Сант

Глава вторая.

Когда Иван зашёл в особняк, он не ожидал, что внутри будет так темно и холодно. Кузьма повернулся и увидел, что его подчинённому немного не по себе от обстановки и климата в доме.

– Родители любят холод. И нас с сестрой постоянно закаливали. Мы привыкшие. Если хочешь, я дам тебе куртку потеплее, – решил успокоить Попов Ивана.

– Не откажусь. Я не привык к такому холоду, если честно, – дрожа, произнёс Иван.

Кузьма подошёл к шкафу возле двери и достал оттуда теплую куртку. Он протянул её Третьякову. Иван не мешкая накинул куртку и ему стало теплее. Он успокоился немного и решил осмотреться. Особняк изнутри казался ещё больше чем снаружи. Согревшись, он только сейчас обратил внимание во что одет Кузьма. Туфли с низкими носками на ногах. Штаны с белой рубашкой и легкий пиджак чёрного цвета. Волосы Кузьмы аккуратно расчёсаны. По виду нельзя было сказать, что Кузьма является хозяином крупного бизнеса. Прихожая была широкой с несколькими шкафами и столиком возле входной двери, на котором лежала сумка и несколько ключей. На стене висела картина, которая привлекла внимание Ивана.

– А что это? – Спросил он, подходя ближе.

Кузьма, спокойно стоявший и наблюдающий за Иваном, подошёл ближе к картине и рассказал её историю:

– Отец купил её, когда они с мамой основали хозяйство. Странный рисунок конечно. Но согласись, что чем-то она привлекает к себе и хочется долго рассматривать её.

Кузьма говорил более спокойным голосом, чем до этого. Его жесткость куда-то исчезла. Судя по всему, дома он общается мягче чем на работе, показывая тем самым, что он разделяет бизнес и дом.

Иван рассматривал картину. Рисунок действительно завораживал, но и пугал одновременно. На картине было изображено, как мужчина стоит коленями на земле и отдаёт часть своей души, вырванной из груди, темному пятну. Больше на картине не было ничего.

– Сын, вы чего на входе стоите? Проводи нашего гостя в гостиную. Там и теплее и картины интереснее.

Иван вздрогнул немного от неожиданности. Повернувшись на голос, он увидел, что в коридоре стоял мужчина, одетый в такой же костюм как и Кузьма. Не смотря на возраст, мужчина выглядел молодо и властно. Его осанке позавидовали бы даже в балете.

– Сейчас идём, отец. Иван, познакомься. Это мой отец Пётр, – громко произнёс Кузьма.

Иван подошёл ближе и поздоровался с отцом Кузьмы:

– Здравствуйте. Извините, Пётр, а по отечеству?

– Можно просто Пётр. Не люблю этот официоз, – пояснил Попов старший.

Его голос звучал ещё жёстче, чем Кузьмы. Теперь было понятно, откуда у младшего такой тембр голоса. Иван не стал протягивать руку для рукопожатия, подождав по этикету этого от старшего. Но его так и не последовало. Видимо в их семье не принято так здороваться с людьми. Отец показал в сторону конца коридора и произнёс:

– Проходи, Иван. Вижу ты замёрз, раз мой сын дал тебе свою зимнюю куртку.

Пётр направился в сторону, куда показал мгновение назад. Иван и Кузьма последовали за ним. Пока они шли по тёмному коридору, Третьяков рассматривал стены, пол и потолок. В доме было чисто и если бы не эта темнота, то и красиво. Коридор был длинным и в конце его находилась лестница наверх. В нескольких шагах от лестницы была дверь справа, это и есть гостиная. Кузьма зашёл первый, за ним Иван. Пётр пошёл дальше и поднялся по лестнице наверх. В комнате и правда было теплее и светлее. Иван даже расстегнул куртку, а вскоре и снял её, положив на диван. Кузьма усадил его на диван, сам вышел, чтобы принести чай.

Иван рассматривал комнату, которая по размерам была как половина его нынешнего дома. На стенах так же висели картины. И как говорил Пётр, они действительно были интереснее и не так пугали. Пока Иван сидел на диване, он думал над тем, что всё таки увидел в окне. Неужели усталость от переезда не отпускает его или это временное отклонение из-за нового места. Но ведь не существует всякого рода сверхъестественное. По крайней мере за все свои годы он ни разу его не встречал.

Кузьма вернулся с подносом в руках. На подносе стоял чайник и пару чашек. Он поставил его на журнальный столик возле дивана и налил в обе чашки чай. Иван тут же взял чашку в руки и стал пить.

– Как вкусно. Это что за чай? – Спросил Иван.

– Сестра присылает. Её муж занимается импортом чая в нашу страну. Мне тоже он нравится.

Кузьма и правда говорил мягче, в отличии от его отца.

– А почему ты сам носишь поднос. Неужели в таком большом доме нет прислуги? – Продолжил спрашивать Иван.

– Родители против того, чтобы в доме кто-то посторонний долго находился. Мы сами всё убираем и готовим.

– Ничего себе. Вот это вы молодцы. Это наверно не то что редкость, а такого вообще не бывает. Чтобы в таком особняке хозяева сами убирались и готовили, – Иван совсем не ожидал такого и был удивлён.

В комнату в этот момент зашла женщина. Она так же легко была одета.

– А это моя мать. Жанна. Можно тоже без отчества. Вне работы меня тоже можешь называть только по имени. Но на работе прошу обращаться должным образом, – Кузьму словно подменили и он сменил голос опять на жёсткий и грубый.

Женщина прошла в комнату и седа напротив. Жанна так же выглядела моложе своего возраста. "Неужели холодный климат так влияет на кожу?" – Подумал про себя Третьяков.

– Очень рад нашему знакомству, Жанна. Меня зовут Иван, – представился Третьяков.

– Я тоже рада, Иван, – приветственно улыбнулась женщина.

Жанна закинула ногу на ногу и пристально всматривалась в Третьякова.

– А почему вы один? Сын сказал, вы с детьми переехали, – спросила Жанна.

Иван отпил чай и ответил:

– Переехали мы вместе. Но они решили остаться дома. С друзьями по видео общаются. Скучают по ним.

– Сын, а мне чай не хочешь предложить? – Перевела взгляд Жанна на Попова младшего.

Кузьма молча встал и вышел из комнаты. Жанна подсела ближе к Ивану и тихо спросила:

– Если не секрет, почему такой красивый мужчина живёт один с двумя детьми?

Иван совсем не ожидал вопроса в таком формате. Он замялся немного, но всё таки ответил:

– Жена умерла в пожаре семь лет назад. А после её смерти я и не искал ни кого.

Иван посмотрел на Жанну, женщина даже не изменилась в лице. В комнату вернулся Кузьма с ещё двумя чашками.

– Взял сразу ещё одну и отцу, – произнёс Кузьма.

Пока он наливал чай в чашку своей матери, Жанна пересела обратно, уступив место сыну. Сверху резко послышался крик отца. Он словно ругался с кем-то:

– Я сказал, ещё рано что-то предпринимать… Надо ждать.

Из-за плохой слышимости, слова не все были разборчивыми. Второй голос был ещё грубее и словно не человеческий. Он пробирал до дрожи. По телу Ивана снова пробежали мурашки.

– Не тебе мне указывать. Мы так решили.

Кузьма быстро подскочил и закрыл двери гостиной, так громко, что голоса пропали или их не было слышно.

– Муж любит разговаривать по громкой связи со своими партнёрами, – решила разрядить обстановку Жанна.

Иван допил чай и попросил ещё. Ему надо было выпить горячий чай, чтобы успокоить дрожь в теле от услышанного. Кузьма встал и подлил ему ещё. Иван сразу принялся пить горячий чай мелкими глотками.

– Иван, хочу поговорить немного о работе. Ты скинул мне план работы и какие виды сыра мы начнём производить. Мне всё нравится. Но надо подумать ещё под их названиями. Сделаешь до конца недели? – Кузьма говорил грубым голосом.

– Конечно, Кузьма. Всё сделаю. Может поручить это и сотрудникам? Объявим конкурс на лучшее название. Наградой будет каток сыра. Как тебе?

Иван ещё до переезда понимал, что он придумал названия сырам от балды и хотел изначально поручить это своим новым сотрудникам.

– Хорошая идея. Завтра объяви тогда всем. Меня снова не будет. Надо дела закончить, – согласился с Иваном Кузьма.

Кузьма встал и налил себе ещё чай. Двери в комнату открылись и вошёл недовольный отец. Он быстро подошёл к жене и шепнул ей что-то на ухо.

– Прошу простить меня. Дела, – сказала Жанна и направилась к выходу из комнаты.

Пётр забрал её чашку себе и сел на её место.

– Сын, почему не предложил ничего перекусить? – Громко произнёс Попов старший.

– Не надо ничего. Я дома плотно поел, – пытался отказаться от еды Иван.

Кузьма, не взирая ни на что, снова вышел и скрылся в коридоре. Наступило неловкое молчание и Иван решил спросить очевидный вопрос:

– Даже отойдя от дел, решаете вопросы по бизнесу?

– С чего ты взял? Нет. Сын сам всем занимается, – возмущённо ответил Пётр.

Иван задумался. Кроме как задать ещё вопрос, ему в голову больше ничего не пришло:

– Вы громко разговаривали с кем-то наверху по телефону. Это же касаемо фермы было?

– Нет, молодой человек. Я ни с кем не говорил по телефону. Вам показалось, – жёстко ответил Пётр.

В комнату быстрым шагов вернулся Кузьма.

– Отец шутит. Иван, не привык ещё к твоим выходкам, – разрядил сложившуюся обстановку Кузьма.

Иван посмотрел на Петра. Тот сидел и пилил взглядом мужчину. Затем перевёл взгляд на Кузьму и произнёс:

– Не люблю шутить. Но пускай будет так.

Иван вообще ничего не понял, но рад возвращению Кузьмы. Пока из всей семьи Поповых он ему показался самым адекватным. Кузьма на тарелке принёс овсяное печенье и несколько бутербродов с колбасой.

– Угощайся, Вань. Колбаса своя, – протянул один из бутербродов Кузьма.

Иван взял его и стал есть. Колбаса действительно отличалась от магазинной и была вкуснее. За три укуса он съел его и взял ещё один сам.

– Ну вот. А то говорил, не голоден, – мягче произнёс Пётр.

Иван почувствовал резкую слабость во всём теле. Пётр заметив это, заволновался и встал. Он ходил по комнате и что-то высматривал. Кузьма подошёл к Третьякову и спросил:

– В чём дело? Тебе плохо?

Иван уронил чашку и недоеденный бутерброд на пол. Он стал тереть глаза руками. В глазах всё плыло. Перед ним появился странный силуэт, похожий на тот, что он видел в своём сне. Только этот был выше ростом и рога длиннее. Иван стал махать руками перед собой. Справа он слышал крики Петра. Отец выкрикивал что-то невнятное:

– Это не он. Я же сказал, что ещё рано. Тот, кто тебе нужен, ещё не приехал.

Появившееся существо поцарапало своим когтем руку Ивана и исчезло. Кузьма тут встал перед ним с разбитой чашкой в руке. Он громко произносил:

– Вань, ты как? Ты уронил чашку и порезался об осколки. Сили спокойно и не вставай. Я сейчас бинт принесу.

Кузьма ушёл. Силы словно по щелчку вернулись к Ивану и расплывчатость пропала. Он посмотрел на руку и увидел сильный порез чуть выше кисти до самого локтя. В комнате появилась взволнованная Жанна. Она кричала на мужа:

– Ты чего стоял? Не видел что-ли ничего?

Пётр подошёл к Ивану и посмотрел на его рану.

– Ничего страшного. Заживёт. Могло быть и хуже.

На этих словах Пётр отправился наверх и больше не спускался. Кузьма вернулся с бинтом и перекисью. Жанна обработала руку Ивана и перебинтовала её. Третьяков осмотрел место, где лежали осколки и спросил у Кузьмы:

– Как я поранился, что на полу даже крови нет? Что здесь происходит?

Жанна и Кузьма переглянулись.

– Кровь на осколке была. Я уже выкинул его. Сейчас оставшиеся соберу, – ответил Кузьма.

Его голос уже не звучал так грубо, как обычно.

– С самого приезда мне чудится всякое. Что это такое? – Продолжал спрашивать Иван.

– Может тебе отдых нужен. Видимо переезд дался тебе сложнее, чем ты сам ожидал. Волнение за новую работу, новое жилье, забота о детях, – пыталась успокоить его Жанна.

Кузьма протянул стакан воды Ивану и какую-то таблетку.

– Выпей и я отвезу тебя домой. Это успокоительное. Придёшь домой и сразу ложись спать. Если хочешь, я дам тебе выходной? Может и правда тебе отдых нужен после длительной дороги?

Иван молча следовал тому, что говорил Кузьма. Он выпил таблетку и направился на выход. Возле входной двери, он повернулся к Кузьме и сказал в пол голоса:

– Я сам дойду. Всё в порядке. Хочу подышать немного. Завтра на работу выйду.

– Смотри сам. Если почувствуешь, что плохо, позвони, я всё решу.

Кузьма закрыл за Иваном дверь. Охранник стоял снаружи и проводил гостя до ворот. Было уже совсем темно. Третьяков вышел за ворота и пошёл по дороге домой. Он чувствовал, что произошло что-то непонятное с его организмом либо же это действие таблетки. Дойдя до дома так быстро, как он мог, Третьяков открыл дверь и тихо прошёл в свою комнату. Он, не раздеваясь, лёг на кровать и уснул.

Алина шла из туалета в свою комнату и увидела отца в обуви на кровати. Она сняла её и отнесла в прихожую. Алина посмотрела на время на телефоне и немного удивилась тому, как поздно вернулся их отец. Девочка увидела, что свет на кухне включился. Алина подошла к выключателю, на кухне никого не было. Она выключила свет и пошла в свою комнату. Подойдя к двери, она увидела, что свет на кухне опять кто-то включил. Алина включила фонарик на своём телефоне и подошла к комнате брата. Тот спокойно спал на кровати. Затем Алина проведала отца. Как лежал в одной позе, так Иван и не двигался. Девочка ещё раз подошла к выключателю и погасила свет. Алину охватил страх. Она быстро пробежала к комнате. Свет на кухне снова включился. Девочка прибежала к отцу и попыталась его разбудить. Третьяков никак не реагировал на крики дочки и её удары по нему.

В коридоре послышались шаги. Алину всю трясло от страха. Она светила фонариком в дверной проем. Шаги стали громче. Свет на кухне всё ещё горел.

В один момент шаги затихли. Алина всё ещё трепала отца то за руку, то била его по плечу. Иван крепко спал. Свет на кухне выключился. И в дверном проёме появился Дима. Он тихо произнёс:

– Алин, ты чего свет включила и сидишь тут с фонариком?

Сестра быстро подбежала к брату и обняла его. Взяв Диму за руку, Алина почти бегом дошла до его комнаты и закрыла за ним дверь.

– Дим, я посплю сегодня с тобой? А то мне холодной одной, – шепнула Алина брату.

Дима лёг в кровать и постучал по подушке.

– Конечно ложись. Я почувствовал, что твои руки ледяные. Я и сам немного замёрз, – шепнул Дима.

Алина быстро залезла под одеяло и обняла брата. Девочка пыталась понять, что произошло. Шаги, которые она слышала, были тяжёлыми и точно не её брата. И почему отец не реагировал на её толчки и крики. Неужели он снова стал пить? Хотя запаха перегара Алина не чувствовала, но из-за страха девочка могла и не понять. С этими мыслями Алина и уснула.

Утром Иван проснулся с сильной головной болью. Его разбудил будильник. Он пытался вспомнить, что вчера произошло, но боли в голове мешали рационально думать. Иван встал с кровати и полез в одну из своих не разобранных сумок за таблеткой от головной боли. Достав нужную, Третьяков пошёл на кухню запить таблетку водой. Увиденное ошеломило отца. На полу были разбросаны ножи, вилки и ложки. Иван запил таблетку и начал поднимать столовые приборы и складывать их по местам. Головная боль потихоньку начинала угасать. Сложив последнюю вилку, Иван направился в комнату дочки. Дверь была открыта, Алины не было в кровати. Тогда быстрым шагом отец подошёл к двери сына. Его комната так же была открыта. На кровати лежали оба его ребёнка.

– Алина, – шептал Иван.

Девочка стала шевелиться и увидела в дверном проёме своего отца.

– Папа. Ты чего тут стоишь? – Сонным голосом спросила Алина.

– Выйди сюда, – шепотом попросил Иван.

Девочка аккуратно встала и вышла из комнаты. Иван поцеловал дочку и шёпотом сказал:

– Вы что на кухне устроили? Все приборы валялись на полу.

– Это не мы, пап.

Иван задумался. Неужели это он? Он пытался вспомнить, но не мог. Помнит, как вышел за территорию особняка Поповых, а дальше провал. И как дошёл до дома тоже не помнил.

– Это я что ли сделал? – Громко спросил отец.

– Нет. Ну точнее, я не знаю. Пап, скажи честно. Ты снова выпивал?

К такому вопросу Иван не был готов и он поставил его в тупик. Посмотрев на свою перебинтованную руку, он поднял её и ответил:

– Дочь, нет конечно. Я же обещал вам. Руку поранил. Вчера в гостях мне плохо стало и я упал. Таблетку дали какую-то. Даже не помню, как домой дошёл. Вы как с Димой? Чувствуете себя хорошо? Никаких изменений не заметили в себе после переезда?

– Плохо стало? Что случилось, пап?

– Давление скорее всего упало. Так как вы с Димой? – Взволнованно спросил Иван.

– Хорошо всё. Только вот ночью…

Девочка задумалась, как правильнее донести до отца, что случилось. Её размышления прервал Иван:

– Что ночью, дочь?

– Свет на кухне постоянно включался. Я испугалась и уснула вместе с Димой, – в голосе дочки Иван слышал испуг.

– Свет на кухне включался? – Иван повернул голову в сторону кухни, – дом старый. Может проводке уже хана. Сегодня вернусь с работы и посмотрю.

Иван поцеловал дочь и отправил её назад спать. Сам он вернулся на кухню и включил и выключил свет несколько раз.

– Вроде нормально всё, – сам себе сказал Иван.

Он посмотрел на время на телефоне и стал торопиться, чтобы успеть на работу вовремя.

Сев в машину, Иван выехал в сторону фермы. – Третий день в этом доме живём, а кроме странной соседки и Поповых никого не видел, – пробурчал себе под нос Иван, выезжая с улицы Страхов.

До фермы Третьяков доехал быстро. Работники не спеша заходили на территорию хозяйства. Иван решил сразу пройти в свой цех, где уже ждали его подчинённые. Третьяков собрал всех на входе и рассказал о себе и своих достижениях. Затем Иван рассказал специфику производства сыра и о конкурсе, который он обсудил вчера с Кузьмой. Народу понравился их новый руководитель. Все двадцать человек нового цеха ответили, что будут участвовать в конкурсе за целый каток сыра.

Прошло больше половины рабочего дня. Иван активно принимал участие в работе своих подчинённых и часто подсказывал, как сделать правильно. Дети не тревожили отца и сегодня.

Алина больше не смогла уснуть и просто лежала, обнимая младшего брата. Когда Дима проснулся, они умылись и решили выйти прогуляться. Дождь сегодня не обещали и даже выглянуло солнце сквозь облака. Алина покормила брата и поела сама. Одеваясь на улицу, девочка спросила у брата:

– Дим, а ты слышал ночью громкие шаги?

Брат взглянул на сестру и непонимающе ответил:

– Алин, я шёл прямо за тобой. Это же твои шаги были.

– Дима, я была у отца в комнате. Я не шла в этот момент, – взволновано говорила девочка.

– А за кем я тогда шёл?

– Ты ни кого не видел что-ли перед собой?

Дима задумался и пожал плечами. Алина взяла брата за руку и они оба вышли, закрыв дверь. Дети прошли через свою калитку и осмотрелись.

– Куда пойдём? – Спросил Дима.

– Пошли туда к большому дому, – показала Алина рукой на особняк Поповых.

Дети отправились в припрыжку и пели разные песни. Пройдя метров двести от дома, перед ними появился мужчина невысокого роста. Он стоял посреди тротуара и смотрел на детей. Алина крепче сжала руку брата и увела его в сторону, чтобы обойти появившегося мужчину.

– Вы из того дома? – Спросил мужчина, показывая на дом, в котором проживали Третьяковы.

– Да, – сухо ответил Дима.

– Не бойтесь меня. Я ваш сосед. Меня зовут Игнат Сергеевич. А вас?

Дети остановились в нескольких шагах от Игната и Алина ответила ему:

– Это мой младший брат Дмитрий. Я Алина. Наш папа скоро приедет с работы.

Мужчина рассмеялся негромко и произнёс:

– Ваш папа только недавно уехал. Вряд ли он так скоро вернётся. Скажите ему, что вам надо съезжать из этого дома и уехать из города.

Алина ещё сильнее сжала руку брата и потянула за собой через дорогу. Игнату на вид было лет шестьдесят или даже старше, что не очень совпадало с его голосом, который был больше похож на парня лет тридцати. Он выкрикивал что-то детям, но они не слушали его и пытались убежать. Мимо ехала машина и резко остановилась возле Игната. Из автомобиля вышел Кузьма и стал кричать на мужчину:

– Ты опять за своё? Иди живо в дом. И не лезь к детям. Иначе я решу с тобой вопрос раз и навсегда.

Игнат сразу замолчал и ушёл в сторону своего дома, еле ковыляя. Кузьма сел в машину и нагнал детей. Он открыл окошко и крикнул им своим грубым голосом:

– Испугались? Он больше не подойдёт к вам. Я обещаю. А на него не обращайте внимания. Игнат хоть и ведёт себя странно, но он спокойный мужчина.

– Спасибо, дядя Кузьма, – поблагодарила Алина Попова.

Кузьма кивнул детям головой и уехал в сторону своего особняка. Алина ослабила хват и они с братом перешли на спокойный шаг.

– Мне не нравится ни этот город, ни эти сумасшедшие соседи, – сказала Алина брату.

– Мне тоже. Странные люди здесь живут, – согласился Дима.

Дети прогулялись до особняка и отправились назад к дому. Вернувшись в дом, Алина хотела позвонить отцу и всё рассказать. Но вспомнив его просьбу, решила дождаться его приезда домой.

Иван проработал весь день без обеда и почти на разу не присел. Когда он увлечён работой, то забывает про еду, воду и редко ходит в туалет. Третьяков выбрал себе в личные помощники молодую девушку тридцати лет, которая живет всю жизнь в Санте, в самом центре города. Девушку зовут Юлия. Она закончила университет на экономиста, но решила посвятить свою жизнь, работая на Поповых. Как Иван узнал позже от самой Юлии, она осталась в Санте из-за матери. За ней требовался присмотр из-за её болезни. Юлия на внешность совершенно обычная девушка с длинными рыжеватыми волосами и зелёными глазами. Телосложением Юлия была худенькой с маленькой грудью и низкого роста. Ивану нравился подход девушки к работе и то как она отдавалась работе. Она ходила весь день за Третьяковым и записывала его распоряжения.

– Юль, завтра уже суббота. Меня два дня не будет. Ты остаёшься за главную эти два дня. Если что, звони. Я подскажу , как правильно сделать. В понедельник и вторник даю тебе два выходных.

Девушка записала и это. В ответ она только кивала и улыбалась. Ивану нравилась новая работа. Он даже забыл про вчерашнее происшествие в доме Поповых. Голова полностью перестала болеть, когда он приехал на ферму.

Сев в машину, Третьяков первым делом позвонил детям.

– Алина, как у вас дела? – Спросил Иван.

– Утром погуляли. Видели соседа в конце улицы и дядю Кузьму. Приедешь, расскажу, – рассказала вкратце дочка.

– Может в центр съездим?

– Можно. Погода хорошая сегодня.

– Тогда одевайтесь, я скоро буду.

Договорив, Иван отложил телефон и поехал в сторону дома. Дети уже стояли возле крыльца. На улице в очередной раз никого не было видно из соседей. Иван забрал детей и стал разворачиваться возле своего дома. Дети сели сзади. Выполнив разворот, Третьяков увидел, что его соседка, которая показалась ему очень странной, машет ему возле дороги. Иван остановился и приоткрыл окошко. Женщина подошла ближе. Сегодня она была одета в джинсы и тёплую рубашку. Волосы аккуратно завязаны в хвост. Ростом она была с Ивана.