словно явление чуда, которое случалось нечасто и только в исключительных обстоятельствах. Санавар был уникален тем, что мог повести за собой огромные, многомиллионные полчища странных существ в бой, который мог стать для них последним!
– Вставайте, ленивые твари! Пришло наше время править этим миром! – проревел Санавар.
Ликки мгновенно вскочили на ноги и, прыгая то ли от радости, то ли от предвкушения завоеваний, единой массой устремились к Санавару. Тот же с довольной усмешкой наблюдал, как сущности преображаются в человеческие тела с более ужасными чертами волчьих морд. Их туловища казались призрачными, словно туман, они шептали странные слова, а их ноги обрастали шерстью, как у настоящих хищников. Они ходили на двух ногах, не как звери, а как полулюди, и их ритуальный танец стал ключевым элементом поклонения Санавару. Вязкая жижа исчезла с их пастей, уступив место кровожадному оскалу, который не сходил с их постоянно открытых пастей.
– Мы с тобой, о великий и могучий Санавар! Пришли взять своё в этом мире, но здесь не осталось духа, к которому можно было бы обратиться! – раздался голос, звучавший хором с высоты.
Ликки начали клацать зубами, словно пытаясь растерзать друг друга или прогрызть пространство… Странные существа, вырывавшиеся из глубин их тел, растворялись в воздухе, рисуя кошмарные картины их мыслей.
Санавар издал необычные звуки, похожие на призыв к необъявленной битве между Ликки и пятёркой сущностей, явившихся из преисподней и дома Лион.
– Я желаю говорить с главным из вас! Пусть он выйдет вперёд! – произнёс Санавар басистым голосом.
В его глазах не было ни зла, ни добродушия… Санавар казался воплощением абсолютного спокойствия и даже доброты, ведь он не собирался «проливать слёзы» по своим двуликим слугам, которые могли перестать существовать! И пусть они не были ни людьми, ни животными, в них теплилось нечто среднее между существом и тварью!
Руварс шагнул вперёд и огляделся. Он увидел, как причудливые морды исказились в ухмылках, неподобающих Ликки.
Полулюди, полуволки, выглядели не так устрашающе, как представлял их Санавар. Руварс видел в них простых щенков по сравнению с чудовищами, обитавшими в «его» доме.
– У меня мало времени, и я здесь не потому, что желаю видеть вас, а потому, что вы явились без приглашения, да ещё и с угрозами! И что бы вы ни решили по поводу нас, надеюсь, мы разойдемся мирно и, главное, быстро! – заявил Руварс.
Санавар приподнял нечто похожее на брови, что придало ему детское выражение, и, широко раскрыв глаза, произнёс:
– Приветствую тебя, Руварс, зеленоглазый демон преисподней или бывший демон?!
Руварсу было неприятно слышать слова, задевавшие его сущность, возможно, пока еще чёрную, не перешедшую окончательно на сторону света.
– У тебя и твоей стаи нет шансов на почести. Вам нужно сейчас же убраться из этой обители навсегда! – отрезал Руварс.
Санавар побледнел от слов демона. Ему показалось странным, что, несмотря на силу демона, во много раз превосходящую его собственную, Руварс не желал общения ни с ним, ни с его стаей. Его боязнь быть уничтоженным в миг возрастала с каждым сказанным словом демона.
Внезапно небо словно вспыхнуло от солнечного зайчика, отражённого от зеркала Ликки в вышине. Огромное количество волчемордых, стоящих друг за другом, словно в непрерывной цепи, начали растворяться. Их приумножение грозило Санавару большими потерями. Туман, с невероятной скоростью покрывший высоту, в мгновение ока превратил местность в невидимое поле боя. Ликки превратились в единое огромное пятно, армию, готовую стереть с лица земли гордую пятерку и всё живое вокруг.
Руварс, удивлённо наблюдавший за происходящим, был раздосадован тем, что ему снова придётся сражаться с нечистью, явившейся невесть откуда. Джо, напротив, ждал своего часа, чтобы проявить себя как старший сын главного из преисподней – ведь такая возможность выпадала нечасто. Марк, предчувствуя серьёзность положения, не отрывал глаз от Руварса, который тоже думал о неизбежной битве! Сардо и Азазель надеялись, что все обойдётся без них и с наименьшими потерями, но, как покажет дальнейшая история, кому-то выжить всё же не удастся!
– Ungues expande et in proelium vade!1 – вдруг крикнул Санавар.
Волчьи морды, словно мираж, рассыпались прахом, вслед за уродливыми туловищами, растворившись в воздухе в одно мгновение. Санавар, заворожённый, наблюдал за этим странным преображением, где его прежние представления о Ликки рушились, словно разбитое стекло.
Он наклонился, зачерпнул горсть пепла, оставшегося от их сгоревших тел, и принял неоправданную надежду от их исчезновения. Получеловек, полузверь, Санавар не мог понять: возродятся ли они вновь для битвы или их поражение окончательно?
Воин Ликки растерянно озирался, словно хищник, потерявший след добычи. Глаза его тщетно искали признаки жизни тех, кто ещё недавно восседал на зеркальной глади. Волчемордых не было нигде.
В тот же миг издалека пространство пронзила жуткая мелодия трубы, такая чуждая, такая неземная, что бесстрашная пятерка невольно вздрогнула. Каждый спрашивал себя: откуда исходит этот зловещий зов, не похожий ни на один из тех, что доводилось слышать прежде?
Тогда главный из Ликки понял, что это не конец. Скоро на этом клочке земли не должно будет ходить ни одно существо, пытающееся помешать его войску. Он знал, что скоро произойдет нечто великое, нечто ужасное…
Взбираясь на высокую гору, ослепленную первыми лучами рассвета, Санавар ощутил неимоверную тяжесть, нервную дрожь или же роковое предчувствие. Ведь явление Руварса началось раньше, чем он ожидал. Воин Ликки не желал разрушать тщательно выстроенный план. Его слуги уже формировали армию, способную уничтожить младшего из братьев, его спутников и Темного Министра. Главарь волчьего племени ликовал – собранных сил Ликки будет достаточно, чтобы зеленоглазый демон сгинул навеки. Никто не знал, что двигало Санаваром и его командой в их ненависти к Руварсу, но желание стереть его из памяти существ было сильнее даже страха перед его братьями.
Глава 6.
Бесполезное восстание
– Трусливые шакалы, куда вы подевались, когда нужно идти в бой! – прорычал Санавар.
Возмущение клокотало в Санаваре, словно яд, отравляя его изнутри за столь долгое их отсутствие.
Руварс расправил крылья, ощущая, как ветер играет с его оперением. Он заметил, как растворились в тенях те, кто следовал за Санаваром, осознавая, что корень войны – не в нём, а в их предводителе, возможно, таком же трусливом, как и его приспешники.
Демон подлетел к «воину» с быстротой молнии, не давая тому времени осознать суть грядущего диалога.
– Где твоя стая трусливых и кровожадных псов?! – с напором в голосе спросил младший из демонов.
Вопрос Руварса застал Санавара врасплох. Ему казалось, будто его застигли на месте преступления, в котором он не был повинен, будто все грехи преисподней пытались взвалить на его плечи… Ярость начала закипать в его внутренностях с большей силой.
– Они скоро будут здесь! – огрызнулся «горе-воин».
Руварс одарил его хитрой, лисьей улыбкой, давая понять предводителю Ликки, что победа останется за «хранителями» преисподней.
– Я жду битвы, а вы прячетесь, как трусы, даже не начав сражения! – с ухмылкой парировал Руварс.
– Мои воины не испугались! Они сражаются за правду, за справедливость, которую ты у меня украл, украл у нас! – выпалил Санавар.
Руварс удивлённо вскинул брови. Он не мог вспомнить, когда успел натворить бед по отношению к Санавару и его стае. Его мысли метались, не находя выхода, ведь в тот момент он думал совсем о другом.