По воле богов. Выбор богини. Книга четвертая. Вторая часть.

Глава 32

Мужская дурь – штука опасная и непредсказуемая, как стихия, вроде урагана или землетрясения.

И если ей дать волю, то можно потерять и аппетит, и сон, и здоровье. А иногда и жизнь. Отец всегда говорил Шену: «Бойся неконтролируемой дури, сынок. Дурь со временем пройдет, а проблемы от нее останутся. И некоторые из них – навсегда».

И был, как обычно, прав.

Гвардеец императорского полка Шен Ошос познал это на собственном горьком опыте: прошлогоднюю выходку сестрица Сали будет теперь ему припоминать всю оставшуюся жизнь.

Что тут скажешь? Натворил он тогда дел… Да если б Шен мог предположить, чем обернется его буйное помешательство на сестринской подружке по Дарамуской Академии Вивьен Сурим, даже бы не дышал в ее сторону.

Да куда там!

Он же привык, что девчонки сами на него вешались. А эта только посмеивалась над ним, словно дразнила, а в руки не давалась. Вот он и завёлся. Наплевал на отцовское предостережение, сбежал с соревнований, явился в ковен, где Вивьен тогда гостила, и… проявил избыточную настойчивость.

Сама виновата! Ишь, цаца какая выискалась! И что из того, что из княжон и маг в придачу? И не таких, как говорится, объезжать приходилось.

Шен искренне считал, что все бабы одинаковые, и слеплены из одного теста. Ведьмы, городские и деревенские девки, принцессы, да все, хорт их дери, любят уверенных в себе, неотразимых красавцев, нагловатых и напористых, как он. Вот Шен и попёр по привычке напролом. И ошибся.

С этой девчонкой нахрапом толку не добьешься, – это он позже понял, в Дарамусе, – надо было действовать осторожнее, мудрее, дальновиднее.

Да кто ж знал?..

После возвращения во дворец, отряд конных гвардейцев, сопровождавших Его Величество в поездке в резиденцию Моро, был отпущен на отдых.

Шен отвел своего жеребчика в конюшню, сам расседлал, вытер насухо, сдал конюху и направился к казармам. Ближайшие два дня у него были свободны от службы.

Едва войдя в комнату Шен сразу открыл настежь форточку, в которую ворвался свежий воздух, и скинул гвардейский мундир, стянул через голову сорочку и бросил в корзину, стоявшую в углу у двери. Там копилась грязная одежда, которую раз в седмицу забирала прачка. Беспорядка в комнате он не терпел.

Размещение у всех первогодок было двухместное. Но вторая койка давно пустовала, и Шена это нисколько не расстраивало. Одному было лучше.

– Шен, здоро́во! – заглянул к нему Челес Витт, рослый, широкоплечий, как все императорские гвардейцы, бугай, белобрысый, с острым подбородком и вечным румянцем на щеках, довольно симпатичный, но неброский и бесцветный рядом с Шеном. – Ребята звали покутить в теплой компании где-то за городом, ты с нами?

– Я отказался.

Шен не был расположен поддерживать разговор и хотел, чтобы незваный гость побыстрее оставил его в покое. Но тот, не замечая недовольства оборотня, продолжил стоять у двери и болтать, прислонившись к косяку и сунув руки в карманы штанов.

– Слышал, что у экскорта сегодня выезд в город был.

– Был. – сухо подтвердил Шен. – Его Величество пожелал развеяться после плотного завтрака.

– А Гувер сказал, что он балу на невесту Главного инквизитора запал, и вы ездили, чтобы ее забрать во дворец… Чуть ли не бойню со стражей Моро устроили, а девицу так и не отбили. И теперь все придворные ходят на цыпочках и разговаривают шепотом, потому что император страшно зол и срывается на всех подряд.

– Гувер – придурок, – презрительно отозвался оборотень, – слишком много выдумывает. Не слушай его и поменьше таскай сплетни по казарме.

– Так я что? – обиделся парень. – Я просто спросил…

– И вопросы глупые не задавай, не пристало императорскому гвардейцу уподобляться болтливой девке… – Шен, не смущаясь голого торса, сидел на койке и один за другим стягивал сапоги. – А император если чего-то захотел, то рано или поздно все равно получит. На то он и император.

– Эт да… – почесал затылок Челес. – Спать собираешься?

– В город пойду.

– Сегодня вернешься или там ночевать будешь?

– Тебе-то какая разница?

– Да просто так… Ты чего такой злой?

– Слушай, я устал и хочу отдохнуть, так что отвали.

– Я по делу зашел.

– Тогда выкладывай, что хотел, и проваливай…

– Я это… помнишь пышную блондиночку из цветочной лавки? Ты мне еще советы давал, как ее закадрить. Ну, неожиданные подарочки, взгляды жаркие, комплиментики всякие…

Шен, сидя на кровати, вытянул босые ноги и, заложив руки за голову, откинулся на стенку и разглядывал рельефные кубики мышц на своем животе.

– И? – снисходительно уточнил он.

– Пока ломается, в отказ идет… Никаких встреч наедине.

– А давно ты к ней клинья подбиваешь?

– Да больше месяца уже.

Шен задумался, прикидывая что-то в уме.

– Исчезни седмицы на две. Так, чтобы вообще на глаза ей не попадаться… И ребят предупреди, если будет интересоваться у них, куда пропал, чтоб делали загадочные лица и молчали.

– Ага, понял. Просто исчезнуть… – с готовностью кивнул незваный гость. – А потом?

– А потом… Потом явишься к ней с перевязанной рукой, или головой, или с тростью, прихрамывая, и вид самый несчастный сделаешь. Скажешь, в сражении участвовал, потом в лазарете лежал без памяти, рана у тебя боевая. Тяжелая. И что чуть не помер из-за нее. Понял?

– Да. А… в каком сражении? Мы ж никуда…

– Какая разница? – небрежно оборвал его Шен. – Цветочницы, галантерейщицы, булочницы, горничные в отелях или подавальщицы в харчевнях, они все в этом ни хорта не понимают. Скажешь, что с черными магами вступил в схватку…

– И это поможет?

– А то!.. И не забудь, когда все случится, с тебя бутылка сариского хмельного бальзама. Только ты тот, что в синей бутылке, не бери, я предпочитаю в коричневой. Смотри не перепутай…

– Уж я не перепутаю, Шен, – обрадовался Челес, – не перепутаю! Спасибо тебе!

Он взялся за дверную ручку, собираясь уходить, но напоследок обернулся:

– А правду парни говорят, что ты любую можешь уломать?

Шен ухмыльнулся.

– Да.

– И даже благородную?

– Челес, запомни: все девки одинаковые, и сколько бы их у тебя ни было, каждой нужно говорить, что она – единственная и неповторимая. На благородную время и силинов больше уходит, в остальном – никакой разницы… И да, я смогу уломать даже императрицу.

– У нас нет императрицы. – удивленно уставился на Шена гость.

– Сегодня нет. Завтра есть… Всё, проваливай! Я хочу немного отдохнуть.

Оставшись один, Шен улегся на кровать и уставился в потолок.

После сегодняшнего визита императора в резиденцию Моро в нем окрепла и выросла уверенность, что мужской дури у Доминика Алгейского достаточно. И ждут Империю в скором времени большие перемены. А всё потому, что когда у обычного мужика дурь в голове поселяется – это одна беда, а когда в голове у самого императора – совсем другая, куда более серьезная. Тут масштаб последствий уже другой.

И именно в этих последствиях для Шена и открывалось, с его точки зрения, непаханое поле возможностей и для военной карьеры, и для роста собственного благосостояния.

Стать любовником жены Главного инквизитора – одна история, но стать любовником самой императрицы… Тут совсем другая игра пойдет. По-крупному.

Император хоть и выглядел хорошо, и был сильным магом, но время не жалело никого. Возраст рано или поздно свое возьмет. Да и вряд ли Доминик долго пробудет под чарами молодой супруги, уж слишком он любил разнообразие. Ну сначала заделает ей наследника, как водится, может, даже двух. А потом… Жена ему надоест и пустится он во все тяжкие – снова заведет любовницу, и не одну.

А кто сможет утешить брошенную несчастную императрицу, молодую и прекрасную? Подставить надежное плечо, на которое можно смело опереться, и рубашку, в которую можно выплакаться?.. Конечно, старый верный друг, который и язык за зубами умеет держать, и собой хорош, и в любви искусен.

Что еще нужно молодой замужней леди для полного счастья?

***

Магистр Зиркас сидел в кресле-качалке с укутанными в клетчатый плед ногами, выглядел довольным и улыбался: к нему заглянули гости, и пустой, тихий дом снова ожил.

Новую служанку он так и не нашел, но обзавелся тарелками, чашками и столовыми приборами, и Вивьен хозяйничала, расставляя посуду и раскладывая приборы на обеденном столе. Горячую, вкусно пахнувшую готовую еду в глиняных лоточках и горшочках принес от Мамаши Беаты Орис.

Оборотень примостился на корточках у камина и кочергой помешивал дрова, чтобы те лучше горели.

Теодора, которая оказалась в гостях у магистра впервые, бродила по комнатам и с интересом разглядывала развешанные по стенам картины.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.