Загадка железного веера
- -
- 100%
- +
Намита сочувственно положила руку мне на плечо.
– Мне очень жаль, Тео, – сказала она. – Я знаю, как много это для тебя значит.
Каким-то чудом мне удалось изобразить для неё улыбку:
– Да. Это просто… чёрт, такое чувство, что препятствия возникают буквально на каждом шагу.
– Так всегда бывает с тем, за что стоит побороться, – сказала Намита. Она смотрела через залив на впечатляющую громаду моста Бэй-Бридж[15]. Вдоль него тянулись тысячи огней, это одна из самых красивых достопримечательностей города. – Но мы здесь, с тобой. Давайте по домам, утро вечера мудренее, поспим, и, может, завтра нас осенит.
Я нахмурился.
Намита вздохнула:
– Я знаю. Поверь мне, я бы рада остаться и ещё немного поломать голову, но поспать с проблемой – это лучший способ её решить.
– Нет, не в этом дело. Ты сказала «поспать», и я подумал… – Я закусил нижнюю губу и попытался ухватить ускользающую мысль, только что пришедшую мне в голову. Потом до меня дошло. – Пижамная вечеринка! – воскликнул я. Я повернулся к Дэнни, и тот слегка вздрогнул. – Дэнни, помнишь ту ночь? Когда Сюлин, попросту говоря, опоила нас, чтобы отправить в мир духов?
– Э, да? – осторожно отвечает он. – Но, как ты сам сказал, мы отправились в мир духов, а не в Диюй.
– Так то вы, но не я! – вскричал я. – Я напутал произношение и оказался в Преддверии. Кай, ты ведь нашла меня в Преддверии, помнишь?
Кай подёрнула своими двумя хвостами и вылизала передние лапы:
– Ну ты и сел тогда в лужу.
– Что за Преддверие? – спросила Намита.
– Это место, соединяющее мир духов и Диюй, – сказал я. – Думаю, там есть двери, ведущие в ады разных культур.
– Точно, – весело сообщила Кай. – Там есть дверь в Диюй, дверь в Нараку, дверь в Аид, дверь в…
– Мы поняли, – перебил Дэнни, ему было не по себе, и это было видно. – Чудесное местечко.
– Точно. – Я содрогнулся, вспомнив деревья со змееподобными корнями и кипящие небеса. И, конечно, яогуаев[16], охотившихся на нас. – Но, пожалуй, это лучший путь в Диюй.
– Звучит потрясающе! – заявила Намита, как будто я рассказал ей о Диснейленде, а не о самых настоящих вратах ада. – Скажи песнопение!
Я поморщился.
– Я его не знаю. – Все обескураженно уставились на меня, и я поспешно добавил: – Меня опоили, помните? Я едва помнил собственное имя. Но я знаю, как можно выяснить!
– Как? – спросила Намита.
Я и рта не успел открыть, как Кай догадалась, что я собираюсь сказать, и я почувствовал, как она напряглась и распушила хвосты.
– Мы должны вернуться в Риплинг, да? – сказала она.
Я встретился с ней взглядом и кивнул.
– Да. Мы возвращаемся в Риплинг.
3. Кай
Риплинг – жалкая тень того, чем он был раньше. Я думала, что зрелище этой лиходейской корпорации в руинах меня обрадует, и оно было мне приятно, что по-человечески мелочно, но также отзывалось колкой грустью в глубине души. Потому что я помнила, как увидела её впервые вместе с Джейми. Я помню, как разделяла его восторг от великолепного кампуса и его гордость за программу, которую он помогал разработать. А ещё я помнила, как весело мы летали над кампусом, проносясь то над плавучими островами, то под ними, как плескались в парящих водопадах и как смеялись, вымокнув до нитки.
Теперь в Риплинге царила полная тишина и почти кромешная тьма – единственным освещением был слабый серебристый свет звёзд и полная луна над нами. Дети весело трещали, летя на спине Сяохуа, но когда она приземлилась посреди разрушенного кампуса, мы все смолкли. Как будто приземлились посреди кладбища.
А ведь это и было кладбище, место смерти и скорби. В темноте пустые здания вокруг нас напоминали туши неведомых громадных зверей, разломанные и осыпающиеся. Во многих были выбиты окна, двери сорваны с петель. Полиция прочесала это место с безжалостной дотошностью, собирая всё, что могло пригодиться в качестве улик. Разъярённая толпа довершила начатое. Как только полиция закончила обыск, жители Сан-Франциско, пришедшие в ужас и ярость из-за новостей о том, что творилось в корпорации, собрались и ворвались сюда, разгромив всё, что уцелело.
Меня одолевали смешанные чувства. Помимо ужасной атмосферы, меня исподтишка донимала тревога. Понимаешь, я не была вполне уверена, что произойдёт, когда Джейми вернётся. Я уже связана духом с Тео, но я не сомневалась, что старая связь с Джейми сохранилась. А отсюда следует… Когда он вернётся, чьим духом-компаньоном я стану? Как обычно, я запихнула эту мысль на задворки сознания. Разберусь потом.
– Ух ты, – прошептала Намита. – Всё совершенно не так, как я помню.
– Да, – шепнул в ответ Тео.
В такие моменты я обычно выдаю какую-нибудь остроумную реплику, но тут пробрало даже меня. Я шла впереди Тео, нюхая воздух, пытаясь уловить малейший намёк на опасность. Сяохуа явно держалась так же настороженно и не утрудилась уменьшиться. Она оставалась в своём подлинном размере и держалась рядом с Дэнни, с утробным рычанием оглядывая окрестности.
– Мне это не нравится, – проворчала она.
– И то верно, – сказала я, – но тебе когда-нибудь что-нибудь нравилось?
Она бросила на меня быстрый взгляд:
– Мне много чего нравится, лисица. Но забавно, не вспоминается ничего, связанного с тобой.
Ой. Ладно, возможно, я заслужила эту подколку. Вспышка света привлекла моё внимание, и я быстро шикнула на всех, чтобы они замолчали. Мы пригнулись, и вдали я высмотрела охранника в форме, шагающего по кампусу и лениво помахивающего палочкой. Ба, как же это похоже на Риплинг – продолжать платить охране, чтобы она не оставляла в покое руины. Мы подождали, пока охранник благополучно не скрылся из виду, и вздохнули с облегчением.
– Так что именно мы ищем? – спросил Дэнни приглушённым голосом. Глаза у него были круглые, рот приоткрыт, а крик, наверное, уже был готов сорваться с губ. Вот тебе свидетельство моей доброй и милосердной натуры – я не стала превращаться во что-нибудь жуткое, чтобы сразить мальчика. Ладно, свою роль сыграл ещё тот факт, что Сяохуа наверняка спалила бы меня. Кроме того, как ни неприятно это признавать, между мной и Дэнни возникла неловкость после программы «Знай свои корни». Понимаешь, я же похитила его и оставила на время под сглазом? Да. Но я прошла очищение. Надо сказать, он мог бы уже оправиться. – Тут, кажется, нечего ловить, – сказал он.
– Не хочется этого говорить, но я согласна с Дэнни, – вставила Намита. – Полиция наверняка забрала всё подозрительное. А что осталось, скорее всего, было разграблено или уничтожено.
Мы все посмотрели на Тео. Я приготовилась утешать его, сказать, чтобы он не расстраивался, что ему не удалось придумать жизнеспособную идею, однако на лице его читалось странное нетерпение.
– Что у тебя припасено в рукаве? – поинтересовалась я.
Тео скромно ухмыльнулся:
– Э… Есть у меня одна сумасбродная мыслишка… Один шанс на миллион. Возможно, не сработает, но попробовать-то стоит?
– Что за мысль? – нетерпеливо спросила Намита.
– Ну, мы знаем, что Глаза обычно учат прятаться, чтобы они не отсвечивали. Могу поспорить, что копы могли пропустить парочку Глаз. Мы можем попробовать выманить их. – Его ухмылка решительно сделалась гримасой. – Ребята, помните мою стычку с Крейтоном Уордом?
При упоминании этого имени у меня шерсть встала дыбом. Я не сдержалась, и моя верхняя губа поползла вверх, обнажив клыки. Крейтон Уорд был духом лиса, принявшим человеческое обличье. Годы злодеяний почти окончательно превратили его в демона, и он едва не убил Тео.
– Так вот, пока мы дрались, к нам подлетел Глаз. Я попытался убедить его помочь мне, но он был полностью предан ему. Думаю, их всех вышколили воспринимать его как своего хозяина. И, может, если мы заставим их думать, что Крейтон Уорд здесь, оставшиеся Глаза вылезут из укрытия? – Тео пожевал губу и посмотрел на меня с виноватым лицом.
– Что? – сказала я, немного отступив назад. Теперь все смотрели на меня. – О нет. Нет. Точно нет.
– Пожалуйста? Только на минуточку, – сказал Тео.
Я застонала:
– Ты не можешь даже вообразить, каково это – принимать облик этого скользкого человека! Ладно, пускай лиса. Но он запросто мог быть и человеком, до того он омерзителен. Не в обиду вам, людям, будет сказано.
– Тебе разве не говорили, что если сказать «не обижайся», твои слова вовсе не делаются менее оскорбительными? – заметила Намита.
Я зыркнула на неё.
– Давай же, Кай, – сказал Тео. – Пожалуйста?
– Пожалуйста? – повторила Намита.
Даже Дэнни и Сяохуа смотрели на меня с надеждой. И так судьба нашего предприятия снова легла на мои хрупкие изящные плечи. Театрально вздохнув, я сосредоточила свой ци и вызвала в памяти образ Крейтона Уорда. Я чувствовала, как меняется мой облик: конечности удлинялись, тонкие острые черты лица затуплялись, мой прекрасный блестящий мех превращался в резиновую человеческую кожу. Фу, определённо, перемены к худшему. Когда я открыла глаза, остальные едва приметно отпрянули от меня.
– Ты до чёртиков на него похожа, – заметила Намита.
Дэнни кивнул и громко сглотнул.
– Ну да. Просите, и дано будет вам. – Я вытянула руки, проверяя их вес. Мне никогда не привыкнуть к тяжёлому обременению, имя которому, человеческие руки. В следующий миг я сообразила, что меня душат. Только не это! На этот раз я сразу мгновенно определила виновника и сорвала проклятый галстук с шеи. – Почему человеческие мужчины так любят носить петлю на шее?
– Это мода такая, – сказала Намита, как будто это что-то объясняло.
– А, тогда всё в порядке, – съязвила я.
– Кай, ты опять забыла про свои хвосты, – проворчал Тео.
– Я не забыла… просто их очень трудно перекинуть.
Намита сняла с головы повязку и подвязала мои хвосты. Я запихала их в штаны. Мы все с сомнением оглядели результат.
– Выглядит так, будто у тебя очень… а, щедрый зад, – сказала Намита и ухмыльнулась мне.
– Хм, он меня не портит[17]. Так, и что теперь?
– Теперь мы… – Но Тео не успел закончить то, что он собирался сказать, потому что вдалеке раздался крошечный шёпот, который делался громче с каждой секундой.
– Спрячьтесь за меня! – зашипела Сяохуа, обвивая своим огромным чешуйчатым телом детей и поворачиваясь к источнику звука с оскаленными зубами[18]. Я сжала руки в кулаки и подняла их, хотя что мне делать с этими лишёнными когтей штуковинами, я не представляла.
Наконец, нечто появилось в поле зрения. Это была маленькая сфера, летящая в нашу сторону со злобным шипением.
– Это Глаз! – сказал Тео. – Сработало!
И действительно, Глаз с визгом остановился прямо передо мной. Шар раскрылся, и внутри оказался крошечный чертёнок, который выпрыгнул наружу и бросился прямо мне на грудь.
– Хозяин! – вскричал он. – О, мой достопочтенный хозяин, ты возвратился!
– Э… – Я подняла глаза на Тео, и тот кивнул и замахал руками, чтобы я подыграла. – Э… Утвердительно, да, да. Но давай потише, да?
– О, великая трагедия постигла всех нас, хозяин! Но Горошек был умным, учитель! Горошек спрятался далеко-далеко, когда плохие люди пришли, чтобы забрать всех товарищей Горошка.
Я подняла руку и легонько потрепала маленького чертёнка по голове самыми кончиками пальцев:
– Э… Молодец, Горошек. Очень славно. Не мог бы ты говорить шёпотом? Хорошо, спасибо тебе.
Я ни на мгновение не забывала об охранниках, хотя и не знала, сколько их было и как далеко друг от друга они размещались. Если один из них получит сигнал тревоги и увидит меня в облике Крейтона Уорда, добром это не кончится.
Горошек фыркнул:
– Ха, и подумать только, раньше все смеялись над Горошком! «Горошек такой чудной», – говорили они. Вы тоже так говорили, хозяин, но это нормально, коли вы так говорите!
Я сделала круглые глаза, покосившись на остальных. Ничего себе. Я не думала, что могу ненавидеть Крейтона Уорда больше, чем прежде, но ужасность этого человека не знала границ.
– Э… Я прошу прощения?
– О, хозяин, нет! – вскричал Горошек шёпотом. – Нет, не следует вам принижать себя, извиняясь перед таким ничтожным созданием, как я!
– Ну, похоже, я был настоящим грубияном, и это было не очень-то красиво, так что извини.
Горошек охнул, глаза его заблестели от непролитых слёз.
– Они говорили мне, они говорили: «Горошек, твой хозяин – медведь, бурбон, монстр. Он никогда не оценит тебя по достоинству». Но я отвечал: «Нет, он относится ко мне с величайшим почтением! Несмотря на все оскорбления, которыми он меня осыпает, несмотря на пинки кой-когда, я знаю, что он хорошо ко мне относится». И вот, я оказался прав. Подумать только! Извинения!
– Да, верно, я приношу свои извинения, – сказала я под счастливые всхлипывания Горошка. – Очень славно. Послушай, Горошек, мне нужно попросить тебя об одной услуге.
Горошек охнул:
– Об услуге? Но, конечно, достопочтенный хозяин, вам не нужно просить – просто прикажите, как подобает всемогущему существу.
– О? О, ладно. Разумеется, да. – Я прочистила горло и потянула себя за воротничок, запоздало вспомнив, что не так давно в ярости отшвырнула галстук. – Так вот, я бы хотел посмотреть запись китайских детей на программе «Знай свои корни». И особенно в день вечеринки с ночёвкой, когда они… ах, мы… заставили детей выпить зелье и петь стихи, которые перенесли их в мир духов.
– Сию минуту! – воскликнул Горошек, пару мгновений он постукивал пальцами по своей маленькой морщинистой голове. Когда он моргнул, из его глаз полилось странное зелёное свечение, заструившееся по всем нам. Стоило свету упасть на нас, как нас поглотили воспоминания чертёнка.
Вокруг меня стояли дети, которых Сюлин вела в круг. При виде Сюлин у меня перехватило дыхание. Она всё ещё числилась пропавшей без вести, скрывалась где-то, занималась боги знают чем, и меня переполняли гнев и ненависть к ней. Мои коротенькие человеческие ногти вытянулись в когти, пока я смотрела, как она идёт в центр круга.
Взглянув на Тео, я поняла, что ему так же трудно смотреть на неё, как и мне. Рядом с Тео Дэнни таращил круглые глаза на иллюзию самого себя. Когда Дэнни из прошлого отослал Сяохуа, Дэнни вздрогнул, крепко обхватив Сяохуа руками.
– Я не должен был этого делать, – пробормотал он.
Я с запозданием вспомнила, что в тот самый вечер я напала на Дэнни, чтобы отобрать у него флакон с речной водой. Чувство вины вонзилось мне в нутро, горячее и острое. Я попыталась бросить на Дэнни извиняющийся взгляд, но он старательно избегал смотреть в мою сторону.
Сюлин сказала детям, что они будут играть в игру. У меня ушки встали на макушке. Вот оно. Она стала разучивать с детьми стихи, и я придвинулась поближе к Тео из прошлого, чтобы слышать, что именно он говорит. Тео проделал то же самое, обойдя Тео из прошлого с другой стороны.
Когда дети начали напевать, я уловила голос Тео из прошлого, неразборчивый из-за зелья и нерешительный, как обычно, когда дело доходило до необходимости говорить на мандарине. Он переврал по меньшей мере треть слов. Я отметила те фрагменты, которые занесли его на крайние рубежи мира духов, а не туда, куда отправились остальные дети, и улыбнулась про себя. Вот и всё. Мы знали песнопение, и я знала в точности, как следует его изменить, чтобы перенестись в Преддверие.
– Очень хорошо, спасибо, Горошек, – сказала я.
Горошек прикрыл глаза, и воспоминание рассеялось. Когда он снова открыл глаза, то нахмурившись, воззрился на меня:
– Вы поблагодарили меня.
– Э, да? – Я с запозданием сообразила, что Крейтон Уорд вряд ли утруждался благодарить Глаза. С лёгким вздохом я высокомерно задрала подбородок: – Не привыкай к этому.
Хмурая морщинка стёрлась с лица Горошка:
– Не стану, о, великолепный!
– Хорошо, тогда ты свободен. Чао-какао! – Я махнула ему рукой и, взбудораженная, повернулась лицом к банде.
– Что это? – сказал Горошек.
– Что что… ох. – Намитина повязка для волос, должно быть, треснула под тяжестью моих пушистых хвостов, и теперь один из них вылез из штанов.
– Это лисий хвост? – проговорил он в откровенном изумлении и ужасе[19].
– У меня такая патология… – Я отчаянно пыталась придумать, какое заболевание может объяснить наличие пушистого огненно-рыжего хвоста. – Это называется хвостит.
Он задохнулся от возмущения:
– Ты мошенник! Низкий дух лисы, похитивший достопочтенный облик великого мистера Крейтона Уорда!
– Ладно, во‑первых, дух лисы нельзя назвать низким. А во‑вторых, раз уж речь зашла о Крейтоне Уорде, то у меня для тебя есть новости. Ты, чай, и не знал, что он также был лисом…
– Он хотел сказать, – поспешно встрял Тео, вклиниваясь между мной и Горошком, – что нас послал сюда сам Крейтон.
– Да, мы должны были получить некоторые сведения для Крейтона Уорда, – подала голос Намита. – И ты нам очень помог. Мы всенепременно упомянем, что это ты нам помог.
– ЛОЖЬ! – завопил чертёнок поразительно громким для такого крохи голосом. – Я чую вонь вашей лжи! Как посмел ты явиться сюда в его прекрасном облике и осквернить сии священные земли?
– Это корпорация, чувак, – пробормотала Намита.
– Пожалуйста, пожалуйста, потише… – замямлил Тео.
– Я обрушу на вас невиданный хаос! – голосил Горошек, мечась вокруг нас.
Сяохуа привстала, подняв свою огромную драконью голову к Горошку. Дымок вился из её ноздрей, когда она низким голосом проговорила:
– Ты угрожаешь нам, малыш?
– Хулиганьё! – закричал Горошек. – Вы пожалеете об этом, вы все! Вы дорого за это заплатите! – И тут он сиганул в небо, издавая оглушительный визг.
Вокруг нас всколыхнулись крики. Охрана!
– Залезайте! – прорычала Сяохуа. Мы с детьми забрались к ней на спину, когда нарисовался первый охранник и нацелил на нас свою палочку, и Сяохуа взмыла в воздух. Разряды атакующих заклинаний полетели в нас, но Сяохуа уклонилась от них с возмутительной лёгкостью. Экая выпендрёжница!
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.
Примечания
1
Что ж, я потрясающа в любом своём обличье, о чём ты наверняка уже знаешь. – Прим. Кай.
2
Мандарин, мандаринский – название северо-китайского диалекта; его также называют путунхуа, то есть «общепонятный язык». – Здесь и далее, если не указано иное, прим. пер.
3
Ин-син, yínxìng, 银杏 – дерево гинкго.
4
Лей-хон-тан, léi gōng téng, 雷公藤 – триптеригиум, или трёхкрыльник Вильфорда, лиановидное растение семейства бересклетовых, используется в китайской народной медицине.
5
Вы, люди, такие варвары. – Прим. Кай.
6
Дюйм – мера длины, равная 2,54 см.
7
Ладно, формально у пауков нет век, но я привыкла к тому, что они у меня есть, скажем так, я закрываю окна в свою душу… Слушай, это очень сложно объяснить, и ты прерываешь напряжённую сцену, Берта. – Прим. Кай.
8
Сечжи – китайское мифическое животное, наделённое чертами барана, льва, собаки и медведя, но с одним большим рогом, как у единорога; способно отличать истину ото лжи, добро от зла.
9
Да, я знаю, что мухи не умеют ухмыляться, но внутри я ухмыляюсь, ясно? Слушай, мы это уже проходили, Берта. Не зацикливайся на технических деталях. А теперь тс-с, а то ты переполошишь этих духов-ящериц, и тогда нас ждут настоящие проблемы. – Прим. Кай.
10
Нет, я не знаю, есть ли у ящериц губы, Берта. Сейчас не время задавать подобные вопросы. – Прим. Кай.
11
Подробности можно узнать из книги Джесси К. Сутанто «Лисий шифр».
12
«Эксплораториум» – интерактивный музей науки, технологии и искусства в Сан-Франциско, расположенный на пирсах 15 и 16 портовой набережной Эмбаркадеро.
13
«Пирс 39» – торгово-развлекательный центр на Эмбаркадеро.
14
Баба, bàba, 爸爸 – обращение к отцу.
15
Бэй-Бридж – почти шестикилометровый мост через залив Сан-Франциско, построенный в 1936 году, самый длинный висячий мост в мире.
16
Яогуай, yāoguài, 妖怪 – китайское название нечистой силы.
17
А ЧТО может меня испортить? Вот в чём вопрос. – Прим. Кай.
18
Я не могу не заметить, что меня она оставила вне круга. Думаешь, это было намеренно? Несколько подло с её стороны, тебе не кажется? – Прим. Кай.
19
Нет, правда, к чему такая грубость? – Прим. Кай.