Альбион. Освещая тьму

– Мы надеялись Брат, – проговорил мужчина, садясь в свободное кресло, – но…

– Я продержусь сколько смогу, нужно очистить страну от ренегатов. А там, я охотно приму забвение, – едва слышно произнес Вигман, – но если я сорвусь, ты знаешь, что делать…

Уильям задержался на какое-то время, нужно было убедиться, что сейчас все успокоилось, так же попытался уговорить обойтись без перевода, только Эрик был непреклонен. Вскоре Эрик Вигман полностью пришел в себя. Вены на лице пришли в норму, от пореза не осталось и следа, а серые холодные словно лед глаза все так же смотрели в пустоту перед собой. Руки лежали на подлокотнике, крепко сжимая его.

– Глупые правила, глупые всё те, кто заставляет им следовать! – Бушевала у себя в комнате девушка. Она взяла палочку и заклинанием заперла дверь, после чего рухнула на пол около кровати и крик вырвался из её горла. Зеркало на столике треснуло от всплеска магии. Конечно, сила ее была меньше, чем у мужчины, однако этого хватило, чтобы навести в комнате полный хаос.

Мелисса сама не знала почему, но по её щекам текли слезы, а на душе остались лишь горечь и обида. Девушка снова делала то, что не подобает леди, и мысли то и дело твердили ей, что отец этого бы не одобрил. Так она просидела до вечера. К закату слезы высохли, оставив только покрасневшие глаза и пустоту, которая медленно, но верно начала разъедать изнутри. И вроде бы они были друг другу чужими, но почему? Почему же ей было так больно от одной мысли о том, что всё может закончиться?

Девушка пока была ещё не готова принять ответ, а потому и истинная причина была от неё скрыта. Нет, она вовсе не боялась остаться одна, остаться без средств. За всё время брака девушка даже ни разу не подошла к той шкатулке, не то чтобы взять из нее что-то.

Словно в забытье, Мелисса поднялась и прошла к столу. Вскоре на чистом пергаменте появились буквы, выведенные её рукой:

"Я виновата пред тобой. Иной раз мои эмоции мне не подвластны и могут принести вред.

Прошу простить меня, если это вообще возможно. Такого мужа, как тот, что достался мне, многие бы мечтали получить.

Твоя Мелисса."

Девушка замерла, пробежав глазами по бумаге, после чего запечатала его в конверт. Волшебница сменила платье, окровавленное осталось лежать у стола, а на ней сейчас было чёрное, самое обычное платье. В какой-то момент она поняла, что идти к мужчине в комнату не может, но в зверином облике всё было проще. А потому, отперев дверь, она обратилась в лису и, взяв аккуратно письмо в зубы, направилась по тёмным коридорам. Чем ближе зверь был к комнате князя, тем ярче был запах крови, она ощущала его везде.

Тихо толкнув лапкой дверь, лиса сделала робкий шаг в помещение. Света в комнате, кроме лунного, совершенно не было, но благо зрение было острым, а потому, всё так же робко, припадая к полу, рыжий зверек двинулся вперёд. Князя она обнаружила в кресле, он сидел напротив окна и со спины сказать спит он или нет она не могла, но дыхание у мужчины было ровным. Аккуратными шагами, лисичка приблизилась и, обойдя волшебника, опустив взор и ушки, словно подчиняясь ему, Мелисса аккуратно положила на его ногу письмо. Стоило конверту оказаться у адресата, как она быстрыми движениями попятилась назад, поджав пушистый хвост и остановилась в паре метров от князя, всего на миг подняв зелёные глаза, но уловив движение, тут же снова опустила взгляд, практически свернувшись в клубок.

Конечно, он услышал, как Лиса прокралась по полу, а затем робко положила белый конверт ему на колени. Эрик не спешил, могло даже показаться, что он решил полностью проигнорировать этот жест. Но спустя минуту аристократ все же осторожно взял конверт правой рукой, разворачивая его пальцами. Темнота не мешала ему видеть, да и он догадался, что там могло быть. Девушка решила первой пойти на примирение, несколько секунд прошло прежде, чем блондин легонько ударил по колену, все так же правой ладонью, призывая ее подойти.

Зверек робко поднял голову и навострил ушки. Мелиссе бросилось в глаза то, что левая рука выглядела совершенно безжизненной. Зелёные глаза наблюдали за мужчиной неотрывно, изучая. Волшебница поднялась на лапках и медленно подошла к креслу, так же она совершенно спокойно позволила ему поднять себя, обхватив под животом. Уже оказавшись на ногах Эрика, лиса завиляла хвостом и начала тихо-тихо поскуливать, но стоило его руке коснуться головы, чтобы погладить, как рыжая плутовка тут же на миг прикрыла глаза.

– Это мне стоит извиниться, леди, – нарушил тишину князь, осторожно погладив лису от макушки до кончика хвоста, – кто я такой, чтобы вам указывать.

Его пальцы бережно и с заботой чесали макушку лисы, пока мужчина, откинув голову на спинку кресла закрыл глаза. Мелисса втянула воздух носом, ощущая от мужчины посторонние ароматы трав, а от левой руки веяло холодом. Зверёк аккуратно лёг на ногах князя, совершенно не протестуя против его прикосновений. Она видела усталость под маской спокойствия, а потому стоило Эрику откинуться назад, как лисица замерла, позволяя волшебнику отдохнуть.

Думать в облике лисы ей было иной раз легче. Тут все эмоции становились проще, а потому и контролировать их было не сложно. И вот сейчас, она лежала на ногах, но мыслями разбирала их ссору, чтобы понять. Однако, чем больше она думала, тем больше вопросов находила.

Начало светать. За окном чёрное небо постепенно начало приобретать краски, а звезды исчезали, словно растворяясь в лучах солнца. Волшебники так и провели всю ночь, оставшись в кресле, словно кровать им была совершенно не нужна. Увидев рассвет, Мелисса подняла голову и навострила ушки. В голове эхом звучали его слова "Завтра же подам рапорт о назначении…" Сердце сжалось почему-то, выплескивая новую порцию душевных терзаний. Зверёк повернул голову и посмотрел на мужчину. Он выглядел спящим, но точно не спал, видимо просто отдыхал. Девушка не знала, захочет ли князь держать на руках её в истинном облике, ведь одно дело зверёк и совсем другое человек. Тем более тот, который вчера вывел его из себя. Глубоко вздохнув, листва легко соскочила с ног Эрика и отошла на пару шагов. По зверьку было видно, что она сомневается в своём решении.

Комнату осветила вспышка и тут же на её месте оказалась девушка. Она подняла глаза и посмотрела на супруга, не зная как ей стоит начинать разговор. Рыжеволосая сделала пару шагов и присела на пол около правой руки мужа. На её ключицах все так же были видны следы его крови, которые она не убрала, а взгляд зелёных глаз снова стал светлым, мягким и каким-то виноватым.

– Эрик… – она медлила и даже потянувшись рукой к его руке остановилась и убрала свою обратно на юбку платья, – Я так виновата пред тобой. Там, в кабинете я наговорила тебе много лишнего. Прошу, прости, если сможешь.

Она так и не коснулась его, только робко посмотрела в серые глаза, в которых не отражалось сейчас даже капли жизни. Однако шло время, а ей казалось, он не среагирует на её извинения, что этого мало:

– Мне тяжело даётся быть женой. Так много правил и условностей. А правила и нормы ненавистны мне всей душой.

Девушка отвела взгляд и в этот момент луч солнца ворвался в комнату освещая девушку со спины. В его свете могло даже показаться, что волосы её вспыхнули огнём. Всё же, решившись, волшебница очень аккуратно коснулась его руки. Та показалась очень холодной, но пальчиков Мелисса не отдернула, оставила поверх свою руку, словно согревая его.

– Эрик, прошу, останься с мной. Не подавай рапорт, не уезжай, – она подняла взгляд, смотря в лицо мужчине, – Возможно я всё делаю не так, но, прошу, помоги мне стать для тебя хорошей женой и хорошим другом.

Сам же Вигман лишь открыл глаза, какое-то время глядя перед собой, естественно он всё слышал, каждое её слово. Видел с какой робостью Мелисса протянула руку, едва касаясь его руки, мужчина развернул ладонь бережно сжимая руку супруги, а затем потянул её на себя, усаживая обратно к себе на колени:

– Леди, вам не за чем извиняться, – проговорил, наконец, аристократ, обнимая правой рукой, при этом левой рукой Вигман так где не двигал, – я же не говорил о правилах и требованиях. А лишь о приличиях, – голос его звучал спокойно, можно сказать даже слишком.

– Возможно, – несколько увильнув от прямого ответа отозвалась девушка. Она вырисовывала пальчиками узор на правой руке супруга, словно пыталась так успокоить и себя, и его, а голос её был очень тихим.

– Однако ты не ответил на вопрос, Ты не уедешь? Останешься? – Мелисса повернула голову, посмотрев снова в серые глаза, – в конце концов, дорогой супруг, ты сам говоришь, что вокруг опасно. Думаю, кроме тебя никто с моей безопасностью лучше не справится, – она мягко улыбнулась, словно предлагая перемирие.

– Никто, говорите, – аристократ поднял руку, при этом рассматривая лицо Мелиссы, обрамлённое ореолом огненно-рыжих волос, – полагаю, что мистер Браун охотно взял бы на себя эту миссию.

Он приподнял её лицо за подбородок, осторожно погладив по щеке большим пальцем.

– Возможно вы и видите в нём всего лишь друга, но в его случае всё иначе, – сейчас мужчина не кричал, казалось, это словно бы и не касалось самого аристократа.

– Это исключительно проблемы Томаса. Мне он как брат и сама мысль быть с ним как с мужчиной мне крайне неприятна.

Князь всё смотрел на девушку, что была перед ним, она была безусловно красива, притягательна и обаятельна. Вигман и сам был бы не против, найди она хоть один отголосок в его сердце, но ничего. Пустота. Эрик притянул девушку ближе и прижал к себе, отвечать на её вопрос он не спешил, сам не знал. Стоит ли ему вообще оставаться, в Карлионе, справятся и без него, а там он будет полезнее. Да и не привык боевой маг сидеть дома. Мужчина прижался щекой к её лбу, продолжая так же молча смотреть в окно, думая. Он уже собирался ответить, но его перебил громкий стук в дверь.

– Ваше Сиятельство, простите, что тревожу в столь ранний час, но юная леди исчезла. Её нет в комнате и нигде на территории особняка, мы со слугами обыскали везде, но нигде нет и следа, – даже через дверь слышалось, как женщина переживает, практически рыдает. Пару раз послышался стук каблуков, сказавший супругам, что дама переминается с ноги на ногу, явно нервничая.

– Да что б тебя, – на грани слышимости произнёс мужчина – Ваша гранд-дама меня в могилу загонит раньше всех.

Он поднялся, при этом саму леди оставил сидеть в кресле, направляясь к двери, чуть приоткрывая

– Мадам Адель, – Эрик говорил с женщиной совершенно спокойно, – что значит леди нигде нет? Я вам жалование плачу за что, позвольте у вас узнать. Как раз за то, чтобы вы были в курсе местонахождения моей супруги.

– Ваше Сиятельство, – начала дрожащими губами женщина, находящаяся едва ли не в обмороке, – она была у себя, вечером, а сегодня я зашла её проведать и не обнаружила ее ни где.

Мужчина придерживал дверь, закрывая обзор, а потому видеть леди она не могла.

– Мадам Адель, я напоминаю, что это я должен спрашивать у вас, где находится леди, – он толкнул дверь, та распахнулась, открывая вид на кресло, что стояло к двери боком, так что было видно кто в нем сидит.

Да, конечно, с точки зрения этикета девушка не могла самовольно войти в комнату мужа, только если тот пригласит, но ведь мадам не знала обстоятельств, при которых девушка оказалась здесь.

– Надеюсь вы не забыли о нашем разговоре, мадам, что состоялся накануне. Не смею вас больше задерживать, – после этих слов аристократ закрыл дверь, в этот раз он занял соседнее кресло, глядя на то, как Мелисса изо всех сил старается сдерживать смех, но этот ее вид отзывался внутри мужчины чем-то… теплым.

– Думаю ты мог бы быть с ней по мягче. Бедняжка чуть не отдала богам душу, пока разговаривала с тобой, – тихо, всё ещё улыбаясь, проговорила леди, вставая с кресла.

– Не мог бы, леди Адель твоя гранд-дама, которая должна быть тенью рядом с тобой. И отмечу, что ты единственная женщина, которая может находиться в моих покоях, – продолжить ему опять не дали, так как на этот раз раздался сдержанный стук, мужчина разрешил дворецкому войти.

– Ваше Сиятельство, нотариус уже здесь, ждет в малой приемной. Так же докладываю, что стекольщик уже закончил работу, а в кабинете прибрано. Стол заказан, будет готов через два дня, – отрапортовал старый слуга, глядя на господина.

– Хорошо, пригласи его в кабинет, я сейчас спущусь. И да, пусть подготовят мой мундир. Мне нужно в министерство. Леди, – Эрик поднялся и поцеловал тыльную сторону ее ладони, – увидимся за завтраком.

Она поняла, что мужчине пора собираться, а значит и ей уже пора покинуть его комнату. Когда губы Эрика коснулись тыльной стороны её ладони, девушка улыбнулась ему и, поднявшись с кресла вышла из комнаты. Прошмыгнуть к себе ей удалось незамеченной, от чего, стоило закрыть дверь комнаты, у девушки вырвался вздох облегчения. Весь этот присмотр за ней, словно за ребёнком, очень утомлял. Взяв палочку, леди наколдовала себе горячую ванную и, скинув всю одежду, забралась в неё. Жар дарил покой и расслабление, уходили лишние переживания, особенно когда она погружалась с головой. В один из таких моментов кто-то вытянул девушку из воды силой. Мелисса открыла глаза и удивлённо уставилась на Адель.

– Мадам, не кажется ли вам, что вы тут лишняя? – изогнув правую бровь, волшебница снова глубже опустилась в воду, а её волосы, словно языки пламени растянулись в водной глади.

– Вы были так долго под водой, мне показалось… – начала было женщина. Она выглядела и в правду очень взволнованной.

– Вам показалось, а теперь позвольте мне вдоволь насладиться горячей ванной, – холодно проговорила девушка. Адель кивнула и вышла, а Мелисса снова погрузилась в горячую воду с головой.

После ванной, девушка решила не изменять выбранный для этого дня цвет и облачилась в чёрное платье, корсет которого, однако, был бежевым цветом и вышивкой. Волосы она собрала не полностью, лишь мешающие спереди пряди были убраны назад, остальная же часть рыжих волос спокойно лежала на плечах и спине девушки. К завтраку Мелисса спустилась немного позже супруга. Тут уже видел за столом с чашкой неизменного чая.

– Прошу прощения за опоздание. – спокойно проговорила волшебница, садясь неподалёку от Эрика. На этот раз на завтрак она съела совсем мало, можно было бы даже сказать, что не поела вовсе. А покончив с этим леди поднялась со своего места и пожелав удачного дня Эрику, коснулась его щеки губами и в сопровождении мадам Адель ушла в библиотеку.

Эрик же вышел из дома, где его уже ожидал конь. Быстро вскочив в седло, он направился в сторону министерства. Где, идя по коридору, маг еще издали увидел знакомый силуэт.

– Мистер Браун, рад встрече, – аристократ протянул руку для рукопожатия.

– Князь Вигман, – он кивнул в знак приветствия, – Рад встрече.

Мужчина протянул руку, хотя каждый раз ему казалось, что этот Вигман просто хочет сломать ему кости.

– Как жаль, что работа не даёт вам наслаждаться обществом вашей супруги дни на пролёт. Наверное, покидать её каждое утро для вас очень тяжело? – Как бы невзначай не то спрашивая, не то насмехаясь проговорил брюнет.

– Это вас совершенно не касается. И так же я, по-дружески, – выделив слово "по-дружески" интонацией с нажимом произнес мужчина, – хочу напомнить вам о рамках приличия. Леди Мелисса теперь замужняя дама. И если она, как и любая женщина, подвержена влиянию эмоций, вы на такое прав не имеете. И как ее друг детства так же должны заботиться о ее репутации.

Все время монолога Вигман не выпускал руки своего собеседника, глядя прямо в глаза. Разжав, наконец, ладонь, больше говорить было не о чем, так что Эрик попрощался кивком головы. Томас проводил взглядом, сжимая и разжимая руку. Этот Вигман появился в их жизни так некстати.

Джентльмен поправил волосы и ушёл к себе в кабинет, но сейчас он больше походил на грозовую тучу, нежели на того, кто только что предоставил положительный отчёт начальству, а виной тому был этот Вигман. Магическая метка, что уже пару лет была на его правой руке, в последнее время тревожила всё больше и всё чаще, особенно когда юноша злился. Вот и сейчас волна жара и неприятного покалывания разлилась по предплечью значит вечером будет собрание. Орден, сторонником которого был брюнет, начинал действовать всё чаще и активнее, влияя на политическую жизнь страны.

Томас был родом из некогда богатого дома, но со временем его предки потеряли большую часть накоплений, однако знакомства в высшем обществе оставались. Да, он не был завидным женихом, так как состояние Брауна было невелико, однако он обладал рядом полезных качеств отработал в сфере международного сотрудничества, что заинтересовало когда-то в его персоне определенный круг лиц. На работе джентльмен был на хорошем счету, пунктуальный и ответственный, его уважали коллеги и ценили начальники. Но это не смогло сравниться со статусом в обществе мужа Мелиссы.

Как ни крути, а по положению, даже если не брать в расчет военное прошлое молодого человека, Эрик был куда выше, многих. Семья Вигман имела длинную родословную, лично из уст короля получив княжеский титул, который не раз оправдывала, защищая и оберегая страну и монаршею семью. Собственно последний представитель сего рода – Эрик Вигман, лично принял на себя этот долг и с гордостью нес.

Князь в свою очередь направился в военный комитет в который был вызван. Ничего нового, там маг не услышал. Ренегаты скрывались, не обыскивать же всю аристократию, это нанесет урон репутации короля и правительства. Кромешникам, чьи настоящие имена не были известны никому, ни кто не доверял, их не понимали, а потому побаивались. Кто знает, сейчас они на стороне короны, а завтра? Однако несколько их представителей часто появлялись, в отделе тайной полиции и, даже, имели там свои кабинеты.

Вернулся Эрик ближе к вечеру, отдав коня в руки конюшенного мальчишки, маг направился в дом, на ходу получая от дворецкого письмо, пробегая по нему глазами для ознакомления. Это было извещение о похоронах Арно, который "погиб при несчастном случае в пожаре".

– Где леди Вигман? – спросил он у дворецкого, получив ответ, направился в библиотеку. Девушку он нашел стоящую у окна, отправив мадам, заниматься своими делами, мужчина подошел к супруге протягивая ей бумагу.

Девушка взяла конверт из его рук и быстро пробежалась глазами по сухому подчерку. Письмо гласило о церемонии похорон, его дате, времени и месте проведения. Девушка оторвалась от письма и подняла глаза на мистера Вигмана, собираясь ответить, а после всё же задать их нерешённый вопрос, но мужчина заговорил первым.

– После завтра, нам необходимо присутствовать, – а после посмотрел в ее глаза, словно улавливая немой вопрос, – и нет, я не подавал рапорт.

Минутное замешательство, взвешивание того, стоит ли так поступать, колебание и принятие решения. Всё это отразилось в зелёных глазах, вспыхнувших радостью. Но после замешательства, волшебница сделала шаг и порывисто обняла мужчину за шею. Она молчала, слова были сейчас лишними, за девушку говорили её поступки. Спустя пару мгновений Мелисса отпустила мужчину из объятий и посмотрела в его серые глаза:

– Я очень рада, что ты принял такое решение.

Наблюдая за тем, как на лице и в глазах девушки сменяются эмоции, мужчина вдруг осознал, что возможно в поведении жены виноват сам. Когда-то давно, отец пытался вести "мужские" разговоры со своим, входящим в возраст, сыном, заходили эти разговоры и о женщинах. Да, они весьма эмоциональны и эти эмоции для них едва ли не самое важное. Вот ирония, Мелисса, подвержена им куда сильнее нежели другие знакомые ему дамы, даже Агата, а знакомы они весьма давно, не была такой. А ирония в том, кто достался ей в мужья – маг, находящийся на грани, и не испытывающий ничего. Стоит предположить, что именно отсутствие этих самых эмоций и заставляет девушку искать их где-то в другом месте. Да, этот Томас, друг ее детства, реагирует на ее шутки, забавляет ее.

– Я не думал, что это вас настолько порадует, – произнес Эрик, когда ее руки ослабили хватку, сам он правда отпускать ее не спешил, – к тому же, рапорт все равно бы ни кто не принял. Ситуация в столице весьма непростая, поэтому я просил бы тебя, не забывать об осторожности и не покидай дом одна. Не из моей прихоти, а из соображения безопасности.

– Даже в пушистом облике?, – порывисто уточнила Мелисса.

– Ведь если я скажу, что и в пушистом тоже, это не возымеет должный эффект, не так ли? – он усмехнулся, – Поэтому просто попрошу быть внимательнее и не совать свой острый носик на открытые пространства.

Мужчина чуть наклонился и коснулся губами ее лба, продолжая удерживать левой рукой за талию подле себя, правой костяшками пальцем провел по лицу от виска до подбородка, нежно касаясь кожи. Рыжеволосая волшебница подняла на него взгляд зелёных глаз. Почему сейчас ей безумно захотелось коснуться его в ответ, показать всю ту нежность, разбудить эмоции и блеск в его глазах. И все эти мысли можно было прочесть во взгляде леди, что снова и снова менялся, плавно передвигаясь от серых глаз супруга к его губам.

Мелисса сомневалась, опять и опять взвешивая поддаться ли моменту или сдержать порыв. Они договорились быть друзьями, а такой её поступок мог разрушить обещание и девушка это понимала, но, Мерлин, как же душа просила поддаться порыву.

Девушка подняла правую руку и погладила его щеку пальчиками, словно всё ещё борясь с желанием, от чего магия вокруг несколько напряглась, выдавая напряжение самой волшебницы. И она всё же сдалась, повинуясь порыву эмоций, что испытывала сейчас. Привстав на носочки, Мелисса мимолетно взглянула в серые глаза Эрика и коснулась его губ своими в робком поцелуе. Ее глаза прикрылись, а сердце пропустило удар, трепеща от этого момента.

Сам того не понимая зачем, маг наклонился навстречу, возвращая девушке поцелуй, постепенно его углубляя и усиливая. Руки мужчины обхватили девушку крепче прижимая к себе, сжимая талию в своих объятиях. Хотя такое положение было несколько неудобным, ведь Эрик был куда выше своей супруги, решение пришло быстро. Аристократ просто подхватил девушку за талию, а в следующее мгновение та уже усажена на подоконник, при этом поцелуй не разрывался ни на мгновение, лишь инициатива уже перешла к мужчине.

Все мысли из её головы тут же испарились, оставив только пульсирующую тишину и тело, которое с охотой отзывалось на ласку мужчины.

Тело Эрика реагировало вполне естественно, хотелось сорвать с нее платье и уложить прямо на шкуру, что лежала у камина. И ведь ни кто его не упрекнет. Он ее муж, в своем праве… все что пожелает…

"Стоп! Остановись! Ты не можешь…" – эта мысль прозвучала в его голове словно, не давая сорваться.

Эрик упирался руками в стекло по обе стороны от талии супруги, с силой заставляя себя отстраниться, прижимаясь лбом к прохладному стеклу. Дыхание его сбилось, а все тело было напряжено. Он боролся с собой. Заставив убрать правую руку, открывая девушке возможность уйти:

– Иди, – произнес он хриплым голосом, при этом, стараясь, восстановить дыхание, и не двигаться.

Девушка соскользнула с подоконника, а затем покинула библиотеку. Все это время аристократ не шевелился, все так же опираясь о стекло, правда теперь еще и сжимал подоконник. Ему стоило неимоверных усилий заставлять себя оставаться на месте, хотя все тело требовало закончить начатое.

Вот только Эрик не мог. Не мог так поступить. Не хотел, что бы Мелисса чувствовала себя использованной, а ведь так бы и вышло. Эрик ни чего не чувствовал к ней, да и не только к ней, а не испытывал совсем ничего. Физическая потребность была, но разве так можно? Пользоваться ее наивностью и доверчивостью. К тому же, мужчина дал слово, что их брак будет формальным, а отношения максимум дружескими. А физическую потребность, к слову, мог он реализовать с девушкой другого рода. Но маг стоял, сжимая деревянный подоконник, впиваясь в него рукой.

Простояв так несколько минут, мужчина оторвался от своего места и направился в свои комнаты. Едва зайдя в ванную просто вылил на себя ведро ледяной воды, что бы хоть как-то снять напряжение. Не выдержав, с силой ударил кулаком по стене, от чего осталась приличная вмятина. Немного успокоившись снял с себя мокрую одежду.

Стоя перед зеркалом аристократ провел ладонью по груди, рассматривая темный рисунок вен, что начинался с левой стороны груди, поднимаясь к плечу и шее, уходил на спину и спускался к левой руке, переходя в почти сплошной чёрный цвет на ладони и пальцах.

То еще зрелище, едва ли молодая девушка будет в восторге увидев его таким…

Аристократ вышел в комнату, надевая чистую черную рубашку, поверх которой накинул жилет. Так же написал письмо Уильяму, отправив его по особому пути связи. Сегодня он отправится на рейд, как Эрик Вигман, военный маг. Иначе его отсутствие могут вызвать подозрения.

Даже будучи у себя в комнате и успокоив стучащее быстрее положенного сердце, волшебница не могла разобраться в себе ей было в новинку испытывать такие чувства к мужчине. Она конечно читала романы, но в голове её была несколько иная картина, от чего природа такого пламени внутри себя Мелисса пока понять была не в силах. Она лежала на софе, перебирая рыжую прядь в руках и думала, пытаясь разобраться в чувствах, Однако истина ускользала от волшебницы, скрывалась под маской чего-то иного, оставаясь безумно близко и далеко одновременно.