- -
- 100%
- +
Отвлек меня от этого занятия мигнувший экран телефона – звонила Марина.
– Привет, – улыбнулась я в трубку.
– Привет, живая? – откликнулся на удивление бодрый голос подруги на другом конце.
– Я-то живая, а вот такого же утром о тебе сказать не могла, – рассмеялась, вспомнив какое утром у Марины было лицо.
– Скажем так, пришлось ожить, – наигранно-мрачно ответила она. – Что там с твоими кавалерами? Козел ускакал на свое пастбище, а лев помчался помечать очередную территорию?
– Опять твои животные метафоры? – возмутилась я.
– Ты же знаешь – это моя изюминка.
– Ага, – в ответ лишь хмыкнула.
– Так и что?
– Ну, Влад точно уехал с концами. Ключи даже оставил. А куда поехал Егор Александрович, понятия не имею. Да и не хочу знать.
– А я думала, вы подружились, – протянула подруга.
И я заподозрила что-то неладное.
– Подружились? – медленно произнесла я.
– Блин, – затараторила Марина, – отключаюсь, босс идет. Потом договорим.
Кинув сердитый взгляд на телефон, надеясь, что он дойдет до адресата, вздохнула и непроизвольно потянулась за карандашом и бумагой, чтобы отвлечься от возникшего нервного напряжения. Обычно это всегда помогало, но сейчас даже этот процесс не был способен справиться в бурлящей в голове фантазией.
Боялась даже представить, что такого я могла натворить, пока в моей квартире находились два мужика, один из которых – мой бывший, а второй – мой (хотя нет, не мой) заказчик. И ведь возможно такое развитие событий, что моя униженная изменой самооценка захотела доказать Владу, как мне без него хорошо, и продемонстрировать это «хорошо» на попавшемся под горячую руку Егоре Александровиче.
Аж передернуло всю от столь яркой картинки. И я очень надеялась, что это была именно картинка, а не отрывок воспоминания одного неприятного вечера в довольно странной компании. Пожалуй, столько пить мне больше не нужно, и лучше вообще отключать всякие телефоны и держать от меня подальше голубей, если вдруг захочу воспользоваться старинным способом связи с миром.
Из головы не выходил вопрос, что же имела в виду Марина, и я, не способная отвлечься на работу, ждала ее звонка, буквально гипнотизируя взглядом телефон.
Так я просидела час. Осознав, что в ближайшее время интрига раскрыта не будет, пришла к выводу, что единственным полезным делом, которым я сейчас смогу заняться, – это подготовка к завтрашнему дню. Я с трудом оторвала себя от сканирования дисплея и заставила пойти в спальню, чтобы выбрать, в чем идти на важную встречу.
Кот все это время не издавал ни звука, бессовестно прятался на кухне, не желая попадаться под горячую руку. Выбрав строгую черную юбку до колена и бежевую рубашку с коротким рукавом, сразу повесила их на плечики, закрепив конструкцию на дверце шкафа, чтобы с утра это все не пришлось еще раз гладить. Скрестив пальцы на удачу, что Бобика все это не заинтересует и что в гостиной, возможно, вовсю названивает Марина (вдруг я случайно поставила телефон на беззвучный режим), вновь вернулась к месту, где меня оставили гадать, какую дружбу с заказчиком я все-таки завела.
Но нет. Время шло, Марина не звонила, а я уже начала засыпать, да и за окном постепенно темнело, сообщая о скором приближении ночи. Не выдержав и подумав, что все равно подруга дома, я все-таки набрала ее номер и сердито уставилась в пространство перед собой, представляя, как буду требовать объяснений.
На пятом гудке уже хотела отключиться, как услышала голос подруги.
– Алло, – голос был заспанным, и я выдохнула, прощая ей все на свете. – Прости, Вик, уснула.
– Да слышу, – проворчала в ответ. Надо же улучшать навыки актерской игры. – Заставляешь меня тут гадать, какую дружбу имела в виду.
– Ты серьезно думала об этом весь вечер? – воскликнула она. – Скажу тебе одно – зря.
Я закатила глаза. Зря-то зря, но то, как она это тогда сказала, повлияло на мою шестеренки в моей голове, и я уже просто не могла остановиться. Да и отсутствие памяти о событиях прошлого вечера только усугубили ситуацию. Поэтому я уже просто взмолилась:
– Не томи…
– Да ты просто пару раз посидела у него на коленях, и вы так мило друг другу улыбались, что я и подумала.
– Что?! – воскликнула я, не дав ей закончить. – И это видел Влад?
– Видел, – подтвердила Марина. И поспешила напомнить. – Но тебе должно быть все равно.
– Если бы, – мрачно отозвалась я, уставившись в пространство перед собой. – Как в глаза-то ему смотреть теперь…
– Кому? – не поняла подруга. – Владу?
– Заказчику своему, – я была способна только на отчаянный стон.
Мысленно уже представляла его ухмылку и какой-нибудь подкол в свой адрес. Вот это отличное начало сотрудничества. То падаю перед ним, то мешки заставляю его выкинуть, то на коленях сижу – лучше не бывает.
– Ой, – в голосе Марины слышался смех. – Ты себя зря накручиваешься. Все хорошо пройдет, слышишь?
– Угу…
– Никаких угу! Удачи тебе завтра, жду подробного отчета. Я спать.
И она просто отключилась. Я так и осталась сидеть с приложенным к уху телефоном, прожигая взглядом дверной проем. Пыталась свыкнуться с мыслью о том, что я сидела у Егора Александровича на коленях и представить себе, как это вообще произошло, но так и не смогла.
– Мяяяу, – донеслось с кухни.
И я поплелась кормить свое бочковатое чудо, чтобы хоть как-то избежать стук навязчивых мыслей о завтрашнем дне. Все равно никуда не деться, и отказываться от работы из-за одного неудачного вечера нет смысла. Остается только, стиснув зубы, вытерпеть все, что скажет заказчик, и представить ему первые наброски.
Глава 5
Вика
Спала я на удивление хорошо. И даже крепко. И даже снилось вроде бы что-то приятное.
Поэтому вставать под будильник было тяжело. Но я заставила себя подняться, умыться и уже во время завтрака поняла, что не знаю, ни во сколько мы договорились с ним встретиться, ни, собственно, где. Ложка так и осталась у меня во рту, когда меня настигла столь неприятная мысль. Посидев в таком положении с минуту, я все-таки задумалась, как быть дальше.
Хотя выход напрашивался один – звонить заказчику.
Но даже здесь я нашла небольшую лазейку, решила для начала отправить сообщение. Убеждая себя тем, что случайным звонком могут помешать каким-нибудь важным делам или вовсе покажусь слишком навязчивой, взяла телефон в руки и открыла мессенджер.
Теперь оставалось решить, что ему написать.
«Доброе утро, Егор Александрович, я хотела уточнить время и место встречи, а то вы вроде не упомянули об этом»… Нет, звучит как-то не очень.
Пальцы стерли последнее предложение. А после и сам текст.
«Хотела бы узнать место встречи и время».
Тоже не пойдет – без приветствия как-то грубо. Хотя и доброго утра ему желать почему-то не хотелось. Внутри поселилось странное ощущение тревоги, и утро в принципе уже можно было назвать не добрым. Поэтому и этот текст тоже был стерт.
«Здравствуйте, не могли бы вы уточнить время и место нашей с вами встречи?»
Несколько минут смотрела на текст, оценивая возможность отправки такого сообщения. В конце на всякий случай решила подписать себя и нажала заветную стрелочку.
Ответ пришел буквально через несколько секунд. Видимо, не так уж я его и отвлекла, можно было даже рискнуть позвонить… Хотя кого я обманываю?
"ул. Прокопьева, 15. 11:33".
Бровь невольно поднялась вверх, стоило взглянуть на время. Интересно, конечно, это у него с точностью проблемы, или он так намекает, что на 3 минутки я могу опоздать, и встреча на самом деле в половину двенадцатого?
Думать об этом времени у меня уже не было. Улица, где мы должны были с ним пересечься, находилась чуть ли не на другом конце города, а это значит, что у меня пропадал лишний час на сборы, если брать в учет возможные пробки.
Пришлось собираться в спешке, так как часовая стрелка уже близилась к десяти. Бобик активно мешался, невовремя требуя ласки, и все, что я могла, – это почесывать его за ухом в свободные от беготни по квартире секунды. На кота в обиде я за это не была, да и как можно обижаться на столь пушистое и мягкое создание с такими невероятно красивыми и добрыми глазами?
Вот и я не знаю.
Поэтому перед выходом сажусь на корточки рядом с ним, улыбаюсь и поглаживаю гладкую шерстку. Где-то во дворе сигналит чья-то машина, и в голову приходит мысль, что неплохо было бы вызвать такси, чтобы добраться по возможности вовремя.
Со вздохом поднялась. Пока заказывала машину, достала из шкафа папку и сложила ее в специально подготовленную для этого широкую сумку. С ней было вполне удобно ходить, и при этом исключалась возможность столь ценную папку потерять.
На удивление такси подъехало быстро, и я, взглянув напоследок в зеркало и накинув плащ, благополучно вышла из дома, на прощание погрозив провожающему меня коту пальцем: уж больно хитро он на меня смотрел. Вышла из подъезда, уселась в машину и еще раз проверила адрес, который мне написал Егор Александрович – все верно. Осталось доехать.
«Туда» оказалось зданием компании, в которой работал мой (да е-мае, не мой) заказчик. Три этажа, солидный фасад с вывеской названия фирмы и стеклянные двери – вот, что я увидела, когда машина подъехала к месту назначения и таксист потребовал оплатить поездку.
Выйдя из машины, подошла к зданию и осторожно открыла одну из стеклянных дверей. Открылась она легко и даже не скрипнула, а внутреннее пространство компании поразило своей чистотой и убранством. Конечно же, напротив входа находился стол администрации, за которым стояла приятной внешности светловолосая девушка.
– Могу чем-нибудь помочь? – улыбнулась она мне, когда я подошла.
– Да, – я оглянулась в поисках часов, – мне назначена встреча с Егором Александровичем.
– А, – секундная заминка и оценивающий взгляд, сопровождаемый кивком. – Вы, видимо, Виктория?
Я вернула ей ее кивок и постаралась вежливо улыбнуться. Часы все-таки нашлись. Можно было выдохнуть, в запасе – еще десять минут минимум.
– Вам на третий этаж, последняя дверь в конце коридора. Вы в нее буквально упретесь, – девушка говорила медленно и следила за тем, чтобы я услышала каждое ее слово.
Я поблагодарила администратора за помощь и направилась в указанном мне направлении. В дверь я действительно уткнулась, так как именно ей заканчивался коридор третьего этажа. Решив, стоять, как бедный родственник, дожидаясь оставшихся до встречи минут, постучалась и аккуратно открыла дверь, ведущую в кабинет директора компании – Егора Александровича.
Начальник сидел за своим огромным столом и что-то увлеченно писал. Когда дверь открылась, он даже не отвлекся от процесса, лишь на секунду его рука дернулась.
– Еще семь минут, Виктория, – резким тоном произнес мужчина. – Закройте дверь с той стороны и дождитесь назначенного времени.
На автомате я послушно закрыла дверь и уставилась на темное дерево, открыв рот и уже ожидая от этой встречи всего, что угодно.
***
Это были самые долгие семь минут в моей жизни. Можно сказать, каждую проведенную в коридоре минуту я поглядывала в телефон, надеясь, что время визита, наконец, подошло. Но нет, оставалось сначала шесть, потом пять и так далее минут, пока на экране не возникло заветное «одиннадцать-тридцать три».
В очередной раз постучавшись и так же открыв дверь, я заглянула в небольшую щелку и спросила:
– Можно?
– Да, конечно, – мне ответил удивительно радушный голос. – Проходите, Виктория.
Когда я осмелилась открыть дверь полностью и все-таки войти в кабинет, то удивилась, увидев абсолютно чистый стол, который мучительные семь минут назад был буквально завален бумагами. Егор Александрович со своего места уже давно вежливо встал и предложил мне оставить верхнюю одежду на вешалке.
Сам кабинет был довольно уютным, но вполне соответствующим деловому стилю, в котором обычно выполняют подобные помещения. По бокам от входа стояли шкафы со стеклянными дверцами с большим количеством разнообразных папок внутри. Свободное пространство на стенах было занято плакатами с изображением видеокамер и каких-то планов, видимо, схем расположения видеонаблюдения.
Решив на всякий случай не задерживать заказчика, я поспешила присесть на стоявший возле стола стул и начала открывать сумку, чтобы достать эскизы.
Мужчина успел за это время присесть в свое мягкое кожаное кресло и поближе придвинуться к столу.
– Опять бумага? – разочарованно вздохнул Егор Александрович. – Вы, я смотрю, не любитель современных технологий?
Я смущенно промолчала, и на это заказчик смог лишь хмыкнуть, явно неудовлетворенный таким ответом.
– Ну, что вы мне покажете, Виктория?
Вытащив все эскизы, я развернула их по направлению к нему и принялась объяснять, какой представляю его будущую квартиру.
– В целом я решила, что для коридора и холла подойдут спокойные тона… комод лучше поставить перед дверью. И рядом с ним можно соорудить подставку для обуви, чтобы вы или гости не оставляли ее прямо на полу, – говорить было трудно, и временами я прокашливалась, чтобы объяснить очередной элемент интерьера. – Двери предлагаю сделать стеклянными, так как они отлично будут смотреться, но не из натурального стекла, а его заменителя.
– Хватит! – Егор Александрович резко заставил меня замолчать. – Я вижу ваше представление моей квартиры, но совершенно не вижу своего, вы меня понимаете?
Он взял рядом лежащую ручку и перечеркнул все, на что у меня ушло два дня стараний.
– Вы хотя бы слышали, о чем я говорил при нашей первой встрече, – его карие глаза остановились на мне, и во взгляде не было ни намека на доброжелательность, – Виктория?
Голос, собственно, тоже не предвещал ничего хорошего. Да и не было в принципе уже ничего хорошего, так как прямо передо мной на столе лежали исчерканные эскизы. Я медленно выдохнула и постаралась взять себя в руки.
– Да, я помню все ваши требования, – максимально спокойный тон, – и постаралась учесть их в эскизах.
– Но это не то, чего я хочу, – один уголок его губ слегка приподнялся, отчего на лице заказчика появилась ухмылка. – Переделайте.
– Позвольте уточнить, – рискнула я.
– Позволяю, – кажется, он получал наслаждение от ситуации.
Но и я готова была к подобному исходу, особенно если учесть, как прошло наше знакомство. Хотя и удивительно, что та неловкость от осознания проведенной с ним ночи, давно улетучилась, и я совершенно не хотела возвращаться к прошедшим событиям.
Вот только память моя, кажется, захотела.
И когда я уже хотела задать вопрос касательно того, что именно ему не понравилось в набросках, перед глазами встала отчетливая картина.
Я сижу на коленях у мистера Серый Пиджак и буквально утыкаюсь носом ему в шею. Руки мужчины спокойно лежат на моей талии, и мне на удивление приятно это ощущение. Возможно, еще потому, что напротив нас сидит Влад.
– Виктория? – нежный голос вчерашнего заказчика смешался с ироничным обращением заказчика сегодняшнего, и я поспешно заморгала, стараясь избавиться от столь неожиданного прозрения памяти.
– Д-да, – чуть заикаясь пробормотала я, – не могли бы вы уточнить, что мне предстоит исправить, раз хотите, чтобы я изобразила именно ваше видение квартиры?
С минуту он выразительно смотрел на меня, сложив подбородок на руки и перебирая пальцами ручку. После чего вздохнул.
– И почему я должен это делать? – мужчина прищурил один глаз. – Мне сказали, что заниматься проектом моей будущей квартиры будет опытный специалист, готовый к любым трудностям. Так занимайтесь, Виктория. Как говорится, методом проб и ошибок…
Заканчивать фразу не имело смысла. Я уже поняла, что «легко» и работа с Егором Александровичем практически антонимы, поэтому послушно кивнула и попросила разрешения покинуть его кабинет, заранее уточнив о времени следующей встречи.
Мужчина озвучил ответ, попутно разрывая мои наброски и выкидывая их в урну под столом.
– И, прошу вас, купите себе планшет, – он закатил глаза. – Я не хочу больше выкидывать за вами мусор.
Когда я уже выходила из кабинета, то в голове всплыл вопрос: только ли о моих набросках он говорил в этот момент или пакеты с вещами Влада тоже дали о себе знать?
Глава 6
Вика
От скопившегося внутри негодования пинаю диван. А за все время пути от офиса этого несносного заказчика до квартиры негодования скопилось ой как много. И один пинок по дивану ситуацию, собственно говоря, не исправил.
Ах, да, по пути я еще успела заехать в магазин и купить-таки электронный девайс, о котором не один раз упомянуло это самодовольное и наглое лицо в виде Егора Александровича. Теперь вот лежит заветная коробочка на столе, и радости от этого, честно говоря, никакой. Суровая штука – жизнь: всегда найдется тот, кто загубит твои мечты.
С пессимистичным настроем надо было что-то делать. И причем срочно. Единственная адекватная мысль, которая пришла в голову прежде, чем предприняла еще одну попытку выместить негодование на мебели, – это поесть.
Быстрым шагом направилась на кухню, пока не передумала, и оценила содержимое холодильника. Полки были почти пустым, как и мой желудок напару с настроением. Остатки салата и какие-то полуфабрикаты в морозилки ни разу не скрасили настроение. Но что поделать, выбирать не приходится.
Поэтому полуфабрикаты отправились в микроволновку, а салат – в меня: надо же было как-то скоротать время в ожидании. Заодно и чайник можно поставить. Посмотрев на стол, не без удовольствия отметила маленькую плитку шоколада.
Вот, уже не так плохо.
И мир вокруг постепенно стал возвращать прежние краски.
Ничего, сейчас вот поем, коробочку открою и разберусь с этой штукой, что там да как. Да и проект ему новый сделаю, чего мне – я же специалист!
А перед глазами все стояли картины, как он топчется по моим работам, а потом бессовестно перечеркивает эскизы в единственном экземпляре. Сердце кровью обливается, когда я вспоминаю, как Егор Александрович рвет листы, и при этом на его лице не дрожит ни один мускул.
Лишь только злорадная ухмылка и хитрый прищур карих глаз.
И за что он на меня так злится? Может, стоило извиниться за то, что заставила его пакеты бывшего выбрасывать? Или за то, что на коленях посидела?
Или, может, я еще чего хуже натворила? Он же говорил, что условий я продиктовала несколько…
Даже думать об этом не хочется.
Микроволновка запищала, вырывая меня из неожиданно окутавшего отчаяния. Я достала разогретые полуфабрикаты, чтобы попробовать сие творение на вкус. В принципе, довольно неплохо. После второй непонятного вида котлетки (или фрикадельки?) я уже смотрела название коробки, чтобы запастись подобной едой, так как оказалось очень даже вкусно.
На столе завибрировал телефон. Пришло сообщение от Марины. Видать, не рискнула звонить, и правильно сделала.
«Ну, как?»
«Позже» – отправила в ответ, не желая обсуждать, что меня в очередной раз унизили и растоптали.
Поставив телефон в авиарежим, доела столь странный деликатес и вернулась в зал, где меня ждал графический планшет.
Где-то на кухне жалобно мяукнул Бобик, напоминая, что надо бы сходить в магазин, чтобы прокормить семью. Но мне было уже не до этого. Мысленно извинилась перед котом, потерла ладони в предвкушении и весь вечер провела за изучением желанного девайса, жалея, что не купила его раньше!
***
За попыткой разобраться с новой и ранее невиданной техникой провела весь вечер. А потом еще и весь следующий день. Ну и совершенно незаметно промчалась неделя. Все это время я выходила из дома только за едой, чтобы мы с Бобиком не умерли от голода.
Гаджет оказался по-настоящему интересным изобретением. Да и процесс с ним пошел быстрее – это бесспорно. И, несмотря на всю вредность заказчика, я все-таки почувствовала некую благодарность, когда сохранила очередной эскиз на рабочем столе ноутбука. На следующую встречу я планировала ехать уже с ним. Во-первых, времени переносить чертежи на бумагу просто не было, а, во-вторых, я надеялась, что с техникой мужчина обращаться будет куда бережнее, чем с листками.
Не будет же он выкидывать мой ноутбук, если ему снова не понравится эскиз?
По крайней мере, я на это надеюсь.
Работа на самом деле продвигалась довольно активно. И что самое замечательное – за это время я практически ни разу не подумала о Владе, его поступке и о том, что мы уже как несколько дней не живем вместе, благополучно перечеркнув столь длительные отношения.
Правда, в один из вечеров я поймала себя на том, что сижу на страничке той самой Леночки, но мигом захлопнула крышку ноутбука и сделала звонок другу.
– Привет.
– Привет! – Марина, как и всегда, отличалась исключительной жизнерадостностью. – Куда пропала?
– Да работала над проектом.
– Заказчика-то твоего? – на другом конце трубки послышался вздох.
– Ага, – на всякий случай добавила. – И он не мой.
– Ой, да и славно, что не твой, – рассмеялась она. – Вообще не представляю, что бы получилось из такого союза.
Я, собственно, тоже представить не смогла. Вообще мои представления заканчивались на том, что в начале отношений мы бы просто убиваем друг друга. Ну, или он меня – своим противным характером: «Виктория, ты помыла посуду не так, как я хотел». Бррр…
Чтобы избавиться от нехороших фантазий, озвучила цель звонка.
– Приехать не хочешь?
– Что, заскучала? – вопросом на вопрос ответила Марина.
– Ага, – призналась я. – Быть отшельником не так уж приятно, хотя поначалу даже нравилось.
– Вечером буду, расскажу заодно, что в компании происходит. А то ты много пропускаешь с такой работой.
– Зато это удобно, – возразила я.
Никогда особо не любил сидеть в офисе. Гораздо приятнее делать проект дома, не отвлекаясь на чужие разговоры или другие факторы, присущие исключительно пребыванию сотрудника в кабинете.
– Удобно ей, – проворчала Марина, – надо будет тебя как-нибудь в люди вывести, а то скоро наравне с Бобиком мяукать начнешь и на четвереньках ползать.
Я рассмеялась и пообещала, что как-нибудь выгулять меня ей все же удастся. Да и самой хотелось развеяться. Как бы я не гнала от себя прочь мысли о произошедшем расставании, все равно не могла перестать вспоминать моменты, проведенные вместе с Владом в этой квартире. Поэтому стоило бы по-хорошему хотя бы ненадолго ее покинуть. И желательно не ради общения с вредным и непонятным заказчиком, поведение которого вызывало то удивление, то желание расплакаться, а то и вовсе – прекратить сотрудничество.
Поболтав еще немного, мы договорились, что пока она просиживает оставшееся до конца рабочего дня время, я иду в магазин и готовлю что-нибудь на ужин. После этого следующей целью мы поставили просмотр фильма и обсуждение последних событий. К тому же, я ей еще не рассказывала, как прошла встреча с Егором.
Напевая себе под нос, быстренько собралась и, захватив кошелек, направилась к выходу из квартиры. Поход в продуктовый, к моему удивлению, помог скоротать целый час. Не знаю, сколько времени я провела возле прилавков, но, судя по всему, довольно долго. Вернувшись домой с двумя пакетами еды, погладила выбежавшего навстречу (к пакетам, конечно, а не ко мне) Бобика и быстренько переоделась в домашнюю одежду. Разложила еду и только после этого приступила к готовке.
Пока закипала вода, вспомнила, что оставила телефон перед уходом в магазин, дома. Сходила в зал, чтобы перенести гаджет на кухню, и вернулась обратно, нажав кнопку блокировки и включая экран.
До пункта назначения я так и не дошла.
На экране высветилось восемь пропущенных. И если первый еще можно было проигнорировать, так как звонившим был Влад, то остальные вызвали у меня желание спрятаться и больше никогда не выходить на связь.
Ибо остальные принадлежали Егору Александровичу, и я даже боялась представить, на каком по счету звонке его терпение лопнуло.
Пока мозг соображал, как поступить, экран снова мигнул, сообщая о восьмом входящем звонке.
Взять или не взять?
Вот в чем вопрос.
Играть с терпением заказчика не особо хотелось. Поэтому вызов я все-таки приняла, решив первые секунды помолчать в трубку.
И не зря, как оказалось.
– Виктория… – голос на другом конце не предвещал ничего хорошего. – Вы понимаете, насколько безответственно относитесь к своей работе?
Где-то на кухне начала булькать вода, и я вспомнила, куда, собственно, направлялась. Поспешила в комнату, чтобы отключить плиту, продолжая слушать небольшую лекцию о том, как нужно относиться к работе и что следует делать, когда звонит заказчик. Егор Александрович даже не поленился объяснить алгоритм принятия входящего звонка, и тут я не выдержала.
– Я же как-то ответила, – попыталась ответить как можно мягче, не желая развивать конфликтную ситуацию.