- -
- 100%
- +
Утром Индра вышел встретить мужчин, вернувшихся с ночной рыбалки. Но на берегу, лицом к морю, стоял незнакомый человек в просторной фиолетовой мантии, она покрывала голову и волнами ниспадала с плеч. Индра впервые видел такую дорогую ткань: она была настолько гладкой и плотной, что легкий бриз не мог её пошевелить.
Индра почувствовал страх. Он знал, кто перед ним. Про высших ксандаров рассказывали всякое, но хорошего от них никто не ждал.
И… как он сюда попал, неужели пришёл пешком?!!
– Сегодня у вас не будет рыбы, – не оборачиваясь, сказал незнакомец. Он говорил очень тихо, но Индра слышал каждое слово. – Течение унесло все лодки в море, твои люди не знают, как вернуться назад.
– У меня ещё есть две, – быстро сказал Индра. – Одна пропускает воду, но если это недалеко…
– Не нужно, – тут же перебил его ксандар. – Ночь будет звёздная, они найдут дорогу.
– Но там рыба… – попытался возразить Индра, – она пропадет!
– Собери своих людей. Ты поведешь их назад в город.
Индра проснулся в холодном поту, сердце колотилось в груди, он ничего не мог понять – где он сейчас, куда делся ксандар, почему так темно?
Он встал со своей лежанки из мягких веток и постарался успокоиться. Он дома. Ему приснился плохой сон. Нужно выпить воды и спать дальше. И впервые за много лет он не вышел встречать людей с ночной рыбалки.
В этот раз его разбудили женщины – солнце уже раскалилось до белого шара в небе, но ни одна лодка ещё не вернулась. А он валяется дома!
Индра понял, что его сон сбывается.
– Завтра к утру они вернутся, – хмуро сказал он, – идите домой!
К его удивлению, женщины успокоились, продолжали кричать только две самые скандальные из них, но постепенно притихли и они. Индра говорил уверенно, ему поверили. Но если его предсказание не сбудется!..
Ночью лодки бесшумно подошли к причалу, где их радостно встречали родные. Индра спокойно стоял в стороне – он понял, что научился видеть вещие сны. Там, правда, ксандар говорил, что нужно оставить поселение и уйти в город. Но сон может только предсказывать, отдавать приказы ему не дано!
Рыбу в этот раз его тилары действительно не привезли: на солнце она начала портиться, и её пришлось выбросить. Но это никого не огорчило: запасов имелось достаточно, голод им не грозил.
Рыбаки отправились спать, а их жены – работать в поле. Порядок вновь воцарился во всеми забытой деревне.
Но случилось то, чего предвидеть не мог никто!
Земля затряслась, с гор в долину покатились огромные валуны. Такое случалось и раньше, тилары не боялись землетрясений. Но в этот раз оно оказалось намного сильнее обычного: земля быстро покрылась глубокими трещинами, а самое страшное – их ручей куда-то исчез!
Индра снял со стены небольшой рог, которым он созывал соплеменников, и вышел наружу. Но рог ему не понадобился: все и так шли к его хижине. И, как сейчас выяснилось, их деревня сильно разрослась за последние годы.
– Тилары, – крикнул Индра. – Нам нужно уходить, без воды нам здесь не выжить.
– А куда мы пойдём?! – закричала одна из женщин. – Тебе хорошо, ты один! А как мы детей с собой потащим?
– Нет у нас выбора. Нам нужно отыскать место, откуда сюда приходила вода…
– Вот и сходи сам! – женщина явно была настроена на большой скандал. – А когда всё узнаешь, так нам и расскажешь. А мы подумаем…
– Всё! – не глядя на неё, отрезал Индра. – Каждый берет с собой только то, что поместится у него на поясе. На одном плече – мука, на другом – сушеная рыба.
Тилары одевались достаточно просто: вместо штанов они оборачивали вокруг бедер кусок грубой материи, женщины дополнительно закрывали другим куском грудь. Но у всех на бедрах был широкий пояс с большим количеством петель и углублений. На нем каждый тилар мог разместить весь необходимый инструмент, чтобы руки оставались свободными при движении. А если предстоял какой-то поход, то у всех имелись заплечные сумки, куда помещалось то, чему не хватило места на поясе.
Разумеется, забрать с собой всё, что у них накопилось за несколько лет, невозможно. Но сейчас речь шла не о комфорте, им нужно просто выжить.
– А лодки? – спросил кто-то из мужчин. – Что делать с лодками?
Индра помрачнел. Лодки стоили дорого, и бросать их не хотелось.
– Их нужно связать между собой и оставить у причала. Потом заберем.
– Нет, – покачал тот головой. – Я свою лодку не оставлю. Поплыву на ней вдоль берега. Так быстрее воду можно найти.
– А если шторм? – спросил Индра. – Лодку перевернет, утонешь сам и семью погубишь.
Но тот только упрямо покачал головой:
– Я в лодке. А вы, как хотите.
– Я тоже, – послышался ещё чей-то голос.
– И я… и я… и я, – все рыбаки решили уйти из деревни на лодках. Это была неплохая идея, да и взять с собой можно намного больше. Только вот лодок не хватало на всех, с Индрой остались никому не нужные старики.
И выжить у них шансов почти нет.
– Идите, вас никто не держит, – спокойно ответил Индра. – Только сушеную рыбу сначала возьмут те, кто пойдёт в горы.
Рыбаки не спорили. Но по тому, как они переглянулись и многозначительно заулыбались, стало понятно – рыбу они заберут всю.
6. Хозяин джунглей
Индра зря переживал: рыбы им оставили вполне достаточно. Но это не от щедрости ушедших, просто запасов оказалось так много, что они не смогли всё забрать с собой. Теперь у Индры в подчинении восемь тиларов, двое с женами. На поясе у каждого висел олден – большой нож, которым одинаково успешно можно было рубить деревья, разделывать рыбу или полоть траву. Но им предстояло идти по незнакомым местам, этот нож мог пригодиться и для другой цели.
Индра вывел своих людей за забор, обернулся и трижды поклонился месту, где они так долго жили, не зная бед. Потом махнул рукой и направился в сторону гор.
Впереди зеленело большое поле, засеянное пшеницей. Их ждал хороший урожай, но без воды эти ростки быстро погибнут, а на их месте вырастут непроходимые джунгли, с которыми они боролись все эти годы.
Индра уже не собирался искать новое место для деревни: их осталось слишком мало, и сами прокормиться они не смогут. Потому у них одна дорога – назад, в ближайший город. Но идти вдоль берега нельзя: на солнце и без воды им далеко не уйти. Тилары всегда старались держаться подальше от джунглей с их злобным зверьем и ядовитыми растениями, но сейчас выбора не было.
Джунгли начинались за полем, деревья росли почти сплошной стеной. Здесь сразу стало прохладно, слышались крики птиц, лес жил своей жизнью. Но люди не зря всегда боролись с джунглями: здесь опасность могла таиться в тысяче мест! И вместе держаться они не могли – деревья росли так часто, что им приходилось идти друг за другом.
Внезапно Индра почувствовал запах дыма. Где-то пожар? Он обернулся и жестом приказал остановиться. Его сигнал тут же по цепочке передали остальным, и все замерли на месте.
Индра осторожно пошёл вперёд, ориентируясь на густой дым. Вскоре они оказались на небольшой поляне, вырубленной среди буйных зарослей. Там стояла неумело сделанная хижина, и рядом с ней горел костёр. Дрова были сырыми, и от костра в небо поднимался густой столб дыма. На двух ветках, врытых в землю, жарился нанизанный на длинную палку поросенок.
Индра уже несколько лет не ел мяса и понял, что сейчас хочет есть сильнее, чем пить.
Поросенок долго лежал одним боком к огню и начал обугливаться. Индра машинально подошёл и повернул вертел.
– Отойди от костра, – услышал он спокойный голос и чуть не подпрыгнул от неожиданности.
Сзади них стоял незнакомец в лохмотьях с неухоженной бородой, на поясе у него висел короткий джаварский меч.
– Кто вы? – строго спросил он с видом хозяина, заставшего дома непрошенных гостей.
– Мы тилары… Пришли сюда с отрядом джаваров, но они…
Незнакомец тут же перебил:
– Как звали стратега?
– Какого стратега? – удивился Индра.
– Джаварами командует стратег. Назови его имя! – жестко потребовал он.
Да откуда же Индра мог это знать!
– Я… я… не знаю, – признался Индра. – Тогда у нас был другой старейшина. И он ушёл с отрядом, когда мы отправились ловить рыбу.
Внезапно Индра увидел, как сзади к незнакомцу подбирается один из его тиларов, сжимая в руке длинный нож. И в глазах у него горел радостный азарт. Подкравшись, он сделал резкий выпад, стараясь ударить противника в спину. Но тот совершенно спокойно сделал шаг назад, повернувшись к нападавшему боком и, вытащив меч, ударил его рукоятью по голове.
– Твой? – показал он на лежащего тилара. Голос у него звучал ровно и спокойно.
– Мой, мой, – чуть не закричал Индра. – Прошу вас, не убивайте его!
Тот только пожал плечами:
– Никогда не слышал, чтобы тилары нападали на джаваров. Ладно, зови остальных, сколько вас там. Мясом делиться не стану, себе ловите сами.
Но звать никого не пришлось: тилары не послушались Индру и давно наблюдали за их разговором.
– Меня зовут Манжар, – сказал незнакомец. Потом снял поросенка с огня, вытащил меч и разделил тушу на две части. После чего уселся на землю и с жадностью принялся поедать горячее мясо.
Индра склонил голову и назвал свое имя.
– Уважаемый Манжар, – сказал он, сложив ладони на груди, – мы смиренно ждали, когда к нам придут царские мытари…
– Плевать мне на мытарей, – тут же перебил джавар. – Почему ушли со своего места?
– У нас вода закончилась, – признался Индра. – Ручей ушёл под землю.
– Бывает, – спокойно кивнул воин. Лицо и руки его лоснились от свиного жира. – И куда вы сейчас?
– В ближайший город. Тилары везде нужны.
– А, ну давайте, – он встал, отрезал кусок лианы и стал высасывать из неё влагу. – Только имей в виду – там вам будут не рады.
– Что вы имеете в виду, уважаемый Манжар? – насторожился Индра.
Тот посмотрел на старейшину и усмехнулся:
– Ты хочешь от меня что-то узнать, не предложив ничего взамен?
– Но у нас есть только вяленая рыба…
– Не, ваша рыба мне не нужна, от неё только пить хочется. Обработайте мне пару пней, чтобы я мог на них сидеть. И из деревьев, что я здесь нарубил, сделайте мне жилье.
– Но это потребует времени… – начал Индра, но джавар его перебил:
– А я не тороплюсь. Начнешь, когда надумаешь.
Пни имели форму конуса, срубить острую часть для тиларов было нетрудно.
А вот поставить просторный шалаш потребовало от них гораздо больше времени. Закончить они смогли только когда солнце уже уходило в закат.
– Уважаемый Манжар, – обратился Индра. – Мы всё сделали, как вы просили…
– Я ни о чем не просил, – тут же перебил джавар. – Сделали и сделали. Хочешь, чтобы я рассказал, что вас ждёт в Ксанторе?
– Да, конечно, – почтительно сказал Индра.
– Ну тогда приготовься к соседству с огненными змеями и каменными исполинами, которые своими палицами ломают воинов, как сухой тростник.
– Вы, наверное, шутите, – Индра попытался улыбнуться, всё ещё надеясь, что его не обманули на ровном месте. Ведь тогда его авторитет у тиларов вообще скатится до нуля!
Манжар молча встал и куда-то пошёл, подтверждая подозрения Индры. Подойдя к большой груде желтых листьев, он достал оттуда шлем и кирасу.
– Вот, посмотри, – повернулся он к Индре. – Видишь копоть?
Несмотря на возраст, видел Индра отлично. Но никакой копоти на кирасе разглядеть не смог, она матово блестела в свете костра.
– Это синяя змея огнем плюнула, – мрачно продолжил джавар. – Большая такая, чуть не с лошадь размером. Боялся, что проглотит, как лягушку. А она меня чуть не изжарила.
Потом аккуратно положил всё на место и присыпал сверху листьями.
Он вернулся на место и сел напротив Индры.
– Ну что, ты всё понял? – спросил он.
А что, собственно, Индра должен был понять?!
– Да, конечно, – благоразумно согласился он. – Но не могли бы вы, уважаемый Манжар, объяснить немного подробнее?
– А что тут объяснять? – джавар сел напротив Индры, потом лег на спину, положив ладони под голову. – У нас был передовой отряд, наутро нам предстояло расширить границы Ксантора. Полагалось послать разведчиков, но мы и без них знали, что больших поселений в этом районе нет. Так что никаких сюрпризов от вторжения никто не ждал. И тут среди ночи прибывает гонец, и стратег объявляет новый приказ: следовать в Ксантор – Совет Ксандаров не утвердил царем наследника Галипетра. Но власть ведь у того, у кого сила, правильно? А сила на стороне Галипетра, за него вся армия!
Манжар повернулся на бок, подперев голову рукой, и смотрел на Индру немигающим взглядом.
– Приказ был следовать быстрым маршем, ведь это дело государственной важности. И вот наш авангард поднимается на небольшую горку, а нас там уже ждут! Представляешь – прямо в нашем строю появляется здоровенный каменный боец и начинает махать своей палицей, сметая всех, кто попадал под удар. А что ты сделаешь с мечом против камня? Он опять замахнулся на кого-то, я ударил его в открытую грудь. Чисто машинально, я понимал, что это бесполезно. А он покачнулся и упал. Раз – и эта гигантская каменная глыба уже лежит у моих ног, представляешь?!
Манжар сел и посмотрел на Индру горящими глазами:
– А ты знаешь, что для джавара такая победа? Моё имя бы назвал стратег перед строем и назначил место в первой шеренге. А оттуда прямая дорога в саваари. Понимаешь, нет?
– Конечно, понимаю, уважаемый Манжар, – благоразумно согласился Индра. – Всё так и получилось, да?
Глаза джавара сразу потеряли свой блеск, он вздохнул, опять лег и подпер голову рукой.
– Нет. Мы проиграли тот бой, – произнес он бесцветным голосом. – Рядом оказалась огромная синяя змея. Она открыла пасть и плюнула огненным шаром. Я не успел увернуться, сноп огня ударил мне в грудь, я на мгновение ослеп: глаза открыты, а вокруг чёрные круги и ничего не видно! И я побежал! Вокруг слышались звуки боя, крики, удары мечей о щиты, а я бежал, расталкивая своих товарищей, боясь обернуться!
И остановился, только когда забежал в джунгли. Здесь деревья растут так густо, что бежать невозможно. Я успокоился и пришёл в себя. Меня никто не преследовал: не было ни змей, ни каменных исполинов. На какой-то момент я даже подумал, что всё это мне просто привиделось. Тогда почему я один, где все остальные?
Я заночевал на земле, не разводя костра. И только наутро вернулся на место сражения. Погибли все, включая стратега. Отдельно лежали тилары, их тоже не пощадили. А я вот остался. И ни одной мёртвой змеи или каменного исполина, они забрали своих павших, вот так вот. Всё оружие я собрал и отнес в джунгли, хотя это и заняло у меня несколько дней. Но оставлять его без присмотра нельзя, тут что хочешь делай, а врагу оно достаться не должно. Ты, кстати, тоже помалкивай, о нем никто знать не должен, понял?
– Конечно, понял, – согласно кивнул Индра. – Но вы ведь можете оставить его в лесу и сами сходить за подмогой. Вам с товарищами оно точно пригодится.
– Я больше никуда не пойду, – спокойно ответил джавар. – Не знаю, кто там победил, но драться со змеями и каменными великанами я больше не стану.
Помолчав, Индра всё-таки спросил:
– Простите, конечно, – осторожно сказал он. – А если победил Галипетр? И нет больше никаких огненных змей?
– Я думал об этом, – вздохнул Манжар. – Но и в этом случае мне в Ксанторе делать нечего. Ты когда-нибудь слышал про джавара, который сбежал, бросив товарищей? Такого никогда не было. И ничего хорошего меня там не ждёт. Уж лучше я здесь, в лесу…
– В общем так, – подытожил джавар. – Эту ночь можете переночевать на моей поляне. А завтра вы уйдете, я здесь живу один. Ты всё понял?
Ночью Индра снова увидел человека в плотной фиолетовой накидке. Только теперь он стоял к нему лицом. Но капюшон покрывал лицо ксандара густой тенью, и разглядеть его было невозможно.
– У тебя мало людей, Индра, – глухо сказал ксандар. – Я велел привести всех.
– Но они отказались… Точнее, захотели добраться сами, на лодках…
– Ты потерял восемнадцать тиларов. До Дворца тебе не дойти, сейчас везде отряды кочевников. Они ничего не умеют, кроме как грабить и убивать.
– Они нас убьют?
– Зачем тебе мой ответ? Без джаваров вы легкая добыча для всех.
Индра проснулся в плохом настроении. О чем этот сон, что ему делать? А если бы с ним пошли все тилары, это хоть как-то изменило бы ситуацию? Ведь и их воевать никто не учил!
Джавар вернулся из зарослей с тушей маленькой лани.
– Проснулся? – неприветливо спросил он. – Давай, буди остальных, вам пора уходить.
– Послушайте, господин Манжар, – вкрадчиво улыбнулся Индра, – но мы вполне можем быть полезны друг другу.
– И каким же образом? – усмехнулся джавар.
– Вам нужно стать тиларом. Мы возьмем вас с собой, и в городе скажем, что вы один из нашей деревни. А там вы уже сами решите, как вам действовать дальше. Идёт?
Джавар задумался.
– Ну а вам-то от меня какая польза? – наконец спросил он.
– В случае опасности вы точно сумеете нас защитить. Ведь так?
– Ну, допустим, – согласился воин. – Только тилар из меня точно не получится: худые вы, как палки. И где мне взять вашу одежду, нож, как у вас?
– Нам придётся вернуться в нашу деревню, господин Манжар. Там мы найдём для вас всё необходимое. Вы действительно не похожи на тилара. Но обычно разговаривают со старейшиной. А вы будете стоять в стороне с остальными. Всё у нас получится, пойдёмте с нами!
Тот думал несколько мгновений, потом твёрдо сказал:
– Как хочешь, но меч я возьму с собой.
Индра покачал головой:
– Не нужен он вам, уважаемый Манжар. Его не спрячешь, а вопросов он вызовет немало. В ваших руках и наш нож – оружие.
Но джавар упрямо покачал головой:
– Мой меч всегда со мной. И не спорь!
Обратный путь занял намного меньше времени. Достаточно быстро они подошли к брошенному полю, а за ним…
– Стоять! – резко крикнул Манжар. Это было настолько неожиданно, что несколько тиларов присели, в испуге глядя на него.
А джавар, не обращая внимания на Индру, замершего в ожидании объяснений, подбежал к краю поля и присел, внимательно глядя на землю. Что случилось-то?
И только сейчас Индра заметил, что все ростки вытоптаны! Как он сам мог пропустить такое, ведь когда они уходили, на поле ровными рядами зеленела пшеница?
Он подошёл к Манжару, тот встал на ноги и отряхнул руки.
– В нашем селении кто-то есть? – спросил Индра.
– Уже нет, – покачал головой джавар. – Всё, что могли, они у вас забрали. И наутро ушли искать добычу побогаче.
– Кто это, наши враги?
– Кочевники. Дикие люди, отличающиеся от животных только тем, что пользы от них нет вообще. С ними бесполезно разговаривать, они понимают только силу. Обычно они спускаются с гор без лошадей. Но эти пришли верхом. И справиться с ними мы не сможем. Надежда только на отряд городской стражи Урванта.
– И что нам теперь делать? – мрачно спросил Индра.
– Идти в Урвант. Сейчас же. Я вас догоню.
Манжар нагнал отряд Индры только к вечеру. Теперь он был в своей кирасе, которую показал тиларам при первой встрече, с мечом на поясе, с копьём и щитом.
– Ты, – показал он пальцем на одного из тиларов Индры, – ты понесёшь мой щит. Всегда будь рядом, он может мне понадобиться в любой момент.
7. Возница
Когда я увидел повозку, возницы рядом не было. Куда он ушёл? Без него мне обратно не добраться!
Но я зря переживал: возница вылез из-под повозки, там он прятался от дождя. Высокий и крепкий парень лет семнадцати, с весёлыми голубыми глазами, он производил очень благоприятное впечатление.
– Вы очень быстро вернулись, мой господин, – сказал он с сильным акцентом. Потом внимательно посмотрел на меня и удивлённо поднял брови. – Что-то случилось, вам нужна помощь?
Я с трудом забрался в повозку и понял, что очень устал.
– Вези в таверну, – сказал я. – И побыстрее.
В таверне я сел за стол у камина и заказал похлебку из бобов для себя и густую кашу для возницы.
Обычно я заказывал себе фазана, но в этом городе всё очень дорого! А большую часть своих денег я отдал за подарок Равшису, который теперь постоянно приходилось носить с собой.
Возница стоял около меня и явно ждал, что я позову его за стол.
– Подойди ближе, – сказал я.
Он приблизился, и я смог прочитать надпись на его ошейнике: «Лукан, раб достойного гражданина Гундебада из Золотого города».
Я кивнул на место напротив себя:
– Садись, Лукан. Я кашаф торговца Амира. Сегодня ты работаешь только со мной.
Он сел и кивнул:
– Да, господин кашаф. Но мой день стоит тридцать медных дакат.
Я покачал головой:
– Нет, Лукан. Любой возница не стоит дороже двадцати. Никогда не пытайся обмануть того, кто в деньгах понимает больше, чем ты сам.
Я внимательно посмотрел на него: высокий и широкоплечий, от него точно было бы больше пользы в охране или на каменоломне.
Принесли еду, я кивнул Лукану, чтобы он не стеснялся и начинал есть. Впрочем, этот парень не особо стеснялся и принялся за еду, как только перед ним поставили тарелку.
– Лукан, – спросил я. – Почему твой хозяин послал тебя заниматься извозом? Мне кажется, ты мог бы принести ему больше денег на какой-нибудь другой работе.
Он тут же стал отвечать, разбрызгивая кашу изо рта.
– Я внебрачный сын Гундебада, мой господин. И он хочет сделать меня наследником. Но поставил условие: прежде чем командовать людьми, нужно научиться подчиняться самому.
Я кивнул и в упор посмотрел на него:
– Ты пытаешься обмануть меня второй раз, Лукан. Третьего не будет: ты получишь деньги за то, что отвёз меня ко дворцу Амира, и я найду себе другого возницу.
Лукан спокойно доел кашу и вылизал тарелку, после чего несколько мгновений внимательно смотрел на меня. Он не выглядел ни смущённым, ни озадаченным. Судя по всему, он просто раздумывал.
– Вы правы, мой господин, – спокойно сказал он, сыто рыгнув. – Никакой я ему не сын. Гундебад купил меня, позарившись на низкую цену, ведь на рынке я сказал, что умею читать и писать. А он как раз искал себе грамотного раба, чтобы писать историю его жизни. И всё получалось очень хорошо: он рассказывал, какой он замечательный и мудрый, а я черкал на пергаменте разные закорючки с умным видом. Сам он читать не умел, и жизнь у меня складывалась совсем неплохо: Гундебад купил мне хорошую одежду и кормил так, что щеки у меня обвисли, как у бойцовой собаки.
Но всё закончилось, когда он решил дать почитать мои каракули известному поэту. А тот, к сожалению, читать умел.
– И он в наказание послал тебя таскать повозку? – улыбнулся я.
– Да нет, – пожал плечами Лукан, – он приказал дать мне двадцать плетей. Но у меня с мажордомом наладились хорошие отношения, и бил он меня совсем не больно. А уж орал я так, что на Гундебада потом все соседи смотрели с упреком: наказывать раба можно, а вот истязать – нет! Короче, поставил он меня охранять ворота, но я познакомился с одной дамой в соседском доме, которая меня всегда кормила от души, когда я приходил. А есть я всегда хочу, – вздохнул Лукан и беспомощно развел руками. – Так что у ворот я бывал нечасто, и хозяину это здорово надоело.
Вот и отправил он меня заниматься извозом без содержания. В этот раз, правда, он был умнее: позвал писца и свой приказ оформил письменно, чтобы я не требовал от него еды. Каждый день я ему должен приносить три…, простите, господин кашаф, двадцать медных дакат, половину из них могу потратить на пропитание.
– Опять врешь? – нахмурился я. – Зачем твоему хозяину возиться с тобой из-за такой мелочи? Почему он тут же не продал тебя? Любой на его месте поступил бы именно так.
Лукан самодовольно улыбнулся:
– А меня никто не купит, господин кашаф. Тот самый поэт рассказал всем знакомым, как я дурачил Гундебада несколько месяцев. А поэта знают очень многие, так что над моим хозяином смеялся весь Золотой город. И продать он теперь меня не сможет никогда. Вот и вся история, мой господин.
– Нет, не вся, – покачал я головой. – Как ты стал рабом?
– Простите, господин кашаф, – Лукан нахально посмотрел на меня. – Но я совсем не наелся. Не закажите ли мне ещё каши? Очень вкусно её здесь готовят.
Я подозвал хозяйку и заказал две кружки эля.
– Ты меня всего этой кашей забрызгал, пока ел, – сказал я. – Выпей лучше свежего эля. И рассказывай, я жду.
Лукан вздохнул.
– Родился я в Асканаре, мой отец дворянин… простите, мой господин, – тут же поправился он, увидев, как я нахмурился. – Я и сам в это не очень верю, отец, возможно, что-то напутал. Работал я на конюшне графа Визеля, нашего сюзерена. Жили мы у реки, по которой проходит граница между странами. И законно попасть в Балингу можно только через пограничный мост. А законно-то нам зачем? Всем известно, что у балингийцев только одна проблема – куда деньги девать. У них их столько, что золото на дороге валяется, а у нас хлеб не каждый день на столе!