Крылья ворона

Глава 18

КОЛДУНЬЯ ИЗ ДОЛИНЫ ТЕНЕЙ

Шарларра ехала в поселок Дерновия вместе с молчаливой, неулыбчивой молодой Колдуньей. Та вдруг появилась, когда эльфийка добралась до города Иммильтар и заявила, что хотела бы поговорить с колдуньей из Долины Теней.

Эльфийка и сама была озадачена своей просьбой. Она намеревалась отыскать Лириэль, а вовсе не гоняться за легендарным призраком. Как ни удивительно, рашеми не увидели в этом ничего странного. Первой их реакцией на ее вопрос стал буквально поток древних сказаний – их запас в Рашемене явно был неисчерпаемым, – но наконец кто-то додумался послать за вичларан. Те, в свою очередь, принялись расспрашивать Шарларру, и в результате всего этого эльфийка обзавелась теперешней спутницей. Молодую Колдунью, похоже, вовсе не смущал призрачный конь Шарларры. Она пожелала узнать, откуда он взялся. Когда эльфийка рассказала, что случилось на кладбище Глубоководья, женщина только кивнула, будто ей все стало понятно.

Они ехали в молчании около часа, прежде чем Шарларра снова попыталась завязать разговор.

– Скажи, Ания, в этой Дерновии много эльфов?

Колдунья недоверчиво взглянула на нее.

– Почти никому из чужеземцев не разрешают проникать так далеко в Рашемен. Тебе позволили только потому, чтотак велела отлор Зофия.

– Надеюсь, у меня будет возможность поблагодарить ее.

– Едва ли. Ты хотела увидеть колдунью из Долины Теней. Ты увидишь ее и уедешь.

«Удивительное дружелюбие», – подумала Шарларра.

– Ходят слухи, что где-то здесь появились дроу. В таверне болтали, – пояснила она в ответ на взгляд сузившихся глаз Ании. – Вы действительно видели поблизости темных эльфов?

– Возможно.

Холодный ответ исчерпал запас терпения Шарларры. Больше они не разговаривали, пока не показалась стена, которой было обнесено поселение.

– Это дом для чужестранцев. – Колдунья кивнула в сторону небольшого холма. – Женщина, называющая себя Лириэль, сейчас там.

Шарларра с любопытством взглянула на нее.

– Откуда ты знаешь?

– На крыше треножник из веток. Домовые – духи дома – любят такие штуки. Они ставят их на крышу, когда хозяева дома, и убирают, когда тех нет. И если уходящие им не нравятся, то домовые сбрасывают ветки на них. – В голосе Ании прозвучало легкое предостережение.

– Так что гостям приходится уходить побыстрее, – сказала эльфийка.

– Это разумно.

Шарларра соскочила с коня и постучала в дверь. Ей открыла высокая женщина с серебряными волосами. Глаза ее широко раскрылись от удивления и радостного узнавания. Шарларра, в свой черед, тоже узнала ее. Это была та самая призрачная женщина, которую она заметила рядом с Лунным Камнем, правда, теперь во плоти.

Это означало, что призрак, которого она видела, действительно был Сайлуни, колдуньей из Долины Теней.

– О боги, – простонала Шарларра.

Женщина схватила эльфийку за руку и втащила в дом, потом захлопнула дверь и отвязала от пояса черную маску. Не успела Шарларра и глазом моргнуть, как женщина превратилась в маленькую стройную дроу.

– Что ты здесь делаешь? – вскричала Лириэль.

– Ну, если совсем честно, то я приехала поискать неприятностей, – ухмыльнулась эльфийка. – И, похоже, нашла. Воплощение Сайлуни! Ну ты и нахалка. Рассказывай обо всем, что случилось с того мига, как вы покинули корабль.

Лириэль достала бутылочку вина, и они распили ее, пока пытались свести воедино свои истории. Весть о смерти Кзорша поразила Лириэль острой болью. Он был первым эльфом, встретившимся ей, первым, кто научил ее, что не всех светлых эльфов стоит ненавидеть, что некоторые из них могут быть друзьями. Эта странная женщина, по мнению Лириэль, стала второй.

Они проговорили до самой ночи. Наконец Шарларра поднялась.

– Мне надо идти. Та заносчивая Колдунья, что привела меня сюда, ясно дала понять, что, после того как мы поговорим, я должна убраться отсюда как можно быстрее.

Дроу огорчилась.

– Я бы хотела как-нибудь поговорить еще.

Шарларра подмигнула.

– Думаю, это не проблема. Я пообещала покинуть поселок, но не эти края. Мы с Лунным Камнем несколько дней поживем в лесу. Мы еще увидимся, не сомневайся!

– С ЛуннымКамнем?

– Это моя лошадь. Пошли, посмотришь.

Лириэль вышла вслед за ней во дворик и остолбенела, увидев призрачного коня. Эльфийка расхохоталась, взлетела в седло и направила странного скакуна на лесную тропу.

Дроу кинула взгляд на луну и подумала, сумела бы она отыскать песнь Шарларры в лунной магии Эйлистри. Она вспомнила мимоходом о затаившихся до поры пауках, но эхо радости освобожденных морских эльфов отогнало мрачное видение прочь. Лириэль сделала свой выбор; теперь это наверняка должна была понять даже упрямая Ллос. Дроу вернулась в дом и присела к столу, оставив дверь открытой для лунного света.

Она закрыла глаза и стала слушать. Через некоторое время она отыскала эльфийку – но песня ее оказалась странной для веселой хорошенькой девушки. Звук накатывал волнами, словно темная вода на отважную верную душу, старающуюся удержаться на плаву. Еще был хор эльфийских голосов, слабое эхо, которое, казалось, удалялось все дальше и дальше в прошлое. И объединял эти столь разные темы ритмичный топот конских копыт.

Лириэль попыталась отыскать саму Эйлистри и услышала музыку, уникальную, звучащую из множества дальних мест. В каждом из них находились небольшие тайные отряды дроу, их сила пела в лунном свете, связывающем их воедино. Лириэль ощутила, что многие сейчас танцуют, слишком переполненные радостью, чтобы усидеть на месте.

Она поднялась и принялась танцевать под беззвучную музыку вместе с остальными разрозненными жрицами. Даже свеча, которую она зажгла в сумерках, казалось, начала двигаться и изгибаться.

Свеча.

Лириэль резко остановилась и уставилась на свечу. Та растаяла, превратившись в большую бесформенную каплю, странную, похожую на кривой столб. Потом «каплям открыла глаза и злорадно посмотрела на Лириэль.

Ошибиться было невозможно.

– Йоклол, – выдохнула Лириэль, не в силах отвести взгляда от крошечных глазок существа.

Прислужница начала расти, и юная дроу очнулась. Она прыгнула вперед и ударила по свечке кулаком. Полетели брызги полурасплавленного воска. Дроу ударила еще раз и смахнула оставшуюся лужицу вместе с подсвечником на пол.

Девушка упала на стул и закрыла лицо ладонями, не чувствуя боли в обожженных руках, на которых уже начали вздуваться волдыри.

– Я отрекаюсь от тебя, – прошептала она, раскачиваясь на стуле. – Я теперь не твое дитя, не твоя жрица, и никогда больше не буду ею.

Со двора через открытую дверь за ней наблюдала, прищурясь, призрачная арфистка. Полупрозрачная ладонь потянулась вдруг туда, где когда-то напротив бившегося сердца висел древний амулет. Теперь этот амулет носит дроу. Более того – она сумела пробудить его!

Колдунья Долины Теней медленно кивнула. Множество маленьких загадок нашли единое объяснение. И она, сражавшаяся со злом в самых разных его проявлениях, она, которой по самой ее природе неведом был страх, испытала вдруг настоящий, смертельный ужас.

Шакти Ханцрин двигалась прямо на восток, следуя за неустанным отрядом зомби и сверяясь с тем, что показывал ей рубин, находящийся во лбу у певца смерти.

Этот мужчина заинтриговал ее. Он не протестовал против боли, возникающей при контакте, не отвечал на ее мысленные вопросы. Он просто позволял ей видеть то, что видит сам. Для Шакти это было в некотором роде открытием.

Острые глаза певца смерти подмечали нюансы, которых она сама никогда не заметила бы, а его язвительная ирония была пикантной приправой к великой повести о мести, которую собирался совершить Горлист. Сначала Шакти была озадачена, не понимая, почему Бриндлор показывает ей все это, но дотом начала понимать его цель. Он сочинит песнь, но не его теперешний хозяин станет ее героем. Долгие часы переходов Шакти размышляла, как ей использовать это открытие.

Они с неумершими добрались наконец до условленного места встречи, пещер под горной цепью, которую люди называли Текучие Скалы.

Певец смерти вышел встретить ее и подал ей руку, чтобы помочь сойти с ящера. В обычной ситуации она с презрением отвергла бы его помощь, но от долгой езды верхом все тело ее затекло и болело.

– Где Горлист? – спросила она.

Бриндлор кивнул в сторону боковой пещеры. Воин стоял там, прищурившись, разглядывая стройные ряды зомби.

В свою очередь, Шакти осмотрела его силы. Позади Горлиста стояли десятка два дроу.

– И это все? – поинтересовалась жрица.

– У нас была неудачная стычка с воинами-берсерками, – ответил Бриндлор.

Предводитель отряда шагнул вперед.

– Ты задержалась, – сердито бросил он. – Сегодня ночью мы нападем на людей.

– Сколько их? Какая оборона? Какой магией они располагают?

Горлист пренебрежительно рассмеялся.

– Они люди. Какая у них может быть магия?

– Маги-люди могут быть неожиданно могущественными, – холодно заметила жрица.

– Что-то я не заметил. У нас был один такой, из знаменитых Красных Чародеев. Его задрал медведь.

Шакти взглянула за спину воинственного мужчины, на его воинство. Кое-кто из дроу был ранен. Повязки были совсем свежие, проступившая на них кровь еще не успела потемнеть.

– Сколько было людей, с которыми вы дрались, и где они теперь? – отрывисто спросила она. – Если мы перехватим этот разведывательный отряд, то ослабим врага и в заключительной атаке склоним чашу весов на свою сторону.

– Неплохая стратегия, – отметил Бриндлор и пожал плечами в ответ на предостерегающий взгляд Горлиста.

– Пошли, – сказала Шакти и направилась к своей безмолвной армии. Она взяла всего десяток зомби – скорее чтобы обеспечить себе защиту от возможного предательства дроу, чем чтобы бросить их против людей.

Они прошли по нескольким туннелям и оказались в узком проходе, открывающемся под высоким потолком пещеры. По ней уходил небольшой отряд людей, унося с собой своих убитых и раненых.

В одном из мужчин Шакти почудилось что-то знакомое: черные волосы, широкие плечи, походка. Лицо жрицы осветила медленная жестокая улыбка. Она узнала любимчика Лириэль.

Она начала петь молитву Ллос. Отвечая на зов, тысячи пауков выскочили из укромных мест и устремились к воинам. Они забегали по стенам, таща за собой шелковистые нити. В несколько мгновений в пещере стало темно от снующих пауков и гулко от недоуменных проклятий рашеми и бесполезного лязганья их мечей о камни. Любая паутина отличается прочностью, а уж благословение богини сделало ее неподвластной любому железу и почти любым заклинаниям.

Когда люди были надежно спеленаты, Шакти спустилась вниз по узкому проходу. Она обошла вокруг кокона, разглядывая бьющихся в паутине людей, потом достала из кошелька маленькую серебряную клипсу и прицепила ее на ухо. Клипса, подарок иллитида Вестресс, позволяла ей понимать грубый язык людей и говорить на нем.

– Вы мне не нужны, – объявила дроу. – Вы все будете освобождены, и вам не причинят никакого вреда, в обмен на маленькое вознаграждение.

– Платить выкуп дроу? – прорычал толстый седобородый человек. – Ни единой монеты, клянусь жизнью!

– Разве я упомянула о деньгах? Как это грубо с вашей стороны, – холодно улыбнулась Шакти. – Я меняю много жизней на одну. Отдайте мне девчонку-дроу по имени Лириэль, и вы будете свободны.

– Лириэль?

Долговязый тощий подросток недоверчиво повторил имя. Он насколько смог изогнулся в паутине, повернувшись лицом к соседнему воину.

– Фиодор, разве Лириэль не твоя вичларан? О чем она говорит, называя ее «дроу»?

– О, но она и есть дроу, – с жестоким удовольствием ответила жрица. И с особым садистским наслаждением добавила: – И кому отнести людям эту весть, как не Фиодору, который знает эту дроу очень, очень хорошо?

Мальчишка потрясение смотрел на Фиодора.

– Ты не мог сделать этого, не мог привести дроу в Рашемен. Скажи мне, что она лжет. Скажи, что ты никогда бы не предал нас так!

Несколько мгновений воин смотрел в молящие глаза юноши. Потом он повернулся к Шакти.

– Отпусти со мной мальчика, – сурово бросил он, – и я пойду.

Фиодор и Петияр не разговаривали, пока не выбрались из Западни. Наконец старший мужчина произнес:

– Ступай в поселок и предупреди остальных. Дроу, скорее всего, собираются напасть.

– Я слышал, что они бывают вероломными, – холодно ответил мальчик. – Видно, ту историю мне рассказывали не до конца.

Воин поймал его за руку.

– Петияр, есть вещи, которых ты не понимаешь. Сама Зофия провидела приход Лириэль. Я не в восторге от того, что Лириэль предпочла принять чужое имя и облик, но это был ее выбор, не мой. Она сделала это, следуя открывшемуся ей свету.

– У дроу со светом плоховато.

– Я видел путь Лириэль к свету, – возразил Фиодор. – Она не то, что ты о ней думаешь.

Ярость исчезла с лица юноши, остались лишь боль и тревога.

– Я надеюсь, брат, что ты прав.

Фиодор поспешил в их с Лириэль домик на холме. Предстоящая ему задача лежала на сердце тяжким грузом.

Он оказался перед невозможным выбором. Послав Петияра с вестью в поселение, чтобы тот поднимал воинов на бой с дроу, он ясно показал своему народу, кто такая Лириэль и что она такое. Если бы он не сделал этого, группа его земляков умерла бы от рук врагов Лириэль.

Дроу сидела у стола, соскребая с рук и ног что-то похожее на расплавленный воск. Она оглядела его с головы до пят. Лишь теперь Фиодор понял, что он совсем голый, если не считать башмаков и чужого плаща. Она поняла, что это значит. Был бой, и жестокий, раз ему потребовалось обращаться в медведя.

– Горлист? – спросила она.

Фиодор кивнул.

– И другие тоже. Неумершие дроу – все женщины-воины, и жрица с красными глазами и плетью из мертвых змей.

– Славная картинка, – пробормотала Лириэль. – Если это та, кто я думаю, то ты здесь не потому, что тебе удалось сбежать.

Он торопливо, коротко рассказал ей все, как было.

– Ты должна немедленно бежать из Рашемена.

Дроу рассеянно отмахнулась.

– Просто Шакти получит то, чего добивается.

– Вороненок, мы не знаем, какими силами они располагают!

– Кто сказал «мы»? Я уже встречалась однажды с Шакти и победила. Я смогу сделать это снова. – Она перевела взгляд на ладонь и отковырнула кусочек воска.

– Ты самоуверенна.

Она вскинула на него взгляд.

– У меня есть на то причины. Я не просто выживала в Мензоберранзане, я преуспевала в нем. Я навидалась всякого и вполне способна противостоять чему угодно из того, что есть в арсенале Шакти.

Фиодор сердито вздохнул.

– Ты говоришь так потому, что сама в это веришь, или же потому, что считаешь меня совсем дураком?

Глаза ее сузились.

– Не слишком-то лестно.

– Ты знаешь, что я имею в виду! Если ты решила идти, я пойду с тобой.

Он полез в сундук, отыскал там какую-то одежду и быстро оделся. Они шагнули в ночь.

За дверью стояла Ания, наведя жезл на них обоих. Позади нее собрались в круг Колдуньи. Ания подскочила к Лириэль и ловко сорвала маску с ее пояса. Истинный облик вернулся к дроу со скоростью ветра.

– Вот твоя «колдунья из Долины Теней». Теперь ты видишь, кто она на самом деле такая, – с холодной яростью произнесла Ания. – И кто он такой, ты тоже знаешь! Я требую для них смерти, которой заслуживают все предатели Рашемена!

Глава 19

ВЧЕРАШНИЕ ОБЕЩАНИЯ

– Ты ошибаешься, – произнес мелодичный, странно глухой голос. – Колдунья из Долины Теней здесь.

Радом с Лириэль возникло неяркое сияние, превратилось в клубящееся облачко и приняло знакомые очертания высокой среброволосой женщины, чей облик Лириэль носила с момента схватки в сторожевой башне.

Призрачная женщина повернулась к обвинительнице.

– Ания, дйчь Фраэни, твоя мать была моим другом, и ее именем я клянусь. Все обеты, данные в кругу посвященных, должны быть выполнены, все тайны сокрыты. Дроу, назвавшаяся моим именем, была введена в ваш круг Колдуньей, которая прекрасно знает меня. Ты не думаешь, что у Зофии была для этого веская причина?

Молодая Колдунья плотно сжала губы и бросила взгляд на старую женщину. Отлор согласно склонила голову.

– Я должна делать так, как вы велите, – с трудом выговорила Ания. – Но в Рашемене у нас есть поговорка: «Какое добро может выйти из союза со злом?»

– Отличная поговорка и хороший вопрос, – согласилась Сайлуни. Она положила призрачную ладонь на руку Лириэль. – У меня много вопросов насчет тебя. И пока я не найду на них ответы, я останусь с тобой. С позволения отлор Зофии, конечно.

– Тебе всегда рады здесь, – мягко ответила старуха, – Ты отсутствовала слишком долго, сестра моя. Ты увидишь, что мы сильно изменились.

Призрачная арфистка мелодично рассмеялась.

– Мертвые не стареют, дорогая Зофия, и все же я подозреваю, что ты не согласилась бы поменяться со мной местами.

– Это верно, и теперь вернее, чем прежде. Сейчас в Рашемене нелегко быть духом, – предупредила Зофия.

– И все-таки я не стану жалеть об этом. Славно будет снова увидеть битву, – задумчиво сказала Сайлуни. Она повернулась к Лириэль: – Ты согласна, дроу?

Лириэль раздраженно пожала плечами.

– Не могу сказать, что я в восторге оттого, что за мной будут ходить хвостом, но, думаю, лучше потерпеть присутствие призрака, чем стать им самой!

Фиодор взглянул на Зофию.

– Колдунья из Долины Теней говорит о битве. Петияр передал сообщение?

– И пришел с ним сюда, – вмешался мальчик, выходя из-за груды камней. Он вызывающе посмотрел на старшего воина, ожидая упреков.

– Я горжусь тобой, брат, – произнес наконец Фиодор. – Первый долг воина-рашеми перед своей землей, первая его преданность – вичларан.

Лед чуть-чутьрастаял во взгляде подростка.

– Что вы теперь будете делать?

– Ты хорошо знаешь Западню? – спросила его Лириэль.

Петияр предпочел смотреть на свои башмаки, а не в лицо дроу.

– Я часто там бывал, – пробормотал он. – А что?

– Есть ли обходные пути к тому месту, где держат заложников?

Он наконец взглянул на нее и осторожно кивнул:

– Есть, только они узкие. Пройти можно только по одному.

– Отлично. Мы с Фиодором пойдем с тобой. Я владею заклинаниями, которые могут уничтожить паучью ловушку. Когда люди будут свободны, ты сможешь вывести их на поляну перед Западней. Это место подходит для боя не хуже других.

– Я тоже думала именно о нем, – согласилась Зофия. Она обвела взглядом круг Колдуний: – Идите и готовьтесь.

Трое молодых людей побежали к Западне. Когда они были уже неподалеку от пещеры, Петияр остановился у большого пня и навалился на него всей тяжестью. Пень с треском повалился на бок, обнажая спрятанную под корнями темную дыру.

Руки Лириэль замелькали в жестах заклинания, и в воздухе закачался шарик магического голубого света. Мальчишка потрясенно уставился на нее. Дроу нахмурилась и толкнула его в туннель. Она наклонила голову, прислушиваясь к звукам падения.

– Ничего страшного, – заключила она. – Можно прыгать.

– Вороненок! – запротестовал Фиодор.

– Там невысоко, – заявила она, защищаясь от упреков. – А если бы и было высоко, он это заслужил!

Рашеми лишь покачал головой и последовал за двоюродным братом.

Троица поднялась на ноги и осмотрелась в голубом свете шарика Лириэль. Они стояли в большой пещере. С острых каменных выступов высоко над головой капала вода и ручейками сбегала в глубокую расселину. Из пещеры вели два туннеля, широкий – на запад, узкий – на юг.

Из большего туннеля словно донесся порыв ветра, и в пещеру ворвался отряд дроу.

Фиодор и Петияр выхватили мечи, но Лириэль встала между ними и дроу. Она вскинула руку и отдала короткий отрывистый приказ – слово, известное лишь хозяевам Дома Бэнр и их солдатам.

Воины резко остановились. Их командир первым справился с изумлением и медленно вышел вперед.

– Достаточно, – холодно произнесла Лириэль. – Тебе не давали разрешения приближаться ко мне.

Она говорила на языке дроу, вернувшись к прежним надменным манерам с ужасающей легкостью. Что-то в ней заставило воина остановиться.

– По какому праву ты приказываешь мне? – спросил он.

– Ты носишь знак Дома Бэнр. Значит, ты мой.

Его тонкие жестокие губы сложились в презрительную усмешку.

– Верховная Мать Дома Бэнр – Триль. А ты кто такая?

Лириэль вместо ответа кинула ему под ноги сгусток магического огня. Дроу стремительно отскочил.

– Та, кто не потерпит твоей дерзости, – резко бросила она.

– Женщина-маг, – пробормотал он. – Значит, Шобалар.

Лириэль одарила его ядовитым взглядом.

– Триль выбрала тебя не за ум, это ясно, и не за знание Дома, которому ты обязался служить. Да, меня учили в Доме Шобалар, но я Лириэль Бэнр, дочь Архимага Мензоберранзана.

Усмешка вновь вернулась на лицо воина.

– Ты облегчила нам охоту. Тебя-то мы и ищем.

Точно по команде, дроу как один выхватили оружие, мгновенно и бесшумно. Не свистнул ни один меч, покинувший ножны, не щелкнула ни одна взводимая тетива крошечных луков. Тишина была зловещей, как и отточенность их движений. Лириэль уже почти забыла сверхъестественное мастерство воинов своего народа. Однако как плести хитроумные и ловкие интриги, она не забыла.

Она вскинула руку, удерживая Фиодора позади себя.

– Как и я ищу вас, – парировала она. – Триль не слишком спешила посылать подмогу! Или, может, это ты не очень-то торопился добраться сюда? – многозначительно добавила она.

В глазах командира дроу промелькнула неуверенность.

– Нам было приказано встретиться здесь с силами Громфа.

– Зомби, – пренебрежительно бросила Лириэль. – Так похоже на моего дорогого отца, использовать невосстановимые войска. – Она перевела взгляд на готовых к бою воинов и значительно приподняла бровь.

– Мы люди Матери Триль, – сухо ответил вожак, – и преданы ей не меньше, чем зомби своему хозяину.