Несгибаемый

Глава 3

И все же параллельный мир

Нет, с этим срочно нужно что-то делать. С такими ночевками и богу душу отдать недолго. Когда Петр в первый раз забрался в эти кусты, то вырубился, практически ничего не замечая. Устал, да и нервное напряжение сказалось. А вот теперь… Петра колотило так, что зуб на зуб не попадал. Надо было все же выбраться за город. Там бы развел костер, и тогда можно было бы согреться. Вот только побоялся он покидать пределы города. Кто его знает, какого зверя там повстречаешь. Тайга же вокруг, не парк культуры и отдыха. Вот и остановил свой выбор на летнем саде.

Да еще и желудок предательски заурчал, требуя еды. Нет, не так. Сейчас он откровенно хочет жрать. А ведь еще совсем рано. Взглянул на добытые часы. Ну да, только половина шестого. Сомнительно, чтобы хоть какая-то забегаловка начала работать раньше девяти. Там же клиенты куролесят чуть ли не до рассвета. И лоточники на базаре раньше вряд ли появятся. Пирожки – они хороши, пока горячие, как говорится, с пылу с жару, а народ на рынок подходит уже позавтракавший. Так что с раннего утра там делать нечего.

Решив не думать о еде и не травить душу, Петр принялся делать зарядку. Вообще-то он этим никогда не грешил. Нет, спортом, безусловно, занимался и разминку перед началом тренировок делал. Они с ребятами самостоятельно изучали рукопашный бой по одной затертой книжонке и по роликам из Интернета. Поначалу-то роликов этих было мало, но постепенно появлялось все больше. Туфта, ясное дело. Серьезным бойцом так не стать. Но Петру вполне хватало, как и его оппонентам. А вот именно зарядкой не страдал. Проснулся, потянулся, умылся, и ладно.

С холодом справился, а вот что делать с желудком, совершенно непонятно. Тот вовсю выводил рулады и даже побаливал. А тут и попить нечего. Хм. А ведь вроде на улицах видел водяные колонки. И одна из них – у крытых торговых рядов. Вода – это, конечно, не еда, но на какое-то время обмануть желудок вполне возможно.

Пока шел в сторону рынка, решил подсчитать свою добычу. В том, что у него в руках именно деньги, Петр убедился еще ночью. А вот с номиналом купюр и монет разбираться не стал. Смысла не было. Итак, у него в руках оказались три банкноты по одному рублю, две трехрублевые и по одной в пять и десять рублей. Всего двадцать четыре рубля. Монетами насчитал десять рублей золотым червонцем, серебром два рубля семьдесят пять копеек и медью еще двадцать копеек.

Если судить по прочитанному в книжках по альтернативной истории, оказавшийся у Петра капитал в тридцать шесть рублей девяносто пять копеек – весьма серьезные деньги. Он пока не знал, на что их может хватить, но отчего-то был уверен, что тут вполне достаточно, чтобы одеться с ног до головы и прожить около месяца, не испытывая особой нужды. В смысле голода, само собой.

Но для человека, привыкшего гульнуть, это деньги небольшие. Кабаки да бабы вообще высасывают их, подобно мощному пылесосу. Казалось бы, только вчера твои карманы были туго набиты купюрами, а уже сегодня там гуляет ветер. Поэтому ничего удивительного в том, что тот щуплый отправился на дело. Оно, конечно, это мог быть какой-нибудь злопамятный крестник следователя. Потому как вот так запросто напасть на полицейского… Но с другой стороны, поди в темноте определи, кто перед тобой, простой чиновник или следователь.

На рынок Петр так и не попал. Отпала нужда ввиду замеченного на пути питьевого фонтанчика. Залив желудок водой и заставив его присмиреть, Петр решил вернуться к уже знакомым кустам. Холод отступил, солнце постепенно поднималось и даже начало пригревать. Ну а раз так, то можно попробовать уснуть по второму кругу.

Как ни странно, но, устроившись на солнышке, уснул Петр довольно быстро. Мало того, еще и хорошо так поспал. Сам не подгадывал, но вышло удачно. Когда укладывался, лежал на солнышке, а с течением времени оказался в тени. Так что и тепло, и не припекает. Проснулся в девять отдохнувшим и полным сил. Разве что обиженный на обман желудок заявил о себе пуще прежнего.

С этой проблемой Петр разобрался довольно быстро. Стоило только дойти до рынка и купить у одной торговки пирожки с капустой. И что-то ему подсказывало, что, отдав за пять пирожков пять копеек, он здорово переплатил. Впрочем, чему тут удивляться. На рынках да при дороге всегда все дорого. Нормальное, в общем-то, явление.

Здесь его внешний облик ни у кого не вызвал удивления. Лишь время от времени прохожие косились в его сторону. Ну да это нормально, потому что и одет необычно, и вид потасканный. Поэтому, едва утолив голод и запив завтрак водой из колонки, Петр тут же направился в лавку покупать себе местную одежду.

Идти далеко не пришлось. Лавка обнаружилась на углу площади и Воскресенской улицы. С выбором также проблем не возникло. Купил штаны, рубаху, пиджак, картуз, яловые сапоги, портянки и нательное белье, отдав за все двадцать два рубля. Можно было сэкономить рубля три, прикупив вместо сапог ботинки. Но, памятуя о местных хлябях, Петр решил все же остановиться на сапогах.

Н-да-а. Вот тебе и «солидная сумма». Хотя… Четырнадцать рублей – это все же немало. И голод Петру точно не грозит. Но это только пока. И если не учитывать того, что жить ему негде. Словом, Петр пока решил лишь одну проблему. Обзавелся одеждой. Да и то единственным комплектом. Переодеться ему не во что. Но, по крайней мере, теперь без опаски можно осмотреться.

Из лавки вышел уже полностью преобразившимся, неся свою прежнюю одежду завернутой в бумагу. От нее лучше бы избавиться, вот только Петр пока не решил как. Почему? Да потому, что она ему не нужна. И потом, местные штаны куда удобнее, чем прибывшие с ним из будущего. Вот как хотите, так и понимайте.

Проходя мимо лавки с канцелярскими товарами, решил заглянуть и в нее. Надо же упражняться в письме. Конечно, носить с собой портфель Петр не собирался. Тем более что они оказались до неприличия дорогими. Но в пиджаке имелся внутренний карман, где вполне поместится, к примеру, записная книжка. С ручками тут скорее всего полный швах, перьевые самописки будут слишком дороги, а носить чернильницу и перо крайне неудобно. Но ведь есть же карандаши. С Петра и этого более чем достаточно.

Искомое обнаружилось сразу же, стоило только сказать лавочнику, что именно его интересует. Перекидной блокнот среднего размера, причем с твердыми корочками, идеально помещался во внутреннем кармане, там же уместились пара карандашей и стерка. Перочинный ножик угнездился в боковом кармане. А финансы Петра подтаяли еще на целый рубль.

Ч-черт, если так дело пойдет дальше, придется выходить на большую дорогу. А это дело такое, что не всегда получается и деньгами разжиться, и закон не преступить. Ну почти. Это же дело случая, причем весьма и весьма редкого. Уникального, можно сказать.

Петр уже собирался выходить из лавки, когда его взгляд скользнул по висящей на стене карте. Учебное пособие, не иначе. Разве только не на всю доску. Но у них в школе и такие были. Н-да. Такие, да не такие. Петр сразу и не понял, с чего это вдруг решил вернуть взгляд на эту карту. Ничего особенного, карта Восточного и Западного полушарий. Обычное дело. Если только не обращать внимания на то, что Камчатка отделена от Чукотки проливом и является большим островом. А еще Северная и Южная Америки не соединены между собой. Вместо этого перешейка имеется большой остров, превосходящий своими размерами Кубу. Южный материк имеет название Колумбия. А вот северный носит имя Америка.

Это самые яркие отличия, бросившиеся в глаза Петру. Со всеми остальными, если они есть, нужно разбираться уже более детально. Но даже это говорило о том, что никакое это не прошлое, а самый что ни на есть параллельный мир. Нет, по сути своей это, само собой, прошлое, но только альтернативное.

– Простите, а календари у вас есть? – не выдержав, вернулся к прилавку Петр.

– Какие вас интересуют? Перекидные, отрывные, плакат или карточка.

– Карточка. Только на этот год.

– Разумеется. Кому нужны прошлогодние календари. Пожалуйте.

Лавочник выложил перед Петром четыре карточки с видами Москвы, Петрограда, Царского Села и Петергофа. Петру было без разницы, какой у него будет календарь, поэтому он взял Спасскую башню со знаменитыми курантами и… увенчанную двуглавым орлом. Отдал пять копеек и, перевернув, глянул на год. Одна тысяча девятьсот двадцать первый. Мило.

Попрощался и вышел на улицу, где буквально впал в ступор. Ненадолго, но все же. Мимо лавки как раз проходили трое солдат, похоже, из местного гарнизона и в настоящий момент в увольнительной. Примерно ровесники Петра, не первого года службы. Послуживших видно сразу и по манере держаться, и по ладно сидящему, аккуратно подогнанному обмундированию. Молодцеватого вида парни вышагивали в буденовках с вышитыми двуглавыми орлами вместо больших звезд.

Все. Как бы его ни припекало желание определиться с будущим житьем, это нужно отложить на потом. А для начала не мешает разобраться, куда он вообще попал и что это за мир. Двадцать первый год с императором на троне, двуглавые орлы на буденовках. А еще неоконченная Транссибирская магистраль. Это Петр краем уха услышал на базаре, тогда он ведь не знал, какой нынче год.

– Барышни, извините, пожалуйста. Как мне пройти в городскую библиотеку? – обратился Петр к девчушкам лет шестнадцати.

Ну должна же в городе таковая быть. Не может не быть. А ему для сбора информации библиотека подойдет лучше всего. Петр рассчитывал найти там и школьный учебник по истории, и подшивки газет. Из этих источников можно получить вполне достоверные сведения. Нет, понятно, что перекосы всегда будут в пользу того, кто пишет историю. Но кто сказал, что те крохи исторических данных, известные Петру о его мире, являются истиной? У каждого своя правда.

К примеру, если послушать тех же американцев, то получается, что с фашизмом справились именно они. При незначительной помощи других стран. Да что там, если бы у них не мешались под ногами… И ведь им верят. Что самое паршивое, среди «верящих» хватает потомков тех, кто переломил хребет фашистской Германии. Нет, ходить и размахивать флагами с криками: «Мы победили» – может, и лишнее. Но забывать о делах дедов – последнее свинство…

Девушки с сомнением посмотрели на мужчину, одетого явно по-простому, хотя и прилично. Но потом одна из них, очевидно, решила, что он выглядит все же достаточно прилично, чтобы его пустили в храм знаний, и пояснила:

– Пройдете Базарную площадь, потом еще три квартала, повернете направо, в Почтовый переулок. Пойдете по правой стороне и примерно посредине увидите двухэтажное каменное здание. В нем и находится библиотека.

– Благодарю, барышни.

Эка как легко у него срывается это «барышни». Впрочем, девчата были уже в самом соку, а потому Петр их и панночками назвал бы, ничуть не поморщившись. Разве только облизнулся бы, как кот на сметану. Н-да. Лучше бы не надо. Оно пока не помешало бы ходить бочком да поглядывать по сторонам, чтобы, ни приведи господь, чего не учудить.

Не сказать, что Базарная площадь успела просохнуть, но народ протоптал дорожки, поэтому ее проскочил, не замарав сапог. Прогулялся по Воскресенской. Проходя мимо места ночного происшествия, невольно начал осматриваться вокруг, толком не зная, что он хочет найти.

Подъехал большой грузовик. Петр обратил внимание на то, что уж этот-то точно потребляет уголек. Из квадратной кабины торчала труба дымохода, из которой валил черный дым. Кстати, кабина чем-то похожа на таковую у ГАЗ-66. Разве только попросторнее, да на морде красуется знакомый знак и надпись «Мерседес». И похоже, что котел располагается внутри ее. Ну и жарко же там, наверное! Но зато никакой гужевой повозке с ним не сравниться. Судя по объему кузова, грузоподъемность тонн шесть.

Проскочив перед кучами гравия, водитель вырулил, сдал назад и высыпал очередную кучу. Вот так. Еще и самосвал. Кстати, это далеко не первый рейс за сегодня. Петр помнил, что вчера куч было четыре или пять. А тут уже десяток. У катка с бульдозером никого не видно. Ну да оно и понятно, для них тут пока объема работ нет. Вот навозят гравия, тогда и они в дело вступят.

Библиотеку нашел быстро. Девчушка все четко объяснила. Иное дело, что она ошиблась. Петр оказался здесь персоной нон грата. Нет, его внешний вид тут вовсе ни при чем. Просто библиотекарь потребовала от него документ, удостоверяющий личность, а иначе она отказывалась пускать его в святая святых.

– Барышня, дорогая, но неужели нельзя ничего сделать? Ну не взял я сегодня документ, не знал, что тут он потребуется. А мне ведь и с собой ничего не надо. Всего и надо, что посидеть да почитать малость. Я же с пониманием. Вы хоть и не замужем, но у вас наверняка есть племяшки иль младшенькие братья с сестрами, а я бы вот им на гостинец. – Петр выложил перед девушкой рубль, изобразив самую открытую улыбку, на какую только был способен.

– За кого вы меня принимаете? – возмущенно зардевшись, пролепетала девушка.

Петр умел нравиться дамам, чего уж там. Поэтому тут же сменил тактику, изобразив глубочайшее раскаяние. Будь у них одинаковый статус, то он просто начал бы с ней флиртовать, и, никаких сомнений, дело было бы в шляпе. Но она из интеллигенции, он из рабочих, и его одеяние говорит об этом весьма красноречиво. А как тут обстоят дела с сословными различиями, ему пока неизвестно.

Но в любом случае симпатичный молодой человек, даже несмотря на легкую небритость, имеет все шансы затронуть сердечко незамужней особы. Как, впрочем, и замужней. Кто из нас не без греха, пусть и всего лишь в мыслях.

– Бога ради, извините. Просто… Ну вы же знаете, в наше время без посулов никуда. Вот я и… А мне очень надо.

– Я заметила, коль скоро на рубль не поскупились, – смилостивилась девушка. – А что так-то? Тяга к знаниям проснулась?

– Вот напрасно вы смеетесь, барышня. Учиться – оно ведь никогда не поздно. Но тут ситуация иная. Правоту свою товарищам доказать хочу или увидеть, в чем сам ошибаюсь. Понимаете? Я знать хочу, а не слухами кормиться.

Вот так, и почти не соврал, и девицу заинтересовал. А то как же, рабочий – и рвется к знаниям. Да тут ни один тилигент не выдержит, начнет помогать и способствовать. Если не от желания пособить, то для того, чтобы самоутвердиться хоть в своих же глазах. Вон он каков, не просто образован, но еще и несет луч света знаний в темную башку работяги.

– Вам только читальный зал, с собой ничего брать не будете? – уже с некоей долей заботы произнесла девушка.

– Нет. Ни клочка бумаги. Только читальный зал, – искренне заверил ее Петр.

– Уберите деньги. Пойдемте.

Девушка провела его к одному из дюжины столов с настольной лампой под зеленым абажуром и со стулом с высокой спинкой. Петр, кстати, видел такие в подвале детского дома. Они остались еще от советских времен. Надо же, сколько лет у Советов ничего не менялось.

– Что вас интересует?

– Мне бы школьный учебник по истории, такой, чтобы до наших дней. – А где еще можно быстренько пробежаться по истории, как не по страницам школьного учебника. – И подшивку «Ведомостей» за семнадцатый год, – добавил Петр, припомнив только эту газету.

– Как я понимаю, спор у вас с друзьями вышел относительно февральских событий?

Библиотекарша именно так и сказала – «февральских событий». Причем во всеуслышание, хотя в библиотеке в этот момент никого и не было. И ведь придала значение «Ведомостям», даже не упомянув учебник истории. Ой, вот только политики ему не хватало. Но с другой стороны, если Петр подыграет, то лояльность с ее стороны будет еще большей. И он не стал ее разочаровывать.

– Это так, барышня. Но меня и другие вопросы интересуют.

– Понимаю. Сейчас я вам все принесу.

– Благодарю вас, барышня, – нервно сглотнув, произнес Петр.

Да что же они тут все такие хорошенькие?! Может, чистая экология и здоровое питание, вон какие дамочки, просто кровь с молоком. Или это у него гормоны разгулялись на нервной почве. Очень даже вероятно. Такие похождения бесследно не проходят. А уж ему-то за последние сутки досталось так, что ни приведи господи…

Н-да. Ну, с Америкой – как он и предполагал. Южную открыл Колумб, в Северной отметился Америго Веспуччи. И Петр Великий тут очень даже имел место быть, с его закидонами и окончательным расколом православной церкви. Разве что, нужно отдать ему должное, он не просто создал флот, но и выпихнул русских моряков из Балтики. Он использовал зародившийся российский флот для лучшего освоения Дальнего Востока и Аляски. Впрочем, для этого и Белого моря вполне хватило бы, без выматывающей войны со Швецией. Но все же.

Правда, с освоением все одно что-то не заладилось. Берега Амура, Приморский край – еще более или менее. Но вот Чукотка, остров Камчатка и Аляска – откровенно слабо. На волне поражения в Крымской войне, опасаясь, что попросту не сможет удержать неосвоенные территории, Александр Второй решил продать Аляску американцам.

Наличие морского пути на Дальний Восток сыграло с Россией злую шутку. Потому что Транссибирскую магистраль начали строить только после поражения в войне с Японией. Планы строительства вынашивались уже давно, но в то же время всегда находились другие дыры. Опять же, благодаря морскому пути и рекам Амур и Аргунь дела на Дальнем Востоке обстояли не так уж плохо, чего не скажешь о Сибири.

Но надежды на морское сообщение не оправдали себя. Японские крейсеры и миноносцы хорошо покуражились в ту войну. А именно на них и сделал ставку адмирал Того. Японский адмирал с куда большим вниманием относился к военной мысли русского адмирала Макарова. Кстати, тот так же погиб при обороне Порт-Артура.