Тайны тёмной цитадели

Ритуал занял несколько часов. Линда с замиранием сердца ожидала результатов. Древний Милхар описывал его подробно для темного, лишь вскользь упомянув, как использовать светлые потоки с вкраплением всего одного темного, а не наоборот. Юная колдунья очень боялась, что во время обряда что-нибудь напутала.

Она прождала час, два, стоя в круге и не смея шелохнуться. К концу третьего часа, когда Стас начал ворочаться во сне, она всерьез забеспокоилась.

Это произошло, когда он открыл глаза. Колющий удар в самое сердце, а затем разлившееся внутри тепло, имеющее чувственную зеленую окраску.

Воитель приподнялся на локте, не понимая, что случилось и как здесь очутился.

Сказать ему правду Линда не смогла. Глупо хихикая, она поведала ему уморительную историю, как старалась протрезвить опьяневшего парня, а вместо этого только погрузила в глубокий сон на неделю, напутав с заклинаниями. Пришлось на скорую руку чертить круг и будить спящего принца.

Зеленый ей поверил, посмеялся и отправился домой, тихонько улыбаясь собственным мыслям.

Он не знал, что в его душе поселился свет.

С этого дня, он стал поистине бессмертным, ибо даже развеянное на атомы тело должно было соединиться вновь, питаемое энергией Линды. Смерть не могла забрать Зеленого до тех пор, пока хоть капля жизни плещется внутри его волшебницы.

Когда Стас влетел в портал под неправильным искусственно заданным вектором и изначальные силы принялись раздирать его плоть по кусочкам, Линда почувствовала резкий толчок, заставивший на миг потерять сознание от боли. Она и раньше ощущала каждую царапину, полученную ее воином, как свою собственную, ведь часть ее энергии тут же переходила в другое тело, которое к тому же находилось совсем не близко. Но в этот раз все было иначе, на секунду ее душа покинула бренную оболочку и устремилась к грани, туда, где, удерживаемый толстой светлой нитью, метался знак Зеленого, стремясь покинуть пределы этого мира, но не в силах преодолеть невидимое тяготение, мешавшее переступить порог и отправиться дальше.

Линда активировала заклинание портала, от боли и ужаса позабыв, что вблизи ворот в иные вселенные оно не действует. К удивлению, ее вынесло именно туда, куда она нацелилась. Самым сложным оказалось сохранить подобающее магу бесстрастное лицо, когда к ней бросились чужие и ее воители, наперебой рассказывая последние страшные новости.

Проблемы за порталом Линду сейчас волновали меньше всего. Она шла туда, где чувствовала биение любимого сердца, с каждой секундой становившегося все глуше.

Отмахнувшись от назойливых вестников беды, она вошла в простую, небогато обставленную комнату, служившую лазаретом для «защитников» и нуждающихся в помощи «летучих».

Колдунья выпроводила из комнаты воителя-лекаря, принадлежащего к воинству кого-то из темных. Находясь словно в полусне, Линда забыла считать его знак. Она присела у постели Стаса. Бледный, похудевший и будто постаревший на десяток лет, он лежал, распластавшись на жесткой широкой койке. Прерывисто дыша, Зеленый чуть слышно стонал.

Оказавшись в непосредственной близости от него, Линда почувствовала, как ее энергия начала перетекать по невидимому каналу, постепенно заставляя Стаса дышать ровнее.

Через несколько часов непрерывного бдения волшебница поняла, что израсходовала уже больше половины собственного резерва, а желаемого эффекта от ее усилий так и нет. Стас даже не пришел в себя и ни разу не пошевелился.

Целую неделю Линда провела наедине с Зеленым, все отдавая и отдавая. На пятый день он на миг приоткрыл глаза, посмотрел на свою спасительницу и тут же снова провалился в небытие. Линда поняла: кризис миновал.

Боль во взгляде карих глаз полоснула Солнечный Свет, словно ножом. Она еще долго просидела неподвижно, представляя, что должен чувствовать любимый, потеряв всю группу за считанные секунды. Такая боль ощущается даже во время боевого транса, практически не оставляя шанса выжившему вырваться из переделки, унесшей жизни друзей.

Через две недели все еще бессознательного Стаса перевезли в замок.

Линда чувствовала себя измотанной и впервые за несколько столетий абсолютно пустой. Сейчас она вряд ли смогла бы совершить самое простое волшебство, не говоря о том, чтобы провести ритуал.

У входа в лазарет, куда доставили Стаса, ее поджидала Лиза. На девушке не было лица, она нервно теребила зажатый в трясущихся пальцах платочек, прямо на глазах изумленной Линды превращающийся в бабочку, готовую вспорхнуть и улететь. Но раздавленная смертью отца, последовавшей сразу за смертью возлюбленного, девушка этого не замечала.

– Пойдем, – коротко приказала Линда, вместо больничной палаты ведя ее в свой личный кабинет. Стас уже достаточно окреп, чтобы протянуть несколько часов без нее, а вот девочке необходима помощь, причем немедленно.

Лиза становиться магом не пожелала, предпочтя оставить новые возможности скованными знаком воителя, что для Линды стало огромным бонусом. Многие маги имеют в своих армиях одного, а иногда двух или даже трех несостоявшихся волшебников, способных творить простое колдовство, но не желающих вступать в колдовские дрязги. У нее таких не было.

Лиза согласилась помочь в лечении Стаса. Естественно, всей правды Солнечный Свет ей не сказала, но это было и ни к чему. Теперь ее возлюбленный мог черпать энергию даже на расстоянии, требовалось всего лишь поддерживать нужное заклинание активным, и Лиза вполне справлялась с задачей.

Стас пришел в себя через две недели. Он ни с кем не разговаривал, целыми днями лежал, уставившись в потолок, и – Линда не сомневалась – молил о смерти, которая для него была невозможна. Он по-прежнему был очень слаб. Атомы и молекулы, почти уже разлетевшиеся по мирам, упорно не хотели оставаться вместе, и парень испытывал сильнейшие муки. Помимо боли душевной, страшный физический недуг приковал его к постели на долгие годы.

Линда, а вместе с ней и верная Лиза терпеливо ухаживали за больным, который не хотел выздоравливать.

Только спустя пять лет он снова начал разговаривать, а через восемь впервые встал и сделал несколько неуверенных шагов по комнате. Тогда стало понятно, что из Зеленого Стас превратился в Черного. Редкий феномен, случающийся с некоторыми выжившими.

Через несколько месяцев он стал выходить во двор. Обычно его сопровождала мало чем занятая по службе Голубая – вопрос с подбором для нее группы отложили на неопределенный срок до выздоровления Стаса. Они часами сидели, греясь под ласковым солнышком, специально для этого превращенное Линдой из весеннего в летнее, читали книги, разговаривали. Волшебница часто присоединялась к ним, рассказывая о последних событиях, развлекая запертых в замке воителей сплетнями и щедро делясь энергией с Черным.

Шли годы. Состояние больного медленно, но неуклонно восстанавливалось. Спустя двадцать лет с момента несчастья, он заставил себя покинуть уютные стены дома Линды и в сопровождении снабженной четкими инструкциями Лизы отправился путешествовать по землям смертных. Несмотря на долгую жизнь, большая часть мира оставалась для новоиспеченного Черного такой же загадочной, как во времена молодости, проведенной в деревне. Все свое время отдавая службе, он не мог себе позволить кататься по свету и разглядывать достопримечательности. По правде говоря, он и сейчас предпочел бы остаться в замке, предаваясь своему ни на минуту не отпускающему горю, но Линда, объединив усилия с Голубой, настояла на длительной поездке. Не имея сил спорить, Стас согласился.

Вернулись они только через пять лет. Все это время Лиза периодически пользовалась порталами, чтобы хоть иногда ходить на задания и не терять формы. Каждую неделю с помощью магических кристаллов она связывалась с волшебницей и как на духу докладывала обо всем, что было связано с состоянием выздоравливающего.

К пущей радости Линды, новости были весьма утешительные. Вдали от мест, вызывающих воспоминания о погибшей семье и друзьях, Стас поправлялся быстро и, как утверждала Лиза, стал почти прежним. Сама колдунья отдыхающих не навещала, боясь растревожить старые раны: ежедневно ей приходилось бороться с собой, чтобы, едва проснувшись утром, не открыть портал и, словно снег на голову, не свалиться в объятия любимого мужчины.

В замок Стас и Лиза нагрянули неожиданно. Желая сделать сюрприз Линде, о своем возвращении они заранее не сообщили, и ждавшая их столько лет волшебница по закону подлости оказалась в отъезде.

Черный решил остаться на службе, что для выживших было огромной редкостью. Он был готов вступить в любую группу на усмотрение Линды, самому ему было все равно с кем работать плечом к плечу.

Однако желание желанием, а сил у Черного пока явно было недостаточно для того, чтобы немедленно отправиться на задание. Да и уровень регенеративных способностей, исчерпавших себя двадцать пять лет назад, оставлял пока желать лучшего.

Как следует подумав, Стас решил выждать еще пару лет, а это время потратить на усиленную подготовку. Как выяснилось, даже тренировки давались ему нелегко. Под неусыпным бдительным оком Лизы, он заново учился орудовать мечом, стрелять из более совершенных пистолетов, метать ножи и сражаться врукопашную. Даже обманывать магические ловушки стало намного труднее, чем раньше, а отвыкшие от постоянных мелких движений пальцы никак не желали справляться даже с обычным ничем не примечательным человеческим замком.

Линда помогала Стасу, чем могла, переживая каждый раз, когда замечала его бесцельно блуждающий взгляд. Она могла сохранить ему жизнь, могла вернуть утраченное здоровье, но боль душевная была ей неподвластна.

Однажды, зайдя в комнату воителя, Солнечный Свет обнаружила портрет Эсмеральды. Красавица испанка стояла в полный рост, обмахиваясь веером из павлиньих перьев. Спускающееся складками тяжелое бархатное платье подчеркивало ее прелести. Прекрасно понимая чувства Черного, Линда едва не завыла от обиды, вылетев из комнаты через окно, – так было быстрее, чем сбегать через двери.

Когда Стас совсем восстановился, он решил создать собственную группу, подобрать ребят по своему вкусу и войти в состав подразделения «демонов». Возвращаться к порталам он не хотел категорически. Линда дала на это добро, она не сомневалась, что глава из Черного получится отличный, несмотря на то, что раньше он всегда от этого отказывался, предпочитая, чтобы ответственный пост занимал кто-то другой. Сам он обычно выступал в роли защитника, как самый сильный и опытный.

Лиза, не раздумывая, вошла в состав только начавшей формироваться группы. С момента ранения прошло тридцать лет.

Они очень ответственно подошли к подбору команды, не желая принимать в нее тех, кто не подходил хотя бы по одному незначительному параметру. Все новички, имеющиеся в распоряжении волшебницы, были отвергнуты ими без колебаний.

Пока подходящих кандидатов не наблюдалось, Стас и Лиза продолжали тренироваться вдвоем, отлично сработавшись в паре. Линда часто присутствовала на их занятиях, с удовольствием наблюдая, как крепнет ее избранник, как набирается опыта Голубая, как постепенно с прежней силой разгорается огонь в любимых карих глазах.

Она не заметила, когда Лиза стала для него больше, чем напарница и подруга, но, узнав об их отношениях, Линда не позволила чувствам одержать над собой верх. Она была готова видеть любимого с кем угодно, лишь бы с его лица сошла маска бесконечной печали.

Только спустя восемь лет Стас нашел третьего члена группы. Им оказался парень, частенько появлявшийся в замке, сын Игната и Тамары Корневых, очень успешных «котов», которые раз за разом отражали пакости со стороны враждебно настроенных темных, активно использующих смертных в своих грязных играх.

Влад был флегматичным и очень покладистым, никогда не задирался, не спорил с главой и старался как можно скорее овладеть всеми навыками, необходимыми воителю. Его самой сильной стороной стали ножевой и мечный бой, однако с точностью при стрельбе у него были серьезные проблемы. В рукопашном он уступал Стасу, но довольно быстро превзошел Лизу.

Готовили парня не торопясь, понимая, что втроем отправиться на серьезное задание они все равно не смогут. Новичок быстро влился в небольшой коллектив, став для Черного лучшим другом, преданным и готовым пойти за ним в огонь и воду. О заслугах первого воителя он, как и все дети, выросшие в замке, был наслышан с малолетства и считал для себя огромной удачей попасть в сформированную легендарным воином группу.

Через год состоялась третья свадьба Стаса. Линда посетила церемонию в качестве почетной гостьи. По своему размаху праздник превзошел все ожидания, даже его свадьба с Эсмеральдой не могла похвастаться подобной роскошью. Изысканное убранство дома, доставшегося Лизе от родителей, подчеркивало безупречный вкус невесты. А рядом с высоким, крупным женихом она смотрелась как фарфоровая статуэтка, такая же хрупкая и невесомая.

Линда подарила молодой бриллиантовое колье, а ее супругу меч с рукоятью, инкрустированной красными, как кровь, рубинами. Счастливая улыбка на губах любимого стала для волшебницы лучшей наградой за приложенные для его спасения усилия.

Еще четыре года спустя в команду взяли четвертого члена – американца, рекомендованного Линде Кристофером Танцором, магом коалиции природы. Парень, в былые дни промышлявший не слишком честным трудом и имеющий взрывной, задиристый нрав, просто по определению не мог подойти любителям цветочков и жучков. Помешанный на острых ощущений и постоянной опасности, сменяющейся бурными пьянками в обществе красивых женщин и крапленых карт, непревзойденный стрелок и дуэлянт, сумевший сохранить чистоту души и неубиваемое жизнелюбие, он полностью соответствовал требованиям Линды. Однако она была крайне удивлена, когда парня выбрал для себя Стас, оставив с носом многочисленных конкурентов, позарившихся на перспективного новичка. Роберт Уилкс с радостью принял предложение присоединиться к группе, еще окончательно не сформированной, и уже через пару месяцев стал своим в доску как спокойному Владу, так и серьезному Стасу. Лиза вообще не чаяла души в курносом блондине, развлекающем друзей своими историями о прошлых похождениях, веселыми шутками и наливающем бренди из фляги, обычно припрятанной в кармане.

А вот следующий выбор Стаса Линду не порадовал, но воспротивиться было нечему. Из поездки в Санкт-Петербург, где в это время работали его родители, Влад привез девушку. Красивую, словно дикая роза в период расцвета, и такую же колючую. Отказница, сбежавшая из замка Сантьяго, в котором выросла, она смотрела на всех с опаской, не скрывая вызова, притаившегося в огромных глазах. От своего избранника она не отлипала ни на секунду, не стесняясь, прижималась к нему у всех на виду, изводила добродушную Лизу бесконечным недовольством то одним, то другим и за неделю дважды умудрилась перегрызться даже с Робертом, видящим жизнь сквозь розовую призму собственного легкомыслия. На Линду отказница смотрела с нескрываемым интересом. Казалось, она сама не понимала, как очутилась в замке колдуньи, о которой с детства слышала лишь гадости.

Возможности несостоявшейся темной поражали. Она уже была обучена всему, что должен знать воитель, а получив знак, стала одной из сильнейших в армии Солнечного Света. К тому же девушка имела полную устойчивость к пыткам, любым, включая самые жестокие. О замке своего прошлого повелителя, она помнила прискорбно мало, но даже то немногое, что Сантьяго не заблокировал магией, превосходило все, что было известно светлым ранее. Ромильда даже предложила нарушить закон и схватить кого-нибудь из отказников, ушедших со службы у Испанского Дьявола и живущих среди людей. Но никто из членов коалиции ее не поддержал. В своде магических законов было недвусмысленно прописано, что возжелавшие мирной жизни воители, неважно – ставшие ли смертными или сохранившие знак, – были неприкосновенны. Редко кто решался нарушить данный параграф, и другие маги неизменно наказывали виновных по всей серьезности закона.

Соня Коршунова стала настоящей находкой для Линды и неплохо прижилась в новой среде, несмотря на отвратительный характер и зашкаливавшую злобность.

Спустя еще три года Стас нашел шестого члена группы – полную противоположность Сони. Добрую, отзывчивую девочку-арабку Линда привезла из Португалии, где ее хотели завербовать в армию главы коалиции любви, Глафиры Герцогини Страсти, но по каким-то неведомым факторам она ей не подошла. По очереди Хадижу – так звали новенькую – пытались пристроить ко всем магам коалиции, но безрезультатно. Неожиданный визит Линды пришелся очень кстати, Глафира предложила девушке пройти сканирование у Солнечного Света, и… она наконец-то подошла.

Стас, не задумываясь, взял ее к себе, наверное, надеясь уравновесить вздорный нрав Сони легким характером Хадижи.

Остальных двух членов команды Черный присмотрел уже давно и лишь ждал, когда парням исполнится восемнадцать. Двое близнецов, дети «львов», выросшие в замке, отличались друг от друга как лед и пламень. Младший из двойняшек, Максим, знал, чем хочет заниматься, с тех пор, как научился говорить, а вот старший, Антон, предпочел бы бежать без оглядки от трудной жизни воителей, полной постоянного риска. Стас давно обсудил с Максом их перспективы на будущее, но упрямый Антон, имевший на брата огромное влияние, уговорил того вначале закончить институт в мире людей, надеясь соблазнить смертной жизнью.

Ровно через пять лет парни вновь появились в замке. Младший оказался настойчивее, убедил брата вернуться к Линде. Они прошли ритуал, получили знак. Макс стал Бордовым, а Антон – Зеленым, как когда-то Стас, и команда в полном составе наконец приступила к своим последним групповым тренировкам.

Не прошло и трех лет, как их отряд стал самым сильным в армии Линды. Солнечный Свет испытывала гордость за своего самого любимого и дорогого птенца. Кидая их раз за разом в самое пекло, она с восторгом наблюдала, как они приносят своему магу победу за победой, как с каждым днем оживает прежний Стас, тот, кого она знала и любила с детства.

Неожиданно почти сто лет везения закончились сокрушительным ударом. В замке Испанского Дьявола навеки остался Антон, старший и более сильный из близнецов. Линда опасалась, что новая потеря сломит Черного, но ласковые руки Лизы, ее понимающий взгляд, теплый голос и переполненная слепым обожанием душа спасли его от нового срыва.

Линда больше не ревновала. За столько лет она научилась желать Стасу счастья, отчаявшись найти свое. Когда он привел новую девочку, Солнечный Свет, не сканируя, согласилась пополнить их группу. Все что угодно, лишь бы он был доволен.

Серебряная нить немало удивила волшебницу, заставив внимательнее присмотреться к новенькой. «Рожденные для славы» – так между собой называли маги носителей серебра, каждый из которых был наделен сверхспособностями. К сожалению, у Алины они проявлялись спонтанно, но всегда вовремя, что давало и без того сильной команде шанс стать еще сильнее. Сверхскорость и мощь, сравнимая разве что с мощью мастера боя, каким в своем нормальном состоянии девочка не являлась, не раз и не два спасали жизнь всей группе.

Относительно спокойные времена, длившиеся несколько лет, вызывали у Линды подсознательную ассоциацию с затишьем перед бурей. Объяснить свои предчувствия колдунья толком не могла, но, не желая рисковать, озадачивала каждого члена своей разведки, заставляя вынюхивать все, что только можно.

Несмотря на опыт и огромные способности «сокрытых», они умудрились проглядеть угрозу. Впрочем, их вины в этом не было. Разведка всех светлых упорно молчала, в то время как Сантьяго Испанский Дьявол готовился к открытому противостоянию… с ней.

Восемь лет он насмехался над Линдой, держа в плену того, кого считал ее генералом. Но Сантьяго ошибся. Антон Дубровин был отличным мальчиком, который всегда со всеми ладил и сумел завоевать искреннюю симпатию своей госпожи. Но слишком мягкий характер и врожденное неприятие войны делали его абсолютно непригодным для высокой должности. В любом случае, к тому моменту, когда Антон родился, почетный пост давно уже был занят.

Вызволить Зеленого из беды стало для Линды навязчивой идеей. Она винила себя в том, что произошло с парнем. Это она позволила ему просиживать в своих покоях сутки напролет, сопровождать ее на общественные мероприятия в составе личной охраны, мозолить глаза темным, все время находящимся начеку. Любознательность и жажду знаний Антона они расценили как кровный интерес. А ее попустительство – как признание его генералом. Никто не подумал, что так глупо подставлять главного человека в своей армии Линда никогда не стала бы. Против мальчика сыграла ее выгодная в иных ситуациях репутация неумного и недальновидного ребенка, подверженного своим сиюминутным прихотям.

Если бы старший Дубровин не принадлежал к группе Стаса, она постаралась бы свернуть конфликт, остановить его, подождать. Но причинить новую боль и без того израненному сердцу любимого Солнечный Свет не могла. Зная, как крепко связаны души воителей, работающих в группе, она просто не имела права позволить Зеленому умереть.

Его спасли. Ценой жизни брата Антон, ослабевший, измученный, но преисполненный благодарности к Линде и (в первый раз в жизни!) охваченный ненавистью к темным, вернулся в мир. Спасти Стаса от боли не вышло. Теперь его душа изнывала от потери Максима, но, по крайней мере, волшебница сделала все, что было в ее власти, поставив на карту даже собственную жизнь.

Линда откинулась на спинку кресла, сминая между пальцев очередной свиток, полученный от Ромильды. Все реже и реже Мать Цветов доставляла по-настоящему ценные сведения, то ли списав ученицу со счетов, то ли просто устав от дел.

Поглощенная собственными воспоминаниями, она не заметила, как стемнело. Сквозь шторы с улицы не проникал ни единый лучик света. И маломощный магический шар, болтающийся под самым потолком, уже не мог рассеять царивший в комнате полумрак. Детвора давно разбрелась по комнатам пить горячее молоко и, укрывшись одеялами, готовиться к таинственной встрече с Морфеем.

Солнечный Свет встала и, подойдя к окну, откинула тяжелую ткань, вдыхая полной грудью ночной воздух.

Скоро будет война. Она удивлялась, что Испанский Дьявол медлит с ответом. С момента вызволения Антона из плена минуло больше трех месяцев, а темный продолжал бездействовать, никак не реагируя на проникновение, унесшее жизни не одного десятка его воинов. Эта задержка настораживала. Сантьяго никогда никому ничего не прощал.

Линда нажала скрытую пружину. Окно тут же превратилось в дверь, выпустившую волшебницу на улицу. Во дворе стояла полная тишина, изредка нарушаемая негромкими разговорами дежурных «львов».

Обойдя стену по периметру и обменявшись коронными фразами с главами рабочих групп, Линда углубилась в замковый парк. В прежние времена здесь частенько можно было застать влюбленные парочки, теперь же в темных аллеях стояла гулкая тишина. Свободные от заданий воители предпочитали отсыпаться впрок, а не бегать на свидания. Все ждали войны.

Пройдясь вдоль знакомых до мелочей посадок, Линда пришла на маленькую поляну, скрытую заклинаниями от посторонних глаз. Сюда не было доступа никому, даже Стасу. Это была ее маленькая тайна, ее убежище. Только здесь она чувствовала себя спокойно и могла хоть немного расслабиться. Сегодня это оказалось непросто. Сказывалось напряжение последних месяцев, постоянное ожидание удара. Даже редкие нападки темных, решивших что-нибудь украсть или о чем-нибудь пронюхать, прекратились, только усиливая чувство надвигающейся катастрофы. Солнечный Свет свернула большую часть операций, сейчас на счету была каждая жизнь, а то, что по своду магических законов воители обязаны были стараться выводить из строя, но не убивать противников, не могло спасти всех. Никогда не спасало. Многие гибли – кто случайно, кто по глупости, кто сводил старые счеты, а кто просто натыкался на беспринципного врага, ни в грош не ставящего чужие жизни, или попадал в плен, частенько выходя оттуда в облике подвластного темному магу вампира.

Линда растянулась на мягкой траве, заросшей ее любимыми желтыми одуванчиками.

Звезды ярко блестели на черном небе. Полная луна висела прямо над головой. Теплый воздух ласкал кожу. Неважно, что за стенами замка царит сентябрь, в ее доме всегда была весна, которую Линда любила с детства, как пору любви и расцвета.

На Солнечный Свет неумолимо надвигалось первое в жизни открытое противостояние, в результате которого выживет сильнейший, и никто, даже самый отъявленный оптимист, в этой битве не поставит на нее.

Линда закрыла глаза, призывая магический сон. Обычный не шел к ней вот уже несколько месяцев. Приятная дрема опускалась будто сверху, постепенно заволакивая разум, освобождая его от тяжелых мыслей.

Луну закрыло одинокое белое облачко. Рядом с поляной пробежала возвращающаяся с ночного свидания девушка, громко цокая каблучками по выложенной камнем дорожке. Но вечно юная волшебница этого уже не слышала. Она погрузилась в мир грез, далекий от тревог и волнений.