ЮГО-ЗАПАДНЫЙ ВАРИАНТ

– Вот как.

– Знаете, не то чтобы он так быстро забыл маму, мне кажется он её никогда не забывал, но он не создан был быть несчастным, он хотел жить хорошо и по возможности старался.

– Он женился тоже на эмигрантке? – спросил Алексей Тимофеевич.

– Нет, тогда не так много там было эмигранток, он женился на местной уроженке, у неё был сын, на пять лет младше меня.

– И как Вы это восприняли?

– Нормально воспринял, и мальчик её мне очень понравился, такой был симпатичный, забавный, и болтал без умолку. Думаю я благодаря ему быстро язык выучил. Ну а потом, когда мы пошли в школу, я вполне по нашенский зашёл в нему в класс и сказал авторитетно всей малышне, чтобы моего брата никто не смел обижать. Там это не принято. Но произвело впечатление, мне почему-то казалось, что он слишком хороший и беззащитный, он, знаете ли, такая художественная натура. Он сейчас разрабатывает большинство наших моделей.

– Понятно, а Ваша мачеха?

– Нет, у родителей наших ничего не получилось, прожили они не долго, года четыре, и тихо без скандалов расстались.

– Из-за чего не знаете?

– Трудно сказать, думаю дело здесь в так называемом менталитете.

– Мы с её сыном тогда уже постарше были и сказали твёрдо «Вы себе как хотите, а мы будем братья». И им пришлось с этим считаться. Мы очень часто встречались, а потом, я ввёл его в дело, и, как оказалось, удачно. Он и раньше много времени с нами проводил. Хотя его мать вышла замуж за своего бывшего, то есть за его отца. Но с родным отцом у него особо доверительных отношений не сложилось.

Алексей Тимофеевич немного помолчал. И зачем он всё это расспрашивает, конечно, нужно постараться больше узнать о клиенте, но в данном случае это просто любопытство. Нужно быстро переходить к делу.

– Итак. Вам нужно, чтобы я помог найти спрятанные фальшивые николаевские десятки.

– Они из настоящего золота.

– Ну понятно.

Алексей Тимофеевич плохо представлял себе, как зацепить это дело и с какой стороны начать. Может быть, клиента не устроит цена и от него можно с чистой совестью избавиться, хотя человек он, что и говорить, интересный. Алексей Тимофеевич выдержал паузу и спросил.

– Вы знаете мои расценки.

Александр Федорчук пожал плечами и сказал.

– Человек, который посоветовал мне к Вам обратиться сказал, что по божески.

Интересное определение цены, подумал Алексей Тимофеевич и поинтересовался.

– По божески – это сколько?

– Понятия не имею, – улыбнулся Федорчук.

А это уж совсем интересно, может быть деньги не имеют для него особого значения, всё-таки он фабрикант. Алексей Тимофеевич немного помолчал и осторожно заметил.

– Понимаете у Вас случай совсем особый, я честно говоря, не знаю как и браться.

– Видите ли, доверительно сказал Федорчук. Величина вознаграждения особого значения не имеет. Дело в том, что свободных денег у меня нет.

– То есть как нет, – удивился Алексей Тимофеевич, – Вы же говорили, что у Вас фабрика.

– Ну и что. Я сказал маленькая фабрика. В небольшом бизнесе деньги все вложены в дело.

Алексей Тимофеевич был настолько обескуражен, что на некоторое время потерял дар речи. Вот уж воистину «простота хуже воровства».

Александр Федорчук великолепно понял причину его удивления. И размеренно произнёс.

– А Вы думаете, что раз фабрика, то уж денег куры не клюют, в небольшом производстве все деньги обычно вложены в дело, но Вы не волнуйтесь, я понимаю, что задача очень сложная. Я предлагаю Вам половину.

– Половину чего?

– Половину клада, – просто сказал Федорчук, – и замолк, ожидая реакции.

Реакцию действительно трудно было предсказать, Алексей Тимофеевич и сам не знал, как будет реагировать. Половину это, конечно щедро, плохо только, что целого нет и как его достать совершенно неизвестно, да и сколько там вообще есть? Действительно сколько?. И, чтобы потянуть время, Алексей Тимофеевич спросил.

– А сколько там примерно?

Александр Федорчук улыбнулся и ответил.

– Мешок, вот такой.

И развёл руки примерно на пол метра.

– Это много?

– Конечно, это настоящее червонное золото. Оно имеет ценность даже просто как золото, а если продавать как Николаевские десятки, то можно, конечно выручить дороже.

– Но ведь они фальшивые.

– Мало вероятно, что это кто-нибудь заметит.

А как же насчёт того, что людей обманывать нельзя, хотел спросить Алексей Тимофеевич, но передумал. И вместо этого спросил:

– Вы так точно помните, сколько там было?

– Да я помню, мешок, вот такой.

И Федорчук снова развёл руки.

Алексей Тимофеевич смотрел в окно, с роскошных осенних деревьев медленно облетали листья. Он случайно не сумасшедший. Нет не похоже. Хотя люди с навязчивой идеей во всём остальном обычно вполне разумны и часто производят хорошее впечатление. Впрочем, этот Федорчук ведёт себя вполне адекватно. Чего же лучше загрузить колдуна своёй задачей, ничем не рискуя без всяких расходов, найдёт, так найдёт. А, если найдёт и не отдаст? Федорчук похоже об этом не думает. Доверчивый слишком или дурак. Впрочем, ни на то, ни на другое не похоже. Алексей Тимофеевич слегка подался вперёд и спросил.

– И Вы дадите мне все координаты?

Но ведь кроме этой бумажки ничего и нет.

Федорчук немного помолчал и добавил.

– Я, разумеется, буду Вам помогать.

Алексей Тимофеевич посмотрел на магический шар, но ничего не увидел в его глубине. Бегающие по шару блики как будто дразнили его, но не давали никакой информации. Непонятно исходит ли это предложение от человека наивного или наоборот умудрённого жизнью. Впрочем, на наивного человека этот Федорчук никак не похож. Алексей Тимофеевич спросил.

– А Вы не боитесь, что я просто присвою этот клад. Или считаете, что сможете полностью меня контролировать?

– Нет, я как то не подумал об этом, – признался Федорчук. – Но разве у меня есть другой выход? Сам я ничего не соображу это точно. Но думаю, если мы найдём клад. То это большая сумма и нам обоим хватит. Кроме того, Вы не знаете чего от меня можно ожидать и предпочтёте половину суммы и безопасность.

– Думаете я такой… гм осторожный.

– Дело не в этом, – ответил Федорчук, – а в том, что Вы человек имеющий своё дело и увлечённый им, разборки Вам ни к чему, к тому же сумма большая, но не астрономическая, совсем не такая, которая дала бы Вам возможность полностью изменить свою жизнь, и я думаю Вы и не хотите её менять. На воровство большинство людей идут от отчаяния, когда другие пути исчерпаны или человек их не знает.

А этот Федорчук оказывается философ. Впрочем, кому же знать как не ему. «А фальшивомонетчиками тоже становятся от отчаяния» хотел спросить Алексей Тимофеевич, но промолчал, потому, что, в общем, в целом Александр Федорчук был прав.

Конечно, совершенное безумие принимать такой заказ. Но ведь и отказываться нельзя. Слишком интересный человек этот Федорчук, чтобы его взять вот так и отправить.

– Ладно, – , подытожил Алексей Тимофеевич, я подумаю. Оставьте мне Ваш шифр или как он там называется, если появится идея, я Вам позвоню.

Федорчук воспринял такой ответ на удивление мирно. Протянул Алексею Тимофеевичу двойной клетчатый листок и встал.

– Где Вы остановились? – спросил Алексей Тимофеевич.

В гостинице «Интернациональ».

– Запишите свои телефоны.

И пока Федорчук склонившись над столом, записывал для него телефонный номер гостиничного номера и мобильный Алексей Тимофеевич, задумчиво смотрел ему в затылок. С ума нужно сойти, чтобы взять такой заказ, но и отказываться тоже глупо.

Оставшись один, Алексей Тимофеевич подошёл к окну. Так и есть полил дождь, бесконечный, осенний дождь, вроде бы рановато только начало октября, впрочем, возможно тепло ещё вернётся. Ветер раскачивал деревья за окном и мокрые тяжёлые ветки бились о стёкла. Алексей Тимофеевим молча смотрел в одну точку на стекающие струи. Потом он резко отошёл от окна и тряхнул головой. Сегодня он не станет ничего обдумывать, а просто выбросит Федорчука из головы. С такой задачей нужно переспать, идея придёт к нему утром, а может быть ночью. На сегодня никто не записан. И ждать клиентов до конца рабочего дня нет смысла, в такую чёртову погоду вряд ли кто пойдёт даже к колдуну. Алексей Тимофеевич быстро собрался, запер офис и поехал по делам, которые долго откладывал. Домой он вернулся только к вечеру.