Эликсир Бодрости

Глава 5

Воскресенье

– Это так мило! – в очередной раз за пересказ Маргариты о Глебе вздохнула Полина, попивая ванильный капучино. Она полулежала в кресле на своей веранде и смотрела на подругу, сидевшую по-турецки в кресле напротив, тихо играла классическая музыка.

– Честно говоря мне до сих пор не верится, что это происходит со мной, – на щеках Маргариты проступил румянец.

– Знаешь, а ведь ты всю сегодняшнюю смену гримировала всех с такой дурацкой счастливой улыбочкой и ничего не рассказывала.

– Я не была готова делиться, боялась если расскажу, то это воспоминание потеряет краски, а теперь я как будто заново все пережила, – разоткровенничалась Маргарита.

– Когда вы договорились встретиться?

– Глеб уже заменил аккумулятор и обещал привезти машину к полудню. Меня отсюда Крестный заберет, хочет со мной о чем-то серьезно поговорить.

– Опять будет читать тебе нравоучения о посторонних разговорах с учениками?

– Это его работа, он же завуч, а я его подставляю, – Маргарита вздохнула, – Придется выслушать.

– А ты не думала и правда перестать агитировать детей ко сну? В конце концов у них есть родители, которые могут о них позаботиться. Или просто переведись в другую школу и там говори там все что хочется? – предложила Полина.

– Сейчас во всех школах так. Да, придется следить за языком. Хотя бы не заставляют пропагандировать детям как круто не спать неделями и на том спасибо. Но это так тяжело наблюдать за детьми, которые ходят словно зомби и при этом не иметь возможности поговорить с ними, помочь им. Сон – это метод организма усваивать и переваривать знания! Взрослым он тоже очень нужен для того же, но подростки… У людей, да и у всех других живых организмов есть необходимость во сне. У большинства из них он разделяется на медленную и быструю фазу, и по исследованиям сна, как бы это попроще сказать? – Маргарита задумалась, а Полина наградила ее укоризненным взглядом, означающим: «Конечно, мне бы попроще, посложнее это же не мое», – Медленный сон – это некая сортировка воспоминаний на нужные и не нужные, перенос нужных из гиппокампа, отдела головного мозга, в который копятся все воспоминания от пробуждения до засыпания, в долговременное хранилище – кору головного мозга. То есть при перегруженном гиппокампе новой информации просто некуда записаться! – Маргарита взглянула на подругу, боясь увидеть скучающее выражение на ее лице, но Полина была явно заинтересована, поэтому девушка продолжила, – Быстрая фаза обрабатывает информацию, полученную за день и соединяет с уже имеющейся в мозге, таким образом мозг создает алгоритмы для быстрого приятия решений при похожих задачах в дальнейшей жизни, формирует опыт человека. В этой же фазе мы видим сны, основанные на увиденном как накануне так и годами ранее – происходит соединение блоков информации, поэтому наши сны не только об увиденном за время с прошлого сна, но и о том, что было узнано и увидено намного раньше, часто к этим воспоминаниям подключается фантазия и сны становятся сюрреалистичными, – Маргарита перевела дыхание.

– Ты говоришь о мозге как о компьютере с его оперативной и долговременной памяти, – заметила Полина.

– Если посмотреть с этой точки зрения, то устройство памяти у нас и у машин довольно похожи, – Марго никогда об этом не задумывалась, но сравнение ей понравилось.

– А сколько память у мозга если переводить ее в гигабайты?

– Хороший вопрос, ответа на который я не знаю. Но одно могу сказать точно – он ограничен, особенно у кратковременной памяти в гиппокампе.

– Хм… То есть ты хочешь сказать вся функция сна заключается только в обработке информации?

– Конечно нет! – сказала Маргарита возмущенно, – У сна много задач, еще одной из которых является поддержание нормального психического состояния. Вот сколько раз ты ложилась спать с мыслью, что что-то сделала не так как нужно и это казалось тебе катастрофой?

– Чаще, чем хотелось бы. Честно говоря чуть ли ни каждый раз перед сном, да и не только, думаю если не о катастрофических своих решениях, то о том что могла бы сделать что-то лучше или просто иначе, – Полина нахмурила свои темные брови, отчего между ними появилась складка.

– Ты переживала и испытывала негативные эмоции. А что ты думала об этих же своих действиях после пробуждения?

– Я думала, что это не конец света и я все сделала правильно, мои решения больше не расстраивали меня, по крайней мере так сильно. Меня как будто отпускало, – Полина закусила губу.

– Ты воспринимала ситуацию проще именно из-за сна, еще одной функцией которого является отделение эмоций от воспоминаний. Мозг как бы отсоединяет эмоцию от события, чтобы при воспоминании о нем, мы снова ее не прочувствовали и могли адекватно оценить. А представляешь сколько подобных ситуаций у детей? У них же каждый день происходит что-то новое, что-то непохожее ни на что из их прежнего опыта. Они намного эмоциональнее взрослых, как же сложно им приходится с этим смехотворным рекомендованным трехчасовым сном в день, а многие и им пренебрегают. Как их мозг должен справляться со всеми своими задачами за столь короткий промежуток времени? – у Маргариты затекли ноги и она вытянула их перед собой положив на журнальный столик, – А мне нельзя объяснить причину их нервных срывов и плохой памяти, которая заключается в нехватке сна. Знаешь, некоторые из них вообще с родителями почти не разговаривают, думают что их не поймут. А со мной запросто, как со старшей сестрой. Они мне доверяют, а мне запрещено о них заботиться. Это же не справедливо!

– Твои аргументы в пользу сна кажутся очень разумными…

– Это не мои аргументы – это исследования ученых, подкреплённые десятками экспериментами, которые теперь можно найти только в старых частных библиотеках или даркнете, – пояснила Маргарита.

– Но эти исследования проводились более восьми лет назад, не так ли? Еще до того как у нас пропала необходимость в ежедневном сне, – парировала Полина.

– Миллионы лет эволюции не могут быть обмануты побочным действием какого-то там лекарства, – Маргарит придерживалась неофициальной версии по которой сон перестал быть необходимостью именно из-за лекарства, – По крайней мере без убытка для здоровья.

– Хорошо, меня ты убедила, обещаю спать больше, особенно после стресса, чтобы все, так сказать уложилось в голове, – Полина примирительно улыбнулась, – И мне не приятно это говорить, но вернемся к насущной проблеме в школе. В-первую очередь ты должна уметь заботиться о себе, о своем будущем, взрослая жизнь не совсем такая как мы ее себе представляли, мы не можем делать и говорить что захотим без последствий, – Полина взяла подругу за руку и посмотрела ей в глаза, – Ты хороший человек, твоим ученикам с тобой очень повезло, но они же не такие уж и беспомощные, сами все поймут когда придет время. Вспомни нас в их возрасте, нам никто был не указ! Тогда люди только начинали обходиться без сна и мы же с тобой и сами не спали подолгу, хотели быть крутыми. И ничего, выросли вполне адекватными и более менее психически здоровыми, по-крайней мере я, – улыбнулась Полина, а Маргарита возмущенно хмыкнула, – Мои родители вечно были заняты и не контролировали меня, хотя они ведь владеют фармацевтической компанией и о плохом влиянии отсутствия сна на здоровье должны были проесть мне плешь, ведь я их единственная дочь. А попытки твоего бедного Антона нас контролировать приводили к еще большему протесту с нашей стороны, ведь помнишь? – Полина сентиментально улыбнулась приятным воспоминаниям.

– Полина, иногда ты просто поражаешь своей толстокожей мудростью. Моей совести стало чуть-чуть легче. Спасибо, – сказала Марго серьезно, но через миг ее лицо приняло лукавое выражение, – А ты все еще влюблена в него?

– В кого? – Поля насторожилась неожиданной смене темы разговора.

– В Антона!

– Маргоша, сто раз тебе говорила я была юной, он был брутальным учителем информатики, в него все были влюблены! А я еще и часто гостила у вас, у меня просто не было шансов.

– А я не про тогда, я про сейчас спрашиваю, ты же до сих пор с нами часто ужинаешь.

– Не влюблена. Или влюблена. Знаешь я сама не знаю! Эх, запретный плод всегда сладок. Почему ты спросила, он что-то обо мне говорил? – Полина даже краснела красиво, – Он ведь до сих пор не женат?

– Нет, не говорил ничего такого. Я просто так спросила. Иногда забываю об этом, а тут вспомнила, – Маргарита не знала как бы отнеслась если бы ее Крестный и ее лучшая подруга начали бы встречаться. Наверное, все же положительно, хотя и получилось бы, что Полина стала бы типа ее Крестной мамой.

Полина резко вскочила и убежала в комнату.

– Полин, ты куда? – удивилась Рыжая.

Девушка вернулась веселая с чем-то спрятанным за спиной:

– Закрой глаза, – попросила она. Подруга повиновалась, послышался шелест бумаги, – Теперь открывай, – Маргарита открыла глаза и ахнула.

– В том что я до сих пор храню коллаж-визуализацию, который мы с тобой сделали на тему нашей с Антоном свадьбы есть признак того, что я до сих пор в него влюблена, как думаешь? – задумчиво спросила Поля и девушки рассмеялись. На журнальном столике был разложен огромный лист из плотной бумаги с густой аппликацией из ярких картинок. В центре пергамента красовалась пара – вырезанные из журнала мужчина в смокинге как у Джеймса Бонда и невеста в красивом длинном белом платье, только вместо их голов были приклеены лица Антона и Полины, вырезанные из фотографий. Рядом другие варианты свадебного платья, туфли, прически, фотографии Мальдивских островов под надписью «Медовый месяц», на заднем фоне красовался огромный особняк с надписью «Место церемонии», церковь с надписью «Венчание», внизу белый лимузин lincoln. Вокруг пары были приклеены фотографии гостей с подписанными именами, а лицо Маргариты к изображению свидетельницы в лаконичном сиреневом платье со спущенными плечами. Вместо свидетеля вырезан из журнала и приклеен рядом когда-то популярный актер, нравившийся в то время Рыжей.

– Полина, неужели ты это сохранила? Ты ненормальная! И ужасно сентиментальная!

– И я тебя тоже очень люблю, – Поля обошла кресло подруги сзади, наклонилась к ней, обняла и поставила подбородок ей на плечо. Теперь они могли разглядывать это произведение искусство с одного ракурса.

– У меня только один вопрос, – тихо произнесла Марго.

– Какой?

– Насколько я помню я выбрала другое платье, где оно?

– Милая, я же говорила тебе тогда и повторю сейчас: тебе не идет V-образный вырез, – ответила Полина с усмешкой.

– Я даже спорить с тобой не хочу, – прыснула Марго.

– Я отыскала это, – Поля указала на коллаж, – Из-за сна, который мне приснился после принятия «СонПро», помнишь я тогда не захотела рассказывать?

– Помню.

– Становится прохладно, ты не мерзнешь?

– Нет, а что?

– Пойдем в квартиру, я замерзла и проголодалась, хочешь суп? Я сама готовила, – предложила Поля.

– Ты еще спрашиваешь? Конечно хочу!

Девушки перебрались в просторную комнату, дизайн которой был выполнен в английском стиле в светлых тонах. Кухонный гарнитур расположился вдоль одной из коротких стен, здесь же обеденная зона. Другую часть комнаты занимала гостиная, ее от кухонной зоны отделял массивный мягкий диван, развернутый к противоположной стене с плазменным телевизором в золотистой рамочке. По комнате были разбросаны настольные лампы, бра и торшеры, но главным средством освещения являлась огромная хрустальная, люстра, которую мог позволить себе только высокий потолок как здесь. Даже те, кто не любил подобного изыска сразу влюблялись в этот интерьер.

Поля принялась разогревать еду и накрывать, а Маргарита уселась на кухонный шкафчик рядом с раковиной и приготовилась слушать.

– Мне приснилось веселая подготовка к свадьбе, церемония, банкет на двести человек. Все было один в один как на нашем коллаже, но потом, когда пробила полночь несколько гостей с папиной работы превратились в вампиров и начали на всех нападать… Началась суматоха, большинству удалось сбежать. Но нам почему-то нельзя было убегать, поэтому мы, конечно же, достойно защищались. Силы были неравны, нас с Антоном укусили, мы превратилась в вампиров, а ты не хотела становиться вампиром, но так вкусно пахла… В общем проснулась я, когда допивала из тебя последние капли крови и мое платье стало алым, а ты открыла глаза перевоплощенной.

– Забавно, – ошарашенно произнесла Маргарита.

– Это все что ты можешь на это сказать?

– Может быть у тебя есть на меня какая-то обида?

– Да какая обида, я люблю тебя как саму себя. Я знаю это всего лишь сон еще и под таблетками, но не могу выбросить его из головы, решила рассказать тебе, облегчить душу так сказать, – сказала Полина и разлила суп по тарелкам. Девушки сели за стол, – Ты на меня не обижаешься?

– Конечно нет! В конце концов насильно сделать меня вампиром не самое худшее, что ты могла сделать.

– Что может быть хуже?

– Ты могла бы просто меня убить.

– Я почти сделала это.

– Но не сделала же? Кстати, а что в это время делал Антон?

– Он отошел и наблюдал, – не без усилия вспомнив ответила Поля.

– А вот на него я бы обиделась. Конечно, если бы это был не сон, – Маргарита улыбнулась на печальный взгляд Полины, как вдруг зазвонил ее телефон. Посмотрев на экран Рыжая: – Легок на помине! – сказала она, – Але, привет!

– Привет, я через пять минут буду у подъезда, спускайся, – послышался из трубки голос Крестного.

– Сейчас Полина накормит меня супом и спущусь.

– Хорошо, передавай ей привет.

– Тебе привет, – Марго ехидно подмигнула подруге за что та кинула в нее скомканной салфеткой.

– Антон, она тоже передает тебе большой привет.

– Спасибо. Ладно, кушай не торопись, я подожду, – сказал он и положил трубку.

Девушки пожелали друг другу приятного аппетита и принялись за еду.

– Как же я обожаю твой фирменный куриный суп с лапшой! – сказала Марго доев и облокотившись на спинку стула.

– Я сталась. Ну все, делу время, потехе час, иди уже, да и мне нужно собираться на тренировку – сегодня учу кататься на коньках девочку, которая как оказалось очень любит фильмы со мной, хоть я там и н второстепенных ролях, – поторопила подругу Полина.

– Я бы тоже не отказалась как-нибудь сходить на каток.

– Как-нибудь сходим, давай тарелку.

Маргарита предложила помочь прибраться, но в тайне рассчитывала на отказ и получив его не скрывая радости обняла подругу на прощание, собралась и вышла из квартиры.

Электромобиль от Ауди, принадлежащий Крестному был припаркован между двумя такими же. Сам же его владелец разговаривал по телефону и носком ботинка спинывал грязь, прилипшую ко дну машины. Он заметил Маргариту, только когда она уже была в метрах трех от него.

– Я тебе позже перезвоню, продолжим, – сказал Антон деловым тоном, не дожидаясь ответа завершил вызов и улыбнулся приближающейся девушке, – Привет, Маргаритка! – так Марго называли только он и когда-то родители, хотя для нее это была любимая форма ее имени.

– Привет, – Маргарита улыбнулась в ответ и обняла Крестного, – Как всегда весь в делах?

– Ну какие у нас дела. Так делишки, – Крестный и Крестная дочь сели в машину и поехали, – Я так понимаю ты уже сытая, составишь компанию для обеда или уже торопишься?

– Составлю, конечно, а вообще мог бы подняться к Полине, она сварила вкуснейший суп и была бы рада тебя видеть. Сегодня как раз вспоминали с ней как классно было раньше смотреть фильмы и что-нибудь готовить втроем. Кстати говоря я не помню почему перестали? – рассказала Марго.

– На сколько я помню с тех пор как вам после двадцати одного года начали продавать алкоголь пропала необходимость терпеть общество старого скучного Крестного, – Антон рассмеялся, он знал что это неправда, но ждал опровержение. Маргарита поняла это, но решила не идти на поводу.

– Не говори ерунды, ты никогда не был старым! – съязвила она.

– Я думал ты скажешь, что я никогда не был скучным, – изобразив удивление поднял брови Антон.

– Так и хотела, – рассмеялась Рыжая.

– И в кого ты такая язва? Здесь недалеко есть одна уютная кафешка, если ты не против поедем туда?

– Хм, а какая там кухня? – придирчиво поинтересовалась девушка.

– Европейская, очень уж пасту хочется и честно говоря туда должен подъехать один мой знакомый, кое-что мне передать.

– Ну что это за дилетантское подобие иллюзии выбора? Даже как-то обидно, – Маргарита по-детски надула губы, она ерничала и не ожидала, что Антон воспримет вопрос серьезно.

– Не всегда в нашей жизни есть право выбора. И я сейчас даже не говорю о ситуациях в которых ты знаешь что выбор сделала не ты, а кто-то за тебя. Я говорю о ситуациях в которых ты даже не знаешь что делаешь выбор, который за тебя уже сделал кто-то другой. И не только за тебя, но и за многих других, – путанно ответил Антон.

– Сейчас, в ситуации с выбором кафе это поучается тот вариант, когда я знаю что выбор сделали за меня, так? – Марго задумалась.

– Так.

– А второй вариант? Я не понимаю, приведи пример.

– Со вторым сложнее. Я не хочу забивать мозг своей милой Маргаритке.

– Еще скажи: «Повзрослеешь – поймешь», – тут Маргарита действительно начала обижаться, – Вот все время ты так делаешь: сначала скажешь что-то интересное, а потом объяснять не хочешь. Может быть я вообще теперь никогда не пойму что выбираю то что за меня и всех остальных уже давно кто-то выбрал?

– Вот как раз ты-то и сама все прекрасно понимаешь. Приехали, – Антон припарковал машину около маленького кафе с окнами в пол под названием «Итальянский дворик».

Внутри было всего семь столиков, хотя при другой расстановке места бы сполна хватило бы на десять без потери комфорта для посетителей. Три столика пустовали и Маргарита выбрала стол у окна и уже собиралась сесть за него, но Антон предложил столик в глубине зала позади барной стойки и когда они уселись за него и начали изучать меню девушка спросила:

– За тем столиком красивый вид на бульвар, почему ты выбрал этот около кухни?

– За тем столиком мы как в аквариуме, нас видят все, а мы никого. Этот столик не привлекает лишнего внимания, а мы видим всех, – Антон выдержал паузу, – Плюс ко всему есть дополнительный путь к отходу.

– Твоя сегодняшняя встреча грозит нам бегством? – заинтригованно осведомилась Маргарита.

– При любой встреча должен быть план отступления.

– Ты сегодня слишком загадочен, что происходит? – Маргарита настороженно посмотрела Крестному в глаза и решила, что не отведет взгляда пока не дождется ответа.

– Вам что-нибудь подсказать по меню? – голос официанта заставил девушку вздрогнуть, но она не отвела взгляда с Антона.

– Мне черный чай, чизкейк и яблочный фреш, – сказала Маргарита как будто не вздрагивала и подумала, что ведет себя некрасиво, но игра стоила свеч.

– Это все? – Антон тоже не отводил от Крестной дочери глаз и дождавшись ее кивка заказал пасту с лососем и черный чай. Выглядела парочка по мнению официанта странновато, но в Москве странными кажутся и те кто совсем без причуд, поэтому он даже не удивился.

– Так я дождусь сегодня ответов на свои вопросы? – первой прервала молчание Маргарита.

– Я пока не хочу тебе на них отвечать. К тому же у меня пока нет доказательств, – уклончиво ответил Крестный.

– Ты обещал, что мы никогда и ничего не будем скрывать друг от друга и не стал бы намекать на что-то если бы и сам не собирался рассказать! – парировала Маргарита.

– Обещаю, очень скоро я тебе все расскажу. Ты будешь первой кому я это расскажу, договорились? – пообещал Крестный.

– Договорились, – девушка поняла, что ответов она не добьется, но обиду скрывать не стала, – Не знаю вот теперь рассказывать ли тебе свой секрет или нет.

– Расскажи. Я не хотел тебя обижать. Как ты и сказала я и сам очень хочу тебе все рассказать, но сейчас прошу немного подождать, – с обезоруживающей улыбкой объяснил Крестный.

Официант принес заказ и Антон принялся за еду, а Маргарита поняла, что удачнее момента раскрыть свой маленький секрет уже не будет, так как он чувствует себя виноватым и не будет устраивать слишком строгий допрос с пристрастием.

– Я начала кое с кем встречаться.

– Что? С кем это? – Антон даже вилку из рук выронил и смущенно попросил официанта ее заменить, – Когда вы познакомились?

– Вчера, – Маргарита была довольна сложившейся атмосферой.

– Вчера познакомились и уже встречаетесь? Не слишком ли быстро? Как его зовут, где познакомились? Где он работает?

– Ну начинается! Скажи спасибо за то что после всех твоих тайн за сегодня для открытия которых нужно подождать я вообще тебе рассказала про это! – Маргарита понимала свою выигрышную позицию и нагло смотрела на Крестного, – К тому же мне двадцать три года уже, что за гиперопека? У мамы в моем возрасте уже была я, а ты начинаешь. Мог бы просто порадоваться в конце-то концов!

– Тогда времена были другие и папу я твоего хорошо знал. И я рад. Но я же твой опекун, волноваться о тебе моя работа, – произнес Антон вполне ожидаемую фразу.

– Он очень хороший, зовут Глеб, работает в баре снов на Пресне, – Маргарите почему-то не хотелос говорить что он собственник бара.

– Глеб Бодров? – спросил Крестный и Марго поняла, что не знает фамилию своего молодого человека и залилась краской.

– Не знаю.

– Встречаетесь и не знаете фамилии друг друга? Что за времена? – позволил себе назидательно ухмыльнуться Крестный, – А ты знаешь что он не работает в этом баре, а владеет им? – Маргарита смущенно кивнула, – Почему не так сказала, как же наш уговор про отсутствие секретов? – Антон покачал головой.