- -
- 100%
- +
– И… и что ты будешь делать? – голубые глаза тренера “Барсов” сузились.
– Для начала я бы хотела отдохнуть. Я прошла трансокеанским порталом, сразу после этого вынесла часовое семейное собрание и теперь с ног валюсь от усталости, – пожаловалась она.
– То есть ты видела Роба? – подытожил Дэн.
– Разумеется. Лучше он не стал.
– Особенно после того, как развел твоего отца на несколько миллионов.
– Вот как? – насторожилась Джинн.
– Ага. Убедил, что нам очень нужен Ноэль Теккер… – тренер фыркнул, а игроки за его спиной нахмурились.
– А он не нужен? – поинтересовалась Джинджер. – Мне сказали, в прошлом сезоне вы установили рекорд по проигрышам.
Ей не хотелось признаваться, что она следила за “Барсами”, но уязвленные замечанием игроки не заострили на этом внимания, желая оправдаться.
– Просто случайность, – запротестовал Лео, а его приятель пробормотал себе под нос что-то о рыжих пронырах.
– Случайность из пятнадцати игр? – Джинджер вздернула бровь.
– Джинн, – тренер покосился на спортсменов, – предлагаю обсудить все чуть позже.
Подавив в себе совершенно непонятное желание высказать все, что она думает о проигрышах команды, Джинн натянуто улыбнулась:
– Ладно, Дэн, нам стоит продолжить этот разговор в другом месте… и в другое время.
– Как скажете, мэм, – он подхватил чемодан. – Позвольте проводить вас!
Девушка только повела плечом, понимая, что в отличие от охранников, Дэниэл Норт не отступится просто так.
К шале они подошли в полном молчании. Джинн не хотелось обсуждать последние события, и Дэн это понял. Он поставил чемодан на крыльцо и повернулся к подруге детства:
– Джинн, это, конечно, не мое дело, но что ты будешь делать?
– Вообще или с командой? – с улыбкой уточнила девушка.
– Второе. Ну, и первое тоже.
– Первое – спать, – девушка уверенно взялась за начищенную до блеска медную дверную ручку. К ее удивлению, дом не среагировал на ауру. Пришлось лезть в сумочку и доставать полученные вместе с бумагами ключи.
– А второе? – не отступал Дэн.
– Решу, когда высплюсь, – ослепительно улыбнувшись, она открыла дверь, переступила порог и замерла.
Многочисленные жены отца бесконечно переделывали интерьеры основного дома, словно соревнуясь в безвкусице и китче, но здесь все осталось таким, каким Джинджер помнила: темная полированная мебель, кожаные диваны, все еще хранившие слабый запах сигар и виски, так отец любил праздновать победы “Барсов”, в эркере располагался бильярдный стол, а из огромного во всю стену окна открывался вид на город.
В носу противно защипало. Девушка поймала себя на мысли, что ждет строгого окрика: “Джинн, ну где же ты?”, заставлявшего съеживаться, потому что за ним обычно следовала суровая отповедь. Отец всегда мог найти за что: короткая, по мнению отца, юбка, слишком обтягивающая футболка, яркий макияж. Родившись девочкой, Джинджер никогда не была слишком хороша для Адама Гарта.
В отличие от Роберта. Сводный брат, хоть в его жилах и не текла кровь Гартов, всегда ходил в любимчиках. Странно, что отец не оставил “Барсов” ему. Хотел очередной раз показать, что его дочь – ничтожество и не сможет выполнить условия завещания? Поймав себя на этой мысли, Джинджер закатил глаза. Стоило сбегать на другой Континент и несколько лет платить мозгоправу, чтобы при первом же воспоминании о детстве так раскиснуть?
Она смахнула непрошеные слезы и решительно направилась наверх. Правда, смелости занять отцовскую спальню не хватило. Вместо этого она расположилась в одной из гостевых комнат, гораздо меньше по размеру и оттого более уютной. Чемодан девушка распаковывать не стала. На всякий случай перестелив постель, она прошла в ванную, открыла до упора вентиль и шагнула под упругие струи, чтобы в следующую секунду с визгом вылететь оттуда. Вода, хлынувшая из лейки, оказалась ледяной. Значит, нагреватель в доме отключен. Решив разобраться с этим позже, Джинджер растерлась полотенцем, юркнула под одеяла и заснула.
Глава 3
Открыв глаза, девушка долго пыталась понять, где находится и как здесь оказалась. Голова была тяжелой, а нос заложило, словно при простуде. Наконец, воспоминания вернулись. Новый Континент, дом отца, спортивная база и… “Барсы”. Двадцать четыре молодых оборотня, переполненных гормонами, гордыней и желанием взять реванш за прошлый сезон. Прекрасное наследство.
Чувствуя себя абсолютно разбитой, Джинджер с трудом встала с кровати. Чемодан с вещами так и остался на первом этаже, поэтому она была вынуждена спуститься. Собиралась она впопыхах, и вещи в чемодане перемешались. Пришлось выложить кучу нижнего белья, прежде чем в недрах отыскалось что-то более или менее приличное. Этим оказалась клетчатая фланелевая пижама с вышитым на кармане чертополохом – эмблемой королевского рода, девушка облачилась в нее и отправилась на поиски соффи.
Соффи был ее страстью, осуждаемой в стране Вересковых пустошей. Высокие беловолосые сииды предпочитали золотистый ароматный тхай из остинских стран и никак не могли понять, что рыжеволосая полукровка находит в горечи коричневых зерен.
Полукровка. И тут, и там… Джинджер вздохнула. Всю жизнь она чувствовала себя потерянной между двух Континентов.
Соффи нашелся сразу. Пакет стоял у поблескивающего хромированными боками магического агрегата. Заправив его, как было положено по инструкции, Джинджер нажала кнопку. Ничего не произошло. Проверив, правильно ли все засыпано и плотно ли закрыты клапаны, девушка попыталась еще раз. Бесполезно. Громкий стук заставил прерваться.
– Кого еще принесло? – Джинджер рывком распахнула дверь.
– И тебе доброго дня, – отозвался бывший сводный брат. Он стоял на крыльце и с интересом рассматривал девушку. Вернее, ее пижаму. – Если ты не в курсе, то нам пророчат глобальное потепление.
– Да будет тебе известно, что фланель прекрасно регулирует температуру.
– Внутри или снаружи?
– Что ты здесь делаешь? – она предпочла проигнорировать его вопрос.
– Как душеприказчик, я должен передать тебе эти документы, – Роберт протянул увесистую папку, которую держал в руке.
– Мог бы прислать с курьером, – Джинн пожала плечами. – Не стоило утруждать себя.
– Мне все равно было по пути.
– Хотел проверить, не рыдаю ли я, уткнувшись в подушку? – девушка усмехнулась.
– Зная тебя, я бы предположил, что напиваешься в одиночку.
– И ты решил составить компанию?
– Вряд ли тогда я бы сел за руль, – он мотнул головой в сторону поблескивающего на дороге спортивного магокара. – Скорее, проконтролировать, не натворила ли ты бед.
– Вынуждена тебя огорчить, я спала.
– Я уже понял. Что ж, не буду мешать, – кивнув, оборотень направился к магокару.
– Роб, подожди, – спохватилась Джинджер. Он обернулся, недоуменно хмурясь.
– Знаешь, я готова пригласить тебя войти в дом, напиться, правда, не обещаю, но готова угостить тебя соффи, если ты сможешь воскресить работу агрегатов.
Роб широко улыбнулся.
– О, малышка Джинн научилась соблазнять? – лениво произнес он, пародируя героев многочисленных фильмов про освоение оборотнями Нового Континента.
– За чашку соффи я готова продать душу, – призналась она, отступая в дом. Роберт вошел следом и замер, вздернув бровь. Девушка проследила за его взглядом и охнула: чемодан так и лежал на полу, а вокруг валялось нижнее белье.
– Я… – она судорожно схватила кружевной бюстгальтер, висевший на диване, и попыталась запихнуть в карман.
– Еще один на столе, – вежливо подсказал сводный брат. – У тебя хороший вкус.
Джинн почувствовала, как краска заливает щеки. Быстро покидав вещи обратно, она захлопнула крышку и потащила чемодан к лестнице.
– Думаю, у меня это получится лучше, – Роберт в два шага поравнялся с ней и выхватил чемодан.
– Я и сама могу, – запротестовала девушка и была одарена снисходительным взглядом.
– Детка, эти замашки оставь сиидам. Здесь мы еще не разучились приличным манерам.
Широким шагом он направился к лестнице. Джинн ничего не оставалось, как идти следом. Поднявшись, Роб остановился и обернулся к девушке.
– Вторая дверь направо, – подсказала она, совершенно верно истолковав его замешательство. Оборотень прищурился, но комментировать выбор комнаты не стал. Просто поставил чемодан у порога и спустился на первый этаж.
Джинн закрыла дверь в комнату и прислонилась к ней спиной. Сердце гулким стуком отдавалось в ушах, а щеки пылали. Ну что ей стоило выбрать не клетчатую пижаму, а шелковый халат, который она купила в Боте-де-Лиль? Хотя Роберт и так оценил ее вкус, и Джинн не была уверена, что собрала все вещи. Чувствуя себя несуразной веснушчатой школьницей с торчащими во все стороны кудрями и плоской грудью, она направилась в ванную и открыла кран, намереваясь ополоснуть лицо.
Вода вдруг оказалась восхитительно теплой, и Джинн не смогла побороть искушение хотя бы на пару минут встать под тугие горячие струи. Вместе с водой утекло и чувство неловкости. В конце концов, она взрослая женщина и носит красивое белье, и ничего страшного в этом нет. Просто Роб застал ее врасплох.
С этими мыслями Джинн привела себя в порядок, порылась в чемодане, на этот раз отыскав джинсы и футболку, натянула их и спустилась в гостиную. Там пахло соффи. Соффимашина загадочно подмигивала лампочками, а Роберт стоял у окна и задумчиво смотрел на игровое поле. Услышав шаги Джинджер, он обернулся, подхватил с полированной столешницы кружку и протянул девушке:
– Держи.
Джинн подозрительно прищурилась:
– Почему, как только ты появился, все заработало?
Бывший сводный брат ухмыльнулся, снова вызвав в голове воспоминания о нескольких годах, прожитых вместе:
– Потому что я умный.
– Неужели?
– Ага. А еще я активировал кристаллы в главном щитке. Их выключили, чтобы поберечь энергию.
– То есть холодильник пуст.
– Ну или там кто-то умер. Правда, совсем недавно. Ты позволишь? – он кивнул в сторону соффимашины.
– Почему нет? – Джин пожала плечами. – Чувствуй себя как дома, ты же так всегда и делал.
Последнее вырвалось само. Роберт с укором взглянул на девушку:
– Ты все еще пестуешь детские обиды?
Она покачала головой:
– Никаких обид, братец. Просто хотела сказать, что ты бывал здесь гораздо чаще, чем я, и прекрасно знаешь, где что находится.
– Это да, – он не стал продолжать, просто нажал кнопку на соффимашине, и комната наполнилась мерным жужжанием.
– Кстати, как тебя пропустили на базу? – поинтересовалась Джинджер, когда напиток был готов. Сама она забралась на диван, поджав под себя ноги, и теперь, обхватив ладонями кружку, наслаждалась ароматным напитком.
Роберт присел в кресло и тоже отхлебнул соффи:
– Я же работаю на “Барсов”.
– Только на них? – Джинджер лукаво улыбнулась.
– Не только. И да, предвосхищая дальнейшие вопросы: да, Адама это бесило.
– Его многое бесило, – она сделала глоток. – Особенно мое существование.
Роберт задумчиво посмотрел на нее:
– Он переживал, когда ты уехала.
– Неужели? Странно, ведь у него был ты.
– Ревнуешь?
– Уже нет, – она отставила кружку. – А теперь, если семейные мозгокопания закончены, давай перейдем к делу, ты же не просто так привез документы, верно?
– Как скажешь, – он сделал затяжной глоток, словно испытывая терпение собеседницы. Джинн показалось, что черты его лица будто заострились, а взгляд стал жестче. Сейчас перед ней сидел делец. Наверняка именно таким его видели партнеры на переговорах.
– Что ты собираешься делать с “Барсами”? – достаточно резко спросил Роберт.
– Понятия не имею, – Джинн пожала плечами. – Возможно, продам.
Он покачал головой:
– Не лучшее решение.
– Отчего же?
– Согласно завещанию, владение командой перейдет к тебе полностью, только если команда окажется в финале Чемпионата Лиги, – не сводя взгляда с девушки, Роб откинулся на спинку кресла. – К тому же сейчас “Барсы” стоят немного: прошлый сезон проигран вчистую, после чего команду покинули несколько игроков, в том числе нападающий, – он снова сделал паузу, Джинджер кивнула, давая понять, что внимательно его слушает. – Я заполучил для “Барсов” Ноэля Теккера. Он восходящая звезда, но нужен второй гард и запасной ресивер. Впрочем, тебе это малоинтересно, верно?
Девушка поджала губы.
– Продолжай, – процедила она.
– Затраты на “Барсов” растут. Два года назад Адам выпустил акции, чтобы профинансировать команду, но этого не хватило, и ему пришлось заложить дом, чтобы восполнить потери прошлого сезона и оплатить контракт Ноэля.
– Бедная Аделаида, – усмехнулась девушка, испытывая злорадство по поводу того, что официантка не смогла сорвать жирный куш.
– Если она прислушается к моим советам, то выйдет из ситуации с минимальными потерями.
Понимание мелькнула в глазах девушки:
– Как и я?
– Прости?
– Если я буду прислушиваться к тебе, то выйду с наименьшими потерями, а ты получишь “Барсов”. Верно, Роб?
– Нет! – запальчиво возразил он. – Мне не нужна эта команда.
– А какая нужна?
– Никакая! – он встал и прошелся по гостиной. А потом остановился у окна и рукой пригладил волосы. – У меня прекрасный бизнес, Джинн, и мне совершенно не хочется управлять двумя дюжинами азартных оборотней.
– И тем не менее только что ты пытался это сделать, – заметила девушка. Сейчас Джинджер была благодарна матери и ее семье за умение оставаться спокойной, хотя в душе все клокотало от негодования.
– Только потому, что Адам назначил меня своим душеприказчиком. Думаешь, я просил об этом?
– Думаю, ты рассчитывал на большее, Роб, – она тоже встала. – Извини, разговор закончен.
– Но команда…
– Находится в ведении Дэна. Он старший тренер и будет решать, нужны “Барсам” еще игроки или нет.
Роберт отчетливо скрипнул зубами, но возражать не стал.
– Как пожелаешь, – он направился к двери, но у самого порога остановился. – И еще одно, Джинн: не дай прошлому убить будущее.
С этими словами он вышел. Джинджер долго смотрела на захлопнувшуюся дверь, а затем подхватила папку, которую принес Роберт. Как ни хотелось признавать, но ненавистный сводный брат был прав: стоило подумать о будущем.
Глава 4
Через час, изучив документы, принесенные Робертом, Джинджер уже не была уверена, что думать о будущем – хорошая идея, слишком уж оно было туманным и печальным. Бывший сводный брат оказался прав, “Барсы” находились на грани финансового краха, и если они не выиграют сезон, то можно объявлять о банкротстве.
Ноэль Теккер, конечно, был прекрасным нападающим, но стоил безумно дорого, к тому же, как и предупреждал Роберт, к началу сезона команда оказалась недоукомплектована, и в случае травмы гарда или ресивера сезон для “Барсов” можно считать законченным. Джинн постучала пальцами по подлокотнику кресла, пытаясь решить, хочет ли она вникать во все это или же проще сдаться в самом начале, вернуться в страну Вересковых пустошей, наслаждаться дождливой погодой, ходить с Брайаном на художественные выставки, а по субботам пить в любимом пабе вересковый мед.
Стук в дверь прервал невеселые мысли. Потирая затекшую поясницу, Джинджер встала и открыла дверь
– Ты что-то забы… Дэн?
– А ты ждала кого-то другого? – главный тренер “Барсов” приподнял брови, выражая изумление. В руках он держал коробку с пиццей и упаковку местного биира – излюбленного хмельного напитка Нового Континента.
– Роберт заезжал.
– Вот как?
– Ага. Ты зачем пришел?
– Я не увидел тебя в столовой и понял, что ты пропустила ужин, а поскольку машины у тебя нет, то решил спасти от голодной смерти.
– Пицца и биир? – Джинджер округлила глаза в притворном удивлении. – Разве их употребление не запрещено на базе?
– Да, но ты же не играешь в грайд.
– Но все равно как ты мог пронести это через магическую защиту?
Джинн вспомнила про специальные кристаллы-ловушки, расположенные по периметру всей ограды. Они ощутимо били молнией, если кто-то хотел проникнуть внутрь, а в случае проноса запрещенных вещей или продуктов срабатывала сирена.
– Я тоже не играю в грайд, – он по-мальчишески широко улыбнулся. – Тренерство не в счет, к тому же вечерняя тренировка закончилась, а мне надо подлизаться к новому боссу.
Джинн покачала головой и рассмеялась:
– Заходи!
Дэн не стал заставлять упрашивать и переступил порог.
– Так что от тебя хотел наш суперагент?
Девушка задумчиво взглянула на него. Она помнила, что ее бывший сводный брат и нынешний главный тренер были друзьями. Лучшими друзьями. Они учились в одном классе, вместе играли в грайд в школьной команде. Дэн был менее успешен, но Роберт настоял на том, чтобы друга взяли играть в “Барсах”. И именно Дэн Норт заменил друга после травмы в финальной игре. И хотя многие считали, что он сыграл слабо, “Барсы” стали обладателями Кубка Наций.
– Завез документы, – она махнула рукой в сторону папки.
– Вот как? – Дэн открыл бутылку биира и протянул девушке. Она сделала большой глоток:
– Имбирный?
– Ага. Ты же такой любишь?
– Любила.
– То есть?
– Сииды предпочитают вересковый мед, – она отсалютовала ему бутылкой. – Или вино из одуванчиков.
– Ты не сиид.
– Но и не оборотень, – в голосе Джинн сквозила грусть. Дэн бросил на нее проницательный взгляд.
– Старик Адам никогда не вспоминал об этом.
– Разумеется, он не любил проигрывать, а тут сразу дважды: дочь, которая не стала оборотнем. Скорее всего, я разочарую его и в третий раз.
– Все так плохо? – насторожился Дэниэл.
– В смысле?
– Грайд, – он отхлебнул еще биира. – Ты хоть что-то знаешь о спортивном менеджменте?
– Скажем так, я помню, чем нападающий отличается от гарда.
– И чем же?
– Размерами, – она выдержала достаточную паузу, чтобы Дэн перебрал все неприличные варианты и добавила. – Гард должен защищать ворота, поэтому он всегда массивнее, а нападающему важна скорость, как правило, он более легкий. Чего нельзя сказать о тебе.
– В смысле?
– Пицца не идет тебе на пользу, – глубокомысленно заметила Джинн, открывая коробку и подцепляя кусок. – М-м-м, пепперони!
– С томатами, как ты любишь, – он подошел и тоже взял кусок. – Ты уже решила, как будешь действовать?
– Хочешь узнать, не промелькнула ли у меня в мозгу трусливая мыслишка сбежать, переложив все на братца, пусть и сводного?
– И это тоже.
– Нет. К тому же Роб дал мне понять, что у него процветающий бизнес, и “Барсы” его мало интересуют.
– Да ну? – Дэн в притворном изумлении взглянул на нее.
– Ты что-то знаешь? – насторожилась Джинджер.
– Нет, – спохватился он. – Просто удивительно, Роб же всегда считал себя частью “Барсов”, находил лучших игроков… до последнего года.
– А что случилось в последний год?
– Двое из его игроков перешли в другие клубы. А он остался их агентом. Впрочем, он прав: бизнес у него действительно процветающий, – Дэниэл ухмыльнулся. – А теперь, красавица, расскажи, как ты жила без меня все эти годы!
– Да уж не скучала! – рассмеялась Джинджер, понимая, что минута откровенности закончена.
– Лгунья!
Дэн вскоре ушел, а Джинн посидела еще немного в гостиной, с тоской смотря на папку с документами и осмысливая услышанное. В переходах игроков не было ничего экстраординарного, все клубы занимались трансферами, и задача спортивного агента заключалась в том, чтобы выбить для своего клиента как можно более выгодные условия. Роберт, как бы он ни благоволил “Барсам”, прежде всего выполнял свою работу. Желая узнать, кто именно перешел, Джинджер снова взяла папку и отправилась в спальню. Почитать можно было и в кровати.
Наверное, она задремала, потому что проснулась от трели магофона. Джинджер не надо было смотреть на экран, чтобы понять, кто звонит, такая яростно-энергичная музыка стояла только на одного человека. Широко зевнув, она щелкнула по экрану, тот вспыхнул, и на потолке медленно проступило изображение беловолосого красавца сиида. Высокомерный вид, прямой нос и остроконечные уши свидетельствовали о чистоте крови вплоть до десятого колена, а взглядом льдистых голубых глаз он мог заморозить любого. На Джинджер этот взгляд не произвел никакого впечатления.
– Брай, надеюсь, у тебя что-то важное, что может оправдать тебя по поводу раннего звонка, – она широко зевнула.
– Разумеется. Я беспокоился.
– Мне следует считать себя польщенной?
– Определенно, – Брайан огляделся. – Милая спальня.
Это было сказано таким тоном, что становилось понятно: он не в восторге от обилия хрома, стекла и кожи.
– Она гостевая.
– Ага.
– И находится на спортбазе.
– Скажи проще: ты на Новом Континенте. Дом, милый дом… – презрительно протянул он и осекся. – Погоди, почему на спортбазе?
– Городской особняк получила Аделаида.
– Несправедливо.
– Как знать, ходят слухи, что он давно заложен. Так что… – она потянулась.
– Будем считать, что твой отец сделал тебе одолжение и избавил от наследства?
– Ну что ты! Он завещал мне сразу две дюжины мужчин.
– Неужели? – фыркнул сиид. – А мне казалось, на вашем проклятом Континенте рабство отменили лет сто назад.
– Сто шестьдесят девять, если быть точным, и это не касается спортивных команд.
– Прости?
– “Барсы”. Теперь они мои.
– Что все?
– Ага, от ушей до кончика хвоста.
– И что ты собираешься с ними делать? – поинтересовался Брайан.
Джинждер пожала плечами:
– Еще не думала об этом…
– Продай команду.
Это прозвучало очень резко, и Джинн поморщилась:
– Я бы предпочла не рубить с плеча.
Брайан недоверчиво уставился в камеру
– Детка, ты что? Только не говори, что в тебе взыграла сентиментальность, и в память об отце ты решила продолжить его дело.
– По условиям завещания в полное владение я вступлю только через год, так что рабовладелец из меня никудышный.
– Тогда оставь этих драных котов и возвращайся. В конце концов, у них есть тренер.
– Не могу, – Джинджер вздохнула. – Брай, прости, но пока не могу.
– Ясно. Значит, тебя не ждать? – в голосе сиида послышался холод.
Понимая, что ведет себя трусливо, девушка отвела взгляд:
– Я не знаю, Брай… Я еще не решила.
– Тогда дай мне знать, когда определишься, – ухмыльнулся он. – Мне же надо с кем-то ходить в оперу.
– Непременно. А теперь будь паинькой, отключись сам, я хочу еще вздремнуть!
Брайан надменно фыркнул.
– Соболезную, Джинн!
Изображение пропало, прежде чем она успела поинтересоваться, чему именно соболезнует сиид. Почему-то ей казалось, что речь шла отнюдь не о смерти Адама Гарта.
Решив подумать об этом позже, девушка перевернулась на бок и закрыла глаза, но магафон заорал вновь. На этот раз это был просто будильник. Застонав, Джинджер все-таки встала и, проклиная себя, что поддалась на уговоры Дэна познакомиться с командой на утренней тренировке, побрела в ванную.
Получасом позже, она, утопая каблуками в траве, стояла на зеленом поле и щурилась от солнца, внимательно рассматривая стоящих перед ней игроков. На этот раз они были в трансформе – том самом состоянии полузверей-полулюдей, которое больше всего когда-то страшило жителей Старого Континента. И стоя на поле, Джинн понимала почему.
Огромные полузвери-полулюди поводили мохнатыми ушами и напряженно принюхивались. Их хвосты нервно подрагивали, а в глазах застыла звериная настороженность.
Девушка почти была уверена, не находись Дэн рядом, эти звери давно бы накинулись на нее и разорвали на части, но сейчас они молчали, осмысляя то, что им только что сказали.
– То есть это не розыгрыш, и командой владеет женщина? – первым опомнился массивный барс с раскосыми голубыми глазами. Яркий рисунок на его шкуре выдавал, что он еще совсем юнец, наверняка только из колледжа, и это максимум второй сезон в профессиональной команде.
– Ага, выходит так, – глубокомысленно заметил стоящий рядом с ним зверь постарше. Его глаза были прозрачно-зелеными, а пятна на шкуре более тусклыми. Ленивая тягучесть матерого хищника, с которой он двигался, пугала больше, чем стремительность юнца.
– Дожили, – кто-то сбоку сплюнул и заслужил суровый взгляд Дэна.
– Поговори у меня!
– Да ладно, тренер, – прорычал высокий барс, зло прижимая уши. – Ты же был одним из нас и понимаешь, что это позор!
– Это последняя воля майстера Гарта, – упрямо повторил тренер. – И хочу напомнить, вы на контракте, а платят вам не за разговоры. Поэтому быстро поздоровались и разминаться!
Барсы переглянулись, вяло прорычали спортивное приветствие и поспешили сбежать, ленивой трусцой направившись вдоль поля.
– Мне кажется, или они не жаждут тренироваться? – Джинджер проводила их взглядом.