Колодец

Пасмурный день. Еле идущий дождь то нарастал, то и вовсе прекращался. Каждая его капля пропитывала почву всё больше и больше. Каждая его капля несла небольшую частичку всей силы. Силы бушующего океана, сметающего всё, что попадает под его волны. Страшно попасться на такое.

Одиноко стоит колодец. Старый, уже давно брошенный – никому до него нет дела. Его камни давно заросли мхом, и никто никогда не придёт почистить его. Все забыли о нём, поэтому мох поглощал его. Совсем скоро не будет видно этих камней, что покорно отдают свою поверхность. Вода, что капала с неба пепельным дождём, очень медленно наполняла колодец. Ей потребуется много времени, но время ещё впереди, и ничто не остановит это. Внутри, попадая на край одной из стен, капля вдребезги разбивалась, а брызги летели во все стороны. Туда-сюда. Туда-сюда. Но одна капля не повторила судьбу своих предшественников. Похоже, что ещё в тучке она поняла, что не хочет просто разбиться. Она хочет попасть аккурат в центр колодца. Или, даже если не хочет, то кто её спросит? Она, как и десятки тысяч таких же капель просто вылетят, а куда попадут – их забота. Но даже так, именно эта капля падала с неба, пролетая сотни метров.

Именно она не хотела разбиваться. Именно она. Но она не летела в колодец. Почему так, что она не может сделать то, что ей угодно? Не знает ответа на этот вопрос, пожалуй, никто. Нахлынул лёгкий ветерок. Его дуновение щекотало капельку, заставляя ту двигаться под властью ветра. И тот таки занёс ту туда, куда ей было нужно. Она попала в центр, и продолжала лететь, набирая и набирая скорость. Секунда-полторы, и вот. До пола метра два…

И на лицо дремавшего парня упала тяжёлая увесистая капля. Тот аж содрогнулся. Окончательный остаток сна испарился, словно его и не было никогда. Парень увидел себя в пяти-шести сантиметровом уровне воды. Он не понимал ни то, как он сюда попал, ни то, откуда. Да и имя своё он толком забыл. Вокруг лишь стены из камня. Везде. И лишь наверху моросящий дождь и еле-еле видный просвет.

Прошло ещё минуты две, прежде чем он окончательно понял то, где он. При попытке встать, нога сразу очень сильно заболела. С каждой долей секунды всё сильнее и сильнее. Похоже, перелом. Он снова посмотрел наверх. Ничего, кроме серого неба и каменных стен, тянущихся вверх. Тут даже развернуться, и то тесно. Нет. Он в ловушке. В колодце. Десятиметровая глубина и просвет выше. Никуда больше. Не убежать, ни спрятаться. И от этого становилось жутко и страшно. И парень, не отдавая отчёт своим действиям, просто закричал. Кричал невнятные ругательства, просьбы, непонятные слова. Просто кричал.

Инстинкты? Наверное. Но он не думал об этом. Он вообще ни о чём, кроме крика и не планировал думать. Но силы кричать кончились, тогда тот захрипел. Что ему теперь делать? Что это такое? Что за шутка и кто автор? Когда он устал хрипеть то замолк, наклонив голову вниз, разглядывая отражение в мутной воде. И опять глаза увидели небо. И опять ему стало хуже. Он попытался принять удобную позу. Тело ныло и дрожало от холода. Когда он почувствовал это, так сразу по спине пошли мурашки и потекли слёзы.

Он посмотрел на карман. Что-то оттуда выпирало, и это "что-то" придало парню резкую радость. Телефон. Судорожно его доставая, парень уже чувствовал себя лучше. Но его движения были слишком резкими, поэтому его радость быстро переросла в панику – тот выпал из рук прямо в воду. Напрасно тот пытался поймать его – все усилия оказались безуспешными. Телефон, как только оказался в воде, сразу погас. Осознание случившегося мигом погасила и без того призрачную надежду позвонить.

Всё. Телефон теперь равно простая железяка, не способная ничем помочь. Парень от безысходности просто замер. Он не представлял то, что ему делать дальше. Он закрыл глаза и попытался досчитать до десяти и успокоиться – тщетно. Рукой он коснулся мокрых и потрескавшихся кирпичей. Они сыпались буквально от лёгкого касания. Паника, вызванная всем случившимся, призвала ещё и клаустрофобию. Парень будто бы чувствовал, что стены двигаются, чтобы раздавить его. Он немного привстал, насколько это представлялось возможным, смотрел наверх и очень часто вдыхал воздух. Резко сделалось хуже, и обессиленное тело упало, а голова ударилась о камень.

Вода пребывала. Медленно, но верно. Каждая капелька вкладывалась в это. Очнулся парень тогда, когда окунулся склонившейся головой в воду. В ужасе тот крикнул, но получился лишь невнятный хрип. Сколько же он здесь пролежал? Вода же вот была совсем невысоко, а теперь…

Он попробовал вылезти, карабкаясь по стенам, но пальцы срывались, а одна рабочая нога и крошащиеся камни делали своё дело – парень падал в воду. Спустя пару таких попыток он бросил такой способ. Силы надо экономить, а тут он потратил так много, но не продвинулся. Парень поник, упёршись головой о стену и тихо плакал. Плакал от беспомощности.

За окном настоящая буря. Посыпались мелкие градины. Воды уже выше пояса. Он понимал, что нужно как можно скорее выбираться, пока колодец не стал для него могилой. Упёршись спиной о каменную стену с одной стороны и ногой с другой, парень скорыми движениями полез наверх, на свободу. Полз минут десять. Казалось, что уже половина пути позади, но, глянув вниз, был разочарован. От воды его отделяло всего два метра. Уставший и выдохшийся, он решил остановиться и хоть немного перевести дух. Руки уже давно ныли. Нога стала затекать. Положение печальное. По лицу потекла слеза. Ему казалось, что эта слеза уносит с собой все его старания. Уровень воды неумолимо поднимается вверх. Медленно, но верно. Он готов поглотить парня, если тот не вылезет.

А как лезть-то? Его сил с каждым движение всё меньше и меньше. Его слабое, озябшее тело практически не способно ни на что. Куда ему, с переломанной ногой? У него опять началась паника. Ливень бил с новой силой. Не идут такие дожди. Просто не могут идти.

Парень сам не знал как, но долез выше. Теперь его отделяет всего три метра. Состояние ужасное. Сил больше нет. Вообще. Никак и ни при каких обстоятельствах. Ладони стёрлись в кровь. Ссадины и порезы о выступы камней покрывали не только их. Само туловище, которым он опирался, чувствовалось, будто ошпаренное кипятком. Но вот же. Вот же выход отсюда! Вот!

Его руки сами потянулись до конца. Ещё секунда, и вот. Выход! Да, он почти у цели – выбраться отсюда. Остался решающий шаг! Вот! Немного, и немного ещё. Вот. Уже очередные полметра пройдены. Он уже стал представлять, как вылезает отсюда, раскидывается на траве. Да плевать на неё, эту траву! Хотя бы на земле! Простой, чёрной земле! Вот он лежит и ждёт помощи. Да, помощь. Она непременно будет. Его спасут. Наверняка его ищут. Ищут везде, и найдут! Найдут ведь! Непременно найдут! По-другому и быть ведь не может, правда? Руки очень болят, но парень не намерен сдаваться! Сломанная нога? Ещё чего. Столько боли он прошёл, чтобы из-за какой-то ноги взять и просто сдаться? Нет. Нельзя так. Совсем нельзя, никогда и никак. Вкус победы уже чувствовался на языке. Он непременно победит стихию. Непременно…

Колодец всё так же стоял на том самом месте. Он никуда не мог уйти, правда ведь? Только рядом с ним никого нет. Нет ни на траве, мягкой и мокрой. Нет на простой земле. Нигде нет. И помощи тоже нет. Никого. Пусто. Совсем. И лишь вода в колодце знает, что случилось на самом деле. Она знает, кто победил. Она знает, что произошло потом. И, тем не менее, она надёжно хранит свои тайны…