Хочешь фото со звездой?

Девочки смеются, а я не могу отойти от шока после его прикосновения. От мурашек передергивает. Ладно, если бы это был Макс, но этот… Несмотря на легкий ступор, иду за остальными. Девочки хохочут, кто-то уже виснет на шее Рима.

Садимся в автобус, одна из девушек целуется с клавишником на задних сиденьях. Как быстро. Макса действительно нет. Даже не знаю, зачем я тогда вообще еду. Эта вечеринка будет явно не для меня, но… Ладно. Должен быть кто-то душный и грустный, для баланса.

Пока едем, размышляю, что через остальных участников можно выйти на Макса. Если я с ними подружусь или… От мыслей уже тошно. Но как факт, это шанс войти в круг его знакомых. Самый быстрый и короткий путь. Оборачиваюсь к остальным; пожалуй, подумаю еще над длинным и сложным путем.

До места доезжаем быстро — центр Москвы, дорогущий клуб, где нас уже ждет очередная персональная ложа, но, в отличие от концертной, эта должна быть с едой и закусками.

Самый лучший вечер в моей жизни превратился в самый ужасный. Может, это карма за «украденный» билет? Плюхаюсь на диванчик у стола, печально отпиваю коктейль, который поставили заранее. Коктейлей тут очень много, а еще больше — бутылок. Хоть какие-то плюсы. Где еще мне выпадет шанс попробовать Moët и Cristal?

То, что происходит вокруг меня, — безумие. Гитарист уже облизал половину девушек, одной даже плюнул прямо на язык. Меня чуть не стошнило. Клавишник засунул пальцы в рот самой юной и уже порядком пьяной фанатке и, кажется, пытается сыграть какую-то симфонию прямо в ее горле. Хорошо, что на меня никто внимания не обращает.

Без телефона скучно невероятно, зарядки у персонала не оказалось на мой старый айфон, а спрашивать у этих, прерывая недооргию, как-то не хочется. Первая бутылка Cristal открыта и стоит на столе. Что ж, попробую и домой. Moët ждать уж точно не буду, еще часик здесь — и придется психолога посещать. Лет так пять минимум.

Залпом выпиваю бокал. Ну и хрень. Не знаю, за что богачи тут платят, напоминает вино из разливухи, которое стоит сто рублей за пять литров. Вот бы прикарманить бутылку, чтобы мама тоже попробовала. Интересно, можно ли. Заметят ли?.. Ну, если что, просто поставлю. Все равно никогда с этими людьми больше не увижусь. И не хочу видеться. Переживу этот позор ради мамы! Хватаю бутылку под мышку и печально бреду к выходу. Спускаюсь по винтовой лестнице, какая же ужасная музыка в этом клубе. Эти басы еще долго будут бить по моим костям.

Выхожу на улицу и замираю прямо в дверях. В десятке метров машина Макса, и он сам уверенным и быстрым шагом идет сюда. Испаряюсь, как призрак, несусь обратно к ложе, теряя по пути бутылку. Она разбивается, шампанское обдает толпу брызгами, люди кричат, но не от досады, а от радости. Слышу еще несколько хлопков пробок — кажется, они принялись обливаться.

Плевать на них! Плевать на усталость, скуку и севший телефон! И на этих извращенцев тоже плевать, перетерплю, если рядом будет Макс. Даже поучаствую, если он захочет!

Забегаю обратно в комнатку, падаю на все тот же диванчик и стараюсь отдышаться как можно быстрее, чтобы не встречать кумира одышкой. Не проходит и минуты, как Макс тоже оказывается тут.

— Ты ж не хотел! — кричит гитарист, не отлипая от лица фанатки.

— Менеджеры заставили, — сухо отвечает Макс, пялясь в телефон.

Он садится прямо рядом со мной и, кажется, даже не замечает, что на диване не один. Из моего рта вылетает нервный кашель. Как всегда вовремя. И Макс все же меня замечает. Молчим и смотрим друг на друга дольше, чем нужно. Почему он так смотрит? Узнал? Если да, то лучше бы мне сейчас провалиться под землю.

Его телефон пищит, Макс, не сводя с меня взгляда, прикладывает телефон к уху и молчит. От него — лишь короткое ага, перед тем как сбросить звонок.

— Улыбнешься? — спрашивает он, и, не дожидаясь ответа, придвигается ко мне. — Для очередного поста нужно...

Не успеваю даже понять, чего он хочет, как Макс притягивает меня к себе и делает фото вместе. Как ловко он меняет лицо с раздраженного на счастливое. Я же на фото вышла испуганная, как лань, увидевшая охотника.

— Норм? — спрашивает Макс, повернув ко мне свой телефон.

Мои глаза округляются. Если это фото попадет в сеть, Соня и остальные узнают, что я украла билет:

— Нет-нет, стой!

— Да хорошо получилось, симпатичная, — Макс забирает телефон обратно, слышу звук отправленного сообщения. — Лови свою минуту славы.

Хочу визжать от восторга и в то же время рыдать в голос. Как я объясню это фан-клубу?! От досады выворачивается нижняя губа. Этого момента я ждала всю жизнь, но… Если бы не украденный билет, если бы не девочки.

— Ты чего? — хмурится Макс.

Не могу ему ответить, в горле застрял ком. Кошусь на бутылки на столе, а губы надуваются все сильнее. Чувствую, как слезы собираются на веках.

— Из-за фотки расстроилась? Серьезно?

Мотаю головой в ответ. Не могу переключить внимание на него, в мыслях только предстоящая ругань с Соней.

— Да ладно тебе! — Макс подсаживается ко мне ближе, практически обнимает одной рукой. — Глянь, уже две сотни лайков! А сколько завистливой желчи в комментах! Это означает, что ты красотка.

Перевожу свой щенячий взгляд на него. Мой идеальный мужчина в десяти сантиметрах, его рука на моем плече, он говорит, что я красивая. А я реву, как дура, вместо того чтобы наслаждаться этим моментом.

— Из-за фоток, на моей памяти, еще никто не плакал. Только из-за отказа их сделать. Забавно, — Макс убирает телефон и поворачивает голову ко мне. — Удалить?

— Как хочешь… — бубню я.

Мне действительно все сейчас равно. Ее увидело достаточно людей, чтобы простого удаления было недостаточно. Наше селфи перезалито уже в тысячу фанатских аккаунтов. А мой телефон, если бы не сел, сейчас бы разрывался от звонков Сони, Оксаны и Тори.

Неожиданно Макс начинает хохотать:

— У меня тут случай был на прошлом концерте! Какая-то девчонка выскочила на сцену и запихнула в карман записку с текстом: «Хочу фото со звездой». Представляешь, кто-то ради фотки готов быть побит охраной. А ты из-за нее ревешь.

Он меня успокаивает? Не верю своим ушам. Льстит, что он запомнил мою выходку и радует, что не запомнил лицо.

— Почувствуй себя звездой! — продолжает он. — Хотя, может… Ты тоже знаменитость? Устала от папарацци? — Из меня вырывается легкий, искренний смех. — Сидишь тут, как гордая птица, отдельно от всех. Не твой уровень развлечений?

— Облизывать друг другу лица — это не развлечение, — отвечаю отстраненно.

— Эти девчонки, — Макс наклоняется к моему уху, отчего я вздрагиваю, — отдали бы очень многое за это «не развлечение». — Он резко отстраняется со странной улыбкой. — А как ты предпочитаешь развлекаться?

Все мысли в голове перемешались. Не могу вспомнить ничего и придумать тоже. Не могу же я ответить, что мое хобби — следить за ним?

— Люблю экстрим… — отвечаю на выдохе. — На машине по городу гонять…

— Под километров триста? — в его голосе появляется огонек интереса.

— Не знаю, — улыбаюсь в ответ. — Под триста не пробовала.

Макс чуть косится на меня, затем на бутылки на столе. Выпустив мое чуть дрожащее тело из утешающих объятий, он принимается разливать шампанское по двум бокалам.

— Я должен тут просидеть еще минимум час. Иначе менеджеры мозги высосут. — Он протягивает мне бокал. — Потом до дома тебя подкину, если тоже захочешь свалить пораньше.

Смело беру бокал и улыбаюсь. А может, плевать на Соню, на Оксану и на Тори? Пошли бы они нахер, такой шанс выпадет раз в жизни. Хорошие подруги поймут, а не осудят. Сами бы они убили за возможность сейчас оказаться на моем месте.

— Хорошо! — стучу своим бокалом о бокал Макса.

— Надеюсь, что ты не безумная фанатка и не ведешь тайную съемку. — Макс широко улыбается, отпивая шампанское.

Ох, я бы хотела сейчас все это снять. Но севший телефон не дает сорваться.

— Нет, конечно. Я только сегодня узнала о вашей группе.

— Да? — оценивающий взгляд скользит по моему телу, но в этот раз более внимательно. — Обычно так странно одеваются только мои психички-фанатки. Специально на интервью ляпнул, что люблю стиль садо-мазо, чтобы сумасшедших сразу отличать.

— Правда? — удивляюсь искренне. Я в ярости. Он сделал это специально? А фотки с бывшими в таких же нарядах? — Мне сказали, что такой стиль подходит под вашу музыку.

— Тебя жестоко обманули, — Макс ехидно смеется, приложив бокал к губам. — Но… — его глаза вновь смотрят на меня. — Тебе идет.

Бросаю довольную улыбку в ответ, чуть прикусываю губу. Он так быстро, от объективного раздражения, перешел к открытым комплиментам, что мне не по себе. Под столом щипаю себя за бедро, начинаю думать, что это сон. Нет, точно не сон. Взгляд Макса бегает по моему телу, как лучик солнца, оставляя настоящие ожоги. Нормально ли то, что я сейчас безумно хочу его? Нельзя подавать виду, нужно и дальше строить недотрогу. Ему это определенно нравится больше.

— Чем занимаешься по жизни? — спрашивает он, разливая новую порцию шампанского по бокалам.

Вопрос ставит в тупик. Скажу правду — подумает, что я необразованная дура без амбиций. Соврать? Как? Сказать, что я блогер? Хотя мне кажется, в его окружении блогер каждая первая. Нужно удивить. Зацепить. Модель? Тоже чушь. Музыка? Рисование?

— Учусь на искусствоведа, — отвечаю с загадочной улыбкой. Только бы он не начал расспрашивать, мои знания об искусстве начинаются и заканчиваются на том, что Джоконда и Мона Лиза это одно и тоже. — Первый курс пока.

— Необычно. Может, когда-то именно ты спасешь искусство от деградации, — вздыхает он. — И дешевый рэп про понты и деньги сойдет на нет.

— Тебе не нравится твоя же музыка? — удивляюсь я.

— Нравится, но искусства в ней нет. Быстрый дофамин, ритмичный бас. Вряд ли она останется в истории. Я бы хотел выпускать что-то более сложное, но люди пока что не готовы.

Так вот что он пел тогда в зале. Та песня — его настоящие чувства и мысли. Не могу вспомнить ни строчки, все внимание было на его глазах.

— Хочешь послушать? То, что я пишу для себя.

— Прямо здесь?

— А почему нет? Оценишь как искусствовед.

— Давай. — Боже, дома надо хотя бы погуглить, чем занимаются искусствоведы.

Макс откидывается на спинку дивана и делает глубокий вдох.

Пускай вокруг любовь кладут на вес,

Меняют души на меха и платья.

А мне милей наш тихий стук сердец

И горечь губ в последнем поцелуе.

Именно это он пел на сцене. Вспоминаю мотив, последнюю строчку допеваю с ним хором и тут же крепко сжимаю губы.

— Откуда ты знаешь? — по-доброму усмехается он. — Я ее нигде раньше не исполнял. Мысли читаешь?

— Я не знаю… — теряюсь в словах от волнения. — Как-то само… Додумалось.

— Удивительно, — Макс протягивает мне полный бокал. — Откуда ты такая проницательная?

Бинго! Тихо смеюсь и прислоняю шампанское к губам:

— Сама не знаю, как меня сюда занесло…

— Судьба явно хотела, чтобы мы встретились.

— Я Саша, — сама не знаю зачем, но протягиваю ему руку.

Макс тут же берет мою ладонь и прислоняет тыльной стороной к губам. Буквально таю. Если бы не спинка дивана, то уплыла бы уже под стол.

Теперь он знает мое имя, лицо, голос. Сейчас бы сбежать, как Золушка, оставив интригу и пару загадок, но так не хочется уходить. Хочу, чтобы этот вечер никогда не кончался, а его губы никогда не отлипали от моей руки.

На диван с моей стороны буквально падает гитарист. Его липкие от вина руки тянутся к моим бедрам, хватают за край юбки:

— Пойдем-пойдем, недотрога, — бурчит он невнятно и тащит меня за ногу в сторону. — Тебя не хватает!

Теряю дар речи от испуга. Черт, только сейчас понимаю, в какой ситуации находилась все это время. Одна! Все пьяны, никакой охраны нет. Если бы кому-то из команды сорвало бы крышу, я бы не смогла отбиться от этих двухметровых шкафов.

— Рим, — строго говорит Макс. — Отвали.

— Две зануды, — выпрямляется гитарист. — Оке-е-е… — странно хмыкнув, он уходит, чуть покачиваясь. — Ухожу! Но вернусь потом!

Сижу вся белая. Он ушел потому, что Макс сказал? А если бы я попросила отвалить, он бы тоже легко отстал?

— Не бойся, — тут же подхватывает Макс. — Они безобидные.

— И ужасно пьяные… — отвечаю чуть натянуто.

— Тебя никто не тронет. Если сама не захочешь.

Перевожу на него взгляд. Эта широкая улыбка — настоящее оружие. Его горячая рука касается моей. Наверное, никогда в жизни я себя не чувствовала такой защищенной, как сейчас. Его ладонь, украшенная десятком разных тату, стискивает мою. Пальцы сжимаются в ответ, щеки начинают гореть. Чувствую, как краснею, а в животе просыпаются бабочки. Никто бы не подумал, что Макс такой романтик. Всегда представляла, какой он дерзкий, в меру грубый и…

— Найди себя… — протягивает он мне телефон с открытым поиском по аккаунтам.

Я прямо сейчас готова упасть на колени и благодарить всех богов за то, что Макс удалил нашу переписку!

— Конечно, — улыбаюсь я, чуть дрожа от волнения.

Быстро нахожу себя и отправляю смайлик. Хочу визжать от восторга, но держусь.

— Алекса-а, — читает мой ник Макс. — Звучит дерзко.

Краснею еще сильнее, бабочки в животе не просто проснулись, они уже мотаются внутри меня так, что я не могу усидеть на месте. Скрещиваю ноги и прикусываю губу. Смазка сочится как из крана, как бы не испортить диван.

Кто-то включает музыку в колонках громче, девочки танцуют топлес, остальные участники группы настолько пьяны, что толком не стоят на ногах. Басы гремят, я больше не слышу, что говорит Макс. Свет глушат, мигает стробоскоп. Кажется, самое время уйти.

Макс тянет меня за руку к выходу, ему тут тоже теперь некомфортно. Быстро спускаемся по лестнице вниз, а затем выходим из клуба на улицу. Так светло и прохладно, ночь в центре будто и не наступает. Все окна горят, а машины носятся так же, как и в час пик.

— Я обещал тебя подвезти, но… — Макс снимает с себя кожаную куртку и накидывает на мои плечи. — Не обидишься, если это сделает таксист? Я забыл про еще кое-какие дела. — Он что-то набирает в телефоне.

Что ответить? Обижусь? Слишком нагло. Сказать, что я сама доеду, построить из себя независимую? Хотелось бы, но метро давно закрыто, а в таком виде по улице ночью я откровенно побаиваюсь.

— Нет, — улыбаюсь я.

— В следующий раз погоняем «под триста», — облизывает Макс губы.

Следующий раз. Следующий раз! Он уже думает о втором свидании? Я ему понравилась?

Пока я хлопаю глазами, не в силах оторвать восхищенного взгляда от Макса, подъезжает такси. Такси, на которое бы ушла вся мамина зарплата. Водитель в идеально выглаженном черном костюме выходит и открывает мне дверь с поклоном. С поклоном! Чувствую себя принцессой. Даже королевой.

Макс мне подмигивает и уходит, махая телефоном с намеком на скорый звонок, а затем скрывается в дверях клуба. Я остаюсь в его куртке. Забыл? Подарил? Мне следует побежать за ним?

Не решаюсь сделать и шагу, падая на кожаные сиденья такси. Двери закрываются, водитель садится на свое место, предлагает воду и зарядки для смартфонов. Зарядка!

— Благодарю, — отвечаю ему спокойно и беру нужную. Как хорошо, что у него тут «весь спектр», а не только для последних моделей.

Называю водителю адрес, машина трогается. Как только телефон включается, динамик тут же начинает рвать звук уведомлений. Сотни сообщений и звонков от Сони, Оксаны и Тори. Молча смахиваю их в сторону и нажимаю на контакт Ким. Один гудок — и я слышу ее радостный крик.

— Ты не поверишь! — визжу ей в ответ.