- -
- 100%
- +
– Привет, дорогая. Мы с тобой так давно не виделись, что у тебя появился поклонник? – пошутила я.
– Да какой поклонник! – недовольно фыркнула Кариатандина. – Был бы он поклонником, узнал бы мое настоящее имя, а не прислушивался к мальчишкам.
– Похоже, тебя это зацепило, – заметила я. – А может быть, на это и был расчет? Орландо на идиота не похож. Возможно, он решил так нетривиально подкатить к тебе, как считаешь?
Кариатандина на какое-то время задумалась, а потом решительно тряхнула головой:
– Нет, не думаю. Сама посуди, – рассуждала она. – За все годы, что я тут нахожусь, ни Анри, ни Орландо, ни другие молодые люди из их круга общения никогда не замечали меня. И я не такая уж дура, как обо мне думают наши воспитатели и учителя. – Она склонила голову и тихо-тихо, почти шепотом, произнесла. – Я ведь помню, что Феофания с ним ушла. А потом пропала… Я не хочу быть следующей.
– Кариатандина, не нагнетай. Полиция проверяла его. Он оказался не при чем…
Я видела, что девушка собралась отстаивать свою точку зрения, но вокруг было слишком много лишних ушей. На что я ей и намекнула, задев за руку и показав глазами на ребятню, сновавшую вокруг с украшениями для елки. Дети – самые идеальные шпионы. На них обычно мало обращают внимание. Считают, что они слишком маленькие, не понимают взрослых разговоров. Да, они не понимают смысла разговоров. Но очень хорошо их запоминают. А услышав что-либо схожее, могут выдать такое… Мата Хари отдыхает, наивная простота детей уделала супер- шпионку.
К счастью, Кариатандина поняла меня правильно. Я, вспомнив о подслушанном разговоре, хотела предупредить Дину о возможной опасности. Но эта блондинка не такая уж глупая кукла, какой кажется окружающим. А ведь ее ждет наследство от бабушки… Она как-то вечером разоткровенничалась со мной и Феофанией, тогда-то она и упомянула о бабушкином наследстве, которое ждет ее совершеннолетия. И она предлагала мне свою помощь с жильем. Только до ее выпуска из приюта еще почти месяц. «Может быть поэтому, – догадалась я, – господин директор и пошел мне навстречу, прикрывшись праздничными каникулами. А я то голову ломала…»
– Давай утром встретимся, после пробежки, погуляем на свежем воздухе, – предложила я.
– Ага, – усмехнулась она. – Только оденусь потеплее, ночью снег обещали. Ты бы тоже переносила свои пробежки в помещение. Можно ведь и в спортзале бегать, утром там пусто. Занимайся в свое удовольствие.
– Нет уж, на свежем воздухе полезней! – ответила я подруге. Хоть мы и не были так близки, как с бывшей соседкой по комнате. Ближе Коры у меня нет никого. Но и Кариатандину я могла назвать подругой, как и погибшую Феофанию. Мне ее так не хватает… И когда только полиция отыщет этого ужасного маньяка?!.
Перед глазами встала, как живая, Феофания. Высокая, стройная, с подтянутой фигурой она всегда привлекала внимание. Женщины всегда при встрече с ней выпрямляли спину и выпячивали грудь. Фофа была красавицей: высокая пышная грудь, крутые бедра, изящные кисти рук. И лицо запоминающееся: светлая кожа, но не обгорала на солнце, загар просто прилипал к ней; брови темные, но не черные, были такой идеальной формы, словно она корректировала их щипчиками; длинные густые черные ресницы выглядели нарощенными, но она не красила их тушью, стеснялась. Губы были бы не заметны на ее лице, если бы не были такими яркими. Аккуратный ротик привлекал взгляд, манил, так и хотелось проверить – помада или блеск на губах. Многие пытались «стереть» помаду с ее губ, начиная с наших воспитателей… Я улыбнулась, вспомнив один такой случай. Дина спросила:
– Чего это ты так мило улыбаешься? Стоишь тут вся такая загадочная, улыбаешься так задумчиво… Колись, чего вспомнила такого приятного?
– Да Фофу вспомнила, как ей «помаду» с губ впервые попытались стереть…
– А, помню-помню, как мадам Крейнце истерила тогда. Бедняга никак не хотела признать свою неправоту, – рассмеялась Дина. Ну, хоть злиться перестала, и то хорошо.
Дальше разговор пришлось прервать. Дети попросили помощи в украшении елки. Разве мы могли отказать малышам? Они ведь так верят в чудо, в Деда Мороза и Санта-Клауса. Это мы, старшие, выпускники, уже познакомились с суровым миром и не верим в сказки. Но детям сказки нужны, просто необходимы. А потому мы принялись украшать елочку, чтобы Дед Мороз не разочаровался. Потом крепили на стену носки для подарков Санты. С утра малыши будут печь на кухне пряничных человечков и украшать их. В приюте давняя традиция – в новогоднюю ночь оставлять на столике возле стены с носками большой стакан с молоком и горку пряничных человечков для Санта-Клауса. Если пряники понравятся Санте, то подарки будут хорошими. Дед Мороз оценивает нарядность елки. И если дети елку красиво украсили, то Снегурочка в подарок каждому наряжавшему, положит по сладкому сюрпризу, а Дед Мороз оставляет подарки под елкой для каждого ребенка – кому куклу, кому машинку, кому карандаши и краски. Все подарки красиво упакованы и подписаны. Дети тоже оставляют подарки друг для друга, делают их втайне друг от друга. А потом так радуются… Счастье, отражающееся на их лицах, наполняет душу таким теплом и радостью. Это дорогого стоит.
Не заметила, как в холле появился Анри. Зато он напомнил мне о подарках:
– Добрый вечер, красавицы! Все цветете и с каждым днем все больше расцветаете. – Он наклонился ко мне и прошептал на ушко. – Лили, дорогая моя подруга, а ты все к празднику подготовила? Ничего не забыла? – и он обвел взглядом елку и детей, что носились вокруг нее с украшениями и мишурой. Я хлопнула себя по лбу.
– Лили, что случилось? – заволновалась Дина.
– Да вот совсем я запамятовала, что завтра нам нужно будет отпрашиваться в город. По делам, – я указала рукой на носки на стене. – Неотложным.
– Я с тобой! – тут же вскинулась подруга. – И Кора собиралась с нами.
Анри недовольно поморщился. На мой недоумевающий взгляд он объяснил:
– В отсутствии директора за вашу безопасность отвечает отец. А он вряд ли отпустит вас в город, учитывая последние события, – он кивнул в мою сторону. Мы сразу поняли намек на недавнюю мою находку. – Так что не надейтесь пойти…
– Вот вечно ты набиваешь себе цену, – рассердилась я. – Мог бы попросить отца, чтобы он разрешил нам этот поход по магазинам. Мы бы смирились с сопровождением. Тебе и твоим друзьям он ведь доверяет? – спросила его об очевидном. Но увидев лицо Кариатандины, добавила, будто только что вспомнила. – Кстати, он не так давно позвал твоего друга Орландо к себе в кабинет.
– Дорогие дамы, – Анри склонился в шутливом поклоне, – прошу простить великодушно, но я просто вынужден покинуть ваше общество. Заодно постараюсь решить наш вопрос.
И он быстро удалился в сторону кабинета директора. Дина тут же накинулась на меня с упреками:
– Лили, ты зачем согласилась на конвой его друзей?! – зашипела она как заправская змея. – Орландо этот обязательно воспользуется случаем и попрется с нами. Это будет не прогулка, а каторга!..
– Дина, не шуми. Поговорим утром, в более приватной обстановке, – остудила я ее пыл. – В конце концов, нам еще не разрешили наш поход, так чего заранее волноваться? Но Кору надо будет предупредить заранее.
И я так мило улыбнулась, что Дина аж передернулась. Она называла это вот мое выражение лица «улыбкой крокодила».
Мы уже закончили с украшательством елки, отправили малышей по комнатам и собирались идти на свой этаж, когда появились господин попечитель с сыновьями. Господин Адамс был очень недоволен тем, что придется отпустить нас за покупками подарков, ведь некоторые вещи нельзя сделать своими руками. А дети ждут чуда, поэтому он вынужден был согласиться с нашим походом по магазинам. Но несколько раз напомнил об осторожности, внимательности и бдительности. Чтобы мы не отлучались от своих провожатых, всегда были в поле зрения друг друга, не забывали про маньяка.
– Господин попечитель, – спросила у него Кариатандина. – А разве днем нам что-то угрожает? Ведь маньяк орудует в темное время суток.
– Вот уж блондинка на всю голову, – рассердился тот. – Кто сказал, что маньяк похищает своих жертв ночью? Это тела он оставляет в темное время, а увести может в любой момент. У нас тут скоро проверка ожидается, и я вовсе не желаю неприятных разбирательств из-за беспечности глупых девиц!
Я поняла, что если мы еще о чем-нибудь спросим или поинтересуемся, то за покупками отправят других. И скорее всего мальчишек. А потому незаметно подмигнула Дине, намекая не упорствовать. К счастью, она поняла меня правильно. На прощание, господин Адамс добавил, что кроме Анри и Орландо с нами будут еще двое полицейских, которых он пришлет утром. Для нашей безопасности. Мы с Диной переглянулись, но молча склонили головы в знак того, что приняли информацию к сведению. Наших будущих сопровождающих, к моему огромному облегчению, он забрал с собой. Хотя парни и были не слишком-то этим довольны.
Мы вместе прошли до комнаты Коры, поговорили о предстоящей нам завтра прогулке и отправились по своим комнатам спать. С наставницей я решила поговорить завтра, после возвращения из магазинов. Если бы я знала…
Глава 7
Утренняя пробежка прошла не совсем так, как я предполагала: Анри вдруг воспылал любовью к спорту и решил составить мне компанию. Потому наш с Диной разговор пришлось отложить. Анри буквально всюду следовал за мной по пятам. Это не на шутку раздражало. В конце концов я не выдержала и спросила:
– Тебе отец велел с самого рассвета за мной следить, чтобы маньяки не украли?
– Лили, ну зачем ты так? – невинно улыбнулся он, строя из себя оскорбленную невинность. – Я просто хочу больше времени проводить с тобой рядом. Как друг, – тут же поднял руки, в открытом жесте.
– Друзья не душат своей заботой, – буркнула недовольно в ответ.
И вновь ответом ему послужила обезоруживающая улыбка святой невинности. Вот почему я ему не верю?
Хорошо хоть завтракали мы за разными столами. Мы с Диной оказались вдвоем, так что воспользовалась моментом и смогла передать ей все известные мне факты. Со стороны этот разговор выглядел какой-то абракадаброй:
– Погода на сегодня просто отличная, – громко, во всеуслышание. И тут же тихо добавляю, почти шепотом. – У меня новости, – вновь для всех окружающих. – Хорошо, что мы пойдем в сопровождении полиции. Адамс поручил этим двоим нас обрабатывать. Что-то Кора задерживается. Зачем не знаю. Хочу выбрать подарок для наставницы Алисии. Иные ищут сироту нашего возраста. Что посоветуешь? Имя неизвестно. Ну, я пошла собираться.
С трудом смогла ускользнуть из столовой так, чтобы Анри не заметил моего ухода. В коридоре столкнулись с Корой. Ей тихо сказала, что ожидается проверка иных из столицы. Когда именно прибудет проверка, не известно, но попечитель весь на нервах. Так что шалости придется пока оставить. На эти новости Кора лишь горестно вздохнула. Уже несколько лет она с малыми устраивала розыгрыш для учителей и воспитателей. Иногда от их шалостей страдали и попечители. Но чаще доставалось Анри с Орландо, ну иногда прилетало и другим их друзьям, если те имели неосторожность заглянуть в приют на праздники.
– Кора, ты бы поспешила с завтраком, а то наше сопровождение все на нервах, как бы вовсе не отменили наш шопинг, – сказала ей напоследок. И отправилась к себе.
Чуть позже мы встретились все у выхода. На этот раз я не забыла взять с собой зонт, хоть прогноз и не обещал дождя. Анри опять был недоволен. Ну и пусть дуется, на обиженных воду возят.
Поход по магазинам прошел в целом спокойно. Мы даже посидели в кофейне, насладились вкуснейшей выпечкой и горячим согревающим глинтвейном. Но все хорошее когда-нибудь заканчивается. Пора было возвращаться. Но Анри решил не упускать возможность:
– Орландо, забирай девушек и покупки, наши охранники помогут вам их донести. А мы с Лили немного еще прогуляемся, – предложил он тоном, не допускающим возражений.
– Но нам было сказано сопровождать всех троих девиц, – попробовал было – возмутиться один из сопровождавших нас полицейских.
Однако Орландо быстро шепнул ему что-то на ухо. И тот смирился:
– Ну, если Вы, господин Адамс-младший, берете на себя ответственность за сохранность Вашей невесты, – при этих словах я возмущенно посмотрела на Анри, – то мы снимаем с себя ответственность за возможные эксцессы.
Эк, как завернул. Я разъяренной фурией смотрела на Анри, требуя от него объяснений. Он же улыбнулся, показывая взглядом, что объяснения подождут, пока мы не останемся одни. «Не при посторонних», – произнес он одними губами. Вот же гад!
Пришлось прощаться с подругами, отдавая им покупки. Как только мы остались одни, Анри поволок меня в сторону парка. В такой холод только и гулять по аллеям, где ветер не просто гуляет, а проносится со свистом. Но сколько бы я не упиралась, Анри это нисколько не тормозило.
– Анри, я не хочу в парк, – кое-как вырвав свою руку из его захвата, я сердито топнула ногой. – Объяснись, наконец, что это еще за новости? Какая невеста?
– Ну, надо же было как-то от них избавиться? – ответил он вопросом на вопрос. – Чем ты недовольна? Я же не тащу тебя под венец против твоей воли. Да и не могу этого сделать, если бы и хотел: ты пока еще не совершеннолетняя. А вот после праздников я сделаю тебе предложение, над которым ты просто обязана хорошо подумать.
Час от часу не легче… Господи, за что мне это? И сбежать нельзя раньше дня рождения. Надо будет поговорить с наставницей Алисией. Может она подскажет мне выход? Ведь помогла же она в поисках работы. И как она оказалась права на счет Анри… А я еще обижалась, что к моему другу так предвзято относятся. Но… Если друг оказался вдруг… И что делать, как быть? Извечные вопросы. Однако, сейчас-то мне что делать? В парк я категорически не желаю идти!
Видимо, мой решительный вид о чем-то сказал моему кавалеру, потому как Анри перестал тянуть меня в сторону парка, а предложил зайти в ближайший кафетерий.
– Лили, – начал он, – пойми меня правильно. Орландо выдал единственную версию, которая безотказно могла бы сработать в случае с этими тупыми служаками.
– Ты так уничижительно отзываешься о людях, которые обеспечивали нашу безопасность? – удивилась я. – Неужели у тебя нет ни капли уважения к их труду? Они ведь нам не няньки, но следили за нашей безопасностью, помогали нести пакеты и коробки с подарками, хотя это не входило в их обязанности…
– Лили, не включай зануду, – оборвал меня на полуслове Анри.
Он сердился, но явно не из-за моих слов. Я заметила, что он украдкой кидал взгляды в окно, кого-то высматривая. Вот только он так старался делать это незаметно для меня, что это наводило на размышления. Я с трудом подавила порыв спросить сразу, решила понаблюдать за ним дальше. Мы спокойно пили чай. Вот он наконец-то успокоился, видимо, увидел того, кого ожидал. И сразу предложил:
– Лили, может прогуляемся еще немного, если ты согрелась? А то скоро уже нужно обратно возвращаться.
Я молча кивнула, соглашаясь, а сама подумала: «Я не просила тащить меня сюда». Но вслух этого не сказала, зачем ругаться и ссориться на пустом месте.
Мы вышли на улицу и пошли в сторону приюта. Но ушли не слишком далеко – стоило только свернуть за угол кафетерия, где не было окон заведения, как к нам подвалили расхлябанной походкой весьма сомнительного вида парни.
– Какая красотка нам попалась, – завил один из них, пытаясь ухватить меня за подбородок.
Анри сразу же грудью встал на мою защиту от хулиганов:
– Руки убрал от нее! – рыкнул он строго. Вот только я услышала во всем этом какую-то наигранность, будто это было не настоящее, словно все играют роли.
А вот то, что произошло дальше, оказалось полной неожиданностью для всех – и для Анри, и для нападавших понарошку хулиганов, и тем более для меня. Словно из ниоткуда появились люди в темных балахонах, их лица скрывал капюшон. Анри нервно дернулся:
– Вы еще кто такие?
А предводитель хулиганов, почуяв, что запахло вовсе не цветочками, вдруг крикнул Анри:
– Мы так не договаривались! – и они всей своей шайкой дружно бросились наутек.
– Нам нужна девчонка, – послышался глухой голос из-под капюшона. – ты нам не нужен. Свободен.
Я без нее никуда не пойду, я за эту девчонку головой отвечаю, – побледнев ответил Анри.
Надо же, он явно перетрухнул не на шутку, но все-таки пытается меня защищать. Завязалась потасовка. Анри задвинул меня себе за спину, но рядом было столько открытого пространства… При всей моей к нему предвзятости, появившейся в последние дни, должна признать, что он храбро защищал меня. Вот только и напавшие не собирались сдаваться, а численный перевес был явно на их стороне.
– Лили, Анри! – послышался возглас наставницы. А она-то тут как оказалась? Она с ходу кинулась на людей в балахонах. – Бегите, это инквизиторы! Я задержу их!
Анри воспользовался замешательством нападавших, дернул меня в сторону. Но вот только убежали мы недалеко. Он не заметил, как один из «балахонов» кинулся ему под ноги, и кувыркнулся, потащив меня за собой. А когда я смогла все же приподняться, то увидела, как наставница оседает на землю. В ее груди торчал нож. От раны расползалось огромное пятно крови. Я кинулась к ней:
– Госпожа Алисия! – упала на колени возле ее тела и попыталась приподнять ее голову. Анри лежал оглушенный, а меня пока не трогали, давали возможность проститься.
– Прости, девочка моя, – прошептала наставница. – Не уберегла я тебя.
Из ее рта тонкой струйкой потекла кровь. Я попыталась вытереть, но она качнула головой:
– Не стоит, я ухожу. Вырвешься из их рук, не возвращайся в приют… Над.....
– Нет!!! – закричала я. – Не уходи!…
Слезы лились и лились, я не обратила внимание, что меня довольно грубо подняли с колен, куда-то поволокли… Я не видела и не слышала ничего вокруг, меня целиком и полностью поглотило мое горе – я потеряла единственного близкого и дорогого мне человека.
Внезапно все вокруг резко изменилось: послышались чьи-то крики, вопли боли, команды… Все смешалось, меня вырвали из рук похитителей, я же продолжала смотреть на наставницу, не отрывая своего взгляда от ее тела. В какой-то момент мне показалось, что она начала дышать. Видимо, просто показалось. Но почему мне так тяжело? Сама не заметила, как обмякла, уплывая в темноту…
Глава 8
Пробуждение было не самым приятным. Рядом слышались чьи-то громкие раздраженные голоса. Я не сразу поняла слова, но они просто ввинчивались в мой мозг. Позже я вспомнила нечаянно подслушанный кусок разговора.
– Как скоро она очнется? – голос похожий на нашего попечителя господина Адамса. -Что вообще с ней произошло? Она ведь физически не пострадала. Или Вы что-то от меня скрываете?
– Нет, я ничего от Вас не скрываю, упаси Боги. – Послышался ответ. – Девушка испытала большой стресс. Похоже, в ней ведьмина кровь. Из-за сложившейся ситуации у нее началась преждевременная инициация. Тело оказалось не готово, потому она и упала в обморок. Слишком много силы она выплеснула, стараясь удержать на грани пострадавшую.
– То есть Вы уверены в том, что она молодая ведьма. Не иная? – переспросил первый голос.
– Ну, я бы не был так категоричен в своих утверждениях. Но ведьмы в ее роду отметились. Иначе эта самая женщина умерла бы прямо на месте. – Второй голос замолк на пару минут. – Именно огромный выплеск силы, направленный на жертву, помог ей не уйти за грань. И подоспевшие стражи смогли оказать необходимую помощь женщине. И у нее появился уверенный шанс на выздоровление.
– И как только сумела?.. Сильна, хоть и подкидыш. Вы распорядились взять у нее кровь на анализ?
– Сразу же, как только Вы об этом сказали, – тихо выдохнул его собеседник. – Я бы посоветовал перейти в мой кабинет. Девушка в скором времени должна будет прийти в себя. И наше тут присутствие может смутить бедняжку. Не хватало еще спровоцировать ее дальнейшую инициацию. Последствия могут быть самыми непредсказуемыми.
Послышались шаги, а потом скрип закрываемой двери. Я же плавно погрузилась в сон, в котором заново прокручивала услышанный разговор, снова и снова, пока не поняла, что меня царапало: наставница не умерла! Не знаю как, но я сумела ее спасти, удержать на грани жизни и смерти…
Пусть я буду ведьмой, главное, что госпожа Алисия получила свой шанс на жизнь. И если при обычном заболевании простому человеку не стоило и рассчитывать на исцеление с помощью иномирных технологий, то при таких вот ситуациях, экстремальных и весьма опасных, людей сразу отправляли в специализированные клиники. Никто не знал, как именно их туда перемещают, иные умеют хранить свои секреты. Но в этом случае человеку делали полную диагностику, лечили весь организм, все проблемы со здоровьем решались за несколько сеансов. Это шанс на ее полное исцеление. И я буду молиться за нее всем земным богам, только бы она выдержала самый первый сеанс. Сейчас все зависит от ее желания жить…
И лишь полностью проснувшись, пролежав долгое время в попытках вспомнить предыдущие события, я вдруг вспомнила, что Анри пытался меня защитить и вроде бы пострадал… И почему никто не заходит ко мне в комнату? Кстати, где именно я нахожусь? И у кого я могу спросить про Анри и наставницу, а также о том, что там произошло после нападения этих балахонистых одержимых?..
В это время в сиротском приюте происходил разбор полетов.
– Я тебе что говорил накануне? – обратился господин Адамс к своему наследнику Анри. – Какого храка ты поперся с ней гулять вдвоем? Еще и охрану отправил…
– Отец, – вскинулся Анри. – Я хочу, чтобы Лили стала моей навсегда. – Заметил ухмылку на лицах родственников и решил уточнить. – Если для этого нужно на ней жениться, то я согласен!
– Идиот! – прошипел возмущенный папаша. – За что боги меня так наказали? Два сына, и оба непроходимые идиоты! Из-за твоей выходки у Лили началась инициация. Она ведьма. Это уже точно известно. А ты знаешь, как ведьмы относятся к своим. Фиг ты ее увидишь в женах, а тем более в гареме!
Орландо лишь фыркнул на эту отповедь, Анри же упрямо закусил губу. Отец перевел взгляд на второго сына, столь неосмотрительно привлекшего к себе его отеческое внимание:
– А ты-то чего тут фыркаешь? – он вновь закипел от гнева. Все его планы летели под хвост одному всем известному животному. – Я думал, что вправил тебе мозги еще тем вечером, когда сиротка отхлестала тебя по лицу твоим же веником. Но я зря сотрясал воздух, да? – Орландо решил промолчать, прикинувшись тупым валенком. – Молчишь? Или забыл? – Сыновья дружно вздрогнули, вспомнив недавний скандал в кабинете. Господин Адамс никогда не сдерживал себя в выражениях. Досталось тогда всем. И Анри с огромным трудом получил разрешение на поход по магазинам, но только в сопровождении охраны. – Из-за твоей самодеятельности у нас возникли огромные проблемы: уже сегодня иные решили начать поиск с нашего приюта. Они почти уверены в том, что им нужна именно Лили. Попутно они решили проверить деятельность нашего дома воспитания сирот. Полностью. Во всех областях. И я не успеваю внести коррективы в некоторых документах.
– Отец, я не думаю, что они будут так конкретно копать под тебя. Скорее всего их интересуют бумаги сирот. А в тех документах всегда полный ажур. – Ответил Орландо. – Лучше ответь, надо ли мне продолжать ломать комедию перед этой тупой блондинкой с невыговариваемым именем? Или можно сделать вид, что внял ее требованиям и оставил ее в покое?
– Пока притихни, наблюдай издалека, делай вид печального влюбленного, ты умеешь. А я внимательно изучу документы по ее родителям. Вдруг она нам еще может понадобиться… – Он задумчиво потер висок. Потом, словно что-то вспомнив, повернулся к Анри. – А ты… Объясни-ка мне, старому идиоту, что это еще за хулиганские выходки с нападением? И почему они так верещали, когда появились более серьезные похитители? – Анри молчал, будто язык проглотил. Отец продолжил. – Мне стража донесла обо всем, что им удалось услышать. Я с трудом смог замять скандал с твоим участием. Так поясни мне, наконец-то, почему ты ослушался отца и отпустил охрану, устроив романтическое свидание? И кто были те идиоты?
Анри стоял, склонив голову и молчал. Тогда отец хлестнул его тростью по плечам и он вынужден был сказать хоть что-то в свое оправлание:
– Я хотел показать Лили, что она мне действительно дорога, что я имею серьезные намерения. А с теми хулиганами я договорился заранее, что как только станет известно когда и где, они устроят нападение на Лили, а я мужественно их раскидаю, немного пострадав физически. Женщины ведь любят ухаживать за ранеными, особенно своими защитниками. – Он вновь понурил голову. – Кто же знал, что инквизиторы тоже пожелают напасть именно на нее?! И откуда только узнали, что мы там будем… – пробурчал он.
– А наставница оказалась там тоже по странному стечению обстоятельств? – уточнил Адамс-старший.