Анклав Теней. Триумф Теней

© Алекс Каменев, 2020

© ООО «Издательство АСТ», 2020

Серия «Fantasy-world»

Выпуск 40

Иллюстрация на обложкеБориса Аджиева

Выпуск произведения без разрешения издательства считается противоправным и преследуется по закону

Пролог

Оставляя за собой шлейф лилового света, мерцающий шар фиолетового огня пролетел по широкой дуге и ударился в башню дозорных.

Грохнул взрыв, в месте попадания магического снаряда расцвел цветок странного пламени, жадно начавший пожирать все вокруг.

Даже камни не смогли противостоять страшному жару, начинали плавиться, превращаясь в бурую жижу. Что уж говорить о слабой человеческой плоти. Тем, кому повезло, умирали мгновенно, остальные оглашали окрестности дикими воплями.

Ни превосходная сталь, какую только можно купить за золото, ни чародейские амулеты, приобретенные в волшебных лавках на городском рынке, не смогли противостоять смертоносному воздействию магии Бездны.

– Мы потеряли Северный бастион, – констатировал Ирвин Капеш, наблюдая, как рушится каменная кладка, не выдержав соприкосновения с раскаленной сферой, сотканной из боевых чар.

Торговец повернулся к командующему гарнизоном Золотой Гавани.

– Прикажите отвести людей за вторую линию. Колдунья не остановится, пока не разрушит все полностью.

И словно подтверждая слова полноправного члена Консистории, высшего управляющего органа Дарцингкской Лиги, воздух прочертил очередной снаряд колдовского огня.

Раздался новый взрыв. И тут же вслед за ним послышался грохот, огромный кусок крепостной стены справа от горящей башни обрушился. Обломки водопадом рухнули в прибрежные воды залива торгового города.

Проследив взглядом за новыми разрушениями, командир стражников угрюмо кивнул и резким взмахом подозвал адъютанта для отдачи приказа на отступление.

– Глупо было надеяться, что никакой реакции на наш демарш не последует, – подал голос Мартин, стоящий неподалеку. – Ансаларцы не из тех, кто прощает обиды.

Налетевший морской бриз откинул полы плаща купца, принеся с собой удушливый запах гари, заставляя стоящих на смотровой площадке с дружным единодушием поморщиться, отворачивая лица. Ирвин повернулся к брату.

– И тем не менее хозяевам Замка Бури придется смириться с нашими условиями. Мы больше не будем с ними торговать, позволять покупать или продавать товары в нашем порту.

По губам Мартина пробежала слабая улыбка.

– Уверен, в древние времена альвы тоже рассуждали о смирении ансаларцев на военных советах в начале войны. Напомнить, чем это закончилось для перворожденных и что с ними в конечном итоге сделали фиолетовоглазые?

Вопрос повис в неудобном молчании. Только полный невежда не знал историю становления Полночной империи, когда лорды отбирали власть над Фэлроном у бессмертного племени.

Ирвин не стал отвечать, вместо этого развернулся к степенному мужчине в синей мантии свободного кроя.

– Мэтр, а вы ничего не собираетесь делать для защиты города? Магистрат которого, смею напомнить, заплатил вам немалые деньги за защиту от магических нападений, – голос главного торговца излучал яд сарказма.

Очевидное нежелание волшебника вступать в противостояние с проклятой ведьмой вызывало у купца чувство здорового раздражения. И не только у него одного, между прочим. Многим в городском собрании Золотой Гавани казалось, что чародеи с их стороны действуют недостаточно активно.

Да что там, вообще ничего не делают, если подумать. Ансаларская колдунья громит их прибрежные укрепления уже несколько дней кряду, а все, что сделали местные маги, это опутали защитным покровом ворота, ведущие непосредственно к спуску у самой воды, там, где начинались портовые постройки, рядом с длинными вытянутыми причалами.

С учетом того, что атакующие явно не собирались высаживать десант, практической пользы от таких действий было, мягко говоря, маловато.

– Помешать разрушению дальних бастионов мы не сможем, – глухо откликнулся волшебник, пряча ладони в широкие рукава. – Нужно сосредоточиться на ближних подступах. Когда начнется приступ, нам понадобятся все наши резервы. В отличие от ансаларцев, никогда не испытывающих недостатка в магической энергии, мы вынуждены черпать ее извне, а мир слишком переменчив и не всегда может дать необходимый объем силы.

Торговец презрительно изогнул кончики губ, бросил брезгливый взгляд на висящий на шее стихийника крупный медальон с голубым драгоценным камнем по центру и отвернулся. Объяснения его не устроили, но настаивать дальше тоже не стал, понимал, что если перегнуть палку, то маги вполне могут вообще покинуть город. А без хоть какой-то магической поддержки они долго не продержатся.

Стоящие на рейде черные корабли темными кляксами выделялись на фоне водной поверхности. На одном из них находилась та, что шаг за шагом разрушала укрепления на северной оконечности гавани.

Понять дальнейшие действия нападающих не составило особого труда. Задача для новобранца из ополчения. Сначала будут стерты в пыль стены и башни на удаленных бастионах. Затем огонь перенесется ближе, сначала на дно пойдут пылающими головешками купеческие шхуны, блокированные в настоящий момент в гавани, потом придет очередь причалов. Пока в конце концов очередь не дойдет до самого порта и складских построек на пристани.

Колдунья спалит все дотла. В этом можно не сомневаться. Не успокоится, пока не обратит в пепел все, до чего сможет дотянуться.

Одно успокаивало, судя по всему, огненные шары из фиолетового пламени имели ограниченный радиус действия и достать до жилых кварталов не смогут при всем желании взбешенной ансаларской ведьмы.

– Город она уничтожить не сможет, – как будто отвечая на невысказанные мысли Ирвина, рассеянно обронил Мартин Капеш. – Не дотянется. Да и наши маги в этом случае помешают бить по густонаселенным районам.

Мэтр важно кивнул, подтверждая слова купца.

– А на полноценный штурм у них слишком мало людей, – в унисон добавил командующий защитниками Золотой Гавани.

Все присутствующие как по команде посмотрели на воды залива, где сгустками мрака замерли три вражеских корабля. Над каждым лениво трепыхалось знамя с изображением дракона и башни.

– Сколько на них может быть воинов? Сто? Двести? Определенно не больше трех сотен, и это с учетом числа экипажей, – задумчиво размышлял вслух командир.

Ирвин неторопливо качнул головой в согласии. Действительно, прибывшие суда не выглядели особо вместительными. Иные торговые парусники смотрелись гораздо внушительнее.

Подумал и тут же мысленно одернул себя.

Зато ни одна купеческая шхуна не выглядит так угрожающе, самокритично подумал торговец. Хищные обводы черных кораблей однозначно указывали на их предназначение. На таких не перевозят мирные грузы. Они созданы для войны.

– Почему у них этот флаг? – спросил, ни к кому конкретно не обращаясь, какой-то клерк из свиты главы муниципалитета.

За последнее время на площадке собралось немало народа. Многие захотели лично понаблюдать, как пришлая ансаларская колдунья разносит портовые сооружения знаменитой магией Бездны.

– Кажется, символ Замка Бури теперь песочные часы, – припомнил другой служащий, на этот раз старший приказчик из портового управления. – Торговые корабли оттуда приходили именно под этим флагом.

Ирвин вдруг задумался. А ведь и впрямь, нападающие почему-то действуют под родовым штандартом Великого дома Эйнар.

Это простая оплошность? Или это и впрямь что-то обозначает? Что-то настолько важное, что непременно требует внимательного изучения.

Помнится, у Древней Знати довольно трепетное отношение к подобного рода вещам. Значит, ни о какой ошибке и речи не могло быть. Дракона и башню вывесили намеренно. Причем не только на знаменах, но и на парусах кораблей, свернутых сейчас за ненадобностью.

– Леди Летиция родом из Великого дома Талар, – припомнил Мартин. – Их герб – меч и цветок.

– Думай, что говоришь. Это вообще не относится к делу. После женитьбы она перешла в семью мужа, – перебил брата Ирвин. – Хотелось бы знать, почему корабли не под флагом земель Замка Бури? Что это может означать?

Мартин с независимым видом пожал плечами, недовольный резкой отповедью от старшего родственника, сделанной на публике.

– Что с нами воюет не только хозяин Замка Бури, но и весь Великий дом Эйнар? – предположил он.

Ирвин осекся. И взглянул на стоящие на рейде черные корабли уже другим взглядом. Внезапно ситуация стала выглядеть несколько по-иному, чем минуту назад.

Соглашаясь на сотрудничество с ландрийским монархом, Консистория вовсе не собиралась объявлять войну всем врагам Магнуса. Купцы считали, что смогут каким-либо образом договориться со всеми сторонами конфликта, ограничив собственное участие на минимальном уровне. Не совсем нейтралитет, но и не полноценная вовлеченность во все перипетии развернувшегося на континенте вооруженного противостояния. Лига хотела минимизировать урон, выйдя из войны с небольшими потерями.

Отказ продавать и покупать товары у Драконьего когтя привел к скверному результату. Лорд Готфрид обиделся и осадил Изумрудный город. Его супруга устроила блокаду Золотой Гавани.

И вот тут начались серьезные проблемы. Доходы падали, грузы не отправлялись, а те караваны, что уходили в дорогу, бесследно исчезали, увеличивая и так значительные убытки.

– Хочешь сказать, что против нас выступили все Великие дома? – спросил Ирвин, нервно потирая шею, и тут же возмущенно воскликнул: – Но это несправедливо! Мы же ничего не сделали Тэндарийской низине!

– Видимо, для лордов достаточно самого факта перехода Дарцингкской Лиги на сторону Магнуса, – философски заметил Мартин. – Получив известия об ограничениях в торговле с Замком Бури, колдуны решили, что дальше будет хуже, и стали действовать на упреждение. Я же говорил: фиолетоглазые никогда не прощали обид.

Ирвин скрипнул зубами. Ситуация все сильнее выходила из-под контроля. Противостоять одному ансаларскому лорду и пытаться тягаться со всеми семью древними имперскими родами далеко не одно и то же. На такое они с Магнусом не договаривались.

Одиночная акция, чтобы вызвать трудности в снабжении у Готфрида Эйнара, абсолютно несоразмерна с войной против всех его родственников. Тут пусть ландриец разбирается сам. На такое они не подписывались.

– Так и знал, что вся затея окончится кучей самого настоящего дерьма, где мы искупаемся с головой, – с ненавистью выдохнул Ирвин.

Ведь как все планировалось изначально. Ну запретят они торговлю на пару месяцев, ну посидят немного в осаде, потерпят убытки. Но потом, в конце лета, обязательно предполагалось направить в Замок Бури делегацию для мирных переговоров. Если к тому времени Магнус все еще не сможет разбить врага и взять материк под контроль.

Никто не собирался воевать до последней серебрушки. Затея вообще не предполагала ведения активных боевых действий. Но случилось то, что случилось, и, поддавшись под давлением Магнуса, Дарцингкская Лига все глубже увязала в водовороте насилия на континенте, чего до этого так стремилась избежать всеми силами.

Глава 1

– Милорд, мы готовы, – Большой Пит водрузил на голову тяжелый шлем из добротной стали.

Звякнуло, опускаясь, забрало, лицо седовласого воина скрылось за полоской начищенного металла. Нагрудник тускло блеснул в лучах восходящего солнца.

Выстроенные в боевых порядках коробки пехоты застыли в ожидании атаки. Идеально ровные, строгие, они выглядели несокрушимой волной, готовой захлестнуть стены города и ринуться вниз, сметая на пути любые препятствия.

Под порывами ветра упруго развевались знамена, трепыхались штандарты отдельных подразделений. Блестели кончики копий, играли на шлемах и панцирях солнечные лучи.

Позади выстроились трисские лучники. На флангах разместилась немногочисленная конница. Мы решили не мудрить и принять за основу классическую схему построения войск.

– Сколько штурмовых лестниц изготовили? – спросил я.

– Пятьдесят, – голос главного наемника прозвучал глухо из-под надетого шлема.

Я удовлетворенно кивнул. Пятьдесят – это хорошо. Пятьдесят хватит для создания необходимого напора.

– Отлично, – я инстинктивно положил правую ладонь на рукоять тхасара. – Играй сигнал.

Последние слова были обращены к стоящему неподалеку горнисту. Молодой парень схватил висящий на шее изогнутый рог и, пуча глаза от напряжения, принялся дуть.

Над полем разнесся протяжный звук горна. Почти сразу следом застучали ритмичным перестуком походные барабаны, формируя наступающим порядкам бодрый ритм. Печатая шаг, войска двинулись в атаку. Где-то там впереди вместе с обычными воинами находился Бернард, вселяя своим присутствием в солдат уверенность в предстоящей победе. Туда же отправился Большой Пит.

Шеренги пошли вперед, держа строй. Какое-то время они будут идти именно так, пока не дойдут до определенной точки. Тогда прозвучит еще один сигнал, и первые линии ускорят шаг, переходя на резвый бег, таща за собой лестницы и удерживая над головой крепкие щиты от вражеских лучников.

Но им недолго придется беспокоиться на их счет. Подойдут триссцы и, пользуясь своими более дальнобойными луками, прикроют нашу наступающую пехоту.

Не бог весть какая тактика, но недаром говорят: совершенство в простоте…

Это случилось три недели назад. Штурм провалился, взять нахрапом Изумрудный город не удалось, торговцы отбили приступ, дав жесткий отпор.

Мы не умылись кровью, не понесли большие потери, но и закрепиться на стенах в итоге не смогли. Просто в какой-то момент стало понятно, что не выходит, не получается. И что за каждый следующий метр приходится платить большим количеством жизней, чем за предыдущие два. А устилать трупами своих солдат улицы купеческой твердыни я ни в коей мере не собирался.

Нет, в конечном итоге мы бы скорее всего прорвались, смяли бы передний заслон и продвинулись дальше. Проблема в том, что оборона на этом не рухнула бы. Очень уж яростно бились защитники, очень уж хорошо продумали защиту перед сражением. Не бежали, огрызались, отвечая ударом на удар и никак не желая сдаваться.

Я четко прочувствовал этот настрой у вражеских воинов. Они бились с редким остервенением, следуя принципу – умереть, но не бросить оружие и не обратиться в бегство.

Честно говоря, подобное поведение здорово удивило. Думал, все получится сделать проще. Быстрее, без лишних жертв. И не так кроваво.

Любопытно, такая ожесточенность связана с широким распространением вести о судьбе Стокхолла? Или же Лига пообещала своим солдатам баснословное вознаграждение, если они не отступят и не сдадут город?

А может, все гораздо банальнее, и на стенах воюют не обычные наемники, коих так любят привлекать торговцы, а воины из числа местных, и они всего лишь защищают свой дом?

Не знаю, возможно. Скорее всего, сошлись сразу все эти факторы, воодушевляя бойцов противника до небывалого уровня.

В любом случае терять собственных воинов в больших количествах я не захотел, поэтому приказал трубить отход. Штурмующие войска дисциплинированно откатились назад, сохраняя идеальное построение.

Поддержать наступление магией у меня не вышло. Что-то давило, мешало полноценно колдовать, применяя боевые заклятья в полную силу. Это не походило на действие обычного негатора, хотя о нем я в первую очередь подумал, стоило появиться этому странному ощущению невидимого давления.

Нет, магия не исчезла полностью, она осталась и давала возможность творить заклинания. Вот только они выходили какими-то хиленькими и совершенно неэффективными.

«Волна ужаса», должная накрыть группу из полусотни вражеских солдат, доставала лишь до первой пятерки. Да и то вызывала не безумную панику, а всего лишь легкую неуверенность. Которую быстро разгоняли рявкающие команды офицеров.

Помнится, негатор действовал совершенно по-иному. Очень сильно ограничивал радиус действия заклятий, но слабо влиял на их силу. То есть зацепить тех, кто находился близко, удавалось. А тут и на стоящих почти вплотную магия нормально не действовала.

Черт его знает. Может, какой-то модифицированный аналог артефакта Салазара. Причем сразу несколько штук, вплавленных прямо в городскую стену. Это бы объяснило творящуюся ерунду в магическом фоне.

С драконом тоже вышло неладно. Зур-Хаг серьезно подрос за прошедшие недели, достигнув размера откормленного быка. Чешуя стала невероятно крепкой, полностью оправдывая потраченные килограммы чистейшего мифрила на питательную среду для зародыша. Ни стрелы, ни арбалетные болты не могли пробить черные пластины с матовым отливом. Так что волноваться за безопасность Небесного Ужаса больше не приходилось.

Но вот беда, из-за все того же ослабления магии дыхание пламени дракона выходило не столь разрушительным, как этого бы хотелось. Огонь не сжигал гранит, не плавил камень и не позволил уничтожить ни одни из ворот.

Зур развлекался, нападая сверху на защитников, но помочь в глобальном плане не смог.

Вот если бы вымахал размером с двухэтажный дом, тогда, конечно, другой разговор. Однако на этом этапе развития дракон, к сожалению, в большом сражении действовал не с тем размахом, какой подсознательно ожидаешь от летающей рептилии, сотворенной магическим способом по рецепту древних чародеев.

Использовать Трансформу для проникновения за стены города и открытия врат изнутри, признаться честно, я не рискнул. Как ни посмотри, а меня трудно назвать неуязвимым существом, не боящимся смерти. Тем более под действием неизвестных артефактов, влияющих на заклинания.

Оставалась классическая осада. Чем мы и занялись после того, как договорились о коротком перемирии, чтобы забрать тела мертвых и раненых и обменяться немногочисленными пленниками.

Кстати, во время переговоров выяснилась любопытная деталь. Прямо об этом не говорилось, но проскользнуло между строк. Оказалось, Лига не рассчитывала на столь резкую реакцию. Торгаши и не думали втягиваться в войну лично, планировали исполнить роль всего лишь пассивного помощника Ландрии в развернувшемся противостоянии.

Каково, а? Хитрожопые спекулянты не ожидали, что им так мощно прилетит за потерю нейтрального статуса. И судя по поведению, уже жалели, что поддались давлению Магнуса.

В конечном итоге это, разумеется, ничего не меняло, но какой-то простор для маневра в дальнейших переговорах давало. Поэтому зарубку в памяти сделал, на всякий случай.

Так прошло три недели. Мы стояли лагерем под стенами Изумрудного города, по окрестным дорогам шныряли наши конные разъезды, патрулируя местность. Торгаши сидели тихо, не показывая из-за крепких стен носа. Наступило шаткое равновесие.

А потом у меня начались проблемы с самочувствием. Стал плохо спать, появились какие-то жуткие кошмары. Голова постоянно раскалывалась. То исчезала, то пропадала непонятно откуда взявшаяся слабость. Раздражительность стала моей верной спутницей, вместе со вспышками беспричинной ярости.

Так продолжалось какое-то время, пока однажды, лежа в шатре на походной койке, я вдруг не понял, что должен сделать, чтобы избавиться от наступившего недомогания.

Это походило на озарение, знание возникло само собой и не являлось плодом каких-то долгих размышлений. Словно кто-то щелкнул переключателем и появилось понимание того, что на самом деле со мной происходит.

Купели.

Ритуал «Восхождение» требовал, чтобы я его непременно закончил, и как можно скорее.

Точнее, этого требовало от меня мое тело, не желавшее забывать, что перестройка организма так до конца и не завершилась.

Я знал, где находятся оставшиеся купели. Одна на севере, в Пустошах, как раз под императорским дворцом ансаларской столицы. Вторая на юге, где-то глубоко в Железных горах, подземном царстве двергов. И последняя на востоке, на одном из островов Трисского архипелага, владении морского падишаха.

С того самого дня, как черные воды Купели Постижения сомкнулись над моей головой, это знание всегда оставалось со мной. Невидимый компас внутри четко указывал направление к остальным трем, спрятанным в незапамятные времена, древним реликвиям.

И я не просто знал их примерное местоположение, меня начало тянуть туда со страшной силой. Откуда-то возникло ощущение, что если медлить, то организму будет становиться только хуже с каждым днем.

Осознание данного факта вынудило изменить все последующие планы.

– Милорд, вы уверены, что это хорошая идея? – спросил Бернард, с тревогой глядя на меня.

– Ты про что? Про путешествие? Или про способ передвижения? – мрачно пошутил я, застегивая подпругу под брюхом Зур-Хага.

Дракону явно не нравилось, что у него на спине закрепили седло. Он то и дело мотал длинной шеей назад, пытаясь зубами стянуть неудобную штуку. Приходилось одергивать непослушного зверя, мешая ему лишить меня хоть какого-то комфорта в полете.

– Может, лучше на лошади? – неуверенно протянул первый рыцарь Замка Бури.

В очередной раз ткнув кулаком в морду Небесного Ужаса, я покачал головой.

– Слишком долго. Чтобы добраться до нужного места, понадобится провести месяцы в дороге. У меня нет столько времени, – сказал я, взгромождаясь в седло.

– Удачи, милорд. Осторожнее там, – Бернард отступил на два шага назад.

Дракон насмешливо фыркнул на воина, нервно провел лапами по земле, сдирая целый пласт зеленого дерна, и лишь после этого, повинуясь моей команде, побежал, смешно переваливаясь с боку на бок.

– Ну, малыш, давай, покажи, что тебя не зря кормили все эти месяцы, – подбодрил я Зура, прижимаясь к драконьему гребню.

Взяв приличный разбег, дракон наконец-то решился и оттолкнулся от земли, взмахивая крыльями. Сначала неуверенно и неуклюже, но затем все более спокойно и плавно он принялся набирать высоту.

Мое новое странствие началось. Впереди ждали Пустоши, мертвые земли давно павшей империи великого Ансалара.

Глава 2

В фильмах и книгах полет на драконах описывают как нечто замечательное, нечто захватывающее, то, от чего остаются сугубо положительные эмоции, наполняющие душу небывалым восторгом.

Изящно изогнувшаяся смазливая девица, оседлавшая крылатую рептилию гигантских размеров, смело смотрит вперед, сияя белозубой улыбкой. Ее волосы красиво развеваются, а лицо светится счастьем и радостью.

Широкоплечий воин с мужественной физиономией и в серебряных доспехах крепко держит длинное копье, сидя в специальном полукресле-седле на спине летающей твари-переростка. Он величественно парит в небесах, похожий на полубога.

Такими обычно представляются драконьи всадники, стоит только о них подумать. Им хорошо, они наслаждаются полетом, испытывают экстаз, смакуя каждый момент…

Полное дерьмо!

Как человек, действительно летящий на самом что ни на есть настоящем драконе, могу с полной уверенностью заявить, что все вышесказанное абсолютное вранье, не имеющее никакого отношения к реальности.

Летать на драконе абсолютно не так весело и комфортно, как это описывают в романах и показывают в кино.

Во-первых, туловище летающего ящера намного шире обычной лошади, и даже седло не слишком помогает сидеть с привычным комфортом, к которому ты привыкаешь после определенного опыта верховой езды.

Приходится усаживаться враскоряку, приноравливаться, подгибая колени и вытягивая ноги немного назад. Та еще поза, если подумать. Чем-то отдаленно напоминает положение мотогонщика на скоростном байке. Если забыть об отсутствии эргономичного дизайна и самого размера седалища.

Очень скоро затекают конечности, начинает ныть согнутая спина. Пара часов еще ничего, но если полет длится весь день, то ты проклянешь вся и всех, успев припомнить разными нехорошими словами умников, кто разрабатывал огнедышащих ящеров на заре становления Ансаларской империи.

Уже к вечеру я понял, почему древние чародеи больше не выращивали этих зверушек. И дело тут вовсе не в их злобном нраве и таланте к разрушению. Просто больше не находилось идиотов, чтобы садиться на этих жутко неудобных для передвижения тварей.

Вторым неудобством выступал очень плохой обзор. Сильный ветер заставлял постоянно прикрывать глаза и щуриться, что, понятное дело, влияло на уровень ориентации.

Данный момент косвенно также касался и навигации. Свешиваться вниз, пытаясь рассмотреть землю в поисках ориентиров, то еще удовольствием, особенно под порывами сильного ветра.

С ветром, кстати, вообще беда. Он не только мешал нормально обозревать окрестности, но и очень сильно влиял на самочувствие.

Колющие порывы студеного ветра не освежали и уж точно не настраивали на лирический лад любоваться окрестными пейзажами. Ни о каком наслаждении и речи не шло. Тебе становилось тупо холодно, и мысли сами собой перескакивали на желание оказаться где-нибудь подальше отсюда. Например, в хорошо прогретом зале малой трапезной в замке, перед пылающим камином с кружечкой глинтвейна в руке.