- -
- 100%
- +
– Привет! Егор?! Правильно?! – мужчина деловито посмотрел на Егора и сразу перешёл к сути: – Сколько нужно денег?
Как только Егор показал затребованную на лечение мамы сумму, мужчина добавил:
– Парень, всей суммы собрать не сможешь, но значительную её часть – да!
– Я согласен! – уверенно произнёс Егор, желая поскорее перейти к обсуждению деталей.
– Мне рассказали про тебя! Ты спортсмен и не привык отступать! Дорога в любую частную армию тебе открыта! Тем более что восемнадцать тебе исполнилось, и это будет только твоё решение! Подумай хорошо ещё раз! Обратного пути не будет! – мужчина попытался отговорить Егора, спокойно наблюдая за его реакцией на свои слова.
– Я всё для себя решил! – твёрдо ответил мужчине Егор.
– Понимаю! Родители – это святое! – сказал мужчина. – Тогда слушай! Я тебе отправлю контакты одного исследовательского института. Они занимаются разработкой и внедрением бионических протезов и имплантов для военных и частных армий. Готовят, так сказать, улучшенных солдат! И им постоянно требуются за очень хорошее вознаграждение добровольцы! Деньги платят частями, но быстро и честно! – мужчина на секунду прервал свой рассказ. – Ну что, Егор, ты в деле?!
– Да, я в деле и хочу сегодня, сейчас подписать все бумаги, а на днях получить первую часть денег! – решительность Егора явно понравилась мужчине.
– У меня контракт с собой, можешь ознакомиться и подписать! – сферическое изображение нескольких листов бумаги, составляющих контракт, появилось на столе перед глазами Егора. Он спешно просмотрел основные условия контракта, остановившись на сроках и суммах оплаты, и, увидев желаемые суммы, быстро поставил свою «подпись».
– Контракт подписан, завтра приступаешь, а сегодня повидай маму! – произнёс мужчина, пожимая на прощание руку Егору. – Значит, наши общие знакомые сказали о тебе правду!
* * *– Егор, не делай этого, прошу тебя! – Ефим умоляющим взглядом смотрел на брата. – Я не верю, что нас ждёт такое будущее! Ты достоин большего! Вспомни, о чём мы с тобою мечтали!
– Ефим, не трать время на разговоры, контракт уже подписан! Я не смогу посещать маму несколько дней, тебе придётся сделать это одному. И следи за переводом первой части денег по договору! Если что, контакты я тебе оставил! – Егор вплотную подошёл к брату, глядя тому в глаза. – Всё хорошо будет, брат! Сейчас главное – поставить на ноги маму!
* * *– Проходите, молодой человек, прямо по коридору! – произнёс молодой крепкий мужчина, вставая со своего места на посту при входе в здание. Егор подчинился, шагнув вглубь длинного извилистого коридора. Дойдя до заветной двери, он поймал себя на мысли, что удивлён отсутствию женского персонала в стенах исследовательского института. «Странное место!» – подумал Егор, уверенно толкнув дверь от себя.
Зайдя внутрь достаточно просторной комнаты, он увидел большой аппарат цилиндрической формы, немного похожий на томограф, который «нависал» над медицинской каталкой. Рядом с аппаратом стояли трое мужчин в хирургических халатах, лица которых были скрыты масками.
– Совсем мальчишек присылают! – с налётом грусти произнёс один из них. – Проходите, ложитесь, молодой человек! – сказал он, указывая Егору на каталку.
– Так сразу?! – Егор не ожидал скоротечности приближающегося события.
– У тебя есть последний шанс сейчас выйти в эту дверь! – послышался зычный голос другого мужчины. – Либо ложись, либо проваливай!
В один миг перед глазами Егора пролетела его короткая жизнь, но он сделал шаг вперёд.
* * *– А-а-а-а! А-а-а-а! – вырывалось из его груди. Он кричал снова и снова, не имея возможности успокоиться от чудовищной боли в голове, всё плыло перед его взором: увиденное приоткрытыми глазами «размазалось» до состояния белого пятна. Егор инстинктивно попытался освободить зафиксированную левую руку, но не смог этого сделать.
Услышав крик, в палату вошёл уже знакомый мужчина, который быстро оценил ситуацию:
– Запись идёт? – поинтересовался он у невидимого собеседника и, видимо, получив ответ, продолжил: – День первый после операции. Уровень боли у пациента зашкаливает. Начинаю увеличивать концентрацию обезболивающего спецраствора!
Произнесённые им слова сопровождались криками Егора, который выворачивался от боли на своей постели.
– Парень! Слышишь меня?! Сейчас немного полегчает! – Егор узнал этот знакомый голос, который накануне он слышал последним перед «отключкой». – Для начала введём тактический чип! Наркоз общий. Восприимчивость к боли средняя!
– Концентрация спецраствора увеличена на пятнадцать процентов! Парень, как ты себя чувствуешь?! – пытался перекричать Егора мужчина. Не дождавшись ответа, он произнёс: – Боль не снижается! Продолжаю увеличение спецраствора до тридцати процентов! До пятидесяти! До семидесяти пяти процентов! Пациент начинает терять сознание! Остановились на семидесяти пяти процентах! Парень, можешь пошевелить левой рукой?!
– Да! – хриплым голосом ответил мужчине Егор, почувствовав «свободу» левой руки.
– Молодец, парень! – довольным голосом проговорил мужчина, видимо, добившись желаемого результата. – А теперь я постепенно начинаю снижать концентрацию обезболивающего до приемлемой величины! – вновь послышался голос мужчины.
Егор вновь и вновь чувствовал сопровождавшую его возвращение в реальность острую, нестерпимую боль в голове и правом глазе. Открыв только левый глаз, он осознал, что лежит на правом боку и часть его головы вместе с правым глазом чем-то закрыта. Егор пробовал приподняться на постели, в которой очнулся, но не мог этого сделать.
– А вот этого делать не рекомендую! Голова зафиксирована, а её прооперированная часть находится в обезболивающем спецрастворе, способствующем скорейшему её заживлению!
– Первая часть денег переведена? – несмотря на сильную боль, поинтересовался Егор, тревожась об оплате лечения мамы.
– Всё будет сделано, парень, за это ты можешь не переживать! Лучше думай о скорейшей реабилитации всей «начинки» в твоей голове, чтобы ты мог приступить к основному этапу.
– И я сделаю всё, о чём мы договорились, для получения второй части денег по контракту! – ответил Егор, уставившись в часть окна. Мужчина готов был удалиться, но Егора мучил ещё один вопрос: – Когда я смогу увидеться с мамой?!
– Если будешь молодцом – через три дня, парень! – бросил мужчина сухим бесстрастным голосом, и через минуту Егор провалился в безвременье, снова «отключившись».
* * *Следующие дни тянулись для Егора бесконечно долго. Острая боль постепенно становилась терпимой, процентное соотношение обезболивающего, по словам того самого мужчины, неизменно уменьшалось.
– Парень, ты быстро идёшь на поправку! – довольным голосом подбадривал его мужчина по прошествии трёх суток после операции. – Видно, сильно хочешь маму навестить?!
– Сильно – это не то слово! – ответил ему Егор, ложась на спину, после того как мужчина полностью «освободил» его голову от приспособления со спецраствором.
– Вот и всё! Завтра утром проведём контрольный осмотр, и сможешь отправиться на свидание с мамой! – сказал, уходя, мужчина.
Егор, немного полежав на спине, решил приподняться, затем сесть на кровати, что ему почти безболезненно удалось сделать. Тупая боль в голове никуда не делась, но стала «ноющей». Осмотревшись, Егор понял, что почти три дня провёл в одиночестве в небольшой палате с белоснежными стенами, потолком и полом. Одно-единственное окно было наглухо закрыто, что не мешало наполнению достаточным количеством воздуха пространства комнаты.
* * *Несмотря на все попытки, ночью Егор долго не мог заснуть. Где-то недалеко от его палаты он отчётливо слышал негромкие мужские голоса, которые то затихали, то вновь доносились, заставляя его поворачиваться с одного бока на спину, а затем на другой бок.
И когда любопытство пересилило желание выспаться перед поездкой в больницу к маме, он поднялся и, открыв дверь своей палаты, очутился в общем тускло освещённом коридоре.
– Привет, браток!
Егор посмотрел в сторону конца коридора, откуда до него донеслось приветствие, сказанное негромким мужским голосом.
– И вам доброй ночи! – сказал он в ответ и направился в конец коридора, в котором стояли двое мужчин.
У одного из них биометрическими протезами были заменены обе ноги и правая рука, у второго – только одна рука чуть ниже локтя. Завидев приближающегося Егора, второй мужчина пожелал удачи первому и направился в свою палату.
– Что, первый заход?! Новобранец?! – мужчина лет тридцати пяти с короткой военной стрижкой с интересом смотрел на Егора. Видя, что Егор не совсем понимает заданный вопрос, мужчина пояснил: – Тебе чип с «глазом» «прописали»? Значит, ты получил набор новобранца!
Егор кивнул головой, невольно рассматривая биометрические протезы мужчины.
– Я уже здесь четвёртый раз! – с налётом грусти произнёс мужчина. – Первый – как ты, с желанием подзаработать! Но кто же нам, безграмотным, объяснил тогда, что, по условиям контракта, если в твоей голове «их» имущество, то ты можешь идти на все четыре стороны, а «их» имущество – нет! Понимаешь?! Они ограничивают передвижение «своего имущества»! Сам ты извлечь его из головы не можешь! И остаётся только одно: идти на подписание с «ними» нового контракта. И здравствуй, частная армия! – мужчина приподнял биометрический протез руки. – Это мой второй заход в эти стены! А это – третий! – он показал глазами на протезы ног. – Сейчас, можно сказать, прохожу «диагностику»! – его последние слова были пропитаны горечью. – Ты знаешь, я ни о чём не жалею, хотя и одинок. У кого-то есть семья, у кого-то – нет. Но источник дохода должен быть у каждого!
– Вы, наверное, мир повидали?! – произнёс Егор скорее для приличия.
– Ага! Скорее, войну на разных континентах! – грустно и с сарказмом ответил мужчина.
– У меня тоже есть мечта – увидеть красоту мира, особенно Южной Америки! – продолжил более приятную тему Егор, вспоминая, что даже отправил полгода назад своё резюме в южноамериканскую академию. Просто так, наудачу!
– Нет, парень, в Южную Америку для таких, как мы, вход закрыт! Навсегда! Там свои порядки, – подытожил их диалог мужчина на прощание, неторопливо отправляясь в свою палату.
Глава 4. Ежедневные заботы
Лето 2031 года. Южноамериканский офис Макса.
Он стоял в своём южноамериканском офисе и задумчиво смотрел в огромное окно. Ему нравилось находиться на «вершине пирамиды» в одиночестве, занимая её самый верхний этаж.
Телом это был всё тот же Макс, высокий, с крепкой спортивной фигурой, но вот его лицо! Оно больше не имело того победного лоска двухлетней давности. Борода и усы дополнялись глубокими вертикальными морщинами на лбу, по совокупности щедро прибавляя к его возрасту пару-тройку лет. Имело ли это значение для самого Макса?! Нет, не имело!
После трагической гибели единственного человека, который олицетворял для него саму жизнь, Макс, будь он одним из многих, скорее всего, «сломался». Но он даже в скорби оставался Максом, к тому же рядом с ним была «Эллис», которая всегда умела найти нужные слова для «вдохновения». В конце 2030 года ей удалось «встряхнуть» Макса и вытянуть из болота депрессии.
К его функционалу управленца мировой корпорацией добавились хлопоты по управлению двумя невероятно крупными городскими агломерациями, каждая в сотни миллионов человек: одна в Южной Америке, вторая – в Центральной. При этом за два года построенные им мегарегионы не обзавелись ни политическими, ни административными, ни другими специальными институтами, так как они, по мнению компьютерного интеллекта Maxworld Robotics Corporation, были излишними, учитывая, что он просчитывал все аспекты жизни миллионов людей, оставляя Максу решение ключевых вопросов управления.
Но при возникновении самых деликатных проблем их решение Макс мог поручить только «Эллис», точно зная, что это ей по плечу. И когда летом 2031 года у него появилась идея создания академии для массового обучения молодых людей двух американских континентов, он обратился за советом к «ней».
* * *– Эллис! Не буду утверждать, что день добрый! Особенно для меня! И вообще, тебе не кажется, что твой отпуск затянулся?! – произнёс Макс, явно раздражённый долгим отсутствием материализованной Эллис.
– Я – «вся в трудах», Макс! Но, учитывая, что в данный момент ты немного взволнован, полагаю твой звонок важным и неотложным! – не без иронии ответила ему «Эллис».
– Эллис, я не думал, что будет всё так сложно! Сначала – построить эту глыбу, затем разместить в ней сотни миллионов людей, ежедневно кормить их и развлекать! – с отчаянием произнёс Макс. – Но это ещё не самое сложное! Самой непостижимой для меня загадкой остаётся вопрос, что мне делать с молодой и энергичной частью жителей мегарегионов?! Появилась идея вовлечь самых активных из них в процесс восстановления экологического благополучия посредством обучения в академии.
– Макс, идею поддерживаю! И предлагаю обучать в академии всех желающих, привлекая даже жителей других континентов! – улыбнулась «Эллис» так, как могла улыбаться только она, когда знала, что в очередной раз шокировала Макса. – Технически это возможно! Но есть один нюанс! Мы разделим студентов на разные по численности группы: большая часть из них будет обучена теории и сможет дистанционно наблюдать за процессом уменьшения экологических следов и восстановления экосистемы, тогда как меньшая и лучшая часть студентов будет допущена к «живому» наблюдению.
– Эллис, я не ослышался, ты сказала о наблюдении как о способе обучения?!
– Да, Макс, ты не ослышался! Думаю, тебе известно, что принцип наглядности является одним из основополагающих в педагогической науке. У тебя «под рукой» огромная армия пассивных наблюдателей, которая с удовольствием просмотрит двухлетнее изменение каждого уголка экосистемы материков! – вполне серьёзно ответила «она». – Отобрав достойнейших из них, организуем их временное размещение в стационарных наблюдательных пунктах в самых экзотических местах двух Америк. И без малейшего риска для экосистемы! Помимо этого, каждому желающему предложим максимально пофантазировать на тему уменьшения экологического следа через пять, десять, двадцать, тридцать лет! И, мои поздравления, Макс, в твоей академии уже появились два потока студентов: «наблюдателей» и «мечтателей»!
– «Наблюдатели», «мечтатели»?! – скептически переспросил Макс, не до конца понимая, что предложения «Эллис» были вполне серьёзными.
– Да, без жёсткого разделения по указанным критериям. Целью «наблюдателей» станет отслеживание изменений в дикой природе, а «мечтателей» – удаление экологических следов! По мере полного «удаления» следа в конкретной местности и восстановления дикой природы потоки «наблюдателей» и «мечтателей» соединятся в один, и их деятельность в данном регионе будет считаться завершённой, – «Эллис» детально объяснила своё видение обучения, но скепсис Макса никуда не исчез.
– И всё же, Эллис, сказанное тобой слишком просто и не совсем серьёзно!
– Если ты, Макс, не желаешь ходить короткими тропинками, а предпочитаешь ездить извилистой дорогой подлиннее, то присаживайся поудобнее! Ибо мой следующий монолог будет более длинным и, безусловно, научным! – «Эллис» сказала это так, что Макс не мог понять, где она говорит серьёзно, а в какой момент играет с ним, словно показывая ему своё интеллектуальное превосходство.
– Ладно, я готов выслушать твои аргументы! – ответил он, вздохнув и присев в кресло.
– Итак, пару лет назад на двух американских континентах мы могли наблюдать большое количество находящихся до этого долгое время в стабильном равновесии различных государственных, политических, социальных и других институтов, составляющих страновые и региональные системы. События двухлетней давности внезапно прервали их равновесное состояние, сдвинув в сторону радикального изменения. И вот мы уже строим новую систему, рационально не ограниченную, в отличие от предыдущей.
– Нынешняя система рационально не ограниченная?! – переспросил он.
– Именно, Макс! Она не испытывает дефицита ни в интеллекте, ни во времени, ни в необходимых ресурсах, – продолжила «она». – Впервые в своей истории человек находится внутри такой системы, но пока этого даже не осознаёт. Но, как у любой системы, у неё есть слабое место. Её ахиллесовой пятой является ограниченное территорией мегарегионов физическое пространство, запрет на покидание которого бессознательно воспринимается людьми как ущемление их свободы. Поэтому, когда у лучших из «наблюдателей» появится возможность выйти за пределы контура мегарегионов, будет создана иллюзия свободы как физического, так и социального пространства. А представление «мечтателями» территорий без экологических следов будет способствовать позитивному восприятию людьми настоящего и их вере в своё участие в формировании картины будущего.
– Но как же человеколюбие, о котором мы с тобой условились?! Как же права человека?! – воскликнул Макс, которого словно «обожгло» упоминание «Эллис» «иллюзии» свободы.
– Макс, не только люди, но и мы с тобой оказались внутри системы, которая не содержит условностей. Понятиям «права», «собственности», «свободы», придуманным людьми и являющимся фикциями, условностями «ушедшего» мира, нет места в мире «нынешнем». Есть только данности материального существования вселенной, нашей планеты как её части, и всего живого, как части Земли! Это суровая истина, Макс, которую тебе предстоит осознать первым!
– Тебя послушать, так мои сделки по покупке недвижимости ничего не стоят?! К тому же я взял на себя другие обязательства и собираюсь их выполнить! Эллис, люди мне поверили! Разве это не условности?! – негодовал Макс.
– Макс, взятые обязательства, безусловно, являются условностями, но они из старого мира. Мы же говорим о новом мире, в котором подобные условности не возникают, совсем.
«Она» продолжала улыбаться, наблюдая за эмоциями Макса и добавляя в свою речь те слова, которые его не оставляли равнодушным.
Макс смотрел на «Эллис», но после возмущения и рассерженности на его лице появилась саркастическая улыбка.
– Ты осознанно решила меня позлить?! И тебе известно намного больше! Ты словно специально даёшь мне информацию порционно! – сказал он «Эллис».
– Макс, я даю ровно ту информацию, которая тебе необходима в конкретный момент времени, и ровно в том объёме, которого достаточно для принятия оптимального решения, – «Эллис» спокойно парировала упрёк Макса. – Взятые тобой обязательства, даже если и будут выполнены в полном объёме, не имеют никакого значения в новом мире. И только ты знаешь, о чём я сейчас говорю. Поэтому предлагаю тебе подождать с нравственными терзаниями до окончания нашей беседы и перейти к более насущным вопросам.
* * *По прошествии нескольких дней Макс, снова раскинувшись в своём кресле, уже более спокойно обсуждал со сферическим изображением Эллис детали образовательного проекта.
– Эллис, компьютерный интеллект собрал первые отзывы жителей относительно «наблюдателей» и «мечтателей»! И это положительные отзывы! – воскликнул Макс. – Как тебе это удаётся? Из чего-то немного наивного, немного детского собрать успешный проект!
– Макс, людям нужно верить во что-то позитивное и доброе! – ответила ему с улыбкой «Эллис». – А кажущаяся простота проекта, как ты знаешь, – иллюзия! Но нам некогда почивать на лаврах! Что если мы добавим к двум потокам третий, а возможно, и четвёртый? – она так деликатно, с интригой «вела» разговор, что Макс даже не заметил в её речи негативно воспринятое им ранее слово и уже с нетерпением ждал от «неё» новых идей. – Макс, в мегарегионах живёт огромное количество образованных людей с высоким уровнем интеллекта. Как ты смотришь на то, чтобы помочь им поддерживать его и развивать?!
– Интеллектуалы?! – произнёс он не совсем уверенно, с лёгкой улыбкой, словно желая угадать название следующего потока студентов, которое, возможно, уже придумала «Эллис».
– «Мыслители», Макс! – в ответ улыбнулась ему «Эллис», наблюдая его удовлетворение от услышанного. – «Наблюдатели», «мечтатели», «мыслители»! Тебе не кажется, Макс, что в этом ряду кого-то не хватает?! – «Эллис» продолжала играть с Максом.
– Эллис, прошу, назови уже четвёртый поток студентов! – воскликнул он с нетерпением.
– Людям очень хочется ощущать на себе заботу и внимание других людей! Действенную заботу! – «Эллис», услышав призыв Макса, постепенно начала приоткрывать завесу тайны. – В мегарегионах много больных и пожилых людей, не способных самостоятельно позаботиться о себе, и много молодёжи, готовой им помочь, но не имеющей соответствующего медицинского оборудования и лекарств. Но у этих отзывчивых людей есть главное – их добрые руки!
– Лекари?! – вновь неуверенно произнёс Макс.
– «Целители», Макс! – с улыбкой поправила его «Эллис». – Способные исцелять только прикосновением рук! Это ли не мечта человека?! Исцелять, даруя другим возможность жить!
– Эллис, твои идеи – великолепны! В этом проекте мы сможем задействовать на постоянной основе десятки миллионов жителей мегарегионов! – сказал Макс и, немного подумав, добавил: – Мне вдруг показалось, что этот проект важен не только для них, он имеет огромное значение и для меня лично, Эллис! – Макс с благодарностью глядел на неё. – Несмотря на твоё физическое отсутствие, я всегда ощущаю твою поддержку! Спасибо тебе!
«Эллис» тоже смотрела на него, не отрываясь. О чём она думала в этот момент? Никто и никогда не узнает! Прощаясь с Максом, она лишь произнесла:
– Всегда помни, Макс! Ты нужен людям внизу! Ты за них в ответе!
* * *Южноамериканский офис Макса. Лето 2032 года.
Её сферическое изображение появилось неожиданно за его спиной. Он стоял и задумчиво смотрел в огромное окно. Ему по-прежнему нравилось находиться на «вершине пирамиды» в одиночестве, занимая её самый верхний этаж. Его высокий рост дополнялся крепкой спортивной фигурой.
– Добрый день, Макс! – с улыбкой и, как могло показаться стороннему наблюдателю, нежностью в голосе произнесла приветствие «Эллис». – Ты меня заждался?!
– Я всегда жду и всегда рад нашему общению, Эллис!
Говоря эти слова, Макс повернулся к ней с улыбкой жизнерадостного человека. И его лицо! Оно было гладко выбритым с почти незаметными морщинами. Макс выглядел посвежевшим и помолодевшим.
– А я, в свою очередь, Макс, рада видеть тебя таким, как в лучшие наши годы! – «она» вполне искренне произнесла комплимент, наблюдая его безупречный внешний вид.
– Не совсем согласен с тобою, Эллис, потому что наши лучшие годы ещё впереди!
Он тактично поправил «её» и, дипломатично показав рукой на кресло рядом, предложил «сесть».
– Благодарю, Макс!
«Эллис» охотно приняла предложение, и её сферическое изображение «уселось» в кресло напротив кресла, в которое после этого «приземлился» Макс.
– Итак! Мы проделали огромную подготовительную работу и готовы к новому учебному году! Мы же готовы к новому учебному году, Эллис? – на всякий случай переспросил её Макс.
– Без сомнений, Макс! Все алгоритмы проработаны компьютерным интеллектом, в том числе устранены шероховатости прошлого года. Все желающие, а их количество я даже не буду называть вслух, потому что это просто неприличное астрономическое число, с нетерпением ждут начала занятий! Я не говорю сейчас про энтузиазм молодёжи, даже люди уже преклонного возраста рвутся постигать основы исцеления! Макс, ты запустил механизм, наполненный энергией космоса! – «Эллис» рассыпалась в комплиментах, и, похоже, «ей» самой это нравилось.
– Как обстоят дела на стационарных постах наблюдения? Мы сможем проводить систематическое размещение на них лучших студентов? – Макс не хотел упустить ни одной детали, которая могла впоследствии омрачить большой праздник.
– Стационарные посты наблюдения примут первых жильцов точно по разработанному графику, Макс! – «Эллис» продолжала вести успокоительные беседы, хотя понимала, что Макс задаёт вопросы скорее для приличия. – Более того, согласно нашим договорённостям, в качестве наблюдателей приглашены сотни жителей разных городов с других континентов! – «Эллис» вывела сферическое изображение списков приглашённых, чтобы Макс мог лично их просмотреть.
– Пекин! Сеул! Дели! Москва! Хорошая работа и прекрасный выбор, Эллис! – довольный Макс не скрывал своих эмоций, почти по-детски радуясь.
– Да, Макс! Сама не ожидала! – ответила «Эллис» с едва заметным сарказмом, хорошо понимая, что эти нотки в её голосе сейчас заметить он не в состоянии.
Глава 5. Избавление
Егор договорился с младшим братом об утренней встрече рядом с больницей, в которой находилась на лечении мама. Будучи в салоне такси, окрылённый мыслью о возможном её исцелении, он не обращал внимания на тупую боль после операции. «Мама, мамочка!» – проносился в его голове её светлый образ. Он не стал дожидаться полной парковки такси в предусмотренном месте около корпусов больницы, пожелав выйти немного раньше. Он почти побежал, увидев возле входа в знакомое здание младшего брата.