Нимфа с большими понтами

Впрочем, в морге, куда девушка в конце концов добралась на такси, Кире пришлось испытать очередную порцию стресса. Тело Фёклы находилось среди неопознанных трупов. Никаких документов, а тем более денег при ней не оказалось.

– Ничего, кроме каких-то старых писем и кошелька с двумястами рублями! – стоял на своем санитар. – Ничего при ней больше не было!

Должно быть, он имел в виду те самые письма, которые Фёкла уже показывала Кире.

– Да как же так! – возмущалась Кира, отлично понимая всю бессмысленность этой дискуссии. – Должны быть у нее при себе деньги. И не двести рублей. Она квартиру недавно продала. Там тысячи долларов должны были быть.

– Это вы следователю расскажите, – посоветовал ей санитар. – А я вам говорю, у вашей сестры были только те деньги, которые лежали в кошельке. А там только двести рублей с мелочью.

Кира кинула на него злой взгляд. Это надо же, до чего люди наглые бывают! Сам небось с дружками деньги спер, а ей еще к следователю предлагает обратиться. Или это не он украл? Потому ему и обидно? Наверное, оттого и советует ей к следователю обращаться. Но тут до Киры дошел смысл сказанного санитаром.

– Подождите! Какой следователь? – спросила она у него. – С чего вдруг?

– Так наезд же на вашу сестру был! – пояснил ей тот. – Женщина мертва. А водитель, который ее сбил, с места происшествия скрылся. Ясное дело, следствие будет вестись. Это же убийство! А вы как думали?

На трясущихся ногах Кира вышла из морга. Все формальности она уладила неожиданно быстро. Никто в принципе не протестовал против того, чтобы она забрала тело сестры. Отлично обошлось и без документов. В морге вовсе не жаждали оставлять его у себя.

– Но только после проведения полной экспертизы, – заявил Кире врач.

– Хорошо, – машинально кивнула Кира, в голове которой мысли ворочались тяжело и медленно. – А долго ждать?

– Следователя-то подождите, – сказал ей врач. У него и спросите.

– Не могу! – поспешно отказалась Кира. – В другой раз! У меня младенец дома один. Сирота. Почти.

– Что? В вашей семье еще кто-то умер? – неожиданно посочувствовал ей врач. – Да, не позавидуешь вам.

– Что значит, кто-то еще? – возмутилась Кира. – Сестра моя погибла! Мало вам? А дома остался ее ребенок. Сын! Крошечный совсем. Даже зубов у него, как мне кажется, еще нет.

– У вашей сестры имелся грудной ребенок? – задумчиво посмотрел на Киру врач. – Вы уверены?

Кира даже задохнулась от возмущения. Деньги у трупа сперли, документы посеяли, а ее еще упрекают в чем-то!

– Конечно, уверена! – ядовито произнесла она. – Сестра приехала ко мне с ребенком! И мой прямой долг позаботиться сейчас об этом ребенке, а не дожидаться тут вашего следователя! Прощайте!

Но уйти далеко от этого грустного места Кире не удалось. Метров через двести ее догнал высокий худощавый мужчина лет тридцати. Вполне даже симпатичный. Как ни убита была Кира всей этой трагедией, но не отметить привлекательность мужчины она не могла. Одет он был в темный костюм, который, надо сказать честно, очень ему шел. И светло-голубая рубашка с элегантным синим галстуком тоже очень шла к его синим глазам.