Яблони

I

Звонок в дверь нарушил тишину дома. От неожиданности Виктор вздрогнул. Звонок настойчиво повторился. Удивленный столь ранним визитом, молодой человек поспешил открыть дверь. На пороге стояла Алина. Ее темные волосы ниспадали на кожаную куртку, из-под челки выглядывали большие зеленые глаза. Легкий румянец выделял цвет губ. Светлые узкие джинсы и красная майка подчеркивали ее стройную фигурку. По трясущимся рукам было видно, что Алина нервничает.

– Они полетят? – взволнованно спросила она.

Виктор пропустил девушку в дом. Алина легко впорхнула, словно маленькая пташка, повернулась к Виктору и повторила свой вопрос:

– Они полетят?

– Да, – короткий ответ молодого человека привел Алину в неописуемый восторг. Ее улыбка стала еще шире, и она обняла Виктора.

– У них все получится! Я в это верю! Я не хочу верить в неудачу!

Виктор устало улыбнулся. Его брат Игорь был космонавтом. Экипаж под командованием Игоря должен был сегодня вылетать с Луны на Марс для выполнения очень ответственной миссии. Весь мир пристально следил за предстоящим полетом, но мало кто верил в удачу. Алина верила. Она всегда верила в успех космической отрасли.

Виктор знал Алину со школы. Она не была отличницей, но ее доброе сердце и мягкий характер выделяли ее на фоне других сверстников. Девушка умела радоваться самым простым вещам. В нынешнее время – это большая редкость. К концу семидесятых годов XXI века люди окончательно забыли о таких вещах. Виктор был отличником и всегда старался помогать Алине: сначала в учебе, потом в бытовых вопросах. Со временем они поняли, что обрели друг в друге родственные души. Их нежная любовь расцветала будто яблоня, – медленно и красиво. В школе Виктор играл в футбол, но травма не позволила ему связать свою жизнь со спортом, поэтому сейчас Виктор находился в поиске себя и зарабатывал на жизнь в мастерской летающих машин. Виктору нравилось возится с шестеренками и гаечками, но свое будущее он видел иначе.

Игорь был старше брата на два года и всегда хотел связать свою жизнь с космосом. Сначала он ночами изучал точные науки, потом работал ассистентом механика на космодроме. Однажды один космонавт заметил молодого семнадцатилетнего парня и предложил попробовать ему пройти отбор в отряд космонавтов. Спустя время Игорь совершил свой первый полет на Луну, где участвовал в дооснащении лунной базы «Night». Позднее он впервые ступил на Марс. Международный отряд космонавтов доставил на планету необходимое для жизнедеятельности людей оборудование. С того дня прошло не мало лет, но Марс до сих пор не покорился человеку.

Представители американской, африканской, австралийской и европейской космических держав постепенно перестали верить в возможность покорения Марса: оборудование жизнедеятельности людей постоянно выходило из строя, база подвергалась разрушениям со стороны смерчей и ураганов. Только в первые пять лет пребывания человека на Марсе больше двадцати раз проходила экстренная эвакуация космонавтов с планеты, и четырнадцать раз – плановая. Несколько раз отряды отказывались подчиняться приказам эвакуироваться, желая тем самым доказать, что во время марсианских смерчей человек может выжить, но всех ждал печальный конец. Люди погибали или пропадали без вести. Смерчи были настолько сильными, что людей в легких скафандрах выбрасывало за пределы планеты и они пропадали в безвестном космическом пространстве. Теперь Марс звался не «красной», а «кровавой» планетой. Международное космическое сообщество разжигало жаркие споры по поводу Марса на самом высоком уровне, простые же люди стали смеяться над бесконечными попытками покорения космоса.

И только русские люди верили. На одном из заседаний Генеральной ассамблеи ООН российский президент в период жаркой дискуссии заявил, что на Марсе будут цвести яблони. Это заявление было встречено общим смехом, но российское государство привыкло выполнять обещания. Руководство страны четко дало понять – живые деревья на Марсе – последний шанс на покорение «кровавой» планеты и дальнего космоса.

Аромат крепкого кофе наполнил дом. Виктор разлил напиток в чашки и протянул Алине пирожное. Девушка вспомнила, как в Национальном институте флоры и фауны она вместе с мамой и бабушкой долго и кропотливо выводила селекционный вид яблонь. Их испытывали на выносливость, подвергая искусственно созданным климатическим изменениям. Зарождение будущих космических яблонь заняло ни много ни мало десять лет, хотя страна считалась самой передовой в вопросах биологии и физики. Саженцы, которые отряд Игоря повез в комическое пространство еще не имели названия. Их выкопали сразу после завершения четвертой стадии испытаний, даже не дождавшись официального отчета. Последняя стадия испытаний – их цветение на Марсе.

– Мне страшно, – вдруг тихо сказала Алина.

Виктор вопросительно посмотрел на девушку. Улыбка исчезла с ее лица и волнение все больше захватывало Алину. Сколько труда и сколько души было вложено этой хрупкой девочкой в простую яблоньку только для того, чтобы у людей было будущее, космическое будущее.

– Я боюсь за Игоря и ребят, – слезинка скатилась по щеке Алины, стирая аккуратный румянец. – И за яблоньки. Они еще такие маленькие и хрупкие. Последние испытания были слишком ускорены. Мы не знаем, выдержат ли стволы порывы ветра свыше 150 метров в секунду и удержит ли почва их плотные корни.

– Вы проделали огромную работу, Алина, и сделали все, что могли. То, что стали торопить с испытаниями, – это плохо. Но я верь в Игоря, ты же знаешь: для него эта миссия имеет особое значение.

В ответ Алина тяжело вздохнула.

II

Игорь шел по космодрому «Восточный-2». Высокий мускулистый мужчина держался прямо и уверенно. Скафандр не был тяжелый и не стеснял движений. Шоколадного оттенка волосы слегка спадали на лоб. В глазах богатого синего цвета отражалась Земля. Игорь ничем не выдавал своих тяжелых мыслей. Последний полет. Эти слова больно резали сердце мужчины. И снова на Марс.

Игорь не любил эту планету. От смерчей и ураганов там погибли два его лучших друга и многие невинные ребята.

– «Зачем человеку космос?» – подумал он и усмехнулся. Еще несколько лет назад он испугался бы подобного вопроса. Сегодня он снова и снова задает себе его. За ним шел экипаж из четырех человек: американец Джон Томсон, африканец Бомани, австриец Мозес Шмидт и представитель австралийского континента Конрад Смит. Все были примерно одного телосложения, их отличали только характерные национальные признаки. Мозес и Бомани несли огромный железный ящик с саженцами.

Неделю назад экипаж стартовал с космодрома «Восточный» на космическом корабле «Гагарин» и благополучно достиг лунной базы «Night». Уже через тридцать часов они будут на Марсе. От этой мысли по телу Игоря пробежала дрожь.

– Командир, мы готовы, – Мозес прервал мысли Игоря. На его лице читалась грусть. Всей команде было не по себе от полученного задания.

– По местам! – скомандовал командир и еще раз посмотрел на Землю. – Ничего. Это последний полет. Дальше буду работать на Земле.

Его давно звали в Цент управления полетами. И Игорь согласился. Мужчина уже готов был готов забрать документы из Центра подготовки космонавтов, но получил особое задание: его экипаж должен был высадить на Марсе яблони.

– «Какой абсурд, – продолжал свои размышления Игорь во время полета. – Людей выносило с планеты порывами ветра, как же там могут выжить хрупкие яблоньки? Бедная Алина. Ее семья столько трудилась, а результат их работы отправляют на погибель. Хорошая девушка – Алина… Немного теряется в своих мечтах, но, может, это ее достоинство. Вите повезло с девушкой. Он всегда был застенчив и стеснителен, поэтому их отношения развиваются медленно. Алина все понимает и ждет. И она дождется».

С этими мыслями Игорь уснул на борту космического корабля «Гагарин», который с каждой минутой приближал его экипаж к «кровавой» планете.

В это время Виктор и Алина приехали в Центр управления полетами. Вместе с Главной оперативной группой управления они будут следить за миссией на Марс. Виктору разрешили присутствовать, потому что он брат Игоря, а Алина должна была консультировать экипаж по вопросу высадки саженцев. На КПП их встречал генерал Вахтин – пожилой седовласый мужчина, немного сутулый от прожитых лет, но сохранивший стать. В свое время он летал вместе с отцом Игоря и Виктора на Луну и участвовал в создании лунной базы «Night». Несмотря на напряженность ситуации, генерал старался сохранять улыбку на лице.

– Здравствуйте, дядя Сережа, – поприветствовал генерала Виктор. – Они уже летят?

– Добрый день, молодые люди. Да, полет проходит штатно. Через три с половиной часа они будут на Марсе. Проходите.

– Сергей Анатольевич, а саженцы на борту? – неуверенно спросила Алина.

– Да, в том же ящике. Экипаж отчитался, что все датчики жизнедеятельности работают в норме.

Генерал проводил Виктора и Алину в комнату ожидания. Несколько небольших формальностей и молодых людей разместили в углу зала, откуда они могли следить за происходящим.

Напряжение в воздухе нарастало. Генерал принес кофе.

– Не могу поверить, что Игорь завершает полеты – сказал Вахтин и откинулся на спинку кресла – ему можно еще летать и летать.

– Вы же знаете, дядя Сережа, – ответил Виктор и отпил кофе, – Толик и Яков были нам как родные. Мы вместе росли во дворе.

– Да, трагично сложилась судьба парней, – тяжело вздохнул генерал, – но они знали, на что шли. Им разрешили эвакуацию, они пренебрегли приказом.

– Они верили, что на Марсе можно жить, – опустив глаза, сказала Алина, – и они знали, что Марс – единственный ключ в открытый космос.

Вахтин улыбнулся своей теплой улыбкой.

– Вот уже больше ста лет человека тянет в космос. Когда Юрий Гагарин впервые облетел Землю и вернулся, все человечество загорелось идеей покорить космическое пространство. Потом были «МИР», Международная космическая станция, национальные космические станции, потом мы с отцом Виктора и Игоря, и другими ребятами построили лунную базу «Night». И Луна покорилась нам. Может потому, что она – естественный спутник Земли. А вот дальше космос нас уже не пускает. В общей сложности сто сорок человек погибли на марсианской станции «Красная заря». Может, нам и не стоит туда соваться…

– Вы говорите как Игорь, дядя Сережа, – заметил Виктор.

– Да. Все потому, что многое повидал. Хотя человеку и стало тесно на Земле, еще не до конца освоена Луна. Мы создали там все условия для существования людей. Мы научились добывать из нее природные ресурсы – железо, грунт, медь. Сегодня целыми семьями улетают на Луну. Сейчас заканчивается строительство школы и второго корпуса госпиталя, скоро начнется строительство второго гипермаркета. Инженеры, учителя, строители уезжают туда на постоянное место жительство. Врачи успешнее проводят тяжелые операции именно на Луне, а не на Земле. Но, опять же, повторюсь – Луна часть Земли, ее спутник. Она не могла нам не покориться. Все, что находится дальше явно не хочет принимать человека.

– Да, – согласилась Алина. – На Луне достаточно быстро научились сажать деревья и цветы. Нашими химиками были разработаны специальные удобрения, размягчающие твердую почву Луны. И почва, и грунт оказались ничуть не хуже, чем у нас.

– Да и климат там немногим отличается от нашего. Вы с отцом установили на Луне генераторы кислорода, теперь там созданы почти земные условия жизни. А вот с Марсом дело другое. С такими песчаными бурями и смерчами люди еще не встречались.

– Твоя правда, мой мальчик, – снова вздохнул генерал. – Метеорологи разводят руками, а природу этих явлений понять не могут.

– Но ведь люди уже три-четыре десятилетия успешно предсказывают их рождение и с помощью влияния на биосферу меняют их направление и силу, – заметила Алина. – Почему нельзя сделать тоже самое на Марсе?

– Команда американских ученых не раз отправляла экспедиции на Марс, – напомнил Вахтин. – В последний раз вернулся только один член экспедиции, и тот был не в своем уме. Он безостановочно повторял про искусственный интеллект и внеземную расу и умер, когда попытался выпрыгнуть из окна лечебницы. Никто в правдивость его слов не поверил.

– А Вы верите во внеземную цивилизацию, Анатолий Борисович? – с интересом спросила Алина.

Вахтин громко рассмеялся:

– Человек изучает космос больше века, Алина, и никакой посторонней жизни обнаружено не было. Давно научно доказано: мы одни во Вселенной.

Молодой высокий лейтенант прервал беседу:

– Товарищ генерал, космический корабль «Гагарин» штатно приземлился на марсианском космодроме «Восточный – 3».

III

Игорь первым ступил на марсианскую поверхность. Последний раз люди здесь были год назад. К счастью, оборудование осталось работать в автономном режиме, поэтому минимальный объем кислорода здесь был.

На выполнение задания было отведено сорок восемь часов, но метеорологи прогнозировали изменение погоды, поэтому экипаж принял решение не задерживаться. По приказу командира, Джон и Бомани стали выгружать оборудование, необходимое для рассадки деревьев, Мозес и Конрад отправились на разведку. Игорь вошел в штаб.

Здесь было тихо, мигал аварийный свет. Игорь зажег основное освещение и осмотрел оборудование. Оно было далеко не в рабочем состоянии. Битые панели, стекла, обшарпанные стены и пыль – все это результат необъяснимых природных явлений на Марсе.

Игорь представил, как его друзья боролись со стихией. Их сердца горели космосом, им хотелось дальше, в бескрайние потоки звездного неба. Они пренебрегли приказом и погибли как герои. Как непризнанные герои. Командование сочло их риск не оправданным. Ком застрял у Игоря в горле.

– «Надо скорее с этим кончать», – подумал командир и почти выбежал из здания штаба.

Бомани доложил, что в окрестностях все спокойно, Джон Томсон – о том, что система метеооповещения в норме.

– Если начнется смерч, мы должны будем немедленно покинуть планету и переждать в космосе, – сказал Игорь. – Я не хочу, чтобы мы здесь погибли.

– Прости, командир, – забеспокоился Конрад, – а командование в курсе данной позиции?

– Это было мое условие полета, – строго ответил Игорь, – так что будьте спокойны. Я уполномочен принимать решения по ситуации и понесу за них ответственность. Терять времени не будем. Берем оборудование и идем в назначенный квадрат.

Члены экипажа бодро зашагали за своим командиром. Во всём международном сообществе Игорь славился способностью отстаивать права людей перед командованием, за что его иногда по-дружески называли «Элита».

В пятнадцати километрах от здания штаба располагалась небольшая холмистая местность. Именно здесь, в квадрате сорок, необходимо было посадить саженцы яблонь. Среди инвентаря и поливочного оборудования была специальная машина «Конь XP».

Машину «Конь» ученые со всего света разрабатывали совместно. Она забирала имеющийся воздух, перерабатывала ее и выделяла воздушную энергию, позволяющую форсировать обмен жизнедеятельности растений, тем самым ускоряя рост деревьев и цветов. Когда растение достигало молодого возраста, «Конь» автоматически снижал подаваемые потоки энергии, направляя ее уже не на активный рост, а лишь на поддержание работоспособности. С помощью такой машины достаточно быстро восстанавливали леса после вырубки, практически не оставаясь у Земли в долгу.

Специально для этой миссии российские ученые усовершенствовали машину «Конь» с учетом особенностей Марса и назвали ее «Конь XP». Она должна была не только сократить пребывание экипажа на «кровавой» планете, но и увеличить шансы на успех.

Пока Бомани и Конрад умело перекапывали грунт, размягчая его специальными удобрениями, а Джон подсыпал им землю, Игорь и Мозес приступили к монтажу машины. Каждый член экипажа время от времени тяжело вздыхал, и с тревогой поглядывал на систему метеооповещения. Работа продвигалась медленно – сказывался тяжелый воздух.

Через несколько часов площадка для посадки яблонь была полностью готова. Игорь вышел на связь:

– Земля, Земля, это Марс, прием, прием.

– Марс, это Земля, слышим вас, – ответил генерал Вахтин. – Докладывайте!

– Мы готовы к посадке деревьев, товарищ генерал.

– Молодцы, ребята. На связи консультант от Национального института флоры и фауны Алина Валерьевна Ясенева.

– Приветствую вас, коллеги – Алина несколько робела, но голос у нее был тверд. – Прежде чем открыть контейнер, необходимо отключить систему жизнеобеспечения…

Алина четко консультировала экипаж по работе с контейнером, Виктор стоял рядом и каждый раз, когда слышал голос брата, вздрагивал. Он боялся, что любое слово может стать для Игоря последним. У них с братом давно никого не осталось, и тем сильнее они дорожили друг другом. Когда Игорю приказали лететь на Марс, он поставил условие, что возвращение экипажа живым – приоритет в данном задании. Поскольку экипаж Игоря – единственный, кто имел большой и военный опыт работы в тяжелых галактических условиях, с ним вынуждены были согласиться. Игорь обещал Виктору, что вернется и больше не будет никаких полетов. И Виктору ничего не оставалось, как молиться и верить, что будет именно так. Но странное предчувствие гложило его накануне, поэтому он был уставшим, когда рано утром Алина приехала к нему.

Девушка тоже чувствовала что-то плохое, но старалась не подавать виду. Она понимала, что должна быть сильной для Виктора. Она спокойно и четко проговаривала все необходимые действия экипажа.

Голос Алины успокаивал космонавтов. Они аккуратно отключили оборудование на контейнере и открыли его. Увиденное удивило экипаж. Два изящных и тонких ствола лежали рядом. Маленькими веточками они соприкасались друг с другом. Среди суровой и безжизненной поверхности Марса эти хрупкие создания были обречены на погибель. У экипажа сжалось сердце. Мужчины разных национальностей и разного менталитета, за плечами которых больше двух десятков полетов в тяжелых условиях, сникли перед красотой яблоневых саженец. Бомани не смог сдержать слез. Земля уже дважды просила подтвердить наличие связи, но у экипажа не было сил ответить. Незнакомая доселе беспомощность овладела космонавтами.

В зале повисла тишина. Алина слышала, как у Виктора бьется сердце. Она осторожно взяла его холодную руку и прикусила губу.

– Марс, прием, как слышите, прием – повторял генерал Вахтин. Испарина выступила на его лбу. Он нервно вытер пот, вызывая экипаж на связь.

Наконец Игорь взял себя в руки.

– Земля – это Марс, прием. Слышу вас хорошо. Прошу подтвердить необходимость высаживания деревьев.

– Вы там что, с ума сошли, Игорь?! – сорвался генерал. – Приказано посадить, так сажайте! Что за вопросы?

Виктор и Алина удивленно переглянулись.

– В таком случае готовы приступить к посадке – ответил Игорь.

Виктору показалось, что голос Игоря звучал обреченно. Алина была удивлена не меньше, но начала догадываться, почему был задан такой вопрос. Она продолжила консультацию по высадке саженцев и вспомнила красоту и невинность молодых яблонь и то, как ее мама с любовью обращалась к ним, называя «Алина» и «Витюша».

Девушка как-то спросила маму, почему она их так называет, и та ей ответила, что эти саженцы очень напоминают ей ее дочку и мальчика Витю. После того, как саженцы увезли на космодром «Восточный», мама Алины проплакала всю ночь.

По прошествии еще пары часов саженцы яблонь были посажены в почве планеты Марс и экипаж отправился на космический корабль ужинать. Настроения не было никакого, поэтому ели молча. Через двенадцать часов экипаж должен был проверить как работает оборудование и прижились ли саженцы, и, если все в порядке, отправиться домой – сначала на лунную базу «Night», а после уже на Землю. Игорь назначил дежурных.

– Джон – ты первый. Через два часа пятнадцать минут тебя сменит Бомани, после дежурить буду я. Остальные пока отдыхают. Но будьте готовы к тому, что в любой момент мы должны унести отсюда ноги.

На Земле генерал Вахтин, Алина и Виктор отправились в комнаты отдыха, но какое-то тяжелое чувство было на душе у всех членов Главной оперативной группы управления. Никому так и не удалось уснуть.

IV

Экипаж космического корабля «Гагарин» был поднят по тревоге через три часа. Сработала система метеооповещения. В иллюминатор команда увидела огромное красное облако пыли. Поднимаясь от поверхности планеты восходящими потоками к верху, пыль вертелась на большой скорости, закручиваясь в смерчи.

– Взлетаем! – скомандовал Игорь, но экипажу не нужен был приказ. Зажигание в корабле уже было включено, космонавты пристегнуты на своих местах. Начался обратный отчет от десяти. Смерчи росли на глазах, впитывая в себя все больше и больше пыли. Им оставалось не больше тринадцати метров до саженец. Сначала они будто застыли на месте, потом принялись кружиться вокруг холма с деревьями. До старта оставалось 5 секунд, когда смерчи внезапно рванули вперед к кораблю. Казалось, ими движет какая-то невидимая сила. «Гагарин» оторвался от поверхности в тот момент, когда один из смерчей достиг его. Корабль закружило с неимоверной силой. Игорь взял ручное управление. Бомани не удержался в кресле, его ремень отстегнулся, и он отлетел к стене. Космонавты увидели, как их товарищ ударился головой и потерял сознание. Игорь оскалился от злости и сильнее потянул руль на себя. Корабль резко набрал скорость и отлетел от Марса на безопасное расстояние. Командир включил автопилот и посмотрел в иллюминатор. С высоты десяти тысяч километров было видно, как планету закрыло плотное облако пыли. Джон и Мозес привели Бомани в сознание. У него было небольшое сотрясение мозга и пара ссадин на лбу.

– Эй, брат, легко отделался, – заметил Конрад.

– Это точно, – через силу улыбнулся Бомани.

Экипаж облегченно вздохнул. Игорь доложил о ситуации на Землю. Был получен приказ оставаться на безопасном расстоянии от Марса и докладывать об изменении ситуации. Необходимо было убедиться в том, что яблони уцелели.

Генерал Вахтин зашел в комнату отдыха явно понурый.

– Дядя Сережа, что случилось? – спросил Виктор, вскакивая с дивана. Алина смотрела на него полусонными глазами.

– На Марсе начались смерчи. Команда успела улететь оттуда. Игорь доложил, что смерчи вели себя нехарактерно. Они будто кружились вокруг деревьев. Экипажу приказано ожидать, когда стихия успокоится.

Алина вскрикнула. Ее глаза были полны ужаса.

– Дядя Сережа, продлите нам пропуск на пребывание в Центре, – взмолился Виктор.

Генерал молча вышел из комнаты. Молодой человек бросился успокаивать девушку. Сердце у него колотилось.

О случившемся тут же было доложено президенту. Он лично прибыл в Центр управления полетами, вызвав при этом метеорологов. «Гагарин» был единственным кораблем за последние годы, который не только уцелел, но и сумел записать на бортовые камеры это таинственное явление. Генерал спросил у президента разрешение для Виктора и Алины присутствовать на заседании. Президент помнил заслуги отца Виктора и дал разрешение.

Камеры зафиксировали начало песчаной бури еще до того, как сработала система метеооповещения. Сначала вдали возникло что-то вроде туманной дымки. Потом она стала темнеть и увеличиваться, постепенно принимая форму карусели. По мере того, как пыль поднималась с поверхности Марса все больше и больше, закручивались вихри и приобретали форму смерчей. Когда они достигли расстояния ста метров от саженцев, сработала система оповещения. Зрителей удивило то, что смерчи не поглотили яблони, а кружились вокруг холма, будто натолкнулись на невидимое препятствие, а потом резко полетели по направлению к кораблю. Сомнений не оставалось: на смерчи может оказывать влияние некая третья сила. Кому-то из присутствующих вспомнился сошедший с ума космонавт. Президент дал приказ доставить в Центр главного врача психоневрологической клиники с документами на пациента.

Все это время экипаж «Гагарина» продолжал снимать происходящее на Марсе и передавать картинку на Землю. Виктор и Алина не без интереса наблюдали по мониторам за страшным явлением и задавались вопросом: что же сейчас происходит с деревьями?

Доктор приехал достаточно быстро. В свое время история погибшего экипажа и сошедшего с ума космонавта вызвала серьезный общественный резонанс. Поскольку борьба за покорение Марса продолжалась, доктор ждал, что может потребоваться его помощь. Молодой лейтенант ввел врача в зал Главной оперативной группы управления. Это был невысокий полноватый мужчина, в белом халате, чуть прикрывающем колени. Вид у него был серьезный, хотя в городе все знали, что он очень добродушный человек.

– Рассказывайте, доктор. – повелительным тоном сказал президент.